Стихи о войне длинные


Длинные Стихи Про Войну. Стихи О Войне До Слез 1941 - 1945

Каждый второй ученик на 9 мая учит короткие или длинные стихи про войну, про тяжелые годы 1941 – 1945 и трогательные до слёз. Это время никого не оставило равнодушным! Чтобы немного вам помочь, я собрала самые красивые и трогательные стихи о войне для детей.

Короткие стихотворения подходят малышам начальных классов, в основном это стихи в 8 – 12 строк. Школьникам старших классов дают заучить и рассказать с выражением длинные стихи.

Советую: Стихи на конкурс чтецов

В этой душевной статье собраны самые трогательные и длинные стихи о войне, от которых при чтении катятся слезы из глаз, и пробирает дрожь. Предлагаю не спеша прочесть каждое стихотворение и каждую строчку.

Стихи про войну до слез – длинные

Здесь нет коротких детских четверостиший, наоборот, длинные и трагические строки про войну для учеников старших классов девочек и мальчиков.

Письмо перед боем

Полчаса до атаки.

 Скоро снова под танки,

 Снова слышать разрывов концерт.

 А бойцу молодому

 Передали из дома

 Небольшой голубой треугольный конверт.

 И как будто не здесь ты,

 Если почерк невесты,

 Или пишут отец или мать…

 Но случилось другое,

 Видно, зря перед боем

 Поспешили солдату письмо передать.

 Там стояло сначала:

 «Извини, что молчала.

 Ждать устала…». И все, весь листок.

 Только снизу приписка:

 «Уезжаю не близко,

 Ты ж спокойно воюй и прости, если что!»

 Вместе с первым разрывом

 Парень крикнул тоскливо:

 «Почтальон, что ты мне притащил?

 За минуту до смерти

 В треугольном конверте

 Пулевое ранение я получил!»

 Он шагнул из траншеи

 С автоматом на шее,

 От осколков беречься не стал.

 И в бою под Сурою

 Он обнялся с землею,

 Только ветер обрывки письма разметал.

Колыбельная

Было много светлых комнат,

А теперь темно,

Потому что может бомба

Залететь в окно.

Но на крыше три зенитки

И большой снаряд,

А шары на тонкой нитке

Выстроились в ряд.

Спи, мой мальчик, спи, любимец.

На дворе война.

У войны один гостинец:

Сон и тишина.

По дороге ходят ирод,

Немец и кощей,

Хочет он могилы вырыть,

Закопать детей.

Немец вытянул ручища,

Смотрит, как змея.

Он твои игрушки ищет,

Ищет он тебя,

Хочет он у нас согреться,

Душу взять твою,

Хочет крикнуть по-немецки:

«Я тебя убью».

Если ночью все уснули,

Твой отец не спит.

У отца для немца пули,

Он не проглядит,

На посту стоит, не дышит —

Ночи напролет.

Он и писем нам не пишет

Вот уж скоро год,

Он стоит, не спит ночами

За дитя свое,

У него на сердце камень,

А в руке ружье.

Спи, мой мальчик, спи, любимец.

На дворе война.

У войны один гостинец:

Сон и тишина.

Детский ботинок

Занесенный в графу

С аккуратностью чисто немецкой,

Он на складе лежал

Среди обуви взрослой и детской.

Его номер по книге:

«Три тысячи двести девятый».

«Обувь детская. Ношена.

Правый ботинок. С заплатой…»

Кто чинил его? Где?

В Мелитополе? В Кракове? В Вене?

Кто носил его? Владек?

Или русская девочка Женя?..

Как попал он сюда, в этот склад,

В этот список проклятый,

Под порядковый номер

«Три тысячи двести девятый»?

Неужели другой не нашлось

В целом мире дороги,

Кроме той, по которой

Пришли эти детские ноги

В это страшное место,

Где вешали, жгли и пытали,

А потом хладнокровно

Одежду убитых считали?

Здесь на всех языках

О спасенье пытались молиться:

Чехи, греки, евреи,

Французы, австрийцы, бельгийцы.

Здесь впитала земля

Запах тлена и пролитой крови

Сотен тысяч людей

Разных наций и разных сословий…

Час расплаты пришел!

Палачей и убийц – на колени!

Суд народов идет

По кровавым следам преступлений.

Среди сотен улик –

Этот детский ботинок с заплатой.

Снятый Гитлером с жертвы

Три тысячи двести девятой.

Длинные стихи про войну 1941-1945

Стихи про военные годы начиная 1941 года и заканчивая 1945.

23 июля 1943, Сталинград

У могилы святой

встань на колени.

Здесь лежит человек

твоего поколенья.

Ни крестов, ни цветов,

не полощутся флаги.

Серебрится кусок

алюминьевой фляги,

и подсумок пустой,

и осколок гранаты —

неразлучны они

даже с мертвым солдатом.

Ты подумай о нем,

молодом и веселом.

В сорок первом

окончил он

среднюю школу.

У него на груди

под рубахой хранится

фотокарточка той,

что жила за Царицей.

…У могилы святой

встань на колени.

Здесь лежит человек

твоего поколенья.

Он живым завещал

город выстроить снова

здесь, где он защищал

наше дело и слово.

Пусть гранит сохранит

прямоту человека,

а стекло — чистоту

сына

трудного века.

Август 1941

Я говорю с тобой под свист снарядов,

угрюмым заревом озарена.

Я говорю с тобой из Ленинграда,

страна моя, печальная страна…

Кронштадтский злой, неукротимый ветер

в мое лицо закинутое бьет.

В бомбоубежищах уснули дети,

ночная стража встала у ворот.

Над Ленинградом — смертная угроза…

Бессонны ночи, тяжек день любой.

Но мы забыли, что такое слезы,

что называлось страхом и мольбой.

Я говорю: нас, граждан Ленинграда,

не поколеблет грохот канонад,

и если завтра будут баррикады —

мы не покинем наших баррикад.

И женщины с бойцами встанут рядом,

и дети нам патроны поднесут,

и надо всеми нами зацветут

старинные знамена Петрограда.

Руками сжав обугленное сердце,

такое обещание даю

я, горожанка, мать красноармейца,

погибшего под Стрельною в бою:

Мы будем драться с беззаветной силой,

мы одолеем бешеных зверей,

мы победим, клянусь тебе, Россия,

от имени российских матерей.

22 июня

В тот страшный день земля рванула в небо.

От грохота застыла в жилах кровь.

Июнь цветастый сразу канул в небыль,

И смерть, вдруг, оттеснила жизнь, любовь.

Надели гимнастёрки и шинели

Вчерашние мальчишки – цвет страны.

Девчонки на прощанье песни пели,

Желали выжить в грозный час войны.

Война, как ком, катилась по дорогам,

Неся разруху, голод, смерть и боль.

Осталось их в живых совсем немного,

Принявших первый, самый страшный бой!

В атаку шли за правду, за Отчизну,

За мир, за мать с отцом, за добрый дом.

Чтоб защитить от ужасов фашизма

Права на жизнь, что рушилась кругом.

Сирень, гвоздики, нежные тюльпаны…

Начало лета, жизнь вокруг кипит.

