Стихи маяковский поэт


«Я — поэт. Этим и интересен»

Свою автобиографию Владимир Маяковский начал словами: «Я — поэт. Этим и интересен. Об этом и пишу. Об остальном — только если это отстоялось словом». Перечитываем отрывки из книги — о первых стихотворениях, судьбоносных знакомствах и рождении русского футуризма.

Учение

Учила мама и всякоюродные сестры. Арифметика казалась неправдоподобной. Приходится рассчитывать яблоки и груши, раздаваемые мальчикам. Мне ж всегда давали, и я всегда давал без счета. На Кавказе фруктов сколько угодно. Читать выучился с удовольствием.

Экзамен

Подробнее о футуризме читайте здесь

Переехали. Из Багдад в Кутаис. Экзамен в гимназию. Выдержал. Спросили про якорь (на моем рукаве) — знал хорошо. Но священник спросил — что такое «око». Я ответил: «Три фунта» (так по-грузински). Мне объяснили любезные экзаменаторы, что «око» — это «глаз» по-древнему, церковнославянскому. Из-за этого чуть не провалился. Поэтому возненавидел сразу — все древнее, все церковное и все славянское. Возможно, что отсюда пошли и мой футуризм, и мой атеизм, и мой интернационализм.

Первое полустихотворение

Третья гимназия издавала нелегальный журнальчик «Порыв». Обиделся. Другие пишут, а я не могу?! Стал скрипеть. Получилось невероятно революционно и в такой же степени безобразно... Не помню ни строки. Написал второе. Вышло лирично. Не считая таковое состояние сердца совместимым с моим «социалистическим достоинством», бросил вовсе.

Так называемая дилемма

Владимир Маяковский. Фотография: story.ru

Вышел (после ареста и 11 месяцев в Бутырской тюрьме. — Прим. ред.) взбудораженный. Те, кого я прочел, — так называемые великие. Но до чего же нетрудно писать лучше их. У меня уже и сейчас правильное отношение к миру. Только нужен опыт в искусстве. Где взять? Я неуч. Я должен пройти серьезную школу.

Что я могу противопоставить навалившейся на меня эстетике старья? Разве революция не потребует от меня серьезной школы? Я зашел к тогда еще товарищу по партии — Медведеву. Хочу делать социалистическое искусство. Сережа долго смеялся: кишка тонка.

Думаю все-таки, что он недооценил мои кишки. Я прервал партийную работу. Я сел учиться.

Последнее училище

А вы знали, что Маяковский снимался в кино? Рассказываем об этом в материале

...Поступил в Училище живописи, ваяния и зодчества: единственное место, куда приняли без свидетельства о благонадежности. Работал хорошо.

Удивило: подражателей лелеют — самостоятельных гонят. Ларионов, Машков. Ревинстинктом стал за выгоняемых.

Давид Бурлюк

Искусствовед Андрей Шемшурин, художник Давид Бурлюк и поэт Владимир Маяковский. 1913. Фотография: svoboda.org

В училище появился Бурлюк. Вид наглый. Лорнетка. Сюртук. Ходит напевая. Я стал задирать. Почти задрались.

Читайте также:

Памятнейшая ночь

...У Давида — гнев обогнавшего современников мастера. У меня — пафос социалиста, знающего неизбежность крушения старья. Родился российский футуризм.

Следующая

Днем у меня вышло стихотворение. Вернее — куски. Плохие. Нигде не напечатаны. Ночь. Сретенский бульвар. Читаю строки Бурлюку. Прибавляю — это один мой знакомый. Давид остановился. Осмотрел меня. Рявкнул: «Да это же ж вы сами написали! Да вы же ж гениальный поэт!» Применение ко мне такого грандиозного и незаслуженного эпитета обрадовало меня. Я весь ушел в стихи. В этот вечер совершенно неожиданно я стал поэтом.

Так ежедневно

Пришлось писать. Я и написал первое (первое профессиональное, печатаемое) — «Багровый и белый» и другие.

«Пощечина»

...В Москве Хлебников. Его тихая гениальность тогда была для меня совершенно затемнена бурлящим Давидом. Здесь же вился футуристический иезуит слова — Крученых.

После нескольких ночей лирики родили совместный манифест. Давид собирал, переписывал, вдвоем дали имя и выпустили «Пощечину общественному вкусу».

Желтая кофта

Костюмов у меня не было никогда. Были две блузы — гнуснейшего вида. Испытанный способ — украшаться галстуком. Нет денег. Взял у сестры кусок желтой ленты. Обвязался. Фурор. Значит, самое заметное и красивое в человеке — галстук. Очевидно — увеличишь галстук, увеличится и фурор. А так как размеры галстуков ограниченны, я пошел на хитрость: сделал галстуковую рубашку и рубашковый галстук.

Впечатление неотразимое.

Начало 14-го года

Чувствую мастерство. Могу овладеть темой. Вплотную. Ставлю вопрос о теме. О революционной. Думаю над «Облаком в штанах».

Куоккала

Семизнакомая система (семипольная). Установил семь обедающих знакомств. В воскресенье «ем» Чуковского, понедельник — Евреинова и т. д. В четверг было хуже — ем репинские травки. Для футуриста ростом в сажень — это не дело.

А что любил есть поэт? Собрали воспоминания его близких

Вечера шатаюсь пляжем. Пишу «Облако».

Выкрепло сознание близкой революции.

Поехал в Мустамяки. М. Горький. Читал ему части «Облака». Расчувствовавшийся Горький обплакал мне весь жилет. Расстроил стихами. Я чуть загордился. Скоро выяснилось, что Горький рыдает на каждом поэтическом жилете.

Все же жилет храню. Могу кому-нибудь уступить для провинциального музея.

