Стихи милн для детей


Милн А. А. - стихи

Алан Александр Милн

Стихи

(в переводе Самуила Маршака)

Баллада о королевском бутерброде

Король,

Его величество,

Просил её величество,

Чтобы её величество

Спросила у молочницы:

Нельзя ль доставить масла

На завтрак королю.

Придворная молочница

Сказала: – Разумеется,

Схожу, Скажу Корове,

Покуда я не сплю!

Придворная молочница

Пошла к своей корове

И говорит корове,

Лежащей на полу:

– Велели их величество

Известное количество

Отборнейшего масла

Доставить к их столу!

Ленивая корова

Ответила спросонья:

– Скажите их величествам,

Что нынче очень многие

Двуногие-безрогие

Предпочитают мармелад,

А также пастилу!

Придворная молочница

Сказала: – Вы подумайте! –

И тут же королеве

Представила доклад:

– Сто раз прошу прощения

За это предложение.

Но если вы намажете

На тонкий ломтик хлеба

Фруктовый мармелад,

Король, его величество,

Наверно, будет рад!

Тотчас же королева

Пошла к его величеству

И, будто между прочим,

Сказала невпопад:

– Ах да, мой друг, по поводу

Обещанного масла…

Хотите ли попробовать

На завтрак мармелад?

Король ответил:

– Глупости! –

Король сказал:

– О боже мой! –

Король вздохнул:

– О господи! –

И снова лёг в кровать.

– Ещё никто, – сказал он, –

Никто меня на свете

Не называл капризным…

Просил я только масла

На завтрак мне подать!

На это королева

Сказала: – Ну конечно! –

И тут же приказала

Молочницу позвать.

Придворная молочница

Сказала: – Ну конечно! –

И тут же побежала

В коровий хлев опять.

Придворная корова

Сказала: – В чём же дело?

Я ничего дурного

Сказать вам не хотела.

Возьмите простокваши,

И молока для каши,

И сливочного масла

Могу вам тоже дать!

Придворная молочница

Сказала: – Благодарствуйте! –

И масло на подносе

Послала королю.

Король воскликнул:

– Масло! Отличнейшее масло!

Прекраснейшее масло!

Я так его люблю!

– Никто, никто, – сказал он

И вылез из кровати.

– Никто, никто, – сказал он,

Спускаясь вниз в халате.

– Никто, никто, – сказал он,

Намылив руки мылом.

– Никто, никто, – сказал он,

Съезжая, по перилам, –

Никто не скажет, будто я

Тиран и сумасброд,

За то что к чаю я люблю

Хороший бутерброд!

chudo-kit.ru

Стихи А.А.Милна - запись пользователя Наталия (nvinograd) в сообществе Детские книги в категории дошкольникам

Алан Милн. Кристофер Робин и все-все-все. Когда мы были еще маленькие.

Перевод с англ. С.Маршака, М.Бородицкой, Г.Кружкова, Н.Слепаковой

Иллюстрации Э.Х.Шепарда

Москва: АСТ, 2014

ISBN: 978-5-17-084075-5

В "Лабиринте"

Это первая книжка детских стихов А.Милна, она вышла на английском в 1924 году с иллюстрациями Шепарда. Автор написал ее для своего четырехлетнего сына Кристофера Робина, о чем сообщает в предисловии. Знаменитые истории о Винни-Пухе появились чуть позже (первая часть была опубликована в 1925 году). Однако Винни присутствует и в этой книжке - как персонаж стихотворения "Толстый мишка".

Книжечка, выпущенная АСТ, очень миниатюрная и изящная, бумага плотная, но текст бледноват, не очень хорошо пропечатан, и шрифт довольно мелкий, что не облегчает чтения, увы. Иллюстрации очаровательные, замечательно подходят к стихам, но тоже довольно мелкие.

Стихов в сборнике много. Каждый стишок - маленькая новелла из детской жизни. Есть и юмор, и драматизм, и игра слов. В некоторых случаях ритм непривычен для русскоязычного читателя (видимо, в этих случаях переводчик следует оригиналу).

Вот одно из стихотворений:

Как хорошо быть королем!

Я часто думаю о том,

Как хорошо быть королём.

Вот был бы я король Италии -

Носил бы круглый год сандалии.

А был бы я король Алжира -

С утра съедал бы фунт инжира.

А будь я королём Ирана -

В гостиной прыгал бы с дивана.

А будь я королём Непала -

Бросал игрушки как попало!

О, если б королём я был!

Я уши никогда б не мыл.

И целый полк живых солдат

Я выводил бы на парад.

И мне кричала б детвора:

"Ура, король! Король, ура!"

маленький солдат стихотворение

www.babyblog.ru

Наши любимые сборники стихов Алана Александра Милна - Мы не ищем легких путей

Как я уже говорила раньше, я не стараюсь собрать у себя коллекцию изданий одной и той же книги. Мы с ребенком не коллекционеры, мы - читатели. Но если одни и те же тексты мастерски перевели разные люди, то как не приобретать все эти шедевры? Так получилось с Муми-троллями-1  и Муми-троллями-2 , так дело обстоит и со стихами А.А.Милна.
Причем, стихи эти у нас имеются как в отдельных милновских сборниках, так и в сборниках поэтов-переводчиков. Навскидку собрала такую вот коллекцию:

Уже отщелкав и обработав фото, я вспомнила о книге переводов Бородицкой "Королевская считалка", в которой имеются в том числе и стихи Милна, но включать ее в этот пост уже не стала...

Итак, сегодня покажу вам фото из следующих изданий:
- А.Милн "Пойдем со мной" (Киев: ВД "Перископ", 2008) - перевод Якова Фельдмана, илл. Елены Миросединой.
- С.Маршак "Дом, который построил Джек" (Ярославль: Академия развития, 2002) - английская поэзия в переводах С.Маршака, иллюстрации Г.Соколова
- А.Милн "Я был однажды в доме" (Л: Детлит, 1987) - перевод Нонны Слепаковой, илл. Б.Калаушина.
- A.A.Milne "The Christopher Robin verse book" (London: Methuen &Co, 1969) - иллюстрации E.H.Shepard. (Эта книга появилась в нашем доме благодаря Лене alessandra_enko, за что ей огроменное спасибо!!!)
- В.Левин "Куда уехал цирк" (Ярославль: Академия развития, 2002) - илл. Г.Соколова.
- А.Милн "Дела королевские" (М: Арт-Бизнес-Центр, 1992) - перевод Нины Воронель, илл. Ф.Добрина.

Это очень интересное занятие - сравнивать переводы. Кому-то из переводчиков удается один стишок, кто-то блеснул в переводе другого... Вот, к примеру, оригинал и два варианта перевода (Фельдмана и Слепаковой) стихотворения "Счастье":



Некоторые стихотворения встречаются только в одном сборнике - как, например, "Непослушание", бесподобно переведенное Маршаком. Вероятно, спорить с гением Самуила Яковлевича не пожелал никто...

Оригинал:

Перевод Маршака:


Или другой широко известный перевод, ставший давным-давно "русской детской классикой" - "Баллада о королевском бутерброде". Кто не слышал этого стишка? Освежить в памяти текст "Баллады", а заодно ознакомиться с другими маршаковскими переводами Милна можно здесь  .

Очень много переводческих удач, на мой взгляд, у Нонны Слепаковой.
Вот, к примеру, для сравнения оригинал и два перевода (опять Фельдмана и Слепаковой) стихотворения "В зоопарке". Обратите внимание на всякие забавные названия животных у Слепаковой - брыси, липопотамы, многосороги... - сколько очарования они добавляют рассказу о походе маленького человечка в зоопарк:

Оригинал:


Перевод Фельдмана:

Переводческий шедевр Слепаковой:

А вот другое стихотворение - "Мой дом" - Слепакова перевела неплохо, но у Левина получилось лучше (ИМХО):

Читаем Левина:

Иногда переводы равноценны. По-моему, и Слепаковой, и Бородицкой одинаково удалось передать атмосферу таинственности и волшебства при переводе "Мага":

Слепакова:

Бородицкую почитать можно тут.

Или вот сравните "Королевскую считалку" в переводах Бородицкой и Воронель. Какая из Считалок вам нравится больше? Я люблю обе...

И в заключение - мое любимое стихотворение:

Сначала, по традиции, оригинал:

А далее - перевод Слепаковой:


В новом сборнике переводов Милна помимо имен Маршака, Бородицкой и Слепаковой значится имя Григория Кружкова. Я не читала его переводов Милна. Поэтому заказала в Лабиринте новую книжку:

И последнее. Я давно мечтаю заполучить книгу с переводами стихов Милна Генриха Сапгира. Такой сборник выходил по моим сведениям только однажды, в далеком 1994 году. У букинистов книга стоит недешево. Поэтому я тоже последую примеру некоторых своих подруг и попрошу Вселенную (которой вполне может поработать замечательное издательство Речь, активно издающее Сапгира в последнее время) о переиздании. Я слышала, что иногда такие просьбы сбываются)))

milowa.livejournal.com

стихи А.А.Милн

стихи А.А.Милн
главная
библиотека
  

Алан Александр Милн
из книги "Я был однажды в доме" изд-во "Детская литература", 1987г
перевела с анлийского Нонна Слепакова

ПОЙДЁМТЕ СО МНОЮ! 

Так зазывает нас в свои мир английский мальчик Кристофер Робин, герой многих книг поэта Алана Александра Милна. Милн написал свои книги о Кристофере Робине уже давно, в 20—30-х годах нашего века. И Кристофер Робин — ваш давнишний знакомый, ребята. Правда, вы ещё лучше знаете одного из его верных друзей, который прославился на весь мир несмотря на то, что в голове у него были всего лишь опилки.
Да, да, вы правы: я говорю о знаменитом Винни-Пухе, преданном спутнике Кристофера Робина. Мальчик горячо любил своего медвежонка и удостоил его громким именем —Винни-Пух, сэр Медведь!

Но Кристофер Робин подрастал, и поэт Милн писал всё новые и новые стихи о его приключениях и о его новых друзьях, взаправдашних и сказочных. Эти стихи вошли в несколько поэтических книжек
А. А. Милна, например «Когда мы были совсем маленькими» и «Теперь нам шесть».
Поэт Милн пишет эти стихи как бы от имени самого Кристофера Робина, хорошо понимая, что он чувствует и о чём думает.

Дело в том, что многие поэты (и Милн тоже) отлично помнят своё собственное детство и даже, можно сказать, навсегда остаются в душе детьми, бесконечно удивлёнными огромным миром, который им предстоит узнать. Именно поэтому они так хорошо понимают своих маленьких читателей, а те именно за это и любят своих поэтов.

Но что же особенного в Кристофере Робине? Почему даже теперь, через пятьдесят—шестьдесят лет, нам интересно читать о детстве мальчика, который сейчас — ровесник наших дедушек? Дело в том, что с Кристофером Робином никому и никогда не бывало скучно.
Почему? Потому что ему самому никогда и нигде не бывало скучно.
Как же так, спросите вы?
Этот мальчик должен был очень скучать. Ведь в его детстве ещё не было звукового цветного кино, телевизора с мультиками, сказок по телефону.
Кристоферу и его ровесникам настоящим чудом техники казались первые, ещё довольно неуклюжие, аэропланы и дирижабли, их заветной спортивной мечтой был всего-навсего велосипед.

