Стихи о зое космодемьянской


Стихи про Зою Космодемьянскую | Стихи

Позади школьный сонм забот,
Впереди пасти лютых увечий.
В сорок первый раненный год,
Шагнула лесной разведчицей.
Ветер помнит все, мерещатся
Ему немцы еще шагающие,
Трофей их отвагой пылающий
И последних слов хоровод.
«Мне не страшно товарищи —
Умереть за свой славный народ»

Позади трепет юных ласк,
Впереди боль вражих пощечин.
Но фашист не услышал фраз,
Ни с утра, ни суровой ночью.
Не до слов, пусть нет уже мочи
Мысль одна в голове решающая
Выла приказ с хрипом лающим,
В не убитый, больной небосвод.
«Нет, не страшно товарищи —
Умирать за свой славный народ.»

Позади боевая стезя,
Впереди вечная память.
Ветер воет, хоть знает не зря,
Кровью залита черная прядь.
Деревянная скрипнула гладь,
Под всей тяжестью умирающей.
Под жаром взглядов блуждающих,
Смастеривших тот эшафот.
«Было не страшно товарищи —
Умирать ей за свой народ»

Дашковец Оксана

*****

К 60-летию Зои Космодемьянской

Нежный рот и упрямые брови —
Восемнадцать девчоночьих лет.
В партизанских лесах Подмосковья
Никогда не исчезнет твой след.

Олененок с большими глазами,
Смуглых щек полудетский овал…
Посылал командир на заданье —
Оказалось, в Бессмертье послал.

Ты попалась гестаповцам в лапы —
Тяжелей не придумать беды.
И палач раскаленную лампу
Подносил тебе вместо воды.

Сапогами девчушку топтали:
— Где другие бандиты, ответь!
Как зовут? Ты откуда?
— Я — Таня…
— Где другие?
— Готовят вам смерть…

И по снегу ногами босыми,
Крепко сжав окровавленный рот,
Как на трон, партизанка России
На высокий взошла эшафот.

Огляделась:
— Что плачете, люди?
Наши близко! Они отомстят!
…Ветер осени слезы мне студит.
Неужели тебе шестьдесят?

Нет, осталась ты юною, слышишь?
Над тобою не властны года.
В небе Вечности всходишь все выше,
Комсомольская наша звезда!

Друнина Юлия

---

Ей восемнадцать: скромна, стройна.
Десятый закончен класс.
Боится мышей. Ночью одна
Не выйдет из дома подчас.

Пришла в сорок первом беда — война!
Родина-мать зовёт!
Тёмная ночь — через лес одна
В тыл к врагу идёт.

Конюшню спалила, вторая горит.
Чужая послышалась речь…
Поздно бежать. Враг поднят, спешит,
Третью успеть бы, поджечь.

Плеск. Керосин расплылся под стрехой.
Лютый мороз. Озноб.
Вспыхнула спичка. Удар — часовой
Прикладом свалил в сугроб.

Тревога! Солдаты подняты в ружьё.
Зверски пытали. Молчит.
Утром решили повесить её —
Советский разведчик! Бандит!

Ей восемнадцать: скромна, стройна.
Без страха на смерть идёт.
Смерть от врага ей не страшна —
За Родину жизнь отдаёт.

Щепкин Анатолий

*****

Она назвала себя Таней,
Не зная, что в гордой красе
Несломленной, бронзовой встанет
Над Минским летящим шоссе.

Что, славя московские зори,
Ей горн пионерский споет.
— Куда вам? До Зои? — До Зои. —
Кондуктор билет оторвет.

И выполненное заданье,
И крестный в бессмертие путь,
И это святое незнанье —
Вот подвига сила и суть.

Мы выстоим — главное знала,
Но если б сквозь сумрак и свет
Она хоть на миг услыхала
Сквозь сорок, сквозь тысячу лет

Не скрип под фашистской кирзою,
А здесь, у скрещенья дорог,
Хоть это: «Мы выйдем у Зои»,
Московский родной говорок.

Дмитриев Николай

*****

Седое утро знойным ветром дуло,
Стоял суровый утренний мороз,
Схватили немцы девушку Татьяну
И потащили в хату на допрос.

В ее глазах бесстрашие сияло,
У ней нашли гранату и наган.
Пытали, но ни слова не сказала,
Не выдала Татьяна партизан.

Седое утро знойным ветром дуло,
Палач веревку, ящик приволок,
И девушка в последний раз взглянула
На вьющийся над хатами дымок.

«Нас не сломить!» — услышали крестьяне,
А дальше крик петля оборвала,
И у всех к родной любимой Тане
Слеза страданья с гневных лиц смела.

Седое утро вышло из тумана,
Стоял суровый утренний мороз,
И девушку по имени Татьяна
Крестьяне хоронили у берез.

Они клялись не дать врагу пощады,
Они клялись смерть Тани не забыть,
Умножить партизанские отряды,
За нашу Таню немцам отомстить.

Народная песня

*****

Белыми хлопьями падает снег
Зимнее утро одел в кружева
Ты на снегу, только ты не во сне
И на губах застывают слова

Ветер колючий кусает за бровь
Грубой петли расплетает пеньку
Каплей рубина замерзшая кровь
И на тебе и на белом снегу

Ногти не знавшие про маникюр
Вспухли от игл, что под ними торчат
Кровоподтеков холодный пурпур
Место нашел на девичьих плечах

Падает, падает, падает снег
Только не тает на белой груди
Так не бывает, но ты не во сне
Боли и пытки уже позади

Тонкою льдинкою тает луна
Слезы роняя в волос твоих шелк
Танечка, Таня, Москва спасена,
Зоя, ты слышишь, фашист не прошел

Вновь запоют соловьи по весне
Вновь заживет полной жизнью Москва
Ну а пока… тихо падает снег
Зимнее утро одел в кружева.

Радионов Олег

---

Комсомолка — москвичка по имени Зоя
Ученицей десятого класса была.
Её подвиг народный, её подвиг бессмертный
Мы не вправе забыть никогда!
Как же много за нас в те минуты страдала
И, не зная сама, стала ты героиней.
«Хоть меня и повесите, но я не одна!
За меня отомстят!» — ты фашистам твердила.
Не сумели они надломить твою волю
Ты кричала, что счастье — умереть за народ!
Ты в бессмертье шагнула,
Стала символом правды.
И теперь о тебе память вечно живёт!

---

Избивали фашисты и мучили,
Выгоняли босой на мороз.
Были руки веревками скручены,
Пять часов продолжался допрос.

На лице твоем шрамы и ссадины,
Но молчанье ответом врагу…
Деревянный помост с перекладиной,
Ты босая стоишь на снегу.

Нет, не плачут седые колхозники,
Утирая руками глаза, —
Это просто с мороза, на воздухе
Стариков прошибает слеза.

Юный голос звучит над пожарищем,
Над молчаньем морозного дня:
— Умирать мне не страшно, товарищи,
Мой народ отомстит за меня!

Юный голос звучит над пожарищем:
— Умирать мне не страшно товарищи.

Агния Барто

---

Город есть такой Тамбов,
Здесь не нужно много слов.
Партизанка в нём жила
Зоей Космодемьянскою слыла.
Год 41- ый, настала война
Тяжёлое время настало тогда!
С виду простая Зоя девчонка,
Рвалась на войну, как смышлёный мальчонка.
Ничто нашу Зою не устрашало:
Два раза в тылу у врага побывала
Мужество, ум, отвага и честь —
Все качества эти в характере есть.
Голод и холод она испытала,
Но Родине-Матери не отказала.
Не придала, не отреклась
Зоей Космодемьянскою не назвалась.
Немцы схватили, пытали её.
Она всё стояла не говоря ничего.
Зою на площади зверско казнили,
Но мы её помним и память почтили.
Орден Ленина был ей присвоен
Вот так вот наш мир после смерти устроен.

Баязитова Ирина

---

На дубовой скамье, что была ей конвейером пыток,
Не стонала она, и глаза не смотрели с мольбой.
Кто ее укрепил? Кто ей дал этой силы избыток,
Эту власть над собой?
Почему потемнел изувер, истязающий Зою,
Заглянув ей в глаза? Почему стало страшно ему?
Почему, не дрожа, Зоя шла по морозу босою?
Не дрожа! Почему?

Как сумела она не издать ни единого стона
В разъяренных когтях узколобого штурмовика?
В смертный час почему, перед нею склоняя знамена,
Расступились века?
Потому что века перед правдой должны расступиться.
Зоя — это борьба, это русская доблесть и честь!
В страшных муках ее есть и наших страданий крупица,
Наше мужество есть!

Ковынев Борис

*****

Своим высоким идеалам,
Осталась до конца верна,
Жестокой смертью доказала,
Что есть у Родины броня!

Училась в школе безупречно,
Любила трепетно стихи,
Была возвышенной, сердечной,
Натурой трепетной души!

Минуло восемнадцать только,
Оборвались её мечты,
Война. В разведку добровольцем,
Ушла в фашистские тылы.

Нередко за чертой посёлка,
Взрывались вражьи поезда,
Со взрослой сметкой комсомолка,
Всё доводила до конца.

Приказ на новое задание,
Две группы устремились в лес
И вдруг свинцовый дождь заклания,
Со всех сторон, как гром с небес!

Потерям не было предела,
Зима, не спрятаться от пуль,
Из групп лишь горстка уцелела,
Отряд нарвался на патруль.

И только трое из отряда,
Продолжили свой трудный путь,
Приказ исполнила бригада,
Но разминулись, в этом суть!

Один вернулся в часть успешно,
Другой был схвачен в тот же час,
А Зоя возвратилась спешно,
Исполнить до конца приказ!

В фальшивой серенькой конюшне,
Радиостанция была.
И Зоя шёпотом по-русски,
— Конюшню эту сжечь дотла!

Так Зоя смело шла на подвиг,
Сказав себе, — Я всё смогу!
В любом народе есть уроды.
Предатель изменил судьбу.

