Стихи для подростков на конкурс чтецов


Подборка стихотворений для конкурса чтецов

Чуть прикасаясь губами к засохшему хлебу,
Запах знакомый вдыхая до чёрных кругов,
Девочка в парке стояла - с глазами в полнеба!
Тихо дрожа от мороза, без слёз и без слов.

Из темноты незаметно щенок появился
Вытянул морду и, глядя ей прямо в глаза,
Нет, не скулил - он как будто бы Богу молился,
Воздух глотая, и взглядом по хлебу скользя...

Глянула вниз, по-старушечьи губы поджала,
В зябкой ладони зажав драгоценный кусок,
Бросилась в сторону и, как могла, побежала...
Спал Ленинград.
А чужой ненавистный щенок

Лёг на живот и пополз по январскому снегу,
Жалко скуля, и надеясь беглянку догнать
Та поскользнулась на льду и упала с разбегу,
Несколько раз попыталась подняться и встать...

Но, обессилев, вздохнула, свернулась клубочком,
Вспомнила бабушку, деда, сестрёнку и мать,
Крепко вцепившись в тот самый, заветный, кусочек,
Нет, не заплакала - Пушкина стала читать.

В воздухе таяла, таяла музыка строчек.
Злая луна почему то мерцала свечой...
К жизни вернул её маленький тёплый комочек,
Громко сопел он и тыкался носом в плечо.

Из-под ресниц покатились солёные льдинки, 
Тонкие руки наощупь упрямца нашли,
Хлеб разломили и дали ему половинку
К сердцу прижали и этим от смерти спасли...

Чуда не вышло. Нева подо льдом клокотала!
Но никого не шокировал странный дуэт:
Мёртвая девочка тихо спала у вокзала
С мёртвым щенком на руках. Занимался рассвет...

На минском шоссе.

Идти устали маленькие ноги,
Но он послушно продолжает путь.
Еще вчера хотелось близ дороги
Ему в ромашках полевых уснуть.

И мать несла его, теряя силы,
В пути минуты длились, словно дни.
Все время сыну непонятно было, 
Зачем свой дом покинули они.

Что значат взрывы, плачь, дорога эта?
И чем он хуже остальных ребят,
Что на траве зеленой у кювета,
Раскинув руки, рядом с мамой спят?

Как тяжело выслушивать вопросы…
Могла ли малышу ответить мать,
Что этим детям, спящим у березы, 
Что этим мамам никогда не встать?

Но сын вопросы задавал упрямо,
И кто-то объяснил ему в пути,
Что это спали неживые мамы,
От бомбы не успевшие уйти.

И он задумался под лязг машин железных,
Как будто горе взрослых понял вдруг, – 
В его глазах, недавно безмятежных,
Уже блуждал осознанный испуг.

Так детство кончилось. Он прежним больше не был.
Он шел и шел. И чтобы мать спасти,
Следил ревниво за июньским небом
Малыш, седой от пыли, лет шести.

Л. Ошанина "Волжская баллада".
Третий год у Натальи тяжелые сны, 
Третий год ей земля горяча — 
С той поры как солдатской дорогой войны 
Муж ушел, сапогами стуча. 
На четвертом году прибывает пакет. 
Почерк в нем незнаком и суров: 
«Он отправлен в саратовский лазарет, 
Ваш супруг, Алексей Ковалев». 
Председатель дает подорожную ей. 
То надеждой, то горем полна, 
На другую солдатку оставив детей, 
Едет в город Саратов она. 
А Саратов велик. От дверей до дверей 
Как найти в нем родные следы? 
Много раненых братьев, отцов и мужей 
На покое у волжской воды. 
Наконец ее доктор ведет в тишине 
По тропинкам больничных ковров. 
И, притихшая, слышит она, как во сне: 
— Здесь лежит Алексей Ковалев.— 
Нерастраченной нежности женской полна, 
И калеку Наталья ждала, 
Но того, что увидела, даже она 
Ни понять, ни узнать не могла. 
Он хозяином был ее дум и тревог, 
Запевалой, лихим кузнецом. 
Он ли — этот бедняга без рук и без ног, 
С перекошенным, серым лицом? 
И, не в силах сдержаться, от горя пьяна, 
Повалившись в кровать головой, 
В голос вдруг закричала, завыла она: 
— Где ты, Леша, соколик ты мой?! — 
Лишь в глазах у него два горячих луча. 
Что он скажет — безрукий, немой! 
И сурово Наталья глядит на врача: 
— Собирайте, он едет домой. 
Не узнать тебе друга былого, жена,— 
Пусть как память живет он в дому. 
— Вот спаситель ваш,— детям сказала она,— 
Все втроем поклонитесь ему! 
Причитали соседки над женской судьбой, 
Горевал ее горем колхоз. 
Но, как прежде, вставала Наталья с зарей, 
И никто не видал ее слез... 
Чисто в горнице. Дышат в печи пироги. 
Только вдруг, словно годы назад, 
Под окном раздаются мужские шаги, 
Сапоги по ступенькам стучат. 
И Наталья глядит со скамейки без слов, 
Как, склонившись в дверях головой, 
Входит в горницу муж — Алексей Ковалев — 
С перевязанной правой рукой. 
— Не ждала? — говорит, улыбаясь, жене. 
И, взглянув по-хозяйски кругом, 
Замечает чужие глаза в тишине 
И другого на месте своем. 
А жена перед ним ни мертва ни жива... 
Но, как был он, в дорожной пыли, 
Все поняв и не в силах придумать слова, 
Поклонился жене до земли. 
За великую душу подруге не мстят 
И не мучают верной жены. 
А с войны воротился не просто солдат, 
Не с простой воротился войны. 
Если будешь на Волге — припомни рассказ, 
Невзначай загляни в этот дом, 
Где напротив хозяйки в обеденный час 
Два солдата сидят за столом. 

Сергей Васильев
Рассказ Агриппины Куликовой

Глаза воспалены. Красивые черты
избороздило, иссушило время.
Ей трудно говорить. То приступ тошноты,
то ломит грудь, то больно ноет темя.
Превозмогая боль и кутаясь в платок,
она рассказывает глухо, но раздельно.
И горек тихих слов ее поток,
и чувство гнева беспредельно:
- Сынки мои! Уж очень я стара.
Седьмой десяток лет перемахнула…
А в этот самый день, с утра,
я, как на грех, взяла да прихворнула.
Лежу, родимые, одна в избе.
Темнеет. За окном мокропогодит.
Лежу одна и чую по стрельбе,
что наши за околицу отходят.
«Неужто, – думаю, – не выйду из села?
Зажгу избу и двинусь понемногу» .
И поднялась. Соломы принесла,
обула валенки на босу ногу.
Легко ли рушить мирный свой очаг!
Стою, гляжу… В руках трясутся спички.
Перекрестилась трижды вгорячах,
не то чтоб так, а больше по привычке.
Одно беда: уж больно я стара!
Пока я за соломой – то ходила,
фашисты вот они. Бормочут у двора.
Ко мне валит чумная вражья сила.
Берет меня за горло офицер:
- Давай нам масла, молока и чаю! –
«Не масла, думаю, тебе, а сто холер» .
- Нет молока и масла! – отвечаю.
Взъярился офицер. Завыл, как дикий волк,
трясет своим тяжелым пистолетом.
А что трясти? Какой в угрозе толк?
«Врешь, думаю, не выедешь на этом» .
Ударил раз меня, потом еще, еще.
Одежду рвет. Плюется то и дело.
Схватил за волосы, толкнул меня в плечо.
В глазах моих, сыночки, потемнело.
Не помню, как я дотянула до зари.
Забрали немцы все мои пожитки:
половики, подушки, сухари –
все загребли до капельки, до нитки.
На этом бы и кончить мне рассказ,
казалось бы, уж сказано немало,
да упредить должна я сразу вас,
что это не конец, а лишь начало.
Я вышла.
Постояла за крыльцом.
И слышу вновь надрывный вой немецкий.
Гляжу:
стоят разбойники кольцом,
а посередке наш боец советский.
И тут же рядом, у плетней витых,
три наших деревенских человека:
Две бабки древних, хилых и слепых,
да мой сосед, Илья Линьков, калека.
А немец тот, что бил меня в дому,
сидит, как на престоле, под скворешней.
- Чей, – спрашивает, – сын? Кто родственник ему? –
А что сказать, когда боец не здешний.
Быть может, тульский он, а может, из Ельца,
не все ль равно: одна любовь и вера.
Вдруг вырвался сердечный из кольца
да как наотмашь хватит офицера!
Качнулся тот и скувырнулся с ног,
и угодил затылком – то о бревна.
Я не сдержалась.
- Мой, – кричу, – сынок!
Мой золотой, единственный и кровный! –
Схватили тут меня – и под гору силком.
И паренька, что я назвала сыном.
И завалили нас обоих ивняком,
и облили обоих керосином.
«Ну, думаю, приходит наш конец! »
Да тут, вишь, самый бой – то и начался…
Прогнали немца, немец вспять подался.
Я вот жива, а раненый боец,
слыхала я, не выдержал – скончался. –
Умолкла Агриппина. Поздний час.
На миг нам кажется, что мы внезапно глухи.
Озноб и гнев охватывает нас,
услышавших рассказ седой старухи.
Мы в восхищеньи рядом с ней стоим.
Мы принесли ей сахар, хлеб и сало.
Мы за тебя, родная, отомстим!
Мы все сынки твои. Ты правильно сказала.