Ни один из них не летал на самолёте, а уж о полётах в космос и слыхом не слыхивал. Редко-редко удавалось Кристоферу Робину посмотреть в маленьком кинотеатрике коротенькие, однообразно стрекочущие ленты первых кинофильмов (а специальных фильмов для детей тогда и вовсе не снимали).
Итак, представьте себе мальчика, родители которого куда-то ушли по своим Взрослым и Важным делам (им некогда отвечать на бесконечные и часто очень трудные вопросы сына), телевизора в доме нет и в помине, а телефон, как уже говорилось, ещё не научился вовремя угостить мальчика сказкой. Ну как тут не заскучать? И всё же Кристофер Робин не скучал. У него, как и у вас, была волшебная палочка — фантазия. Он взмахивал ею — и мгновенно возникала сказка, непонятно откуда, неизвестно из чего. Кристофер Робин знал, как обращаться с этим инструментом. Он умел внезапно остановиться на бегу, внимательно оглядеться по сторонам, заговорить с плюшевым медвежонком, с чёрной курочкой, с солнцем, качелями, с каким-нибудь Сашкой-Букашкой, больше похожим на спичку, чем на жучка.
Он умел посмеяться над смешным, погрустить над печальным, усмехнуться самому себе в зеркало, если замечал, что скроил чересчур уж Мудрую и Глубокомысленную рожицу.
И сказка начинала строиться.
Смотрите, как обстоятельно, как дотошно строит маленький герой Милна сказочный дом, в котором ему хотелось бы жить.
Вот добротный дом с широкой дверью, с винтовой лестницей из холла наверх, в комнаты. Возле дома нет садика, и этот дом никак не подходит Кристоферу — какой же это дом! А вот другой дом, окруженный садом с дубами и тополями. Но среди них нету белой цветущей вишенки, и этот дом тоже не годится нашему привереде. Правда, однажды он был в доме, окруженном цветущим вишнёвым садом Казалось бы, чего ещё можно желать? Но в этом саду не кружилась над белым вишнёвым деревцом чёрная-чёрная птица, а значит, это нам тоже не подойдёт, никакой это не Дом!
Нам нужен Дом, возле которого над белой вишенкой, щебеча, вьётся чёрный дрозд! Почему чёрный? Чтобы было виднее на белом, чтобы было ярко, необычно, чтобы всё наполнилось вишнёвым ароматом и птичьим свистом, чтобы Сказка дохнула в лицо! Вот настоящий Сказочный Дом! И, как положено, Дом этот — загадочный, таинственный, о нём никто, кроме мальчика, не знает и, больше того, даже знать не хочет! Ведь Взрослые из-за своих Важных Дел часто бывают такими невнимательными!
В сказках, которые создаёт Кристофер Робин (то есть Алан Александр Милн), множество  фантастических персонажей и небывалых событий. Но Кристофер Робин — мальчик приметливый, памятливый. Он уже разбирается, что хорошо, что плохо. Конечно, Кристофер Робин знает, что домашний Котёнок не может вырасти до размеров Тигра, чтобы с высоты своего роста презрительно пофыркивать на свою маму кошку. Он знает, что есть на свете и чёрствые, неблагодарные люди, от которых лучше держаться подальше.
Конечно, Кристофер Робин понимает, что Моряк, заброшенный на необитаемый остров, не станет задумывать сразу тысячу необходимых дел, чтобы так и не понять, с которого же начинать, и потому в безделье ждать спасителей. Но мальчик знает, что на месте этого суетливого, запутавшегося Моряка он был бы собраннее.
Он знает, что Чёрная Курочка не снесёт ему яичка ни за «спасибо», ни за «пожалуйста», ни даже за обещание показать ей Слона в зоопарке, тем более что Курочка ужасно занята и отказывается снести яичко даже самому Герцогу или Королю. Мальчик уже настолько разбирается в тонкостях человеческих отношений, что понимает: самое драгоценное на свете — это дружеское доверие. И он доверчиво показывает Курочке место, где у него болит: ногу, обожжённую крапивой. И получает за это облегчающее боль дуновение чёрного крыла, ласковое слово, а на следующее утро — яичко, которое ни один Король не купит ни за деньги, ни за щедрые дары.

Так вот и живёт, так вот и будет жить на свете маленький Кристофер Робин, постоянно превращая правду — в сказку, а сказку — в правду. Он показывает нам, что человеку не должно быть скучно, когда он наедине с самим собой, чтоон может обойтись без внешних развлечений и потех. Наоборот! Когда ты один, мир вокруг кажется ещё таинственней и заманчивей! Ещё легче, когда никто не мешает, управляться с волшебной палочкой фантазии и поэзии, которая есть у каждого и которую когда-то вручил Кристоферу Робину написавший о нём замечательный детский английский поэт А. А. Милн.
И вот я один в темноте ночной,
Совсем один. Но зато —
Я думаю САМ,
Я играю САМ,
А ещё говорю я с собою САМ,
Сам с собой говорю в темноте ночной,
И не знаете вы, про ЧТО!
А ещё я играю во что захочу,
А ещё — размышляю о чём захочу,
А ещё — хохочу над чем захочу,
Над чем — не знает никто!

Нонна Слепакова

Раздумье
Если б я был Джоном, а мною — Джон,
Если б я был младшим, а старшим — он,
Если б Джон был мною, а Джоном — я,
То ему не налезла бы куртка моя!

Наедине с собою
Есть дом, и он всегда при мне,
Я в нём с собой наедине.

Когда мне тоскливо бывает,
Меня этот дом укрывает.

Там не услышишь слова «нет»,
Хоть проживи там десять лет.

Не слыхать ничего,
Не видать никого,
За исключеньем меня самого!

На полпути
Посередине лестницы,
Посередине ровно,
Ступенька есть волшебная,
Ступенька зачарованная.

Посередине лестницы
Я сяду на ступеньку,
И думать про ступеньку
Начну я помаленьку:

«Я
на полпути
до верха!
Я
на пол дороге
вниз!
Ни на улице — ни дома,
Словно в воздухе повис!

Не могу найти ответа —
Помогите мне в беде!
ГДЕ ЖЕ Я?
Наверно, ГДЕ-ТО?
Или ГДЕ-НИБУДЬ НИГДЕ?»

Качельная песенка
На качелях легко
Я взлетаю всё выше:
До меня далеко
Чердаку или крыше!

Вижу дуба вершину
И поле вдали:
Я, наверное, стал
Властелином земли!

И владыкой небес
Я бы стал в самом деле,
Если б выше немного
Взлетели качели!

Ах, ещё бы минута —
И к солнцу взвились!
Но они почему-то
Спускаются вниз...

В зоопарке
Там были верблюды и тигры — там было на что посмотреть
Там зубро- и бубро-бизоны и очень крылатый медведь!
Там плавают липопотамы 
и многосороги стоят —
НО БУЛКУ Я СРАЗУ ЖЕ ОТДАЛ СЛОНУ, КОГДА Я ПРИШЁЛ
В ЗООСАД!

Там рыси, и крыси, и брыси, и сладкий МОРОЖЕНЫЙ ДОМ,
Там есть Австралийский, Полярный, а также Индийский с хвостом,
Там ползает что-то такое, про что «фрикадил» говорят —
НО БУЛКУ Я СРАЗУ ЖЕ ОТДАЛ СЛОНУ, КОГДА Я ПРИШЁЛ
В ЗООСАД!

Не стоит беседовать с бубром — он просто тебя не поймёт,
Руки не давай неопарду — он руку тебе не пожмёт,
А львы — точно так же, как тигры, — здороваясь, грозно
рычат —
Я СНОВА ОТДАМ СВОЮ БУЛКУ СЛОНУ, КОГДА Я ПРИДУ
В ЗООСАД! 

Меховой медведь
А если б, как медведь,
Я мехом весь оброс —
Не стал бы я смотреть
На снег и на мороз!

Морозно или вьюжно,
Метельно или снежно —
Тревожиться не нужно,
Когда одет медвежно!

Я ходил бы в большом меховом башлыке,
В меховых рукавицах (на каждой руке),
И в большом меховом пиджаке (на боках),
И в больших меховых сапогах (на ногах).
Меховым одеялом укрыт с головой,
Всю бы зиму в постели я спал меховой!

 Деловитый моряк
Жил на свете один деловитый моряк.
Про него мне рассказывал дедушка так:
Столько дел поутру он привык намечать,
Что до вечера думал — с какого начать?

Был на остров он выброшен бурей лихой.
Он подумал о шапке, о куртке сухой,
О плодах, черепахах, сетях и снастях
И о прочем (о чём говорят в повестях).

Он подумал о тысяче разных вещей,
Но решил, что сначала поищет ручей,
А сперва, чтобы жизнь веселее была,
Заведёт он овечку, цыплят и козла.

Но во-первых — во-первых, он выстроит дом
Со скрипучею дверью, с надёжным замком,
Чтобы змеи боялись скрипучих дверей,
А надёжный замок не впускал дикарей.

Стал он делать замок, но доделать не смог.
Он решил, что мешает ему солнцепёк
И что надо сначала панаму сплести,
Чтоб от жаркого солнца затылок спасти.

Стал он шляпу плести из ветвей и коры,
Но подумал: «Да я раскалён от жары!
Я взорвусь, если стану ещё горячей!
И пожалуй, сперва отыщу я ручей!»

Он отправился в путь, но присел на пенёк;
— Это просто ужасно! Я так одинок! —
И в блокнот записал он: «Сего же числа
Приручу я овечку. А лучше — козла».

Вышел из лесу козлик и щиплет траву...
— Нет! Я выстрою лодку — домой поплыву!
Надо сшить паруса... Только где же игла?
Вот с иглы и начну, а совсем не с козла!

Он присел, чтоб иглу смастерить поскорей,
Но дрожал он от страха, боясь дикарей.
— Был бы дом у меня, я сидел бы внутри.
Не смогли бы подкрасться ко мне дикари!

Он подумал про дом... и про лодку потом...
Про ручей и плоды (для питья и еды),
Про козла, про панаму, про дверь, про замок.
Но с чего начинать — он придумать не мог!

Ни единого дела из тысячи дел
Он не сделал, а просто под пальмой сидел.
И наверное, так и не встал бы с земли,
Если б добрые люди его не нашли!

Рыцари и дамы
Картинки в книжках говорят:
Вот едет рыцарей отряд,
Храня порядок боевой,
По старым плитам мостовой.

И дамы в платьях голубых
Глядят на рыцарей своих
И улыбаются слегка...
Так было в Средние Века.

...Гляжу в окно. Стоит зима.
По склону дальнего холма
Шагает ёлок тёмный строй,
Храня порядок боевой.

Они суровы и стройны,
Точь-в-точь герои старины,
И голубые небеса
Глядят на тёмные леса.

И я волнуюсь каждый раз:
А вдруг теперь, а вдруг сейчас
Увижу рыцаря в броне,
Верхом на рыцарском коне?

Наверно, нет... А если — да?
Не угадать вам никогда!

Утренняя прогулка
Если мы после завтрака с Анни гуляем,
То гуляем мы под руку и размышляем,
Как мы будем гулять и о чём размышлять,
Когда стукнет обоим нам лет сорок пять.

Мы всё утро проводим в научной беседе:
Размышляем об аэро-велосипеде,
И об аэро-плане, и аэро-стате,
И о красном упущенном шарике, кстати.
Но едва с головой мы уходим в беседу,
Совершенно некстати зовут нас к обеду.

Три лисички
Честь имею вам представить трёх лисичек из
лесочка.
Ни одной у них рубашки, ни единого чулочка,
Только есть у них коробка, а в коробке три платочка,
Носовые три платочка.
Вот и всё. На этом точка!

Ни одной у них подушки, ни одной у них кроватки,
Но зато они с мышами поутру играют в прятки,
Через лес они несутся, и у них сверкают пятки —
Эти игры у лисичек вместо утренней зарядки.

В магазин совсем не ходят три весёлые подружки,
А охотятся (на речке) и рыбачат (на опушке),
И однажды на рыбалке им попались три кукушки,
И однажды на охоте им попались три лягушки.

Вот пошли они на праздник, получили там награду:
Три котлетки, три конфетки, триста плиток шоколаду.
На слоне они катались и смеялись до упаду,
После сели на качели и качались до упаду!

Вот и всё, что мне известно про лисичек из лесочка,
У которых ни кроватки, ни рубашки, ни чулочка,
У которых есть коробка, а в коробке три платочка,
Носовые три платочка.
Сказка вся. На этом точка.

Дважды
Жили два медвежонка в чащобе глухой,
И один был Хороший, другой был Плохой,
И Хороший твердил своё: «Дважды один»,
А Плохой постоянно немытым ходил.

Они спали в траве, если день был погожий,
И один был Плохой, а другой был Хороший,
И Хороший Медведь повторял: «Дважды два»,
А Плохой бутерброды пихал в рукава.

И спали в дупле, если ветер был вьюжный,
И один был Послушный, другой Непослушный.
И Хороший Медведь повторял: «Дважды три"-
А Плохой танцевал до вечерней зари.

Если Мама предложит им сладкого чаю,
Скажет Первый «спасибо». Второй — «не желаю»,
И Хороший твердит своё: «Дважды четыре» —
У Плохого дыра на коленке всё шире!

Но совсем как у нас — и внезапно, к тому же!
Стал получше Плохой, а Хороший — похуже!
И Хороший забыл своё «Дважды один»,
А Плохой в воскресенье умытым ходил!
И Хороший забыл повторить: «Дважды два»,
А Плохой на реке отстирал рукава!
И Хороший забыл повторить: «Дважды три»,
А Плохой танцевал не до самой зари!
...Здесь должна быть МОРАЛЬ (хоть не знаю какая).
Я, наверно, писал, на себя намекая.

Стал Хорошим Плохой, а Хороший- Плохим...
Так же было со мной и сынишкой моим.
Мой сынишка припомнил своё "Дважды пять",
Ну а я - ухитрился перо потерять!

Чёрная курочка
Бумстер и Бамстер,
Трэди и Тради,
И старенький Шумстер —
СОЛИДНЫЕ ДЯДИ —
Мчались за Чёрною Курочкой вслед.
Странно! Чего это ради?

Мчались они
По лужайке соседней
(Бумстер был первый,
А Шумстер последний).
Но проскочила
Сквозь дырку в плетне
Чёрная Курочка
В садик ко мне.

«Как поживаешь?» —
Вопрос задала.
Сказал я «спасибо»,
Спросил, как дела.
Спросил: «Объясни мне,
Чего это ради
Бегут за тобой
Эти взрослые дяди?»

Хмурится, хмурится
Чёрная Курица:
«Что у людей за привычка!
Люди хотят, чтоб у них обязательно
Было на завтрак яичко!

Но будь тут сам Герцог и даже Король
Яичко я им не снесу!
Я так занята! Занята! Занята!
Я спешки такой не снесу!»

—А я не Король!
Не барон! Не маркиз!
На дерево лазаю!
Шлепаюсь вниз!
Считать я умею
До десяти!

А мне ты не хочешь
Яичко снести?

И Курочка квохчет:
«Отлично, отлично!
Но что мне в награду
Ты дашь за яичко?»

—«Спасибо» я дам
И «пожалуйста» дам.
В зверинце Слона
Покажу тебе сам!
Ещё покажу
На коленке ожог:
Я ногу сегодня
Крапивой обжёг!