Её ремнями долго били.
Раздев беднягу догола,
Пинали, досыта глумились,
Ни слова не произнесла!

Но этой пытки было мало,
В мороз, с прикладом позади,
По улицам босой шагала,
Доска позора на груди.

Не скажешь? — Нет!
Продлжим дальше,
— Не будет от меня вестей!
Тогда сорвали ногти с пальцев,
Кровь запеклась в багровый клей.

На казнь её вели под руки.
Сил не было идти самой,
Петлёю завершились муки.
Лишь ангел плакал за спиной!

Фашисты смертью наслаждались!
Висела месяц на петле,
Солдаты грубо надругались,
Отрезав грудь, «на веселе».

Сорвав одежду сапогами,
Перед толпою обнажив,
Кололи, резали ножами,
НЕПРАВДА! Образ Зои жив!

Пред мужеством её и волей,
Склоняют «головы» года,
Девчоночка с тяжёлой долей,
Ты в нашем сердце навсегда!

Людмила Лидер

*****

Суды, пересуды,
Нет у слухов грани.
Ветер не остудит
Пылающие раны.
Шаг за шагом к смерти
С гордой головою
На закат рассвета —
Комсомолка Зоя.
А снега скрипели,
Выжимали слезы.
Под босые ноги
Брошенные розы…
Прошлое, как эхо,
Все стучит в висках.
Подвиг ли не это
Подавивший страх?
Шаг за шагом к жизни
С гордой головою.
Для тебя, Отчизна,
Комсомолка Зоя.

Косенков Евгений

*****

Только раз я погибла.
И тысячи раз — воскресала…
И не мой ли протест
Над тревогою дня повисал?
Не моя ли душа,
Пролетая под сводами зала,
Вырывалась с трибун?
И взрывался овацией зал!

Я еще не успела
Оставить наследника миру,
Но наследство мое
У родного Отечества есть:
Неподкупная верность
Земле этой розовокрылой,
Комсомольское сердце,
Святая солдатская честь.

Разве в памяти дней
Не найти ни урока, ни смысла?
Разве мало тех жертв,
Чтобы мир от войны не погиб?
Навсегда умереть?
Не остаться ни в песнях, ни в мыслях?
Сгинуть в огненной бездне,
Взметнув термоядерный гриб?

Голос мой и призыв
Рвется к людям из подвигов прошлых,
Оседает росой
На цветущие травы и мхи.
И Раймондою Дьен
Откликаясь на рельсах дорожных,
Он к Ассате Шакур
Сквозь застенок ворвется в стихи.

Это я говорю
От себя и от всех безымянных,
Оплативших собой
Золотое сияние дня.
От беспамятства вечного,
От катастроф окаянных
Защитите меня!
И посмертно спасите меня!

Щипахина Людмила

www.detstih.ru

"Поджигатель" / Читает автор ~ Поэзия (Стихи о войне)


"Поджигатель"

Юной и бесстрашной девочке, героине
Великой Отечественной,
Герою Советского Союза
Зое Космодемьянской посвящается...

1

В военкомате Зое отказали:
"На фронт таких красавиц не берут".
Ах, если бы тогда те дяди знали,
Какие муки ту девчушку ждут!

Пусть не берут, пусть мама не пускает,
Пусть школьница - ещё остался год,
Но всё не важно: Зоя твёрдо знает -
Она сто раз за Родину умрёт!

Умрёт... Но почему такие мысли
У девочки, которой жить и жить?
А мысли, как на ниточках повисли -
Бить фрицев, страстно Родине служить.

И своего добилась. Записали
Её в особый, небольшой отряд*.
Что за отряд? Прекрасно люди знали,
И не вставали с Зоей в один ряд.

Отряд тот обречён, все понимали -
Насильно добровольцев не пошлёшь.
Ходить по школам активисты стали -
Откликнулась одна лишь молодёжь.

И Зоя в том числе. Мать обманула,
Сказала, что спешит окопы рыть,
К груди братишку Сашку притянула
И наказала ему долго жить.

Ведь в самый тыл врага ребят послали -
Приказ сам Сталин отдал*: в холода
Жечь все дома, в которых немцы встали -
Морозы для фашистов - смерть, беда!

Мечтали русских захватить блицкригом
В одних мундирах, тонких сапогах,
Но рус зольдат им приготовил фигу -
Пошли в ход тряпки, лапти на ногах.

2

На запад группе надо продвигаться.
Приказ гуманным вряд ли назовёшь:
Деревни - десять их - должны сжигаться.
Всех фрицев из тепла, да на мороз!

Ведь местные давно живут в сараях,
А матки тащат яйки, молоко.
Вестей нет от своих, лишь брань чужая,
И до свободы очень далеко.

Отряд дошёл аж до Волоколамска -
Кругом бои - здесь эпицентр борьбы.
Но группе нужно дальше продвигаться -
У каждого свой фитилёк судьбы.

Ещё Клочкову и его гвардейцам
Придётся бой с фашистами принять...
Ах, как бы я хотела чистым сердцем
Истории движок пустить бы вспять!

И девочку, с прекрасною душою,
Вернуть в Москву, семье, родным, друзьям,
Любовью наградить её большою...
Но время вспять уж повернуть нельзя.

В Петрищево нельзя идти всем скопом -
Там главный штаб, дивизия стоит,
Которая готовится к походу -
Под Новый год столицу покорить.

Руководит ей подполковник* Рейха,
Садист, палач, проклятье партизан.
Найти здесь нужно хитрую лазейку -
И Артур Спрогис* разработал план.

В Петрищево пойдут всего лишь трое -
Борис Крайнов - той тройки командир,
Клубков Василий, и конечно, Зоя -
Бесстрашия живой ориентир.

Учили всех молчать во время пыток,
Своих не выдавать - рот на замок!
Не делать даже слабеньких попыток
Болтать с чужими. Обходить их в прок!

От холода трещит кора деревьев,
Костров ребятам разводить нельзя.
Дождались ночи. Подойти к деревне
И сжечь дома обязаны друзья.

Борис жжёт в центре, Зоя - ближе к югу,
Василий должен с севера зайти.
Боится Боря очень за подругу,
Но нет другого у неё пути.

Ещё раз обсудили всё до точки,
Ведь этот день последним может быть!
Договорились встретиться в лесочке,
Кто выживет - тому и дальше жить.

Борис проделал дело очень скоро:
Взметнулось пламя сразу двух домов.
И Зоины горят довольно споро,
А Васькин и не виден огонёк.

Крайнов метнулся к лесу, затаился,
Ждал очень долго он друзей своих.
Нет никого - в обратный путь пустился -
Приказ суров - пришлось оставить их.

3

А Зою немцы словно поджидали,
Схватили грубо, привели в избу.
Откуда же они о ней узнали?
Нарушил Васька грозное табу

Своих не выдавать. Но весь расплылся,
Когда грозили пыткой палачи.
О клятвах и обетах вмиг забылся,
Увидев - шомпола лежат в печи.

Мы про Иуду временно забудем -
Не стоят твари пламенных речей.
В аду их черти долго жарить будут,
Ведь там полно жаровен и печей!

Над Зоей немцы долго издевались:
" Не рус зольдат, а фрау - партизан.
А ну-ка, фрау, быстро раздевайся,
И - марш на лавку, словно на диван.

И говори скорее своё имя,
Кем завербована и кто тебя послал?
Друзьями ты не дорожи своими,
Ведь твой дружок тебя же и предал".

Но девушка молчит, сжимая зубы.
" Средь нас предателей не может быть!"
За это кулаком наотмашь - в губы,
И четверо фашистов стали бить

Её по коже девичьей и нежной
Широкими ремнями что есть сил.
Но даже стона из груди мятежной
Не донеслось, как больно фриц не бил.

Хозяин дома, спрятавшись за печкой,
Считал удары - двести было их.
Да разве сможет вынести сердечко
Такие пытки? Свист когда затих,

Девчушка, застонав, попить спросила.
Мужик набрав воды, рванулся к ней.
Откуда в этом теле столько силы
И мужества от пыток и ремней?

Но ковш с водою немец выбил махом,
И мужика облаял, как барбос.
А девушку - увидел тот со страхом -
Босой погнали на лихой мороз.

А вы смогли бы вынести такое?
СидЯ в тепле, за рюмкой коньяка?
Мы все привыкли к неге и покою,
Петух в желе не клюнет в зад пока.

Гоняли Зою немцы по деревне
Не час, не два, а точно до утра.
От стужи все потрескались деревья,
А для фашистов это лишь игра.

Сорочка от крОви заледенела,
В глазах - туман, и ноги не идут.
Но что ей боль? И Зоя гордо, смело,
Идёт туда, куда её ведут.

И всё молчком, ни стона, ни словечка...
В глазах - презренье к гнусным палачам...
А в доме красным жаром пышет печка,
И стол накрыт немецким сволочам.

Старушка, что за фрицами ходила,
Тихонько к Зое сбоку подошла.
- Как имя твоё, доченька? - спросила.
- Зовите Таней*...- на скамью легла.

И взгляд свой устремила вдаль куда-то.
Быть может, маму вспомнила свою..
А в это время враг, фашист проклятый,
Готовил ей верёвку и петлю.

К обеду всех сельчан согнали в кучу:
И стар, и мал - все видеть казнь должны.
А в это время Зоя, словно лучик,
В бессмертье шла своей родной страны.

Вдруг к мученице баба подбежала,
И палкой по ногам девчушку - хрясь.
- Петли тебе подлюка, даже мало,
Мой дом спалила маленькая мразь!

Стерпела это униженинье Зоя,
Простила бабе: что с неё возьмёшь?
Какая сила, и какая воля!
Нет, не от стужи, от презренья дрожь.

И то, что современные мерзавцы,
Навесили ей дурочки клеймо,
Им от позора век не отбрыкаться -
Дерьмо, оно и в Африке дерьмо.

На эшафот взошла спокойно Зоя,
И прокричала в рожи палачам:
" Нас очень много! Всех не уничтожить!
За смерть мою друзья отплатят вам!"

