Стихи сэр уолтер рэли


Григорий Кружков » Сэр Уолтер Рэли: Sir Walter Raleigh2552–1618

Сэр Уолтер Рэли Sir Walter Raleigh
1552–1618

В похвалу «Cтального зерцала»
Джорджа Гаскойна

Нет в мире соуса на всякий вкус,
Что мудрым мед, то дураку — отрава;
Испорченным желудкам (вот конфуз!)
Не по нутру и добрая приправа.
Что из того? На всех не угодишь,
Дрянной язык ничем не усладишь.

Высокие умы всегда почтят
Достойный труд достойными хвалами;
Зато все благородное чернят
Завистники с иссохшими мозгами.
Попробуй над безумством века встань —
Тотчас пожнешь и ненависть, и брань.

Итак, хочу сужденье произнесть:
Сие Зерцало нелицеприятно,
В нем каждый зрит себя, каков он есть —
Будь принц иль нищий, низкий или знатный.
А что до слога — думаю, что он
На сей стезе никем не превзойден.

Благословен отрадный блеск Дианы

Благословен отрадный блеск Дианы,
Благословенны в сумраке ночей
Ее роса, кропящая поляны,
Магическая власть ее лучей.

Благословенны Нимфы тайных рощ
И рыцари, что служат светлой Даме;
Да не прейдет божественная мощь,
Да вечно движет зыбкими морями!

Она — владычица надзвездных сфер,
Струящая на мир покой и млечность,
Недостижимый чистоты пример;
В ее изменчивости скрыта вечность.

Она на колеснице горней мчит
Над всем, что смертно, дряхло и устало —
Сердец влюбленных непорочный щит,
Небесной добродетели зерцало.

В ней — свет и благо! А незрячий крот
Пускай к Цирцее низменной идет.

Питай себя надеждами, глупец

Питай себя надеждами, глупец:
Они — твоя единственная пища,
Упрямо зижди на песке дворец
И верь в надежность своего жилища.

Обманам предавайся вновь и вновь,
Преследуй по пятам мираж в пустыне,
Гонись за призраком, ищи любовь
Там, где приязни не было в помине.

Лелей воспоминания в груди,
Улыбкам верь и обещаньям темным
И простодушно по себе суди
О сердце ветреном и вероломном.

Превозноси униженную страсть,
Сквозь пальцы глядя на свои обиды,
Иллюзиями упивайся всласть,
Рисуй в душе заманчивые виды…

Когда же вдруг рассеется мираж,
Тщету надежд явив перед тобою, —
Вини тогда не собственную блажь,
А только невезенье роковое,

Кляни любовь, свой жребий, ад и рай,
Кричи: «Горю!» — и пламя раздувай.

Природа, вымыв руки молоком…

Природа, вымыв руки молоком,
Не стала их обсушивать, но сразу
Смешала шелк и снег в блестящий ком,
Чтоб вылепить Амуру по заказу
Красавицу, какую только смел
В мечтах своих вообразить пострел.

Он попросил, чтобы ее глаза
Всегда лучистый день в себе таили,
Уста из меда сделать наказал,
Плоть нежную — из пуха, роз и лилий;
К сим прелестям вдобавок пожелав
Лишь резвый ум и шаловливый нрав.

И, план Амура в точности храня,
Природа расстаралась — но, к несчастью,
Вложила в грудь ей сердце из кремня;
Так что Амур, воспламененный страстью
К холодной красоте, не знал, как быть —
Торжествовать ему или грустить.

Но время, этот беспощадный Страж,
Природе отвечает лязгом стали;
Оно сметает Упований блажь
И подтверждает правоту Печали.
Тяжелый ржавый серп в его руках
И шелк, и снег — все обращает в прах.

Прекрасной плотью, этой пищей нег,
Игривой, нежной и благоуханной,
Оно питает Смерть из века в век —
И не насытит прорвы окаянной.
Да, Время ничего не пощадит —
Ни, уст, ни глаз, ни персей, ни ланит.

О, Время! Мы тебе сдаем в заклад
Все, что для нас любезно и любимо,
А получаем скорбь взамен отрад.
Ты сводишь нас во прах неумолимо
И там, во тьме, в обители червей
Захлопываешь повесть наших дней.

Сыну

Три вещи есть, что процветают врозь:
Блаженно их житье и безмятежно,
Пока им встретиться не довелось;
Но как сойдутся — горе неизбежно.

Та троица — ствол, стебель, сорванец,
Стволы идут для виселиц дубовых,
Из стеблей вьют веревочный конец
Для сорванцов — таких, как ты, бедовых.

Пока не пробил час — учти, мой друг, —
Дуб зелен, злак цветет, драчун смеется;
Но стоит им сойтись, доска качнется,
Петля скользнет, и сорванцу каюк.

Не попусти Господь такому сбыться,
Чтоб в день их встречи нам не распроститься.

Наказ Душе

Душа, жилица тела,
Ступай в недобрый час;
Твой долг — исполнить смело
Последний мой наказ:
Иди и докажи,
Что мир погряз во лжи!

Скажи, что блеск придворный —
Гнилушки ореол,
Что проповедь — притворна,
Коль проповедник зол.
И пусть вопят ханжи —
Сорви личину лжи!

Скажи, что триумфатор,
В короне воссияв,
Всего лишь узурпатор
Чужих заслуг и слав.
И пусть рычат ханжи —
Сорви личину лжи!

Скажи вельможам важным,
Хозяевам страны,
Что титлы их продажны,
Что козни их гнусны.
И пусть грозят ханжи —
Сорви личину лжи!

А гордецу и моту
Скажи, что сумасброд,
Транжиря по расчету,
Ждет новых благ и льгот.
Пусть злится — докажи,
Поймай его на лжи!

Скажи, что знанье — бремя,
Что плоть есть только прах,
Что мир — хаос, а время —
Блуждание впотьмах.
Земным — не дорожи,
Сорви личину лжи!

Скажи, что страсть порочна,
Что обожанье — лесть,
Что красота непрочна
И ненадежна честь.
Пустым — не дорожи,
Сорви личину лжи!

Скажи, что остроумье —
Щекотка для глупцов,
Что заумь и безумье
Венчают мудрецов.
Так прямо и скажи —
Сорви личину лжи!

Скажи, что все науки —
Предрассуждений хлам,
Что школы — храмы скуки,
А кафедры — Бедлам.
И пусть кричат ханжи —
Сорви личину лжи!

Скажи, что на Парнасе
У всякого свой толк,
Что много разногласий,
А голос муз умолк.
И пусть шумят ханжи —
Сорви личину лжи!

Скажи, что власть опасна
И что судьба слепа,
Что дружба — безучастна,
Доверчивость глупа.
Так прямо и скажи —
Сорви личину лжи!

Скажи, что суд как дышло
И вертят им за мзду.
Что совесть всюду вышла,
Зато разврат в ходу.
Пусть бесятся ханжи —
Сорви личину лжи!

Когда же всем по чину
Воздашь перед толпой,
Пускай кинжалом в спину
Пырнет тебя любой:
Но двум смертям не быть,
И душу — не убить!

Из поэмы «Океан к Цинтии»

К вам, погребенным радостям моим,
Я обращаю этот жалкий ропот,
Тоскою и раскаяньем казним,
Погибельный в душе итожа опыт.

Когда бы я не к мертвым говорил,
Когда бы сам я, как жилец могилы,
В бесчувствии холодном не застыл —
Взывающий к теням призрак унылый,

Я бы нашел достойнее слова,
Я бы сумел скорбеть высоким слогом;
Но ум опустошен, мечта мертва —
И в гроб забита в рубище убогом…

Там, где еще вчера поток бурлил
Во всей своей мятежной, вешней силе,
Осталась лишь трясина, вязкий ил:
И я тону в болотном этом иле.

У нивы сжатой колосков прошу —
Я, не считавший встарь снопов тяжелых;
В саду увядшем листья ворошу;
Цветы ищу на зимних дюнах голых…

О светоч мой, звезда минувших дней,
Сокровище любви, престол желаний,
Награда всех обид и всех скорбей,
Бесценный адамант воспоминаний!

Стон замирал при взоре этих глаз,
В них растворялась горечь океана;
Все искупал один счастливый час:
Что Рок тому, кому Любовь — охрана?

Она светла — и с нею ночь светла,
Мрачна — и мрачно дневное светило;
Она одна давала и брала,
Она одна язвила и целила.

Я знать не знал, что делать мне с собой,
Как лучше угодить моей богине:
Идти в атаку иль трубить отбой,
У ног томиться или на чужбине,

Неведомые земли открывать,
Скитаться ради славы или злата…
Но память разворачивала вспять —
Грозней, чем буря, — паруса фрегата.

Я все бросал; дела, друзей, врагов,
Надежды, миражи обогащенья,
Чтоб, воротясь на этот властный зов,
Терпеть печали и влачить презренье.

Согретый льдом, морозом распален,
Я жизнь искал в безжизненной стихии:
Вот так телок, от матки отлучен,
Все теребит ее сосцы сухие…

Двенадцать лет я расточал свой пыл,
Двенадцать лучших юных лет промчалось.
Не возвратить того, что я сгубил:
Все минуло, одна печаль осталась…

Довольно же униженных похвал,
Пиши о том, к чему злосчастье нудит,
О том, что разум твой забыть желал,
Но сердце никогда не позабудет.

Не вспоминай, какой была она,
Но опиши, какой теперь предстала:
Изменчива любовь и неверна,
Развязка в ней не повторит начала.

Как тот поток, что на своем пути
Задержан чьей-то властною рукою,
Стремится прочь преграду отмести,
Бурлит, кипит стесненною волною

И вдруг находит выход — и в него
Врывается, неудержим, как время,
Крушащее надежды, — таково
Любови женской тягостное бремя,

Которого не удержать в руках;
Таков конец столь долгих вожделений:
Все, что ты создал в каторжных трудах,
Становится добычею мгновений.

Все, что купил ценою стольких мук,
Что некогда возвел с таким размахом,
Заколебалось, вырвалось из рук,
Обрушилось и обратилось прахом!..

Стенания бессильны пред Судьбой;
Не сыщешь солнца ночью в тучах черных.
Там, впереди, где в скалы бьет прибой,
Где Кедры встали на вершинах горных,

Не различить желанных маяков,
Лишь буйство волн и тьма до горизонта;
Лампада Геро скрылась с берегов
Враждебного Леандру Геллеспонта.

Ты видишь — больше уповать нельзя,
Отчаянье тебя толкает в спину.
Расслабь же руки и закрой глаза —
Глаза, что увлекли тебя в пучину.

Твой путеводный свет давно погас,
Любви ушедшей жалобы не внятны;
Так встреть же смело свой последний час,
Ты выбрал путь — и поздно на попятный!..

Пастух усердный, распусти овец:
Теперь пастись на воле суждено им,
Пощипывая клевер и чабрец;
А ты устал, ты награжден покоем.

Овчарня сердца сломана стоит,
Лишь ветер одичало свищет в уши;
Изорван плащ надежды и разбит
Символ терпенья — посох твой пастуший.

Твоя свирель, что изливала страсть,
Былой любви забава дорогая,
Готова в прах, ненужная, упасть;
Кого ей утешать, хвалы слагая?

Пора, пора мне к дому повернуть,
Мгла смертная на всем, доступном взору;
Как тяжело дается этот путь,
Как будто камень вкатываю в гору.

Бреду вперед, а сам Назад гляжу
И вижу там, куда мне нет возврату,
Мою единственную госпожу,
Мою любовь и боль, мою утрату.

Что ж, каждый дал и каждый взял свое,
Наш спор пускай теперь Господь рассудит.
А мне воспоминание ее
Последним утешением да будет.

Проходит все, чем дышит человек,
И лишь одна моя печаль — навек.

kruzhkov.net

Рэли, Уолтер — Википедия

Уо́лтер Рэ́ли (англ. Sir Walter Raleigh[8][источник не указан 408 дней], 1552 или 1554 — 29 октября 1618) — английский придворный, государственный деятель, поэт и писатель, историк, моряк, солдат и путешественник, фаворит королевы Елизаветы I. Прославился каперскими нападениями на испанский флот, за что получил (как и Френсис Дрейк) рыцарство в 1585 году. Известна легенда, что именно он бросил под ноги Елизаветы I свой фиолетово-золотой плащ, чтобы королева смогла перейти через лужу, и он же нацарапал бриллиантом стихи на стекле дворца, чтобы привлечь её внимание. Считается, что именно Рэли завёз в Англию картофель и табак, и он же был одним из первых колонизаторов Северной Америки. Он грабил испанские суда и искал Эльдорадо, воевал в Ирландии и Фландрии. Он дружил с лучшими поэтами своей эпохи — Томасом Кидом, Кристофером Марло, Филипом Сидни, Уильямом Шекспиром.