И жду я ответа,
И шепчет она:
«Не надо «спасиба»,
Не надо Слона,
Но если покажешь
Крапивный ожог —
Ты завтра яичко
Получишь, дружок!»

И чёрным крылом
На горящую ногу
Махнула она,

Наклонившись к ожогу:
«От этих ожогов
Не плачут почти
Те, кто считает
До десяти!»

Проснулся я утром —
Ну и дела!
Яичко лежит
Посредине стола!
А будь я

Каким-нибудь там Королём —
Чудес не случалось бы
в доме моём!

Бумстер и Бамстер,
Трэди и Тради,
И старенький Шумстер —
СОЛИДНЫЕ ДЯДИ —
Мчались за Чёрною Курочкой вслед.
Что делать? Такая привычка!

Но Курочка ОЧЕНЬ БЫЛА ЗАНЯТА!
Но Курочка СТРАШНО БЫЛА ЗАНЯТА!
НУ ПРОСТО УЖАСНО БЫЛА ЗАНЯТА -
И МНЕ подарила яичко!

Кот Мурмур
У кошки Мурлетты сыночек Мурмурка,
Коротенький хвостик, пушистая шкурка.
И первое, что он увидел на свете,
Был огненный мех на огромной Мурлетте.
Из дому без спросу не высунет носу —
«Спрошусь-ка у мамы!» — мурлычет Мурмур.

У кошки Мурлетты сыночек Мурмурка,
Порядочный хвостик, пятнистая шкурка.
И скоро он вырос — не странно ли это? —
Таким же большим, как большая Мурлетта.
Нуждаясь в совете, бежал он к Мурлетте —
«Мы с мамой друзья», — признавался Мурмур.

У кошки Мурлетты сыночек Мурмура,
Разбойничий нрав и косматая шкура.
Он вырос огромным и рыскал по свету,
Оставив на кухне большую Мурлетту.
Забыл он, что где-то горюет Мурлетта.
«Отстань от меня!» — огрызался Мурмур.

У кошки Мурлетты сыночек Мурмур.
Он стал вроде тигра — велик чересчур!
Однажды в саду со словами привета
К нему подбежала большая Мурлетта.
«Ах, детка Мурлетка? Здорово, соседка!»
Лениво и важно промолвил Мурмур.

Пойдёмте со мной
Снова солнце взошло, чтобы греть и сиять!
Слышно море вдали (если тихо стоять)!
Восемь новых щеночков на ферме Данкросс!
А в сторожке живёт однорукий матрос!

Но ВСЕ говорят: «Марш домой!»
(Марш домой, марш домой!)

«Все мы заняты по горло, брось, 
пустого не мели!»
ВСЕ-ПРЕВСЕ твердят: «Марш домой,
Зайчик мой, голубчик!»

ЕСЛИ ПРАВДА Я ГОЛУБЧИК, 
ЧТО Ж СО МНОЙ ВЫ НЕ ПОШЛИ?

Ветер свищет над речкой, над пеной седой!
А у мельницы есть колесо под водой!
И видал я жука, что почти потонул!
И видал я, где кролик в норушку нырнул!

Но ВСЕ говорят: «Марш домой!»
(Марш домой, марш домой!)

«Да, маленький», — отвечают, а думают: «Марш домой!»
ВСЕ-ПРЕВСЕ твердят: «Марш домой,
Зайчик мой, голубчик!»

ЕСЛИ Я И ПРАВДА ЗАЙЧИК — 
ТАК ПОЙДЁМ, ПОЙДЁМ СО МНОЙ!

Песок между пальцами
Я и Кристофер Робин в ненастье и шквал
Побежали на мыс, где прибой бушевал,
И с собою нам Мама дала по монетке,
Будто можно у шквала купить по конфетке.
Там был только песок — он хлестал нас в висок,
И в глазах был песок, и меж пальцами ног.
С той поры, когда буря взревёт в небесах,
То у Робина вечно
Песчинки в глазах.

Ну а море бурлило, и ветер визжал.
Робин крепче монетку в кармане зажал,
Но когда на песчаный взбирались мы вал,
Робин подал мне руку — и не отставал.
И пока осторожно мы делали шаг,
Оставался песок на зубах и в ушах.
С той поры, когда море кричит: бух-бабах!
То у Робина вечно
Песок на зубах.

Рёв стоял над волнами, а на небе — гром,
И отчаянно чайки кричали кругом,
И пытались мы всё это перекричать,
Но ужасно устали и стали молчать.

Мы вернулись, и Мама воскликнула: «Ах!»
Потому что песок у нас был в волосах,
В башмаках, и в носках, и, конечно, в носах,
А у Папы — в усах и в карманных часах.
С той поры, как задует морской ветерок,
У нас вечно песок
Между пальцами ног.

Вишнёвое деревце
Пахарь. Слесарь.
Токарь. Пекарь.
Парикмахер. Инженер.
Ну а врач?
Скрипач?
Аптекарь?
Или —
мили-цио-нер?
А которые — танцуют? 
А которые — поют?
А Начальник Фейерверка —
 тот, кто делает салют?
А Служитель Зоопарка — 
тот, кто льву бросает кость?
А Циркач, который может 
десять стен пройти насквозь?
Ну а Фокусник с цилиндром 
и со штангою — Штангист?
Или тот, кому я хлопал 
за художественный свист?
В мире столько же занятий 
и названий для людей,
Сколько сочных красных вишенок
на вишенке моей!


Я был однажды в доме
Я был однажды в доме,
Но это был не ДОМ,
Хотя там есть и двери,
И лестница винтом,
Но только нету садика,

садика, садика,
И вовсе не похоже на ДОМ!

Я был однажды в доме,
Но это был не ДОМ,
Хоть там и дуб, и тополь
Растут в саду густом,
Но только нету вишенки,
вишенки, вишенки,
И вовсе не похоже на ДОМ!

Я был однажды в доме,
Но это был не ДОМ,
Хоть есть там сад вишнёвый
И всё бело «кругом,
Но нету птицы чёрной,
чёрной-пречёрной,
И вовсе не похоже на ДОМ!

Я был однажды в доме —
Вот настоящий ДОМ!
Там чёрный дрозд щебечет
Над белым деревцом!
Но жаль: никто не видит,
не слышит, не знает
И знать никто не хочет о том!

В темноте
Сперва был ужин,
И ел я ужин,
И съел я ужин,
И встал,

И выслушал сказку
Про Синеглазку
И про
Королевский Бал.

Потом я мылся
И чистил зубы,
Как чистил я их
Вчера.

И мне пожелали
Спокойной Ночи,
Сказали мне:
— Спать пора!
И вот я один в темноте ночной,
Совсем один. Но зато —
Я думаю САМ,
Я играю САМ,

А ещё говорю я с собою САМ,
Сам с собой говорю в темноте ночной,
И не знаете вы, про ЧТО!

А ещё я играю во что захочу,
А ещё — размышляю о чём захочу,
А ещё — хохочу над чем захочу,
Над чем — не знает никто!

Я с Кроликом болтаю.
С Луною. С Кабаном.
Во мне две сотни голосов —
В одном!

Я сплю в лесу под ёлкой.
В пещере сплю сырой.
Я говорю с Драконом —
Герой!

На правый бок... На левый бок.
На разные бока!
Эх, поиграем завтра!
Эх, погуляем завтра!

Урра-а!
ПОКА.

Сайт управляется системой uCoz

ten2x5.narod.ru

Алан Милн: Стихи от Винни-Пуха: Когда мы были еще маленькие; А теперь нам шесть


enibook.Перед вами две книги для детей Алана Милна - автора приключений самого знаменитого в мире медвежонка Винни-Пуха. Его замечательные стихи обязательно понравятся вам и вашему ребенку. Прочтите их своему малышу!
Именно в этих сборниках, который А.А. Милн написал для своего сына, впервые появился тогда ещё безымянный Винни-Пух - и с тех пор забавный медвежонок успел прославиться на весь мир: стихи и рассказы о нём и его друзьях переведены больше чем на тридцать языков.
Смешные и серьёзные, весёлые и грустные стихи А.А. Милна давно вошли в сокровищницу детской классической литературы. В книге их сопровождают прекрасные иллюстрации Э. Х. Шепарда.
Стихотворения А.А. Милна перевели-пересказали замечательные поэты: С. Маршак, М. Бородицкая, Г. Кружков, Н. Слепакова, Н. Воронель.






сейчас эти стихи выпущены одним сборником
Алан Милн: Стихи от Винни-Пуха: Когда мы были еще маленькие; А теперь нам шесть
Художник: Шепард Эрнест Хауард
Издательство: АСТ, 2015 г.
http://www.labirint.ru/books/501891/
http://my-shop.ru/shop/books/2102391

enibook.livejournal.com

Стихи А.Милна в переводе Маршака. Читать с картинками.

 

Баллада о королевском бутерброде

Король,
Его величество,
Просил ее величество,
Чтобы ее величество
Спросила у молочницы:
Нельзя ль доставить масла
На завтрак королю.

 

Придворная молочница
Сказала: — Разумеется,
Схожу,
Скажу
Корове,
Покуда я не сплю!

 

Придворная молочница
Пошла к своей корове
И говорит корове,
Лежащей на полу:

— Велели их величество
Известное количество
Отборнейшего масла
Доставить к их столу!

Ленивая корова
Ответила спросонья:
— Скажите их величествам,
Что нынче очень многие
Двуногие-безрогие
Предпочитают мармелад,
А также пастилу!

Придворная молочница
Сказала: — Вы подумайте! —
И тут же королеве
Представила доклад:

— Сто раз прошу прощения
За это предложение.
Но если вы намажете
На тонкий ломтик хлеба
Фруктовый мармелад,
Король, его величество,
Наверно, будет рад!

 

Тотчас же королева
Пошла к его величеству
И, будто между прочим,
Сказала невпопад:


— Ах да, мой друг, по поводу
Обещанного масла…
Хотите ли попробовать
На завтрак мармелад?

Король ответил:
— Глупости! —
Король сказал:
— О боже мой! —
Король вздохнул: — О господи! —
И снова лег в кровать.

 

— Еще никто, — сказал он, —
Никто меня на свете
Не называл капризным…
Просил я только масла
На завтрак мне подать!

На это королева
Сказала: — Ну, конечно! —
И тут же приказала
Молочницу позвать.


Придворная молочница
Сказала: — Ну, конечно! —
И тут же побежала
В коровий хлев опять.

 

Придворная корова
Сказала: — В чем же дело?
Я ничего дурного
Сказать вам не хотела.
Возьмите простокваши,
И молока для каши,
И сливочного масла
Могу вам тоже дать!

 

Придворная молочница
Сказала: — Благодарствуйте! —
И масло на подносе
Послала королю.

Король воскликнул: — Масло!
Отличнейшее масло!
Прекраснейшее масло!
Я так его люблю!

— Никто, никто, — сказал он
И вылез из кровати.
— Никто, никто, — сказал он,
Спускаясь вниз в халате.
— Никто, никто, — сказал он,
Намылив руки мылом.
— Никто, никто, — сказал он,
Съезжая по перилам, —


Никто не скажет, будто я
Тиран и сумасброд
За то, что к чаю я люблю
Хороший бутерброд!

 

Непослушная мама

Джеймс Джеймс
Моррисон Моррисон,
А попросту —
Маленький Джим,
Смотрел за упрямой,
Рассеянной мамой
Лучше,
Чем мама за ним.

 

Джеймс Джеймс
Говорил: — Дорогая,
Помни, что ездить одна
В город
До самого
Дальнего края
Ты без меня не должна!

 

Но очень упряма
Была его мама
(Так люди о ней говорят.)
Упрямая мама
Надела упрямо
Свой самый
Красивый наряд.

«Поеду, поеду, —
Подумала мама, —
И буду к обеду
Назад!»

Искали-искали
Пропавшую маму,
Искали три ночи,
Три дня.
Был очень
Английский король озабочен,
И свита его,
И родня.

 

Английский король
Говорил королеве:
— Ну, кто же из нас виноват,
Что многие мамы
Ужасно упрямы
И ездят одни, без ребят?

Я знаю, —
Сказал он, —
Ту площадь в столице,
Где мой расположен дворец.
Но в нашей столице
Легко заблудиться,
Попав
В отдаленный конец!

 

Джеймс Джеймс
Моррисон Моррисон,
А попросту —
Маленький Джим,
Смотрел за упрямой,
Рассеянной мамой
Лучше, чем мама за ним.

 

Но вот отыскалась
Пропавшая мама,
С дороги
Пришла от нее телеграмма,
В которой писала она:
«Целую, здорова,
И — честное слово —
Не буду я ездить
Одна!»

У Тимофея-Тима

У Тимофея-Тима
На ножках десять пальцев.
Чулки на десять пальцев
Натягивает Тим,
Натянет и сапожки
И новые галошки,
И весь десяток пальцев
Гулять уходит с ним.

 

У Тима-Тимофия
На ручках десять пальцев,
И делают все пальцы,
Что им прикажет Тим.
Он сунет их в перчатки
На меховой подкладке —
И десять пальцев в прятки
Зимой играют с ним.

У Тимофея-Тима
Два синих-синих глаза.
Они всегда смеются,
Когда смеется Тим.
А если мальчик болен
Иль чем-то недоволен,
То сразу
Оба глаза
Заплачут вместе с ним.

