Змай йован йованович стихи


Стихи Йована Йовановича (Змая)

***
Ты хочешь знать, дитя,
Откуда песни эти?
Ты просишь, чтобы я
Тебе, мой друг, ответил,
Зачем я отдаю
Строкам стихотворенья
Дни жизни, мысль мою,
Мгновенья вдохновенья?
Я радость и беду
В груди своей лелею.
Как яблоки в саду,
На сердце песни зреют.
И если ночь зажжет
Звезду на небосклоне,
Я знаю – день придет,
Уста улыбка тронет.
И вот,
Как зрелый плод,
Нежданно упадет
Строка в твои ладони.
Ты хочешь знать, мой друг,
Откуда эти песни?
Они идут от сердца.
Бери. В груди им тесно.

Яблоко

Смотреть на это яблоко,
Над головой висящее, –
Мученье настоящее!
Оно на тонкой ветке
Качается слегка,
И листиков касаются
Румяные бока.
Неслышно тень прозрачная
По яблоку скользит...
Оно такое сочное
И сладкое на вид.
И солнце протянуло
Свои лучи к нему,
А мне не дотянуться
До ветки самому.
Оно такое крепкое,
И кожица блестящая...
Смотреть на это яблоко –
Мученье настоящее!

Чудесное село

В одно прекрасное село
Хочу я вас позвать.
Тому немало повезло,
Кто смог там побывать.
На все село лежит ковер.
Цветами он увит.
И каждый дом и каждый двор
Зеленой крышей крыт.
Там нет заборов и дверей,
Открыты окна в сад.
Там встретят песнями гостей,
На славу угостят.
Кому бывать там повезло,
Тот повидал чудес!..
А необычное село
Зовут зеленый лес.

В полночь

За низкие крыши
Солнце зашло.
Ночь наступила.
Уснуло село.
Луна выплывает,
И вместе с луной
Брожу я по улицам,
Сторож ночной.
Тряхну я в руке
Деревянное било,
Брякну погромче:
Полночь пробило.
В своем фонаре
Я фитиль запалю
И тихую песню
Под нос запою.
Я сон охраняю,
Село сторожу.
Все шорохи слышу
И в оба гляжу.
Не сплю по ночам
Я один на селе.
Я сторож, и цену
Я знаю себе.
Мне платят, конечно,
Но плата не в счет.
Мне важно другое –
Любовь и почет.
Село обхожу я,
Сторож ночной,
И пес мой по улицам
Ходит со мной.

* * *
Что мне все богатства
– Серебро и злато?
Россыпями песен
Жизнь моя богата.
О своем богатстве
Помню дни и ночи.
Жемчуг слов я нижу
В ожерелья строчек.
Девушке на шею
И в ладошки детям
Все, чем я владею,
Отдаю – владейте!
Раздарю я щедро
И без сожаленья
Все мои владенья –
Все стихотворенья.
Счастлив я и знаю:
Жизнь моя богата,
Хоть и не имел я
Серебра и злата.

Сказочка

Маленький мальчик
В маленькой лодке
В маленьком море плывет.
Маленький ветер
По маленьким волнам
Лодочку гонит вперед.
К маленькой пристани
В маленький город
Мальчик приплыл наконец.
Маленький парус
Спущен на мачте,
И маленькой сказке конец.

journal-shkolniku.ru

Сербские стихотворения: Йован Йованович Змай


Взвейся, ветер!

Взвейся, ветер, пусть иссякнет
Море слез моей Отчизны,
В этом море пять столетий
Тонет повесть сербской жизни.

Всякий, кто глаза имеет,
Пусть увидит, пусть читает,
Как один народ безмерно
В рабской участи страдает.

Взвейся, ветер, разнеси ты
Вздох наш тяжкий в край из края,
Пусть везде узнают люди,
Как томимся мы, страдая.

И замри, пусть самый малый
Лепесток не шевельнется,
Чтобы мы могли услышать,
Чье нам сердце отзовется.

Пер. А.Суркова

Розы


* * *

Навсегда мои заветы
Сбереги в груди:
Раз ты сербка, так по-сербски
На меня гляди!

Наша жизнь - деревьев купа,
Серый соловей...
Под ветвями провели мы
Много милых дней.

Но и в дереве гнездятся
Черви под корой,
И мне часто, слишком часто
Снятся кровь и бой.

Каждый день внезапно может
Час ударить нам -
На отраду для героев
И на страх врагам.

Встанет день освобожденья
В грохоте огня,
И на битву не придется
Дважды звать меня.

Ты мила мне, ты верна мне,
Но тогда забудь
Поцелуи и объятья,
Нежащие грудь.

И когда прольют за волю
Сербы кровь свою,
Не жалей, жена погибших
В яростном бою!

Верь мне, что достойно серба
Умереть смогу.
Дай мне сына, чтоб отмстил он
За меня врагу.

* * *

В твоем я взгляде вижу:
В тоске ты ждешь меня,
И вот тебе фиалку
Принес сегодня я.

Она скромна, но запах,
Что льет душа ее,
Приносит людям радость,
А радость песнь поет.

Прими же песню эту,
Рожденную вчера,
Ведь маленькая песня -
Фиалкина сестра.

