Стихи о московских улицах


Короткие стихи о Москве для детей

* * * 
М. Лермонтов

Москва, Москва!.. люблю тебя как сын, 
Как русский, – сильно, пламенно и нежно! 
Люблю священный блеск твоих седин
И этот Кремль зубчатый, безмятежный. 
Напрасно думал чуждый властелин
С тобой, столетним русским великаном, 
Померяться главою и – обманом
Тебя низвергнуть. Тщетно поражал
Тебя пришлец: ты вздрогнул – он упал! 
Вселенная замолкла... Величавый, 
Один ты жив, наследник нашей славы. 
Ты жив!.. Ты жив, и каждый камень твой – 
Заветное преданье поколений...

* * * 
В. Казин

Пусть другим Тверские приглянулись. 
Ну а мне, кажись, милей Кремля, 
Скромница из тьмы московских улиц, 
Улица Покровская моя. 

Как меня встречают по-родному
Лица окон, вывесок, дверей
В час, когда домой или из дому
Я шагаю, полный дум, по ней! 

Почеломкаться теснятся крыши, 
Подбодрить стремятся этажи: 
Ведь отсюда в шумный мир я вышел 
Биться жизнью о чужую жизнь!

***

Третий Зачатьевский 
А. Ахматова

Переулочек, переул... 
Горло петелькой затянул. 

Тянет свежесть с Москва-реки, 
В окнах теплятся огоньки. 
Как по левой руке – пустырь, 
А по правой руке – монастырь, 

А напротив – высокий клен 
Ночью слушает долгий стон. 
Покосился гнилой фонарь – 
С колокольни идет звонарь... 

Мне бы тот найти образок, 
Оттого что мой близок срок. 

Мне бы снова мой черный платок, 
Мне бы невской воды глоток.

***

Родному городу 
М. Матусовский

Здесь Пожарский гремел, здесь командовал боем Кутузов. 
Ты, как древняя сказка, бессмертен, прекрасен и стар. 
От тебя отходили замерзшие своры французов, 
От тебя отступали несчетные орды татар. 
Мы тебя окружим бронированной грозной силой
И любою ценой в беспощадном бою сбережем, 
Чтобы подступы к городу стали для немца могилой
И рубеж под Москвою - последним его рубежом. 
ты не сдашься фашистам, во веки веков сохранится
И гранит над рекой, и чугунного моста литье. 
Это больше, чем город, - это нового мира столица, 
Это - свет, это - жизнь, это - сердце твое и мое.

***

В Москве 
И. Бунин

Здесь, в старых переулках за Арбатом, 
Совсем особый город... Вот и март. 
И холодно и низко в мезонине, 
Немало крыс, но по ночам – чудесно. 
Днем – ростепель, капели, греет солнце, 
А ночью подморозит, станет чисто, 
Светло – и так похоже на Москву, 
Старинную, далекую. Усядусь, 
Огня не зажигая, возле окон, 
Облитых лунным светом, и смотрю
На сад, на звезды редкие... Как нежно
Весной ночное небо! Как спокойна
Луна весною! Теплятся, как свечи, 
Кресты на древней церковке. Сквозь ветви
В глубоком небе ласково сияют, 
Как золотые кованые шлемы, 
Головки мелких куполов...

***

Над городом, отвергнутым Петром

Марина Цветаева

Над городом, отвергнутым Петром,
Перекатился колокольный гром.

Гремучий опрокинулся прибой
Над женщиной, отвергнутой тобой.

Царю Петру и Вам, о царь, хвала!
Но выше вас, цари: колокола.

Пока они гремят из синевы —
Неоспоримо первенство Москвы.

— И целых сорок сороков церквей
Смеются над гордынею царей!

***

Но вот уж близко

Александр Пушкин

Но вот уж близко. Перед ними
Уж белокаменной Москвы,
Как жар, крестами золотыми
Горят старинные главы.
Ах, братцы! как я был доволен,
Когда церквей и колоколен,
Садов, чертогов полукруг
Открылся предо мною вдруг!
Как часто в горестной разлуке,
В моей блуждающей судьбе,
Москва, я думал о тебе!
Москва… как много в этом звуке
Для сердца русского слилось!
Как много в нем отозвалось!

***

Весна в Москве

Геннадий Шпаликов

Мимозу продают у магазина,
Голуби в небе —
не знаю чьи,
И радужно сияют
от бензина
Лиловые
московские
ручьи.

***

На тихих берегах Москвы

Александр Пушкин

На тихих берегах Москвы
Церквей, венчанные крестами,
Сияют ветхие главы
Над монастырскими стенами.
Кругом простерлись по холмам
Вовек не рубленные рощи,
Издавна почивают там
Угодника святые мощи.

***

Утро в Москве

Александр Блок 

Упоительно встать в ранний час,
Легкий след на песке увидать.
Упоительно вспомнить тебя,
Что со мною ты, прелесть моя.

Я люблю тебя, панна моя,
Беззаботная юность моя,
И прозрачная нежность Кремля
В это утро — как прелесть твоя.

***

Москва – России краса

 В. Борисов

 

Городов не перечесть:

И Париж, и Лондон есть,

Рим, Венеция, Берлин,

Вена, Токио, Пекин –

Городов великих, славных,

Людных, шумных, ярких самых,

Удивительных... И всё же

Есть один – всего дороже,

Город близкий и родной,

Тот, что нарекли Москвой!

***

Москва 
В. Дробиз


Когда-то не было дорог,
Тропинок, автострад...
Бродили люди
Кто где мог,
Вслепую, наугад!
Они сказать могли едва,
Что ты мне говоришь!
Они не знали,
Где Москва,
Не знали, где Париж!
Не выжить было одному,
Бродили тигры, львы...
И было это потому...
Что не было Москвы!

ivanok.ru

Веселый ранец - Стихи о достопримечательностях Москвы

 

Утро в Александровском саду

Анатолий Бондарь

Александровский сад притуманен рассветом.
На Тверской предрассветной парфюма следы.
Как задумчиво тих Александровский летом,
Как он близок России в дни слав и беды.

В побледневшей ночи звёзд кремлёвских дозоры.
Непорочность пороков отсвечена в них,
Гордость светится в них и пылают позоры,
И солдатский огонь их мерцаньем проник.