Хатынь. Ирина Коротеева

Иссякли реки, высохли колодцы.
Полны озёра не прохладой – пылью.
Вода ключом в источниках не бьётся.
Деревья к небу тянутся бессильно.

В багровых бликах виделось мальчишке –
Сжигает солнце белую пустыню.
И было страшно, было больно слишком,
В горящей хате посреди Хатыни. 

Толпы безумной  малою частичкой –
Он бился в брёвна, пальцы обдирая.
Стучало сердце – птичкой-невеличкой,
О будущем не ведая, не зная…

«Ведь ты всё можешь, Боже Всевеликий!
Будь милосерден и останься с нами!».
Но равнодушно пожирало крики
Безжалостное, яростное пламя.

Пытаясь сбросить жаркую солому,
Стонали изувеченные стены.
На плечи саван плачущему дому
Набрасывало небо постепенно.

Но, вдруг, среди обуглившихся балок,
Мальчонка щуплый в полный рост поднялся.
Был обожжён и ранен…, но не жалок –
В лицо он палачам своим смеялся!

Взметнулась обгорелая рубаха
От ветра, словно ангельские крылья.
И затряслись каратели от страха,
Всё больше свирепея от бессилья.

Под беспощадной очередью хлёсткой
Мальчишка пал, захлёбываясь кровью.
И виделись в последний миг берёзки,
Склонившиеся тихо к изголовью.

Очищенные адовым горнилом,
Освободившись от земных страданий,
Сто сорок девять душ прощались с миром,
Великодушно этот мир прощая.

А сто пятидесятой срок не вышел –
Старик очнулся возле пепелища.
И ничего не видя и не слыша,
Пополз к своим на скорбное кострище.

И на холодном призрачном рассвете,
Средь груды тел, растерзанных войною,
Нашёл сынка… Висели ручки-плети.
Отец  упал тяжёлой головою.

И груз бесценный на руки поднявши,
Побрёл, шатаясь, над ребёнком воя.
Один живой среди безвинно павших,
Седой отец убитого героя.

Светлы весной рассветы над Хатынью.
И колокольный звон - слезой Господней.
Пред павшими, под бесконечной синью,
Колени преклоняю я сегодня...

Таня
Ирина Коротеева
«Мама, посмотри какое солнце!
Видишь, оно падает в Неву.
Если мне спасать его придётся,
Я тебя на помощь позову!

Правда, что оно сейчас похоже 
На большой, румяный, вкусный блин?
И на леденец немного тоже,
Жалко только, что всего один.

Вот бы шоколадную конфету
И хрустящей булки с молоком,
Чтоб быстрее наступило лето
И чтоб наш не разбомбили дом».

Голос рвался раненною птицей,
Бился в крест бумажный на окне,
И смотрели с фотографий лица
Молодых, подаренных войне.

Под худым, протертым одеялом,
Посильней зажмуривши глаза,
Девочка в отчаянье шептала.
Бушевала за окном гроза

И над непокорною рекою,
Обнимая вензеля оград,
Плакала рубиновой тоскою,
Глядя на суровый Ленинград.

Сквозь печалью залитые стекла, 
Разрывая цепь голодных дней,
Первый луч – беспомощный и блеклый
Проскользнул. Из призрачных теней 

Выступили обреченной горкой
 У буржуйки старенькой  тома.
И казалось, что под шепот горький
Уползала навсегда зима.

Сколько же забрать она успела,
Бросить в топку алчную - в войну!
Девочка, слабеющая, села,
Протянула руку. Тишину

Только сердце, как набат, взрывало,
Сердце, не изведавшее грез.
Девочка беззвучно закричала,
А потом заплакала без слёз.

И писала, плохо понимая,
Тонкою, дрожащею рукой:
«Мамы нет… тринадцатое мая…»
И помедлив: «Год сорок второй…»

Беззащитные страницы раня,
Вывела на красной полосе:
«Из живых осталась одна Таня».
И ещё… Что умерли-то все…

Май другой, Победой трудной пьяный,
Встретил долгожданную весну.
И народ, немыслимо упрямый,
Выиграл великую войну!

И опять весна! И скольких в мире
Танями девчонок назовут!
Только вот в большой своей квартире
Савичевы больше не живут.

Тихвин, 14 октября 1941 года 

Они были уже далеко от блокады –
Вывозимые в тыл ленинградские дети.
Где-то там, позади артобстрелов раскаты,
Вой сирен, стук зениток в прожекторном свете,

Надоевшие бомбоубежищ подвалы,
Затемненных домов неживые громады,
Шёпот мам на тревожном перроне вокзала:
"Будет всё хорошо, и бояться не надо!..."

А потом путь по Ладоге, штормом объятой,
Волны, словно таран, били в баржи с разгона.
Наконец, твёрдый берег – уже за блокадой!
И опять пересадка, и снова в вагоны.

Они были уже далеко от блокады,
Всё спокойней дышалось спасаемым детям,
И стучали колёса: "Бояться не надо!
Бояться не надо! Мы едем! Мы едем!"

Поезд встал, отдуваясь, на станции Тихвин.
Паровоз отцепился, поехал пить воду.
Всё вокруг, как во сне, было мирным и тихим...
Только вдруг крик протяжный за окнами: "Воздух!"

"Что случилось?" – "Налёт. Выходите быстрее!.." –
"Как налёт? Но ведь мы же далёко от фронта..." –
"Выводите детей из вагонов скорее!.."
А фашист уже груз сыпанул с разворота.

И опять свист и вой души детские рвали,
Словно дома, в кошмарной тревог круговерти.
Но сейчас дети были не в прочном подвале,
А совсем беззащитны, открыты для смерти.

Взрывы встали стеной в стороне, за домами.
Радость робко прорвалась сквозь страх: "Мимо! Мимо!"
И душа вновь припала к надежде, как к маме – 
Ведь она где-то рядом, неслышно, незримо...

А над станцией снова свистит, воет, давит,
Бомбы к детям всё ближе, не зная пощады.
Они рвутся уже прямо в детском составе.
"Мама!.. Ты говорила: бояться не надо!.."

Есть на тихвинском кладбище, старом, зелёном,
Место памяти павших героев сражений.
Здесь в дни воинской славы склоняют знамёна,
Рвёт минуту молчанья салют оружейный.

А в другой стороне в скромной братской могиле
Спят погибшие здесь ленинградские дети.
И цветы говорят, что о них не забыли,
Что мы плачем о них даже в новом столетье.

Помолчим возле них, стиснув зубы упрямо,
Перечтём вновь и вновь скорбный текст обелиска,
И почудятся вдруг голоса: "Мама! Мама!
Приезжай, забери нас отсюда! Мы близко!.."
(А. Молчанов)

«Варежки»

Как только всхлипнет первое ненастье,
Так кто-нибудь торопится сказать:
"Опять сегодня села бабка Настя
Для дочки Вари варежки вязать."
... Жила в селе старушка-вековушка,
Возила почту на слепом коне.
У той старушки в крохотной избушке
Сто варежек висело на стене.
Ах, варежки! Какая не мечтала
Из сельских модниц-парочку бы ей,
Но бабка Настя каждой отвечала:
"Все варежки для Варюшки моей." 

И шел слушок. Не злой, а так, от скуки,
Почти имея почву под собой,
Что у старушки золотые руки,
Но, видимо, неладно с головой.
Ведь время было страшным и суровым,
Еще следы войны не заросли.
И за полбулки хлебушка сырого
На рынок люди варежки несли.
И там стояли, грезя, как о счастье,
Продать товар дороже и быстрей,
Твердила, голодая, бабка Настя:
"Все варежки для Варюшки моей." 