4

И отплатили. Девушку в газетах
Бойцы - солдаты увидали вдруг,
И поклялись, что за девчонку эту,
Громить фашистов будут в прах и пух.

В плен их не брать - приказ Верховной Ставки.
Давить, как гнид, особо тех, кто был
В Петрищево, и Зою бил на лавке,
И вешал, и на стужу выводил.

Историю легко переиначить,
Но невозможно правду изменить...
В лихие годы* всё было иначе:
" А фрицы Зою не могли убить,

Ведь в тех краях их не было в помине.
Какой-то дуре слава и молва!
Не лучше бы теперь купаться в пиве,
И жрать бекон немецкий в три горла?"

История коварная особа,
И забывать не хочет ничего...
Шли танки в бой, и с надписью " За Зою!"
Крошили в прах фашистское дерьмо.

Досталось и Клубкову "на орехи" -
Борис Крайнов ни йоты не забыл.
Предателя послали для потехи,
Как раз в отряд, где он когда-то был.

А там расспросы: " Что и как? Где Зоя?
Как получилось, что её уж нет,
А ты живой?" И трус, не в силах спорить,
На все вопросы сразу дал ответ.

О Зое говорили слишком много:
" В Петрищего казнили не её".
Но мать с друзьями осмотрели ногу -
Там шрам, как факт, и больше ничего!

Подруга Клава* искренне рыдала,
Когда пришла на опознанье к ней.
Она такого зверства не видала -
На пальцах Зои не было ногтей!

Сам Сталин, прочитав статью в газете,
Смахнул слезу и подписал указ:
" За мужество и за геройства эти,
И к Родине любовь не на показ
Посмертно наградить звездой Героя
Космодемьянскую Зою Анатольевну..."

* часть № 9903 - занималась диверсионными действиями под Москвой
* Приказ № 0428 от 17 11 1941 г. сжечь 10 деревень, в которых осели фашисты. Срок 5-7 дней. Подписали:: Сталин, Шапошников
* Подполковник Рюдерер Людвиг - командир 197 пехотной дивизии. Именно по приказу Ридерера пытали, истязали, а потом казнили Зою. Сам Рюдерер присутствовал при пытках.
* Артур Карлович Спрогис - командир части № 9903, командир Зои Космодемьянской
* Татьяна Соломаха - героиня Гражданской войны, которая была зверски замучена белогвардейцами. Для Зои Космодемьянской Т. Соломаха была кумиром.
* Имеется в виду 90-ые годы
* Клавдия Милорадова - боец той же диверсионной части, в которой служила Зоя. Её лучшая подруга.

апрель 2019
Москва

Муз. оформление: Йозеф Гайдн Симфония № 105 ( Трагическая увертюра)
Исполняет Берлинский филармонический оркестр 
Дирижёр Герберт фон Караян

www.chitalnya.ru

Au jour le jour: Зоя Космодемьянская *

Год сорок первый. Полчища громил.
Замёрзла Родина.
И комсомолка Зоя
Простым бойцом ушла во вражий тыл.
Но был предатель, и враги схватили Зою.

Глумление -
вот вражеский пароль.
Тут даже сам товарищ Сталин не поможет.
Какой там Сталин, если даже боль
Бича ремённого устала мерить кожу.

Но твердость духа не песочный ком.
Под комсомолистым, под пафосом не спрячешь.
Какой тут пафос, если босиком
По мёрзлой Родине к своей петле шагаешь?

А мразь из местных - факелом в лицо:
«Тебе не холодно, красавица? Погрейся!»
…До самой ночи, только для чего?
Но над усопшею юродствовали бесы.

А просто Зоя русской родилась.
Под вещим знаменьем Козьмы и Домиана
И зря ликует местной пробы мразь,
А вражья оптика подмигивает пьяно.

Под утро снег тропинки подновил..
Но враг опешил от предчувствий страшной встряски -
От виселицы прямо на Берлин
Рассвет нацелился багровою указкой.

Потом
бои; плененье вражьих банд.
Не брали в плен, гнобили сразу, на дороге
Солдат садистов -
«зоиных солдат».
Приказ неписаный - но строгий, честно строгий.

Была война. Огонь войны жесток.
Сгорали воины, но не сгорала смелость.
А Зоя?
Зоя - малый уголёк.
А только Родина немного, но согрелась.

Ты смерть принимала стоя,
Глядела в лица палачей.
Славная девушка Зоя,
Дочь и "сын" Отчизны своей.

Муки тебя хоть страшили,
Но страх был тебе не к лицу,
Как ни терзали, ни били,
И не мучили на плацу,

Сжатые губы молчали,
Не предала Родины ты.
А палачи измывались,
Огнём выжигали мечты.

Падало хрупкое тело,
И губы шептали, воды.
Рядом, сверкали, блестели
Зеркальною гладью пруды...

Зоюшка, Зоюшка, Зоя,
Ты смерть приняла, чтоб мне жить.
Как же смогла столько воли,
Ты в девичьем сердце вместить?...

Село с рассветом вышло из тумана,
Стоял суровый, утренний мороз,
Схватили немцы девушку Татьяну
И потащили в хату на допрос.

В её глазах бесстрашие сияло,
Нашли у Тани гранату и наган.
Пытали, но ни слова не сказала,
Не выдала Танюша партизан.

Седые ветви словно ветром сдуло.
Палач тяжелый ящик приволок.
И девушка в последний раз взглянула
На вьющийся над крышею дымок.

Они клялись не дать врагу пощады,
Они клялись - смерть Тани не забыть,
Умножить партизанские отряды,
За нашу Таню фрицам отомстить.

Эту песенку я впервые услышал 1-го января 1946 года.

Девочка Зоя


Галина Журба

Если бы не было Подвига, то не было бы Победы!
Девочка, юная девочка,
Всего восемнадцати лет,
Сколько же выпало горечи
На сердце, в котором свет!

Вот, пред тобой стоим…
Низкий тебе поклон!
" Союз непобедим,
не будет Он побеждён!"
Те, кто Союз ломали,
Девочка, изнутри,
Думали, что побеждали
Тебя, клеветой, а ты
Всё, что смогла сказала,
Нас же застила мгла...
Гордо ты умирала,
Иначе и не могла...
"Сколько вы нас ни вешайте…"
Боль сильнее, чем страх?!
В этих прекрасных девичьих,
Ясных таких глазах!
" Боритесь, не бойтесь!
С нами Сталин! Сталин придёт!"
Силы бы этой прочим,
Скрепить бы ею народ...
Если бы не было подвигов,
То не было бы - побед!

Время настало подлое,
Подлее которого нет...

В «Акте опознания трупа» от 4 февраля 1942 года, проведённого комиссией в составе представителей ВЛКСМ, офицеров Красной Армии, представителя РК ВКП(б), сельсовета и жителей села, об обстоятельствах гибели на основании показаний очевидцев обыска, допроса и казни установлено, что комсомолка Космодемьянская З. А. перед казнью произнесла слова призыва: «Граждане! Не стойте, не смотрите. Надо помогать воевать Красной Армии, а за мою смерть наши товарищи отомстят немецким фашистам. Советский Союз непобедим и не будет побеждён». Обращаясь к немецким солдатам, Зоя Космодемьянская сказала: «Немецкие солдаты! Пока не поздно, сдавайтесь в плен. Сколько нас ни вешайте, но всех не перевешаете, нас 170 миллионов».


Зоя Космодемьянская. 29 ноября 1941г

Галкин Юрий Анатольевич

Райком комсомола, на вывеске Зоя,
Зарёю на небе твой подвиг судьбе,
Почти её брат светлой памятью стоя.
В её беззаветной Великой борьбе.

Я вырос с тобой на её идеалах,
И вытеснить боль из себя не сумел,
Советских вождей на больших пьедесталах,
И Зои печальный и жуткий удел.

Ярчайшая память, и свет озаренья,
Как искра костра гаснет в мутной воде,
Но грезит тобою моё поколенье,
Ты девочка лета в прекрасной весне.

Снаряды смешали позёмку с землёю,
В лесу под Москвою горит *«Фердинанд»,
Я болью твоей свою душу омою,
А кровью омоет «подольский курсант».

По фронту стрельба, по дорогам бомбёжка,-
Всё это расписано в горькой судьбе,-
Я стопку в Петрищево «пью на дорожку»,
«Пусть будет земля мягким пухом тебе».

*Фердинанд Порше в 1941г. Выпускал в германии автомобиль Volkswagen.

Память о Зое

Ирина Стефашина

Пока жива в народе Память,
Пока не стал горячим снег,
В сердцах останется навек
Святое имя Зоя-Таня.

Ты победила не врагов,
Ты мир отвагой покорила,
Когда босая в ночь ходила,
Стирая с губ разбитых кровь.

Когда звериная рука
Под ногти иглы загоняла,
А ты сознание теряла,
Лишь билась жилка у виска.

Когда топтали сапогом
Твое растерзанное тело,
И, стиснув зубы, все терпела,
Хотя стонало всё кругом.

Как содрогнулись Небеса,
Увидев, что готовят плаху*
И бьет фашист тебя с размаху,
Не смея посмотреть в глаза.

Когда скривился в муке рот,
Но ты, не вымолвив ни слова,
Была на смерть идти готова
За жизнь и русский наш народ.

Когда ты крикнула в толпу:
Не стойте, люди! Не смотрите!
Травите немцев! Бейте! Жгите!
И в их глазах застыл испуг.

Сегодня ровно 75-ть,
Когда ты Миру показала,
Что есть характер из металла
И волю пыткой не сломать.

Несется над тамбовским Гаем**
Твой голос чистый и родной:
Не плачьте, люди, надо мной!
Я вас спасала, умирая!

Пусть в душах не погаснет пламя,
Что эта девочка зажгла
И вечность победить смогла,
Всегда оставшись рядом с нами,
Пока жива в народе Память!