Не стесняются слёз у огня ветераны.
Плит гранитных коллор - крови смесь и земли.
Здесь рождённые вихри растят ураганы,
Разрушая устои и строя кремли.

За кремлёвской стеной зарождается утро.
Александровский сад ... по весне соловьи.
Начинается день величаво и мудро
И страну принимает в объятья свои.


Александровский Сад


Андрей Сиденко

Старый друг, Александровский Сад,
Изумруд в самом сердце Москвы,
Я всегда с тобой встретиться рад,
Отдохнуть в окруженье листвы.

По дорожкам твоим побродить,
В свои мысли, нырнув с головой,
На Манежную площадь пойти,
Любоваться вечерней Москвой.

И хоть люди гуляют вокруг,
Мы как будто с тобою вдвоем,
Александровский Сад, старый друг,
Ты всегда будешь в сердце моем.

Александровский сад

В.Вин

В предрассветной Москве
Под кремлёвской стеной
Александровский сад
Спит, объят тишиной,
По соседству Манеж снял свою паранджу,
В разноцветьи одежд я всю ночь проброжу.

Мною вечно любим, Александровский сад,
Я к тебе прихожу, как полвека назад,
Расцветает Москва, у Москвы юбилей,
А в тебе как всегда тишь старинных аллей.

Маршал Жуков в седле
Охраняет твой вход,
А в конце твоём створ
Боровицких ворот,
И в ночной тишине, как полвека назад,
На Кутафью глядит полусонный Арбат.

Мною вечно любим, Александровский сад,
Я к тебе прихожу, как полвека назад,
Пусть кругом суета и машины снуют,
А в тебе как всегда тишина и уют.

Здесь святая Звезда
И таинственный грот,
Снизу мчат поезда,
Сверху бродит народ,
Все, что в Лету ушло, не воротишь назад,
Мне с тобой хорошо, Александровский сад.

Мною вечно любим, Александровский сад,
Я к тебе прихожу, как полвека назад,
Манишь ты москвичей в тихий шепот листвы
Под созвездья ночей в самом центре Москвы.

Александровский сад

Ирина Путилова

Хожу по Александровскому саду,
Ворота блещут краской золотой!
Люблю его старинную ограду,
Расписанную тонкою резьбой.

Забуду здесь и беды и печали,
Обиды, городскую суету...
И с первыми весенними лучами
Приду сюда увидеть красоту...

Москва прекрасна в новом ярком платье,
Стоят деревья в сказочном цвету!
Хочу опять упасть в твои объятья,
Исполнить вновь заветную мечту...

Хожу по Александровскому саду,
Любуюсь нежной, молодой листвой.
Я так люблю вечернюю прохладу,
Душевный снова обрету покой...

В Александровском саду

Мария Вл Богомолова

А в Александровском саду цветут каштаны -
Весна вступила в полные права.
Не оттого ль негаданно-нежданно
На сердце поселилась маета?..

И полон воздух трепетных мечтаний -
Природа пробудилась ото сна;
Осталась навсегда воспоминаньем
Холодная московская зима.

Так тих и светел тёплый майский вечер,
Что шепчет мне безумные слова
И обнимает ласково за плечи,
Играючи сводя меня с ума.

Вот старый дуб - ему уже за двести,
Но даже он весною опьянён:
Как юный клён, весёлый и беспечный,
В берёзоньку без памяти влюблён.

Со Спасской башни слышен бой курантов,
Похожий на неровный сердца стук,
И бравые кремлёвские курсанты
С цветами на свидания бегут…

Присяду на знакомую скамейку
И серую ворону покормлю.
Она себя считает - ах, злодейка! -
Хозяйкой в Александровском саду.

Александровский сад

Светлана Клинушкина-Кутепова

В Александровский сад
вновь пришли наши деды...
Здесь награды звенят
в День Великой Победы!

Здесь, под древним Кремлём,
на посту ветераны -
рядом с Вечным Огнём
пламенеют тюльпаны!

Здесь повсюду цветы -
благодарность живущих
за спасенье мечты,
жизни новой и лучшей!

Здесь - великая грусть,
одинокая старость...
Обещали: "Вернусь!" -
а в бою не поднЯлись!

Здесь в молчанье идут
на огонь негасимый -
место памяти тут
защищавших Россию!

Александровский сад...
О войне помнят деды...
И награды звенят
в День Великой победы!


Прогулки по Москве. Александровский сад

Селена Пятакова

Рассеет солнце мягкий свет
Над золотыми куполами.
Сад Александровский в ответ
Рассыпет песнь свою стихами.
Кленовый яркий листопад
Ложится под ноги коврами.
Сад Александровский, ты рад
Спеть песню осени дождями.

Здесь вечной памяти огонь,
Здесь торжествует песнь Победы.
Горит негаснущая боль
И благодарность за рассветы,
Что мы встречаем в тишине,
Свободно дышим, любим, верим
За тех, погибших на войне.
Горит огонь, шумят аллеи.

Когда-то здесь была река -
Неглинка, у стены кремлёвской.,
И неприступна, высока
Стена была, и ров московский...
Исчезло всё. Бежит в земле,
В трубу запрятанная речка,
Посажен сад, и при царе
Гуляли пары здесь беспечно.

Руинный грот из белых плит,
Разбитых армией французов...
Он память прошлого хранит -
Пожар Москвы. И наш Кутузов
Наполеона гнал в Париж,
Чтоб никогда не смел он, грешный,
Смотреть с горы на сотни крыш
Москвы, не сдавшейся, мятежной.

Шумит московский листопад,
И листья падают устало,
Цветы пурпурные горят,
На лавочках народу мало.
Не здесь ли Маргариту ждал
Герой булгаковских романов?
Такой вот день легендой стал.
Когда-нибудь я по бульварам
Пройду на милый мой Арбат
И расскажу ему, краснея,
Как я люблю его. Звенят
И плачут листья по аллеям.

Красная площадь

Александр Моряков

Много писали и много спорили,
мнений немало, кого не спроси.
Красная площадь - это История
Древней Руси и Новой Руси.