У Тима-Тимофея
На ручках десять пальцев,
На ножках десять пальцев,
А голова одна.

Когда, зевая сладко,
Ложится он в кроватку —
На мягкую подушку
Ложится и она.

У окна

Вот две капли дождевые
На стекле. Они живые.

 

Кто скорей домчится вниз,
Та получит первый приз.

 

Каждой капле дал я имя:
Это — Джонни, это — Джимми.

 

Первым в путь пустился Джим.
Джон покуда недвижим.

 

Джим немножко тяжелее,
Но за Джона я болею.

 

С места сдвинулся и он.
Поторапливайся, Джон!

 

Джим вперед летит без страха.
Джон ползет, как черепаха.

 

Но и Джим застрял в пути —
Должен муху обойти.

 

Джон догнал в дороге Джима
И спокойно мчится мимо,

 

Но и Джим неутомим —
Нажимает снова Джим,

 

Вниз несется что есть духу,
Налетел опять на муху.

 

Джон его и обогнал.
Молодец! Я так и знал.

Но изчез он, словно не был…
Тут и солнце вышло в небо!

 

Гоп-гоп

Мой Робин не ходит,
Как люди,-
Топ-топ,-
А мчится вприпрыжку,
Галопом —
Гоп-гоп!

 

Он мчится вприпрыжку,
Галопом — гоп-гоп!
И если гуляем мы вместе,
Напрасно в пути
Я кричу ему: «Стоп!»-
Не может стоять он на месте.

 

А если бы Робин
Не прыгал в пути,
Шагов десяти
Он не мог бы пройти
И скоро бы снова
Пустился в галоп —
Гоп!
Гоп!
Гоп!

 

Хвосты


У льва есть хвост — могучий, длинный,
А у осла есть хвост ослиный.
У кошки хвост и у коня,
Но нет у вас и у меня.

 

Когда я буду именинник,
Куплю я хвостик за полтинник.
Мне продавец измерит рост
И подберет отличный хвост.

Скажу я льву, киту, верблюду:
— Я вам завидовать не буду.
Смотрите, — с нынешнего дня
Завелся хвост и у меня!

Вежливость


Когда я родных
И знакомых встречаю,
Я кланяюсь,
Шляпу сорвав с головы,
И вежливо
Всем на вопрос отвечаю:
— Большое спасибо.
Прекрасно. А вы?

 

Но знаете,
Взрослые дяди и тети,
Я мог бы счастливее
Жить-поживать,
Когда бы любезный
Вопрос «Как живете?»
Никто мне при встрече
Не стал задавать!

 

(Илл.Е.Мешкова, изд. Детская литература, Москва, 1985 г.)

 

knizhka-malishka.ru

Непослушная мама | Детские рассказы

Алан Александр Милн

Стихи

(в переводе Самуила Маршака)

Непослушная мама

Джеймс Джеймс

Моррисон Моррисон,

А попросту – Маленький Джим,

Смотрел за упрямой,

Рассеянной мамой

Лучше,

Чем мама за ним.

Джеймс Джеймс

Говорил: – Дорогая,

Помни, что ездить одна

В город

До самого

Дальнего края

Ты без меня не должна! –

Но очень упряма

Была его мама.

(Так люди о ней говорят.)

Упрямая мама

Надела упрямо

Свой самый

Красивый наряд.

«Поеду, поеду, –

Подумала мама, –

И буду к обеду

Назад!»

Король

Объявленье велел написать

И вывесить

Там, где надо:

«Пропала,

Ушла

Иль украдена мать,

И тем, кто сумеет

Её отыскать,

Сто золотых награда!»

Искали-искали

Пропавшую маму,

Искали три ночи,

Три дня.

Был очень

Английский король озабочен,

И свита его,

И родня.

Английский король

Говорил королеве:

– Ну кто же из нас виноват,

Что многие мамы

Ужасно упрямы

И ездят одни, без ребят?

Я знаю, –

Сказал он, –

Ту площадь в столице,

Где мой расположен дворец.

Но в нашей столице

Легко заблудиться,

Попав

В отдалённый конец!

Джеймс Джеймс

Моррисон Моррисон,

А попросту – Маленький Джим,

Смотрел за упрямой,

Рассеянной мамой

Лучше, чем мама за ним.

Он очень скучал

По уехавшей маме.

– Но чья, – говорил он, – вина

Что бедная мама

Решила упрямо

Куда-то поехать одна?…

Но вот отыскалась

Пропавшая мама.

С дороги

Пришла от неё телеграмма

В которой писала она:

«Целую, здорова,

И – честное слово –

Не буду я ездить

Одна!»

xn--80aavk2aha7f.xn--d1acj3b

Стихи А.Милна в переводе Маршака, читать детям онлайн

Баллада о королевском бутерброде

Король,
Его величество,
Просил ее величество,
Чтобы ее величество
Спросила у молочницы:
Нельзя ль доставить масла
На завтрак королю.

Придворная молочница
Сказала: — Разумеется,
Схожу,
Скажу
Корове,
Покуда я не сплю!

Придворная молочница
Пошла к своей корове
И говорит корове,
Лежащей на полу:

— Велели их величество
Известное количество
Отборнейшего масла
Доставить к их столу!

Ленивая корова
Ответила спросонья:
— Скажите их величествам,
Что нынче очень многие
Двуногие-безрогие
Предпочитают мармелад,
А также пастилу!

Придворная молочница
Сказала: — Вы подумайте! —
И тут же королеве
Представила доклад:

— Сто раз прошу прощения
За это предложение.
Но если вы намажете
На тонкий ломтик хлеба
Фруктовый мармелад,
Король, его величество,
Наверно, будет рад!

Тотчас же королева
Пошла к его величеству
И, будто между прочим,
Сказала невпопад:


— Ах да, мой друг, по поводу
Обещанного масла…
Хотите ли попробовать
На завтрак мармелад?

Король ответил:
— Глупости! —
Король сказал:
— О боже мой! —
Король вздохнул: — О господи! —
И снова лег в кровать.

— Еще никто, — сказал он, —
Никто меня на свете
Не называл капризным…
Просил я только масла
На завтрак мне подать!

На это королева
Сказала: — Ну, конечно! —
И тут же приказала
Молочницу позвать.


Придворная молочница
Сказала: — Ну, конечно! —
И тут же побежала
В коровий хлев опять.

Придворная корова
Сказала: — В чем же дело?
Я ничего дурного
Сказать вам не хотела.
Возьмите простокваши,
И молока для каши,
И сливочного масла
Могу вам тоже дать!

Придворная молочница
Сказала: — Благодарствуйте! —
И масло на подносе
Послала королю.

Король воскликнул: — Масло!
Отличнейшее масло!
Прекраснейшее масло!
Я так его люблю!

— Никто, никто, — сказал он
И вылез из кровати.
— Никто, никто, — сказал он,
Спускаясь вниз в халате.
— Никто, никто, — сказал он,
Намылив руки мылом.
— Никто, никто, — сказал он,
Съезжая по перилам, —


Никто не скажет, будто я
Тиран и сумасброд
За то, что к чаю я люблю
Хороший бутерброд!

Непослушная мама

Джеймс Джеймс
Моррисон Моррисон,
А попросту —
Маленький Джим,
Смотрел за упрямой,
Рассеянной мамой
Лучше,
Чем мама за ним.

Джеймс Джеймс
Говорил: — Дорогая,
Помни, что ездить одна
В город
До самого
Дальнего края
Ты без меня не должна!

Но очень упряма
Была его мама
(Так люди о ней говорят.)
Упрямая мама
Надела упрямо
Свой самый
Красивый наряд.

«Поеду, поеду, —
Подумала мама, —
И буду к обеду
Назад!»

Искали-искали
Пропавшую маму,
Искали три ночи,
Три дня.
Был очень
Английский король озабочен,
И свита его,
И родня.

Английский король
Говорил королеве:
— Ну, кто же из нас виноват,
Что многие мамы
Ужасно упрямы
И ездят одни, без ребят?

Я знаю, —
Сказал он, —
Ту площадь в столице,
Где мой расположен дворец.
Но в нашей столице
Легко заблудиться,
Попав
В отдаленный конец!

Джеймс Джеймс
Моррисон Моррисон,
А попросту —
Маленький Джим,
Смотрел за упрямой,
Рассеянной мамой
Лучше, чем мама за ним.

Но вот отыскалась
Пропавшая мама,
С дороги
Пришла от нее телеграмма,
В которой писала она:
«Целую, здорова,
И — честное слово —
Не буду я ездить
Одна!»

У Тимофея-Тима

У Тимофея-Тима
На ножках десять пальцев.
Чулки на десять пальцев
Натягивает Тим,
Натянет и сапожки
И новые галошки,
И весь десяток пальцев
Гулять уходит с ним.

У Тима-Тимофия
На ручках десять пальцев,
И делают все пальцы,
Что им прикажет Тим.
Он сунет их в перчатки
На меховой подкладке —
И десять пальцев в прятки
Зимой играют с ним.

У Тимофея-Тима
Два синих-синих глаза.
Они всегда смеются,
Когда смеется Тим.
А если мальчик болен
Иль чем-то недоволен,
То сразу
Оба глаза
Заплачут вместе с ним.

У Тима-Тимофея
На ручках десять пальцев,
На ножках десять пальцев,
А голова одна.

Когда, зевая сладко,
Ложится он в кроватку —
На мягкую подушку
Ложится и она.

У окна

Вот две капли дождевые
На стекле. Они живые.

Кто скорей домчится вниз,
Та получит первый приз.

Каждой капле дал я имя:
Это — Джонни, это — Джимми.

Первым в путь пустился Джим.
Джон покуда недвижим.

Джим немножко тяжелее,
Но за Джона я болею.

С места сдвинулся и он.
Поторапливайся, Джон!

Джим вперед летит без страха.
Джон ползет, как черепаха.

Но и Джим застрял в пути —
Должен муху обойти.

Джон догнал в дороге Джима
И спокойно мчится мимо,

Но и Джим неутомим —
Нажимает снова Джим,

Вниз несется что есть духу,
Налетел опять на муху.

Джон его и обогнал.
Молодец! Я так и знал.

Но изчез он, словно не был…
Тут и солнце вышло в небо!

Гоп-гоп

Мой Робин не ходит,
Как люди,-
Топ-топ,-
А мчится вприпрыжку,
Галопом —
Гоп-гоп!

Он мчится вприпрыжку,
Галопом — гоп-гоп!
И если гуляем мы вместе,
Напрасно в пути
Я кричу ему: «Стоп!»-
Не может стоять он на месте.

А если бы Робин
Не прыгал в пути,
Шагов десяти
Он не мог бы пройти
И скоро бы снова
Пустился в галоп —
Гоп!
Гоп!
Гоп!

Хвосты


У льва есть хвост — могучий, длинный,
А у осла есть хвост ослиный.
У кошки хвост и у коня,
Но нет у вас и у меня.

Когда я буду именинник,
Куплю я хвостик за полтинник.
Мне продавец измерит рост
И подберет отличный хвост.

Скажу я льву, киту, верблюду:
— Я вам завидовать не буду.
Смотрите, — с нынешнего дня
Завелся хвост и у меня!

Вежливость


Когда я родных
И знакомых встречаю,
Я кланяюсь,
Шляпу сорвав с головы,
И вежливо
Всем на вопрос отвечаю:
— Большое спасибо.
Прекрасно. А вы?

Но знаете,
Взрослые дяди и тети,
Я мог бы счастливее
Жить-поживать,
Когда бы любезный
Вопрос «Как живете?»
Никто мне при встрече
Не стал задавать!

(Илл.Е.Мешкова, изд. Детская литература, Москва, 1985 г.)

deti-skazki.ru

Читать Я был однажды в доме - Милн Алан Александр - Страница 1

Алан Александр Милн

Я был однажды в доме

Стихи для детей

ПОЙДЕМТЕ СО МНОЮ!

Так зазывает нас в свой мир английский мальчик Кристофер Робин, герой многих книг поэта Алана Александра Милна. Милн написал свои книги о Кристофере Робине уже давно, в 20-30-х годах нашего века. И Кристофер Робин — ваш давнишний знакомый, ребята. Правда, вы ещё лучше знаете одного из его верных друзей, который прославился на весь мир несмотря на то, что в голове у него были всего лишь опилки. Да, да, вы правы: я говорю о знаменитом Винни-Пухе, преданном спутнике Кристофера Робина. Мальчик горячо любил своего медвежонка и удостоил его громким именем Винни-Пух, сэр Медведь!

Но Кристофер Робин подрастал, и поэт Милн писал всё новые и новые стихи о его приключениях и о его новых друзьях, взаправдашних и сказочных.

Эти стихи вошли в несколько поэтических книжек А. А. Милна, например «Когда мы были совсем маленькими» и «Теперь нам шесть».

Поэт Милн пишет эти стихи как бы от имени самого Кристофера Робина, хорошо понимая, что он чувствует и о чём думает.

Дело в том, что многие поэты (и Милн тоже) отлично помнят своё собственное детство и даже, можно сказать, навсегда остаются в душе детьми, бесконечно удивлёнными огромным миром, который им предстоит узнать. Именно поэтому они так хорошо понимают своих маленьких читателей, а те именно за это и любят своих поэтов.

Но что же особенного в Кристофере Робине? Почему даже теперь, через пятьдесятшестьдесят лет, нам интересно читать о детстве мальчика, который сейчас — ровесник наших дедушек?