Зоя Космодемьянская

Людмила Лидер

Своим высоким идеалам,
Осталась до конца верна,
Жестокой смертью доказала,
Что есть у Родины броня!

Училась в школе безупречно,
Любила трепетно стихи,
Была возвышенной, сердечной,
Натурой тонкою души!

Минуло восемнадцать только,
Оборвались её мечты,
Война. В разведку добровольцем,
Ушла в фашистские тылы.

Нередко за чертой посёлка,
Взрывались вражьи поезда,
Со взрослой сметкой комсомолка,
Всё доводила до конца.

Приказ на новое задание,
Две группы устремились в лес
И вдруг свинцовый дождь заклания,
Со всех сторон, как гром с небес!

Потерям не было предела,
Зима, не спрятаться от пуль,
Из групп лишь горстка уцелела,
Отряд нарвался на патруль.

И только трое из отряда,
Продолжили свой трудный путь,
Приказ исполнила бригада,
Но разминулись, вот в чём суть.

Один вернулся в часть успешно,
Другой был схвачен в тот же час,
А Зоя возвратилась спешно,
Исполнить далее приказ.

В фальшивой серенькой конюшне,
Радиостанция была.
И Зоя шёпотом по-русски,
- Конюшню эту сжечь дотла!

Так Зоя смело шла на подвиг,
Сказав себе, - Я всё смогу!
В любом народе есть уроды.
Предатель изменил судьбу.

Её ремнями долго били.
Раздев беднягу догола,
Пинали, досыта глумились,
Ни слова не произнесла!

Но этой пытки было мало,
В мороз, с прикладом позади,
По улицам босой шагала,
Доска позора на груди.

Не скажешь? - Нет!
Продлжим дальше,
- Не будет от меня вестей!
Тогда сорвали ногти с пальцев,
Кровь запеклась в багровый клей.

На казнь её вели под руки.
Сил не хватило бы самой,
Петлёю завершились муки.
Лишь ангел плакал за спиной!

Фашисты смертью наслаждались!
Висела месяц на петле,
Солдаты грубо надругались,
Отрезав грудь, "на веселе".

Сорвав одежду сапогами,
Перед толпою обнажив,
Кололи, резали ножами,
НЕПРАВДА! Образ Зои жив!

Пред мужеством её и волей,
Склоняют "головы" года,
Девчоночка с тяжёлой долей,
Ты в нашем сердце навсегда!

Татьяна - Зоя Космодемьянская

Мария Бардина

В тот страшный день пред казнью Тани
Все поразились лишь тому,
Что та девчонка-комсомолка
Всем сердцем билась за страну.

В глазах нет страха, нету боли,
А лишь уверенность в одном:
Познав всю силу русской воли
Бойцы восстанут над врагом.

Она совсем не допускала,
Что может быть иной исход.
Ведь знала, верила, желала
Не подведет ее народ.

Ей счастьем было пасть на землю
В борьбе за Родину свою.
В душе Татьяна лишь шептала:
«Дай силы, Господи, в бою!»

Она смотрела на округу
И повторяла вновь и вновь:
«Придут товарищи по духу
И отвоюют нашу кровь!»

Ну вот стоит с петлей на шее,
Совсем забыв про слово «страх»…
Так пала Таня за Россию..
Блеснули слезы на глазах.

Но навсегда вошла та Таня
И в нашу память, и в сердца.
«Герой Советского Союза» -
Сказала Родина тогда.

Зоя Космодемьянская

Михаил Кунгурцев

По поводу дискуссии о подвиге З. Космодемьянской в начальный период Великой Отечественной войны. 1941г.

Простите, Зоя, Вам уже не больно.
Но нам же с прошлым надо
как-то жить.
И кто-то вольно, или
вдруг невольно
Но Вас опять пытается
убить.

Вы, комсомолкой, подвига
искали.
Но этот подвиг был со знаком:
смерть!
Когда приказ Вы чей-то
выполняли,
С приказом нужно было
умереть.

Идти. Остаться. Не быдо
сомнений.
Когда война шагала по
земле.
Вот висилица. Ящик
без ступений.
И замертво повисли Вы
в петле.

Простите нас,вполне успешных.
Не Вы, а мы. Мы продолжаем
жить.
Простите всех, всех
не сумевших.
Ваш подвиг правдой
осветить.

Зоя Космодемьянская

Неверов Алексей Константинович

Средь дерев побелевших,
По глубоким снегам,
С комсомольской путёвкою,
Ты ходила к врагам.

С чистой девичьей злобою,
С вольной русской душой,
Ты взрывала составы,
Этой гнили мирской.

И не раз в полнолунии,
Под злой хохот совы,
Ты поила могилами,
Лес любимой земли.

Там немало стервятников,
Гансов, фрицев, СС.
По путёвке твоей,
Хоронил русский лес.

То, не правда, что путь,
Твой в Покровском зарыт,
Что зимою холодною,
Перестала ты жить.

Ты в глазах у людей,
Так же всё молода,
Так же крепкой рукой,
В землю ложиш врага.

Не поёт больше лес,
Тонким посвистом пуль,
Но ещё много мест,
Где наш нужен патруль.

В комсомольских сердцах,
Захоронен твой пыл,
И горячий призыв,
Твой в устах их застыл.

Если снова пожар,
Всколыхнёт край родной,
Знай и верь, не нарушит
Бандит твой покой.

По путёвке твоей,
Загремит снова лес,
И состав за составом,
Взлетит до небес.

В списке героев. Зое Космодемьянской

Нина Цурикова

"Вечности час незабвенной настал -
Не эшафот под тобой - пьедестал!"
                                                  /Н.Ц./

1.

...Ей - восемнадцать. Она - из истории.
В ней - эпопея страданий людских,
Подвига свет, чтобы люди запомнили
Жизнь положивших за счастье, за них.

От эшафота - до вечности лестница.
Жизнь её здесь, на земле - продолжается...
Зоя, ты новой эпохи ровесница!
Жаль только, войны никак не кончаются.

Служат солдаты - твои одногодки.
Чьею тогда ты могла быть невестою?..
Вновь на страницах - военные сводки,
Подвигу в жизни находится место!

Просит земля тишины и покоя.
Вечер притихшие ивы качает.
На пьедестале - тамбовская Зоя
В сквере, где встречи любовь назначает...

2.

Сорок первый. Москва. Класс окончен десятый.
В своих девичьих снах не видала тогда ты,
Что начнётся война! Бросишь брата и мать
И уйдёшь добровольцем Москву защищать.

201-я школа... Был дружным тот класс,
Где теперь лишь в музее о Зое рассказ...
Под Петрищевым - логово, немцы - зверьё!
Загорится отмщением сердце твоё!

Ты бесстрашно и смело в пасть полезешь врагу :
"Я с фашистами избы, конюшни зажгу!"
В плен попала, решив: "Буду мёртво молчать.
На допросах фашистам лишь НЕТ! отвечать."

3.

Только бы голос её не ослаб!
...Вот полицаи ведут её в штаб.

Там предстояло выдерживать ей
Двести ударов солдатских ремней.

Бросить фашистам короткое "нет!"
Силы хватило, сквозь зубы в ответ.

Нет! Всё равно ничего не скажу!
Клятву свою не нарушу, сдержу...

Родина... мамочка! Хочется жить!.
Стоном срывается тихое - "пить..."

Хохот солдат ей в ответ за спиной!
Тело, как дерево, пилят пилой...

Руки связали и в нижнем белье
Грубо толкают на снег во дворе.

Ноги - босЫе, жжёт,хоть кричи!
Ей эшафот мастерят палачи.

4.

"Люди!!! Меня не страшит эшафот!
Я умираю за жизнь, за народ!

Будьте смелее и вы, не робейте!
Жгите фашистов, давите и бейте!"

...Грубо верёвкой сдавив, как змея,
Нежную шею стянула петля...

Мёртвую Зою кололи ножами,
Ранили ноги, грудь вырезали!

Немцы в бессилье своём расписались -
Даже повешенной Зои боялись!

Наши войска перешли в наступленье.
Спрятать решили враги преступленье:

Быстро столбы эшафота спилили
И за околицей Зою зарыли...

Нет! Преступленья не спрятать, не скрыть,
Подвига память в земле не зарыть!

5.

Немцы старались попусту, зря:
Зоя в России навек проросла
Белой берёзкою, стройной рябиной...
В списке героев - Зоино имя!

Путь с эшафота - в вечность истории.
Не забывается имя героя!
С нами встречает рассветные зори
На пьедестале - тамбовская Зоя!

...Как на посту, тишину охраняет
В сквере, где встречи любовь назначает...

Победители. Зоя Космодемьянская

Феликс Кац

Ноябрьская стужа горит, как в бреду,
Раздетую девушку гонят по льду
На самый последний, предсмертный допрос:
- Зачем ты пускала состав под откос?!
Где прячется твой партизанский отряд?!
В ответ - лишь её ненавидящий взгляд.
И жгут её губы и девичью грудь…
Товарищ! В атаку идя, не забудь
За девушку эту врагу отомстить!

… А ей восемнадцать, ей надо бы жить.
И ей бы учиться, и ей бы любить,
И ей бы любимым любимою быть,
И плыть по реке, и купаться в траве,
С друзьями бродить по прекрасной Москве…

За рынком - помост. Над помостом – петля.
Помост охраняет фашистская тля.
Сюда комсомолку на казнь привели -
Её избивали, морозили, жгли,
Но выведать тайны её не смогли.
- Родные, не плачьте! Отчизна, не плачь!
Скорее. Ведь петлю накинул палач.
- Держитесь, товарищи! Наша возьмёт!..

Велик и поистине вечен народ,
Который имеет таких дочерей…
Ты стала нам, Зоя, родного родней…
Фашисты Тебя победить не смогли…
Поклон Тебе, Зоя, до самой земли!..

veravverav.blogspot.com

Зоя Космодемьянская в народной памяти

Зое посвящено множество произведений культуры. Охватить все в рамках статьи, конечно, невозможно. Отметим важнейшие. Например, поэму Маргариты Алигер «Зоя». В предисловии Алигер пишет: «Я писала в поэме обо всем, чем жили мы, когда воевали с немецким фашизмом, обо всем, что было для нас в те годы важно».