Колоколами, ударами памяти
Спасская башня размеренно бьет.
Красная площадь - это памятник,
камень здесь стонет и даже поет.

Камни Истории долго не старятся,
смотрим на них уважая, любя.
Здесь бы подумать, а может покаяться.
Лобное место для казни себя.

Здесь не до шуток и шоуменства,
если душа начинает болеть.
Красная площадь - священное место,
чтоб с высоты на себя поглядеть.

Красная площадь

Анатолий Кравченко

Гудит напевный перезвон
Над башнями Кремля.
Плывёт народ со всех сторон:
Идёт в Москву Земля…

Такая площадь у неё
Одна, всего одна,
Как правда в мире лишь одна,
Как жизнь у нас одна…

Есть в каждом атоме ядро
И в каждой клетке есть.
И площадь Красная у нас
Одна, как сердце, есть…

И, может быть, всего один
За жизнь большую раз
По этой площади ходить
Судьба устроит нас…

Седые ели у стены
Чеканны и строги.
Морозом кованы они
В стальных тисках пурги…

Ветрами гибкость придана,
Подарен Солнцем рост.
Лишь им доверила страна
Высокий этот пост…

Гудит напевный перезвон
Над башнями Кремля…
Плывёт народ со всех сторон…
Идёт в Москву Земля…

На Лобном месте тишина

Анатолий Чигалейчик

В Москве напротив Спасской башни
Возникла «кафедра» давно,
Её назвали Лобным местом,
Тут всей истории России
Свершится было суждено.
Ещё до Куликовской битвы
Здесь люди Вече собирали,
И своё общее решенье
Князьям в то время предлагали.

Здесь Иоанн землёю клялся,
Народ свой русский защищать,
На Лобном месте самозванца,
Царём призвали величать.
Потом Отрепьева убили,
На Лобном месте положили,
А в руки маску вместе с дудкой,

Как знак презрения вложили.
Здесь Шуйского Царём избрали,

Потом его же тут прогнали,
А позже здесь на Лобном месте
Людей казнили, награждали,
И праздник Лазаря весенний
Тут пышно москвичи встречали.
День Лазаря и Крестный ход
Из Спасских праздничных ворот,
На ослике сам патриарх
Дары Спасителю везёт,
И все указы в государстве,
На этом месте оглашали.

Тут Пётр - стрельцов за бунт казнил,
И место Лобное надолго
Царь в место жути превратил,
Он головы стрельцов на кольях
Вкруг места Лобного вкопал,
Чтоб впредь никто не бунтовал.
И только при Петре втором
Раздался очищенья гром,
Все трупы с площади убрали,
И в чистом поле закопали.

На Лобном месте Салтычиху
Возвёл палач на эшафот,
Здесь приговор ей прочитали,
И тридцать лет в тюрьме подземной
Она без света проживёт.
При жизни Дарья Салтычиха
Сто тридцать крепостных сгубила,
И срок пожизненный средь женщин
Она впервые получила.

А в наши дни над Лобным местом,
Нависли тишь и благодать,
Здесь тени прошлого витают,
Здесь каждый может помечтать
О смысле жизни на земле,
Когда окажитесь в Москве!

Красная Площадь

Вирява


Огни вечерние Москвы
и лица, лица…
С текущей праздною толпой
нетрудно слиться,
В потоке оживлённом плыть,
а маяками
Сияют звёзды на Кремле -
Цель перед нами:
Страноприимный отчий дом,
Москва-столица.
На Площадь Красную идём -
за Русь молиться.

Исторический музей

Галина Горлова

На Красной площади Москвы
Есть Исторический музей.
Быть может, там бывали ВЫ?,
А если нет, тогда быстрей,
Читайте на моей странице
Я расскажу Вам кто в столице
Музей возвёл и что тут было
( Лишь только б память не отбило).
Здесь при Петре была аптека..
К ней расторопный граф Шувалов
Пристроил университет.
Здесь и стоял он много лет.
Но МГУ там стало тесно.
Перебрались в другое место.
В конце серебряного века
Святое место пустовало)
И археолог, граф Уваров.
Решил, что будет тут музей.
Красно кирпичный, в русском стиле.
Шервуду стройку поручили.
Монархов, графов и царей
В двадцатом веке упразднили.
Музей, с годами не старея
Стоит, хранит святую Русь
Недалеко от Мавзолея.
И я, конечно им горжусь.

Красная площадь...

Елена Константиновна Мочалова

Красная площадь. Память столетий.
Сколько видала она лихолетий...
Ехали шагом. Горели на плахе.
Вновь поднимали знамена монахи.

Лобное место. Казни и слезы,
И над знаменами яркие грезы.
Звон колокольный. Души людские.
Звезды на башне. Ели густые.

Спасская башня. Орлик двуглавый.
Ясное утро. Отечества слава.
Громкие песни. Парады победы
И революции прошлой беседы.

Над вечной святыней огонь полыхает.
Красная площадь об этом все знает.
Кремль сохранится, дождется свеченья.
Скоро уж будет благое знаменье...

Красная площадь


Иван Парамонов


Штыки сверкают над парнями,
чеканно грохают шаги.
И ели пьют себе корнями
самодержавные мозги.

И место казни атамана,
и торга шум, и циркачи,
и звуки труб и фортепьяно,
и тягачи, и скрипачи...

И это место - сердцевина,
оплот державного стила;,
твердыня, символ, пуповина;
знамёна, даты и тела!

Где всех парадов отпечатки
и все кровавые дела,
И гипермаркет вдоль брусчатки,
и золотые купола...

И палачи в рядок, и судьи,
и список доблестных имён!
И здесь гуляющие люди
из незаслуженных времён...

Россия. Москва. Красная площадь

Людмила Максимчук

Что, казалось бы, легче и проще,
Если праздника просит душа:
Приходите на Красную площадь,
Уж она-то - всегда хороша.

Столько здесь красоты и простора,
Столько воздуха и высоты,
Столько света от храмов, соборов!
А была… - островком суеты,

Китай-города малой частицей,
Где торговцев - несметная рать,
И, наверное, сердцем столицы
Эта площадь не думала стать.

Называлась когда-то Пожаром,
Торгом, Троицкой – чем ни была,
Но не тратила времени даром,
В ногу с призраком временем шла.