Жива любовь, зарубцевались раны,

Но этот день июня не забыт!

Грохочет тринадцатый день войны

Грохочет тринадцатый день войны.

Ни ночью, ни днем передышки нету.

Вздымаются взрывы, слепят ракеты,

И нет ни секунды для тишины.

Как бьются ребята – представить страшно!

Кидаясь в двадцатый, тридцатый бой

За каждую хату, тропинку, пашню,

За каждый бугор, что до боли свой…

И нету ни фронта уже, ни тыла,

Стволов раскаленных не остудить!

Окопы – могилы… и вновь могилы…

Измучились вдрызг, на исходе силы,

И все-таки мужества не сломить.

О битвах мы пели не раз заранее,

Звучали слова и в самОм Кремле

О том, что коль завтра война нагрянет,

То вся наша мощь монолитом встанет

И грозно пойдет по чужой земле.

А как же действительно все случится?

Об этом – никто и нигде. Молчок!

Но хлопцы в том могут ли усомнится?

Они могут только бесстрашно биться,

Сражаясь за каждый родной клочок!

А вера звенит и в душе, и в теле,

Что главные силы уже идут!

И завтра, ну может, через неделю

Всю сволочь фашистскую разметут.

Грохочет тринадцатый день война

И, лязгая, рвется все дальше, дальше…

И тем она больше всего страшна,

Что прет не чужой землей, а нашей.

Не счесть ни смертей, ни числа атак,

Усталость пудами сковала ноги…

И, кажется, сделай еще хоть шаг,

И замертво свалишься у дороги…

Комвзвода пилоткою вытер лоб:

– Дели сухари! Не дрейфить, люди!

Неделя, не больше, еще пройдет,

И главная сила сюда прибудет.

На лес, будто сажа, свалилась мгла…

Ну где же победа и час расплаты?!

У каждого кустика и ствола

Уснули измученные солдаты…

Эх, знать бы бесстрашным бойцам страны,

Смертельно усталым солдатам взвода,

Что ждать ни подмоги, ни тишины

Не нужно. И что до конца войны

Не дни, а четыре огромных года.

Очень длинные стихи про войну

Несколько стихотворений про войну для детей старших классов и вузов для конкурса.

Полянка зимняя бела

Полянка зимняя бела,

В лесу — бурана вой.

Ночная вьюга замела

Окопчик под Москвой.

На черных сучьях белый снег

Причудлив и космат.

Ничком лежат пять человек —

Советских пять солдат.

Лежат. Им вьюга дует в лоб,

Их жжет мороз. И вот —

На их заснеженный окоп

Фашистский танк ползет.

Ползет — и что-то жабье в нем.

Он сквозь завал пролез

И прет, губительным огнем

Прочесывая лес.

«Даешь!» — сказал сержант. «Даешь!»—

Ответила братва.

За ними, как железный еж,

Щетинилась Москва.

А черный танк все лез и лез,

Утаптывая снег.

Тогда ему наперерез

Поднялся человек.

Он был приземист, белокур,

Курнос и синеок.

Холодный глаз его прищур

Был зорок и жесток.

Он шел к машине головной

И помнил, что лежат

В котомке за его спиной

Пять разрывных гранат.

Он массой тела своего

Ей путь загородил.

Так на медведя дед его

С рогатиной ходил.

И танк, паля из всех стволов,

Попятился, как зверь.

Боец к нему, как зверолов,

По насту полз теперь.

Он прятался от пуль за жердь,

За кочку, за хвою,

Но отступающую смерть

Преследовал свою!

И черный танк, взрывая снег,

Пустился наутек,

А коренастый человек

Под гусеницу лег.

И, все собою заслоня,

Величиной в сосну,

Не человек, а столб огня

Поднялся в вышину!

Сверкнул — и через миг померк

Тот огненный кинжал…

Как злая жаба, брюхом вверх,

Разбитый танк лежал.

Безногий солдат

Солдат, которому в войне отшибли ноги,

Был отдан в монастырь, чтоб там кормить его.

А служки были строги

Для бедного сего.

Не мог там пищею несчастливый ласкаться

И жизни был не рад,

Оставил монастырь безногий сей солдат.

Ног нет; пополз, и стал он по миру таскаться.

Я дело самое преважное имел,

Желая, чтоб никто тогда не зашумел,

Весь мозг, колико я его имею в теле,

Был в этом деле,

И голова была пуста.

Солдат, ползя с пустым лукошком,

Ворчал перед окошком:

«Дай милостыньку кто мне, для ради Христа,

Подайте ради бога;

Я целый день не ел, и наступает ночь».

Я злился и кричал: «Ползи, негодный, прочь,

Куда лежит тебе дорога:

Давно тебе пора, безногий, умирать,

Ползи, и не мешай мне в шахматы играть».

Ворчал солдат еще, но уж не предо мною,

Перед купеческой ворчал солдат женою.

Я выглянул в окно,

Мне стало то смешно,

За что я сперва злился,

И на безногого я, смотря, веселился:

Идти ко всенощной была тогда пора;

Купецкая жена была уже стара

И очень богомольна;

Была вдова и деньгами довольна:

Она с покойником в подрядах клад нашла;

Молиться пеша шла;

Но не от бедности; да что колико можно,

Жила она набожно:

Все дни ей пятница была и середа,

И мяса в десять лет не ела никогда,

Дни с три уже она не напивалась водки,

А сверх того всегда

Перебирала четки.

Солдат и ей о пище докучал,

И то ж ворчал.

Защекотило ей его ворчанье в ухе,

И жалок был солдат набожной сей старухе,

Прося, чтоб бедному полушку подала.

Заплакала вдова и в церковь побрела.

Работник целый день копал из ряды

На огороде гряды

И, встретившись несчастному сему,

Что выработал он, все отдал то ему.

С ползущим воином работник сей свидетель,

В каком презрении прямая добродетель.

Длинные стихи про войну на 9 мая

В этих стихах говорится о Победе, Великой Победе, которые 9 мая напомнят ветеранам о радостном событии после кровопролития.

Победа

Не оседала пыль,

Чадил Берлин пожаром.

Тяжелой поступью

В броне и без брони

Шла прямо по домам и тротуарам

Уверенно Победа в эти дни.

И походили площади на свалки,

Куда свезли фашистские кресты.

Штандартов обгоревших палки

Торчали, как костлявые персты.

И вот она – святая дата,

Наполненная счастьем до краев.

Стреляли вверх восторженно солдаты,

Не чувствуя усталости боев.

Еще потерь лежали тени,

Но обнимал сосед соседа.

Неслось над нежностью сирени

Одно лишь слово мощное –

ПОБЕДА!

Парк Победы

Вот она — молодая награда

За суровые дни и труды!

Мы, былые бойцы Ленинграда,

В честь побед разбивали сады.

Мы сажали их в грозные годы

На распаханном пепле войны,

И вхожу я под свежие своды

Так, как входят в свершенные сны.

Здесь, на почве суровой и жесткой,

В полукруге бетонных громад,

Клены-кустики, липы-подростки

Вдоль дорожек построились в ряд.