* * *

Я пришел к тебе, чтоб зори
Запылали, заблистали.
Но, увы, напрасно! Сердце
Отравилось сном печали.

Не протягивай мне руку
На разлуку эту злую
Усмири тревогу сердца
Позабудь меня, прошу я.

Я не пролил слез ни разу,
Хоть сдержать и нелегко их...
Эти слезы, словно реки,
Поглотили нас обоих.

Не протягивай мне руку!
Молода ты и невинна,
А ко мне близки минуты
Ночи горестной и длинной.

Из глубин кромешных ада
Заклубится дым сомненья,
Страшно мне любовь и совесть
Вдруг увидеть в униженье.

В этом мраке беспредельном
И к тебе придет страданье,
Никогда еще мрачнее
Не было повествованья,

Чем мое, где я поведал,
Как полна вся жизнь отравы...
О, душа твоя невинна!
Сохрани нас, боже правый!

* * *

...Ничего, любовь, ты не забыла
Иль ты лжешь, иль это так и было.
Слушай, друг мой нежный, сказки эти,
Ты одна поверишь мне на свете...

В древнем веке в дали беспросветной,
В облаке лучом не озаренном,
Пепельном, неясном, отдаленном, -
Так теперь я верю беззаветно -

Жили мы с тобою двое,
Две души в любовном зное,
И не ведали покоя,
И томились мы любовной жаждой,
А любовь росла с минутой каждой,
И печаль росла в воздушном теле,
Но друг друга мы обнять не смели, -
И печали власть,
И стремленья страсть
В домовине под землей истлели.

А могилы наши разделила злоба.
Душно было нам под мрачным сводом гроба!
Годы возникали, годы угасали,
Но не гасла в пепле искорка печали.
Наконец и богу это надоело -
Он с постели поднял нас оледенелой,
Чтоб мир холодный обогреть,
Чтоб этот мир увидел вновь
И понял он, какой была
Та несравненная любовь.

* * *

Мне б твою увидеть руку!
Все мне в ней до боли мило,
И так много роз прекрасных
Вкруг меня она взрастила.

Дай руки твоей коснуться...
В час, когда мой ум мутнеет,
Мне под ласковой рукою
Отдыха прохлада веет.

И когда почует сердце
Смерти злой прикосновенье,
Руку ту сожму я сильно -
И настанет исцеленье.

* * *

Как твои нарядны сваты,
Мать несет убор богатый,
А у мужа что взяла ты?

Пусть я многих ненавистней,
Я на грудь, что всех прелестней,
Душу изливаю песней.

Звуки сладостные - где вы?
Молкнут все мои напевы
Перед ликом сербской девы.

* * *

Как этот мир
Дивно широк,
Там розы цвет,
А здесь поток.
Там нивы блеск,
Здесь светлый сад,
То солнца жар,
То лютый хлад.
В золоте весь
Дунай течет,
Там зелень трав,
Жасмин цветет!
Там соловья
Слышится песнь,
Моя душа
С твоею здесь.

Увядшие розы

* * *

В сердце, что оледенили
За утратою утрата,
Два мне сокола остались,
Два цветам подобных брата.

Не обман ли все на свете?
Бранко мне залечит рану.
Не обман ли все на свете?
Я цветком гордиться стану.

Не обман ли все на свете?
Как горька моя утрата!
Не прошло еще недели -
Спят в могиле оба брата.

* * *

В детстве над моей родною кровлей
Белых голубей кружилась стая,
А вокруг товарищи резвились, -
Их любил я, сам того не зная.

В молодости, на рассвете жизни,
Был я полон чистоты и силы,
С милыми душе моей дружил я,
Дорогими сердцу до могилы.

В зрелости - желаний исполненье
К счастью путь восходит по спирали,
И тогда еще друзей имел я
Тех, что заживо не умирали.

Дивные часы, объятья милых,
Вздох надежды, дружбы песнь святая
Из кадильниц молодости нашей
К небесам неслись благоухая.

А теперь печаль на все спустилась,
Омрачила радостные вести,
Редко кто зайдет меня проведать,
Чтобы о былом поплакать вместе.

Светлой памяти друзей умерших
Долг сполна я заплатить не в силах,
Но никто не смеет помешать мне
Чтить друзей, что мирно спят в могилах.

* * *

С лепестков росистый жемчуг
Солнце утром собирает,
День угаснет, ночь настанет,
И роса опять сияет.

Солнце вновь росу осушит,
Вновь блеснет роса ночная
И сегодня так, и завтра,
Что ни ночь - роса иная.

Наконец устало солнце,
А роса не утомилась...
Солнце поняло, какая
В лепестках роса искрилась.

* * *

Даже радость входит,
Злую тень тая,
Под любою розой
Кроется змея.

За минуту счастья
Ожидает месть, -
Грозное проклятье
И в блаженстве есть.

Горе нам: в прекрасный
Полный счастья час
Призраки и змеи
Окружают нас.

* * *

Мне - безрадостное небо,
Солнце, что в туман садится,
Мне - цветы мои, затем что
Им не надо веселиться.

Мне - трава в садах вечерних,
Вся она в слезах блестящих,
Звезды, гаснущие в небе,
Тихий мир созданий спящих.