Уолтер Рэли родился в приморском городке Ист-Бадли в Девоншире. Он был вторым ребёнком от третьего брака его отца, обедневшего помещика Уолтера Рэли, религиозного лидера местной протестантской общины. О ранних годах Уолтера-младшего мало что известно. 16 лет от роду он поступил в оксфордский Ориэл Колледж, но так и не смог дотянуть до конца курса, хотя науки давались ему легко и быстро.

С 17 лет Рэли участвовал в религиозных войнах во Франции на стороне гугенотов. В 1578 году он принял участие в полупиратской-полуисследовательской экспедиции своего брата, сэра Хэмфри Гилберта, где командовал небольшим кораблём «Фалькон». Шесть месяцев он находился в Атлантике, не раз вступая в схватки с испанскими кораблями. Экспедиция была неудачной, но Рэли оказался храбрым капитаном. Его заметили графы Лестер и Оксфорд, ставшие покровителями молодого капитана, и взяли его в свои войска в качестве капитана пехоты во время похода в Ирландию (подавление восстания Десмонда).

Рэли был талантлив, дерзок, смел и не упускал ни единой возможности для самообразования: в совершенстве владел древними языками, превосходно знал право, философию, историю. Он разработал проект экспедиции в Северную Америку, а также обладал едким и талантливым пером поэта.

Ирландский период[править | править код]

В 1579—1583 годах Рэли участвовал в подавлении восстания Десмонда. Он также присутствовал при осаде ирландского города Смервик. В результате захвата и разделения земли после её конфискации у участников восстания, Рэли получил во владение территорию размером в 160 кв. км, которая включала в себя два укреплённых города: Йол и Лисмор, а также был представлен Королевскому двору. Он стал одним из крупнейших землевладельцев в Манстере, но не смог привлечь достаточное количество арендаторов на свои земли.

Будучи помещиком в Ирландии на протяжении 17 лет, Рэли проживал в замке Киллуа в деревне Клонмеллон, графство Уэстмит. В Йоле же, где Рэли был назначен мэром с 1588 по 1589, он бывал довольно редко. А его городская усадьба Миртл Гроув («Миртовая Роща») связана с известным анекдотом, когда слуга, увидев клубы дыма из трубки Рэли, окатил его водой из ведра, предполагая, что хозяин горит. Впрочем, эту историю связывают и с другими местами: с трактиром «Вирджиния Эш» в Хенстридже, близ Шерборна, Шерборнского замка, а также с поместьем Южный Враксалл в графстве Уилтшир, домом сэра Уолтера Лонга, друга Рэли.

Среди знакомых Рэли в Мюнстере был поэт Эдмунд Спенсер — англичанин, которому была дарована земля в Ирландии. В 90х годах XVI столетия Рэли и Спенсер отправились из Ирландии в Лондон, к королевскому двору, где поэт представил королеве Елизавете I часть своей аллегорической поэмы «Королева фей».

Рэли не слишком успешно управлял своими владениями, отчего в дальнейшем его состояние значительно уменьшилось. В 1602 году он продал свои земли Ричарду Бойлу, 1-му графу Корку, который впоследствии был пожалован монаршей милостью при королях Якове I и Карле I. После смерти Рэли, члены его семьи обратились к Ричарду Бойлу за компенсацией, на основании явно невыгодной сделки Рэли с графом.

Фаворит королевы[править | править код]

В декабре 1581 г. Рэли с донесениями и положительными рекомендательными письмами был отослан в Лондон. Так началась его карьера при дворе. Уолтеру было тогда около тридцати лет, а Елизавете почти пятьдесят. Стройная фигура, пламенные речи, красивые глаза пленили стареющую королеву, и Рэйли вскоре был посвящён в рыцари.

Милости королевы позволили Рэли стать одним из самых богатых людей в Англии: Её Величество удостоила Рэли рыцарского звания, пожаловала ему оловянную монополию, патент на винный откуп, лицензию на экспорт шерстяного сукна, а также придворные должности — Рэли становится капитаном личной гвардии королевы, адмиралом Девона и Корнуолла. В 1583 году Рэли получил один из самых роскошных в Лондоне домов — дворец Дарем Хаус на знаменитой улице Стрэнд и любимое им до самой своей кончины поместье Шерборн в Дорчестере.

Королева позволила Уолтеру, который обладал невероятным обаянием и острым умом, выступить в Тайном совете. «Выскочка», как прозвали его при дворе, со свойственной ему дерзостью представил государственным мужам собственную программу покорения Ирландии: надо опираться не на жестокую силу ненавидимых английских войск, а умело поощрять местные сообщества добровольно служить далёкой, величественной и благородной королеве.

В стране Рэли считают нахалом, гордецом и карьеристом. На балах первый танец королева отдавала сэру Уолтеру Рэли, на королевской охоте позволяла скакать по правую руку от себя, в часы досуга — развлекать уединённой прогулкой и искусным разговором. Известно, что у Рэли с Елизаветой была любимая игра: писать друг другу послания, вырезая их алмазами по стеклу. «Я был бы счастлив вознестись, но я боюсь упасть», — начинал иносказательный диалог с государыней сэр Уолтер. «Если сердце обманет Вас, не советую возноситься», — отвечала она.

Успешная карьера фаворита рухнула в один момент. Давняя возлюбленная Рэли — фрейлина королевы, Елизавета (Бесс) Трокмортон, дочь некогда видного дипломата, — ждала от него ребёнка. Они были вынуждены тайно пожениться. Оставив молодую жену на сносях в поместье Шерборн, Рэли поспешно сел на корабль и отплыл к американскому побережью. Гнев королевы, узнавшей об измене фаворита, был страшен. В 1592 году Елизавете было уже почти 60, старела она тяжело, и ей мучительно не хотелось расставаться с репутацией обворожительной женщины, у которой нет соперниц. К тому же она всегда рассматривала своих фрейлин как неприкосновенных весталок, а своих фаворитов как личную собственность. Когда же королева узнала, что Рэли покинул страну без её ведома, за ним выслали вдогонку корабль с приказом: немедленно вернуться. Как только сэр Уолтер ступил на английскую землю, его арестовали и отправили в Тауэр. Елизавета Трокмортон была навсегда отлучена от двора. Но слава одного из лучших адмиралов английского флота (в 1590—1592 гг. Рэли командовал рядом экспедиций против испанцев) обеспечила ему прощение Елизаветы I и почётную ссылку в Дорсетшир. Там в 1593 г. у него родился сын Уолтер.

Несмотря на то что брак оказался счастливым — Рэли любил жену и детей, — отставку королевы он переживал тяжело. Елизавета не лишила его ни чинов, ни домов, ни собственности, она лишь отказала ему во внимании и близости, но именно этим сэр Уолтер крайне дорожил. Подтверждением служит его поэзия. Среди своих современников — Шекспира, Сидни, Спенсера — Уолтер Рэли считался далеко не последним поэтом. К сожалению, до нас дошло не более полусотни его стихотворений и отрывки знаменитой поэмы «Океан к Цинтии» — в полной мере отражающей чувства Рэли после разрыва с Елизаветой Тюдор:

Стон замирал при взоре этих глаз.
В них растворялась горечь океана;
Все искупал один счастливый час:
Что Рок тому, кому Любовь — охрана?
Все, что купил ценою стольких мук,
Что некогда возвел с таким размахом —
Заколебалось, вырвалось из рук,
Обрушилось и обратилось прахом!..

Жажда света[править | править код]

«Первая трубка Рэли в Англии». Иллюстрация из книги Tobacco, its history and associations, 1859 год.

В 1584 году Рэли послал экспедицию для исследования территории в Америке вдоль реки Роанок и назвал её Виргиния в честь Королевы-Девы (сейчас эта территория в Северной Каролине).[9] В 1585—1586 годах делались попытки создания первой колонии в этой области, а в 1587 году усилия увенчались успехом; в литературе созданная в 1587 году колония известна как колония Роанок или Пропавшая (затерянная) колония. Именно здесь родился первый английский ребёнок в Америке — Вирджиния Дер. Колонисты вскоре пропали без вести (до 1591 года), однако почин Рэли был продолжен другими английскими колонизаторами. Рэли широко почитается в США и особенно в штатах Виргиния и Северная Каролина как один из основателей американской цивилизации вообще. В честь его названа столица Северной Каролины — город Роли.

Там он впервые услышал легенду об Эльдорадо и сказания о золотых приисках у Великих Озёр, что весьма захватило его воображение. Рэйли полагал, что дыма без огня не бывает, а потому усматривал в сказаниях об Эльдорадо зерно правды. Кроме того, корабли доставили в Англию редкостные и удивительные растения — табак и картофель. С лёгкой руки сэра Уолтера, виргинское зелье стали курить при королевском дворе, а варёные картофельные клубни вошли в меню званых обедов.

В 1595 году была предпринята экспедиция в поисках Эльдорадо. На этот раз Рэли лично участвовал в экспедиции, мечтая найти золото, о залежах которого ходили умопомрачительные слухи, — провёл полгода в 300 милях от реки Ориноко и её притока Карони (территория нынешней Венесуэлы). Экспедиция не увенчалась успехом — мифическая страна Эльдорадо так и не была найдена. Тем не менее в 1849 году возле реки Карони недалеко от тех мест, где проходила экспедиция Рэли, всё-таки было найдено золото и со временем основан целый золотопромышленный район.[9]

Тауэр[править | править код]

Елизавета I умерла 24 марта 1603 года. В тот же день на английский престол вступил шотландец Яков I Стюарт, сын Марии Стюарт. Все это означало, что в судьбе придворного Уолтера Рэли должны наступить радикальные перемены. Тем не менее он оказался не готов к той резкой неприкрытой неприязни, с какой отнёсся к нему новый монарх. Яков поторопился лишить Рэли доходов от монополий, приказал покинуть доремский дворец, подаренный ему Елизаветой, но формально оставшийся во владении короны.

В ноябре 1603 года Яков I посадил Рэли в Тауэр, сфабриковав против него дело о том, что Рэли будто бы собирался возвести на престол его двоюродную сестру Арабеллу Стюарт. В ноябре королевский суд судил Рэли за государственную измену и приговорил к смертной казни через повешение, потрошение и четвертование.

Некоторые источники свидетельствуют, что часть присяжных, потрясённая вопиющей несправедливостью приговора, упала в ноги королю, умоляя помиловать Рэли. Яков отказал. Министр юстиции позднее заявил, что суд над Рэли — одна из постыднейших страниц английского судопроизводства. Однако под нажимом возмущенного общественного мнения король отложил казнь Рэли на неопределённый срок. 13 долгих лет провёл сэр Уолтер в тауэрской башне Бошан.

В Тауэре Рэли пользовался известными послаблениями, встречался с навещавшими его аристократами, был в курсе всех городских вестей, вёл дневник и писал стихи, которые издавались. Во время заточения Рэли был зачат его второй сын Кэрью, родившийся в 1605 году.

Жажда деятельности и страсть к познанию кипели в сэре Уолтере. Ему было позволено организовать небольшую лабораторию, в которой он проводил свои научные опыты: в частности, Рэли придумал способ опреснения солёной воды. Ставил он и алхимические эксперименты при помощи Томаса Хэрриота и графа Нортумберленда. В стране про него распространилась слава мага и чернокнижника.

Сидя в тюрьме, Рэли стал учителем наследника престола — принца Уэльского. Именно для принца Уэльского Рэли начал писать фундаментальный труд «История мира», так и оставшийся незаконченным. И именно эта работа позволяет говорить о Рэли как о серьёзном философе. Кроме того, он написал множество статей по вопросам государственной политики, кораблестроению, навигации.