Но в зеленой толпе отыскать я

Не могу уж свое деревцо,

Что к заре простирает объятья

И прохладою дышит в лицо.

Все курчавые, все одногодки,

Все веселые, как на подбор,

Смотрят липы сквозь прорезь решетки

И неспешный ведут разговор.

На скамье, в вечереющем свете,

Я гляжу, как в аллеях родных

Ждут влюбленные, кружатся дети,

Блещут искры снопов водяных.

Как в пронизанном солнцем покое,

Молчаливую думу храня,

Воплощенные в бронзе герои

Дышат с нами спокойствием дня.

И, широкою песней о мире

Осеняя пруды и гранит,

На своей густолиственной лире

Парк Победы бессмертно шумит.

Дни войны

Вот она — молодая награда

За суровые дни и труды!

Мы, былые бойцы Ленинграда,

В честь побед разбивали сады.

Мы сажали их в грозные годы

На распаханном пепле войны,

И вхожу я под свежие своды

Так, как входят в свершенные сны.

Здесь, на почве суровой и жесткой,

В полукруге бетонных громад,

Клены-кустики, липы-подростки

Вдоль дорожек построились в ряд.

Но в зеленой толпе отыскать я

Не могу уж свое деревцо,

Что к заре простирает объятья

И прохладою дышит в лицо.

Все курчавые, все одногодки,

Все веселые, как на подбор,

Смотрят липы сквозь прорезь решетки

И неспешный ведут разговор.

На скамье, в вечереющем свете,

Я гляжу, как в аллеях родных

Ждут влюбленные, кружатся дети,

Блещут искры снопов водяных.

Как в пронизанном солнцем покое,

Молчаливую думу храня,

Воплощенные в бронзе герои

Дышат с нами спокойствием дня.

И, широкою песней о мире

Осеняя пруды и гранит,

На своей густолиственной лире

Парк Победы бессмертно шумит.

Друзья, уверенна, вам пригодятся эти длинные стихи про войну для детей и взрослых. Помните о том, какой ценой досталось нам это мирное небо над головой, берегите своих предков. Счастья и бобра вашему дому.

vsedlyaprazdnika.ru

Длинные стихи о войне

Я мужеством считал – под самым небом
Пройтись на высоте семиэтажной
По выступу карниза, как по парку,
Чтобы девчонка-крановщица, ахнув,
Забыла рычаги перевести.
И наш прораб, седой Иван Иваныч,
Бледнел, как мел, за грудь рукой хватался
И убегал в конторку, где он утром
В своём столе оставил валидол...

А вот когда в огромном котловане
Разбуженный плывун зашевелился
И, всё сметая, устремился вниз,
И кровь у нас у всех похолодела:
Ведь люди там –
Бригада арматурщиц!
Когда у нас отяжелели руки,
И в горле крик у каждого застрял,
Лишь он один тогда не растерялся:
Он прыгнул вниз, как прыгают на доты,
Чтобы спасти товарищей своих.
А через день с листа многотиражки
Из чёрной рамки он смотрел с улыбкой
И нас безмолвно мужеству учил.

2

Над вольным Дунаем,
Над славным Днепром
Душевные песни
Слагают о нем.
В нагорных лесах,
На просторе равнин
Его вспоминают
И чех, и румын.
― Пылало село,―
Вспоминает хорват,―
Он кинулся в пламя,
Советский солдат!
Из хаты горящей,
Из дыма-огня
Он вынес, отважный,
Мальчонку ― меня!
Словачка сказала:
― И мне он помог ―
Озябшей, голодной
Дал хлеба кусок.
Назвал по-отцовски
Дочуркой своей.
Шутя подмигнул мне:
«Гляди веселей!»
Вздохнула румынка:
― Был яростный бой,
Меня от осколка
Прикрыл он собой…
Убит он, лежит
Под холмом у села.
Калина над ним
Поднялась-расцвела.
― Нет,― молвил болгарин,―
Он жив, не убит!
Я видел его:
Он в дозоре стоит.
Стоит он в дозоре
И зорок, и смел,
Чтоб мир потревожить
Никто не посмел!

3

Шагает по России полк бессмертный
По Ялте, Краснодару и Москве.
Портрет родной несут в руках заветный,
В Калуге, Магадане, Бугульме.

Колоннами идёт, гордясь, Россия
И держит фотографии солдат,
Ведь каждая из них для нас - святыня,
За ними Курск, Смоленск и Сталинград.

Мы будем лишь тогда непобедимы:
Когда в строю бессмертного полка,
Все станем с ветеранами едины
И подвиг их прославим на века!
(О. Воротынский)

Бессмертный полк

В окопах и траншеях, в блиндажах
До сей поры убитые лежат.
Не всех ещё погибших извлекли
Из защищённой павшими земли.

Одно лишь им осталось на веку:
В бессмертном числиться полку.

Хранит на сына похоронку мать...
О нём всю жизнь дано ей горевать.
И муж пришёл с война на костылях...
А сколько полегло их на полях?!

Одно лишь им осталось на веку:
В Бессмертном числиться полку!

Уйдут в небытие иные дни.
Но не погаснут никогда огни –
Как дань поклона памяти людской –
Огни Победы над святой Москвой!

А память будет плыть через века
В строю Бессмертного полка!
(Ю. Чичёв ■)

Бессмертный полк

На Красной площади стою,
Как будто тоже состою
Из лиц Бессмертного полка,
Планету спасших на века.
В одном из будущих веков
Вам улыбнусь, и был таков.
Но с крыши школы помашу,
Где бомбы Гитлера гашу.
И моя мать из тех же лиц,
Из шедших с армией певиц,
И сорван голос был, но он
Остался в шелесте знамен.
Ее отец попал в ГУЛАг,
Но невидимкой брал Рейхстаг,
И не смутили никого
Два ромба, сорванных с него.
Он свой допрос не мог взять в толк:
«Товарищ твой Тамбовский волк!»
Вставай, мой дед, в Бессмертный полк!
Великий физик и герой
Спас нас от третьей мировой,
и был на Съезде свист и вой
Над гениальной головой –
Но его голос не умолк.
Встань, Сахаров, в Бессмертный полк!
А Пастернак был инвалид,
Но жил, как совесть жить велит.
Стал добровольцем на войне,
пробил романом брешь в стене,
и в эту брешь на зов Земли
шестидесятники прошли!
Стал Пушкин в том полку певцом,
Всех лиц того полка лицом,
И подарил народу цель,
Как путь, светящийся в метель
Превыше всяких поз и битв –
«…народы распри позабыв…»
...И не иссякнет Русь, пока
Течет великая река
Из лиц Бессмертного полка...

4

Майский город затаил дыхание.
Даже птичий хор на время смолк.
Под одним на всех Победным знаменем
Шёл, чеканя шаг, Бессмертный полк.

Рядовые гвардии и маршалы
Шли плечом к плечу в одном строю,
Выжившие в той войне и павшие
За Отчизну милую свою.

Лица в строгих рамках неулыбчивы,
Прямо в душу смотрят их глаза.
Тишину такую необычную
Их не потревожат голоса.