Мне - в лесу глухом тропинки,
Где один по ним иду я,
Мне - темнеющая чаща,
Никого здесь не найду я.

Гибель мира предвещая,
Бор шумит, но ясно слышим,
Как друг другу шепчут листья:
"Мы живем, мы вольно дышим!"

* * *

Ставят памятники мертвым
Из гранита, из металла,
Чтобы память дольше длилась,
Чтоб могила не пропала.

Люди к этому привыкли,
Я людей не осуждаю,
Только я своих усопших
В сердце верном воскрешаю.

Там могила, но над нею
Возвожу я милым храмы...
Там могила, но над нею
Чистой скорби фимиамы.

Я умру и боль погаснет,
Но над прахом плющ зеленый
Будет жить, быть может, дольше,
Чем надгробный крест с иконой.

* * *

Из чего ты, боже, вздумал наше сердце сотворить? -
Поначала хлынет счастье, чтобы сердце утомить,
И с неслыханною мощью черным жжет его огнем,
Но еще не гибнет сила в нем.

А потом приходят муки, лед и стужа без конца,
Но тоску одолевают наши стойкие сердца,
Окружают сердце тени многих горестных могил,
Все же сердце не теряет сил.

Но пройдут года, и сердце станет кладбищем навек,
Даже это переносит человек.
Вот еще доска, вот камень, и на камне имена
Тех, с кем я и пел и плакал, кем душа была полна,

Самых близких, без которых я не мог прожить и дня,
Тех, которые живыми остаются для меня.

* * *

Если близких провожаем,
Мы перед порогом
Руку им дадим и скажем:
"До свиданья, с богом!"

Те слова благой надежды
С уст легко слетают...
А свершатся, не свершатся -
Разве люди знают?

Но когда несем к могиле
Гроб в молчанье строгом,
Разве мы сказать не можем:
"До свиданья, с богом!"

* * *

"Видишь ли звезду на небе? -
Говорил астроном мне, -
Сохнет мозг, определяя
Расстоянье в вышине.

Далеко она, высоко,
Сотню долгих, долгих лет
Мчится от нее на землю
Синевато-желтый свет.

Очарованы мерцаньем,
Мы следим за ней всегда,
А ее уж, может, нету...
Веришь мне?" - "Конечно, да!

Оттого что часто ночью
Слышу вдруг со всех сторон
Голоса мне дорогие,
Проникающие в сон.

Вижу я глаза любимой,
Излучающие свет...
Я их вижу, вижу, вижу -
А ее на свете нет".

* * *

Ах, индиго, сурик, охра -
Эти краски слишком слабы!
Были б слезы разноцветны,
Рисовать и стал тогда бы.

Я писал бы на картинах
Все, что взор увеселяет:
Как сияет в небе месяц,
Как под ним звезца мерцает,

Как встает из дали солнце,
Как румяны утром зори,
Как корабль плывет неспешно
По сапфирной глади моря,

Как цветут красиво розы,
Как взлетают в небо птицы,
Как невест ласкает счастье,
Как весной сияют лица.

Я б картины эти миру
Дал скорей, чем песни, сказки,
Но от всех я утаил бы,
Где добыты эти краски.

* * *

Я цветы любил когда-то
Более всего на свете,
Но теперь я убедился:
Мне всего милее дети.

В детях есть зерно святое,
В них грядущее таится.
Был бы мир гораздо лучше,
Если б дал ему развиться.

В души детские гляжу я,
Их пленяюсь чистотою,
Их паденья не увижу -
Раньше я глаза закрою.

* * *

Из истерзанного сердца,
Не из глаз упали слезы,
И теперь росою стали
В лепестках увядшей розы.

Ночь прошла, и утром рано
Солнце радостное встало,
И лучи поют, сверкая:
"Мы хотим, чтоб слез не стало".

Это было долгим летом,
Солнце слезы осушило,
Но зима сменила осень,
Вьюга в поле закружила,

И метель найдя в засохших
Лепестках погибшей розы
Капли слез, спокойно молвит:
"Леденеют эти слезы!"

И когда замерзли росы,
Прелесть розы отблистала,
Перестала роза плакать,
Сердце биться перестало.

* * *

Не один, поверь, страдаешь
Ты по воле рока.
Много есть на свете горя
Близко и далеко.

Льется песня, как надежда,
В брызгах водопада,
Ей в пучине общей боли
Раствориться надо.

* * *

Ты мне сказать хотела,
Но, видно, не смогла.
Устам захолодевшим
Слезинка помогла.

Когда я стер слезинку,
Вглядясь в твои черты,
Я понял: гибель Смильки
Предчувствуешь и ты.

И в блеске той слезинки
Я угадал, грустя, -
Надежды юной сербки
На малое дитя.

Ты мне сказать хотела:
"Когда для Смильки ночь..."
Я понял, слишком понял -
Умрет малютка-дочь.

Не зря слеза скатилась
Из материнских глаз
Наш свет, дочурку нашу,
Господь унес у нас.

И часто голос дочки
Мне слышится во сне:
"Люби малюток сербских,
Как память обо мне".

И я, почти утешен,
Бреду в глубинах сна,
И ночь моих печалей

Уже не так темна.