Радостнейшая дата

Владимир Маяковский и Лиля Брик. 1915. Фотография: russkiymir.ru

Июль 915-го года. Знакомлюсь с Л. Ю. и О. М. Бриками.

Октябрь

Принимать или не принимать? Такого вопроса для меня (и для других москвичей-футуристов) не было. Моя революция. Пошел в Смольный. Работал. Все, что приходилось. Начинают заседать.

25 октября, 18-й год

Окончил мистерию. Читал. Говорят много. Поставил Мейерхольд с К. Малевичем. Ревели вокруг страшно. Особенно коммунистичествующая интеллигенция. Андреева чего-чего не делала. Чтоб мешать. Три раза поставили — потом расколотили. И пошли «Макбеты».

21-й год

Пробиваясь сквозь все волокиты, ненависти, канцелярщины и тупости — ставлю второй вариант мистерии. Идет в I РСФСР — в режиссуре Мейерхольда с художниками Лавинским, Храковским, Киселевым и в цирке на немецком языке для III конгресса Коминтерна. Ставит Грановский с Альтманом и Равделем. Прошло около ста раз.

Стал писать в «Известиях».

23-й год

Владимир Маяковский. Фотография: diletant.media

Организуем «Леф». «Леф» — это охват большой социальной темы всеми орудиями футуризма.... Сплотились тесно: Брик, Асеев, Кушнер, Арватов, Третьяков, Родченко, Лавинский.

Написал: «Про это». По личным мотивам об общем быте. Начал обдумывать поэму «Ленин»... Несмотря на поэтическое улюлюканье, считаю «Нигде, кроме как в Моссельпроме» поэзией самой высокой квалификации.

1927-й год

Восстанавливаю (была проба «сократить») «Леф», уже «Новый». Основная позиция: против выдумки, эстетизации и психоложества искусством — за агит, за квалифицированную публицистику и хронику. Основная работа в «Комсомольской правде», и сверхурочно работаю «Хорошо».

Еще: написаны — сценарии и детские книги.

Еще продолжал менестрелить. Собрал около 20 000 записок, думаю о книге «Универсальный ответ» (записочникам). Я знаю, о чем думает читающая масса.

1928-й год

А здесь читайте о Маяковском-сценаристе

Пишу поэму «Плохо». Пьесу и мою литературную биографию. Многие говорили: «Ваша автобиография не очень серьезна». Правильно. Я еще не заакадемичился и не привык нянчиться со своей персоной, да и дело мое меня интересует, только если это весело. Подъем и опадание многих литератур, символисты, реалисты и т. д., наша борьба с ними — все это, шедшее на моих глазах: это часть нашей весьма серьезной истории. Это требует, чтобы об нем написать. И напишу.

Автор: Диана Тесленко

www.culture.ru

Маяковский Владимир Владимирович — биография поэта, личная жизнь, фото, портреты, стихи, книги

Владимир Маяковский не сразу начал писать стихи — сначала он собирался стать художником и даже учился живописи. Слава поэта пришла к нему после знакомства с авангардистами, когда первые произведения молодого автора с восторгом встретил Давид Бурлюк. Футуристическая группа, «Сегодняшний лубок», «Левый фронт искусств», рекламные «Окна РОСТА» — Владимир Маяковский работал во множестве творческих объединений. А еще писал в газеты, выпускал журнал, снимал фильмы, создавал пьесы и ставил по ним спектакли.

Родился российский футуризм

Владимир Маяковский с сестрой Людмилой . Фотография: vladimir-mayakovsky.ru

Владимир Маяковский с семьей. Фотография: vladimir-mayakovsky.ru

Владимир Маяковский в детстве. Фотография: rewizor.ru

Владимир Маяковский родился в Грузии в 1893 году. Его отец служил лесничим в селе Багдади, позже семья переехала в Кутаиси. Здесь будущий поэт учился в гимназии и брал уроки рисования: с ним бесплатно занимался единственный кутаисский художник Сергей Краснуха. Когда волна первой российской революции докатилась и до Грузии, Маяковский — еще ребенком — впервые участвовал в митингах. Его сестра Людмила Маяковская вспоминала: «Революционная борьба масс оказала влияние также на Володю и Олю. Кавказ переживал революцию особенно остро. Там все вовлекались в борьбу, и все делились на участвовавших в революции, определенно сочувствовавших ей и враждебно настроенных».

В 1906 году, когда Владимиру Маяковскому было 13 лет, умер его отец — от заражения крови: поранил палец иглой, сшивая бумаги. До конца жизни поэт боялся бактерий: всегда носил с собой мыло, брал в путешествия складной таз, возил с собой одеколон для обтираний и тщательно следил за гигиеной.

После смерти отца семья оказалась в тяжелом положении. Маяковский вспоминал: «После похорон отца — у нас 3 рубля. Инстинктивно, лихорадочно мы распродали столы и стулья. Двинулись в Москву. Зачем? Даже знакомых не было». В московской гимназии юный поэт написал свое первое «невероятно революционное и в такой же степени безобразное» стихотворение и опубликовал его в нелегальном школьном журнале. В 1909–1910 годах Маяковского несколько раз арестовывали: он вступил в партию большевиков, работал в подпольной типографии. Сначала юного революционера отдавали «на поруки» матери, а в третий раз посадили в тюрьму. Заключение в одиночной камере Маяковский позже назвал «11 бутырских месяцев». Он писал стихи, но тетрадь с лирическими опытами — «ходульными и ревплаксивыми», как оценил их автор, — отобрали охранники.