Шли они, оставшиеся в памяти
Тех, кто ждал их, верил и любил,
Кто простые эти фотографии
Трепетно и бережно хранил.

Шли они сквозь время и безвременье,
Мирные заложники войны,
Вырванное с кровью поколение
Круто изменившейся страны.

Мир огромный затаил дыхание,
И на миг оркестр военный смолк.
Под одним на всех Победным знаменем
Прямо в вечность шёл Бессмертный полк.

5

Ты рядом. Ты близко у кручи Нагорной,
И дом твой на площади старой соборной.
Давно ли тут ветры военные дули?
Давно ли тут жалобно прядали пули?
... И в долгие звоны у вышек соборных
Не стаи слетались воронов черных.
Зеленым крылом задевая пролеты,
Тут каркали ночью и днем пулеметы...
... Здесь шли таращанцы дорогою дальней.
Закрыты ворота. Задвинуты ставни.
Молчат переулки, ворочаясь глуше
Средь пышных сугробов и снежных
подушек.
А в небе, где выгнуты лунные скулы,
Меняются звездные караулы.
Им дорог покой этой ночи унылой,
И строже их стража над братской могилой,
Где старые клены стоят полукругом,
Где спят партизаны, обнявши друг друга,
Как будто умершие могут согреться...
Растут красноцветы из каждого сердца
И вьются под снегом, огнем полыхая,
Так жизнь партизан полыхала лихая,
Клубилась метелью, ветрами дышала...
Но спят партизаны...
Им вечности мало!

6

Солдаты — граждане одной страны,
Ей имя — Смерть, и сумрак в ней царит,
И серым сумраком поглощены
Их детские обиды, страх и стыд.
Солдаты предназначены войне.
Их жизнь — не в счет, есть только долг и цель.
Под гром пальбы, когда земля в огне,
Им снится дом и чистая постель.
Им по ночам от крыс спасенья нет,
Им днем от пороха не продохнуть,
В землянки их не проникает свет,
Но видятся им — стоит лишь уснуть —
Безделье в выходной, кино, крикет
И на работу ранний долгий путь.

7

Со всех сторон России
Пришли мы воевать...
Поднялись мы стихийно
За право умирать...

Нам нет домой возврата-
Отвергла нас семья...
Мы женщины-солдаты,
Пусть примет нас земля...

Мы братьям будем сменой-
Не побежден ведь враг.
Мы не хотим измены,
Стоим за свой очаг!

Мы отреклись от жизни,
У нас одна мечта:
Служить своей отчизне
И победить врага!

Нам нет, домой возврата,
Мы – за России честь,
Мы – женщины-солдаты,
И нам награда – смерть!

8

Мы легли у разбитой ели,
Ждем, когда же начнет светлеть.
Под шинелью вдвоем теплее
На продрогшей, сырой земле.
— Знаешь, Юлька, я против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Дома, в яблочном захолустье,
Мама, мамка моя живет.
У тебя есть друзья, любимый.
У меня лишь она одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом бурлит весна.
Старой кажется: каждый кустик
Беспокойную дочку ждет
Знаешь, Юлька, я против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Отогрелись мы еле-еле,
Вдруг приказ: «Выступать вперед!»
Снова рядом в сырой шинели
Светлокосый солдат идет.
С каждым днем становилось горше.
Шли без митингов и замен.
В окруженье попал под Оршей
Наш потрепанный батальон.
Зинка нас повела в атаку.
Мы пробились по черной ржи,
По воронкам и буеракам,
Через смертные рубежи.
Мы не ждали посмертной славы,
Мы со славой хотели жить.
Почему же в бинтах кровавых
Светлокосый солдат лежит
Ее тело своей шинелью
Укрывала я, зубы сжав.
Белорусские хаты пели
О рязанских глухих садах.
Знаешь, Зинка, я против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Дома, в яблочном захолустье
Мама, мамка твоя живет.
У меня есть друзья, любимый
У нее ты была одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом бурлит весна.
И старушка в цветастом платье
У иконы свечу зажгла
Я не знаю, как написать ей,
Чтоб она тебя не ждала.

9

Касаясь трех великих океанов,
Она лежит, раскинув города,
Покрыта сеткою меридианов,
Непобедима, широка, горда.
Но в час, когда последняя граната
Уже занесена в твоей руке
И в краткий миг припомнить разом надо
Все, что у нас осталось вдалеке.
Ты вспоминаешь не страну большую,
Какую ты изъездил и узнал,
Ты вспоминаешь родину — такую,
Какой ее ты в детстве увидал.
Клочок земли, припавший к трем березам,
Далекую дорогу за леском,
Речонку со скрипучим перевозом,
Песчаный берег с низким ивняком.
Вот где нам посчастливилось родиться,
Где на всю жизнь, до смерти, мы нашли
Ту горсть земли, которая годится,
Чтоб видеть в ней приметы всей земли.
Да, можно выжить в зной, в грозу, в морозы,
Да, можно голодать и холодать,
Идти на смерть... Но эти три березы
При жизни никому нельзя отдать.

10

Все переменится вокруг.
Отстроится столица.
Детей разбуженных испуг
Вовеки не простится.

Не сможет позабыться страх,
Изборождавший лица.
Сторицей должен будет враг
За это поплатиться.

Запомнится его обстрел.
Сполна зачтется время,
Когда он делал, что хотел,
Как Ирод в Вифлееме.

Настанет новый, лучший век.
Исчезнут очевидцы.
Мученья маленьких калек
Не смогут позабыться.

stihivsem.ru

Стихи о войне для конкурса чтецов

Стихи о войне для конкурса чтецов

Каждый год в школах проводят конкурс чтецов ко Дню Победы. Порой тяжело найти проникновенное стихотворение о войне которое понравилось бы одновременно и ученикам, и родителям, и учителю. Предлагаем вам подборку трогательных стихов о войне на  конкурс чтецов для школьников.

Пока память жива! 
Чеботарева З.

Отгремели давно залпы наших орудий,
А в воронке от бомбы трава-мурава...
Но войну не забыли суровые люди
И смеются сквозь слезы,
Ведь память жива!

Они помнят походы и дальние страны,
И простые, от сердца, народа слова.
Помнят лица друзей, уходивших так рано.
Их слова и улыбки -
Ведь память жива!

Они помнят весну 45-го года...
Закружилась от счастья тогда голова!
Не узнали её те, что гибли в походах,
Но всё помнят друзья их,
Ведь память жива!

Эта память с корнями уходит всё глубже,
И шумит на ветвях, зеленея, листва...
Её времени бег никогда не заглушит!
Ведь душа молода,
Пока память жива!

***

Роберт Рождественский

БАЛЛАДА О МАЛЕНЬКОМ ЧЕЛОВЕКЕ

На Земле безжалостно маленькой
жил да был человек маленький.
У него была служба маленькая.
И маленький очень портфель.
Получал он зарплату маленькую…
И однажды — прекрасным утром —
постучалась к нему в окошко
небольшая, казалось, война…
Автомат ему выдали маленький.
Сапоги ему выдали маленькие.
Каску выдали маленькую
и маленькую — по размерам — шинель.
…А когда он упал — некрасиво, неправильно,
в атакующем крике вывернув рот,
то на всей земле не хватило мрамора,
чтобы вырубить парня в полный рост!