Источники:

http://www.anti-glob.ru/kpsm/liter/stihi.htm

http://ahmatova.ouc.ru/perevodi-iz-ugoslavskoj-poezii.html

serbstihi.blogspot.com

rrulibs.com : Поэзия : Поэзия: прочее : ЙОВАН ЙОВАНОВИЧ-ЗМАЙ Перевод с сербскохорватского : читать онлайн : читать бесплатно

ЙОВАН ЙОВАНОВИЧ-ЗМАЙ

Перевод с сербскохорватского

Йован Йованович-Змай (1833–1904). — Сербский поэт, просветитель и общественный деятель, талантливый переводчик. Родился в городе Нови Сад. Изучал право и медицину в Вене, Праге и Пеште. В течение многих лет совмещал литературную работу с медицинской практикой. Был создателем и редактором многих литературных журналов как для взрослых, так и для детей, снискавших широкую популярность и признание по всей стране. Обладая глубоким и своеобразным лирическим талантом, Змай создал прекрасные образцы интимной лирики (сборники «Розы», 1864; «Стихи», 1871; «Увядшие розы», 1882; «Сновидения», 1895), в которых отразились события личной жизни поэта, рано потерявшего жену и детей. Искренние и непосредственные стихотворения Змая вошли в сокровищницу сербской лирической поэзии. В своих сатирах Змай высмеивал существовавшие в Австро-Венгрии и затем Сербии порядки, разделяя взгляды сербского революционного демократа Светозара Марковича (сборник «Девясил», 1900). Змай был родоначальником сербской поэзии для детей, и его детские стихи по сей день остаются излюбленным чтением ребят.

ИЗ ЦИКЛА «РОЗЫ»

Перевод А. Ахматовой

«Ничего, любовь, ты не забыла…»


Ничего, любовь, ты не забыла.
Иль ты лжешь, иль это так и было.
Слушай, друг мой нежный, сказки эти,
Ты одна поверишь мне на свете…


В древнем веке, в дали беспросветной,
В облаке, лучом не озаренном,
Пепельном, неясном, отдаленном,—
Так теперь я верю беззаветно,—


Жили мы с тобою двое,
Две души в любовном зное,
И не ведали покоя,


И томились мы любовной жаждой,
А любовь росла с минутой каждой,
И печаль росла в воздушном теле,
Но друг друга мы обнять не смели,—


И печали власть
И стремленья страсть
В домовине под землей истлели.


А могилы наши разделила злоба.
Душно было нам под мрачным сводом гроба!
Годы возникали, годы угасали,
Но не гасла в пепле искорка печали.
Наконец и богу это надоело —
Он с постели поднял нас оледенелой,


Чтоб мир холодный обогреть,
Чтоб этот мир увидел вновь
И понял он, какой была
Та несравненная любовь.

* * *

«Как этот мир…»


Как этот мир
Дивно широк,
Там розы цвет,
А здесь поток.
Там нивы блеск,
Здесь светлый сад,
То солнца жар,
То лютый хлад.
В золоте весь
Дунай течет,
Там зелень трав,
Жасмин цветет!
Там соловья
Слышится песнь,
Моя душа
С твоею здесь.

ИЗ ЦИКЛА «УВЯДШИЕ РОЗЫ»

Перевод А. Ахматовой

«Из чего ты, боже, вздумал…»


Из чего ты, боже, вздумал наше сердце сотворить?
Поначалу хлынет счастье, чтобы сердце утомить,
И с неслыханною мощью черным жжет его огнем.
Но еще не гибнет сила в нем.


А потом приходят муки, лед и стужа без конца,
Но тоску одолевают наши стойкие сердца,
Окружают сердце тени многих горестных могил,
Все же сердце не теряет сил.


Но пройдут года, и сердце станет кладбищем навек,
Даже это переносит человек.
Вот еще доска, вот камень, и на камне имена
Тех, с кем я и пел и плакал, кем душа была полна,


Самых близких, без которых я не мог проявить и дня,
Тех, которые живыми остаются для меня.

* * *

«Из истерзанного сердца…»


Из истерзанного сердца,
Не из глаз упали слезы
И теперь росою стали
В лепестках увядшей розы.


Ночь прошла, и утром рано
Солнце радостное встало,
И лучи поют, сверкая:
«Мы хотим, чтоб слез не стало».


Снова ночь, и вновь слезами
Эта роза заблистала,
Утром вновь лучи запели:
«Мы хотим, чтоб слез не стало».


Это было долгим летом,
Солнце слезы осушило,
Но зима сменила осень,
Вьюга в поле закружила,


И метель, найдя в засохших
Лепестках погибшей розы
Капли слез, спокойно молвит:
«Леденеют эти слезы!»


И когда замерзли росы,
Прелесть розы отблистала,
Перестала роза плакать,
Сердце биться перестало.

* * *

«Не одни, поверь, страдаешь…»


Не одни, поверь, страдаешь
Ты по воле рока.
Много есть на свете горя
Близко и далеко.


Льется песня, как надежда,
В брызгах водопада,
Ей в пучине общей боли
Раствориться надо.