Дело в том, что с Кристофером Робином никому и никогда не бывало скучно.

Почему? Потому что ему самому никогда и нигде не бывало скучно.

Как же так, спросите вы?

Этот мальчик должен был очень скучать. Ведь в его детстве ещё не было звукового цветного кино, телевизора с мультиками, сказок по телефону.

Кристоферу и его ровесникам настоящим чудом техники казались первые, ещё довольно неуклюжие, аэропланы и дирижабли, их заветной спортивной мечтой был всегонавсего велосипед.

Ни один из них не летал на самолёте, а уж о полётах в космос и слыхом не слыхивал. Редко-редко удавалось Кристоферу Робину посмотреть в маленьком кинотеатрике коротенькие, однообразно стрекочущие ленты первых кинофильмов (а специальных фильмов для детей тогда и вовсе не снимали).

Итак, представьте себе мальчика, родители которого куда-то ушли по своим Взрослым и Важным делам (им некогда отвечать на бесконечные и часто очень трудные вопросы сына), телевизора в доме нет и в помине, а телефон, как уже говорилось, ещё не научился вовремя угостить мальчика сказкой.

Ну как тут не заскучать?

И всё же Кристофер Робин не скучал.

У него, как и у вас, была волшебная палочка — фантазия.

Он взмахивал ею — и мгновенно возникала сказка, непонятно откуда, неизвестно из чего. Кристофер Робин знал, как обращаться с этим инструментом.

Он умел внезапно остановиться на бегу, внимательно оглядеться по сторонам, заговорить с плюшевым медвежонком, с чёрной курочкой, с солнцем, качелями, с каким-нибудь Сашкой-Букашкой, больше похожим на спичку, чем на жучка.

Он умел посмеяться над смешным, погрустить над печальным, усмехнуться самому себе в зеркало, если замечал, что скроил чересчур уж Мудрую и Глубокомысленную рожицу.

И сказка начинала строиться.

Смотрите, как обстоятельно, как дотошно строит маленький герой Милна сказочный дом, в котором ему хотелось бы жить.

Вот добротный дом с широкой дверью, с винтовой лестницей из холла наверх, в комнаты.

Возле дома нет садика, и этот дом никак не подходит Кристоферу какой же это дом!

А вот другой дом, окружённый садом с дубами и тополями.

Но среди них нету белой цветущей вишенки, и этот дом тоже не годится нашему привереде.

Правда, однажды он был в доме, окружённом цветущим вишнёвым садом.

Казалось бы, чего ещё можно желать? Но в этом саду не кружилась над белым вишнёвым деревцом чёрная-чёрная птица, а значит, это нам тоже не подойдёт, никакой это не Дом!

Нам нужен Дом, возле которого над белой вишенкой, щебеча, вьётся чёрный дрозд! Почему чёрный? Чтобы было виднее на белом, чтобы было ярко, необычно, чтобы всё наполнилось вишнёвым ароматом и птичьим свистом, чтобы Сказка дохнула в лицо!

Вот настоящий Сказочный Дом! И, как положено, Дом этот загадочный, таинственный, о нём никто, кроме мальчика, не знает и, больше того, даже знать не хочет! Ведь Взрослые из-за своих Важных Дел часто бывают такими невнимательными!

В сказках, которые создаёт Кристофер Робин (то есть Алан Александр Милн), множество фантастических персонажей и небывалых событий. Но Кристофер Робин — мальчик приметливый, памятливый. Он уже разбирается, что хорошо, что плохо. Конечно, Кристофер Робин знает, что домашний Котёнок не может вырасти до размеров Тигра, чтобы с высоты своего роста презрительно пофыркивать на свою маму кошку. Он знает, что есть на свете и чёрствые, неблагодарные люди, от которых лучше держаться подальше.

Конечно, Кристофер Робин понимает, что Моряк, заброшенный на необитаемый остров, не станет задумывать сразу тысячу необходимых дел, чтобы так и не понять, с которого же начинать, и потому в безделье ждать спасителей. Но мальчик знает, что на месте этого суетливого, запутавшегося Моряка он был бы собраннее.

Он знает, что Чёрная Курочка не снесёт ему яичка ни за «спасибо», ни за «пожалуйста», ни даже за обещание показать ей Слона в зоопарке, тем более что Курочка ужасно занята и отказывается снести яичко даже самому Герцогу или Королю. Мальчик уже настолько разбирается в тонкостях человеческих отношений, что понимает: самое драгоценное на свете — это дружеское доверие. И он доверчиво показывает Курочке место, где у него болит: ногу, обожжённую крапивой. И получает за это облегчающее боль дуновение чёрного крыла, ласковое слово, а на следующее утро — яичко, которое ни один Король не купит ни за деньги, ни за щедрые дары.

Так вот и живёт, так вот и будет жить на свете маленький Кристофер Робин, постоянно превращая правду — в сказку, а сказку — в правду. Он показывает нам, что человеку не должно быть скучно, когда он наедине с самим собой, что он может обойтись без внешних развлечений и потех. Наоборот! Когда ты один, мир вокруг кажется ещё таинственней и заманчивей! Ещё легче, когда никто не мешает, управляться с волшебной палочкой фантазии и поэзии, которая есть у каждого и которую когда-то вручил Кристоферу Робину написавший о нём замечательный детский английский поэт А. А. Милн.

И вот я один в темноте ночной,

Совсем один. Но зато

Я думаю САМ,

Я играю САМ,

А ещё говорю я с собою САМ,

Сам с собой говорю в темноте ночной,

И не знаете вы, про ЧТО!

А ещё я играю во что захочу,

А ещё — размышляю о чём захочу,

А ещё — хохочу над чем захочу,

Над чем — не знает никто!

Нонна Слепакова

ВОЛШЕБНИК

Непонятный старик в этом доме живет.

Бородища его до земли достаёт…

Хоть бы раз повстречался он мне у ворот

Самый-самый волшебник на свете!

Целый день он толкует с Лиловым Котом,

Объяснит ему Это, расспросит о Том,

Он Бессонный Колпак надевает потом,

Чтоб работать всю ночь в кабинете.

Он стремится придумать Волшебный Закон,

Чтоб однажды воскликнуть:

«Послушай-ка, Джон!

Книжный шкаф — это слон!»

И появится слон!

А диван превратится в верблюда!

Он давно бы закончил работу, но вот

Мы шалим — и работа насмарку идёт,

И опять он не спит и всю ночь напролёт

Создаёт

Настоящее Чудо!

online-knigi.com

«Я был однажды в доме» – читать

Алан Милн

Алан Александр Милн

Я БЫЛ ОДНАЖДЫ В ДОМЕ

Стихи для детей

Веселые озорные стихи известного английского поэта и писателя, так полюбившегося советским детям по книге "Винни-Пух и все-все-все".

Перевела с английского Нонна Слепакова

СОДЕРЖАНИЕ:

С. 5-10: Нонна Слепакова. Пойдемте со мною! С. 13-15: Волшебник С. 16: Счастливец С. 17-18: Раздумье С. 19-20: Наедине с собой С. 21-22: На полпути С. 23-24: Качельная песенка С. 25-28: В зоопарке С. 29-30: Меховой медведь С. 31-34: Рыцари и дамы С. 35-40: Я был однажды в доме С. 41-46: Три лисички С. 47-50: Кот Мурмур С. 51-58: Дважды С. 59-64: Деловитый моряк С. 65-72: Черная Курочка С. 73-82: Король и Бродяга С. 83-88: Королевский дворец С. 89-94: На рынке С. 95-96: Вишневое деревце С. 97-98: Утренняя прогулка С. 99-100: Пойдемте со мною! С. 101-104: Песок между пальцами С. 105-106: В конце пути С. 107-109: В темноте

ПОЙДЕМТЕ СО МНОЮ!

Так зазывает нас в свой мир английский мальчик Кристофер Робин, герой многих книг поэта Алана Александра Милна. Милн написал свои книги о Кристофере Робине уже давно, в 20-30-х годах нашего века. И Кристофер Робин - ваш давнишний знакомый, ребята. Правда, вы ещё лучше знаете одного из его верных друзей, который прославился на весь мир несмотря на то, что в голове у него были всего лишь опилки. Да, да, вы правы: я говорю о знаменитом Винни-Пухе, преданном спутнике Кристофера Робина. Мальчик горячо любил своего медвежонка и удостоил его громким именем Винни-Пух, сэр Медведь!

Но Кристофер Робин подрастал, и поэт Милн писал всё новые и новые стихи о его приключениях и о его новых друзьях, взаправдашних и сказочных.

Эти стихи вошли в несколько поэтических книжек А. А. Милна, например "Когда мы были совсем маленькими" и "Теперь нам шесть".

Поэт Милн пишет эти стихи как бы от имени самого Кристофера Робина, хорошо понимая, что он чувствует и о чём думает.

Дело в том, что многие поэты (и Милн тоже) отлично помнят своё собственное детство и даже, можно сказать, навсегда остаются в душе детьми, бесконечно удивлёнными огромным миром, который им предстоит узнать. Именно поэтому они так хорошо понимают своих маленьких читателей, а те именно за это и любят своих поэтов.

Но что же особенного в Кристофере Робине? Почему даже теперь, через пятьдесятшестьдесят лет, нам интересно читать о детстве мальчика, который сейчас - ровесник наших дедушек?

Дело в том, что с Кристофером Робином никому и никогда не бывало скучно.

Почему? Потому что ему самому никогда и нигде не бывало скучно.

Как же так, спросите вы?

Этот мальчик должен был очень скучать. Ведь в его детстве ещё не было звукового цветного кино, телевизора с мультиками, сказок по телефону.

Кристоферу и его ровесникам настоящим чудом техники казались первые, ещё довольно неуклюжие, аэропланы и дирижабли, их заветной спортивной мечтой был всегонавсего велосипед.

Ни один из них не летал на самолёте, а уж о полётах в космос и слыхом не слыхивал. Редко-редко удавалось Кристоферу Робину посмотреть в маленьком кинотеатрике коротенькие, однообразно стрекочущие ленты первых кинофильмов (а специальных фильмов для детей тогда и вовсе не снимали).

Итак, представьте себе мальчика, родители которого куда-то ушли по своим Взрослым и Важным делам (им некогда отвечать на бесконечные и часто очень трудные вопросы сына), телевизора в доме нет и в помине, а телефон, как уже говорилось, ещё не научился вовремя угостить мальчика сказкой.

Ну как тут не заскучать?

И всё же Кристофер Робин не скучал.

У него, как и у вас, была волшебная палочка - фантазия.

Он взмахивал ею - и мгновенно возникала сказка, непонятно откуда, неизвестно из чего. Кристофер Робин знал, как обращаться с этим инструментом.

Он умел внезапно остановиться на бегу, внимательно оглядеться по сторонам, заговорить с плюшевым медвежонком, с чёрной курочкой, с солнцем, качелями, с каким-нибудь Сашкой-Букашкой, больше похожим на спичку, чем на жучка.

Он умел посмеяться над смешным, погрустить над печальным, усмехнуться самому себе в зеркало, если замечал, что скроил чересчур уж Мудрую и Глубокомысленную рожицу.

И сказка начинала строиться.

Смотрите, как обстоятельно, как дотошно строит маленький герой Милна сказочный дом, в котором ему хотелось бы жить.

Вот добротный дом с широкой дверью, с винтовой лестницей из холла наверх, в комнаты.

Возле дома нет садика, и этот дом никак не подходит Кристоферу какой же это дом!

А вот другой дом, окружённый садом с дубами и тополями.

Но среди них нету белой цветущей вишенки, и этот дом тоже не годится нашему привереде.

Правда, однажды он был в доме, окружённом цветущим вишнёвым садом.

Казалось бы, чего ещё можно желать? Но в этом саду не кружилась над белым вишнёвым деревцом чёрная-чёрная птица, а значит, это нам тоже не подойдёт, никакой это не Дом!

Нам нужен Дом, возле которого над белой вишенкой, щебеча, вьётся чёрный дрозд! Почему чёрный? Чтобы было виднее на белом, чтобы было ярко, необычно, чтобы всё наполнилось вишнёвым ароматом и птичьим свистом, чтобы Сказка дохнула в лицо!

Вот настоящий Сказочный Дом! И, как положено, Дом этот загадочный, таинственный, о нём никто, кроме мальчика, не знает и, больше того, даже знать не хочет! Ведь Взрослые из-за своих Важных Дел часто бывают такими невнимательными!

В сказках, которые создаёт Кристофер Робин (то есть Алан Александр Милн), множество фантастических персонажей и небывалых событий. Но Кристофер Робин - мальчик приметливый, памятливый. Он уже разбирается, что хорошо, что плохо. Конечно, Кристофер Робин знает, что домашний Котёнок не может вырасти до размеров Тигра, чтобы с высоты своего роста презрительно пофыркивать на свою маму кошку. Он знает, что есть на свете и чёрствые, неблагодарные люди, от которых лучше держаться подальше.

Конечно, Кристофер Робин понимает, что Моряк, заброшенный на необитаемый остров, не станет задумывать сразу тысячу необходимых дел, чтобы так и не понять, с которого же начинать, и потому в безделье ждать спасителей. Но мальчик знает, что на месте этого суетливого, запутавшегося Моряка он был бы собраннее.