Глядь - уж прошлые беды остались
Грозной смутой за грозной стеной…
А на площадь обильно стекались
Стон и слезы страны крепостной.

Здесь казнили у Лобного места,
Здесь молились у Спасских ворот.
Здесь из плотного, сбитого теста
Становился наш русский народ.

Здесь - трибуна глашатаям царским
И царям, подчинённым судьбе…
Здесь подвижники Минин с Пожарским
Не дают нам забыть о себе.

Коль забудем - дела наши плохи!
Время рвётся вперёд… В суматохе,
То ползком, то скачком, то гурьбой
Тут сменялись миры и эпохи,
Оставляя Москву за собой,

Оставляя историю в лицах,
И готовясь к большому рывку.
…Летописцы листают страницы,
Исправляя за строчкой строку.

Не всегда, чтобы мирно и чинно
Получался дальнейший рассказ:
Что-то было не слишком картинно,
Что-то - вовсе - подальше бы с глаз...

Наконец, и рывок состоялся
(Летописец усердно старался
И вписал эти строчки углём) -
Красный флаг высоко развевался
И над площадью, и над Кремлём!

Пролетарского времени краски
Яркий цвет на показ извлекли:
Назначение площади Красной –
Стать ареной парадов Земли.

Площадь чистили, освобождали,
Открывая победным ветрам.
Хорошо, что ещё не взорвали
Знаменитый Василия храм,

Да и прочее… То, что осталось,
Что лежит у Кремля на виду,
Демонстрировалось, прилагалось
К этой площади! В первом ряду

Здесь вождём «застолбил» себя Ленин.
Здесь Гагарин поднялся до звёзд.
Здесь вставала страна на колени,
Понимаясь - в веках - в полный рост.

Здесь победа несла в сорок пятом
Своё знамя! Здесь радость и боль
Отпечатались в камне брусчатом,
Та победа вела за собой

Победителей прочих сражений…
Красной площади некогда спать.
Сколько праздников и представлений
Предстоит здесь - нельзя предсказать.

Что тут только ни происходило,
Протекая шумливой рекой;
Здесь и страшно, и весело было!
…Мне запомнилась площадь такой:

Лето; солнышко - над облаками;
Люди - группами, дети снуют,
Кто с экскурсией, кто-то с друзьями;
Улыбаются, шутят, поют,

Фотографии делают с ходу;
Иностранцев - не пересчитать.
Лица - добрые. Столько народу,
Что мой взор всех не может объять!

Это - здорово, это прекрасно:
Для меня - все родные они!
Я хочу, чтоб у площади
Красной Впереди были ясные дни.

Я надеюсь на это - так проще;
Так радеет, так просит душа.
Приходите на Красную площадь,
Эта площадь всегда хороша!

Куранты

Нахабинский


С недавних пор мне стал приятным,
Напевный грохот хрусталя -
Монументальный бой курантов,
Взлетающий от стен Кремля.

Не слышен он за два квартала,
Лишь в Новый Год - на всю страну.
Но под него страна вставала
И поднималась на войну.

Куранты старой Спасской башни,
Бельканто древнего Кремля,
Отмерен вами час вчерашний,
И мирно

veselyy-ranets.ru

«Где найти стихотворение Есенина о Москве?» – Яндекс.Кью

Поэтических вечеров в Москве полно, а в последние годы поэтов также включают в программы околокультурных мероприятий и фестивалей. Но, если говорить про открытые чтения и уличные акции поэтов, аналогов Маяковский чтений нет.

«Маяки» уникальны, поскольку являются возрождением традиции, существовавшей с советских времён. Основной принцип чтений — свободный микрофон. Выступить может любой желающий.

Традиция чтения стихов на Триумфальной площади появилась в 1959 году, когда у памятника Маяковскому стали собираться малоизвестные и запрещённые к публикации поэты. Одними из организаторов были знаменитые диссиденты Юрий Галансков и Владимир Буковский. В начале 60-х власти запретили читать стихи на Триумфальной. Собрания у памятника начали разгонять, а дружинники под присмотром милиции устраивали провокации. Галанскова посадили, Буковского исключили из университета. Участников чтений стали вызывать на «беседу» в органы, сообщать об их «антиобщественном поведении» по месту учёбы и работы.

Традиция прекратилась, но в 2009 годы мы возродили её. С апреля по октябрь каждое последнее воскресенье месяца в 18:00 у памятника вновь звучат стихи! Сейчас уже можно с уверенностью сказать, что Маяковские чтения — неотъемлемая часть культурной жизни Москвы, творческая площадка, на которой может выступить любой желающий.

Власти, видимо, тоже верны традициям. На «Маяки» приезжала полиция, площадь уже второй раз закрывают на ремонт. Но ни давление, ни ремонтные работы, ни дождь или снег — ничто пока не остановило поэтов и, надеемся, не остановит. С 2012 года чтения регулярно проводятся в Санкт-Петербурге, а следом за северной столицей к нам стали подключаться другие города и даже страны. О Маяковских чтениях можно говорить как о международном проекте — они проходят теперь даже в Пекине!

Подписывайтесь на Маяковские чтения (vk.com) и вы точно узнаете о следующем выступлении поэтов на Триумфальной.

yandex.ru

Стихи Булата Окуджавы о Москве

Никогда не стареющие, будто осенние листья в реке времени, строки плывут по московским улицам, такими непохожими на себя, такими узнаваемыми в любое время и эпоху истории, песни и стихи Булата Окуджавы о Москве, вечно родной и вечно любимой.

Песенка об Арбате

Ты течешь, как река. Странное название!
И прозрачен асфальт, как в реке вода.
Ах, Арбат, мой Арбат,

ты — мое призвание.
Ты — и радость моя, и моя беда.

Пешеходы твои — люди невеликие,
каблуками стучат — по делам спешат.
Ах, Арбат, мой Арбат,

ты — моя религия,
мостовые твои подо мной лежат.

От любови твоей вовсе не излечишься,
сорок тысяч других мостовых любя.
Ах, Арбат, мой Арбат,

ты — мое отечество,
никогда до конца не пройти тебя.