В заключении Маяковский прочитал множество книг. Он мечтал о новом искусстве, новой эстетике, которая будет в корне отличаться от классической. Маяковский решил учиться живописи — сменил нескольких преподавателей и через год поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Здесь молодой художник познакомился с Давидом Бурлюком, а позже — с Велимиром Хлебниковым и Алексеем Крученых. Маяковский вновь писал стихи, от которых его новые товарищи были в восторге. Авангардные авторы решили объединиться против «эстетики старья», и вскоре появился манифест новой творческой группы — «Пощечина общественному вкусу».

У Давида — гнев обогнавшего современников мастера, у меня — пафос социалиста, знающего неизбежность крушения старья. Родился российский футуризм.

Читайте подробнее о футуризме

Футуристы выступали на собраниях — читали стихи и лекции о новой поэзии. За публичные выступления Владимира Маяковского отчислили из училища. В 1913–1914 годах прошло известное турне футуристов: творческая группа с выступлениями проехала с гастролями по российским городам.

Бурлюк ехал и пропагандировал футуризм. Но он любил Маяковского, стоял у колыбели его стиха, до мелочей знал его биографию, умел читать его вещи — и потому сквозь бутады Давида Давидовича облик Маяковского возникал таким материальным, что его хотелось потрогать руками.

По приезде в город Бурлюк первым делом устраивал выставку футуристических картин и рукописей, а вечером делал доклад.

Актер, художник и автор «народных спектаклей»

Владимир Маяковский, Всеволод Мейерхольд, Александр Родченко и Дмитрий Шостакович на репетиции спектакля «Клоп».1929. Фотография: subscribe.ru

Владимир Маяковский и Лиля Брик в фильме «Закованная фильмой». 1918. Фотография: geometria.by

Владимир Маяковский (третий слева) и Всеволод Мейерхольд (второй слева) на репетиции спектакля «Баня». 1930. Фотография: bse.sci-lib.com

Владимир Маяковский интересовался не только поэзией и живописью. В 1913 году он дебютировал в театре: сам написал трагедию «Владимир Маяковский», сам поставил ее на сцене и сыграл главную роль. В этот же год поэт увлекся кинематографом — начал писать сценарии, а спустя год впервые снялся в ленте «Драма в кабаре футуристов №13» (картина не сохранилась). Во время Первой мировой войны Владимир Маяковский состоял в авангардном объединении «Сегодняшний лубок». Его участники — Казимир Малевич, Давид Бурлюк, Илья Машков и другие — рисовали патриотические открытки для фронта, навеянные традиционным народным лубком. Для них создавали простые красочные картинки и писали короткие стихи, в которых высмеивали врага.

В 1915 году Маяковский познакомился с Осипом и Лилей Брик. Это событие в своей автобиографии поэт позже отметил подзаголовком «радостнейшая дата». Лиля Брик на долгие годы стала возлюбленной и музой Маяковского, он посвящал ей стихи и поэмы и даже после расставания продолжал признаваться в любви. В 1918 году они вместе снялись для картины «Закованная фильмой» — оба в главных ролях.

Знакомьтесь с другими творческими работами Маяковского — картинами, плакатами, сценариями

В ноябре того же года прошла премьера пьесы Маяковского «Мистерия-буфф». Ее поставил в Театре музыкальной драмы Всеволод Мейерхольд, а оформил в лучших традициях авангарда Казимир Малевич. Мейерхольд вспоминал о работе с поэтом: «Маяковский был сведущ в очень тонких театральных, технологических вещах, которые знаем мы, режиссеры, которым обучаются обычно весьма длительно в разных школах, практически на театре и т. д. Маяковский всегда угадывал всякое верное и неверное сценическое решение, именно как режиссер». «Революционный народный спектакль», как называла его переводчица Рита Райт, ставили еще несколько раз.

Владимир Маяковский, Александр Родченко. Рекламный плакат. 1930-е. Фотография: artchive.ru

Владимир Маяковский, Александр Родченко. Рекламный плакат. 1948. Фотография: novom.ru

Владимир Маяковский, Александр Родченко. Рекламный плакат. 1923. Фотография: artchive.ru

Спустя год началась напряженная эпоха «Окон РОСТА»: художники и поэты собирали горячие темы и выпускали агитационные плакаты — их нередко называют первой советской социальной рекламой. Работа шла напряженно: и Маяковскому, и его коллегам не раз приходилось задерживаться допоздна или работать ночью, чтобы выпустить партию в срок.

В общей сложности было сделано до пятидесяти плакатов, до сотни вывесок, упаковок, оберток, световых реклам, рекламных столбов, иллюстраций в журналах и газетах... Он не любил чертить и вымерять, а делал все от руки. Нарисует сразу карандашом, без помарки, после обведет тушью и раскрашивает. Видно было, что дается это ему легко и орудовать кистью ему приятно. Рисование было для него отдыхом, и он делался в эти минуты особенно ласковым и нежным. Часто он звал меня, чтобы помочь буквы выписать или вычертить что-нибудь. Ярко воскресают в памяти часы, проведенные вместе с Володей за составлением рекламных плакатов. Вот одна из записок того времени: «Родченко. Приходи ко мне сейчас же с инструментом для черчения. Немедленно. В. Маяковский».

В 1922 году Владимир Маяковский возглавил литературную группу «Левый фронт искусств» (позже «левый» в названии сменилось на «революционный»), а вскоре и одноименный журнал творческого объединения. На его страницах публиковали прозу и стихи, снимки авангардных фотографов, смелые архитектурные проекты и новости «левого» искусства.

В 1925 году поэт окончательно расстался с Лилей Брик. Он уехал на гастроли во Францию, затем отправился в Испанию, на Кубу и в США. Там Маяковский познакомился с переводчицей Элли Джонс, между ними вспыхнул короткий, но бурный роман. Осенью поэт вернулся в СССР, а в Америке у него вскоре родилась дочь — Элен-Патриция. После возвращения из США Владимир Маяковский написал цикл «Стихи об Америке», работал над сценариями советских фильмов.