Последнее путешествие[править | править код]

В 1616 году, в возрасте 64 лет, Рэли удалось купить себе свободу. Король отчаянно нуждался в деньгах, чтобы обеспечить себе хотя бы некоторую независимость от парламента. Рэли предложил королю план экспедиции в Гвиану. Он соблазнил монарха золотом, обещая привезти из путешествия драгоценные металлы. Яков согласился при одном условии: за малейшие стычки с испанцами сэр Уолтер отвечает головой.

Рэли отлично понимал ситуацию: будет золото — его помилуют, не будет — приведут в исполнение отсроченный приговор.

Свой корабль «Рок» Рэли строил по собственным чертежам и на свои средства. Команда была собрана «из самых отбросов» — пьяниц, дебоширов и бывших преступников, так как никто особенно не стремился в Новый Свет под началом осуждённого на смерть преступника, выпущенного под честное слово. Экспедиция в море вышла в марте 1617 года. У одного из поселений Сан-Томе, в районе устья Ояпоки, корабли Рэли наткнулись на испанский гарнизон. Сэр Уолтер всеми силами пытался избежать стычки. В начавшейся перестрелке был убит старший сын Рэли — Уолтер, после чего сэр Уолтер уж никак не мог сдерживаться и испанские бандиты были разгромлены. Известие о том, что Рэли нарушил данный ему королём приказ, достиг ушей Якова. Суда Рэли прочесали маршрут от Амазонки до Ориноко, но никакого золота не обнаружили. Есть сведения, что отчаявшийся Рэли приказал подчинённым вернуться на Ориноко, где он рассчитывал поднять восстание индейцев против испанских колонизаторов. Не исключено, что в его планы входило навсегда остаться в тех краях и не возвращаться на родину вовсе. Другие источники сообщают, что Рэли намеревался добраться до английских поселений в Вирджинии (которые, к слову сказать, загадочно и бесследно исчезли, но сэр Уолтер никогда об этом не узнал). Как бы то ни было, но доподлинно известно, что после обманутых надежд на горы золота не только солдаты, но и офицеры отказались подчиняться приказам Рэли, и у него не оставалось иного выхода, как повернуть домой.

Время показало, что сэр Уолтер Рэли вовсе не был бесплодным мечтателем и прожектером, каковым многие его считали. В 1849 году недалеко от реки Карони, где проходила экспедиция Рэли, было найдено золото, и со временем там вырос целый золотопромышленный район Караталь со знаменитым прииском Эль-Кальяно.

Смерть[править | править код]

Казнь Уолтера Рэли. Иллюстрация XIX века

29 октября 1618 года Рэли был обезглавлен на Старом дворе у Вестминстерского Дворца. «Пора уходить» — сказал Рэли своему палачу — «В сей миг меня настигла лихорадка. Я не позволю своим врагам думать, что я трепещу перед лицом смерти». Ему позволили осмотреть топор, которым его обезглавят, после чего он пошутил: «Это лекарство — снадобье острое! Но лечит от всех болезней!». Согласно многим биографам (например, Рэли Трэвелин в «Сэре Уолтер Рэли», 2002) — последними словами Рэли были «Секи, солдат, секи!», которые он выкрикнул уже подставив голову под топор.

Он был один из тех, благодаря кому табак приобрёл популярность в Англии. Вскоре после того, как Рэли казнили, в его камере нашли кисет. На нём на латинском было вышито: Comes meus fuit in illo miserrimo tempore («Он был моим товарищем в самые темные времена»).

Голову Рэли забальзамировали и передали его жене. Тело должны были похоронить у местной церкви в городе Беддингтон, графство Суррей, откуда была родом леди Рэли; но в итоге Рэли похоронили у церкви Святой Маргариты в Вестминстере. Его могила открыта для посетителей. Его жена писала: «Лорды передали мне его безжизненное тело, но отказали в его жизни. Бог помнит обо мне». Согласно некоторым источникам, леди Рэли хранила голову своего мужа в бархатном мешке до самой своей смерти. 29 лет спустя голову Рэли вернули в его могилу и предали земле у церкви Святой Маргариты.

Несмотря на то, что популярность Рэли значительно упала со времён расцвета Елизаветы, его казнь расценивалась многими — тогда и поныне — как бессмысленная и несправедливая, так как на протяжении многих лет его участие в заговоре, по всей видимости, ограничивалось одной встречей с лордом Кобхэмом. Один из его судей потом говорил: «Судебная система Англии никогда не была так подорвана, как в тот день, когда был вынесен приговор благородному сэру Уолтеру Рэли».

Единоутробным братом Уолтера Рэли был Хемфри Гилберт.

  • Robert Nye. The Voyage of the Destiny. — L., 1982. Рус. пер.: Роберт Най. Странствие «Судьбы» / Пер. с англ. Ю. Здоровова. — М.: Радуга, 1986.

ru.wikipedia.org

Галсы судьбы Уолтера Рэли - Статьи

Уолтер родился в семье обедневших землевладельцев-протестантов. Скудные доходы отца не дали ему закончить обучение в оксфордском Ориэл-колледже, хотя науки давались мальчику очень легко. В 18 лет Уолтер Рэли стал солдатом, воюя во Франции на стороне гугенотов. А еще через два года уже командовал кораблём. В составе полупиратской экспедиции своего сводного брата сэра Хэмфри Гилберта бриг «Фалькон» под управлением Рэли полгода мотался по Атлантике, нападая на недружественные испанские суда. В 1579 году Уолтер вернулся в Англию состоятельным человеком с репутацией отличного вояки. И тут же получил приглашение отправиться в Ирландию на подавление восстания против англичан, организованное Испанией.

Двадцатишестилетний капитан действовал жестко: при захвате форта Смерник по его приказу были повешены 507 испанцев, двадцать ирландцев и несколько английских перебежчиков. За эти труды Рэли был пожалован огромными владениями в Ирландии общей площадью более 160 квадратных километров. Правда, помещиком он оказался никудышным, и часть земель он вскоре продал.

Портрет Елизаветы I. (aolcdn.com)

Гораздо более перспективной оказалась его карьера при английском дворе. В 1581 году Рэли был послан с донесением в Лондон и там произвел такое сильное впечатление на всемогущего графа Лестера, что тот представил своего нового знакомца королеве Елизавете. Пятидесятилетней государыне молодой красавец-офицер так понравился, что очень быстро стал её фаворитом. Близкие отношения с Рэли венценосная старая дева не скрывала. Она пожаловала Уолтеру рыцарское звание и осыпала его милостями. Он быстро стал капитаном личной гвардии королевы, адмиралом Девона и Корнуолла с правом голоса в королевском тайном совете, получил в подарок роскошный дворец на лондонском Стренде, а также чрезвычайно выгодные монополию на производство олова, винный откуп и лицензию на экспорт шерстяного сукна. Всё это мгновенно сделало недавнего нищеброда одним из богатейших людей Англии. На балах Елизавета в первом танце подавала руку сэру Уолтеру, на охотах скакала рядом с ним, любовники часами гуляли вдвоём по королевскому парку и вели интимную переписку, процарапывая записочки алмазами на кусках стекла.

Помимо прочего Елизавета предоставила фавориту право основывать английские колонии на любых землях еще свободных от власти христианских государей, оговорив при этом пятую часть любых доходов лично для себя. Кроме того, новые поселения колонистов королева и её адмирал рассматривали как потенциальные базы для английских корсаров, где можно готовить нападения на испанские «Золотые галеоны».

Первую экспедицию сэр Уолтер направил в 1584 году к берегам Северной Америки. Открытое побережье он повелел назвать Вирджинией в честь своей подруги и покровительницы. Больших барышей основанная там колония не принесла. Зато первые вернувшиеся оттуда корабли привезли в Лондон невиданные табак и картофель. Ароматные клубни стали одним из главных деликатесов на королевских пирах, а курение быстро вошло в моду. Правда, Рэли однажды пострадал от этого вредного увлечения: слуга, заметив, что у хозяина изо рта и носа идёт дым, предположил возгорание и окатил его ведром холодной воды.

Уолтер Рэли. (t24.com)

При дворе Рэли шепотом называли выскочкой, зато лондонская богема считала его своим. Не окончивший колледж моряк успешно занимался самообразованием, быстро осваивал философию, право и иностранные языки. Он водил дружбу с главными поэтами той эпохи — Кристофером Марло и Томасом Кидом, привечал молодого актера и драматурга Уильяма Шекспира. Рэли и сам писал стихи, высоко ценившиеся современниками.

Но поэзия была всего лишь хобби. Главным делом Рэли оставалось море. В 1580-х под его личным руководством были захвачены несколько испанских галеонов, а в 1588-м он принял активное участие в уничтожении «Непобедимой Армады» — огромного флота, посланного королем Испании на завоевание Англии. Именно Рэли принадлежит тактика борьбы с многопалубными и многопушечными военными кораблями. Небольшие и низко сидящие в воде английские суденышки подходили почти вплотную к галеонам и оказывались в мёртвой зоне, недосягаемой для расположенных на высоких палубах пушек. Британцам оставалось только в упор расстреливать незащищенное брюхо галеона, который неизбежно тонул.

Уолтер Рэли с сыном Уолтером-младшим. (livemaster.ru)

Роман Рэли и Елизаветы безмятежно тянулся около десяти лет. Но в 1591 году отношения с престарелой королевой надоели поэтической душе Уолтера. Он тайно женился на фрейлине Елизавете Трокмортон. И через год у них родился сын. Мальчик вскоре умер от болезни, но слух об измене фаворита достиг королевских ушей. Разгневанная Елизавета в июле 1582 года заточила неверного любовника и его жену в Тауэр. Уже в августе Рэли покинул тюрьму: к берегам Англии вернулся отправленный им в каперское плавание корабль с огромной добычей. Королева вложила в это предприятие 3 тысячи собственных фунтов и не могла доверить дележку барышей никому кроме Рэли. В результате она получила 90 тысяч фунтов, а сэр Уолтер вернулся в тюрьму.

Видимо, баснословная прибыль смягчила сердце отвергнутой любовницы, и через несколько месяцев чета Рэли получила прощение. В спальню королевы недавнего фаворита больше не пускали, но все чины и привилегии он сохранил и даже в 1595 году был избран в Парламент от Корнуолла. В том же году адмирал возглавил экспедицию в Венесуэлу на поиски таинственной страны Эльдорадо, якобы управляемой позолоченным индейским вождём. Исследование реки Ориноко вожделенного результата не принесло, но корабли Рэли вернулись домой не пустыми: по дороге они ограбили несколько испанских поселений и судов, захватив неплохую добычу. Как и раньше, оговоренный процент достался королеве.

Пятидесятилетний парламентарий вёл размеренную жизнь. В семье росли двое сыновей, не за горами уже была обеспеченная старость. Но судьба Рэли опять круто переменилась, когда в 1603 году умерла бездетная Елизавета. Взошедшему на престол сводному племяннику усопшей королевы Якову I клевреты донесли, что преданный слуга Елизаветы пират сэр Уолтер Рэли не желал, чтобы Яков стал наследником, и даже составил заговор против него. Всё это было чистым наветом, но новый король оказался горяч и скор на расправу. Адмирала арестовали, судили, и приговорили к страшной, неслыханной для начала XVII века казни. Приговор гласил: «Вас повезут в повозке к месту казни, где повесят, но еще живым вынут из петли, обнажат тело, вырвут сердце, кишки и половые органы и сожгут их на ваших глазах. Затем вашу голову отделят от тела, которое расчленят на четыре части, чтобы доставить удовольствие королю».

Портрет Якова I. (akamaihd.net)

Однако лондонские зеваки не дождались столь кровавого зрелища. По непонятным причинам король отложил казнь и отправил Рэли в тюрьму, в Тауэр, где тот провёл 13 лет. В камере он не скучал: написал «Трактат о кораблях», «Обзор королевского военно-морского флота», статьи «Прерогативы парламента» и «Правительственный совет» и, наконец, засел за «Историю мира». Его хронология человечества оборвалась на 130 году до нашей эры. Именно на этом месте узника выдернули из темницы.

В освобождении сыграли свою роль письма о таинственном Эльдорадо, которые заключенный периодически отправлял королю. При очередном известии о бюджетном дефиците Яков вспомнил про затерянные в джунглях Южной Америки несметные сокровища, приказал освободить Рэли, и во главе небольшой флотилии отправил его за океан. Спустя 21 год сэр Уолтер вновь оказался у устья Ориноко. Но удача отвернулась от него. Команды, набранные из прощенных висельников, постоянно находились на грани бунта. Берега реки были уже обжиты прочно обосновавшимися здесь испанцами. В боях погибли несколько кораблей Рэли и его сын. Поняв провал экспедиции, адмирал приказал уцелевшим судам повернуть обратно.