Былое нельзя воротить

Былое нельзя воротить, и печалиться не о чем,
у каждой эпохи свои подрастают леса…
А все-таки жаль, что нельзя с Александром Сергеичем
поужинать в «Яр» заскочить хоть на четверть часа.

Теперь нам не надо по улицам мыкаться ощупью.
Машины нас ждут, и ракеты уносят нас вдаль…
А все-таки жаль, что в Москве больше нету извозчиков,
хотя б одного, и не будет отныне… А жаль.

Я кланяюсь низко познания морю безбрежному,
разумный свой век, многоопытный век свой любя…
А все-таки жаль, что кумиры нам снятся по-прежнему
и мы до сих пор все холопами числим себя.

Победы свои мы ковали не зря и вынашивали,
мы все обрели: и надежную пристань, и свет…
А все-таки жаль — иногда над победами нашими
встают пьедесталы, которые выше побед.

Москва, ты не веришь слезам — это время проверило.
Железное мужество, сила и стойкость во всем…
Но если бы ты в наши слезы однажды поверила,
ни нам, ни тебе не пришлось бы грустить о былом.

Былое нельзя воротить… Выхожу я на улицу.
И вдруг замечаю: у самых Арбатских ворот
извозчик стоит, Александр Сергеич прогуливается…
Ах, нынче, наверное, что-нибудь произойдет.

Арбатский романс

Арбатского романса знакомое шитье,
к прогулкам в одиночестве пристрастье,
из чашки запотевшей счастливое питье
и женщины рассеянное «здрасьте»…

Не мучьтесь понапрасну: она ко мне добра.
Светло иль грустно — век почти что прожит.
Поверьте, эта дама из моего ребра,
и без меня она уже не может.

Бывали дни такие — гулял я молодой,
глаза глядели в небо голубое,
еще был не разменян мой первый золотой,
пылали розы, гордые собою.

Еще моя походка мне не была смешна,
еще подошвы не поотрывались,
за каждым поворотом, где музыка слышна,
какие мне удачи открывались!

Любовь такая штука: в ней так легко пропасть,
зарыться, закружиться, затеряться…
Нам всем знакома эта мучительная страсть,
поэтому нет смысла повторяться.

Не мучьтесь понапрасну: всему своя пора.
Траву взрастите — к осени сомнется.
Вы начали прогулку с арбатского двора,
к нему-то все, как видно, и вернется.

Была бы нам удача всегда из первых рун,
и как бы там ни холило, ни било,
в один прекрасный полдень оглянетесь вокруг,
и все при вас, целехонько, как было:

арбатского романса знакомое шитье,
к прогулкам в одиночестве пристрастье,
из чашки запотевшей счастливое питье
и женщины рассеянное «здрасьте»…

Арбатский дворик

…А годы проходят, как песни.
Иначе на мир я гляжу.
Во дворике этом мне тесно,
и я из него ухожу.

Ни почестей и ни богатства
для дальних дорог не прошу,
но маленький дворик арбатский
с собой уношу, уношу.

В мешке вещевом и заплечном
лежит в уголке небольшой,
не слывший, как я, безупречным
тот двор с человечьей душой.

Сильнее я с ним и добрее.
Что нужно еще? Ничего.
Я руки озябшие грею
о теплые камни его.

Трамваи

Москва все строится, торопится.
И выкатив свои глаза,
трамваи красные сторонятся,
как лошади — когда гроза.

Они сдают свой мир без жалобы.
А просто: будьте так добры!
И сходят с рельс.
И, словно жаворонки,
влетают в старые дворы.

И, пряча что-то дилижансовое,
сворачивают у моста,
как с папиросы
искры сбрасывая,
туда, где старая Москва,

откуда им уже не вылезти,
не выползти на белый свет,
где старые грохочут вывески,
как полоумные, им вслед.

В те переулочки заученные,
где рыжая по крышам жесть,
в которых что-то есть задумчивое
и что-то крендельное есть.

Речитатив

(Владлену Ермакову)

Тот самый двор, где я сажал березы,
был создан по законам вечной прозы
и образцом дворов арбатских слыл;
там, правда, не выращивались розы,
да и Гомер туда не заходил…
Зато поэт Глазков напротив жил.

Друг друга мы не знали совершенно,
но, познавая белый свет блаженно,
попеременно — снег, дожди и сушь,
разгулы будней, и подъездов глушь,
и мостовых дыханье,
неизменно
мы ощущали близость наших душ.

Ильинку с Божедомкою, конечно,
не в наших нравах предавать поспешно,
в Усачевку, и Охотный ряд…
Мы с ними слиты чисто и безгрешно,
как с нашим детством — сорок лет подряд;
мы с детства их пророки…
Но Арбат!..

Минувшее тревожно забывая,
на долголетье втайне уповая,
все медленней живем, все тяжелей…
Но песня тридцать первого трамвая
с последней остановкой у Филей
ввучит в ушах, от нас не отставая.

И если вам, читатель торопливый,
он не знаком, тот гордый, сиротливый,
извилистый, короткий коридор
от ресторана «Прага» до Смоляги
и рай, замаскированный под двор,
где все равны:
и дети и бродяги,
спешите же…
Все остальное — вздор.

Полночный троллейбус

Когда мне невмочь пересилить беду,
когда подступает отчаянье,
я в синий троллейбус сажусь на ходу,
в последний,
в случайный.

Полночный троллейбус, по улице мчи,
верши по бульварам круженье,
чтоб всех подобрать, потерпевших в ночи
крушенье,
крушенье.

Полночный троллейбус, мне дверь отвори!
Я знаю, как в зябкую полночь
твои пассажиры — матросы твои —
приходят
на помощь.

Я с ними не раз уходил от беды,
я к ним прикасался плечами…
Как много, представьте себе, доброты
в молчанье,
в молчанье.

Полночный троллейбус плывет по Москве,
Москва, как река, затухает,
и боль, что скворчонком стучала в виске,
стихает,
стихает.

 

moscowchronology.ru

Воскресная прогулка и стихи о Москве: alexeyosokin — LiveJournal

"Город чудный, город древний.
Ты вместил в свои концы
И посады, и деревни,
И палаты, и дворцы!" 