***

Помните! Через века, через года, - помните! О тех, кто уже не придет никогда, - помните! 
Отрывок из "Реквиема" Роберта Рождественского

Помните! Через века, через года, - помните!
О тех, кто уже не придет никогда, - помните!
Не плачьте! В горле сдержите стоны, горькие стоны.
Памяти павших будьте достойны! Вечно достойны!
Хлебом и песней, мечтой и стихами, жизнью просторной.
Каждой секундой, каждым дыханьем   будьте достойны!
Люди! Покуда сердца стучатся, - помните!
Какою ценой завоевано счастье, - пожалуйста, помните!
Песню свою отправляя в полет, - помните!
Детям своим расскажите о них, чтоб запомнили!
Детям детей расскажите о них, чтобы тоже запомнили!
Во все времена бессмертной земли   помните!
К мерцающим звездам ведя корабли, - о погибших помните!
Встречайте трепетную весну, люди земли.
Убейте войну, прокляните войну, люди земли!
Мечту пронесите через года   и жизнью наполните!..
Но о тех, кто уже не придет никогда, - заклинаем, - помните!

СТИХИ О ПОЧТАЛЬОНКЕ

Татьяна Черновская

Ей пятнадцати нет -девчонка.
Невысока и очень худа.
Письмоносица, почтальонка,
По прозванию Нюрка-беда.

В зной и в слякоть, в метель и стужу
С сумкой кожаной наперевес
Разнести Нюрке почту нужно
По пяти деревенькам окрест.

Дома двое младших братишек,
Мать болеет почти уж год.
Слава Богу, отец с фронта пишет –
Ждут и верят, что он придет.

Он придет, и все будет как прежде,
Как в далеком-далеком вчера.
Не лиши только, Боже, надежды…
И опять на работу пора.

Ребятишкам –картошка в печке,
Ей с утра –с сумкой наперевес.
А что впроголодь…Бегать легче
По пяти деревенькам окрест.

В деревнях –старики да дети,
Бабы - в поле, то сеют, то жнут.
Почтальонку вдали приметят
И с сердечной тревогой ждут.

Треугольник – живой! Удача!
Коли  серый казенный конверт –
Замолчат, закричат, заплачут…
И померкнет в глазах белый свет…

Защемит у девчонки сердчишко
От людского горя и бед…
Тяжела эта сумка слишком,
Если там от беды привет.

Вести черные –похоронки,
Горя горького череда.
Письмоносице, почтальонке
Без вины дали имя –Беда.

Малолетка еще, девчонка –
Только в косах полно седины.
Письмоносица, почтальонка,
Разносящая вести с войны.

***

ДЕДУШКИН РАССКАЗ

Андрей Парошин

Вчера мне рассказывал дедушка Женя:
Отряд партизанский попал в окруженье.
Осталось у них восемнадцать гранат,
Один пистолет и один автомат.

Всё больше в отряде погибших бойцов,
Всё крепче фашисты сжимают кольцо, -
Они за кустами, они за камнями.
И крикнул мой дедушка: “Родина с нами!”.

И все побежали навстречу врагу,
И стали гранаты бросать на бегу.
Все храбро сражались, о смерти забыв, -
И вот, удалось совершить им прорыв.

Сквозь лес по болоту они уходили:
А деда медалью потом наградили.

***

Андрей Дементьев

БАЛЛАДА О МАТЕРИ

Постарела мать за тридцать лет,
А вестей от сына нет и нет.

Но она всё продолжает ждать,
Потому что верит, потому что мать.

И на что надеется она?
Много лет, как кончилась война.

Много лет, как все пришли назад.
Кроме мертвых, что в земле лежат.

Сколько их в то дальнее село,
Мальчиков безусых, не пришло!

…Раз в село прислали по весне
Фильм документальный о войне.

Все пришли в кино — и стар и мал,
Кто познал войну и кто не знал.

Перед горькой памятью людской
Разливалась ненависть рекой.

Трудно было это вспоминать...
Вдруг с экрана сын взглянул на мать.

Мать узнала сына в тот же миг,
И пронёсся материнский крик:

Алексей! Алёшенька! Сынок!
Алексей! Алёшенька! Сынок!
Алексей! Алёшенька! Сынок!
Словно сын её услышать мог.

Он рванулся из траншеи в бой. 
Встала мать прикрыть его собой.

Все боялась вдруг он упадёт,
Но сквозь годы мчался сын вперёд.

— Алексей! — кричали земляки,
— Алексей, — просили, — Добеги...

Кадр сменился. сын осталься жить.
Просит мать о сыне повторить.

Просит мать о сыне повторить.
Просит мать о сыне повторить...

И опять в атаку он бежит,
Жив-здоров, не ранен, не убит.

Алексей, Алёшенька, сынок.
Алексей, Алёшенька, сынок.
Алексей, Алёшенька, сынок.
Словно сын её услышать мог.

Дома всё ей чудилось кино.
Всё ждала — вот-вот сейчас в окно,

Посреди тривожной тишины
Постучится сын её с войны.

***

Константин Симонов

ЖДИ МЕНЯ

Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души...
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: — Повезло.
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой, —
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.

1941

***

ПАМЯТНИК

Георгий Львович Рублёв (1916-1955)

Это было в мае, на рассвете.
Настал у стен рейхстага бой.
Девочку немецкую заметил
Наш солдат на пыльной мостовой.

У столба, дрожа, она стояла,
В голубых глазах застыл испуг.
И куски свистящего металла
Смерть и муки сеяли вокруг.

Тут он вспомнил, как прощаясь летом
Он свою дочурку целовал.
Может быть отец девчонки этой
Дочь его родную расстрелял.

Но тогда, в Берлине, под обстрелом
Полз боец, и телом заслоня
Девочку в коротком платье белом
Осторожно вынес из огня.

И, погладив ласковой ладонью,
Он её на землю опустил.
Говорят, что утром маршал Конев
Сталину об этом доложил.

Скольким детям возвратили детство,
Подарили радость и весну
Рядовые Армии Советской
Люди, победившие войну!

... И в Берлине, в праздничную дату,
Был воздвигнут, чтоб стоять века,
Памятник Советскому солдату
С девочкой спасённой на руках.

Он стоит, как символ нашей славы,
Как маяк, светящийся во мгле.
Это он, солдат моей державы,
Охраняет мир на всей земле.

***

МЕДСЕСТРА

Александр Бывшев

Молодая медсестричка,
Наш товарищ лейтенант.
Под пилоткою косичка.
(Ей так шёл бы белый бант.)

И откуда эта сила
В хрупкой девушке бралась?
Скольких с поля выносила,
Взрывов будто не боясь.

Помню, пулею шальною
Тяжко ранен был в плечо
Слышу голос надо мною:
«Милый, потерпи ещё...»

Бинтовала торопливо,
Затихал вечерний бой,
И от нежности прилива
Как-то притупилась боль.