«Лучший поэт советской эпохи»

Владимир Маяковский. Фотография: goteatr.com

Владимир Маяковский и Лиля Брик. Фотография: mayakovskij.ru

Владимир Маяковский. Фотография: piter.my

В 1928–1929 годах Маяковский написал сатирические пьесы «Клоп» и «Баня». Обе премьеры прошли в Театре Мейерхольда. Поэт был вторым режиссером, он следил за оформлением спектакля и работал с актерами: начитывал фрагменты пьесы, создавая нужные интонации и расставляя смысловые акценты.

Очень Владимир Владимирович увлекался всякой работой. Уходил в работу с головой. Перед премьерой «Бани» он совсем извелся. Все время проводил в театре. Писал стихи, надписи для зрительного зала к постановке «Бани». Сам следил за их развешиванием. Потом острил, что нанялся в Театр Мейерхольда не только автором и режиссером (он много работал с актерами над текстом), а и маляром и плотником, так как он сам что-то подрисовывал и приколачивал. Как очень редкий автор, он так горел и болел спектаклем, что участвовал в малейших деталях постановки, что совсем, конечно, не входило в его авторские функции.

Обе пьесы вызвали ажиотаж. Одни зрители и критики видели в произведениях сатиру на бюрократию, а другие — критику советского строя. «Баню» поставили лишь несколько раз, а после запретили — до 1953 года.

А вы знаете, какое произведение Маяковский впервые написал лесенкой? Ответ ищите в материале по ссылке

Лояльное отношение властей к «главному советскому поэту» сменилось прохладой. В 1930 году ему впервые не одобрили выезд за границу. На поэта стала яростно нападать официальная критика. Его упрекали за сатиру по отношению к явлениям, якобы побежденным, например той же бюрократии, и чиновническим проволочкам. Маяковский решил провести выставку «20 лет работы» и представить на ней результаты своего многолетнего труда. Он сам отбирал газетные статьи и рисунки, расставлял книги, развешивал по стенам плакаты. Поэту помогали Лиля Брик, его новая возлюбленная актриса Вероника Полонская и сотрудник Государственного литературного музея Артемий Бромберг.

В день открытия зал для гостей был переполнен. Однако, как вспоминал Бромберг, на открытие не пришел никто из представителей литературных организаций. Да и официальных поздравлений поэта с двадцатилетием работы тоже не было.

Никогда не забуду, как в Доме печати на выставке Владимира Владимировича «Двадцать лет работы», которую почему-то почти бойкотировали «большие» писатели, мы, несколько человек сменовцев, буквально сутками дежурили около стендов, физически страдая оттого, с каким грустным и строгим лицом ходил по пустующим залам большой, высокий человек, заложив руки за спину, ходил взад и вперед, словно ожидая кого-то очень дорогого и все более убеждаясь, что этот дорогой человек не придет.

Непризнание усугубила личная драма. Владимир Маяковский, влюбленный в Полонскую, требовал, чтобы она ушла от мужа, бросила театр и поселилась с ним в новой квартире. Как вспоминала актриса, поэт то устраивал сцены, то успокаивался, потом снова начинал ревновать и требовать немедленного решения. Одно из таких объяснений стало роковым. После ухода Полонской Маяковский покончил с собой. В предсмертном письме он просил «товарища правительство» не оставлять его семью: «Моя семья — это Лиля Брик, мама, сестры и Вероника Витольдовна Полонская. Если ты устроишь им сносную жизнь — спасибо».

После смерти Маяковского весь архив поэта отошел Брикам. Лиля Брик пыталась сохранить память о его творчестве, хотела создать мемориальную комнату, но постоянно натыкалась на бюрократические препоны. Поэта почти не издавали. Тогда Брик написала письмо Иосифу Сталину. В своей резолюции Сталин назвал Маяковского «лучшим и талантливейшим поэтом советской эпохи». Резолюцию напечатали в «Правде», произведения Маяковского стали издавать огромными тиражами, а его именем называть улицы и площади Советского Союза.

Пошлость, не оспаривая его у жизни, оспаривала у смерти. Но живая, взволнованная Москва, чуждая мелким литературным спорам, стала в очередь к его гробу, никем не организованная в эту очередь, стихийно, сама собой признав необычность этой жизни и этой смерти. И живая, взволнованная Москва заполняла улицы по пути к крематорию. И живая, взволнованная Москва не поверила его смерти. Не верит и до сих пор.

www.culture.ru

Такой разный Маяковский: романтик, хулиган и революционер

Понятие патриотизма и любви к родине у Маяковского соседствовало с отрицанием и неприятием войны - речь здесь не о Гражданской войне, которую поэт рассматривал как закономерное продолжение долгожданной революции, а о войне мировой, продиктованной извне, руководимой "невидимой рукой рынка".

В 1914 году начавшуюся Первую мировую Владимир Маяковский, по собственному признанию, "принял взволнованно".

Вам!

Вам, проживающим за оргией оргию,
имеющим ванную и теплый клозет!
Как вам не стыдно о представленных к Георгию
вычитывать из столбцов газет?

Знаете ли вы, бездарные, многие,
думающие нажраться лучше как,-
может быть, сейчас бомбой ноги
выдрало у Петрова поручика?..

Если он приведенный на убой,
вдруг увидел, израненный,
как вы измазанной в котлете губой
похотливо напеваете Северянина! <...>

1915

Хотел записаться добровольцем - не приняли как "политического". Однако уже год спустя "забрили. Теперь идти на фронт не хочу. Притворился чертежником".

Военно-морская любовь

По морям, играя, носится
с миноносцем миноносица.