ДЕВЯСИЛ

Перевод М. Исаковского


Девясил — траву здоровья
В ночь русалка поливает.
Девясил — слыхать в народе —
Девять сил в себе скрывает.


Волшебством своим, русалка,
Обаяньем, сердцу милым,
Ты полей и эту песню,
Что назвал я Девясилом;


Может, эта песня рану
Сыну Сербии прикроет
И хотя бы на мгновенье
Боль и муку успокоит.

ЛЮБЛЮ ЖИЗНЬ

Перевод Н. Глазкова


Жизнь люблю, она дает мне
Иногда удачу, радость…
Жизнь люблю я всей душою,
Но и смерти не пугаюсь.


Бог, за то тебе спасибо,
Что любой из сербов знает,
Что он серб, и твердо верит
В то, за что он умирает.


Вспоминаю, как в народе
О свободе говорится:
«Кто всю жизнь боится смерти,
Тот не должен был родиться!»

ПОЭТ И ПЕСНЯ

Перевод А. Суркова

Поэт


Песня, ты обманываешь мир,
Воспевая счастье, и веселье,
И любовь, и ласки, и похмелье,
Песня, ты обманываешь мир!

Песня


Разве я обманываю мир?
Я тебе шепчу слова обмана,
Чтобы кровь не источала рана.
Разве я обманываю мир?

Поэт


Будешь мне шептать обманы вечно?
Чтоб в неволе тысячи несчастий
Сердце не терзали мне на части —
Будешь мне шептать обманы вечно?

Песня


Встань, живи, борись и не сгибайся!
С колыбели мы сдружились оба,
И дружить нам суждено до гроба.
Встань, живи, борись и не сгибайся!

МИЛОСТИВОЙ ЕВРОПЕ

(На могиле расстрелянных коммунаров)

Перевод О. Колычева


Ты в живых бросала грязью,
А возносишь после смерти.
Крепко спавшее, внезапно
Пробудилось милосердье.


И трепещешь ты, взирая
На геройство этой смерти!
Много зол ты совершила,
Их попробуйте измерьте!


Ни к чему над прахом павших
Приторное милосердье!
«Бойся, бойся тех, кто может
Смерть принять без страха смерти!»

ПАМЯТНИК НА РУЕВИЦЕ[363]

Перевод Н. Тихонова


Скинь ты шапку, если здесь проходишь,
Помолися богу;
Знай, за братство тут юнацкой крови
Пролито много.


Встали сербы защищать родные
Славянские нивы,
Брат наш крикнул, видя в бой идущих:
«Нет, не одни вы!»


Из далеких из краев студеных
Тут русские встали,
С братской они славянской любовью
Помощь нам дали!


Вы заслужили, чтобы в потомстве
Бессмертно бы жили,
Многие здесь за сербский народ наш
Жизнь положили.


Отдали жизнь, а ее обратно
Не вернешь ведь с поля,
Может ли дать кто-нибудь другому,
Дать еще боле?


Скинь же здесь шапку и помолись ты,
Вспомни дни боя,
То береги, что предки геройски
Взяли борьбою.


Камень большой на русской могиле
Славою дышит!
Память, живущая в сердце сербском,
Больше и выше!

БРАТЬЯМ БОЛГАРАМ

Перевод С. Маршака


Здравствуйте, соседи.
Добрый день вам, братья.
Здравья и свободы
Рад вам пожелать я.


Пусть всегда нас греют
Братские объятья.
Братья мы по крови
И по духу братья.


Сербы край свой любят,
Отчий дом свой старый.
Сербы любят волю
Так же, как болгары.


Пусть грозят нам беды,
Мы их одолеем,
Вместе наши руки
Во сто раз сильнее!

ЧЕСТЬ

Перевод С. Маршака


Чести золото не купит:
Честный чести не уступит.
Честь нужна ему, как свет.


Рад продать ее бесчестный,
Но, как всякому известно,
У бесчестных чести нет.

Йован Йованович-Змай (1833–1904). — Сербский поэт, просветитель и общественный деятель, талантливый переводчик. Родился в городе Нови Сад. Изучал право и медицину в Вене, Праге и Пеште. В течение многих лет совмещал литературную работу с медицинской практикой. Был создателем и редактором многих литературных журналов как для взрослых, так и для детей, снискавших широкую популярность и признание по всей стране. Обладая глубоким и своеобразным лирическим талантом, Змай создал прекрасные образцы интимной лирики (сборники «Розы», 1864; «Стихи», 1871; «Увядшие розы», 1882; «Сновидения», 1895), в которых отразились события личной жизни поэта, рано потерявшего жену и детей. Искренние и непосредственные стихотворения Змая вошли в сокровищницу сербской лирической поэзии. В своих сатирах Змай высмеивал существовавшие в Австро-Венгрии и затем Сербии порядки, разделяя взгляды сербского революционного демократа Светозара Марковича (сборник «Девясил», 1900). Змай был родоначальником сербской поэзии для детей, и его детские стихи по сей день остаются излюбленным чтением ребят.