Камера Рэли в Тауэре. (thehistorypress.co)

Чтобы не возвращаться к королю с пустыми руками, сэр Уолтер привычно занялся грабежом испанских кораблей. В результате экспедиция вернулась в Англию с неплохой добычей, но её руководителю это не помогло. В тот момент Британия не воевала с Испанией и пиренейские партнёры имели полное основание возмутиться поведением королевского адмирала. Возвращать добычу Якову очень не хотелось, но отреагировать на претензии испанцев каким-то образом следовало. Очень кстати вспомнили про давно забытый, но так и не отмененный приговор Уолтеру Рэли, и снова взяли его под стражу. Правда, король решил не предавать его зверской казни, а всего лишь милосердно отрубить адмиралу голову. Что и было проделано 29 октября 1618 года.

Приговоренный страдал от подцепленной в Америке лихорадки. И осмотрев на эшафоте острый топор бодро заметил: «Вот лекарство, которое вылечит меня от всех болезней». Он сам скомандовал палачу: «Секи, солдат, секи».

Казнь Уолтера Рэли. (twimg.com)

Отсеченную голову адмирала передали его жене, а тело похоронили у церкви святой Маргариты в Вестминстере. Леди Рэли забальзамировала голову супруга и хранила её в черном бархатном мешочке до самой своей смерти. Только через 29 лет, раскопав могилу, останки тела сэра Уолтера Рэли воссоединили с его мудрой и отчаянной головой.

diletant.media

Читать книгу Жизнь сэра Уолтера Рэли, фаворита королевы и рыцаря Эльдорадо

Иван Медведев Жизнь Уолтера Рэли, фаворита королевы и рыцаря Эльдорадо

Всю жизнь я упорно стремился…

содействовать всем попыткам, которые

могли сулить нам выгоду или, по крайности,

положили бы предел покою испанской нации

и её изобильной торговле.

У. Рэли. Открытие Гвианы

***

Когда в 1552 году в семье бедного девонширского дворянина родился пятый по счёту мальчик, даже самый сведущий астролог не рискнул бы предсказать ему судьбу столь блестящую и трагическую.

Современник Шекспира и Френсиса Дрейка, поэт, философ и историк, искусный царедворец и государственный деятель, купец и воин, учёный-химик и натуралист, организатор и участник пиратских экспедиций, колонизатор – таков был Уолтер Рэли, вобравший в себя самые разные таланты. Даниэль Дефо – ревностный поклонник сэра Уолтера – уверял, что в его жилах течёт кровь Рэли.

Младшие сыновья по английским законам не имели права ни на дворянский титул, ни на наследство, и Рэли очень рано привык полагаться только на собственные силы. Достигнув шестнадцати лет, он покидает родной дом и в составе добровольческого отряда отправляется во Францию, которую в то время раздирали религиозные войны. Французское королевство пылало, истекало кровью. Воспитанный в ненависти к католикам, Рэли сражается на стороне гугенотов, но не было громких побед и не играли литавры победные марши честолюбивому юнцу. Провоевав несколько лет, чудом уцелев в Варфоломеевскую ночь, Рэли после очередного разгрома протестантских войск появляется на некоторое время в Англии, но вскоре снова уезжает, только теперь в Нидерланды, находившиеся под испанским владычеством. Вместе с голландцами он воюет против испанцев, но опять безуспешно. Не сбылись надежды на быстрое повышение, и, приунывший, когда из политических соображений английские добровольцы были отозваны британским правительством, Рэли возвращается на родину. Поступает в Оксфордский университет, но не заканчивает курса обучения и переезжает в Лондон, где ведёт распутную жизнь английского денди, пишет стихи, делает долги и дерётся на дуэлях.

В это время начала восходить счастливая звезда Френсиса Дрейка, пирата Её Величества, и Рэли, вдохновлённый наглядным примером, решил, что на море ему повезёт больше, чем на суше. Сама судьба благоприятствовала этому. В 1577 году английская королева Елизавета I получила письмо, автор которого просил дать ему разрешение возглавить экспедицию в Америку: «Я сокрушу испанский рыболовный флот, отберу у Испании Вест-Индию, захвачу в испанских колониях золотые и серебряные прииски и сделаю Вас, Ваше Величество, монархом морей». Автором столь претенциозного и самоуверенного письма был полковник Хэмфри Гилберт, любимый брат Рэли по матери.

Гилберт, которому выпал жребий сделать пока более успешную военную карьеру, через год получает от Елизаветы патент на открытие и захват любых отдалённых земель, не принадлежащих никакому христианскому государю. Гилберт намеревался добраться до берегов Северной Америки и основать там английскую колонию.

В ноябре семь кораблей вышли в море. Уолтер Рэли командовал королевским судном «Фолкон». Юношеские грёзы – романтика дальних странствий и загадочные, богатые земли Нового Света, – казалось, начали сбываться. Но реальная жизнь распорядилась по-своему: непогода разметала эскадру, а разногласия среди капитанов привели к окончательному провалу экспедиции. Братья на потрёпанных штормом кораблях, испытав множество опасных приключений, бесславно вернулись к родным берегам. Горечь неудачи жгла самолюбие и гордость, и только железная воля не дала упасть духом.

– Двенадцать лет я, рискуя жизнью, гоняюсь за успехом, но так же беден, как и в юности, – жаловался Рэли брату. – Хэмфри, в чём секрет успеха?

Гилберт помог Уолтеру. Бывая при дворе, он несколько раз упомянул имя младшего брата, а потом представил его сильным мира сего – фавориту королевы графу Лейстеру, лорду-канцлеру Берли и даже могущественному государственному секретарю Френсису Уоллсингему. И когда в покорённой Ирландии вспыхнуло восстание католиков под предводительством графа Десмонда, Рэли в чине капитана пехотной роты отправляется на помощь английскому наместнику лорду Грею. Король Испании Филипп II не только снабжал мятежников деньгами, но и послал сюда своих солдат. Появление испанских войск произвело тягостное впечатление на саму королеву: через Ирландию католическим странам легко можно осуществить вторжение в Англию.

Англичане действовали быстро и решительно. Испанцы не успели соединиться с повстанцами. Мятеж жестоко подавили. В боях Рэли проявил мужество и смекалку.

Через год лорд Грей поручил Рэли как одному из отличившихся офицеров доставить в столицу донесение об успешных действиях английских войск. В жизни каждого человека бывает звёздный час, который очень важно не прозевать.

Рождество 1581 года в Лондоне выдалось дождливое, с мокрым снегом. Королева в окружении придворных спешила на травлю медведей, устроенную в честь герцога Анжуйского, брата короля Франции. У Холбейнских ворот она в замешательстве остановилась перед лужей, покрытой снежным крошевом вперемешку с грязью. Могущественная повелительница растерянно оглядела застывшую на мгновение свиту.

Хлопок дверцы проезжающей мимо кареты. Молодой привлекательный офицер соскакивает на ходу, разбрасывает ногами комья грязного снега и расстилает перед ножками королевы сорванный с плеча ярко-красный плащ, купленный на последние деньги специально для визита во дворец.

Елизавета захлопала в ладоши и перешла по плащу на сухое место.

– Благодарю, сэр. Как ваше имя?

Рэли поклонился, представился.

– Как вы сказали? Капитан Уортер Рори? – передразнила королева девонширский акцент офицера. – Как это забавно! Уортер Рори!

Елизавета рассмеялась и поспешила к заждавшемуся герцогу Анжуйскому, а Рэли, подняв испачканный плащ, к её фавориту – графу Лейстеру.

Граф, вскрыв пакет и мельком глянув на его подателя, брезгливо заметил:

– У вас такой вид, будто вы только что вылезли из ирландского болота. В следующий раз потрудитесь привести себя в порядок, прежде чем явиться во дворец.

Рэли не обиделся. Только гордо вскинул голову. Вымазанным плащом он гордился больше, чем граф Лейстер всеми своими звёздами и лентами.

Елизавете показалось знакомым имя галантного офицера. На следующий день она пригласила Рэли на аудиенцию. Он красочно описал ей ирландскую кампанию, а королева вволю позабавилась девонширским произношением, попутно отметив ум, преданность, решительность и обаятельность двадцативосьмилетнего ветерана. В глазах Елизаветы, он – непреклонный исполнитель её воли.

– Но, несмотря на победы, война в Ирландии обходится нам слишком дорого, – прервала красноречие девонширца прижимистая королева. – Лорд Грей опять просит денег.

– Расходы надо возложить на самих ирландцев, – тут же нашёлся Рэли.

– Теперь я вспомнила, от кого слышала ваше имя, капитан, – улыбнулась Елизавета. – Мне о вас говорил полковник Гилберт. Вы командовали моим судном «Фолкон»?

– Да, моя королева.

– Кстати, как вам удалось так хорошо вычистить плащ?

Всё это время Елизавета не сводила внимательного взгляда с собеседника. Высокий, стройный, романтичный, остроумный, храбрый воин, денди и поэт, он заинтересовал сорокавосьмилетнюю королеву, которая всегда была неравнодушна к мужской красоте. Перед обедом молодой человек был отпущен с повелением явиться завтра к лорду-гофмейстеру Суссексу.

Рэли, взволнованный, не спал всю ночь, грезил королевой: бледная и величественная, красивая и высокомерная. Живые золотистые глаза и точёные руки, которые она выставляла напоказ. Утром Уолтер еле дождался назначенного часа.

– Капитан Рэли назначается оруженосцем Её Величества, – объявил гофмейстер английского двора.

Уолтер чуть не задохнулся от счастья. Гвардеец личной охраны королевы! Начинались сбываться самые смелые мечты.

Весной о Рэли заговорили как о новом фаворите королевы. С ним считались, его мнение спрашивали, оказывали знаки внимания и уважения, подобострастно просили об услугах. Теперь одни его сапоги, усыпанные драгоценными камнями и жемчугом, стоили целое состояние. Одним махом монаршей милостью Рэли вознёсся до самых высоких сфер, где обитали первые люди страны, чья деятельность заложила блистательное будущее Англии, превратив заурядное европейское

www.bookol.ru

Уолтер Рэли цитаты (44 цитат)

„Take care that thou be not made a fool by flatterers, for even the wisest men are abused by these. Know, therefore, that flatterers are the worst kind of traitors; for they will strengthen thy imperfections, encourage thee in all evils, correct thee in nothing; but so shadow and paint all thy vices and follies, as thou shalt never, by their will, discern evil from good, or vice from virtue.“

—  Walter Raleigh
Instructions to his Son and to Posterity (published 1632), Context: Take care that thou be not made a fool by flatterers, for even the wisest men are abused by these. Know, therefore, that flatterers are the worst kind of traitors; for they will strengthen thy imperfections, encourage thee in all evils, correct thee in nothing; but so shadow and paint all thy vices and follies, as thou shalt never, by their will, discern evil from good, or vice from virtue. And, because all men are apt to flatter themselves, to entertain the additions of other men's praises is most perilous. Do not therefore praise thyself, except thou wilt be counted a vain-glorious fool; neither take delight in the praises of other men, except thou deserve it, and receive it from such as are worthy and honest, and will withal warn thee of thy faults; for flatterers have never any virtue — they are ever base, creeping, cowardly persons. A flatterer is said to be a beast that biteth smiling: it is said by Isaiah in this manner — "My people, they that praise thee, seduce thee, and disorder the paths of thy feet;" and David desired God to cut out the tongue of a flatterer. But it is hard to know them from friends, they are so obsequious and full of protestations; for as a wolf resembles a dog, so doth a flatterer a friend. A flatterer is compared to an ape, who, because she cannot defend the house like a dog, labour as an ox, or bear burdens as a horse, doth therefore yet play tricks and provoke laughter. Thou mayest be sure, that he that will in private tell thee thy faults is thy friend; for he adventures thy mislike, and doth hazard thy hatred; for there are few men that can endure it, every man for the most part delighting in self-praise, which is one of the most universal follies which bewitcheth mankind. Chapter III

ru.citaty.net

Генрих VIII и Анна Болейн, фавориты Елизаветы I в поэзии XVI-XVII веков: Книги: Культура: Lenta.ru

Король Генрих VIII не только сначала женился на Анне Болейн, а потом ее казнил. Он еще писал посвященные ей стихи и музыку. Королева Елизавета I не только меняла фаворитов и сажала их в Тауэр за неверность, но и обменивалась с ними поэтическими посланиями (временами весьма ироническими). А некоторые тексты английских поэтов XVI-XVII веков сейчас могли бы быть прочитаны едва ли не как апология педофилии. Об этом в своей лекции «"Я, движимый почтительной любовью…" Сонеты Уильяма Шекспира и английская любовная лирика XVI-XVII веков» рассказали переводчики с английского Марина Бородицкая и Григорий Кружков.