Она скончалась в самые морозы,
Потрескивали веточки берез,
И председатель нашего колхоза
Сосновый гроб на кладбище увез.
Никто не плакал, не шумели речи-
В войну привыкло к горестям село.
Лишь у коня слепого на уздечке
Сосулька намерзала тяжело.
Потом пришли в холодную избушку,
И кто-то, к центру выдвигая стол,
Неловко на пол уронив подушку,
Под ней письмо солдатское нашел. 

Читали вслух, махрой чадили жарко,
Со щек слезинки пальцами гоня:
"... Служила я в отряде санитаркой,
Снарядом в руки ранило меня.
Теперь полгода в госпитале лечат,
И, хоть об этом страшно говорить,
Пришлось врачам мне рученьки по плечи
Из-за гангрены, мама, удалить.
Врачи нас лечат опытно, умело,
Я очень благодарна им, врачам,
И знаешь, удивительное дело
Ладони часто мерзнут по ночам..."
И стало всем тогда до боли ясно,
Так ясно, будто молния в глаза,
Что не могла, конечно, бабка Настя
Всю жизнь закончить варежки вязать. 

Вязать не для подарков и продажи,
Не для того, чтоб Варюшку согреть,
А просто, чтобы жить, и чтоб однажды,
Устав от боли в сердце, умереть.
Прошло. Забылось. Но крутнет ненастье -
Так кто-нибудь торопится сказать:
"Опять сегодня села бабка Настя
Для дочки Вари варежки вязать

Сергей Михалков. Детский ботинок
Занесенный в графу
С аккуратностью чисто немецкой,
Он на складе лежал
Среди обуви взрослой и детской.
Его номер по книге:
«Три тысячи двести девятый».
«Обувь детская. Ношена.
Правый ботинок. С заплатой...»
Кто чинил его? Где?
В Мелитополе? В Кракове? В Вене?
Кто носил его? Владек?
Или русская девочка Женя?..
Как попал он сюда, в этот склад,
В этот список проклятый,
Под порядковый номер
«Три тысячи двести девятый»?
Неужели другой не нашлось
В целом мире дороги,
Кроме той, по которой
Пришли эти детские ноги
В это страшное место,
Где вешали, жгли и пытали,
А потом хладнокровно
Одежду убитых считали?
Здесь на всех языках
О спасенье пытались молиться:
Чехи, греки, евреи,
Французы, австрийцы, бельгийцы.
Здесь впитала земля
Запах тлена и пролитой крови
Сотен тысяч людей
Разных наций и разных сословий...
Час расплаты пришел!
Палачей и убийц - на колени!
Суд народов идет
По кровавым следам преступлений.
Среди сотен улик -
Этот детский ботинок с заплатой.
Снятый Гитлером с жертвы
Три тысячи двести девятой.

Сергей Михалков “Десятилетний человек”.

Крест-накрест синие полоски
На окнах съежившихся хат.
Родные тонкие березки
Тревожно смотрят на закат.

И пес на теплом пепелище,
До глаз испачканный в золе,
Он целый день кого-то ищет
И не находит на селе...

Накинув старый зипунишко,
По огородам, без дорог,
Спешит, торопится парнишка
По солнцу - прямо на восток.

Никто в далекую дорогу
Его теплее не одел,
Никто не обнял у порога
И вслед ему не поглядел.

В нетопленной, разбитой бане
Ночь скоротавши, как зверек,
Как долго он своим дыханьем
Озябших рук согреть не мог!

Но по щеке его ни разу
Не проложила путь слеза.
Должно быть, слишком много сразу
Увидели его глаза.

Все видевший, на все готовый,
По грудь проваливаясь в снег,
Бежал к своим русоголовый
Десятилетний человек.

Он знал, что где-то недалече,
Выть может, вон за той горой,
Его, как друга, в темный вечер
Окликнет русский часовой.

И он, прижавшийся к шинели,
Родные слыша голоса,
Расскажет все, на что глядели
Его недетские глаза.

multiurok.ru

Интересные стихи для детей на конкурс чтецов

Интересные стихи для детей на конкурс чтецов

В Африке зебры газету читали.
В Африке в обморок зебры упали.
Чёрным по белому в этой газете
Было написано, будто на свете,
Где не ступала нога носорога,
Бедные зебры лежат на дорогах.
Люди шагают по зебрам в сапожках,
Лаковых туфельках и босоножках,
В грязных ботинках, кроссовках и кедах,
Ездят по зебрам на велосипедах,
Катят на роликах и самокатах,
Строем по ним маршируют солдаты,
Бродят по зебрам коты и собаки, –
Все подчиняются страшному знаку:
«ПЕРЕСЕКАТЬ ПЕШЕХОДАМ ДОРОГУ –
СТРОГО ПО ЗЕБРАМ, ПО ЗЕБРАМ СТРОГО!»
В Африке зебры газету читали.
В Африке в обморок зебры упали.
Просто не знали они, к сожаленью,
ПРАВИЛ ДОРОЖНОГО ПЕРЕДВИЖЕНЬЯ.

Галина Дядина


БУЛКА

Три паренька по переулку,
Играя будто бы в футбол,
Туда-сюда гоняли булку
И забивали ею гол.

Шел мимо незнакомый дядя,
Остановился и вздохнул
И, на ребят почти не глядя,
К той булке руку протянул.

Потом, насупившись сердито,
Он долго пыль с нее сдувал
И вдруг спокойно и открыто
При всех ее поцеловал.

— Вы кто такой?- спросили дети,
Забыв на время про футбол.
— Я пекарь!- человек ответил
И с булкой медленно ушел.

И это слово пахло хлебом
И той особой теплотой,
Которой налиты под небом
Моря пшеницы золотой.

Сергей Михалков


Весенняя считалочка Алисы

Вот уже не мёрзнут руки,
С мамой в садик я иду,
Мне сегодня не до скуки,
Я придумала игру.

Снег почти совсем растаял,
Цвет у неба голубой,
Я сегодня посчитаю,
Всё, что связано с весной.

Раз — улыбки стали шире,
Два — луч солнца на лице,
Лужи — три, трава — четыре,
Пять — сосульки на крыльце.

И надеюсь я, что всё же,
Хоть задачка не проста,
Если мама мне поможет,
Досчитаю и до ста!

Алексей Линченко,
г.Магадан


Непослушный мой котёнок,
Что ж ты в кухне натворил!
Со стола на подоконник
Ты носился, как чертёнок,
Чашку мамину разбил.
За такое поведенье
Будешь завтра без конфет,
Без печенья, без варенья,
Без прогулки в воскресенье,
Без сосиски на обед,
Без мультяшек, без игрушек,
Виноват — теперь не плачь!
Надо было маму слушать
И вести себя получше,
Не играть ни в коем случае
Со мной на кухне в мяч.


Кого принимают в школу?

Девочки с бантами,
Мальчики с цветами,
Мамы – напряжены,
Папы – наглажены.
Дедушки и бабушки
Суетятся рядышком.
Все волнуются, шумят,
Охают, вздыхают –
В школу все попасть хотят,
Но не всех пускают!
Вот звонок позвал ребят
Голоском хрустальным.
И веселый взрослых взгляд
Стал чуть-чуть печальным.
Мамы смотрят детям вслед,
Мамы понимают:
Только тех, кому семь лет,
В школу принимают!
(А. Усачев)


Танюша под вечер с гулянья пришла
И куклу спросила:
Как, дочка, дела?
Опять ты залезла под стол, непоседа?
Опять просидела весь день без обеда?
С этими дочками просто беда,
Скоро ты будешь, как спичка, худа!
Иди-ка обедать, вертушка,
Сегодня к обеду ватрушка.

Танюшина мама с работы пришла
И Таню спросила:
Как, дочка, дела?
Опять заигралась, наверно, в саду,
Опять ухитрилась забыть про еду?
«Обедать!» кричала бабуся сто раз,
А ты отвечала:
«Сейчас!» да «Сейчас!»
С этими дочками просто беда.
Скоро ты будешь, как спичка, худа!
Иди-ка обедать, вертушка,
Сегодня к обеду ватрушка.

Тут бабушка, мамина мама, пришла
И маму спросила:
Как, дочка, дела?
Наверно, в больнице за целые сутки
Опять для еды не нашла на минутки,
А вечером сунула в рот
Сухой бутерброд?
Нельзя же сидеть целый день без обеда!
Уж доктором стала, а все — непоседа!
С этими дочками просто беда.
Скоро ты будешь, как спичка, худа!
Иди-ка обедать, вертушка,
Сегодня к обеду ватрушка.