«Родина,
мне нет другой дороги.
Пусть пройдут, как пули, сквозь меня
все твои раненья и тревоги,
все порывы твоего огня!
Пусть во мне страданьем отзовется
каждая печаль твоя и боль.
Кровь моя твоим порывом бьется.
Дочка,
отпусти меня,
позволь.
Все, как есть, прости мне, дорогая.
Вырастешь, тогда поговорим.
Мне пора!
Горя и не сгорая,
терпит пытку девочка другая,
называясь именем твоим».


Кукрыниксы. «Зоя Космодемьянская»

Значимость народной героини прекрасно показана Робертом Рождественским:

Зоя!
Зоя!
Над жизнью не властна петля, —
ты живёшь!
В памяти —
вечной, как эта Земля,
ты живёшь.
В повлажневших глазах
повзрослевших детей
ты живёшь.
В каждом вздохе людей,
в каждом шаге людей
ты живёшь.
Самолётом в качающейся синеве
ты живёшь.
Старожилом — в Челнах,
новосёлом — в Москве
ты живёшь.
В беспричинных смешинках
счастливых подруг
ты живёшь.
И в руках,
обнимающих солнечный круг,
ты живёшь!
В полыханье салюта
и в Вечном огне
ты живёшь.
Во вчерашнем, сегодняшнем,
завтрашнем дне
ты живёшь!
В нотных знаках,
в граните,
на чутком холсте
ты живёшь.
В славе нашей Отчизны
и в нашей мечте
ты живёшь!


Дмитрий Мочальский. «Зоя Космодемьянская»

Не менее прекрасно стихотворение Юлии Друниной:

Нежный рот и высокие брови —
Восемнадцать девчоночьих лет.
В партизанских лесах Подмосковья
Никогда не исчезнет твой след.
Олененок с большими глазами,
Смуглых щек полудетский овал.
Посылал командир на заданье —
Оказалось, в Бессмертье послал.
Ты попалась гестаповцам в лапы,
В беспощадные клещи беды,
И палач раскаленную лампу
Подносил тебе вместо воды.

И тебя сапогами топтали:
— Где другие бандиты, ответь!
Как зовут? Ты откуда?
— Я — Таня…
— Где другие?
— Готовят вам смерть…
И по снегу ногами босыми,
Крепко сжав окровавленный рот,
Как на трон, партизанка России
На скрипящий взошла эшафот.

Огляделась:
— Что плачете, люди?
За меня и за вас отомстят!
…Ветер осени слезы мне студит.
Неужели тебе шестьдесят?
Нет, осталась ты юною, слышишь?
Над тобою не властны года.
В небе Вечности всходишь все выше
Комсомольская наша звезда!


Памятник Зое на Новодевичьем кладбище

Зое Космодемьянской посвящены не только стихи и монументы. Фильм о ней был снят в 1944 Львом Арнштамом.

Есть и документальные картины. Например, фильм телеканала «Россия» 2005 года «Зоя Космодемьянская. Правда о подвиге»

Одним из главных и самых массовых способов выразить народную память являются почтовые конверты и марки. Память о подвиге Зои отражена и на них.


Почтовая марка ГДР


Почтовая марка СССР, 1942 год


Почтовый конверт СССР, 1983 год

diletant.media

Она назвалась Таней...: mikhael_mark — LiveJournal

75-тилетию подвига Зои Космодемьянской


29 ноября исполняется ровно 75 лет с того трагического дня поздней осени 1941 года, когда гитлеровскими палачами была казнена, предварительно подвергшись унизительным издевательствам и пыткам 18-летняя комсомолка Зоя Космодемьянская - первая женщина, удостоившаяся звания Героя Советского Союза в годы Великой Отечественной войны.


Одно из самых известных изображений Зои Космодемьянской.
Портрет не совсем каноничен: диверсионные группы, к одной
из которых принадлежала Зоя, винтовками не вооружали.
Но осмелюсь предположить, что художник намеренно изобразил
абстрактную партизанку с лицом Зои Космодемьянской.
Эта девушка переросла границы собственной личности,
перестав быть просто одной из жертв фашизма и став символом
всего антифашистского сопротивления. Именно в таком качестве -
в качестве символа - её и изобразил художник.

В советские годы историю подвига Зои Космодемьянской знали все, вплоть до детей дошкольного возраста. Знали, что она попала в плен к фашистам, что они пытали её, избивали шомполами, жгли калёным железом, выводили раздетую на мороз, однако никакие издевательства не сломили дух юной народной мстительницы. Она не выдала ни своих товарищей, ни цели своего проникновения в тыл врага (впрочем, об этой цели немцы не особо и допытывались - Зоя была захвачена ими в момент выполнения задания), ни даже своего имени, назвавшись Таней. В итоге измученную девушку немцы повесили, согнав смотреть на казнь всех жителей Петрищева. Но прежде, чем петля затянулась на её шее, Зоя успела произнести целую речь, призывая крестьян помогать Красной Армии. Последними её словами, обращёнными к карателям, были: "Нас двести миллионов, всех не перевешаете!"

На долгие годы Зоя Космодемьянская стала символом сопротивления русского народа захватчикам, символом мужества перед лицом неизбежной смерти. Поздние поколения советских людей не знали христианского богословия, очень смутно представляли себе, что такое мученичество, но по сути дела, именно мученицей её, не сговариваясь, и признали. Мученицей не за веру, не за идею - за Родину. И в таковом качестве она прочно стала неотъемлемой составной частью русской национальной идентичности. На примере Зои воспитывали детей. Девочки 50-х - 60-х годов учились терпеливо переносить боль, чтобы, случись чего, повторить подвиг Зои, оказаться достойными её памяти. О Зое слагали стихи, в каждом доме была книга "Повесть о Зое и Шуре", написанная матерью девушки.

Горбачёвская перестройка и "гласность" не пощадила и народной памяти о Зое Космодемьянской. У меня нет ни желания, ни времени пересказывать те гнусные сплетни, которые тиражировались о Зое в конце 80-х - начале 90-х годов. Те, кто запускал эти сплетни в оборот, прекрасно знали, во что они целятся, что значит Зоя Космодемьянская для русских людей - и сознательно разрушали героический образ. Однако, Промыслом Божиим, в нашем мире никогда не бывает худо без добра. Пошлые сплетни фальсификаторов истории подстегнули серьёзных исследователей на то, чтобы максимально полно реконструировать картину подвига Зои, а государственные власти в начале 2000-х (взявшие курс на восстановление порушенной памяти о Великой Отечественной войне) - к тому, чтобы рассекретить связанные с ней документы. И сегодня перед нами открывается множество подробностей, позволяющих сделать вполне определённые выводы.

Кем же была эта странная комсомолка, образ которой в народном сознании неожиданно приобрёл характерно-религиозные черты? Прежде всего, обратим внимание на фамилию. Космодемьянская... Такие фамилии обычно были у священников Русской Православной Церкви - по церковным праздникам или по названиям приходов. Так и есть - Зоя Космодемьянская происходила из священнического рода, её родной дед служил священником в селе Осино-Гай и был зверски умучен красными в 1918 году. Вряд ли девочке, родившейся спустя четыре года после трагедии, рассказали об этом - слишком опасны были такие разговоры. Зоя не была воцерковлённой - напротив, сознательно вступила в комсомол, сознательно же увлекалась творчеством революционных писателей - Маяковского, Чернышевского, Гюго. Историк М.М. Горинов приводит также рассказ о дружбе Зои с Аркадием Гайдаром, чьи безоглядно прокоммунистические взгляды общеизвестны. Нелишне также будет вспомнить, что "Таней" при допросе она назвала себя по имени Татьяны Соломахи, активной участницы Гражданской войны на стороне красных, которую Зоя считала своей любимой героиней. Тем не менее, о своём священническом происхождении она знала. И очень боялась, что её с такой анкетой не пустят на фронт. Пустили - в 1941 году обстановка была совершенно иной, нежели в 1918-м, и требовала иных подходов и иных людей. И как знать - не молитвами ли деда-новомученика Господь дал этой хрупкой девочке силы не сломаться, выдержать пытки и глумление палачей, и проповедовать с виселицы, пока немецкие пропагандисты с истинно европейской обстоятельностью фотографировали её последние мгновения?


Детское фото Зои Космодемьянской


Теперь от личности Зои и особенностей её "анкеты" перейдём к тому, что, собственно, она делала в Петрищево в тот злополучный день, когда попалась в руки карателям? Об обстоятельствах её боевого задания в советские годы говорили скупо и неохотно. Лишь в фильме Озерова "Битва за Москву" скупо сказано, что она имела приказ "поджечь склад". Что характерно - в следующем кадре, на допросе, немцы уже говорят о сожжённой "конюшне". Странные разночтения - словно авторы фильма хотели что-то скрыть от дотошного зрителя, да уж больно неумело это сделали. Советские идеологи опасались, что правда может существенно повредить образу народной героини. Как показала горбачёвская "гласность", опасались не зря.

Группа Бориса Крайнова имела задание уничтожить в тылу врага 10 населённых пунктов, в которых размещались немецкие воинские части. Срок, отводившийся им командованием, составлял 5 - 7 дней. Мысль о том, что Красная Армия в 1941 году жгла собственные деревни, в позднем СССР казалась чем-то диким и абсурдным. Но на это имелся вполне чёткий приказ верховного главнокомандующего И.В. Сталина, датированный 17-м ноября 1941 года и вошедший в историю под лаконичным и красноречивым названием "Выгнать немцев на мороз!" Отмечая, что "германская армия плохо приспособлена к войне в зимних условиях, не имеет теплого одеяния и, испытывая огромные трудности от наступивших морозов, ютится в прифронтовой полосе в населенных пунктах", приказ далее требовал:

"Лишить германскую армию возможности располагаться в селах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населенных пунктов на холод в поле, выкурить их из всех помещений и теплых убежищ и заставить мерзнуть под открытым небом - такова неотложная задача, от решения которой во многом зависит ускорение разгрома врага и разложение его армии... Разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40—60 км в глубину от переднего края и на 20—30 км вправо и влево от дорог" [1].