Григорий Кружков

(…) Григорий Кружков: Мы таким образом распределили английскую поэзию, что я буду читать стихи XVI века, а Марина Бородицкая в основном — первой половины XVII.

XVI век начинается с царствования Генриха VIII, и при его дворе постепенно стала процветать поэзия. Наибольшее влияние имели Петрарка и Чосер. К тому времени Чосера издали — до этого он ходил в рукописях.

Томас Уайетт — первый поэт английского Возрождения. Он ввел в английскую поэзию сонет, терцины и во многих отношениях был новатором. Вот его стихотворение «Влюбленный рассказывает, как безнадежно он покинут теми, что прежде дарили ему отраду».

Они меня обходят стороной —
Те, что, бывало, робкими шагами
Ко мне прокрадывались в час ночной,
Чтоб теплыми, дрожащими губами
Брать хлеб из рук моих, — клянусь богами,
Они меня дичатся и бегут,
Как лань бежит стремглав от ловчих пут.

Хвала фортуне, были времена
Иные: помню, после маскарада,
Еще от танцев разгорячена,
Под шорох с плеч скользнувшего наряда
Она ко мне прильнула, как дриада,
И так, целуя тыщу раз подряд,
Шептала тихо: «Милый мой, ты рад?»

То было наяву, а не во сне!
Но все переменилось ей в угоду:
Забвенье целиком досталось мне;
Себе она оставила свободу
Да ту забывчивость, что входит в моду.
Так мило разочлась со мной она;
Надеюсь, что воздастся ей сполна.

Это не совсем обыкновенные петраркианские стихи, выламывающиеся из канона. Следующие более традиционные: «Отвергнутый влюбленный призывает свое перо вспомнить обиды от немилосердной госпожи». Это не самого Уайетта название. Просто его стихи долгое время ходили в рукописях и только через 15 лет после его смерти были напечатаны в антологии. И составитель дал им такие описательные названия.

Перо, встряхнись и поспеши,
Еще немного попиши
Для той, чье выжжено тавро
Железом в глубине души;
А там — уймись, мое перо!

Ты мне, как лекарь, вновь и вновь
Дурную сбрасывало кровь,
Болящему творя добро.
Но понял я: глуха любовь;
Угомонись, мое перо.

О, как ты сдерживало дрожь,
Листы измарывая сплошь! —
Довольно; это все старо.
Утраченного не вернешь;
Угомонись, мое перо.

С конька заезженного слазь,
Порви мучительную связь!
Иаков повредил бедро,
С прекрасным ангелом борясь;
Угомонись, мое перо.

Жалка отвергнутого роль;
К измене сердце приневоль —
Найти замену не хитро.
Тебя погубит эта боль;
Угомонись, мое перо.

Не надо, больше не пиши,
Не горячись и не спеши
За той, чьей выжжено тавро
Железом в глубине души;
Угомонись, мое перо.

Кадр из фильма «Еще одна из рода Болейн»

Легендой стали в английской литературе отношения Томаса Уайетта и королевы Анны Болейн. Когда они познакомились, она была еще молоденькой придворной, приехавшей из Франции. Между ними возникли какие-то отношения, по крайней мере куртуазная игра уж точно. А было ли что больше — никто со свечкой не стоял. В частности, Уайетт написал такое стихотворение: «О своей госпоже, которую зовут Анной»:

Какое имя чуждо перемены,
Хоть наизнанку выверни его?
Все буквы в нем мучительно блаженны,
В нем — средоточье горя моего,
Страдание мое и торжество.
Пускай меня погубит это имя, —
Но нету в мире имени любимей.

Генрих VIII очень много совершил для того, чтобы добиться любви Анны и иметь возможность на ней жениться. Из-за этого произошла Реформация, он порвал с Римом, отверг Катерину Арагонскую. С ухаживанием Генриха VIII связано это стихотворение, которое называется: Noli me tangere («Не трогай меня»). По сути, это свободный перевод Петрарки:

Кто хочет, пусть охотится за ней,
За этой легконогой ланью белой;
Я уступаю вам — рискуйте смело,
Кому не жаль трудов своих и дней.

Порой, ее завидя меж ветвей,
И я застыну вдруг оторопело,
Рванусь вперед — но нет, пустое дело!
Сетями облака ловить верней.

Попробуйте и убедитесь сами,
Что только время сгубите свое;
На золотом ошейнике ее
Написано алмазными словами:

«Ловец лихой, не тронь меня, не рань:
Я не твоя, я цезарева лань».

(…)

Чем закончилась вся эта история известно: Генрих VIII казнил свою вторую жену Анну Болейн, присовокупив еще несколько придворных, которых он обвинил в сговоре с ней. Среди них должен был быть и Томас Уайетт. Но ему повезло. За него вступились влиятельные люди, и его освободили. Но прежде он имел возможность наблюдать из окна своей камеры казнь Анны во дворе Тауэра.

Мне бы хотелось показать один образчик творчества самого Генриха VIII. Он тоже писал стихи, музыку и считал себя истинным рыцарем. Вот адресованная Анне песня «Зелень остролиста».

Зелень остролиста
и верного плюща,
Пусть ветер зимний злится,
по-прежнему свежа
Зелень остролиста.

Как остролист зеленый
Не изменяет цвет,
Так, в госпожу влюбленный,
Не изменюсь я, нет.

Зелень остролиста, и т. д.

Так зеленеет остролист
И зеленеет плющ,
Когда с дубов слетает лист
И холод в поле злющ.

Зелень остролиста, и т. д.

Своей прекрасной даме
Божусь я и клянусь,
Что к ней одной пылаю
И к ней одной стремлюсь.

Зелень остролиста, и т. д.

Прощай, драгая дама,
Прощай, душа моя!
Поверь, не увядает
К тебе любовь моя.

Зелень остролиста
и верного плюща,
Пусть ветер зимний злится,
по-прежнему свежа
Зелень остролиста.

(…)

Следующая история любви, куртуазная история — это история королевы и ее фаворита сэра Уолтера Рэли. Он — типичный человек Возрождения. Обладавший многими талантами — воин, мореплаватель, поэт, ученый и фаворит Елизаветы I. Он сменил на этом посту графа Лестера и оставался на нем вплоть до позднего фаворита графа Оксфорда, который кончил свои дни на эшафоте. Кстати, сэр Уолтер Рэли тоже кончил на эшафоте, но это было уже в следующее царствование Иакова I.

Его отношения с Елизаветой были небезоблачными, и он не раз попадал в опалу. И было за что. Например, он соблазнил одну из фрейлин королевы и женился на ней. За это был посажен в Тауэр. Вышел оттуда благодаря стечению обстоятельств и своим трогательным стихам, которые он оттуда писал королеве.

Кадр из фильма «Елизавета. Золотой век»

Королева тоже писала стихи. Вот эти, например, определенно адресованы сэру Уолтеру:

Мой глупый мопс, что приуныл, чудак? —
Не хмурься, Уолт, и не пугайся так.
Превратно то, что ждет нас впереди;
Но от моей души беды не жди.

Судьба слепа, твердят наперебой,
Так подчинюсь ли ведьме я слепой?
Ах, нет, мой мопсик, ей меня не взять,
Будь зрячих глаз у ней не два, а пять.

Фортуна может одолеть порой
Царя, — пред ней склонится и герой.
Но никогда она не победит
Простую верность, что на страже бдит.

О, нет! Я выбрала тебя сама,
Взаймы у ней не попросив ума.
А если и сержусь порой шутя,
Не бойся и не куксись как дитя.

Для радостей убит, для горя жив, —
Очнись, бедняга, к жизни поспешив!
Забудь обиды, не грусти, не трусь —
И твердо знай, что я не изменюсь.

сэр Уолтер Рэли

Сэр Уолтер Рэли был не робкого десятка, но имея дело с такой властной королевой, у которой слово с делом не расходилось, можно было порой и испугаться. (…)

Теперь мы подошли к Шекспиру. В 1593 году в разгар сонетного бума, во время очередной эпидемии чумы, которая заставила власти Лондона закрыть театры, Шекспир пишет поэму. Казалось бы, это не его дело, но ему хотелось утвердиться и в жанре любовной поэмы. Он посвятил ее, кажется, графу Ризли, лорду Саутгемптонскому.

Тема выбрана очень известная — Венера и Адонис. Венера встречает охотника Адониса, влюбляется в него, предлагает ему свою любовь, но тот строптивится. И вот как он это делает:

Изображение: фрагмент картины Тициана «Венера и Адонис»

В тот час, когда в последний раз прощался
Рассвет печальный с плачущей землей,
Младой Адонис на охоту мчался:
Любовь презрел охотник удалой.
Но путь ему Венера преграждает
И таковою речью убеждает:

«О трижды милый для моих очей,
Прекраснейший из всех цветов долины,
Ты, что атласной розы розовей,
Белей и мягче шейки голубиной!
Создав тебя, природа превзошла
Все, что доселе сотворить могла.

Сойди с коня, охотник горделивый,
Доверься мне! — и тысячи услад,
Какие могут лишь в мечте счастливой
Пригрезиться, тебя вознаградят.
Сойди, присядь на мураву густую:
Тебя я заласкаю, зацелую.

Знай, пресыщенье не грозит устам
От преизбытка поцелуев жгучих,
Я им разнообразье преподам
Лобзаний — кратких, беглых и тягучих.
Пусть летний день, сияющий для нас,
В забавах этих пролетит, как час!

Сказав, за влажную ладонь хватает
Адониса — и юношеский пот,
Дрожа от страсти, с жадностью вдыхает
И сладостной амброзией зовет.
И вдруг — желанье ей придало силы —
Рывком с коня предмет свергает милый!

Одной рукой — поводья скакуна,
Другой держа строптивца молодого,
Как уголь, жаром отдает она;
А он глядит брезгливо и сурово,
К ее посулам холоднее льда,
Весь тоже красный — только от стыда.

На сук она проворно намотала
Уздечку — такова любови прыть!
Привязан конь: недурно для начала,
Наездника осталось укротить.
Верх в этот раз ее; в короткой схватке
Она его бросает на лопатки.

И быстро опустившись рядом с ним,
Ласкает, млея, волосы и щеки;
Он злится, но лобзанием своим
Она внезапно гасит все упреки
И шепчет, прилепясь к его устам,
«Ну нет, браниться я тебе не дам!»

Он пышет гневом, а она слезами
Пожары тушит вспыльчивых ланит
И сушит их своими волосами,
И ветер вздохов на него струит...
Он ищет отрезвляющее слово —
Но поцелуй все заглушает снова!

Как алчущий орел, крылом тряся
И вздрагивая зобом плотоядно,
Пока добыча не исчезнет вся,
Ее с костями пожирает жадно,
Так юношу прекрасного взахлеб
Она лобзала — в шею, в щеки, в лоб.

От ласк неукротимых задыхаясь,
Он морщится с досады, сам не свой;
Она, его дыханьем упиваясь,
Сей дар зовет небесною росой,
Мечтая стать навек цветочной грядкой,
Поимой щедро этой влагой сладкой.

Точь-в-точь как в сеть попавший голубок,
Адонис наш — в объятиях Венеры;
Разгорячен борьбой, розовощек,
В ее глазах прекрасен он без меры:
Так, переполнясь ливнями, река
Бурлит и затопляет берега.

Но утоленья нет; мольбы и стоны,
Поток признаний страстных и похвал —
Все отвергает пленник раздраженный,
От гнева бледен, от смущенья ал.
Ах, как он мил, по-девичьи краснея!
Но в гневе он еще, еще милее.

И так далее продолжается и в ту, и в другую сторону: атаки, оборона, снова атаки, и в конце концов Адонис бросает Венеру, отправляется на охоту, где гибнет. И она его оплакивает.