rulibs.com

Йован ЙОВАНОВИЧ-ЗМАЙ


Славянство
Что такое ФСК?
Галерея славянства
Архив 2017 года
Архив 2016 года
Архив 2015 года
Архив 2014 года
Архив 2013 года
Архив 2012 года
Архив 2011 года
Архив 2010 года
Архив 2009 года
Архив 2008 года
Славянские организации и форумы
Библиотека
Выдающиеся славяне
Указатель имен
Авторы проекта

Родственные проекты:
ПОРТАЛ XPOHOC
ФОРУМ
НАРОДЫ:
◆ ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
◆ СЛАВЯНСТВО
◆ АПСУАРА
◆ НАРОД НА ЗЕМЛЕ
ЛЮДИ И СОБЫТИЯ:
◆ ПРАВИТЕЛИ МИРА...
◆ ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
БИБЛИОТЕКИ:
◆ РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ...
Баннеры:

Прочее:

Йован ЙОВАНОВИЧ-ЗМАЙ

Песни нежной колыханье

Предисловие к публикации Елены КУРЕЛЛА

 

Йован Йованович-Змай - выдающийся сербский поэт, родился 24 ноября 1833 года в городе Нови-Сад. По окончании гимназии он изучал юриспруденцию в Пеште, Праге и Вене. После чего, закончив в Пеште медицинский факультет, жил и работал врачом в нескольких местах Воеводины, а так же в Вене, Белграде и Загребе. Свои стихи многие годы он публиковал под разными псевдонимами (чаще - Змай). В 1878 году его назначают драматургом Белградского Народного театра. Он редактирует несколько литературных, сатирических и детских газет. В 1899 году он отмечает пятидесятилетие своей литературной деятельности, и, в знак народного признания, Сербское Народное Собрание награждает его ежегодной денежной премией. Умер Йован Йованович-Змай 3 июня 1904 года в Среме.

Змай - поэт огромного духа и тончайшего ума, обладал редкой поэтической плодовитостью и разносторонностью лирики. А как переводчик стихов на сербский язык, Змай и до настоящего времени не имеет себе равных. Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Добролюбова, Гейне, Петефи и многих других великих поэтов подарил он сербской литературе.

Патриарх сербского романтизма - Йован Йованович-Змай, всё своё творчество посвятил служению своему народу. Его последние книги стихов «Сновидения» (I, II - 1895; IIΙ - 1900) и «Девясил» (1900) проникнуты особой заботой о народных корнях национальной поэзии и культуры.

В патриотических и социально-моральных стихах, воспевая независимость и прогресс, Змай был приверженцем европейского либерализма. Но по сути, больше боролся с мракобесием, чем возвышал благодать свободы. В тоже время он не стремился к великим социальным преобразованиям, считая, что главное зло коренится в человеческих слабостях и пороках. Змай был остр и беспощаден в сатире, вопреки добродушию и мягкости своих детских и других стихов.

Значительная часть его творчества - это стихи детям («Дядя Йова сербским детям», 1890). Детям он написал множество стихов, полных любви и нежности, надежд и радости, заботясь о чистоте и здоровье их юных душ.

Трудно говорить без пафоса об этом замечательном поэте и сложном человеке, жизнь и творчество которого были всецело подчинены несгибаемой воле. Никогда Змай не сетовал на злую судьбу и личные неудачи. Стихов чисто личного характера он написал относительно мало (возможно, именно по этой причине некоторые критики считали его поэтом слабых чувств). Но то немногое сокровенное, что вырвалось из-под его пера песней любви - настоящее сокровище любовной лирики. Его любовная поэзия имеет все оттенки, кроме цветов шумной радости и безоблачного восторга. И до смерти его жены, которой посвящены прекраснейшие любовные стихи, обогатившие собой сербскую литературу - «Розы» (1864) (к этому же периоду относятся книги: «Сборник стихов» (1879; I - 1881; II - 1882)), Змаево счастье было пронизано грустью и тревогой. В его «Розах» радость часто цепенеет, веселье иссякает, улыбки смешиваются со слезами, восклицания сменяются вздохами - и за тихим «ангелом любви» по пятам бредут «бесы и призраки». А после смерти его возлюбленной поэтом овладевают глубокое отчаянье и безнадёжная боль («Розы увядшие», 1882), преодолев которые, он сливается с заботами и чаяниями своего народа.

 

Если вспомню

Если вспомню я румянец
Твоего лица, родная,
Я не пью вина другого,
Только красное желаю.
 
Иль когда на ум приходят
Чёрные, как уголь, очи,
Вдруг трактирщик наливает
Мне  вино, чернее ночи.
 
И я пью, пою и плачу
От печали и восторга,
А потом бреду, качаясь
От любви такой жестокой.
 
А из окон, усмехаясь,
Мать твоя следит за мною -
Вы, не смейтесь, дорогая,
Ваша дочь тому виною.
 
Розы*
 
VIII
 
Полусердце-полукамень -
  Был когда-то я;
Полухолод-полупламень -
  Кровь текла моя.
 
Ты же камень научила
  Пламенно любить,
Сердцу крылья подарила,
  Чтобы воспарить.
 
Полетело сердце к небу,
  К свету, к Богу, в рай,
Где рассвет горит волшебный,
  В край, где вечный май.
 
Стал для сердца милым домом
  Уголок любви
Между наших звёзд огромных.
  Льющих свет любви.
 