Три мамы в столовой сидят,
Три мамы на дочек глядят.
Что с дочками сделать упрямыми?
Ох, как не просто быть мамами!


Я как-то в дом принес щенка,
Бездомного бродягу,
Чтоб подкормить его слегка,
Голодного беднягу.

— Ну, что ж сказала мама, — пусть
он поживет немножко,
в глазах его такая грусть!
Найдется супа ложка. . .

Я во дворе нашел потом
Котенка чуть живого,
Его принес я тоже в дом,
Сказала мама снова:

— Ну, что ж, — она сказала, — пусть
он поживет немножко,
в глазах его такая грусть!
Найдется каши ложка. . .

Я под гнездом нашел птенца,
Над ним вороны вились,
Я спрятал в шапку сорванца,
Мы с ним домой явились.

— Ну, что ж, — сказала мама, — пусть
он поживет немножко,
в глазах его такая грусть!
Найдется хлеба крошка. . .

Однажды я принес ежа,
Ужа и черепаху,
И Заяц в нашу дверь вбежал,
Наверное, со страху.

Сказала мама: — Пусть живут
в квартире так чудесно,
а если потесниться,
тут и нам найдется место!

М. Садовский


Барбосы

В одном селе один Барбос
Залаял на Луну.
Не так уж сильно этот пес
Нарушил тишину,
Да в это время, как на грех,
Не спал его сосед.
— Эй ты, потише, пустобрех, —
Залаял он в ответ.
И так как он рассержен был
И не был безголос,
То тут со сна заголосил
Еще один Барбос.
Вот тут и началось!..

Пошло гулять по всем дворам:
— Не гавкать!
-Тихо!
— Что за гам!
— Да прекратите лай!
— Эй, будет вам!
— Ай-ай-ай-ай!
— Гав-гав!
— Ррр-гам! —
Такой поднялся тарарам —
Хоть уши затыкай!

И каждый, главное, всерьез
Других унять желает.
Не понимает он, Барбос,
Что сам он — тоже лает!


Перемена

Б.В. Заходер

«Перемена, перемена!» —
Заливается звонок.
Первым Вова непременно
Вылетает за порог.
Вылетает за порог —
Семерых сбивает с ног.
Неужели это Вова,
Продремавший весь урок?
Неужели этот Вова
Пять минут назад ни слова
У доски сказать не мог?
Если он, то, несомненно,
С ним бо-о-льшая перемена!
Не угонишься за Вовой!
Он гляди какой бедовый!
Он за пять минут успел
Переделать кучу дел:
Он поставил три подножки
(Ваське, Кольке и Сережке),
Прокатился кувырком,
На перила сел верхом,
Лихо шлепнулся с перил,
Подзатыльник получил,
С ходу дал кому-то сдачи,
Попросил списать задачи, —
Словом,
Сделал все, что мог!
Ну, а тут — опять звонок…
Вова в класс плетется снова.
Бедный! Нет лица на нем!
— Ничего, — вздыхает Вова, —
На уроке отдохнем!


Про лужу

Во дворе валялась лужа,
Отражая облака.
Очень нравилось той луже,
На асфальте греть бока.
После злющей зимней стужи
Просто счастье – эти лужи,
Так прекрасно, что весною,
Столько много дивных луж!
Можно в лужу прыгнуть прямо,
Даже, если в луже яма,
И с закрытыми глазами
Прыгать задом наперёд!
А в окне смеётся мама,
Но я прыгаю упрямо.
И грозит мне пальцем мама,
И домой меня зовёт.
Приготовила мне ужин:
— Чай тебе с малиной нужен,
может, ты у нас простужен,
на кого ты стал похож? –
И, вздохнув, сказала: «Боже!
Быть бы мне чуть-чуть моложе,
Я бы в лужу влезла тоже
Пробежаться без галош.»


Ирина Пивоварова
«Месяц-козлик»

Увидали козочки-
В небе над горой
Ходит-бродит тонкий
Месяц молодой.

-Ме-е,-сказали козы,-
Месяц,
Ты наш брат.
Как и мы, ты бе-е-лый,
Как и мы, рогат!

Только очень грустный,
Грустный и худой,-
Не растут ромашки
В небе над горой,
Нет зеленой травки…
Прыгай к нам сюда!
Ох, какая вкусная
Тут у нас еда!

Видно, их послушал
Месяц молодой,
Поправился за месяц
Печальный тонкий месяц
И стал большою, круглой,
Веселою луной.


Вот это подарок.
Я падаю с ног.
Щенок, называется!
Ну и щенок!
Второго такого, наверно, и нету.
Да он же проглотит меня, как котлету!
Подарок глядит на меня свысока.
Наверное, он размышляет пока…
Я тоже гляжу и никак не пойму:
А может меня подарили ему…


Дружба

Коля Тарелкин с Катей дружил,
А Катя дружила с мышами.
Он к ней под окошко стоять приходил
И умел шевелить ушами.

Она говорила: «Ну что ты стоишь?
Входи, ведь на улице дождь!»
К щеке прижимала белую мышь,
И Колю бросало в дрожь.

Повесит Тарелкин шапку на крюк,
Чтобы подвигать ушами,
Стаи мышей соберутся вокруг,
И Катя займется мышами.

Большая обида Колю взяла,
В мешок он котов наловил
И, когда на собрание Катя ушла,
Котов к ней в окно запустил.

Приходит он к Кате, счастливый на вид,
Что так рассчитался с мышами, —
Красивая Катя в кресле сидит,
Окружена котами.

Олег Григорьев.


Ю.Коринец

Лапки

Как у старой бабки
Жили-были лапки.
Встанет бабка утром рано,
Выйдет в погреб за сметаной —
Лапки вслед за ней бегут.
Всюду бабку стерегут.
Сядет бабушка вязать —
Лапки рядом с ней опять:
Схватят бабушкин клубок
И закатят в уголок…
Надоели бабке
Озорные лапки!
Видит бабка — у ворот
Умывают лапки рот.
Стала бабка ждать гостей,
Суп сварила из костей.
Ждет гостей, а их все нет.
Стынет бабушкин обед.
Глядь, а лапки из кострюли
Кость большую утянули.
Вот тебе и лапки!
Нет покоя бабке.
Отчего ж тогда стара
Их не гонит со двора?
Оттого, что ночью лапки
Верно служат старой бабке.
Если лапки ночью вскочат,
Когти острые поточат,
По полу пройдутся —
Все мыши разбегутся!
Нет мышей у бабки.
Вот какие лапки!


Котенок и щенок

В. Викторов

В одной квартире жили
Котенок и щенок,
Приятелями были
Котенок и щенок.

Один усатенький,
Другой мохнатенький,
Приятелями были
Котенок и щенок.

Но странную игрушку
Внесли ребята в дом,
Хвосты поджали дружно
Котенок со щенком.

Игрушка колкая,
Зовется елкою,
Иголки растопырив,
Стоит в углу своем.

И вот на эту елку
С зеленым хохолком
Напали втихомолку
Котенок со щенком.

Зубами, лапами
Ее царапали
И елку повалили
Котенок со щенком.

Пришли ребята вскоре,
А елка – на боку.
Немало было горя
Котенку и щенку.

Их так нахлопали,
Их так нашлепали…
И было очень стыдно
Котенку и щенку.

А елку нарядили,
Гостей позвали в дом
И даже пригласили
Котенка со щенком.
Один усатенький,
Другой мохнатенький,
Под елкой веселились
Котенок со щенком.