Поэма имела бешеный успех. Джойс, кажется, говорил, что эта поэма хранилась под подушкой у каждой лондонской красавицы. Было 16 изданий. Из них девять при жизни Шекспира. Вот такие были вкусы того времени.

Кадр из фильма «Влюбленный Шекспир»

И конечно, я не могу проигнорировать самого оригинального и дерзкого поэта того времени — Джона Донна. В 1592-1593 годах он начал писать, ему было 21-22 года. Он был моложе Шекспира. Его стихи при жизни не публиковались, но это было в обычаях того времени, подразумевалось, что у той изысканной публики, у которой есть деньги, чтобы дать писарю несколько пенни или шиллингов переписать стихи, достойные того, чтобы их читать, а черни это ни к чему.

Джон Донн говорил, что стихи — возлюбленные его молодости, а богословие — законная жена его старости. Во второй половине жизни он был священником, настоятелем собора святого Павла. Я прочту две элегии.

Элегия VII («Любовная наука»)

Дуреха! сколько я убил трудов,
Пока не научил, в конце концов,
Тебя — премудростям любви. Сначала
Ты ровно ничего не понимала
В таинственных намеках глаз и рук;
И не могла определить на звук,
Где дутый вздох, а где недуг серьезный;
Или узнать по виду влаги слезной,
Озноб иль жар поклонника томит;
И ты цветов не знала алфавит,
Который, душу изъясняя немо,
Способен стать любовною поэмой!
Как ты боялась очутиться вдруг
Наедине с мужчиной, без подруг,
Как робко ты загадывала мужа!
Припомни, как была ты неуклюжа,
Как то молчала целый час подряд,
То отвечала вовсе невпопад,
Дрожа и запинаясь то и дело.
Клянусь душой, ты создана всецело
Не им (он лишь участок захватил
И крепкою стеной огородил),
А мной, кто, почву нежную взрыхляя,
На пустоши возделал рощи рая.
Твой вкус, твой блеск — во всем мои труды;
Кому же, как не мне, вкусить плоды?
Ужель я создал кубок драгоценный,
Чтоб из баклаги пить обыкновенной?
Так долго воск трудился размягчать,
Чтобы чужая втиснулась печать?
Объездил жеребенка – для того ли,
Чтобы другой скакал на нем по воле?

Элегия XIX (На раздевание возлюбленной)

Скорей сударыня! я весь дрожу,
Как роженица, в муках я лежу;
Нет хуже испытанья для солдата —
Стоять без боя против супостата.
Прочь — поясок! небесный Обруч он,
В который мир прекрасный заключен.
Сними нагрудник, звездами расшитый,
Что был от наглых глаз тебе защитой;
Шнуровку распусти! уже для нас
Куранты пробили заветный час.
Долой корсет! он — как ревнивец старый,
Бессонно бдящий за влюбленной парой.
Твои одежды, обнажая стан,
Скользят, как тени с утренних полян.
Сними с чела сей венчик золоченый —
Украсься золотых волос короной,
Скинь башмачки — и босиком ступай
В святилище любви — альковный рай!
В таком сиянье млечном серафимы
На землю сходят, праведникам зримы;
Хотя и духи адские порой
Облечься могут лживой белизной, —
Но верная примета не обманет:
От тех — власы, от этих плоть восстанет.
Моим рукам-скитальцам дай патент
Обследовать весь этот континент;
Тебя я, как Америку, открою,
Смирю — и заселю одним собою.
О мой трофей, награда из наград,
Империя моя, бесценный клад!
Я волен лишь в плену твоих объятий.
И ты подвластна лишь моей печати.
Явись же в наготе моим очам:
Как душам — бремя тел, так и телам
Необходимо сбросить груз одежды,
Дабы вкусить блаженство. Лишь невежды
Клюют на шелк, на брошь, на бахрому —
Язычники по духу своему!
Пусть молятся они на переплеты,
Не видящие дальше позолоты
Профаны! Только избранный проник
В суть женщин, этих сокровенных книг,
Ему доступна тайна. Не смущайся, —
Как повитухе, мне теперь предайся.
Прочь это девственное полотно! —
Ни к месту, ни ко времени оно.
Продрогнуть опасаешься? Пустое!
Не нужно покрывал: укройся мною.

Марина Бородицкая

Марина Бородицкая: Я хочу вас познакомить с интересной и малоизвестной у нас компанией поэтов, называвшихся поэтами-кавалерами. Среди 15 имен больше половины у нас никогда не переводились и не публиковались. А ребята были замечательные.

Кавалерами их прозвали не за ухаживания за дамами, хотя они этим тоже занимались, а за то, что они в гражданской войне XVII века держали сторону короля Карла. Это было благородное, но заранее проигранное дело.

Самый из них знаменитый и талантливый Роберт Геррик. Он был священником, но входил тоже в эту компанию. Думаю, вы тут узнаете шекспировские мотивы.

«Любовь не знает отвращения»

Для меня всех краше та,
Что люблю: худа ль, толста,
Долговяза и сутула
Или чуть повыше стула;
Будь у ней предлинный нос
Иль в осанке перекос,
Щеки впалы, зубы скверны,
Все черты несоразмерны,
Будь она красна, бледна,
В конопушках вся спина,
Широки, узки ли губы,
Волос тонкий или грубый,
Или нет волос в помине,
Для меня она — богиня!

А вот это типично куртуазное стихотворение.

«Отчего покраснели розы»

Хвалились розы белизной
Перед моею милой,
Но плечи оголивши в зной,
Сафо их посрамила.

И розы белые тогда,
Столь гордые доселе,
Покрылись краскою стыда
И ярко заалели.

Все это очень мило, но у него есть еще второе стихотворение. Я обожаю эти антитезы, потому что это уже какая-то автопародия.

Изображение: Сандро Боттичелли «Весна»

«Отчего посинели фиалки»

Венера, кудри надушив,
В густой бродила чаще,
Фиалки же в лесной глуши
Благоухали слаще.

И в гневе нежных лепестков
Не пощадив, богиня
Избила их до синяков,
Что не сошли доныне.

А вот это стихотворение Геррика вообще обычно никто никогда не читает, и никто его не практически не переводил — это заигрывание с площадной стихией. Он сам это назвал эпиграммой.

«Джек и Джилл» (Эпиграмма)

— Я есть хочу, — сказала Джеку Джилл,
А Джек свои уста ей предложил:
Мол, насыщайся! — Чем же? — Поцелуем.
Целуясь, мы амброзией пируем:
Так говорит поэт. — Что мне поэт?
С амброзии он высох, как скелет.
Я есть хочу, да вволю, до отвала,
Чтоб за ушами и в заду трещало!

Теперь переходим к Томасу Кэрью, правильно Кэру его произносить. У него очень много любовной лирики. Я чуть-чуть покажу, чтобы тоже были взлеты и снижения. И необычный ракурс. Вот это очень высоко.

«В защиту вечной любви» (Песня)

Не тех бы я влюбленными нарек,
Чей фитилек
Дрожит и тлеет,
Едва лишь расставанием повеет,
Не тех, кто как бумага: вспыхнул раз —
И вмиг погас,
Но самых стойких — тех, кому по силам
Весь век любить с неугасимым пылом.

Живительный огонь в груди моей
Куда сильней
Сей плоти бренной:
Истлеет тело, но любовь нетленна.
Как за свечою, я сойду за ней
В страну теней,
И самый прах мой, в урну заключенный,
Затеплится лампадою бессонной.

А вот это очень низко. Но такие были нравы.

«Последнее блаженство»

Ни звон монет, ни свет наук,
Ни дети, ни жена, ни друг,
Ни почести и ни награды
Желанной не дают отрады.
Всё исчезает без следа…
Не в этом счастье, господа!
Нет, вы мне дайте ученицу —
Годков тринадцати юницу,
До буквы алфавит любви
Постигшую, с огнем в крови,
С распущенной душистой гривой,
Что треплет ветерок игривый.
Ее касанье разожжет
И праведника, свежий рот
Заставит старца сбросить годы
И ковылять на зов природы,
Задорный блеск лукавых глаз
Затмит сверкающий алмаз,
А плотью нежной и упругой
Двух горок, наметённых вьюгой,
Зевс похотливый тешит взгляд,
Готов на новый маскарад.
В ее объятьях, снова молод,
Давно угасший чуя голод,
Я воском в огненном жару
Займусь, растаю и умру.

Вот вам блаженство, вот отрада —
Мне больше ничего не надо.

И чтобы оправдать замечательного поэта Томаса Кэрью под конец стихотворение, опередившее свое время.

«Могущество любви»

В те давние, начальные века,
Когда любовь была еще дика,
Влекомая желаньем ненасытным,
На всё, что ей казалось аппетитным,
Она кидалась жадно, ни стыда
Не зная, ни приличий. В те года
Как желуди созревшие из бора,
Как воду из речушки, без разбора
Мужчины брали женщин: было так,
Пока не вспыхнула, разъявши мрак,
Божественная искра, что дремала
В сердцах безгласных с самого начала, —
И в первый раз огнем любви объят,
Свой выбор сделал наш далекий брат.

(…)

А вот это некто Майлдмей Фейн, граф Вестморлендский, писал замечательные стихи и очень стеснялся их публиковать, пока Геррик не посвятил ему стихотворение: «Вы лорд, вы граф, нет, больше — вы поэт!»

Он тогда решился и книжечку все-таки опубликовал. А стихи у него замечательные.

«Скисшее тесто»

Господь наш — добрый хлебопек,
Он меру соблюдал как мог,
Адам же с Евой наблажили —
Закваски в чан переложили
И весь испортили замес:
Что нам ни падает с небес,
Травою сорной всходит пышно,
Не видно в нас, да и не слышно
Творца. Положим, и сорняк —
Всё промысла Господня знак,
И все ж из нас не будет толку,
Пока не выйдем на прополку.

И вот у него чудесное маленькое любовное стихотворение. Оно представляет собой модную в те времена развернутую метафору. Все стихотворение — одно предложение.

«Хвала Фиделии»

Построй корабль и оснасти
Его для дальнего пути,
Найми команду похрабрей,
Приставь к мортирам пушкарей,
Расчисти трюм под ценный груз
И, с ветром заключив союз,
Спеши на промысел; когда ж,
Испанца взяв на абордаж,
Добудешь амбру, шелк и злато
И всё, чем Индия богата, —
Знай: весь не стоит твой трофей
Одной Фиделии моей!

А был еще совершенно неизвестный у нас поэт Вильям Хабингтон. Он среди всех этих кавалеров отличался исключительным целомудрием и все свои стихи посвящал жене. Называл ее Кастара, что означает «чистый алтарь». А вообще-то ее звали Люси Герберт.

«В разлуке с Кастарой»

Нет, я не хвор. Я мертв. Подите прочь,
Друзья! Иль вы, отчаявшись помочь,
Разъять меня решили для науки,
Чтоб вызнать, отчего терпел я муки?
Но я всё тот же, говорите вы —
Вам это только чудится, увы!
Здесь некий дух, прервав свои скитанья,
Мои на время принял очертанья,
Иль кто-то телу приказал: «Живи,
Покуда ты — вместилище любви».
Но сам я мертв. Я лишь прошу, не надо
Мрачить слезами пышного обряда:
Вы только плоть зароете мою,
Душа же — с милой: стало быть, в раю.

«Против тех, кто считает всех женщин нечестивыми»

Видать, в чумной родился год,
Не слышал песен от рожденья,
И воду пил лишь из болот,
И звезды видел лишь в паденье,
Кто убежден,
Что нет на свете честных жен.

Не всякий год приходит мор
И засыхает луг от жажды.
Все утвержденья ваши — вздор,
Спешите к нам, и скажет каждый:
— О чудный вид!
Не всё подделка, что блестит.

Судить ли, видя светлячка,
Что всякое-де пламя ложно?
И если женщина низка
И непотребна, разве можно
Про женщин всех
Сказать, что ими правит грех?

Кастара, ангел чистоты,
Средь женщин праведных и строгих,
Я верю, засияешь ты
Звездою первой среди многих.
А если нет —
Пребудь единственной, мой свет!