Он знает, что Чёрная Курочка не снесёт ему яичка ни за "спасибо", ни за "пожалуйста", ни даже за обещание показать ей Слона в зоопарке, тем более что Курочка ужасно занята и отказывается снести яичко даже самому Герцогу или Королю. Мальчик уже настолько разбирается в тонкостях человеческих отношений, что понимает: самое драгоценное на свете - это дружеское доверие. И он доверчиво показывает Курочке место, где у него болит: ногу, обожжённую крапивой. И получает за это облегчающее боль дуновение чёрного крыла, ласковое слово, а на следующее утро - яичко, которое ни один Король не купит ни за деньги, ни за щедрые дары.

Так вот и живёт, так вот и будет жить на свете маленький Кристофер Робин, постоянно превращая правду - в сказку, а сказку - в правду. Он показывает нам, что человеку не должно быть скучно, когда он наедине с самим собой, что он может обойтись без внешних развлечений и потех. Наоборот! Когда ты один, мир вокруг кажется ещё таинственней и заманчивей! Ещё легче, когда никто не мешает, управляться с волшебной палочкой фантазии и поэзии, которая есть у каждого и которую когда-то вручил Кристоферу Робину написавший о нём замечательный детский английский поэт А. А. Милн.

И вот я один в темноте ночной,

Совсем один. Но зато

Я думаю САМ,

Я играю САМ,

А ещё говорю я с собою САМ,

Сам с собой говорю в темноте ночной,

И не знаете вы, про ЧТО!

А ещё я играю во что захочу,

А ещё - размышляю о чём захочу,

А ещё - хохочу над чем захочу,

Над чем - не знает никто!

Нонна Слепакова

ВОЛШЕБНИК

Непонятный старик в этом доме живет.

Бородища его до земли достаёт...

Хоть бы раз повстречался он мне у ворот

Самый-самый волшебник на свете!

Целый день он толкует с Лиловым Котом,

Объяснит ему Это, расспросит о Том,

Он Бессонный Колпак надевает потом,

Чтоб работать всю ночь в кабинете.

Он стремится придумать Волшебный Закон,

Чтоб однажды воскликнуть:

"Послушай-ка, Джон!

Книжный шкаф - это слон!"

И появится слон!

А диван превратится в верблюда!

Он давно бы закончил работу, но вот

Мы шалим - и работа насмарку идёт,

И опять он не спит и всю ночь напролёт

Создаёт

Настоящее Чудо!

СЧАСТЛИВЕЦ

Джон носит

Боль-шущий

Прорезиненный

Портфель,

Джон носит

Боль-шущий

Прорезиненный

Колпак,

Джон ходит

В боль-шущем

Прорезиненном

Плаще.

"Так вот,

Молвил Джонни,

Вот так

И вообще!"

РАЗДУМЬЕ

Если б я был Джоном, а мною - Джон,

Если б я был младшим, а старшим - он,

Если б Джон был мною, а Джоном - я,

То ему не налезла бы куртка моя!

НАЕДИНЕ С СОБОЙ

Есть дом, и он всегда при мне,

Я в нём с собой наедине.

Когда мне тоскливо бывает,

Меня этот дом укрывает.

Там не услышишь слова "нет",

Хоть проживи там десять лет.

Не слыхать ничего,

Не видать никого,

За исключеньем меня самого!

НА ПОЛПУТИ

Посередине лестницы,

Посередине ровно,

Ступенька есть волшебная,

Ступенька зачарованная.

Посередине лестницы

Я сяду на ступеньку,

И думать про ступеньку

Начну я помаленьку:

на полпути

до верха!

Я

на полдороге

вниз!

Ни на улице - ни дома,

Словно в воздухе повис!

Не могу найти ответа

Помогите мне в беде!

ГДЕ ЖЕ Я?

Наверно, ГДЕ-ТО?

Или ГДЕ-НИБУДЬ НИГДЕ?"

КАЧЕЛЬНАЯ ПЕСЕНКА

На качелях легко

Я взлетаю всё выше:

До меня далеко

Чердаку или крыше!

Вижу дуба вершину

И поле вдали:

Я, наверное, стал

Властелином земли!

И владыкой небес

Я бы стал в самом деле,

Если б выше немного

Взлетели качели!

Ах, ещё бы минута

И к солнцу взвились!

Но они почему-то

Спускаются вниз...

В ЗООПАРКЕ

Там были верблюды и тигры - там было на что посмотреть!

Там зубро- и бубро-бизоны и очень крылатый медведь!

Там плавают липопотамы и многосороги стоят

НО БУЛКУ Я СРАЗУ ЖЕ ОТДАЛ СЛОНУ, КОГДА Я ПРИШЁЛ

В ЗООСАД!

Там рыси, и крыси, и брыси, и сладкий МОРОЖЕНЫЙ ДОМ,

Там есть Австралийский, Полярный, а также Индийский с хвостом,

Там ползает что-то такое, про что "фрикадил" говорят

НО БУЛКУ Я СРАЗУ ЖЕ ОТДАЛ СЛОНУ, КОГДА Я ПРИШЁЛ

В ЗООСАД!

Не стоит беседовать с бубром - он просто тебя не поймёт,

Руки не давай неопарду - он руку тебе не пожмет,

А львы - точно так же, как тигры, - здороваясь, грозно рычат

Я СНОВА ОТДАМ СВОЮ БУЛКУ СЛОНУ, КОГДА Я ПРИДУ

В ЗООСАД!

МЕХОВОЙ МЕДВЕДЬ

А если б, как медведь,

Я мехом весь оброс

Не стал бы я смотреть

На снег и на мороз!

Морозно или вьюжно,

Метельно или снежно

Тревожиться не нужно,

Когда одет медвежно!

Я ходил бы в большом меховом башлыке,

В меховых рукавицах (на каждой руке),

И в большом меховом пиджаке (на боках),

И в больших меховых сапогах (на ногах).

Меховым одеялом укрыт с головой,

Всю бы зиму в постели я спал меховой!

РЫЦАРИ И ДАМЫ

Картинки в книжках говорят:

Вот едет рыцарей отряд,

Храня порядок боевой,

По старым плитам мостовой.

И дамы в платьях голубых

Глядят на рыцарей своих

И улыбаются слегка...

Так было в Средние Века.

... Гляжу в окно. Стоит зима.

По склону дальнего холма

Шагает ёлок тёмный строй,

Храня порядок боевой.

Они суровы и стройны,

Точь-в-точь герои старины,

И голубые небеса

Глядят на тёмные леса.

И я волнуюсь каждый раз:

А вдруг теперь, а вдруг сейчас

Увижу рыцаря в броне,

Верхом на рыцарском коне?

Наверно, нет... А если - да?

Не угадать вам никогда!

Я БЫЛ ОДНАЖДЫ В ДОМЕ

Я был однажды в доме,

Но это был не ДОМ,

Хотя там есть и двери,

И лестница винтом,

Но только нету садика,

садика, садика,

И вовсе не похоже на ДОМ!

Я был однажды в доме,

Но это был не ДОМ,

Хоть там и дуб, и тополь

Растут в саду густом,

Но только нету вишенки,

вишенки, вишенки,

И вовсе не похоже на ДОМ!

Я был однажды в доме,

Но это был не ДОМ,

Хоть есть там сад вишневый

И все бело кругом,

Но нету птицы черной,

черной-пречерной,

И вовсе не похоже на ДОМ!

Я был однажды в доме

Вот настоящий ДОМ!

Там чёрный дрозд щебечет

Над белым деревцом!

Но жаль: никто не видит,

не слышит, не знает

И знать никто не хочет о том!

ТРИ ЛИСИЧКИ

Честь имею вам представить трёх лисичек из лесочка.

Ни одной у них рубашки, ни единого чулочка,

Только есть у них коробка, а в коробке три платочка,

Носовые три платочка.

Вот и всё. На этом точка!

Ни одной у них подушки, ни одной у них кроватки,

Но зато они с мышами поутру играют в прятки,

Через лес они несутся, и у них сверкают пятки

Эти игры у лисичек вместо утренней зарядки.

В магазин совсем не ходят три весёлые подружки,

А охотятся (на речке) и рыбачат (на опушке),

И однажды на рыбалке им попались три кукушки,

И однажды на охоте им попались три лягушки.

Вот пошли они на праздник, получили там награду:

Три котлетки, три конфетки, триста плиток шоколаду.

На слоне они катались и смеялись до упаду,

После сели на качели и качались до упаду!

Вот и всё, что мне известно про лисичек из лесочка,

У которых ни кроватки, ни рубашки, ни чулочка,

У которых есть коробка, а в коробке три платочка,

Носовые три платочка.

Сказка вся. На этом точка.

КОТ МУРМУР

У кошки Мурлетты сыночек Мурмурка,

Коротенький хвостик, пушистая шкурка.

И первое, что он увидел на свете,

Был огненный мех на огромной Мурлетте.

Из дому без спросу не высунет носу

"Спрошусь-ка у мамы!" - мурлычет Мурмур.

У кошки Мурлетты сыночек Мурмурка,

Порядочный хвостик, пятнистая шкурка.

И скоро он вырос - не странно ли это?

Таким же большим, как большая Мурлетта.

Нуждаясь в совете, бежал он к Мурлетте

"Мы с мамой друзья", - признавался Мурмур.

У кошки Мурлетты сыночек Мурмура,

Разбойничий нрав и косматая шкура.

Он вырос огромным и рыскал по свету,

Оставив на кухне большую Мурлетту.

Забыл он, что где-то горюет Мурлетта.

"Отстань от меня!" - огрызался Мурмур.

У кошки Мурлетты сыночек Мурмур.

Он стал вроде тигра - велик чересчур!

Однажды в саду со словами привета

К нему подбежала большая Мурлетта.

"Ах, детка Мурлетка? Здорово, соседка!"

Лениво и важно промолвил Мурмур.

ДВАЖДЫ

Жили два медвежонка в чащобе глухой,

И один был Хороший, другой был Плохой,

И Хороший твердил свое: "Дважды один",

А Плохой постоянно немытым ходил.

Они спали в траве, если день был погожий,

И один был Плохой, а другой был Хороший,

И Хороший Медведь повторял: "Дважды два",

А Плохой бутерброды пихал в рукава.

Они спали в дупле, если ветер был вьюжный,

И один был Послушный, другой Непослушный,

И Хороший Медведь повторял: "Дважды три",

А Плохой танцевал до вечерней зари.

Если Мама предложит им сладкого чаю,

Скажет Первый "спасибо", Второй - "не желаю",

И Хороший твердит свое: "Дважды четыре"

У Плохого дыра на коленке все шире!

Но совсем как у нас - и внезапно, к тому же!

Стал получше Плохой, а Хороший - похуже!

И Хороший забыл своё "Дважды один",

А Плохой в воскресенье умытым ходил!

И Хороший забыл повторить: "Дважды два",

А Плохой на реке отстирал рукава!

И Хороший забыл повторить: "Дважды три",

А Плохой танцевал не до самой зари!

... Здесь должна быть МОРАЛЬ (хоть не знаю, какая).

Я, наверно, писал, на себя намекая.

Стал Хорошим Плохой, а Хороший - Плохим...

Так же было со мной и сынишкой моим.

Мой сынишка припомнил своё "Дважды пять",

Ну а я - ухитрился перо потерять!*

--

* И поэтому написал всё это карандашом.

ДЕЛОВОЙ МОРЯК

Жил на свете один деловитый моряк.

Про него мне рассказывал дедушка так:

Столько дел поутру он привык намечать,

Что до вечера думал - с какого начать?

Был на остров он выброшен бурей лихой.

Он подумал о шапке, о куртке сухой,

О плодах, черепахах, сетях и снастях

И о прочем (о чём говорят в повестях).

Он подумал о тысяче разных вещей,

Но решил, что сначала поищет ручей,

А сперва, чтобы жизнь веселее была,

Заведёт он овечку, цыплят и козла.

Но во-первых, - во-первых, он выстроит дом

Со скрипучею дверью, с надёжным замком,

Чтобы змеи боялись скрипучих дверей,

А надёжный замок не впускал дикарей.

Стал он делать замок, но доделать не смог.

Он решил, что мешает ему солнцепёк

И что надо сначала панаму сплести,

Чтоб от жаркого солнца затылок спасти.

Стал он шляпу плести из ветвей и коры,

Но подумал: "Да я раскалён от жары!

Я взорвусь, если стану ещё горячей!

И пожалуй, сперва отыщу я ручей!"

Он отправился в путь, но присел на пенёк:

- Это просто ужасно! Я так одинок!

И в блокнот записал он: "Сего же числа

Приручу я овечку. А лучше - козла".

Вышел из лесу козлик и щиплет траву...

- Нет! Я выстрою лодку - домой поплыву!

Надо сшить паруса... Только где же игла?

Вот с иглы и начну, а совсем не с козла!

Он присел, чтоб иглу смастерить поскорей,

Но дрожал он от страха, боясь дикарей.

- Был бы дом у меня, я сидел бы внутри.

Не смогли бы подкрасться ко мне дикари!

Он подумал про дом... и про лодку потом...

Про ручей и плоды (для питья и еды),

Про козла, про панаму, про дверь, про замок.

Но с чего начинать - он придумать не мог!

Ни единого дела из тысячи дел

Он не сделал, а просто под пальмой сидел.

И наверное, так и не встал бы с земли,

Если б добрые люди его не нашли!