Отгремел салют... Эх, Рита.
Жили б, если б не война...
Мне из прошлого с гранита
Улыбается она.

***

Юлия Друнина "Ты вернешься"

Машенька, связистка, умирала
На руках беспомощных моих.
А в окопе пахло снегом талым,
И налет артиллерийский стих.
Из санроты не было повозки,
Чью-то мать наш фельдшер величал.

...О, погон измятые полоски
На худых девчоночьих плечах!
И лицо - родное, восковое,
Под чалмой намокшего бинта!..

Прошипел снаряд над головою,
Черный столб взметнулся у куста...

Девочка в шинели уходила
От войны, от жизни, от меня.
Снова рыть в безмолвии могилу,
Комьями замерзшими звеня...

Подожди меня немного, Маша!
Мне ведь тоже уцелеть навряд...

Поклялась тогда я дружбой нашей:
Если только возвращусь назад,
Если это совершится чудо,
То до смерти, до последних дней,
Стану я всегда, везде и всюду
Болью строк напоминать о ней -
Девочке, что тихо умирала
На руках беспомощных моих.

И запахнет фронтом - снегом талым,
Кровью и пожарами мой стих.

Только мы - однополчане павших,
Их, безмолвных, воскресить вольны.
Я не дам тебе исчезнуть, Маша, -
Песней возвратишься ты с войны!

***

Сурков Алексей

"УТРО ПОБЕДЫ"

Где трава от росы и от крови сырая,
Где зрачки пулеметов свирепо глядят,
В полный рост, над окопом переднего края,
Поднялся победитель-солдат.

Сердце билось о ребра прерывисто, часто.
Тишина... Тишина... Не во сне - наяву.
И сказал пехотинец: - Отмаялись! Баста!-
И приметил подснежник во рву.

И в душе, тосковавшей по свету и ласке,
Ожил радости прежней певучий поток.
И нагнулся солдат и к простреленной каске
Осторожно приладил цветок.

Снова ожили в памяти были живые -
Подмосковье в снегах и в огне Сталинград.
За четыре немыслимых года впервые,
Как ребенок, заплакал солдат.

Так стоял пехотинец, смеясь и рыдая,
Сапогом попирая колючий плетень.
За плечами пылала заря молодая,
Предвещая солнечный день.

1945

***

"Та война отгремела много вёсен назад..."

Ольга Подчиненова

Та война отгремела много вёсен назад,
Преклонивши колена плачет старый солдат.
Загрубевшей рукою гладит тёмный гранит,
Где под серой плитою батальон их лежит.

Золотятся от солнца на груди ордена,
Их стальною рукою раздавала война,
Щедро каждую рану заливая свинцом,
И от боли кричала перекошеным ртом.

Сколько жизненей невинных той войной унесло,
Сколько в танках сгорело и в полях полегло,
Сколько их недоживших, знает только земля,
Свою жизнь положивших за тебя и меня,

Чтоб любили и жили. Как же верили в нас!
Чтобы счастливы были наши дети сейчас,
Чтобы утро рождалось в синеве тишины,
Чтоб не предала память той далёкой войны.

У былого мальчишки столько боли в глазах,
Как по старым дорогам - по морщинам слеза.
Рвётся снова в атаку из гранита комбат,
Не выходит из боя своим сердцем солдат...

Как же тяжко досталось, победившим войну.
Их так мало осталось , защитивших страну,
Только, чтоб мы с тобою жить сегодня могли.
Ветеранам Великой поклонюсь до земли.

***

Неизвестный солдат
Ю.Коринец

Ярко звёзды горят,
И в кремлёвском саду
Неизвестный солдат
Спит у всех на виду.

Над гранитной плитой
Вечный свет негасим.
Вся страна сиротой
Наклонилась над ним.

Он не сдал автомат
И пилотку свою.
Неизвестный солдат
Пал в жестоком бою.

Неизвестный солдат,
Чей-то сын или брат,
Он с войны никогда
Не вернётся назад.

Ярко звёзды горят,
И в кремлёвском саду
Неизвестный солдат
Спит у всех на виду.

***

Юлия Друнина «Солдатские будни»

Только что пришла с передовой
Мокрая, замёрзшая и злая,
А в землянке нету никого,
И, конечно, печка затухает.

Так устала — руки не поднять,
Не до дров, — согреюсь под шинелью.
Прилегла, но слышу, что опять
По окопам нашим бьют шрапнелью.

Из землянки выбегаю в ночь,
А навстречу мне рванулось пламя.
Мне навстречу — те, кому помочь
Я должна спокойными руками.

И за то, что снова до утра
Смерть ползти со мною будет рядом,
Мимоходом: «Молодец, сестра!» —
Крикнут мне товарищи в награду.

Да ещё сияющий комбат
Руки мне протянет после боя:
— Старшина, родная! Как я рад,
Что опять осталась ты живою!

***

И откуда
Вдруг берутся силы
В час, когда
В душе черным-черно?..
Если б я
Была не дочь России,
Опустила руки бы давно,
Опустила руки
В сорок первом.
Помнишь?
Заградительные рвы,
Словно обнажившиеся нервы,
Зазмеились около Москвы.
Похоронки,
Раны,
Пепелища...
Память,
Душу мне
Войной не рви,
Только времени
Не знаю чище
И острее
К Родине любви.
Лишь любовь
Давала людям силы
Посреди ревущего огня.
Если б я
Не верила в Россию,
То она
Не верила б в меня.

(Ю. Друнина)

***

ЕВПАТОРИЙСКОМУ ДЕСАНТУ

Розовая дымка тамариска
Затянула шрамы старых ран
В месте, где высаживался с риском
На безмолвный берег наш десант.

Да, силёнок было маловато!
Разбросало в штормовой волне,
Но штыки-в руках, и есть гранаты-
Для врага достаточно вполне.

Ни к чему слова, излишни клятвы,
Вы решили биться до конца...
Тельники и чёрные бушлаты
Защищали души и сердца.

Еле тлела жизнь среди развалим,
Город спал, лишь грохотал прибой.
Ни враги, ни жители не знали
То, что очень скоро грянет бой.

Что начнут в исподнем немцы драпать,
Чувствуя пришедший смертный час,
Что сгорят они и их гестапо,
Не уйдя от кары в этот раз.

Им, Европу захватившим с треском,
С маршами, с фанфарами, с гульбой,
В Городе вдруг станет мало места,
А ведь шёл всего сорок второй.

Как же им той ночью было страшно
И не согревал ни шнапс, ни ром...
Призрак беспощадной рукопашной
Нависал дамокловым мечом.

Пронеслась по лабиринту улиц
Чёрной смертью тысяча чертей...
Шёл десант, и настигали пули
В панике бежавших патрулей.

То была Победа без сомненья,
Только силы вражьи - велики...
Трое суток в полном окруженье.
Дрались, погибая, моряки.

Чудом, но сумел в каменоломни
Поредевший отойти отряд.
Мы должны их поимённо помнить –
Жизни положивших здесь ребят.

А забудем - у морского среза
Прочно утвердились на песке
Три матроса, тройка острых лезвий,
Слившихся в отчаянном броске.