- Ф. Глинка из стих. "Москва"

Я не так много времени провожу в Москве, и совсем не бывает возможности просто прогуляться по городу. Вчера в Москве была прекрасная погода - "Мороз и солнце; день чудесный!", и я не смог удержаться от соблазна. Закутавшись, я отправился на Большой Каменный Мост, побродил по набережной, а затем на Петровский бульвар.. Места не выбирал заранее, а просто поехал туда, куда "ехалось"… 

Город был почти пустой - на дорогах свободно, а редкий пешеход, быстро передвигая ногами, моментально исчезал из поля зрения. В морозном воздухе совсем не чувствовался привычный запах выхлопных газов... Прогуливаясь по бульвару, пытался вспомнить стихи о Москве, но к своему стыду смог вспомнить лишь несколько строк из Евгения Онегина:

...
Ах, братцы! как я был доволен,
Когда церквей и колоколен,
Садов, чертогов полукруг
Открылся предо мною вдруг!
Как часто в горестной разлуке,
В моей блуждающей судьбе,
Москва, я думал о тебе!
Москва... как много в этом звуке
Для сердца русского слилось!
Как много в нем отозвалось!!

и еще Лермонтова:

Москва, Москва!.. люблю тебя как сын,
Как русский, – сильно, пламенно и нежно!
Люблю священный блеск твоих седин
И этот Кремль зубчатый, безмятежный.

Вернувшись домой, я обратился к Яндексу с запросом: стихи о Москве. Разумеется, он выдал мне тысячи страниц, и я зачитался. Ниже выкладываю несколько интересных стихотворений (или отрывков)…

Михаил Дмитриев
Московская жизнь.

Вам ли описывать нашу Москву? – Вы
в Москве чужеземцы!
Где ее видели вы? – На бале, в театре и в парке!
Знаете ль вы, что Москва? – То не город, как прочие грады;
Разве что семь городов, да с десятками сел и посадов!
В них-то что город, что норов; а в тех деревнях свой обычай!


Крепости мрачны везде; их высокие стены и башни

Грозны, как силы оплот, и печальны, как воли темница;

Кремль же седой наш? старик – величав, а смотрите, как весел!

Где его рвы и валы? – Да завалены рвы под садами;

Срыты валы – и на них, как зеленая лента, бульвары.


Вместо кипучей жизни столиц, паровой и машинной,

В нашей Москве благодатной – дышит несколько жизней:

Пульс наш у каждого свой; не у всех одинаков он бьется!

Всякий по-своему хочет пожить; не указ нам соседи!

Любим мы русский простор; и любим домашнюю волю!


Там, на Кузнецком мосту, блеск и шум, и гремят экипажи;

А за тихой Москвою-рекой заперты все воротa!

Там, на боярской Тверской, не пробил час привычный обеда;

А на Пресне, откушав давно, отдохнули порядком,

И кипит самовар, и сбираются нa вечер гости!


Много у нас есть чудес, и редкостей царских палата;

Веселы бaлы зимой и роскошны богатых обеды;

Живы у нас по летам и по рощам и в парке гулянья;

Но не узнаешь семьи, не сроднясь, не вошедши
в
ту семью:

Так не узнаешь Москвы, не привыкнувши к жизни московской!


Что же вините вы нас, что лицом мы на вас не похожи?

Есть на московских на всех, говорят, отпечаток особый!

То ли нам ставить в укор, что у нас есть свой нрав и обычай?

Вы на монете глядите сперва: сохраняет ли штемпель;

Мы – настоящий ли вес; да посмотрим, какая и проба!

17 июля 1845 г.

Вячеслав Иванов
Москва

Влачась в лазури, облака
Истомой влаги тяжелеют.
Березы никлые белеют,
И низом стелется река.
И Город-марево, далече

Дугой зеркальной обойден, –

Как солнца зарных ста знамен –

Ста жарких глав затеплил свечи.
Зеленой тенью поздний свет

Текучим золотом играет;

А Град горит и не сгорает,

Червонный зыбля пересвет,
И башен тесною толпою

Маячит, как волшебный стан,

Меж мглой померкнувших полян

И далью тускло-голубою:
Как бы, ключарь мирских чудес,

Всей столпной крепостью заклятий

Замкнул от супротивных ратей

Он некий талисман небес.

1904

Иван Бунин
В Москве

Здесь, в старых переулках за Арбатом,
Совсем особый город... Вот и март.
И холодно и низко в мезонине,
Немало крыс, но по ночам – чудесно.
Днем – ростепель, капели, греет солнце,
А ночью подморозит, станет чисто,
Светло – и так похоже на Москву,
Старинную, далекую. Усядусь,
Огня не зажигая, возле окон,
Облитых лунным светом, и смотрю
На сад, на звезды редкие... Как нежно
Весной ночное небо! Как спокойна
Луна весною! Теплятся, как свечи,
Кресты на древней церковке. Сквозь ветви
В глубоком небе ласково сияют,
Как золотые кованые шлемы,
Головки мелких куполов...

1906

Вот это очень современно: 

Валерий Брюсов
* * *


Я знал тебя, Москва, еще невзрачно-скромной,

Когда кругом пруда реки Неглинной, где

Теперь разводят сквер, лежал пустырь огромный

И утки вольные жизнь тешили в воде;


Когда поблизости гремели балаганы

Бессвязной музыкой, и ряд больших картин

Пред ними – рисовал таинственные страны,

Покой гренландских льдов, Алжира знойный сплин;


Когда на улице звон двухэтажных конок

Был мелодичней, чем колес жестокий треск,

И лампы в фонарях дивились, как спросонок, 

На газовый рожок, как на небесный блеск;


Когда еще был жив тот «город», где героев

Островский выбирал: мир скученных домов,

Промозглых, сумрачных, сырых, – какой-то Ноев

Ковчег, вмещающий все образы скотов.


Но изменилось все! Ты стала, в буйстве злобы,

Все сокрушать, спеша очиститься от скверн,

На месте флигельков восстали небоскребы,

И всюду запестрел бесстыдный стиль – модерн...

1909

И это только малая часть из того, что выдал мне Яндекс… 

Добавить в друзья...