ЧЁРНАЯ КУРОЧКА

Бумстер и Бамстер,

Трэди и Тради,

И старенький Шумстер

СОЛИДНЫЕ ДЯДИ

Мчались за Чёрною Курочкой вслед.

Странно! Чего это ради?

Мчались они

По лужайке соседней

(Бумстер был первый,

А Шумстер последний).

Но проскочила

Сквозь дырку в плетне

Чёрная Курочка

В садик ко мне.

"Как поживаешь?"

Вопрос задала.

Сказал я "спасибо",

Спросил, как дела.

Спросил: "Объясни мне,

Чего это ради

Бегут за тобой

Эти взрослые дяди?"

Хмурится, хмурится

Чёрная Курица:

"Что у людей за привычка!

Люди хотят, чтоб у них обязательно

Было на завтрак яичко!

Но будь тут сам Герцог и даже Король

Яичко я им не снесу!

Я так занята! Занята! Занята!

Я спешки такой не снесу!"

- А я не Король!

Не барон! Не маркиз!

На дерево лазаю!

Шлепаюсь вниз!

Считать я умею

До десяти!

А мне ты не хочешь

Яичко снести?

И Курочка квохчет:

"Отлично, отлично!

Но что мне в награду

Ты дашь за яичко?"

- "Спасибо" я дам

И "пожалуйста" дам.

В зверинце Слона

Покажу тебе сам!

Ещё покажу

На коленке ожог:

Я ногу сегодня

Крапивой обжёг!

И жду я ответа,

И шепчет она:

"Не надо "спасиба",

Не надо Слона,

Но если покажешь

Крапивный ожог

Ты завтра яичко

Получишь, дружок!"

И чёрным крылом

На горящую ногу

Махнула она,

Наклонившись к ожогу:

"От этих ожогов

Не плачут почти

Те, кто считает

До десяти!"

Проснулся я утром

Ну и дела!

Яичко лежит

Посредине стола!

А будь я

Каким-нибудь там Королём

Чудес не случалось бы

в доме моём!

Бумстер и Бамстер,

Трэди и Тради,

И старенький Шумстер

СОЛИДНЫЕ ДЯДИ

Мчались за Черною Курочкой вслед.

Что делать? Такая привычка!

Но Курочка ОЧЕНЬ БЫЛА ЗАНЯТА!

Но Курочка СТРАШНО БЫЛА ЗАНЯТА!

НУ ПРОСТО УЖАСНО БЫЛА ЗАНЯТА

И МНЕ подарила яичко!

КОРОЛЬ И БРОДЯГА

Как часто слышал я рассказ,

Который перед вами!

И мне казалось каждый раз,

Что стал бы лучше он в сто раз,

Когда б Поэт его для нас

Пересказал стихами!

Поэта не дождаться нам,

И я за дело взялся сам.

Король говорит

Своему Лорду-Канцлеру

(Гордому лорду

Энтони Чванслеру):

"Сбегай к воротам,

Быстренько-быстренько,

Узнай, кто стучится,

ТРЕЗВОНИТ В ЗВОНОК?

Быть может, Купец

Из тропической Африки

Привез мне павлина,

Жирафа и страуса?

А может, Садовник

С большущей корзиною

Пришел, чтобы сложить апельсины и яблоки

У НАШИХ ЦАРСТВЕННЫХ НОГ?"

... Но гордый Лорд-Канцлер

Энтони Чванслер

Хохочет - ну просто беда!*

--

* Вот так: ХА! ХА! ХА!

"Я Вашему Величеству всегда служил отлично,

Уж Ваше-то Величество об этом знает лично!

Могу я только ШЕСТВОВАТЬ - мне бегать неприлично!

О нет! Никогда! Ни-ког-да!"

Король говорит

Своему Лорду-Канцлеру

(Гордому лорду

Энтони Чванслеру):

"Шествуй к воротам,

Быстренько-быстренько,

Открой, кто бы там

НИ ТРЕЗВОНИЛ В ЗВОНОК!

А вдруг Капитан

Загорелый, обветренный,

Привез мне корицу

И прочие пряности?

А вдруг Поварёнок,

Свистя легкомысленно,

Пришел, чтоб сложить пирожки и пирожные

У НАШИХ ЦАРСТВЕННЫХ НОГ?"

... Но гордый Лорд-Канцлер

Энтони Чванслер

Хохочет - ну просто беда!

"Я Вашему Величеству всегда служил исправно,

И к Вашему Величеству я приближался плавно,

Я окна редко открывал, а двери - и подавно!

О нет! Никогда! Ни-ког-да!"

Король говорит

Своему Лорду-Канцлеру

(Гордому лорду

Энтони Чванслеру):

"Открой-ка окошко,

Быстренько-быстренько,

Взгляни, кто стучится,

ТРЕЗВОНИТ В ЗВОНОК?

Быть может, Служанка

Румяная, шустрая,

На праздничный бал

Принесла приглашение?

А может, там Дети

Взволнованно шепчутся

Хотят положить два мешочка с орехами

У НАШИХ ЦАРСТВЕННЫХ НОГ?"

... Но гордый Лорд-Канцлер

Энтони Чванслер

Хохочет - ну просто беда!

"Семнадцать долгих-долгкх лет стоял я возле Трона,

Я званье Канцлера носил, а вовсе не Шпиона!

Чтоб Я подглядывал в окно?! Не вижу в том резона!

О нет! Никогда! Ни-ког-да!"

Ни слова Король

Не сказал Лорду-Канцлеру

(Гордому лорду

Энтони Чванслеру),

И Сам поскорее

Пустился к воротам

Узнать, кто стучится,

ТРЕЗВОНИТ В ЗВОНОК?

То был не Купец

Из тропической Африки,

То был не Моряк

Бородатый, обветренный,

То был не Садовник

С большущей корзиною

А просто Бродяга. И был у Бродяги

Один только рваный сапог!

Король поглядел

На Бродягу внимательно

И молвил с улыбкой: "Хорош!

Ты, видно, силач - ты мне можешь помочь!

А ну-ка, гони Лорда-Канцлера прочь,

И если, Бродяга, ты будешь не прочь

То сам его место займёшь!"

Друзья мои! В стихах моих

ВО-ПЕРВЫХ есть и ВО-ВТОРЫХ.

(Когда скажу я вам про них,

Стихам конец настанет. )

Во-первых, я сказать хотел:

КУДА БЫ ТЫ НИ ЗАЛЕТЕЛ,

НЕ БОЙСЯ СКРОМНЫХ, МАЛЫХ ДЕЛ,

КОГДА БОЛЬШИМИ ЗАНЯТ!

А во-вторых, учти, дружок:

ТОТ, У КОГО ОДИН САПОГ,

ТОТ НЕПРЕМЕННО

В ДОЛЖНЫЙ СРОК

ВОЗЬМЁТ И ЛОРДОМ СТАНЕТ.

КОРОЛЕВСКИЙ ДВОРЕЦ

Смена караула у дворца!

Загляделись

Кристофер Робин с нянею Элис.

Элис просватана за рядового.

- СЛУЖБА СОЛДАТСКАЯ СТРАХ КАК СУРОВА,

молвила Элис.

Смена караула у дворца!

Загляделись

Кристофер Робин с нянею Элис.

В будке - Сержант, черноус и высок.

- ГЛЯДИТ, КАК СЛУЖИВЫЕ ТЯНУТ НОСОК,

молвила Элис.

Смена караула у дворца!

Загляделись

Кристофер Робин с нянею Элис.

Снова не вышел Король на порог...

- ЧТО Ж, ОБОЙДЕМСЯ, ХРАНИ ЕГО БОГ,

молвила Элис.

Смена караула у дворца!

Загляделись

Кристофер Робин с нянею Элис.

Ровным квадратом гвардия встала.

- Я Б КОРОЛЕМ И ЗА СОТНЮ НЕ СТАЛА,

молвила Элис.

Смена караула у дворца!

Загляделись

Кристофер Робин с нянею Элис.

Хоть бы в окошко Король поглядел!

- ГДЕ ТАМ! ПОЛНО ГОСУДАРСТВЕННЫХ ДЕЛ!

молвила Элис.

Смена караула у дворца!

Загляделись

Кристофер Робин с нянею Элис.

- Знает Король, что я делал вчера?

- ЗНАЕТ, ГОЛУБЧИК, НО К ДОМУ ПОРА,

молвила Элис.

НА РЫНКЕ

А я нашёл монетку!

Блестящую монетку!

И с этою монеткой

Я побежал на рынок.

Хотел купить я кролика,

Приветливого кролика,

Высматривал я кролика

Среди горшков и крынок.

Я подошёл к прилавку, где продавали клюкву.

("Всего одна монетка за кисленькую клюкву!")

- А нет ли кроликов у вас? На что мне ваша клюква?..

Но кроликов не вынули торговцы из корзинок.

Я отыскал монетку,

Потом - ещё монетку!

И с этими монетками

Я побежал на рынок.

Хотел купить я кролика,

Ушастенького кролика,

Высматривал я кролика

Среди мешков и крынок.

Я подошёл к прилавку, где продавали брюкву.

("Всего лишь две монетки за кругленькую брюкву!")

- А нет ли кроликов у вас? На что мне ваша брюква?..

Но кроликов не вынули торговцы из корзинок.

Нашёл я пять монеток,

Пять маленьких монеток!

В руке зажав монетки,

Я побежал на рынок.

Хотел купить я кролика

Люблю весёлых кроликов!

Высматривал я кролика

Среди лотков и крынок.

Я подошёл к прилавку, где продавали тыкву.

("Всего лишь пять монеток за толстенькую тыкву!")

- А нет ли кроликов у вас? На что мне ваша тыква?..

Но кроликов не вынули торговцы из корзинок.

Нашёл я НИКОПЕЙКУ.

Не взял я НИКОПЕЙКУ.

Ну кто же с НИКОПЕЙКОЙ

Пойдёт на шумный рынок?

Пошёл я на лужайку,

Зелёную лужайку,

А там повсюду кролики

Сидят среди былинок!

Мне жалко тех, которые торгуют кислой клюквой!

Мне жалко тех, которые торгуют круглой брюквой!

Мне жалко тех, которые торгуют толстой тыквой!

Ведь никогда им кроликов не вынуть из корзинок!

ВИШНЁВОЕ ДЕРЕВЦЕ

Пахарь. Слесарь.

Токарь. Пекарь.

Парикмахер. Инженер.

Ну а врач?

Скрипач?

Аптекарь?

Или

мили-цио-нер?

А которые - танцуют? А которые - поют?

А Начальник Фейерверка - тот, кто делает салют?

А Служитель Зоопарка - тот, кто льву бросает кость?

А Циркач, который может десять стен пройти насквозь?

Ну а Фокусник с цилиндром и со штангою - Штангист?

Или тот, кому я хлопал за художественный свист?

В мире столько же занятий и названий для людей,

Сколько сочных красных вишенок

на вишенке моей!

УТРЕННЯЯ ПРОГУЛКА

Если мы после завтрака с Анни гуляем,

То гуляем мы под руку и размышляем,

Как мы будем гулять и о чём размышлять,

Когда стукнет обоим нам лет сорок пять.

Мы всё утро проводим в научной беседе:

Размышляем об аэро-велосипеде,

И об аэро-плане, и аэро-стате,

И о красном упущенном шарике, кстати.

Но едва с головой мы уходим в беседу,

Совершенно некстати зовут нас к обеду.

ПОЙДЁМТЕ СО МНОЮ!

Снова солнце взошло, чтобы греть и сиять!

Слышно море вдали (если тихо стоять)!

Восемь новых щеночков на ферме Данкросс!

А в сторожке живёт однорукий матрос!

Но ВСЕ говорят: "Марш домой!"

(Марш домой, марш домой!)

"Все мы заняты по горло, брось, пустого не мели!"

ВСЕ-ПРЕВСЕ твердят: "Марш домой,

Зайчик мой, голубчик!"

ЕСЛИ ПРАВДА Я ГОЛУБЧИК, ЧТО Ж СО МНОЙ ВЫ НЕ ПОШЛИ?

Ветер свищет над речкой, над пеной седой!

А у мельницы есть колесо под водой!

И видал я жука, что почти потонул!

И видал я, где кролик в норушку нырнул!

Но ВСЕ говорят: "Марш домой!"

(Марш домой, марш домой!)

"Да, маленький", - отвечают, а думают: "Марш домой!"

ВСЕ-ПРЕВСЕ твердят: "Марш домой,

Зайчик мой, голубчик!"

ЕСЛИ Я И ПРАВДА ЗАЙЧИК - ТАК ПОЙДЁМ, ПОЙДЁМ СО МНОЙ!

ПЕСОК МЕЖДУ ПАЛЬЦАМИ

Я и Кристофер Робин в ненастье и шквал

Побежали на мыс, где прибой бушевал,

И с собою нам Мама дала по монетке,

Будто можно у шквала купить по конфетке.

Там был только песок - он хлестал нас в висок,

И в глазах был песок, и меж пальцами ног.

С той поры, когда буря взревёт в небесах,

То у Робина вечно

Песчинки в глазах.

Ну а море бурлило, и ветер визжал.

Робин крепче монетку в кармане зажал,

Но когда на песчаный взбирались мы вал,

Робин подал мне руку - и не отставал.

И пока осторожно мы делали шаг,

Оставался песок на зубах и в ушах.

С той поры, когда море кричит: бух-бабах!