Висит на заборе табличка такая:
«Внимание! Очень большая и злая
Собака здесь сад день и ночь охраняет.
Не лезьте, иначе она растерзает.»
И каждый, кто этy табличкy читает,
Уже не полезет, ведь он понимает:
Наброситься может собака большая,
Облает, штаны разорвет, искусает…
В садy за калиткой, и в правдy, — цепная
Лежала собака большая-большая,
Лохматая, страшная очень… Однако,
Была очень доброй большая собака.
Собака мечтала, чтоб с ней поиграли,
Чтоб ласково за ухом ей потрепали,
Чтоб сняли ошейник — побегать пyстили,
Чтоб в дом в непогоду её пригласили.
Чтоб дети к ней на спинy смело взбирались,
Верхом на собаке по садy катались.
И чтобы на речкy кyпаться позвали,
Чтоб щеткою шерсть y неё причесали.
Когда подходили, собака вставала.
Не лаяла вовсе. Хвостом лишь виляла.
Но люди смотрели, табличкy читали…
И сразy стремглав от неё yбегали.
Ведь дyмали люди, что эта большая
Собака лохматая: злая-презлая…
Страдала бедняга, не зная в чём дело…
Большая собака читать не yмела.

creativportal.ru

Трогательные стихи для детей на конкурс чтецов

Трогательные стихи для детей на конкурс чтецов

Я деду всегда доверяю секреты.
Как я мечтаю о быстрой ракете!
И вот я дождался. Дождался ура-а-а!!
Дед подарил мне ракету вчера.
Я очень доволен, и дедушка рад.
Утром с подарком помчались мы в сад.
Как высоко взлетела ракета!
Я обнимаю любимого деда.
И у него засияли глаза.
Ракетой играет уже полчаса!!
А я у скамейки стою и реву.
Капают слезы прямо в траву.
И все же, я дедушку очень люблю.
Пусть поиграет. Я потерплю!


– Бабушка, а бабушка,
Качаться на качелях
Очень ты любила?
– Ну, конечно, лапушка,
Качели не забыла.
Качаться, между прочим,
Любила очень-очень!

Теперь не покачаться.
Будут все смеяться,
Брожу я еле-еле,
Какие уж качели!

А вечером в саду
Когда на даче тихо.
На качелях бабушку
Качают внуки лихо.
– Вверх-вниз! Вверх-вниз!
Крепче, бабушка, держись.
Не страшна ей высота,
Сбылась бабушки мечта,
Качалась без опаски,
А вечером читала
Внукам свои сказки.


Пошлю письмо, письмо большое,
Непростое, заказное!
Буква к букве, строчка к строчке,
Не забыты даже точки,
Без ошибок, без помарок,
На конверте восемь марок!!
…Здравствуй, Бабушка Танюша,
Тебе пишет внучка Ксюша.
О тебе я так скучаю,
И о встрече так мечтаю.
Берегу тебе печенье,
Приезжай к нам в воскресенье,
Жду, бабуся, с нетерпеньем,
Обязательно… с вареньем!!


Зачем у меня вырвалось снова
Злое, жестокое, гадкое слово?
Как нелегко мне теперь подойти,
Как трудно сказать: «Мама, прости!»
Обидел тебя я, родная, словами.
– Но только не плачь,– умоляю я маму,
Ну, отругай, накажи меня строго.
Но только прости, не сердись, ради Бога!
А мама моя улыбнулась вдруг мило
И тихо сказала: «Я давно уж простила».
Я маминых слез никогда не забуду,
И больше грубить никому я не буду.


Каждый день с утра до ночи
Мы просили очень-очень:
-Подарите нам щенка!
Но напрасно, и пока
Был один для нас ответ:
–Не просите! Нет и нет!

…За окошком март-проказник,
Наступает мамин праздник.
Поздравляя с этим днем,
Мы торжественно несем
Нашей маме три цветка
И…
лохматого щенка!


Николай Заболоцкий
Некрасивая девочка

Среди других играющих детей
Она напоминает лягушонка.
Заправлена в трусы худая рубашонка,
Колечки рыжеватые кудрей
Рассыпаны, рот длинен, зубки кривы,
Черты лица остры и некрасивы.
Двум мальчуганам, сверстникам её,
Отцы купили по велосипеду.
Сегодня мальчики, не торопясь к обеду,
Гоняют по двору, забывши про неё,
Она ж за ними бегает по следу.
Чужая радость так же, как своя,
Томит её и вон из сердца рвётся,
И девочка ликует и смеётся,
Охваченная счастьем бытия.

Ни тени зависти, ни умысла худого
Ещё не знает это существо.
Ей всё на свете так безмерно ново,
Так живо всё, что для иных мертво!
И не хочу я думать, наблюдая,
Что будет день, когда она, рыдая,
Увидит с ужасом, что посреди подруг
Она всего лишь бедная дурнушка!
Мне верить хочется, что сердце не игрушка,
Сломать его едва ли можно вдруг!
Мне верить хочется, что чистый этот пламень,
Который в глубине её горит,
Всю боль свою один переболит
И перетопит самый тяжкий камень!
И пусть черты её нехороши
И нечем ей прельстить воображенье,-
Младенческая грация души
Уже сквозит в любом её движенье.
А если это так, то что есть красота
И почему её обожествляют люди?
Сосуд она, в котором пустота,
Или огонь, мерцающий в сосуде?


СЕРЬЁЗНЫЙ ВОПРОС

День уж катится к закату,
Скоро солнце спать уйдёт.
А моя дочурка Настя
Мне вопросы задаёт.

«Мама, что такое дружба?
Как мне с мальчиком дружить?
Может, это мне не нужно?
И без дружбы можно жить?»

Что же дочке мне ответить?
И какой ей дать совет?
«Друга можно не заметить,
И всю жизнь о том жалеть!

Ребят вокруг много, но друг лишь один:
Сердцем почувствуй это.
Ты – это он, он – это ты,
И ты за него в ответе!

Дружбы, дочка, будь достойна,
Береги её, цени.
Даже если будет больно –
Не предай, не обмани».

Дочка глазки закрывает,
Нежно улыбнувшись мне,
Мой совет запоминает.
Друг приснится ей во сне…


БЛАГОРОДСТВО

Может быть, тебе сосед
Разорвал штанишки,
Поломал твой табурет
И порвал две книжки?

Может, он и сам не рад,
Что так получилось –
Столько шалостей подряд
У него случилось?

Ты заплачешь, закричишь,
Застучишь ногами,
И, конечно, побежишь
Жаловаться маме…

А давай его простим,
Никому не скажем,
Даже и не загрустим,
Вида не покажем.

Вам же по соседству жить,
Значит, надобно дружить.


МАМА – ЛУЧШИЙ ДРУГ

Мама – самый лучший друг!
Это знают все вокруг.
Если нам совсем невмочь,
Мама сможет нам помочь.

Заболеем – мама рядом,
Мамы знают, что нам надо.
Плакать станем – приголубят,
Мамочки нас очень любят!

Даже самый верный друг
Может нас обидеть вдруг,
Только мамы наши беды
Могут превратить в победы.

Вот поэтому, друзья,
Маму не любить нельзя,
Даже лучшая подруга
Не заменит маму – друга!


Мазнин Игорь Александрович:

Давайте будем дружить друг с другом
Как птица с небом
Как поле с лугом
Как ветер с морем
Трава с дождями,
Как дружит солнце со всеми нами!

Давайте будем к тому стремиться,
чтоб нас любили и зверь и птица
И доверяли повсюду нам,
как самым верным своим друзьям!

Давайте будем беречь планету,
Во всей Вселенной похожей нету.
Во всей Вселенной…
Совсем одна…
Что будет делать без нас она?


Солнечный зайчик

Я зайчик солнечный, снующий
По занавескам в тишине,
Живой, по-заячьи жующий
Цветы обоев на стене.

На грядке стрельчатого лука,
Который ночью ждал зарю,
Из полумрака, полузвука
Рождаюсь я и говорю:

Я зайчик солнечный, дразнящий!
И, если кинусь я бежать,
Напрасно зайчик настоящий
Меня старается догнать!

По золотистым кольцам дыма,
По крышам, рощам, парусам
Бегу, привязанный незримо
Лучом восхода к небесам.

И замедляюсь только к ночи,
Когда туманится восток,
Когда становится короче
Луча ослабший поводок.