Вот этот-то приказ Сталина и пыталась выполнить группа Крайнова. Чудивищный приказ, - скажет, наверное, кто-то - и ошибётся. У войны свои законы, которые порой трудно понять из благополучного мирного далека. А гарнизон крепости, готовящейся выдержать осаду, сам налагает свою руку на предместья и выжигает их, именно для того, чтобы выгнать осаждающих в поле, заставить их ночевать под открытым небом, на холоде или под проливным дождём. Жителям уничтожаемых предместий, разумеется, даётся прибежище в крепости. И во время Великой Отечественной войны на дорогах России появилась масса беженцев, спасавшихся от оккупантов и бросавших собственные жилища. Нередки были случаи, когда советские диверсионные отряды, уничтожавшие деревни в тылу врага, уводили жителей этих деревень с собой - в Москву. Кроме того, для немецких оккупантов было обычным делом выгонять жителей на холод - в сараи или бани, а самим располагаться в освобождённых от жильцов домах. Имела место подобная практика и в Петрищево, которое предстояло запалить группе Крайнова. Об этом сохранилось свидетельство самих крестьян: "Теперь пишут, что и немцев-то в Петрищеве не было. Но ведь можно людей спросить. Немцы нас из домов прикладами выгоняли. В каждой избе было их набито. Мама и четверо детей - мы ютились в кухне на соломе", - это Н.Н. Седова, которой в 1941 году было 9 лет. Крестьянка П.Я. Кулик, в доме которой Зоя провела последнюю ночь своей жизни, показала, что Зоя в разговоре советовала ей уходить от немцев [2]. Так что обвиняя Зою и её товарищей в жестокости по отношению к собственному мирному населению, мы погрешим против истины.


Скамья в доме П.Я. Кулик, на которой провела свою последнюю ночь Зоя.


Во время войны страдают все. Но поражение неизбежно обернётся для народа куда большими страданиями. В случае победы есть надежда, что родное государство не оставит своих подданных без крова [3]. А в 1941 году речь шла о простом выживании русских как нации - немцы учинили бы русскому народу тотальный геноцид [4]. В конце концов, восхищаемся же мы мужеством наших православных предков, которые в 1812 году предпочли сжечь Москву (!!!) с той же самой целью - выгнать врага на дождь и холод, лишить его удобных зимних квартир. И если пожар Москвы мы находим поводом для национальной гордости - то точно таких же чувств достойны и приказы советского командования, позволившие в конечном итоге выиграть Московскую битву.

Итак, группа Крайнова пробралась в тыл врага. Однако, очень скоро, в районе деревни Головково, она напоролась в лесу на немецкий патруль и приняла бой, в ходе которого была рассеяна. Остались лишь трое - Зоя Космодемьянская, Крайнов и комсорг Василий Клубков. Эти трое решили не возвращаться к своим, пока не выполнят приказ и не уничтожат хотя бы занятые оккупантами дома в деревне Петрищево. Зое удалось поджечь три дома, конюшню и автомобиль. Однако, в это же самое время немцам попался Клубков. Поднялся переполох, и Зое пришлось отойти в лес. Можно было возвращаться в условленное место, где её ждал командир группы. Но о судьбе Клубкова она ничего не знала, а главное - приказ оставался не выполнен: большинство изб в Петрищеве по-прежнему стояло на месте и по-прежнему было занято немцами. Поэтому на следующую ночь Зоя снова направилась в деревню. Направилась не "самовольно", как писали в годы перестройки фальсификаторы истории, а для того, чтобы до конца выполнить данный ей приказ: уничтожить деревню Петрищево, выгнать захватчиков на мороз. На этот раз свою диверсию отважная девушка решила начать с дома местного старосты С.А. Свиридова [5]. Тот, однако, после вчерашнего был начеку и поднял тревогу. Зою схватили немцы.

До сих пор историки спорят, был ли причастен к аресту Зои Василий Клубков. С. Турченко и И. Плугатарёв уверенно называют Клубкова предателем, М. Горинов решительно опровергает эту версию. Журналист Лидов, первым поведавший миру о подвиге Зои, был убеждён в предательстве Клубкова, в то же время убедительно доказывал, что к аресту Зои он не имел ни малейшего отношения. Как оно было на самом деле - для нашего рассказа несущественно. Важно то, что арестованную Зою подвергли жутким истязаниям и не менее жутким унижениям, пытаясь добиться от неё, кто послал её в Петрищево и где находится её командир. Зоя молчала. Она назвалась Таней и категорически отказалась отвечать на любые расспросы оккупантов [6].


Зою Космодемьянскую приводят на допрос.

Что с ней стали делать дальше - просто перечислю:

а) Её раздевали догола в присутствии многочисленных немцев. "Обыскивали и раздевали, ей вопросов не задавали, а переговаривались между собой и ржали", - описывает поведение немцев очевидица - крестьянка Валентина Седова, в 1941 году - 11-летняя девочка.
б) Били по щекам.
в) Пороли солдатскими ремнями. "Дали больше 200 ремней", - рассказывает петрищевская крестьянка А.П. Воронина.
г) В одной нижней сорочке и босиком выводили на мороз.
д) Тыкали в лицо горящей керосиновой лампой.

Девушка молчала или отвечала односложно: "Я с вами разговаривать не буду". Крестьянка П.Я. Кулик свидетельствовала потом, что после допроса у Зои все ноги были "избитыми, синими-синими". Добавим, что чинили все эти зверства не какие-нибудь там эсэсовцы или гестапо, а обычные чины самого обычного вермахта, из  332 пехотного полка 197-й дивизии. Позднее родилась версия, будто советское командование, узнав об этом, издало специальный приказ: чинов 332-го полка живьём не брать. Это не более, чем легенда. Однако, история Зои была широко известна на фронте, за перемещениями 197-й дивизии и особенно 332-го полка советские военачальники следили пристально и не упускали случая как следует вмазать убийцам Зои. Полк этот [7] был разгромлен под Псковом в октябре 1943 года. К этому времени из числа палачей Зои в живых оставалось лишь несколько человек. Окончательно же эта часть была уничтожена в ходе операции "Багратион". Именно там, в болотах Белоруссии, сгинул и её командир, главный палач Зои Космодемьянской - подполковник Рюдерер [8].


Истязания Зои Космодемьянской

От П.Я. Кулик Зое стало известно, что ей удалось уничтожить немецкую конюшню, находившуюся рядом во дворе одного из сожжённых домов, причём погибли 20 лошадей. Осень 1941 года очень быстро сделала дороги непроходимыми. Немецкие машины, особенно на колёсной тяге, вязли в грязи по самые ступицы. Когда же ударили морозы, глубокие колеи, оставленные этими машинами в русской земле, превратились в настоящее мучение для подвесок немецких автомобилей. Так что лошади надолго сделались едва ли не единственным надёжным транспортом, позволявшим подвозить боеприпасы и продовольствие войскам. Оставить пехотную часть без лошадей было практически то же самое, что оставить её без снабжения, а следовательно - лишить боеспособности. Зоя могла бы гордиться результатами своей вылазки!

В истязаниях Зои, помимо немецкой солдатни, принимали участие и две местные крестьянки - А. Смирнова и Ф. Солина, дома которых Зоя сожгла во время своей первой вылазки в Петрищево. Смирнова признавалась на следствии, что запустила в Зою чугунком с помоями, а непосредственно в день казни била её палкой по ногам. По ногам, которые, как мы помним, и без того отбили каратели! На первый взгляд, крестьянок, чьи дома были сожжены, можно понять. Однако, вспомним, что жильцов немцы из домов обычно выгоняли. И если Смирновой и Солиной было позволено остаться в доме - то выводы напрашиваются вполне однозначные: наверняка их пособничество оккупантам не ограничилось издевательствами над бедной Зоей. Был ли это "лежачий коллаборационизм", или же нечто более серьёзное - например, доносительство - об этом знают архивные документы, прошедшие через руки М. Горинова, а он не стал уточнять [9]. Так или иначе, следствие нашло достаточно оснований для смертного приговора обеим пособницам оккупантов. Получил своё и староста Свиридов. Главное же, что следует подчеркнуть - Солина, Смирнова и Свиридов остались в одиночестве в своём озлоблении против Зои, остальные крестьяне не только не поддержали их "праведного негодования" на "поджигательницу домов мирных жителей", но и пытались урезонить. Горинов упоминает, что крестьянка П.Я. Кулик (Смирнова в своих показаниях называет её девичьей фамилией Петрушина) пыталась её урезонить, а когда не помогло - просто вытолкала мучительницу взашей, не побоявшись присутствовавших при этой сцене немцев. С большим сочувствием пишет о последних минутах Зои, полностью воспроизводя её предсмертную речь, крестьянин В.А. Кулик, а также сёстры Седовы и их мать.

Предсмертная речь Зои заслуживает того, чтобы привести её полностью - ибо в фильме Озерова она оказалась несколько искажена. "Граждане! Вы не стойте, не смотрите, а надо помогать воевать! - прокричала Зоя с высоты своего эшафота. - Моя смерть - это моё достижение! Товарищи, победа будет за нами! Советский Союз непобедим и не будет побеждён! Немецкие солдаты, пока не поздно - сдавайтесь в плен". Когда немец-палач надел ей на шею петлю, она ещё успела произнести свои последние слова - те, о которых я упоминал в самом начале статьи [10].