Льнет, как будто к меду осочка,
к миноносцу миноносочка.

И конца б не довелось ему,
благодушью миноносьему.

Вдруг прожектор, вздев на нос очки,
впился в спину миноносочки.

Как взревет медноголосина:
"Р-р-р-астакая миноносина!"

Прямо ль, влево ль, вправо ль бросится,
а сбежала миноносица.

Но ударить удалось ему
по ребру по миноносьему.

Плач и вой морями носится:
овдовела миноносица.

И чего это несносен нам
мир в семействе миноносином?

1915

 

Маяковский и его юмор

Ходил такой анекдот, будто во время выступления на диспуте о пролетарском интернационализме в Политехе Владимир Маяковский заявил: "Среди русских я чувствую себя русским, среди грузин я чувствую себя грузином..." - "А среди дураков?" - перебил его вопрос из зала. - "А среди дураков я впервые", - тут же нашелся поэт.

Умение ввернуть острое словцо в споре, сотрудничество с сатирическими "Окнами РОСТА", где Маяковский выступал не только сочинителем лозунгов, но и оформителем плакатов, высмеивание поэтических "оппонентов" вроде эгофутуриста Северянина не мешали поэту смеяться и над собой тоже.

© РИА Новости

Репродукция плаката РОСТа (Российского телеграфного агентства) "Украинцев и русских клич один — да не будет пан над рабочим господин!", выполненного поэтом Владимиром Маяковским в 1920 году

Самоирония - не щадя живота - ставила его юмористические стихи в один ряд с интимной - читайте "душевной" - лирикой.

Мелкая философия на глубоких местах

Превращусь
        не в Толстого, так в толстого, -
ем,
  пишу,
      от жары балда.
Кто над морем не философствовал?
Вода.

Вчера
    океан был злой,
             как черт,
сегодня
      смиренней
            голубицы на яйцах.
Какая разница!
            Все течет...
Все меняется.

Есть
   у воды
        своя пора:
часы прилива,
        часы отлива.
А у Стеклова
          вода
             не сходила с пера.
Несправедливо.

Дохлая рыбка
        плывет одна.
Висят
   плавнички,
           как подбитые крылышки.
Плывет недели,
            и нет ей -
                     ни дна,
ни покрышки.

Навстречу
      медленней, чем тело тюленье,
пароход из Мексики,
                  а мы -
                        туда.
Иначе и нельзя.
            Разделение
труда.

Это кит - говорят.
            Возможно и так.
Вроде рыбьего Бедного -
                  обхвата в три.
Только у Демьяна усы наружу,
                        а у кита
внутри.

Годы - чайки.
        Вылетят в ряд -
и в воду -
        брюшко рыбешкой пичкать.
Скрылись чайки.
            В сущности говоря,
где птички?

Я родился,
         рос,
           кормили соскою, -
жил,
  работал,
        стал староват...
Вот и жизнь пройдет,
             как прошли Азорские
острова.

3 июля 1925, Атлантический океан


Я счастлив!

Граждане,
       у меня
            огромная радость.
Разулыбьте
         сочувственные лица.
Мне
   обязательно
             поделиться надо,
стихами
      хотя бы
            поделиться.
Я
 сегодня
       дышу как слон,
походка
      моя
        легка,
и ночь
     пронеслась,
              как чудесный сон,
без единого
           кашля и плевка.
Неизмеримо
        выросли
              удовольствий дозы.

Дни осени -
            баней воняют,
а мне
    цветут,
         извините,-
                   розы,
и я их,
     представьте,
               обоняю.
И мысли
      и рифмы
            покрасивели
                      и особенные,
аж вытаращит
            глаза
                редактор.
Стал вынослив
            и работоспособен,
как лошадь
        или даже -
                  трактор.
Бюджет
     и желудок
            абсолютно превосходен,
укреплен
       и приведен в равновесие.
Стопроцентная
            экономия
                    на основном расходе -
и поздоровел
          и прибавил в весе я.
Как будто
        на язык
              за кусом кус
кладут
    воздушнейшие торта -
такой
    установился
              феерический вкус
в благоуханных
             апартаментах
                        рта.
Голова
     снаружи
            всегда чиста,
а теперь
      чиста и изнутри.
В день
     придумывает
               не меньше листа,
хоть Толстому
            ноздрю утри.
Женщины
      окружили,
              платья испестря,
все
   спрашивают
            имя и отчество,
я стал
     определенный
                весельчак и остряк -
ну просто -
            душа общества.
Я
 порозовел
        и пополнел в лице,
забыл
    и гриппы
            и кровать.
Граждане,
        вас
          интересует рецепт?
Открыть?
        или...
              не открывать?
Граждане,
        вы
          утомились от жданья,
готовы
      корить и крыть.
Не волнуйтесь,
            сообщаю:
                    граждане -
                               я
сегодня -
          бросил курить.