И тени – черные собаки –
Все чаще дышат за спиной,
Все удлиняются во мраке,
Все шибче гонятся за мной…

И должен я остановиться,
И умереть в конце пути,
Чтобы наутро вновь родиться
И нараспев произнести:

Я зайчик солнечный, дрожащий,
Но не от страха я дрожу,
А потому, что я – спешащий:
Всегда навстречу вам спешу!
Н.Матвеева


К словам привыкаешь день ото дня,
А они первородного смысла полны…
И когда я слышу:
— Извини меня! —
Это значит:
— Исключи меня из вины!
У слова цвет своего огня.
Свое пространство. Свои рубежи.
И когда я слышу:
— Обереги меня!
Это значит:
— Берегами меня окружи!
У слова есть корни. И есть родня.
Оно не подкидыш под сирым кустом.
И когда я слышу:
— Защити меня! —
Это значит:
— Спрячь меня под щитом!
Вслушайся. Вникни. Не позабудь.
У слова свой норов. Свое нутро.
И если ты в эту проникнешь суть —
Слово тебе сотворит добро.

creativportal.ru

Стихи на конкурс чтецов 4 класс

Цветы прощения

В белоснежном платье, как снежинка, 
То ли в гости, то ли в отчий дом, 
Шла девчонка вьющейся тропинкой 
И несла букет живых цветов.
Стройная, как тополь серебристый, 
Весела, как звонкий ручеек, 
Что-то нежно ей шептали листья, 
Улыбался каждый лепесток. 
Шла и пела голосом счастливым 
Вторила ей музыка весны, 
И кругом светлее становилось 
От сверкавшей платья белизны. 
Что-то замаячило в сторонке, 
И, жестко брошенной рукой, 
К платью белоснежному девчонки 
Вдруг прилип с травою грязный ком. 
Словно ничего не понимая, 
Девочка рассматривала грязь, 
И мальчишка, руки потирая, 
Нагло улыбался, щуря глаз. 
Не всплакнула, не назвала хамом 
Гордого виновника в ответ, 
А с улыбкой светлой хулигану 
Бросила душистый свой букет. 
И мотнув короткой рыжей стрижкой 
(Сердце есть и у озорника), 
Отбежал пристыженный мальчишка 
С пересохшей грязью на руках. 
Если злые люди в вашей жизни 
Вдруг оставят грязные следы, 
Вы подобно девочке-снежинке 
Бросьте в них прощения цветы.

***

СТИХИ О РЫЖЕЙ ДВОРНЯГЕ

Хозяин погладил рукою
Лохматую рыжую спину:
- Прощай, брат! Хоть жаль мне, не скрою,
Но все же тебя я покину.
Швырнул под скамейку ошейник
И скрылся под гулким навесом,
Где пестрый людской муравейник
Вливался в вагоны экспресса.
Собака не взвыла ни разу.
И лишь за знакомой спиною
Следили два карие глаза
С почти человечьей тоскою.
Старик у вокзального входа
Сказал:- Что? Оставлен, бедняга?
Эх, будь ты хорошей породы...
А то ведь простая дворняга!
Огонь над трубой заметался,
Взревел паровоз что есть мочи,
На месте, как бык, потоптался
И ринулся в непогодь ночи.
В вагонах, забыв передряги,
Курили, смеялись, дремали...
Тут, видно, о рыжей дворняге
Не думали, не вспоминали.
Не ведал хозяин, что где-то
По шпалам, из сил выбиваясь,
За красным мелькающим светом
Собака бежит задыхаясь!
Споткнувшись, кидается снова,
В кровь лапы о камни разбиты,
Что выпрыгнуть сердце готово
Наружу из пасти раскрытой!
Не ведал хозяин, что силы
Вдруг разом оставили тело,
И, стукнувшись лбом о перила,
Собака под мост полетела...
Труп волны снесли под коряги...
Старик! Ты не знаешь природы:
Ведь может быть тело дворняги,
А сердце - чистейшей породы!

***

"Медвежонок"

Беспощадный выстрел был и меткий.
Мать осела, зарычав негромко,
Боль, веревки, скрип телеги, клетка...
Все как страшный сон для медвежонка...
Город суетливый, непонятный,
Зоопарк - зеленая тюрьма,
Публика снует туда-обратно,
За оградой высятся дома...
Солнца блеск, смеющиеся губы,
Возгласы, катанье на лошадке,
Сбросить бы свою медвежью шубу
И бежать в тайгу во все лопатки!
Вспомнил мать и сладкий мед пчелы,
И заныло сердце медвежонка,
Носом, словно мокрая клеенка,
Он, сопя, обнюхивал углы.
Если в клетку из тайги попасть,
Как тесна и как противна клетка!
Медвежонок грыз стальную сетку
И до крови расцарапал пасть.
Боль, обида - все смешалось в сердце.
Он, рыча, корябал доски пола,
Бил с размаху лапой в стены, дверцу
Под нестройный гул толпы веселой.
Кто-то произнес: - Глядите в оба!
Надо стать подальше, полукругом.
Невелик еще, а сколько злобы!
Ишь, какая лютая зверюга!
Силищи да ярости в нем сколько,
Попадись-ка в лапы - разорвет! -
А "зверюге" надо было только
С плачем ткнуться матери в живот.

***

Сорок трудный год.

Омский госпиталь…
Коридоры сухие и маркие.
Шепчет старая нянечка:
«Господи!
До чего же артисты 
маленькие…»
Мы шагаем палатами длинными.
Мы почти растворяемся в них 
с балалайками, 
с мандолинами 
и большими пачками книг.
Что в программе?
В программе – чтение, 
пара песен 
военных, правильных…
Мы в палату тяжелораненых 
входим с трепетом и почтением.
Двое здесь.
Майор артиллерии 
с ампутированной ногой, 
в сумасшедшем бою 
под Ельней 
на себя принявший огонь.
На пришельцев глядит он весело…
И другой – 
до бровей забинтован, - 
капитан, 
таранивший «мессера» 
три недели назад 
над Ростовом.
Мы вошли.
Мы стоим в молчании.
Вдруг 
срывающимся фальцетом 
Абрикосов Гришка отчаянно 
объявляет начало концерта.
А за ним, 
не вполне совершенно, 
но вовсю запевале внимая, 
о народной поём, 
о священной 
так, 
как мы её понимаем.
В ней Чапаев сражается заново, 
краснозвёздные мчатся танки.
В ней шагают наши 
в атаки, 
а фашисты падают замертво. 
В ней чужое железо плавится, 
в ней и смерть отступать должна.
Если честно признаться, 
нравится 
нам 
такая война!
Мы поём.
Только голос лётчика 
раздаётся.
А в нём – укор:
- Погодите…
Постойте, хлопчики…
Погодите…
Умер 
майор… - 
Балалайка всплеснула горестно.
Торопливо, 
будто в бреду…
…Вот и всё 
о концерте в госпитале 
в том году.

***

Русская культура — это наша детская
С трепетной лампадой, с мамой дорогой.
Русская культура — это молодецкая
Тройка с колокольчиком, с расписной дугой.
Русская культура — это сказки нянины,
Песня колыбельная, горькая до слез.
Русская культура — это разрумяненный,
В рукавицах-варежках, Дедушка Мороз.
Русская культура — это кисть Маковского,
Мрамор Антокольского, Лермонтов и Даль,
Терема и маковки, звон Кремля Московского,
Музыки Чайковского сладкая печаль.
Русская культура — это дали Невского
В серо-белом сумраке северных ночей,
Это — радость Пушкина, горечь Достоевского
И стихов Жуковского радостный ручей.
Русская культура — это все, чем славится
Со времен Владимира наш народ святой.
Это наша женщина — русская красавица,
Это наша девушка с чистою душой.
Русская культура — наша жизнь убогая
С вечными надеждами, с замками во сне,
Русская культура — это очень многое,
Что не обретается ни в одной стране.

***

Приехавшей из Африки девчушке
Советский мальчуган показывал игрушки.
Их было много – разных, заводных,
И самолет был тоже среди них.
Так, с незнакомой девочкой играя,
Малыш взял в руки этот самолет,
И, летчиком себя воображая,
Изобразил по комнате полет.
Но девочка, что до сих пор молчала,
Упала на пол вдруг и что-то закричала.
И голову ручонками прикрыв,
Лежала так, боясь услышать взрыв.
Нет, девочка при этом не играла,
Она играть в такое не могла,
Она уже под бомбами была
И слишком рано детство потеряла.
… Над облаками, развернувшись круто,
Заученно держа в руках штурвал,
Пилот-убийца в небе над Бейрутом
Пустил ракету на жилой квартал.
И эта беспощадная ракета,
Одна из многих пущенных ракет,
Убила гениального поэта,
Который прожил только восемь лет.
Война, известно, жертв не выбирает,
И без пощады, руша и губя,
В ее огне и гении сгорают,
Еще не проявившие себя.

***

Начало мая.

Красные гвоздики,
Как слезы тех далеких страшных лет.
И ветеранов праведные лики,
Особенно, которых больше нет.
Когда опять подходят даты эти.
Я почему-то чувствую вину -
Все меньше вспоминают о Победе,
Все больше забывают про войну.
Идут по телевизору парады,
Горят в архивных фильмах города.
Тем, кто остался, раздают награды.
И кажется, что было так всегда.
Война еще исчезнуть не готова.
Те годы - миллионы личных драм.
А потому, давайте вспомним снова
Всех тех, кто подарил Победу нам.
Когда гулять, на майские, поедем,
Веселые, довольные вполне,
Давайте скажем что-то о Победе
И вспомним, хоть немного, о войне.