Казнь Зои Космодемьянской


Под новый год тело отважной комсомолки б

mikhael-mark.livejournal.com

Памяти Зои Космодемьянской ~ Поэзия (Авторская песня)


Когда я прочитала книгу Петра Лидова "Таня", мне было всего лет 13-14. Книга была написана по мотивам фронтовых корреспондентов и называлась "Кровь за кровь.. Смерть за смерть." На обложке была фотография девочки с верёвкой на шее, лежащей на снегу. Зоя Анатольевна Космодемьянская ученица 10 класса школы №201, Октябрьского района Москвы.
В 1941 г. пошла добровольцем в отряд разведчиков. В декабре 1941 г. она возле деревни Петрищево, вблизи Наро-Фоминска, была схвачена фашистами при попытке перерезать провода телефонной связи. Я на всю свою жизнь запомнила этот подвиг. Спустя много лет, я написала стихотворение, и как бы этим отдала свои почести этой героической девушке.

ТЕБЕ ЗОЯ

Лампою сожженное лицо...
Ветер рвёт рубашку, воя...
Для тебя последний час пошёл,
Жизни этой, партизанка-Зоя!

Рот распух, до почерненья, в стонах,
Свет погас в измученных глазах...
Домики в сугробах белых тонут,
Вертится метель на небесах!

Я тогда ещё была ребёнком:
Мне попалась книга "Кровь, за кровь..."
Там верёвка на девичьей шее тонкой,
Холодила в жилах мою кровь...

А теперь я старше тебя, Зоя,
Вроде бы - я мать твоя!
И живая, скорбно плачу стоя,
У зерцала Вечного огня!

Сколько пало юных поколений?
Даже не осмыслить до конца!
Перед вами встану на колени -
ДЕТИ, С СЕРДЦЕМ ВОИНА - БОРЦА!

1989 г.
*

Людей сгоняли- в спины ствол,
на площадь главную в селе,
и шёл СОЛДАТ, в бессмертье шёл,
и ветер выл в пустой петле…

с уважением А.

Александр Еськов
*

Проходят годы, но ты,
не повзрослеешь Зоя.
Ты будешь юною всегда.
Проходят поколенья чередою,
И ты им вновь ровесница своя.
А.Г.

*
Если мимо виселицы прямо..
Всё идти к востоку там Москва,
Если очень громко крикнуть:"Мама"
Люди смотрят, есть ещё слова.

— Граждане, не стойте, не смотрите!
Я живая, голос мой звучит.
Убивайте их, травите, жгите.
Я умру, но ПРАВДА победит!

Спасибо,Вам!

Виолетта Токар

www.chitalnya.ru

Подвиг или безумие. Как воевала и погибла Зоя Космодемьянская

В январе 1942 года увидел свет номер газеты "Правда" с очерком "Таня". Вечером рассказанную в газете историю передали по радио. Так Советский Союз узнал об одной из драматических историй Великой Отечественной: попавшая в плен партизанка молчала на допросах и была казнена нацистами, не сообщив им ничего. На допросе она назвалась Татьяной, и именно под таким именем стала известна первоначально. Позднее специально созданная комиссия выяснила, что её настоящее имя — Зоя. Зоя Космодемьянская.

История этой девушки стала одной из канонических легенд о советских героях. Она стала первой женщиной, во время войны посмертно удостоенной Золотой Звезды Героя СССР.

Позднее, как и почти все прочие знаковые подвиги советских граждан, рассказ о Зое подвергся ревизии. В обоих случаях не обошлось без перекосов. Реальность или лакировалась, превращая девушку в безликую героико-романтическую фигуру, или, наоборот, обливалась чёрной краской. Между тем реальная история боевого выхода Зои Космодемьянской и её гибели действительно полна и ужасов, и доблести.

30 сентября 1941 года началось сражение за Москву. Его старт ознаменовался грандиозной катастрофой, и в столице уже готовились к худшему. В октябре в городе начался отбор молодых людей для диверсионных операций в немецком тылу. Добровольцам с ходу сообщили не слишком радостную новость: "95% из вас погибнут". Тем не менее отказываться никто не стал.

Командиры могли даже позволить себе вести отбор и отбраковывать негодных. Это обстоятельство, кстати, важно вот в каком смысле: если бы с психикой Зои что-то обстояло не так, её бы просто не зачислили в отряд. Отобранных забрали в диверсионную школу.

Среди будущих диверсантов оказалась совсем юная восемнадцатилетняя девушка. Зоя Космодемьянская.

Зоя Космодемьянская. Фото: © РИА Новости

Она попала в воинскую часть 9903. Структурно она входила в состав разведывательного управления Генштаба и работала при штабе Западного фронта. Первоначально она состояла всего из нескольких офицеров. В/ч 9903 функционировала с июня 1941 года, её задача состояла в формировании групп для действий в тылах вермахта — разведка, диверсии, минная война. Частью командовал майор Артур Спрогис.

Первоначально результаты работы диверсионной школы было трудно назвать впечатляющими. На подготовку каждой диверсионной группы имелось слишком мало времени. К тому же линия фронта постоянно катилась на восток, и связь с группами, заброшенными в тыл немцев, терялась. Осенью 1941 года Спрогис впервые организовал массовый набор добровольцев.

Обучение шло быстро. Первая заброска в тыл противника состоялась 6 ноября. Дата уже говорит многое: о тщательной диверсионной подготовке не шло и речи. На тренировки выделялось в среднем 10 дней, конкретно группа Зои получила вообще всего четверо суток на подготовку. Целью было минирование автодороги. В путь отправились две группы. Одна, в которой шла Зоя, вернулась. Другая была перехвачена немцами и погибла в полном составе.

Приказ был сформулирован следующим образом:

"Вам надлежит воспрепятствовать подвозу боеприпасов, горючего, продовольствия и живой силы путём взрыва и поджога мостов, минирования дорог, устройства засад в районе дороги Шаховская — Княжьи Горы... Задача считается выполненной: а) уничтожить 5–7 автомашин и мотоциклов; б) уничтожить 2–3 моста; в) сжечь 1–2 склада с горючим и боеприпасами; г) уничтожить 15–20 офицеров.

Следующий рейд планировался уже вскоре — после 18 ноября. На сей раз боевое задание диверсантов выглядело более чем мрачно.

В качестве отчаянной меры Ставка ВГК решила прибегнуть к тактике выжженной земли. 17 ноября вышел приказ № 428:

Лишить германскую армию возможности располагаться в сёлах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населённых пунктов на холод в поле, выкурить их из всех помещений и тёплых убежищ и заставить мёрзнуть под открытым небом — такова неотложная задача, от решения которой во многом зависит ускорение разгрома врага и разложение его армии.

Ставка Верховного главнокомандования приказывает:

1. Разрушать и сжигать дотла все населённые пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40–60 км в глубину от переднего края и на 20–30 км вправо и влево от дорог.

2. В каждом полку создать команды охотников по 20–30 человек каждая для взрыва и сжигания населённых пунктов, в которых располагаются войска противника.

3. При вынужденном отходе наших частей на том или другом участке уводить с собой советское население и обязательно уничтожать все без исключения населённые пункты, чтобы противник не мог их использовать.

Была ли идея сжигать деревни разумной? В известной степени была. Вермахт страдал от плохих условий расквартирования, и несколько тысяч лишних обморожений у солдат в фельдграу забивали в гроб рейха лишний гвоздь. Была ли эта идея жестокой? Более чем. Если за спиной немцев стоял армейский механизм и вермахт мог обеспечить своих солдат хотя бы палатками и печками, жители спалённых деревень не могли рассчитывать ни на чью помощь.

Лютой военной зимой столкнулись совершенно разные взгляды на мир. Люди, посылавшие диверсантов на смерть, прекрасно понимали, что дезорганизация немецкого тыла рикошетом ударит и по собственным согражданам. Они исходили из логики тотальной войны, где противнику необходимо вредить всеми способами.

Фото: © РИА Новости/Яков Давидзон

Жители уничтожаемых населённых пунктов имели свой взгляд на вещи и, конечно, не могли испытывать восторга по поводу того, что часть их деревни посреди зимы превратится в уголья. Впоследствии эту меру Ставка признала ошибочной и отменила. Однако у рядовых и младших офицеров пространства для манёвра не имелось: они были солдатами, обязанными выполнять распоряжения. Конкретная команда для отряда диверсантов выглядела так:

"Сжечь 10 населённых пунктов (приказ т. Сталина от 17 ноября 1941 г.): Анашкино, Грибцово, Петрищево, Усадково, Ильятино, Грачево, Пушкино, Михайловское, Бугайлово, Коровино. Срок выполнения — 5–7 дней".

Характерно, что приказ вовсе не вызвал восторга у юных диверсантов. Поэтому, по словам одной из них, Маргариты Паньшиной, они решили не поджигать жилые дома, ограничившись военными целями. Надо отметить, что вообще в частях вермахта существовали разные варианты расквартирования, но чаще всего жителей выгоняли из домов, где размещались штабы, узлы связи и т.п. значимые объекты. Также хозяев могли выселить в баню или сарай, если в доме размещалось слишком много солдат. Однако регулярно оказывалось, что немецкие военные квартировали рядом с крестьянами.

Группа вышла в новый рейд в ночь на 22 ноября. Однако комсомольцы, конечно, не были настоящими диверсантами. Вскоре отряд попал под обстрел и рассеялся. Несколько человек пошли своим путём и вскоре были захвачены немцами. Этих людей казнили, причём одна из диверсанток, Вера Волошина, прошла ровно тот же путь, что и Зоя: её пытали, ничего не добились и казнили только после истязаний.

Тем временем уцелевшая часть отряда пробиралась лесами к месту назначения. От местной жительницы узнали, в каких деревнях есть немцы. Дальнейшие события меньше всего похожи на спецоперацию, но от отряда студентов почти без базовой подготовки и невозможно ожидать, что они станут действовать как опытные солдаты.

В село Петрищево отправились три человека: Борис Крайнов, Василий Клубков и Зоя. К селу они двинулись поодиночке и, судя по позднейшим показаниям Клубкова, подожгли несколько строений. Клубков в суматохе попал в плен, он наткнулся на солдат, возвращаясь в лес. Позднее его признали предателем, сдавшим группу, но эта версия выглядит довольно сомнительно.