Вот он, Город, мирно спящий, близко,
Память благодарную хранит
Розовая дымка тамариска
И дождями вымытый гранит.

Сергей Овчаренко

ucthat-v-skole.ru

Большие стихи о войне

Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины,
Как шли бесконечные, злые дожди,
Как кринки несли нам усталые женщины,
Прижав, как детей, от дождя их к груди,

Как слезы они вытирали украдкою,
Как вслед нам шептали: – Господь вас спаси! –
И снова себя называли солдатками,
Как встарь повелось на великой Руси.

Слезами измеренный чаще, чем верстами,
Шел тракт, на пригорках скрываясь из глаз:
Деревни, деревни, деревни с погостами,
Как будто на них вся Россия сошлась,

Как будто за каждою русской околицей,
Крестом своих рук ограждая живых,
Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся
За в бога не верящих внуков своих.

Ты знаешь, наверное, все-таки Родина –
Не дом городской, где я празднично жил,
А эти проселки, что дедами пройдены,
С простыми крестами их русских могил.

Не знаю, как ты, а меня с деревенскою
Дорожной тоской от села до села,
Со вдовьей слезою и с песнею женскою
Впервые война на проселках свела.

Ты помнишь, Алеша: изба под Борисовом,
По мертвому плачущий девичий крик,
Седая старуха в салопчике плисовом,
Весь в белом, как на смерть одетый, старик.

Ну что им сказать, чем утешить могли мы их?
Но, горе поняв своим бабьим чутьем,
Ты помнишь, старуха сказала: – Родимые,
Покуда идите, мы вас подождем.

«Мы вас подождем!» – говорили нам пажити.
«Мы вас подождем!» – говорили леса.
Ты знаешь, Алеша, ночами мне кажется,
Что следом за мной их идут голоса.

По русским обычаям, только пожарища
На русской земле раскидав позади,
На наших глазах умирали товарищи,
По-русски рубаху рванув на груди.

Нас пули с тобою пока еще милуют.
Но, трижды поверив, что жизнь уже вся,
Я все-таки горд был за самую милую,
За горькую землю, где я родился,

За то, что на ней умереть мне завещано,
Что русская мать нас на свет родила,
Что, в бой провожая нас, русская женщина
По-русски три раза меня обняла.

2

Ах война, что ж ты сделала подлая:
Стали тихими наши дворы,
Наши мальчики головы подняли,
Повзрослели они до поры,

На пороге едва помаячили
И ушли за солдатом – солдат…
До свидания мальчики! Мальчики,
Постарайтесь вернуться назад

Нет, не прячьтесь, вы будьте высокими
Не жалейте ни пуль, ни гранат,
И себя не щадите вы, и все-таки
Постарайтесь вернуться назад.

Ах война что ж ты подлая сделала:
Вместо свадеб – разлуки и дым.
Наши девочки платьица белые
Раздарили сестренкам своим.

Сапоги – ну куда от них денешься?
Да зеленые крылья погон…
Вы наплюйте на сплетников, девочки,
Мы сведем с ними счеты потом.

Пусть болтают, что верить вам не во что,
Что идете войной наугад…
До свидания, девочки! Девочки,
Постарайтесь вернуться назад.

3

Столько было за спиною
Городов, местечек, сел,
Что в село свое родное
Не заметил, как вошел.

Не один вошел – со взводом,
Не по улице прямой –
Под огнем, по огородам
Добирается домой…

Кто подумал бы когда-то,
Что достанется бойцу
С заряженною гранатой
К своему ползти крыльцу?

А мечтал он, может статься,
Подойти путем другим,
У окошка постучаться
Жданным гостем, дорогим.

На крылечке том с усмешкой
Притаиться, замереть.
Вот жена впотьмах от спешки
Дверь не может отпереть.

Видно знает, знает, знает,
Кто тут ждет за косяком…
“Что ж ты, милая, родная,
Выбегаешь босиком?..”

И слова, и смех, и слезы –
Все в одно сольется тут.
И к губам, сухим с мороза,
Губы теплые прильнут.

Дети кинутся, обнимут…
Младший здорово подрос…
Нет, не так тебе, родимый,
Заявиться довелось.

Повернулись по-иному
Все надежды, все дела.
На войну ушел из дому,
А война и в дом пришла.

Смерть свистит над головами,
Снег снарядами изрыт.
И жена в холодной яме
Где-нибудь с детьми сидит.

И твоя родная хата,
Где ты жил не первый год,
Под огнем из автоматов
В борозденках держит взвод.

– До какого ж это срока, –
Говорит боец друзьям, –
Поворачиваться боком
Да лежать, да мерзнуть нам?

Это я здесь виноватый,
Хата все-таки моя.
А поэтому, ребята, –
Говорит он, – дайте я…

И к своей избе хозяин,
По-хозяйски строг, суров,
За сугробом подползает
Вдоль плетня и клетки дров.

И лежат, следят ребята:
Вот он снег отгреб рукой,
Вот привстал. В окно – граната,
И гремит разрыв глухой…

И неспешно, деловито
Встал хозяин, вытер пот…
Сизый дым в окне разбитом,
И свободен путь вперед.

Затянул ремень потуже,
Отряхнулся над стеной,
Заглянул в окно снаружи –
И к своим: – Давай за мной…

А когда селенье взяли,
К командиру поскорей:
– Так и так. Теперь нельзя ли
Повидать жену, детей?..

Лейтенант, его ровесник,
Воду пьет из котелка.
– Что ж, поскольку житель местный…-
И мигнул ему слегка. –

Но гляди, справляйся срочно,
Тут походу не конец. –
И с улыбкой: – Это точно, –
Отвечал ему боец…

4

Где-то около Бреста
Вдруг вошла к нам в вагон
Невеселая песня
Военных времен.

Шла она по проходу
И тиха, и грустна.
Сколько было народу -
Всех смутила она.

Подняла с полок женщин,
Растревожила сны,
Вспомнив всех не пришедших
С той, последней войны.

Как беде своей давней,
Мы вздыхали ей вслед.
И пылали слова в ней,
Как июньский рассвет.

Песня вновь воскрешала
То, что было давно,
Что ни старым, ни малым
Позабыть не дано.

И прощалась поклоном,
Затихала вдали...
А сердца по вагонам
Всё за песнею шли.

5

Я, ребята, на войне В бой ходил, горел в огне. Мёрз в окопах под Москвой, Но, как видите, - живой. Не имел, ребята, права Я замёрзнуть на снегу, Утонуть на переправах, Дом родной отдать врагу. Должен был прийти я к маме, Хлеб растить, косить траву. В День Победы вместе с вами Видеть неба синеву. Помнить всех, кто в горький час Сам погиб, а землю спас… Я веду сегодня речь Вот о чём, ребята: Надо Родину беречь По-солдатски свято!

6

Весть о Победе разнеслась мгновенно…
Среди улыбок, радости и слез
Оркестр Академии военной
Ее по шумным улицам пронес.

И мы, мальчишки, ринулись за ним –
Босое войско в одежонке драной.
Плыла труба на солнце, словно нимб,
Над головой седого оркестранта.