1929

 

Подготовила Вера Матвеева

 

Стихотворение Владимира Маяковского "А вы могли бы?" читает Дмитрий Журавлев. 1977 год

Владимир Маяковский читает свое стихотворение "Послушайте!". Архивные записи 1920-х годов

Стихотворение Владимира Маяковского "Лиличка" читает Олег Басилашвили. 1979 год

Аудио предоставлено ФГУП "Фирма "Мелодия"

ria.ru

Маяковский в. в. - Тема поэта и поэзии в творчестве маяковского (стр. 1 из 2)

Теме поэта и поэзии большое внимание в своем творчестве уделяли многие русские поэты - Пушкин, Лермонтов, Некрасов и другие. Владимир Маяковский не был исключением. Но эта тема осмысливалась поэтом в другое время, на фоне литературного развития 20-х годов XX века. Поэтому у Маяковского мы находим новое понимание этой проблемы. Но многое в его понимании роли поэта и поэзии идет именно от литературной традиции XIX века.
Владимир Маяковский был поэтом революции, он принял ее восторженно и воспевал ее. События, происходившие в молодой советской России, выдвинули перед литературой задачу создания нового искусства. Маяковский пытался всем своим творчеством ответить на запросы современности. В стихотворении “Приказ № 2 по армии искусств” он обращается к работникам пера с призывом: “Товарищи! Дайте новое искусство - такое, чтобы выволочь республику из грязи”. Свою задачу он определил как “светить всегда, светить везде”. Маяковский считал, что время требовало от поэта такого напряжения сил и такой самоотдачи, чтобы он стал светилом новой жизни. В этом выражалась гражданская позиция Маяковского. И, несмотря на всю неоднозначность политических событий того времени, можно сказать, что этот поэт служил своей стране. И именно в
этом мы видим в творчестве Маяковского продолжение литературной традиции XIX века.
Давайте вспомним, что говорили о роли поэта классики. Пушкин призывал “глаголом жечь сердца людей” и “милость к падшим призывал”. Лермонтов уподоблял поэзию боевому оружию, утверждая действенность поэтического слова в преобразовании общества. Некрасов считал, что поэт должен быть прежде всего гражданином. Именно таким гражданином своей социалистической республики и был Маяковский. Говоря о преемственности его взглядов с взглядами писателей предыдущего столетия, нужно упомянуть о том, что в адрес поэта не раз поступали упреки в его якобы неуважительном отношении к классикам. Скорее всего, эти упреки были основаны на строках его стихотворения “Юбилейное”, в котором Маяковский мысленно обращается к Пушкину. В нем поэт говорит великому классику: “Вам теперь пришлось бы бросить ямб картавый”. По мнению Маяковского, бурное время, в котором он жил, требовало другого оружия (“штык да зубья вил”). Поэт утверждает, что “битвы революций посерьезнее “Полтавы”, и любовь пограндиознее онегинской любви”. Эти строки говорят о том, что Маяковский считал, что новое время требует новой поэзии. Но это не означает, что он не признает заслуг величайшего русского поэта. В этом же стихотворении Маяковского находим такие строки:

Александр Сергеич,
да не слушайте ж вы их!
Может,
я
один
действительно жалею,
что сегодня
нету вас в живых...
Я люблю вас,
но живого,
а не мумию.
Навели
хрестоматийный глянец.
Вы, по-моему,
при жизни
- думаю - тоже бушевали,
Африканец!

Поэзия в понимании Маяковского - это труд. И вот к такому поэту-труженику заглядывает летом на дачу... солнце. Этот интересный сюжет придумывает поэт в стихотворении “Необычайное приключение, бывшее с Владимиром Маяковским летом на даче”. Аллегорическая форма этого стихотворения помогает поэту ярко и образно выразить свое понимание роли поэзии. Цель солнца - светить людям, поддерживать жизнь на земле. Таким же тружеником должен быть и поэт. И его миссия столь же значительна:

Светить всегда,
светить везде, до дней последних донца,
светить -
и никаких гвоздей!
Вот лозунг мой - и солнца!

Владимир Маяковский большое внимание уделял профессионализму поэта. Проблеме поэтического мастерства посвящено стихотворение “Разговор с фининспектором о поэзии”. Маяковский считал, что настоящий поэт, работая над стихотворением, должен затрачивать большие усилия. Только в этом случае его слово будет достойным того, чтобы его услышали (“Эти слова приводят в движение тысячи лет миллионов сердца”). “Труд мой любому труду родствен”, говорил Маяковский. Его перу принадлежат и такие известные строки:

Поэзия -
та же добыча радия, В грамм добыча,
в год труды. Изводишь
единого слова ради
Тысячи тонн
словесной руды.

Владимир Маяковский считал, что поэт должен быть строителем новой жизни.
В неоконченной поэме “Во весь голос” поэт подводит итог своей 20-летней деятельности. По форме это произведение представляет собой разговор поэта того времени с потомками. Маяковский говорит с теми, кто будет жить после него, “как живой с живыми”. Поэма “Во весь голос” по своей тематике перекликается с пушкинским “Памятником” - в ней Маяковский, так же, как Пушкин в своем известном стихотворении, дает оценку своему творчеству, его общественному значению. Маяковский, поэт своего времени, считает, что только тот достоин остаться в памяти народа, кто посвятил себя строительству новой, лучшей жизни.

И все
поверх зубов вооруженные войска, что двадцать лет в победах
пролетали, до самого
последнего листка я отдаю тебе,
планеты пролетарий.

Поэма Маяковского и стихотворение Пушкина “Памятник” были написаны в разные исторические эпохи, но оба поэта рассчитывают, что их поэзия и после их смерти будет нужна людям. Так, Маяковский пишет:

Заглуша
поэзии потоки, я шагну
через лирические томики, как живой
с живыми говоря.

Про Маяковского можно сказать, что он действительно бескорыстно служил людям, даже презирал личную славу:

Мне наплевать
на бронзы многопудъе,
мне наплевать
на мраморную слизь...
пускай нам
общим памятником будет
построенный
в боях
социализм.

Политическая острота этих строк сегодня приглушилась. Но мы с уверенностью можем сказать, что Владимир Маяковский действительно остался в нашей памяти не только как яркий выдающийся поэт своего времени, но и как создатель оригинального и необычного поэтического стиля. Многие из его стихотворений и сегодня злободневны. Например, его сатира на бюрократов и приспособленцев. Интересна и его лирика, открывающая нам новые грани человеческих чувств. Про Маяковского можно сказать, что этот человек был искренним, он верил в то, что писал, и поэтому, я думаю, не зря надеялся, что его “стих трудом громаду лет прорвет”.