Найти дешевые авиабилеты

Мои Facebook, Twitter и Instagram. Follow me!

alexeyosokin.livejournal.com

Стихи Валерия Брюсова о Москве

Москва в стихотворениях Валерия Брюсова на рубеже веков, времени старого уклада и нового советского времени. Это еще старый город, теперь новая столица, вступающая в эру новых рубежей, смены образа и ракурса жизни.

Стародавняя Москва

Нет тебе на свете равных,
Стародавняя Москва!
Блеском дней, вовеки славных,
Будешь ты всегда жива!

Град, что строил Долгорукий
Посреди глухих лесов,
Вознесли любовно внуки
Выше прочих городов!

Здесь Иван Васильич
Третий Иго рабства раздробил,
Здесь, за длинный ряд столетий,
Был источник наших сил.

Здесь нашла свою препону
Поляков надменных рать;
Здесь пришлось Наполеону
Зыбкость счастья разгадать.

Здесь как было, так и ныне –
Сердце всей Руси святой,
Здесь стоят ее святыни
За кремлевскою стеной!

Здесь пути перекрестились
Ото всех шести морей,
Здесь великие учились –
Верить родине своей!

Расширяясь, возрастая,
Вся в дворцах и вся в садах,
Ты стоишь, Москва святая,
На своих семи холмах.

Ты стоишь, сияя златом
Необъятных куполов,
Над Востоком и Закатом
Зыбля зов колоколов!

Ночью (Дремлет Москва...)

Дремлет Москва, словно самка спящего страуса,
Грязные крылья по темной почве раскинуты,
Кругло-тяжелые веки безжизненно сдвинуты,
Тянется шея — беззвучная, черная Яуза.

Чуешь себя в африканской пустыне на роздыхе.
Чу! что за шум? не летят ли арабские всадники?
Нет! качая грузными крыльями в воздухе,
То приближаются хищные птицы — стервятники.

Падали запах знаком крылатым разбойникам,
Грозен голос близкого к жизни возмездия.
Встанешь, глядишь… а они все кружат над покойником,
В небе ж тропическом ярко сверкают созвездия.

(20 июня 1895)

Советская Москва

Все ж, наклонясь над пропастью,
В века заглянув, ты, учитель,
Не замрешь ли с возвышенной робостью,
И сердце не полней застучит ли?

Столетья слепят Фермопилами,
Зеркалами жгут Архимеда,
Восстают, хохоча, над стропилами
Notre-Dame безымянной химерой;

То чернеют ужасом Дантовым,
То Ариэлевой дрожат паутиной,
То стоят столбом адамантовым,
Где в огне Революции — гильотина.

Но глаза отврати: не заметить ли
Тебе — тот же блеск, здесь и ныне?
Века свой бег не замедлили,
Над светами светы иные.

Если люди в бессменном плаваньи,
Им нужен маяк на мачте!
Москва вторично в пламени, —
Свет от англичан до команчей!

(13 ноября 1921)

У Кремля

По снегу тень — зубцы и башни;
Кремль скрыл меня — орел крылом.
Но город-миф — мой мир домашний,
Мой кров, когда вне — бурелом.

С асфальтов Шпре, с Понтийских топей,
С камней, где докер к Темзе пал,
Из чащ чудес — земных утопий,—
Где глух Гоанго, нем Непал,

С лент мертвых рек Месопотамий,
Где солнце жжет людей, дремля,
Бессчетность глаз горит мечтами
К нам, к стенам Красного Кремля!

Там — ждут, те — в гневе, трепет — с теми;
Гул над землей метет молва…
И — зов над стоном, светоч в темень,—
С земли до звезд встает Москва!

А я, гость лет, я, постоялец
С путей веков, здесь дома я.
Полвека дум нас в цепь спаяли,
И искра есть в лучах — моя.

Здесь полнит память все шаги мне,
Здесь, в чуде, я — абориген,
И я храним, звук в чьем-то гимне,
Москва! в дыму твоих легенд!

(11 декабря 1923)

Парки в Москве

Ты постиг ли, ты почувствовал ли,
Что, как звезды на заре,
Парки древние присутствовали
В день крестильный, в Октябре?

Нити длинные, свивавшиеся
От Ивана Калиты,
В тьме столетий затерявшиеся,
Были в узел завиты.

И, когда в Москве трагические
Залпы радовали слух,
Были жутки в ней — классические
Силуэты трех старух.

То — народными пирожницами,
То — крестьянками в лаптях,
Пробегали всюду — с ножницами
В дряхлых, скорченных руках.

Их толкали, грубо стискивали,
Им пришлось и брань испить,
Но они в толпе выискивали
Всей народной жизни нить.

И на площади,- мне сказывали,-
Там, где Кремль стоял как цель,
Нить разрезав, цепко связывали
К пряже — свежую кудель:

Чтоб страна, борьбой измученная,
Встать могла, бодра, легка,
И тянулась нить, рассученная
Вновь на долгие века!

Я знал тебя, Москва, еще невзрачно-скромной...

Я знал тебя, Москва, еще невзрачно-скромной,
Когда кругом пруда реки Неглинной, где
Теперь разводят сквер, лежал пустырь огромный,
И утки вольные жизнь тешили в воде;

Когда поблизости гремели балаганы
Бессвязной музыкой, и р, яд больших картин
Пред ними — рисовал таинственные страны,
Покой гренландских льдов, Алжира знойный сплин;

Когда на улице звон двухэтажных конок
Был мелодичней, чем колес жестокий треск,
И лампы в фонарях дивились, как спросонок,
На газовый рожок, как на небесный блеск;

Когда еще был жив тот «город», где героев
Островский выбирал: мир скученных домов,
Промозглых, сумрачных, сырых, — какой-то Ноев
Ковчег, вмещающий все образы скотов.

Но изменилось всё! Ты стала, в буйстве злобы,
Всё сокрушать, спеша очиститься от скверн,
На месте флигельков восстали небоскребы,
И всюду запестрел бесстыдный стиль — модерн…

moscowchronology.ru

Стихи Владимира Высоцкого о Москве

Резкие, ироничные, прямые, отбросив в сторону театр, маскарад, как есть, такие стихи Владимира Высоцкого о людях, о Москве, о жизни и правде, без тени смущения, такой, какая и есть.