И молю теперь я Бога,
  Чтобы он простил:
Лишь тебя любить я смог бы
  Век, что хватит сил.
 
IX
 
«Отпусти меня на волю -
  В радостный полёт, -
Отыщу, где твой цветочек
  Аленький растёт.
 
Я цветочку в очи гляну,
  Где мерцает май» -
Вздох молил. И я ответил,
  Что же улетай.
 
Ох, лети, лети скорее,
  Опустилась ночь,
Удержать тебя не в силах,
  Грусть не превозмочь.
 
Только след своей печали,
  От любимой скрой,
Чтоб она не догадалась,
  О тоске немой.
 
«Не волнуйся, не узнает,
  Боль свою сдавлю,
В шёлк оденусь я и к платью
  Рифму приколю.
 
И польётся песня, нежно
  Нотками звеня…
Погляди же… разве можно
  В ней узнать меня».
 
X
 
О, взгляни, как звёзды блещут,
Погляди же, ночь какая,
Положи свою головку
Мне на сердце, дорогая!
 
Отчего ж ты загрустила,
Отчего ж ты побледнела?
О, скажи мне, что же сердце -
Сердце что тебе напело?
 
Рассказало ли про грёзы,
Про нездешние печали,
Про надежды золотые
И про вздох багрово-алый?
 
Вижу, всё уже ты знаешь,
Так сверкают очи эти,
Выдаёт тебя румянец,
И слеза тому свидетель.
 
XV
 
Молил я долго очи,
  Чтоб слёз пустых не лили,
Молил я долго пальцы,
  Чтоб в трепете застыли.
 
Молил любовь я, чтобы
  Меня не искушала,
Но потускнели очи,
  Любовь мольбам не вняла.
 
И лишь один цветочек,
  Рождённый днём весенним,
Услышал то, что скрыл я
  Во вздохе сокровенном.
 
И аромат нежнейший
  Со вздохом тем смешался,
И заалел цветочек,
  Упав ко мне на пальцы.
 
Теперь мне цветик этот
  Самих очей дороже,
Теперь мне цветик ближе
  Чем пальцы рук тревожных.
 
Теперь любовь за мною
  Следит, не отступая -
Что сделал тот цветочек,
  Никак не понимая.
 
ХХV
 
Ночь струится,
  Спит мой свет небесный;
В изголовье
  Ветки блеск чудесный,
А на ветке
  Будто бы журчанье,
Словно песни
  Нежной колыханье:
Здесь до ночи
  Соловьи свивали
Нить из трелей -
  И вуаль соткали -
И покрыли
  Ей лицо и груди,
Свет мой ясный
  Спать спокойно будет.
 
XXXVI
 
Мчится поезд. Предо мною
Всё бегут поля да нивы,
Тополя мелькают, липы,
Пруд, в тени плакучей ивы.
 
Вот, вспорхнула с ветки птичка -
И летит, кружась, всё выше, -
Это всё в очах любимой,
Словно в зеркале, я вижу.
 
Солнце здесь, деревни, церкви,
Здесь сады, в пылу расцвета, -
Я гляжу, заворожённый,
Нет для сердца краше света.
 
XL
 
Спишь. Ну а мне все не спится -
Мыслями сердце волную -
Кажется, будет кощунством,
Если тебя поцелую.
 
Чистую, словно из рая,
Вижу тебя, весь в смятенье, -
Нет, не посмею разрушить
Это земным наслажденьем.
 
Увядшие розы
 
XX
 
Как вокруг темно и серо,
Словно и не рассветало;
Небо тускло, точно око,
То, что слёзы лить устало.
 
Я смотрю сквозь этот сумрак,
Всё смотрю, смотрю высоко,
В то безрадостное небо,
В затуманенное око;
 
Всё смотрю во мрак печальный,
В бесконечность ту пустую,
В этот жуткий вздох холодный,
Всё смотрю в ту грусть немую.
 
И теперь мне это близко,
И теперь мне это мило…
Словно прежде прямо в очи
Солнце ярко не светило, -
 
Словно никогда весною
Жизнь моя не расцветала,
Словно солнце золотое
Светом сердце не лобзало.

Перевод с сербского Елены КУРЕЛЛА

_____________

* В разделах «Розы» и «Увядшие розы» стихи нумеруются по сборнику стихов - Jован Jовановић Змаj, «ОДОБРАНЕ ПЕСМЕ» - Београд, Српска књижевна задруга, 2003

 

 

sklaviny.ru

Й.Йованович-Змай. "Храбрый Ника" (худ. В.Таубер): shaltay0boltay — LiveJournal

Поскольку одному из моих ЖЖ-друзей понадобился скан странички из-за недобросовестного букиниста, который прислал книгу без нее, хотя состояние указал как "хорошее", и раз уж всё равно я книгу нашла и вытащила, "припасу" (как говорит еще один мой хорошой ЖЖ-друг), её полностью себе в журнал.

Вот бы кто-нибудь переиздал, вместо того, чтобы печатать какую-нибудь очередную "Русалочку"!
И стихи прекрасные, и рисунки! Эх....