Поэты всегда задумывались о цели поэтического творчества, о месте поэта в жизни страны, народа. Что и для кого должен писать поэт - эти вопросы возникли еще в глубокой древности одновременно с самой поэзией. Поэт или гражданин? Поэт и гражданин? Поэт - гражданин? Необходимо ли поэту - Божьему избраннику - быть еще и гражданином?
Великий русский поэт Александр Сергеевич Пушкин в стихотворении "Я памятник себе воздвиг нерукотворный..." писал:
И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я свободу
И милость к падшим призывал.
Трагична была судьба великого русского поэта М. Ю. Лермонтова, который не нашел себе места в жизни среди бесчисленных "масок". Одиночество тяжелой печатью легло на его стихи. О своем назначении поэта, о своих стихах он говорил:
И отзыв мыслей благородных
Звучал, как колокол на башне вечевой
Во дни торжеств и бед народных,
Поэт-демократ Н. А. Некрасов свои лучшие стихи посвятил народу, он до конца пронес на плечах всю тяжесть труда и ответственности поэта, чтобы в конце жизни с гордостью сказать: “Я лиру посвятил народу своему”.
Творчество Владимира Маяковского представляет новый этап в развитии русской поэзии. Он стал одним из лучших поэтов начала XX века, века глубоких социальных перемен. Это было время ломки не только политического строя, но и этических и эстетических норм. В его лирике наиболее ярко, может быть, даже демонстративно запечатлены черты новой человеческой личности. Герой поэзии Маяковского - это и сам поэт, и обобщенный образ россиянина.
Место своей поэзии в жизни современного ему общества поэт определил не сразу и не скоро. Задумываясь о кажущейся бесполезности поэта среди повседневных будничных забот людей, он задает вопрос:
Ведь, если звезды зажигают - значит -
это кому-нибудь нужно?
Поэт - та же звезда, и свет ее служит нравственным ориентиром людям. Внутренне убежденный в необходимости поэтического слова для человеческой души, Маяковский видит миссию поэта в том, чтобы впитать в себя всю боль миллионов страдающих и одиноких людей и рассказать о ней миру. Обращаясь к окружающим, к грядущим поколениям, поэт заявляет:
Вот -я, весь
боль и ушиб. Вам завещаю я сад фруктовый
Моей великой души!
После Октябрьской революции поэт обращается ко всем художникам слова с призывом направить свое мастерство на воспитание людей: “Товарищи, на баррикады -баррикады сердец и душ”. Маяковский уже не сомневается в том, что его искусство нужно народу, что оно необходимо стране. Как капитан, который является душой и сердцем корабля, так и поэт, в понимании Маяковского, выполняет большое и ответственное дело: управляет сердцами и умами людей на одном большом корабле, называемом страной. Сердца - такие же моторы. Душа - такой же хитрый двигатель.
По Маяковскому, поэзия необходима людям, как солнце. И здесь не случайно сравнение настоящей поэзии со светилом, которое издавна считалось символом жизни на земле, без которого не было бы ни тепла, ни света. Стихи согревают душу каждого человека, наполняя ее вечным огнем жизни, заставляя осознать себя неотъемлемой частью огромного мира.
А солнце тоже:
“Ты да я, нас, товарищ, двое!
Я буду солнце лить свое, а ты - свое,
стихами".
В стихотворении "Необычайное приключение..." возникает тема двух солнц: солнца света и солнца поэзии. Эта тема развивается в произведении и дальше, находя очень точное и меткое воплощение в поэтическом образе "двухстволки солнц", из одного ствола которой вырываются снопы света, а из другого - свет поэзии. Перед силой этого оружия падает ниц "стена теней, ночей тюрьма". Поэт и Солнце действуют сообща, сменяя друг друга. Поэт заявляет, что когда "устанет" и захочет "прилечь" Солнце, то он "во всю светает мочь - и снова день трезвонится".
Размышления о поэтическом труде В. Маяковский продолжает в стихотворении "Разговор с фининспектором о поэзии". Это его произведение является одним из ключевых к пониманию того, какой глубокий смысл вкладывал автор в слово "поэт". Стихотворение представляет собой шутливый, но страстный монолог - спор, где Маяковский отстаивает свою точку зрения.
Прежде всего, он говорит о поэте как о труженике, человеке, который недаром ест хлеб, а является полезным членом общества: "Мой труд любому труду равен". Этими словами автор строк хочет сказать, что поэзия - нелегкий, кропотливый, требующий высочайшего мастерства и квалификации труд, нуждающийся в шлифовке каждого стихотворения, как драгоценного камня, чтобы он "сверкал всеми гранями":
Поэзия -
та же добыча радия. В грамм добыча,
в год труды.
Изводишь единого слова ради тысячи тонн
словесной руды.
Работа поэта-мастера оправдывается глубоким воздействием меткого слова на умы и сердца людей. Как и Пушкин, видевший задачу поэта в том, чтобы "глаголом жечь сердца людей", так и Маяковский пишет об "испепеляющем слов этих жжении".
А что, если я
народа водитель
и одновременно -
народный слуга?
Важной особенностью поэзии В. Маяковского было то, что круг жизненных явлений, отраженных в его произведениях, был ничем не ограничен. Поэт считал, что он обязан писать обо всем, что видит вокруг себя, обо всем, что волнует и мучает его, ведь любая тема - это познание чего-то нового, каждое стихотворение - это первооткрытие, а поэзия в целом - “езда в не-' знаемое".
Возможно, и революцию Маяковский принял от жажды чего-то нового, неведомого доселе, от желания идти в ногу со временем, участвовать в созидании новой жизни, новых идеалов, а вовсе не оттого, что он глубоко верил в идеи коммунизма. Революция "пожирает" своих детей. Поэт, "наступая на горло собственной песне", превратился в производителя штампов певца Моссельпрома:
Но я себя
смирял, становясь
на горло
собственной песне.
Как нельзя лучше эти строки показывают душевную борьбу Маяков- ' ского, его мучительные раздумья, В 1930 году, незадолго до своей трагической гибели поэт пишет поэму "Во весь голос'', которая является как бы его поэтическим завещанием. Именно в этом произведении мы видим истинное лицо и настоящие чувства поэта, который через головы современников обращается к грядущим поколениям, к своим потомкам, обещая рассказать "о времени и о себе". Начиная этот рассказ, автор не торопится называть себя поэтом”.
: Я ассенизатор
и водовоз, революцией
мобилизованный и призванный
Поэт борется с грязью и "мразью" жизни. Почему он водовоз? Потому что стихи, как и вода, необходимы людям, без них не может гармонично развиваться ни один человек. "Водовоз" противопоставляется тем, кто "строчит романсы", кто "мандолинит из-под стен", создавая литературные побрякушки в угоду низкопробным мещанским вкусам.
И теперь, уже громко и ясно называя себя поэтом, В. Маяковский резко отмежевывается от всех тех, кто считает поэзию делом сугубо личным. Маяковский с полным сознанием своего значения утверждает, что его стихи будут известны потомкам:
Мой стих
трудом громаду лет прорвет и явится
весомо, грубо,
зримо,
Как в наши дни
вошел водопровод,
сработанный еще рабами Рима.
Поэт оказался прав: его стихи, пройдя сквозь время, не обесценились, а его "звонкая сила поэта" напоминает людям о том месте, которое занимает творчество поэта и гражданина Владимира Маяковского в нашем литературном наследии.