То у Робина вечно

Песок на зубах.

Рёв стоял над волнами, а на небе - гром,

И отчаянно чайки кричали кругом,

И пытались мы всё это перекричать,

Но ужасно устали и стали молчать.

Мы вернулись, и Мама воскликнула: "Ах!"

Потому что песок у нас был в волосах,

В башмаках, и в носках, и, конечно, в носах,

А у Папы - в усах и в карманных часах.

С той поры, как задует морской ветерок,

У нас вечно песок

Между пальцами ног.

В КОНЦЕ ПУТИ

КРИСТОФЕР, КРИСТОФЕР, ЭТО КУДА Ж ТЫ,

КРИСТОФЕР РОБИН?"

- Вверх по склону горы

До той самой поры,

Когда буду на самой верхушке горы,

МОЛВИЛ КРИСТОФЕР РОБИН.

"КРИСТОФЕР, КРИСТОФЕР, ТЫ НА ВЕРХУШКЕ,

КРИСТОФЕР РОБИН!

ТАК И БУДЕШЬ СТОЯТЬ,

В НЕБЕ ТУЧКИ СЧИТАТЬ?"

- Ну уж нет! Я к подножью спускаюсь опять!

МОЛВИЛ КРИСТОФЕР РОБИН.

В ТЕМНОТЕ

Сперва был ужин,

И ел я ужин,

И съел я ужин,

И встал,

И выслушал сказку

Про Синеглазку

И про

Королевский Бал.

Потом я мылся

И чистил зубы,

Как чистил я их

Вчера.

И мне пожелали

Спокойной Ночи,

Сказали мне:

- Спать пора!

И вот я один в темноте ночной,

Совсем один. Но зато

Я думаю САМ,

Я играю САМ,

А ещё говорю я с собою САМ,

Сам с собой говорю в темноте ночной,

И не знаете вы, про ЧТО!

А ещё я играю во что захочу,

А ещё - размышляю о чём захочу,

А ещё - хохочу над чем захочу,

Над чем - не знает никто!

Я с Кроликом болтаю.

С Луною. С Кабаном.

Во мне две сотни голосов

В одном!

Я сплю в лесу под ёлкой.

В пещере сплю сырой.

Я говорю с Драконом

Герой!

На правый бок... На левый бок.

На разные бока!

Эх, поиграем завтра!

Эх, погуляем завтра!

Урра-а!

ПОКА.


Поделиться впечатлениями

knigosite.org

Милн Алан Александр. Сказки. Список произведений и биография — Сказки. Рассказы. Стихи

Милн Алан Александр. Сказки. Список произведений и биография

 
Винни-Пух и все-все-все
Принцесса Несмеяна
Принц кролик
Дневник золушки
Обыкновенная сказка
 

Читать все сказки А.Милна.Список произведений
Читать сказки других авторов
 

Биография Алана Александра Милна

 
Милн Алан Александр — прозаик, поэт и драматург, классик литературы ХХ столетия, автор знаменитого «Винни-Пуха».
Милн Алан Александр родился 18 января 1882 года.
Шотландец по происхождению, Алан Александр Милн провел свое детство в Лондоне. С детства мечтал стать писателем.
Милн рос в семье, где детей поощряли к творчеству, с юных лет сочинял забавные стихи, проявлял способности к точным наукам.
Учился в частной школе, владельцем которой был его отец. Затем поступил в Вестминстерскую школу, а потом в Тринити-колледж Кембриджа, где изучал математику.
Его раннее образование во многом определялось влиянием учителя юношества Дж. Уэллса — много позже Милн писал об Уэллсе как о «великом писателе и большом друге». Он продолжал свое образование в Вестминстерской школе и Тринити колледже, Кембридж. Впоследствии, он преподнес рукописный оригинал своей книги «Винни-Пух» и «Дом на Пуховой опушке» Библиотеке Колледжа.
 
В студенческие годы, будучи студентом Кембриджа, он осуществил свою давнюю мечту, став редактором журнала «Granta», для которого сочинял стихи и рассказы, а его первые литературные опыты были опубликованы в юмористическом журнале «Punch».
В итоге Милн совсем забросил учебу и переехал в Лондон, где стал работать в журнале «Punch».
Через месяц после своего двадцатичетырехлетия, Милн начал работать в « Punch « в качестве помощника редактора вплоть до начала Первой мировой войны.
 
В 1913 он женился на Дороти де Селинкур, крестнице редактора журнала Оуэна Симэна (который, как утверж дают, был психологическим прототипом Иа ), и в 1920 родился его единственный сын Кристофер Робин.
Прирожденный пацифист, Милн был призван в ряды Королевской армии и служил во Франции.
Его знаменитое антивоенное произведение «Почетный мир» было опубликовано в 1934 году. Эта книга нашла огромный отклик в межвоенные времена, а в 1924 году Меффин издал знаменитые рассказы Милна «Когда мы были совсем юными», часть из которых ранее публиковалась в « Punch « и была хорошо известна постоянным читателям журнала.
К тому времени Милн успел написать несколько забавных пьес, одна из которых – «Мистер Пим прошел» (1920) имела успех.
 
Когда сыну исполнилось три года, Милн начал писать про него и для него стихи, лишенные сентиментальности и точно воспроизводящие детские эгоцентризм, фантазии и упрямство.
Колоссальный успех книги стихов, проиллюстрированной Эрнестом Шепардом, подтолкнул Милна к написанию сказок «Принц Кролик» (1924), «Принцесса, которая не умела смеяться» и «Зеленая дверь» (обе 1925), а в 1926 был написан Винни-Пух. Все герои книги (Пух, Пятачок, Иа, Тигра, Кенга и Ру) кроме Кролика и Совы, были найдены в детской (сейчас игрушки, послужившие прототипами, хранятся в Музее игрушечных медведей в Великобритании), а топография Леса напоминает окрестности Котчфорда, где семья Милна проводила выходные.
 
Два года спустя, в 1926, появилась первая версия Медвежонка с опилками в голове (по-английски — Медведь-с-очень-маленькими-мозгами) «Винни-Пух». Вторая часть рассказов «Теперь нас стало шестеро» появилась в 1927 году и, наконец, финальная часть книги «Дом на пуховой опушке» была издана в 1928 году. Милну казалось, что он написал нечто вроде хорошо продаваемой детективной истории, ведь его книга сразу заработала две с половиной тысячи фунтов. Даже после головокружительного успеха Винни-Пуха Милн пребывал в сомнениях, касательно своего литературного дарования. Он писал: «Все, что я хотел — это убежать от этой славы, как раньше я хотел убежать из Панча, как я всегда хотел убежать… Однако…»
 
В 1922 году он действительно написал детектив «Тайна красного дома», который был опубликован Меффином в 1939 вместе с 25 другими пьесами, рассказами и автобиографией Милна «Теперь слишком поздно».
Милн всегда признавал и неоднократно с благодарностью подчеркивал определяющую роль своей жены, Дороти, и своего сына, Кристофера, в написании и самом факте появления «Винни-Пуха». История создания этой книги действительно полна загадок и противоречий, но факт остается фактом — книжки о медвежонке Пухе были переведены на 25 языков и заняли свое место в сердцах и на полках миллионов читателей.
 
Первая глава Пуха «в которой мы впервые встречаемся с Винни-Пухом и пчелами» была впервые напечатана в лондонской вечерней газете 24 декабря 1925 года и передана по радио БиБиСи в день рождества Дональдом Калфропом. Винни-Пух был впервые опубликован Меффином в октябре 1926, и вот уже на протяжении многих лет Милновские книжки — это признанная классика детских книжных полок и диснеевских мультфильмов.
Ирония судьбы заключается в том, что Милн был убежден, что он не пишет ни детской прозы, ни детских стихов. Он обращался к ребенку внутри каждого из нас. Он никогда не читал своих рассказов о пухе своему сыну, Кристоферу Робину, предпочитая воспитывать Кристофера на произведениях своего любимого писателя Вудхауза. Вудхауз впоследствии вернул Милну этот комплимент, сказав, что «Милн — его любимый детский писатель».
 
Книги Вудхауза продолжали свою жизнь в доме Милна и после его смерти. Кристофер Робин читал эти книги своей дочери Клэр, книжные полки в комнате которой буквально ломились от книг этого детского писателя. Кристофер писал своему другу Питеру: «Мой отец ничего не понимал в специфике рынка книг, ничего не знал о специфике продаж, он никогда не писал книг для детей. Он знал обо мне, он знал о себе и о Гаррик Клубе (писательско-артистический клуб Лондона) — и он просто не обращал внимания на все остальное… Кроме, пожалуй, самой жизни». Кристофер Робин впервые прочел стихи и рассказы о Винни-Пухе через 60 лет после их первого появления, когда услышал записи Питера на пластинке.
 
Приключения медвежонка Винни любимы как взрослыми, так и детьми. Проведенный в 1996г. опрос, устроенный английским радио показал, что эта книга заняла 17 место в списке наиболее ярких и значительных произведений, опубликованных в двадцатом веке.
Всемирные продажи Винни-Пуха с 1924г. по 1956г. перевалили за 7 миллионов. Как известно, когда продажа переваливает за миллион — издатели перестают их считать.
С 1968 издательство Муффин продавало ежегодно 500000 экземпляров, причем 30 процентов расходились в «новых странах» — Австралии, Южной Африке, Новой Зеландии. К 1996 году было продано около 20 миллионов копий, причем только издательством Муффин. Сюда не входят издательства в США, Канаде и не англо-говорящих странах.
В 1960 году, Винни-Пух был блистательно переведен на русский язык Борисом Заходером. Всякий, кто владеет двумя языками, может подтвердить, что перевод был сделан с изощренной точностью и гениальной изобретательностью. Вообще Винни переведен на все европейские и почти все мировые языки.
 
Каждый из героев книги о Винни-Пухе обладает запоминающимся характером и обаянием, а финал книги «Дом на пуховой опушке» щемящее лиричен. Бешеный успех книг о Винни-Пухе (они были переведены на двенадцать языков и разошлись в количестве около пятнадцати миллионов экземпляров) затмил все остальное, написанное Милна: детективный роман «Тайна красного дома» (1922), романы «Двое» (1931) и «Хлое Марр» (1946), эссе, пьесы и автобиографическую книгу «Уже слишком поздно» (1939).
 
В 1966 Уолт Дисней выпустил первый мультипликационный фильм по книге Милна «Винни-Пух». Этот фильм продолжительностью чуть меньше получаса, рассказывающий о приключениях мальчика по имени Кристофер Робин и его любимого игрушечного медведя Винни-Пуха, увидели в кино и по телеви­дению миллионы детей. Оживляя героев Милна при помощи мультипликации, Дисней и команда его художников стремились сохранить стиль оригинальных рисунков Эрнста Шепарда, которые были столь же любимы, сколь и сами рассказы. Режиссером-постановщиком фильма был Вольфганг Рейтерман, который также руководил созданием фильмов Диснея «Меч в камне», «Книга джунглей», «Робин Гуд» и «Коты-аристократы».
 
Известный голливудский актер Стерлинг Холлоувей озвучивал роль Винни-Пуха, а текст за кадром читал Себастьян Кэбот. За Кристофера Робина говорил десятилетний сын режиссера Брюс Рейтерман. Композиторы Ричард и Роберт Шерманы, удостоенные Оскара за свою музыку к фильму «Мери Поппинс», написали пять песен к фильму о Пухе. Все это сделано для одного мультипликационного фильма продолжительностью 26 минут. Вне всякого сомнения, «Винни-Пух и пчелиное дерево» получил широкое признание только потому, что сокровище всемирной классики для детей было с особой тщательностью перенесено в другую форму. В последующие годы было выпущено несколько мультипликационных продолжений (в том числе телевизионных).
В 1969—1972 в СССР на киностудии «Союзмультфильм» были выпущены три мультфильма режиссера Федора Хитрука «Винни-Пух», «Винни-Пух идет в гости» и «Винни-Пух и день забот», завоевавшие любовь детской аудитории Советского Союза.
 
Кроме всемирно известного Винни-Пуха, Александр Алан Милн известен как драматург и новеллист. Его пьесы с успехом шли на профессиональной сцене Лондона, но сейчас ставятся преимущественно в любительских театрах, хотя по-прежнему собирают полные залы и вызывают интерес публики и прессы.
 
В 1952 году Милн тяжело заболел… Ему пришлось перенести тяжелейшую операцию на головном мозге. Операция прошла успешно, и после нее Милн вернулся в свой дом в Сексесе, где провел остаток своей жизни за чтением. После долгой болезни он скончался в 1956 году, 31 января.
 
Вскоре после выхода «Винни-Пуха» А.А.Милн писал в «Нэйшн»: «Думаю, что каждый из нас втайне мечтает о бессмертии. В том смысле, что его имя переживет тело и будет жить в этом мире, несмотря на то, что сам человек перешел в мир иной.» Когда Милн умер, ни у кого не было сомнений, что он открыл для себя секрет бессмертия. И это не 15 минут славы, это настоящее бессмертие, которое, вопреки его собственным ожиданиям, ему принесли не пьесы и новеллы, а маленький медвежонок с опилками в голове.
—————————————————
Алан Милн.Сказки для детей.
Читаем бесплатно онлайн
 

Читать все сказки Милна Алана.Содержание
Читать сказки других авторов  

skazkibasni.com


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.