***

Лошади умеют плавать,
Но не хорошо, не далеко
"Глория" по-русски значит "Слава"
Это вам запомнится легко
Шел корабль своим названьем гордый,
Океан стараясь превозмочь.
В трюме, добрыми качая мордами,
Тысяча лошадей стояли день и ночь.
Тысяча лошадей, подков четыре тысячи
Счастья всё ж они не принесли -
Мина кораблю пробила днище
Далеко далеко от земли.
Люди сели в шлюпки, в лодки сели,
Лошади поплыли просто так,
Что им было делать если
Не нашлось им места в шлюпках и плотах.
Плыл по океану рыжий остров,
В яблоках плыл остров и гнедой...
Им сперва казалось, плавать это просто
Океан казался им рекой.
Но не видно у реки той края
На пределе лошадиных сил
Вдруг заржали кони, возражая,
Тем, кто в океане их топил.
Кони шли ко дну и тихо ржали
И пока на дно все не ушли
Вот и все, а все-таки мне жаль их
Рыжих, не увидевших земли.

***

Огромное небо
Об этом,
товарищ,
не вспомнить нельзя.
В одной эскадрилье
служили друзья.
И было на службе
и в сердце у них
огромное небо -
одно на двоих.
Летали,
дружили
в небесной дали.
Рукою до звёзд
дотянуться могли.
Беда подступила,
как слёзы
к глазам, -
однажды в полёте
мотор отказал.
И надо бы прыгать -
не вышел
полёт.
Но рухнет на город
пустой самолёт!
Пройдёт,
не оставив живого следа.
И тысячи жизней
прервутся тогда.
Мелькают кварталы,
и прыгать
нельзя!
«Дотянем до леса, -
решили друзья, -
подальше от города
смерть унесём.
Пускай мы погибнем,
но город спасём...»
Стрела
самолета
рванулась
с небес!
И вздрогнул от взрыва
берёзовый лес!..
Не скоро поляны
травой
зарастут...
А город подумал:
«Ученья идут...»
В могиле лежат
посреди тишины
отличные парни
отличной страны.
Светло и торжественно
смотрит на них
огромное небо -
одно
на двоих.

***

Школьным учителям

Удачи вам, сельские и городские
Уважаемые учителя!
Добрые, злые и никакие
Капитаны на мостике корабля.
Удачи вам, дебютанты и асы, удачи!
Особенно по утрам,
Когда вы входите в школьные классы,
Одни – как в клетку,
Другие – как в храм.
Удачи вам, занятые делами,
Которых не завершить всё равно.
Крепко скованные инструкций кандалами
И окриками из РОНО.
Удачи вам, по-разному выглядящие,
С затеями и без всяких затей,
Любящие или же ненавидящие
Этих – будь они трижды! – детей...
...Вы знаете,
Мне по–прежнему верится,
Что, если останется жить земля, -
Высшим достоинством Человечества
Станут когда–нибудь учителя!
Не на словах, а по вещей традиции,
Которая завтрашней жизни под стать,
Учителем надо будет родиться.
И только после этого стать!
Он, даже если захочет, не спрячется:
На него, идущего ранней Москвой,
Станут прохожие оборачиваться,
будто на оркестр духовой!
В нём будет мудрость талантливо–дерзкая.
Он будет солнце нести на крыле...
Учитель – профессия дальнего действия,
Главная на Земле.

***

БАЛЛАДА О СЕДЫХ

Говорят, нынче в моде седые волосы,
И «седеет» безумно молодость.
И девчонка лет двадцати
Может гордо седою пройти.
Но какому кощунству в угоду,
И кому это ставить в вину.
Как нельзя вводить горе в моду,
Так нельзя вводить седину.
Память, стой, замри! Это надо.
То из жизни моей -- не из книжки…
Из блокадного Ленинграда
Привезли седого мальчишку.
Я смотрела на чуб с перламутром
И в глаза его очень взрослые.
Среди нас он был самым мудрым,
Поседевший от горя подросток.
А ещё я помню солдата.
Он был контужен взрывом гранаты.
И оглох… И навек онемел…
Вот тогда, говорят, поседел.
О, седая и мудрая старость.
О, седины неравных боёв.
Сколько людям седин досталось
От неотданных городов.
А от тех, что пришлось отдать --
Поседевших не сосчитать.
Говорят, нынче в моде седИны…
Нет, не мода была тогда:
В городах седые дымины,
И седая в селе лебеда.
И седые бабы-вдовицы,
И глаза, седые от слёз,
И от пепла седые лица
Над холмом поседевших берёз.
Пусть сейчас не война… Не война…
Но от горя растёт седина.
… Эх ты, модница, злая молодость.
Над улыбкой седая прядь…
Это даже позоже на подлость…
За полтинник седою стать.
… Я не против дерзости в моде,
Я за то, чтобы модною слыть.
Но седины, как славу, как орден
Надо, выстрадав, заслужить!…

***

Крапива и роза.

Тот не считается красивым,
В ком нет душевной красоты...
Смеялись розы над крапивой,
Кривя карминовые рты:
- Подумаешь, какая цаца!-
Сказала ей одна из роз.
- Кому нужна ты, разобраться?
А на меня великий спрос.
Я людям радость приносила,
Я на груди у них цвела.
- А я людей в войну кормила
И тем довольная была.

bugaga.ru

Конкурс чтецов "Веселые стихи о школе"

Внимание! Предварительный просмотр слайдов используется исключительно в ознакомительных целях и может не давать представления о всех возможностях презентации. Если вас заинтересовала данная работа, пожалуйста, загрузите полную версию.

1.1. Цель школьного конкурса чтецов: раскрытие творческого потенциала учеников младшего школьного возраста, привлечение интереса к литературе.

1.2. Задачи школьного конкурса чтецов:

– пробуждение интереса к чтению;

– воспитание литературного и художественного вкуса;

– воспитание культуры чтения;

– развитие навыков выступления перед аудиторией.

Слайд 1 Конкурс чтецов

1.Ведущий:

- Поэзии чудесная страница
Для нас сегодня открывает дверь.
И чудо пусть любое сотворится!
Ты, главное, в него всем сердцем верь!
Любовь и красота природы,
Дорога сказок, мир – любой, -
Подвластно все ПОЭЗИИ, - Попробуй!
И дверь в её Страну открой!

Вед. - Здравствуйте, дорогие школьники и уважаемые педагоги! Сегодня мы проводим конкурс чтецов среди учащихся 1-2 классов.

Слайд 2. 2015 год – год литературы

Ведущий: 2015 год – объявлен годом литературы.

Книга! Она входит в нашу жизнь с самого раннего детства, и мы привыкаем к ней. Как привыкаем к воздуху, которым мы дышим, к солнцу, которое освещает все вокруг.

Слайд 3 Книга

Книга! Она рассказывает и про сказочных богатырей, и про дальние страны, и про школьную жизнь. С книгой каждый из нас путешествует и в будущее, и в прошлое.

Сегодня мы совершим путешествие в мир поэзии.

Вед. Кстати, дети, а вы знаете, кто пишет стихи? Мне кажется, что это композиторы! Может, художники? Подскажите, как их называют? (Поэты).

Вед. На конкурсе чтецов нам интересно будет вспомнить известные вам и узнать новые имена детских поэтов, и услышать стихи о школе. Ребята, а каких детских поэтов вы знаете? С. Маршак, А. Барто, Э. Успенский, С. Михалков, Борис Заходер, К. Чуковский, Григорий Остер.....

Вед. - Чтобы узнать тему нашего конкурса, вам надо отгадать загадку. Отгадка и будет темой нашего конкурса.

Стоит весёлый, светлый дом.
Ребят проворных много в нём.
Там пишут и считают,
Рисуют и читают.
(Школа.)

Вед. Назовите тему нашего конкурса.

Слайд 4 Школа

Слайд 5 Конкурс чтецов.

Вед. Верно. Тема нашего конкурса - “Весёлые стихи о школе”.

Слайд 5 Конкурс чтецов НАЖАТЬ “Весёлые стихи о школе”.

Слайд 6,7 Книга и дети

ВЕД. Ни один конкурс не обходится без жюри. Поэтому разрешите мне представить наше жюри: _____________

Конкурс стихов будет оцениваться так:

– знание текста наизусть;

– выразительность и чёткость речи;

– оригинальность исполнения;

– внешний вид - эстетика внешнего вида.