Йован Йованович-Змай. "ХРАБРЫЙ НИКА"
("Детгиз", 1959 год, худ. В.Таубер, пер. с сербского, авторы перевода указаны на странице с содержанием под катом)

shaltay0boltay.livejournal.com

Читать онлайн "Европейская поэзия XIX века" автора Антология - RuLit

ДЖЮРА ЯКШИЧ

Перевод с сербскохорватского

Джюра Якшич (1832–1878). — Сербский поэт и художник, крупный представитель бунтарской романтической лирики. Родился в семье священника в одном из сел Воеводины; изучал живопись, участвовал в революции 1848 года. После ее разгрома пытался завершить образование в Вене и Мюнхене, но безуспешно. В течение почти всей своей жизни служил учителем рисования, страшно нуждался. В поэзии Д. Якшича, наряду с меланхолической рефлективной лирикой, важное место принадлежит патриотическим, социально-сатирическим стихотворениям, утверждавшим идею социального бунта. Выступал с историческими драмами, проникнутыми свободолюбивыми идеями. Подчеркнуто социальны по своим сюжетам рассказы Д. Якшича, вышедшие четырьмя сборниками в 1876–1878 годах. Творчество Д. Якшича было тесно связано с движением сербской молодежи 60–70-х годов прошлого века, боровшейся за национальное освобождение и политические свободы.

СКВОЗЬ ПОЛНОЧЬ

Перевод В. Луговского

Сквозь гибких веток переплетенье Светил мерцанье, планет роенье, Утихомирься, сердцебиенье. И глубже в гущу, в стеблей сплетенье.

Ручей, бегущий полночной далью, Здесь, в этих кущах, любви свиданье, Здесь, где с растеньем сплелось растенье, И глубже в гущу, в стеблей сплетенье.

Моя душа тобой согрета, Меня растопит до рассвета, Сметет, как снега наважденье,— И глубже в гущу, в стеблей сплетенье!

ЕВРОПЕ

Перевод О. Колычева

Тебя восславить, тебя — тираншу! А душу гложут и гнев и яд, И злые жала твоих насмешек Живую песню мою казнят…

О, миллионы сердец страдают, И миллионы домов сожгли, И миллионы людей, как черви, Живут в клоаке, ползут в пыли!

И миллионы людей смиренно На суд суровый идут к тебе: Не можем больше мы жить рабами И покоряться своей судьбе!

Тиран казнит нас, позорит женщин, Посевов наших плоды берет. Сама суди же, будь справедлива, Да разве может так жить народ!

Мы погибаем!.. — И погибайте! — Что ей, Европе! Все нипочем! Сплотимся ж, братья! Падем со славой, Но цепи рабства мы рассечем!

Пусть кровь прольется, но — мы свободны, Мы не желаем рабами быть! Клянемся, сербы: в бою погибнуть Или свободу в бою добыть!

ОТЧИЗНА

Перевод М. Зенкевича

Даже камни кряжей горных сербских, Что сквозь облако грозятся солнцу, Сумрачно кремнистый лоб нахмурив, Повествуют о веках далеких И показывают молчаливо На лице глубокие морщины. Это мрачный след веков прошедших, Это борозды расщелин черных, Камни эти, словно пирамида, Поднимаются из праха к небу. То гора костей окаменелых, Что в борьбе с заклятыми врагами Вольно наши прадеды сложили, Кровью сердца своего скрепляя Мышцы мощные костей разбитых, Чтобы внукам крепость приготовить, Где б могли они бесстрашно встретить Хищные грабительские орды. Может, ты дойдешь до этих кряжей, До твердыни этой, Даже ступишь здесь ногой поганой, Но дерзнешь ли дальше? Ты услышишь, Как вдруг тишину земли свободной Громы страшным грохотом разрушат. Ты поймешь тогда пугливым сердцем Смелый голос громовых раскатов, Будешь ты о каменные глыбы, Обезумевши от страха, биться, Голым теменем своим обритым, Мысль одну, одно лишь изреченье Ты услышишь средь борьбы смертельной «Здесь отчизна сербов!»

ЙОВАН ЙОВАНОВИЧ-ЗМАЙ

Перевод с сербскохорватского

Йован Йованович-Змай (1833–1904). — Сербский поэт, просветитель и общественный деятель, талантливый переводчик. Родился в городе Нови Сад. Изучал право и медицину в Вене, Праге и Пеште. В течение многих лет совмещал литературную работу с медицинской практикой. Был создателем и редактором многих литературных журналов как для взрослых, так и для детей, снискавших широкую популярность и признание по всей стране. Обладая глубоким и своеобразным лирическим талантом, Змай создал прекрасные образцы интимной лирики (сборники «Розы», 1864; «Стихи», 1871; «Увядшие розы», 1882; «Сновидения», 1895), в которых отразились события личной жизни поэта, рано потерявшего жену и детей. Искренние и непосредственные стихотворения Змая вошли в сокровищницу сербской лирической поэзии. В своих сатирах Змай высмеивал существовавшие в Австро-Венгрии и затем Сербии порядки, разделяя взгляды сербского революционного демократа Светозара Марковича (сборник «Девясил», 1900). Змай был родоначальником сербской поэзии для детей, и его детские стихи по сей день остаются излюбленным чтением ребят.

www.rulit.me


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.