Сэр Уильям Давенант — драматург и поэт, которого считали в некоторых кругах незаконным сыном Уильяма Шекспира. Он родился в 1606 году в Оксфорде, где его отец держал гостиницу «Корона» и некоторое время исполнял должность мэра. В «Короне» обычно останавливался Шекспир по дороге из Лондона в Стратфорд и обратно. Мама Давенанта славилась живостью нрава. Он сам не опровергал и даже поддерживал эту легенду.

Я сейчас прочту два стихотворения. Одно — классика жанра. А второе автопародия.

«Утренняя серенада»

Встряхнулся жаворонок среди трав,
И пробуя росистый голосок,
Он к твоему окну летит стремглав,
Как пилигрим, спешащий на восток.
«О, пробудись! — поет он с высоты, —
Ведь утро ждет, пока проснешься ты!»

По звездам путь находит мореход,
По солнцу пахарь направляет плуг,
А я влюблен, и брезжит мне восход
С твоим лишь пробужденьем, нежный друг.
Сбрось покрывало, ставни раствори —
И выпусти на волю свет зари!

Красиво да? И вот такая песня:

Изображение: Джованни Беллини «Молодая женщина за туалетом»

Воспрянь от сна, моя краса!
Воспрянь и приоткрой
Свои прекрасные глаза:
Один, потом второй.

Встречай зевотой новый день,
Умыться не забудь,
Сорочку чистую надень
И сверху что-нибудь.

Ты ночь спала, моя любовь,
Зачем же спать и днем?
Уже воспел свою морковь
Разносчик под окном,

Судачат девы у ворот,
Торгует хлебопек,
Малец хозяину несет
Начищенный сапог…

Воспрянь! Уж завтрак на столе:
Лепешки ждут, мой свет,
Овсянка жидкая в котле —
Ее полезней нет.

А коли портит аппетит
Тебе вчерашний хмель,
Отлично силы подкрепит
С утра целебный эль.

Очень хороший поэт, хотя он не был хорошим кавалером — его даже в предательстве обвиняли — Эдмунд Уоллер. Я прочту его хрестоматийное стихотворение.

«Пояс»

Ее короткий поясок
Теперь чело мое облек:
Вот королевская награда,
Иного мне венца не надо.
Силок для лани молодой,
Нимб над манящею звездой:
Любовь и мука, гнев и милость —
Всё в этом круге уместилось.
Простая ленточка на вид —
Но мир, что ею был обвит,
Отдайте мне, а тот возьмите,
Что в лунной заключен орбите!

И наконец мы переходим к Джону Саклингу. Он был кавалер из кавалеров — задира, бретер, забияка, очень талантливый поэт, пьяница, бабник. Все, что полагается. 32 или 33 года он прожил. Промотал отцовское наследство, из которого большую часть угрохал на безнадежное дело короля и кавалерства: снаряжал роты в королевскую гвардию за свой счет, только забыл их обучить — их разгромили в бою. Зато говорят, что у них было очень красивое обмундирование. В общем, растратив состояние, он добровольно принял смерть. Прожил очень яркую жизнь.

Вот его сонет, в смысле песенка:

Твоих лилейно-розовых щедрот
Я не прошу, Эрот!
Не блеск и не румянец
Нас повергают ко стопам избранниц.
Лишь дай влюбиться, дай сойти с ума,
Мне большего не надо:
Любовь сама —
Вот высшая в любви награда!

Что называют люди красотой?
Химеру, звук пустой!
Кто и когда напел им,
Что краше нет, мол, алого на белом?
Я цвет иной, быть может, предпочту —
Чтоб нынче в темной масти
Зреть красоту
По праву своего пристрастья.

Искусней всех нам кушанье сластит
Здоровый аппетит,
А полюбилось блюдо —
Оно нам яство яств, причуд причуда!
Часам, заждавшимся часовщика,
Не всё ль едино,
Что за рука
Взведет заветную пружину?

Стихотворение со сквозной темой, в котором возлюбленная представляется осаждаемой крепостью. Написано с замечательной живостью.

Я эту крепость осадил
Тому уж больше года,
И впрямь не пожалел я сил
Для долгого похода.
Разведку вел под градом стрел,
В ночи копал траншеи,
Сигналы глаз прочесть умел
И с губ срывал трофеи.

Я порох из горючих слов
Закладывал в подкопы,
Мостил речами топкий ров,
Торил кружные тропы, —
Всё зря! Тогда пустил я в ход
Проклятий канонаду:
Бьют пушки в лад, но стойкий град
Не просит снять осаду.

Но я был тверд: мятежный форт
Решил я взять измором,
К лобзаньям доступ перекрыв
И восхищенным взорам.
Но крепость не сдавалась; мне ж
Пришлось, победы ради,
На дальний отступить рубеж
И спрятаться в засаде.

И что ж? Противник мой ничуть
Не удручен пропажей:
На лагерь брошеный взглянуть
Она не вышла даже!
Шпиона я заслал, и весть
Из форта он доставил:
Мол, некто по прозванью Честь
Там гарнизон возглавил.

Коль так — прощай, мой нежный враг,
Не взять мне бастиона:
Не просит Честь ни пить, ни есть,
И бдит она бессонно.
Дурак, что проливал я кровь
И взять мечтал твердыню,
Где морят голодом любовь,
Чтоб напитать гордыню!

А вот здесь он почти буквально перепел Шекспира.

«Против взаимности в любви»

Соединенье любящих сердец —
Вот глупости чистейшей образец!
Я б грешников казнил таким проклятьем,
Чтоб от любви взаимной век страдать им.
Любовь капризна, как хамелеон:
Сыт воздухом, от пищи дохнет он.
Обиды, страхи, ссор минутных грозы,
Улыбка, просиявшая сквозь слезы, —
Вот корм любви, вот истинная сласть,
А насыщенье только губит страсть:
Так мы, во сне изведав наслажденье,
С утра досадуем на пробужденье.
О, я умру от ужаса, когда
Мне милая однажды скажет «да»!
Ведь женщина, хотя бы и царица,
В любви, уж верно, с тою не сравнится,
Кого мы, в дерзких уносясь мечтах,
Не на перине зрим, но в облаках.
Согласна — значит, шлюха, если даже
Она чиста как снег иль пух лебяжий,
И холоден дружок с ней неспроста:
Молитвы горячей в разгар поста.
Так будь тверда, любовь моя, не надо
Мне уступать: желанье — нам награда
И сладостных видений череда,
Каким не воплотиться никогда.

И вот последний из сегодняшних поэтов, кого я хочу показать. Тоже кавалер из кавалеров, красавец мужчина, Ричард Лавлейс, он же Ловелас, или Ловлас в неправильной русской транскрипции.

Вот его хрестоматийное стихотворение. Строчки из него цитировал Ретт Батлер, прощаясь со Скарлетт О’Хара.

«Лукасте, уходя на войну» (Песня)

Меня неверным не зови
За то, что тихий сад
Твоей доверчивой любви
Сменял на гром и ад.

Да, я отныне увлечен
Врагом, бегущим прочь,
Коня ласкаю и с мечом
Я коротаю ночь.

Я изменил? Что ж — так и есть!
Но изменил любя:
Ведь если бы я предал честь,
Я предал бы тебя.

Кадр из фильма «Унесенные ветром»

И последнее стихотворение. Надо взять верный тон. Я хотела немного скабрезное прочесть, но прочту возвышенное.

«К Алтее — из тюрьмы»

Когда в узилище ко мне
Летит Эрот шальной
И возникает в тишине
Алтея предо мной,
Когда в душистых волосах
Тону средь бела дня, —
Какие боги в небесах
Свободнее меня?

Когда, заслышав плеск и звон,
Я уношусь на пир,
Где Темзою не осквернен
Веселья эликсир,
Где льется пламенный рубин,
Печали прочь гоня, —
Какие рыбы средь глубин
Свободнее меня?

Когда, как песенка щегла,
Презревшего тюрьму,
Из уст моих летит хвала
Монарху моему:
О том, как длань его щедра,
Тверда его броня, —
Какие над землей ветра
Свободнее меня?

Уму и сердцу не страшна
Решетка на окне:
И в клетке мысль моя вольна,
Любовь моя — при мне,
Ей нипочем любой засов,
Любая западня…
Лишь ангелы средь облаков
Свободнее меня!

lenta.ru

Рэли, Уолтер — Global wiki. Wargaming.net

Годы жизни 1552 — 1618
Место рождения Девон, Англия
Гражданство Англия
Годы службы 1579 — 1618

Вершина карьеры

Адмирал Английского флота

Уо́лтер Рэ́ли (англ. Walter Raleigh)[1] — (12 января 1552 — 29 октября 1618) — английский путешественник, исследователь, философ, поэт, капер. Прославился, как талантливый адмирал и государственный деятель эпохи Возрождения. Участвовал в разгроме непобедимой испанской Армады. Считается одним из первых колонизаторов Северной Америки, именно ему приписывают заслуги по популяризации табака и картофеля в Англии. В тридцатилетнем возрасте удостоен рыцарского звания. Казнён в Вестминстерском дворце, в Лондоне, по обвинению в государственной измене, 29 октября 1618 года.

Общие сведения

Вся жизнь Уолтера Рэли была насыщена событиями, в нём до самой смерти жил дух авантюризма. Талантливый военначальник, поэт, фаворит королевы, отчаянный приватир, кладоискатель, исследователь, учитель принца Уэлльского — это далеко не полный список его талантов и занятий. Современники высоко оценивали его вклад в развитие Британской Империи. Если бы не интриги завистников и немного больше везения, этот человек мог бы оставить в истории ещё более яркий след.

Биография

Юность

Уолтер Рэли, французский период

Уолтер Рэйли родился в семье бедного девонширского дворянина, год его рождения до сих пор точно не известен, по разным данным это то ли 1552, то ли 1554 год. Некоторые историки считают , что он родился 22 января 1552 года , хотя Оксфордский Национальный биографический словарь в настоящее время датирует это событие 1554 годом. Его отцом был Хейз Бартон (англ. Hayes Barton), семья жила в небольшом посёлке Бадлейч Салтертон (англ. Budleigh Salterton), в графстве Девоншир.

Уолтер рожден Екатериной Чампернов (англ. Catherine Champernowne) от третьего брака отца и имел четырех старших братьев: сводных — Джон Гилберт (англ. John Gilbert), Хэмфри Гилберт (англ. Хэмфри Гилберт), Адриан Гилберт (англ. Adrian Gilbert), и родного брата — Кэрью Рэли (англ. Carew Raleigh). За время правления Елизаветы I и Якова I, все братья также оставили заметный след в истории. Молодых людей ко двору представила гувернантка Елизаветы I — Кэт Эшли (англ. Kat Ashley), тётя Екатерины Чампернов.

В 1569 году Уолтер Рэли уехал во Францию​​, где участвовал во французских религиозных войнах на стороне гугенотов. В 1572 году зарегестрирован как студент в Ориель-колледже, Оксфорд, но обучение не закончил и покинул учебное заведение через год. Вступив в адвокатское сообщество (Inns of Court), он продолжил своё образование, хотя позже он заявлял, что не изучал право. Сохранилось очень мало сведений о периоде жизни Уолтера Рэли в период с 1569 по 1575 годы, но в своей недописанной книге «История мира» он утверждал, что был свидетелем битвы при Монконтура 3 октября 1569 года. В 1575 или в 1576 году Рэли вернулся в Англию.

В 1578 году брат Хэмфри Гилберт организовал полупиратскую - полуисследовательскую экспедицию, в которой Уолтер принял участие в качестве командира корабля «Фалкон». Во время экспедиции он принимал участие во многих приключениях и сражениях с испанскими кораблями. Экспедиция оказалась неудачной, но Рэли оказался храбрым капитаном. Его заметили графы Лестер и Оксфорд, впоследствии оказывавшие Уолтеру покровительство. В мае 1579 года Уолтер Рэли вернулся из экспедиции.

Ирландия

В 1580 году произошло восстание в Ирландии при поддержке испанцев. Повстанцами был занят форт Смерник, английские войска взяли его в осаду. Капитан Уолтер Рэли был отправлен во главе отряда английской пехоты на подавление восстания. После взятия форта, по приказу Рэли было повешено 507 испанцев, два десятка ирландцев и несколько английских перебежчиков.