Большой Каретный

(Левону Кочаряну)

 — Где твои семнадцать лет?
 — На Большом Каретном.
 — Где твои семнадцать бед?
 — На Большом Каретном.
 — Где твой черный пистолет?
 — На Большом Каретном.
 — Где тебя сегодня нет?
 — На Большом Каретном.

Помнишь ли, товарищ, этот дом?
Нет, не забываешь ты о нем!
Я скажу, что тот полжизни потерял,
Кто в Большом Каретном не бывал.
Еще бы ведь…

 — Где твои семнадцать лет?
 — На Большом Каретном.
 — Где твои семнадцать бед?
 — На Большом Каретном.
 — Где твой черный пистолет?
 — На Большом Каретном.
 — Где тебя сегодня нет?
 — На Большом Каретном.

Переименован он теперь,
Стало все по новой там, верь-не верь!
И все же, где б ты ни был, где ты не бредешь —
Нет-нет, да по Каретному пройдешь.
Еще бы ведь…

 — Где твои семнадцать лет?
 — На Большом Каретном.
 — Где твои семнадцать бед?
 — На Большом Каретном.
 — Где твой черный пистолет?
 — На Большом Каретном.
 — Где тебя сегодня нет?
 — На Большом Каретном.

(1962)

Эй, шофер, вези в Бутырский хутор...

 — Эй, шофер, вези в Бутырский хутор,
Где тюрьма,- да поскорее мчи!
 — Ты, товарищ, опоздал,
ты на два года перепутал —
Разбирают уж тюрьму на кирпичи.

 — Очень жаль, а я сегодня спозаранку
По родным решил проехаться местам…
Ну да ладно, что ж, шофер,
тогда вези меня в «Таганку»,-
Погляжу, ведь я бывал и там.

 — Разломали старую «Таганку» —
Подчистую, всю, ко всем чертям!
 — Что ж, шофер, давай назад,
крути-верти назад свою баранку,-
Так, ни с чем, поедем по домам.

Или нет, шофер, давай закурим,
Или лучше — выпьем поскорей!
Пьем за то, чтоб не осталось
по России больше тюрем,
Чтоб не стало по России лагерей!

(1963)

Москва-Одесса

В который раз лечу Москва-Одесса —
Опять не выпускают самолет.
А вот прошла вся в синем стюардесса, как принцесса,
Надежная, как весь гражданский флот.

Над Мурманском — ни туч, ни облаков,
И хоть сейчас лети до Ашхабада.
Открыты Киев, Харьков, Кишинев,
И Львов открыт, но мне туда не надо.

Сказали мне: — Сегодня не надейся,
Не стоит уповать на небеса.
И вот опять дают задержку рейса на Одессу —
Теперь обледенела полоса.

А в Ленинграде с крыши потекло,
И что мне не лететь до Ленинграда?
В Тбилиси — там все ясно и тепло,
Там чай растет, но мне туда не надо.

Я слышу — ростовчане вылетают!
А мне в Одессу надо позарез,
Но надо мне туда, куда три дня не принимают
И потому откладывают рейс.

Мне надо, где сугробы намело,
Где завтра ожидают снегопада.
А где-нибудь все ясно и светло,
Там хорошо, но мне туда не надо!

Отсюда не пускают, а туда не принимают,
Несправедливо, муторно, но вот —
Нас на посадку скучно стюардесса приглашает,
Похожая на весь гражданский флот.

Открыли самый дальний закуток,
В который не заманят и награды.
Открыт закрытый порт Владивосток,
Париж открыт, но мне туда не надо.

Взлетим мы — распогодится. Теперь запреты снимут.
Напрягся лайнер, слышен визг турбин.
Но я уже не верю ни во что — меня не примут,
У них найдется множество причин.

Мне надо, где метели и туман,
Где завтра ожидают снегопада.
Открыты Лондон, Дели, Магадан,
Открыли все, но мне туда не надо!

Я прав — хоть плачь, хоть смейся, но опять задержка рейса,-
И нас обратно к прошлому ведет
Вся стройная, как ТУ, та стюардесса — мисс Одесса,
Доступная, как весь гражданский флот.

Опять дают задержку до восьми,
И граждане покорно засыпают.
Мне это надоело, черт возьми,
И я лечу туда, где принимают!

(1967)

Реже, меньше ноют раны...

Реже, меньше ноют раны.
Четверть века — срок большой.
Но в виски, как в барабаны,
Бьется память, рвется в бой…

Москвичи писали письма,
Что Москвы врагу не взять.
Наконец разобрались мы,
Что назад уже нельзя.

Нашу почту почтальоны
Доставляли через час.
Слишком быстро — лучше б годы
Эти письма шли от нас.

Мы, как женщин, боя ждали,
Врывшись в землю и снега,
И виновных не искали,
Кроме общего врага.

И не находили места —
Ну скорее, хоть в штыки!-
Отступавшие от Бреста
И сибирские полки.

Ждали часа, ждали мига
Наступленья — столько дней!-
Чтоб потом писали в книгах:
«Беспримерно по своей...»

По своей громадной вере,
По желанью отомстить,
По таким своим потерям,
Что ни вспомнить, ни забыть.

Кто остался с похоронной —
Прочитал: «Ваш муж, наш друг...»
Долго будут по вагонам —
Кто без ног, а кто без рук.

Чем и как, с каких позиций
Оправдаешь тот поход?
Почему мы от границы
Шли назад, а не вперед?

Может быть, считать маневром,
(Был в истории такой),-
Только лучше б в сорок первом
Нам не драться под Москвой.

… Помогите, хоть немного!
Оторвите от жены.
Дай вам бог поверить в бога —
Если это бог войны.

(1969)

Салют

Скорей, скорей одеться!
Скорей позвать ребят!
В честь праздника Победы
Орудия палят.
Вокруг все было тихо,
И вдруг — салют! Салют!
Ракеты в небе вспыхнули
И там, и тут!
Над площадью,
Над крышами,
Над праздничной Москвой
Взвиваются все выше
Огней фонтан живой!
На улицу, на улицу
Все радостно бегут,
Кричат «Урра»!
Любуются
На праздничный
Салют!

moscowchronology.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.