Гремел по переулкам марш победный,
И город от волненья обмирал.
И даже Колька, озорник отпетый,
В то утро никого не задирал.

Мы шли по улицам,
Родным и бедным,
Как на вокзал,
Чтобы отцов встречать.
И свет скользил по нашим лицам бледным.
И чья-то громко зарыдала мать.

И Колька, друг мой,
Радостно и робко
Прохожим улыбался во весь рот,
Не зная,
Что назавтра похоронка
С войны минувшей на отца придет.

7

Ещё той ночью игры снились детям,
Но грозным рёвом, не пустой игрой,
Ночное небо взрезав на рассвете,
Шли самолёты на восток.
Их строй

Нёс, притаясь, начало новой ноты,
Что, дирижёрским замыслам верна,
Зловещим визгом первого полёта
Начнёт запев по имени — война.

Но дирижер не знал, что в этом звуке,
Где песнь Победы чудилась ему,
Звучат народа собственного муки,
Хрипит Берлин, поверженный в дыму.

Той первой ночью, в ранний час рассвета,
Спала земля в колосьях и цветах,
И столько было света,
Столько цвета,
Что снились разве только в детских снах.

Той ночью птицы еле начинали
Сквозь дрёму трогать флейты и смычки,
Не ведая, что клювы хищной стаи
Идут, уже совсем недалеки.

Там где-то стон растоптанной Европы,
А здесь заставы день и ночь не спят.
Притих в лазурной дымке Севастополь.
Притих под белой ночью Ленинград.

Штыки постов глядятся в воды Буга.
Ещё России даль объята сном…
Но первой бомбы вой коснулся слуха,
И первый гром — и первый рухнул дом.

И первый вопль из детской колыбели,
И материнский, первый, страшный крик,
И стук сердец, что сразу очерствели
И шли в огонь, на гибель, напрямик.

И встал в ту ночь великий щит народа
И принял в грудь ударов первый шквал,
Чтоб год за годом, все четыре года,
Не утихал сплошной девятый вал…

… Всё отошло. Заволоклось туманом.
И подняла Победа два крыла.
Но эта ночь, как штыковая рана,
Навек мне сердце болью обожгла.

8

Ну, что ты плачешь, медсестра?
Уже пора забыть комбата...
- Не знаю...
Может и пора.-
И улыбнулась виновато.

Среди веселья и печали
И этих праздничных огней
Сидят в кафе однополчане
В гостях у памяти своей.

Их стол стоит чуть-чуть в сторонке.
И, от всего отрешены,
Они поют в углу негромко
То, что певали в дни войны.

Потом встают, подняв стаканы,
И молча пьют за тех солдат,
Что на Руси
И в разных странах
Под обелисками лежат.

А рядом праздник отмечали
Их дети -
Внуки иль сыны,
Среди веселья и печали
Совсем не знавшие войны.

И кто-то молвил глуховато,
Как будто был в чем виноват:
- Вон там в углу сидят солдаты -
Давайте выпьем за солдат...

Все с мест мгновенно повскакали,
К столу затихшему пошли -
И о гвардейские стаканы
Звенела юность от души.

А после в круг входили парами,
Но, возымев над всеми власть,
Гостей поразбросала "барыня".
И тут же пляска началась.

И медсестру какой-то парень
Вприсядку весело повел.
Он лихо по полу ударил,
И загудел в восторге пол.

Вот медсестра уже напротив
Выводит дробный перестук.
И, двадцать пять годочков сбросив,
Она рванулась в тесный круг.

Ей показалось на мгновенье,
Что где-то виделись они:
То ль вместе шли из окруженья
В те злые памятные дни,

То ль, раненного, с поля боя
Его тащила на себе.
Но парень был моложе вдвое,
Пока чужой в ее судьбе.

Смешалось все -
Улыбки, краски.
И молодость, и седина.
Нет ничего прекрасней пляски,
Когда от радости она.

Плясали бывшие солдаты,
Нежданно встретившись в пути
С солдатами семидесятых,
Еще мальчишками почти.

Плясали так они, как будто
Вот-вот закончилась война.
Как будто лишь одну минуту
Стоит над миром тишина.

9

Давно уже его на свете нет,
Того русоволосого солдата…
Письмо плутало двадцать с лишним лет,
И все таки дошло до адресата.
Размытые годами как водой
От первой буквы до последней точки,
Метались и подпрыгивали строчки
Перед глазами женщины седой…
И память молчаливая вела
По ниточке надорванной и тонкой,
Она в письме была еще девчонкой,
Еще мечтой и песенкой была…
Он все сейчас в душе разворатил…
Как будто тихий стон ее услышал-
Муж закурил и осторожно вышел
И сын куда-то сразу заспешил…
И вот она с письмом наедине,
Еше в письме он шутит и смеется,
Еще он жив, еще он на войне,
Еще надежда есть-что он вернется…

10

От неизвестных и до знаменитых,
Сразить которых годы не вольны,
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, не вернувшихся с войны.

Нет, не исчезли мы в кромешном дыме,
Где путь, как на вершину, был не прям.
Еще мы женам снимся молодыми,
И мальчиками снимся матерям.

А в День Победы сходим с пьедесталов,
И в окнах свет покуда не погас,
Мы все от рядовых до генералов
Находимся незримо среди вас.

Есть у войны печальный день начальный,
А в этот день вы радостью пьяны.
Бьет колокол над нами поминальный,
И гул венчальный льется с вышины.

Мы не забылись вековыми снами,
И всякий раз у Вечного огня
Вам долг велит советоваться с нами,
Как бы в раздумье головы клоня.

И пусть не покидает вас забота
Знать волю не вернувшихся с войны,
И перед награждением кого-то
И перед осуждением вины.

Все то, что мы в окопах защищали
Иль возвращали, кинувшись в прорыв,
Беречь и защищать вам завещали,
Единственные жизни положив.

Как на медалях, после нас отлитых,
Мы все перед Отечеством равны
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, не вернувшихся с войны.

Где в облаках зияет шрам наскальный,
В любом часу от солнца до луны
Бьет колокол над нами поминальный
И гул венчальный льется с вышины.

И хоть списали нас военкоматы,
Но недругу придется взять в расчет,
Что в бой пойдут и мертвые солдаты,
Когда живых тревога призовет.

Будь отвратима, адова година.
Но мы готовы на передовой,
Воскреснув,
вновь погибнуть до едина,
Чтоб не погиб там ни один живой.

И вы должны, о многом беспокоясь,
Пред злом ни шагу не подавшись вспять,
На нашу незапятнанную совесть
Достойное равнение держать.

Живите долго, праведно живите,
Стремясь весь мир к собратству
сопричесть,
И никакой из наций не хулите,
Храня в зените собственную честь.

Каких имен нет на могильных плитах!
Их всех племен оставили сыны.
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, не вернувшихся с войны.

Падучих звезд мерцает зов сигнальный,
А ветки ив плакучих склонены.
Бьет колокол над нами поминальный,
И гул венчальный льется с вышины.

stihivsem.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.