На протяжении 1579 - 1583 годов Уолтер Рэли участвовал в подавлении восстания Десмонда. После победы англичан, у участников восстания была реквизирована частная собственность и земельные участки. В качестве вознаграждения Уолтер Рэли получил во владение территорию площадью 16 км². Территория включала в себя два укреплённых города: Йол и Лисмор. Управляя этим поместьем в течении 17 лет Рэли проживал в замке Киллуа в деревне Клонмеллон, графство Уэстмит. С 1588 по 1589 годы он служил на должности мэра города Йола.

Уолтеру не удалось привлечь на свои земли арендаторов, поэтому в дальнейшем его состояние значительно уменьшилось. В 1602 году ему пришлось продать свои земли Ричарду Бойлу, 1-му графу Корку.

1580-е годы

Уолтер Рэли, 1588 год

В декабре 1581 года Уолтер Рэли вернулся в Лондон после Ирландской кампании. Он принял активное участие в придворной жизни, лоббировал продвижение протестанской церкви в Ирландии. Был представлен королеве и впоследствии стал её фаворитом. В 1583 году Рэли получил в подарок от королевы роскошный дворец Дарем Хаус на знаменитой улице Стрэнд в Лондоне и любимое им до самой смерти поместье Шерборн в Дорчестере. В 1585 году был посвящён в рыцари, Её Величество пожаловала ему оловянную монополию, патент на винный откуп, лицензию на экспорт шерстяного сукна, а также назначила его капитаном личной гвардии королевы, вице-адмиралом Девона и Корнуолла, лорд-лейтенантом округа Корнуолл.

В 1583 году Уолтер Рэли заявил о желании открыть северо-западный торговый путь из Англии в Индию и Китай. Ему был выдан каперский патент, что давало право грабить испанские корабли. В 1584 году Уолтером было организовано две экспедиции для исследования территории в Северной Америке вдоль реки Роанок. В честь королевы-девственницы, эта территория была названа Виргинией, это название территории сохранилось и до наших дней в составе штата Северная Каролина. В честь Уолтера Рэли названа столица штата Северная Каролина — город Роли.

В 1585 году Рэйли захватил несколько испанских кораблей с шестьюстами человеками на борту около Ньюфаундленда. В 1586 всего на двух кораблях Snake и Mary Spark он атаковал испанский флот. Небольшие маневренные корабли англичан были трудной мишенью для пушек больших и тяжелых испанских галеонов, и после 32-х часового сражения англичане одержали победу около Ньюфаундленда. В плен был взят дон Педро Карпьенто де Генабоа, контролировавший Магелланов пролив. Рэйли потребовал выкуп за каждого пленного золотом, равным весу пленника. Королевский двор получил огромные прибыли, благодаря экспедициям Рэйли, и его популярность при дворе значительно выросла.

В 1587 году была основана колония Роанок, где родился первый английский ребёнок в Америке, позже колонисты пропали без вести. Имя Уолтера Рэли до сих пор почитается в США, особенно в штатах Северная Каролина и Виргиния. Из этой экспедиции Рэли привез табак и картофель, по примеру Уолтера табакокурение вскоре распространилось среди знати Англии. От индейцев Уолтер Рэли услышал легенду про Эль Дорадо и о золотых приисках у Великих Озер и эта история навсегда осталась в его воображении.

В 1587 году началась война Англии с Испанией. Уолтер Рэйли был призван на королевскую службу и получил под командование небольшую эскадру. 23 июля 1588 года состоялась морская битва при Портленде, которая продолжалась целый день. Испанский флот состоял из галеонов и превосходил английскую эскадру по количеству кораблей. Из-за высокого расположения орудийных палуб на галеонах, ведение огня на коротких дистанциях по низким целям было невозможным. Уолтер Рэйли снова использовал свою тактику — выманивал галеоны в открытое море, где приближался к ним на короткую дистанцию и безнаказанно пускал ко дну. К концу дня сражение было завершено безоговорочной победой англичан.

В 1585 и 1586 годах Уолтер Рэли представлял графство Девоншир в парламенте.

1590-е годы

Рэйли в Тринидаде, гравюра неизвестного художника

В ноябре 1591 года Уолтер Рэйли тайно обвенчался на фрейлине королевы Элизабет Трокмортон (англ. Elizabeth Throckmorton), а в марте следующего года жена рожает сына, которого отдала на воспитание кормилице, а сама вернулась во дворец к прежним обязанностям фрейлины. Сначала королева ничего не знала о браке Уолтера Рэли, но узнав об этом была разгневана и приказала посадить под арест обоих супругов.

Через два месяца, 15 сентября 1592 года услуги Рэйли понадобились для составления отчёта о прибыли. Корабль, снаряжённый Уолтером для пиратского рейда, вернулся с добычей и королева хотела получить свою долю без обмана. Как оказалось, на вложенные королевой 3 тыс. фунтов, прибыль составила 90 тыс. фунтов. Общая стоимость захваченного груза составила 150 тыс. фунтов. После составления отчёта сэр Уолтер Рэли снова был заключён в Тауэре. Без объяснения причин, супруги Рэли были выпущены из заключения 13 декабря 1592 года.

В 1593 году Уолтера Рэли избирают в парламент от Митчелла, Корнуэлл. В 1594 году он начинает готовиться к экспедиции для поисков мифической страны Эльдорадо. В феврале 1595 года флотилия из пяти кораблей отправилась к Америке. Поднявшись вверх по течению реки Ориноко, экспедиция безуспешно искала легендарную страну. Итогом путешествия стала книга Уолтера Рэли «Путешествие в огромную, богатую и прекрасную империю Гвиана с великим и золотым городом Маноа», переведённая на многие европейские языки и изданная в Англии, Франции, Германии, Испании.

Сэр Уолтер Рэли в 1596 году принимает участие в экспедиции лорда Эссекса против Кадиса, где сыграл немаловажную роль в разгроме испанского флота, применив уникальную тактику. После победы Уолтер был тепло принят при дворе королевой и получил высочайшее разрешение снова появляться при дворе, однако его жене такого разрешения не было дано.

В 1597 году Уолтер Рэли избирается в парламент от Дорсет, а в 1601 году — от Корнуолла.

1600-е годы

«Первая трубка Рэли в Англии» - иллюстрация из альманаха Фредерика Уильяма Фаирхольт по истории табака 23 марта 1603 года умирает королева Елизавета I, на престол вступает шотландец Яков I. По сфабрикованному обвинению в заговоре против короля, Уолтера Рэли судят и приговаривают к смертной казни. Позже один из его судей говорил:
Судебная система Англии никогда не была так подорвана, как в тот день, когда был вынесен приговор благородному сэру Уолтеру Рэли
Однако, уже в наши дни, в 1994 году в библиотеке Бодлеан нашлись документы 1603 года, с неопровержимыми доказательствами вины Рэли.

Благодаря общественному резонансу, казнь была отложена, а Уолтер Рэли остался в заключении в Тауэре. Ему были разрешены посещения, он был в курсе всех новостей, вёл литературную деятельность — его стихи постоянно издавались. Во время одного из посещений жены, был зачат его второй сын - Кэрью, родившийся в 1605 году. За тринадцать лет заключения он написал несколько книг: «Трактат о кораблях», «Обзор королевского военно-морского флота», «Прерогативы парламента», «Правительственный совет», начал писать «Историю мира».

Последнее путешествие

Печать управления Уолтера Рэли

Находясь в заключении, Уолтер Рэли писал королю письма, предлагая в них возглавить экспедицию в Гвиану, для поиска золота. В письмах он обещал королю привезти из путешествия богатую добычу и драгоценные металлы. Король в это время нуждался в деньгах, поэтому согласился с предложением Рэли. Условием прощения Рэли был отказ от какой-либо враждебности по отношению к испанским колониям или судоходству. Сэр Уолтер Рели был выпущен под честное слово из Тауэра. По чертежам Уолтера был построен корабль «Рок» и в марте 1617 года экспедиция отправилась к Америке.

Во время экспедиции отряд людей Рэли под руководством Лоуренса Кеймиса (англ. Lawrence Keymis), вопреки приказу Уолтера Рэли, атаковал испанский гарнизон Санто - Томе - де - Гуаяна на реке Ориноко. В перестрелке был убит старший сын Рэли - Уолтер. В поисках золота корабли Рэли исследовали территорию от Амазонки до Ориноко, но ничего не нашли. Среди солдат и офицеров начало рости недовольство и Уолтер вынужден был свернуть экспедицию и отправиться в Англию. Чтобы компенсировать затраты на экспедицию, он нападал на испанские корабли и грабил их. Испанцы требовали от короля Англии возмещения ущерба, и наказания Рэли, угрожая войной. Король принял решение казнить сэра Уолтера Рэли по обвинению в государственной измене.

Казнь

Казнь сэра Уолтера Рэли

Король определил способ казни для Уолтера Рэли - через обезглавливание. Есть легенда, что его последней просьбой было выкурить трубку табака, а в тюремной камере он, уходя на смерть, оставил своё последнее стихотворение:

Вот время: взяв единым махом

Всё - юность, радость, жизни силы, -
Заплатит нам землёй и прахом;
Оно в тиши и тьме могилы,
Когда земной закончен бег,
Захлопнет книгу дней навек.
Но верю: над землёй и прахом
Я вознесусь единым махом.

Казнь провели 29 октября 1618 года, последними словами Уолтера, после того, как ему дали осмотреть топор, стала фраза:
Это лекарство — снадобье острое! Но лечит от всех болезней!
Когда палач сказал, что его лицо смотрит не в ту сторону, лёжа на плахе, Рэли ответил:
Та страна, куда я отправляюсь, видна с любой стороны!

Его голову забальзамировали и передали жене, которая хранила её 29 лет до своей смерти. Тело было завёрнуто в бархат и захоронено у церкви Святой Маргариты в Вестминстере. Впоследствии голову захоронили в той же могиле. К месту захоронения Уолтера Рэли до сих пор допускаются посетители.

Вклад в историю

Памятник Уолтеру Рэли в Лондоне

Влияние на потомков

Уолтер Рэли оставил свой след в истории, благодаря своим исследованиям и литературным произведениям. Ему приписывают более тридцати стихов и около десяти научно-исследовательских литературных трактатов. Благодаря Рэли исследованы территории в Южной и Северной Америке, положено начало колонизации Америки. Уолтеру Рэли приписывают популяризацию в Англии табака и картофеля.

Увековечивание памяти (памятники, места и т.п. названные именем героя и т.п.)

Именем Рэли названа столица штата Северная Каролина - город Роли, гора Роли - находится в западной части Канады, недалеко от побережья, в провинции Британская Колумбия. В 1927 году табачная компания «Brown and Williamson Tobacco Company» представила линию табаков «Sir Walter Raleigh pipe».

Установлены памятники на родине Уолтера Рэли - в Девоншире и в столице штата США Северная Каролина.

Образ в искусстве и медиа (книги, кино, сериалы, музыка, игры и т.п.)

Образ Уолтера Рэли появлялся в нескольких кинолентах:

  • В фильме «Частная жизнь Елизаветы и Эссекса», США, 1939 год, в роли У. Рэли - Винсент Прайс
  • В фильме «Любовь королевы» США, 1955 год, в роли У. Рэли - Ричард Тодд
  • В фильме «Золотой век», Великобритания, Франция, Германия, 2007 год, в роли У. Рэли – Клайв Оуэн.

Примечания

  1. ↑ Сам он обычно писал свою фамилию Ralegh, в тогдашних источниках встречаются также многочисленные варианты, как и у ряда его известных современников (Шекспира, Марло и др.) Скорее всего, он произносил её как «Роли», однако сейчас в английском языке основным является написание Raleigh и чтение «Рэли». Названная в его честь столица Северной Каролины (также Raleigh) называется обычно «Роли»

Ссылки

См. также

Галерея изображения

  • Елизавета I благословляет Уолтера Рэли перед экспедицией в Америку

  • Потрет Уолтера Рэли

  • Экспедиция Уолтера Рэли по Роаноко

  • Гравюра портрет Уолтера Рэли

  • Портрет Уолтера Рэли, 1598 год

  • Таким сэр Уолтер Рэли вышел в исполнении Клайва Оуэна в картине Шекара Капура «Елизавета. Золотой век» 2007.jpg

  • Упаковка табака, сорта «Уолтер Рэли»

Видео

Эту статью требуется викифицировать!

Пожалуйста, оформите её согласно правилам оформления статей.

wiki.wargaming.net


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.