Дом в подмосковном селе Петрищево, где Зою Космодемьянскую пытали и в котором она провела последнюю ночь перед казнью. Фото: © РИА Новости/Сергей Мамонтов

Во всяком случае, Клубков убежал из плена и вернулся к своим, что довольно нетривиальный шаг для труса и предателя. К тому же показания Клубкова не бьются с данными Крайнова и взятых позднее в плен немцев, имевших касательство до этой истории.

Кроме того, косвенно свидетельствуют о невиновности Клубкова настойчивые пытки Зои впоследствии: он знал ничуть не меньше Зои, и, если верить версии о предательстве, пытать Космодемьянскую немцам было решительно незачем. Поскольку Клубкова расстреляли, проверить его показания крайне затруднительно, и в целом за этим делом тянется мрачный шлейф недосказанности.

Некоторое время спустя Зоя отправилась к деревне снова — поджигать строения, в частности дом, во дворе которого держали лошадей. Инстинктивно любому нормальному человеку жаль лошадей, но в условиях войны лошадь — это не милое животное с умными глазами, а военный транспорт. Таким образом, это было покушение именно на военную цель. Впоследствии в советской докладной записке сообщалось:

"…в первых числах декабря ночью пришла в деревню Петрищево и подожгла три дома (дома граждан Кареловой, Солнцева, Смирнова), в которых жили немцы. Вместе с этими домами сгорело: 20 лошадей, один немец, много винтовок, автоматов и много телефонного кабеля".

Видимо, сжечь что-то ей удалось во время первого "визита" диверсантов в Петрищево. Однако после предыдущего налёта Зою уже ждали в селе. Опять же, настороженность немцев часто объясняют предательством Клубкова, но после налёта и захвата одного диверсанта не требовалось получать какие-то отдельные сведения, чтобы предположить, что в лесу есть ещё кто-то.

Между двумя нападениями немцы собрали сход и выставили сверх собственных солдат нескольких часовых из числа жителей. Понять этих людей очень легко: пожар в зимней деревне — смертный приговор. Один из охранников, некий Свиридов, заметил Зою и позвал солдат, которые и захватили Зою живой.

Впоследствии высказывались предположения о полном отсутствии немцев в селе Петрищево и захвате диверсантов местными же жителями. Между тем в Петрищеве и поблизости от него схватили двух человек — Клубкова и Космодемьянскую, причём они были вооружены револьверами.

Несмотря на неопытность комсомольцев, невооружённый человек, очевидно, на револьвер не пойдёт, и пленить их могли только люди многочисленные и сами имеющие огнестрельное оружие — то есть немцы. Вообще, в Подмосковье с целыми жилыми домами дела обстояли крайне скверно, и населённые пункты, где немцев вовсе не располагалось, были редкостью. Конкретно в этой деревне квартировали части 332-го пехотного полка вермахта, а в доме Свиридова, рядом с которым пыталась поджечь сарай Зоя, находилось четверо офицеров.

27 ноября в 7 часов вечера Зою привели в дом к семье Кулик. От неё стали известны подробности дальнейших событий. После обычного обыска начались допросы. Для начала пленную диверсантку избили ремнями, изувечили лицо. Затем её гоняли по морозу в нижнем белье босиком, прижигали лицо и непрерывно били. По словам Прасковьи Кулик, ноги девушки от постоянных побоев были синими.

Фото: © РИА Новости/Давид Шоломович

На допросах она ничего не сообщила. Реально Космодемьянская и не обладала никакой ценной информацией и тем не менее не сообщала пытавшим её даже маловажных сведений о себе. На допросах она назвалась Таней, и под таким именем её история была опубликована впервые.

Избивали девушку не только немцы. 12 мая 1942 года обвиняемая жительница села Смирнова показала на допросе:

"На другой день после пожара я находилась у своего сожжённого дома, ко мне подошла гражданка Солина и сказала: "Пойдём, я тебе покажу, кто тебя сжёг". После этих сказанных ею слов мы вместе направились в дом Петрушиной. Войдя в дом, увидели находящуюся под охраной немецких солдат партизанку Зою Космодемьянскую. Я и Солина стали её ругать, кроме ругани я на Космодемьянскую два раза замахнулась варежкой, а Солина ударила её рукой. Дальше нам над партизанкой не дала издеваться Петрушина, которая нас выгнала из своего дома. На второй день после поджога партизанкой домов, в том числе и моего, в котором располагались немецкие офицеры и солдаты, во дворах стояли их лошади, которые при пожаре сгорели, немцы установили на улице виселицу, согнали всё население к виселице деревни Петрищево, куда пришла и я. Не ограничившись теми издевательствами, которые я производила в доме Петрушиной, когда немцы привели партизанку к виселице, я взяла деревянную палку, подошла к партизанке и на глазах у всех находившихся лиц ударила по ногам партизанки. Это было в тот момент, когда партизанка стояла под виселицей, что я при этом говорила, не помню".

Здесь, конечно, легко понять всех. Зоя выполняла приказ и вредила противнику так, как могла, — и объективно серьёзно навредила. Однако крестьянки, которые из-за этого лишились дома, не могли питать к ней тёплых чувств: им предстояло ещё пережить зиму.

Картина "Таня" (1942-1947) художников Кукрыниксов — М. В. Куприянова, П. Н. Крылова, Н. А. Соколова из собрания Государственной Третьяковской галереи. Репродукция. Фото: © РИА Новости

29 ноября развязка наконец наступила. Космодемьянскую казнили публично, в присутствии немцев и местных жителей. Зоя, по всем данным, шла на эшафот спокойно и молча. Около виселицы, как рассказывали позднее жители на допросах, она крикнула:

"Граждане! Вы не стойте, не смотрите, а надо помогать воевать! Эта моя смерть — это моё достижение".

Конкретные слова Зои перед смертью сделались предметом спекуляций и пропаганды, в некоторых версиях она произносит речь о Сталине, в других вариантах кричит: "Советский Союз непобедим!" — однако абсолютно все сходятся на том, что перед смертью Зоя Космодемьянская проклинала своих палачей и предрекала победу своей страны.

По крайней мере, три дня окоченевшее тело висело, охраняемое часовыми. Убрать виселицу решились только в январе.

В феврале 1942 года, после освобождения Петрищева, тело эксгумировали, на опознании присутствовали родные и сослуживцы. Это обстоятельство, кстати, позволяет исключить версию, согласно которой в Петрищеве погибла какая-то другая девушка. Закончилась короткая жизнь Зои Космодемьянской, и началась легенда о ней.

Как водится, в советский период историю Зои лакировали, а в 90-е годы подвергли осмеянию. Среди сенсационных версий всплыло утверждение о шизофрении Зои, а совсем недавно Интернет обогатил речью по поводу Космодемьянской известный общественный деятель и врач-психиатр по первой специальности Андрей Бильжо:

"Я читал историю болезни Зои Космодемьянской, которая хранилась в архиве психиатрической больницы им. П.П. Кащенко. В этой клинике не раз лежала до войны Зоя Космодемьянская, она страдала шизофренией. Об этом знали все психиатры, которые работали в больнице, но потом её историю болезни изъяли, потому что началась перестройка, стала просачиваться информация и родственники Космодемьянской стали возмущаться, что это оскорбляет её память. Когда Зою вывели на подиум и собирались повесить, она молчала, хранила партизанскую тайну. В психиатрии это называется мутизмом: она просто не могла говорить, так как впала в "кататонический ступор с мутизмом", когда человек с трудом двигается, выглядит застывшим и молчит".

Поверить Бильжо на слово довольно затруднительно в силу нескольких причин. Бог с ним, с "подиумом", но в профессиональном смысле "диагноз" вызывает недоумение.

— Подобное состояние не развивается мгновенно (человек шёл и внезапно застыл), для развития полного ступора требуется время, как правило, несколько дней, а то и недель, — объясняет врач-психиатр Антон Костин. — Учитывая, что до того, как оказаться в плену, Зоя прошла подготовку для диверсантов, затем была заброшена в тыл, совершала там осмысленные действия, утверждение, что она на момент казни была в кататоническом ступоре, это, скажем так, серьёзное допущение. На фотографии Зою ведут на казнь под руки и ногами она передвигает самостоятельно, но в ступоре человек не совершает движений, он обездвижен, и её должны были бы тащить или волочить по земле.

Кроме того, как мы помним, Зоя не молчала в течение допросов и казни, а напротив, регулярно разговаривала с окружающими. Так что версия о ступоре не выдерживает даже самой поверхностной критики.

Памятный знак на месте казни Зои Космодемьянской в подмосковном селе Петрищево. Фото: © РИА Новости

Пост, вне всякой иронии, важный, однако относительно Т-34 врач-мозговед всё же сообщил неправду, и это обстоятельство подрывает доверие и относительно буквальной трактовки написанного в истории болезни.

Сведения о психических проблемах Зои появились не сегодня. Ещё в 1991 году была опубликована статья, согласно которой Космодемьянская в юности лежала на обследовании в больнице имени Кащенко с подозрением на шизофрению.

Между тем никаких документальных свидетельств этой версии так никогда и не было представлено. При попытке установить авторство версии обнаружилось, что врачи, якобы утверждавшие подобное, "появились", только чтобы вбросить острый тезис, и тут же таинственно "исчезли". В действительности всё куда прозаичнее: в юности девушка перенесла менингит, а впоследствии росла интровертным, но вполне психически здоровым подростком.

История гибели Зои Космодемьянской чудовищна. Юная девушка отправилась совершать диверсию в тылу врага на одной из самых жестоких и бескомпромиссных войн человеческой истории во исполнение спорного приказа. Как ни относись ко всему происходящему, лично её невозможно в чём-либо обвинить. Вопросы к её командирам возникают сами собой. Но сама она сделала то, что должен делать солдат: нанесла противнику ущерб, а в плену претерпела чудовищные мучения и погибла, до конца демонстрируя непреклонную волю и силу характера.

Норин Евгений

life.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.