mirznanii.com

Владимир Маяковский - Послание пролетарским поэтам: читать стих, текст стихотворения поэта классика на РуСтих

Товарищи,
позвольте
без позы,
без маски —
как старший товарищ,
неглупый и чуткий,
поразговариваю с вами,
товарищ Безыменский,
товарищ Светлов,
товарищ Уткин.
Мы спорим,
аж глотки просят лужения,
мы
задыхаемся
от эстрадных побед,
а у меня к вам, товарищи,
деловое предложение:
давайте,
устроим
веселый обед!
Расстелим внизу
комплименты ковровые,
если зуб на кого —
отпилим зуб;
розданные
Луначарским
венки лавровые —
сложим
в общий
товарищеский суп.
Решим,
что все
по-своему правы.
Каждый поет
по своему
голоску!
Разрежем
общую курицу славы
и каждому
выдадим
по равному куску.
Бросим
друг другу
шпильки подсовывать,
разведем
изысканный
словесный ажур.
А когда мне
товарищи
предоставят слово —
я это слово возьму
и скажу:
— Я кажусь вам
академиком
с большим задом,
один, мол, я
жрец
поэзий непролазных.
А мне
в действительности
единственное надо —
чтоб больше поэтов
хороших
и разных.
Многие
пользуются
напосто́вской тряскою,
с тем
чтоб себя
обозвать получше.
— Мы, мол, единственные,
мы пролетарские… —
А я, по-вашему, что —
валютчик?
Я
по существу
мастеровой, братцы,
не люблю я
этой
философии ну́довой.
Засучу рукавчики:
работать?
драться?
Сделай одолжение,
а ну́, давай!
Есть
перед нами
огромная работа —
каждому человеку
нужное стихачество.
Давайте работать
до седьмого пота
над поднятием количества,
над улучшением качества.
Я меряю
по коммуне
стихов сорта,
в коммуну
душа
потому влюблена,
что коммуна,
по-моему,
огромная высота,
что коммуна,
по-моему,
глубочайшая глубина.
А в поэзии
нет
ни друзей,
ни родных,
по протекции
не свяжешь
рифм лычки́.
Оставим
распределение
орденов и наградных,
бросим, товарищи,
наклеивать ярлычки.
Не хочу
похвастать
мыслью новенькой,
но по-моему —
утверждаю без авторской спеси —
коммуна —
это место,
где исчезнут чиновники
и где будет
много
стихов и песен.
Стоит
изумиться
рифмочек парой нам —
мы
почитаем поэтика гением.
Одного
называют
красным Байроном,
другого —
самым красным Гейнем.
Одного боюсь —
за вас и сам, —
чтоб не обмелели
наши души,
чтоб мы
не возвели
в коммунистический сан
плоскость раешников
и ерунду частушек.
Мы духом одно,
понимаете сами:
по линии сердца
нет раздела.
Если
вы не за нас,
а мы
не с вами,
то черта ль
нам
остается делать?
А если я
вас
когда-нибудь крою
и на вас
замахивается
перо-рука,
то я, как говорится,
добыл это кровью,
я
больше вашего
рифмы строгал.
Товарищи,
бросим
замашки торгашьи
— моя, мол, поэзия —
мой лабаз! —
всё, что я сделал,
все это ваше —
рифмы,
темы,
дикция,
бас!
Что может быть
капризней славы
и пепельней?
В гроб, что ли,
брать,
когда умру?
Наплевать мне, товарищи,
в высшей степени
на деньги,
на славу
и на прочую муру!
Чем нам
делить
поэтическую власть,
сгрудим
нежность слов
и слова-бичи,
и давайте
без завистей
и без фамилий
класть
в коммунову стройку
слова-кирпичи.
Давайте,
товарищи,
шагать в ногу.
Нам не надо
брюзжащего
лысого парика!
А ругаться захочется —
врагов много
по другую сторону
красных баррикад.

rustih.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.