Самая высокая оценка – 5 баллов.

Я листаю свой томик стихов,
За страницей мелькает страница.
Я смотрю на детей, понимаю одно,
Что настало им время сразиться.

Конкурс

Слайд 8 Марина Бородицкая

Вед. Кто в школе самый младший? Первоклассники. Именно они начинают наш конкурс. Стихотворение, которое так и называется “Первоклассник” расскажет _________1 А класс

Слайд 9 “ПЕРВОКЛАССНИК”

Марина Бородицкая ПЕРВОКЛАССНИК

Первоклассник, первоклассник –
Нарядился, как на праздник!
Даже в лужу не зашел:
Погляделся - и прошел.
Уши вымыты до глянца,
Алый гриб на крышке ранца,
Да и сам он как грибок -
Из-под кепки смотрит вбок:
Все ли видят? все ли знают?
Все ль от зависти вздыхают?

Слайд 10 “Про Петрова”.

Вед. Ещё одно веселое стихотворение Марины Бородицкой “Про Петрова”. Вы услышите в исполнении _________1 А класс.

А Марина Бородицкая “Про Петрова”

Я сидел писал крючки —
А Петров играл в снежки.
На уроки я бежал —
А Петров ещё лежал.
Я в метро бросал пятак —
А Петров проехал так.
Потому что мне семь лет!
А Петрову — ещё нет!

Вед. К нашему конкурсу готовились не только чтецы, но и наши юные художники, которые под руководством педагога – психолога _______ приготовили рисунки к стихам, имена наших художников вы увидите рядом с рисунками. Я прошу подойти ко мне чтецов 1 класса.

Задание для чтецов: какой рисунок относится к стихотворению, которое вы прочитали.

Слайд 11 Рисунки детей. НАЖАТЬ

Вед. А вы знаете, что такое пенсия? Это - заслуженный отдых взрослых. У многих из вас бабушки дедушки находятся на пенсии.

Слайд 12 Артур Гиваргизов

Вед. Ученик 1 А класса ____________ мечтает о заслуженном отдыхе - пенсии.

Слайд 13 “Скорее бы на пенсию”

1 А “Скорее бы на пенсию” А. Гиваргизов

Двоечники носятся
Целый вечер с горки.
А я сижу над книгами,
Мне нужны пятёрки.
Ноги затекают,
И спина простужена.
Скорее бы на пенсию,
Отдохнуть заслуженно.
Дедушкам в школу
Не надо ходить.
Вот бы и мне
До такого дожить!

Слайд 14 Ольга Чусовитина

Вед. Ольга Чусовитина написала стих - е об одном серьёзном мальчике, который, есть, наверное, в каждом классе, а, может, кто-то узнает, в этом мальчике и себя. Слушаем ________1 А класс.

Слайд 15 “Серьезный мальчик”

“Серьезный мальчик” Ольга Чусовитина
Дима наш серьёзный мальчик,
Ведь теперь он ученик.
У него лежит в портфеле
Для пятёрочек дневник.
Он в портфеле разложил:
Ручки, кисточки, тетрадь
Книжки умные с собой
Не забыл он в школу взять.
Дима наш серьёзный мальчик,
В первом классе учится,
На уроках не болтает,
Слушает, не крутится.
Прозвенел звонок по школе,
Вдруг несётся в коридоре
На пути, сметая всех
Ураган, табун, лавина?
Реактивный самолёт? -
Это наш серьёзный Дима
Всех быстрей бежит вперёд.

Слайд 16 Агния Барто

Вед. Вы хорошо знаете поэтессу Агнию Барто. Она написала много стихотворений для детей. Одно из них вы послушаете в исполнении __________2 А класс.

Слайд 17 “ЗВОНКИ” Агния Барто

Я Володины отметки
Узнаю без дневника.
Если брат приходит
С тройкой,
Раздается три звонка.
Если вдруг у нас
В квартире
Начинается трезвон -
Значит, пять
Или четыре
Получил сегодня он.
Если он приходит
С двойкой -
Слышу я издалека:
Раздается два коротких,
Нерешительных
Звонка.
Ну, а если
Единица,
Он тихонько
В дверь стучится

Слайд 18 Задание для чтецов: какой рисунок относится к стихотворению, которое вы прочитали. НАЖАТЬ

Слайд 19 Л.Слуцкая

Вед. Наша школа обычная общеобразовательная, Лидия Слуцкая написала стих-е о необычной школе. А что это за школа, почему она необычная, вы узнаете, послушав _________2 А класс.

Слайд 20 “Необычная школа”.

“Необычная школа” Л. Слуцкая
Много разных школ на свете.
Жалко, что средь этих школ
Нет пока что школы этой.
Вот куда бы я пошёл!
Звери там людей научат
Всем умениям своим.
И не будет школы лучше.
Что там? Вместе поглядим.
Кот-учитель нас научит
Беззаботно в мире жить:
Всё обдумывать получше
И при этом не спешить.
Пёс научит не сдаваться,
До последнего стоять.
А ещё научит драться
И друзей всегда прощать.
Зайчик выучит терпенью,
Мышка ловкость преподаст,
Попугайчик к повторенью
Всех наук приучит нас.
Много разных педагогов
В школе этой, ты пойми.
А предметов там немного.
Только: “Как нам быть людьми”.

Слайд 21 “На контрольной” НАЖАТЬ

Вед. Иногда на контрольной по математике трудно решить задачу. Правда, ребята? Ученик 2 Б класса _________ расскажет об одном интересном случае на контрольной работе.

На контрольной. М. Бородицкая

Не решается задачка -
хоть убей!
Думай, думай, голова
поскорей!
Думай, думай, голова,
дам тебе конфетку,
В день рожденья подарю
Новую беретку.
Думай, думай -
в кои веки прошу!
С мылом вымою тебя!
Расчешу!
Мы ж с тобою
Не чужие друг дружке.
Выручай!
А то как дам по макушке!

Слайд 22 Илья Плохих

Вед. Некоторые из вас, ребята, получали “2”. И один такой двоечник решил отомстить, а кому и как - вы узнаете их стих-ия, которое расскажет __________2 Б класс.

Слайд23 “Месть двоечника”

“Месть двоечника”
Буду много лет учиться,
Не зевать и не лениться,
Не скрывать в тиши ночей
Над тетрадками очей,
Чтоб, закончив курс учебный,
Получить диплом врачебный,
Сделать строгое лицо
И отправить письмецо:
"Гражданин директор школы,
Приходите на уколы!"
(И. Плохих)

Слайд 24 Задание для чтецов: какой рисунок относится к стихотворению, которое вы прочитали. НАЖАТЬ.

ФИЗМИНУТКА.

Слайд 25 А. Стариков

Вед. Ученик 2 Б класса ____________ расскажет, какие трудности испытывает ученик с ранцем, в котором находятся учебники.

Слайд 26 “УЧЕБНИКИ”

Похожи учебники на кирпичи
Размерами, формой и весом.
Тому, кто решил аттестат получить,
Желательно быть Геркулесом.
Я множество раз подтянуться могу,
Зарядкой с утра занимался.
Но школьная сумка сгибает в дугу,
Как будто в поход я собрался.
Я сумку не брошу, имейте в виду!
Об этом не может быть речи.
Я стану ученым, и способ найду,
Как сделать учебники легче.

Слайд 27 Марк Львовский

Вед. Бывают дни, когда совсем не хочется выполнять домашнее задание. Руки и ноги не слушаются. О “непослушных ногах” расскажет ученик 2 В класса _____________

Слайд 28 “ Непослушные ноги”

Я шёл к столу, чтоб сесть за стол
И выполнить уроки,
Но я два метра не дошел,
Как повернули ноги!
Иду к столу, чтоб сесть за стол
И выполнить уроки,
Но я полметра не дошел,
Как повернули ноги!
Опять иду, чтоб сесть за стол,
И вновь свернули ноги:
Когда б до стола я дошел,
То сделал бы уроки!

Вед. Во 2 В классе есть ученик, который мечтает, чтобы учителя не задавали на дом уроки. И у него на это есть веские причины. Читает ________

Слайд 29 “Времена учебного года”.

Осенний дождик барабанит мне в окошко,
У школы лужи и опавшая листва.
И тучи серые, и мокрая дорожка,
И всюду грязь, и заболела голова...
Льёт слезы горести печальная природа.
Тоскливо на сердце, и хочется поспать.
Ну, как не совестно в ненастную погоду
Уроков школьникам так много задавать?!
Земля окутана хрустальной пеленою,
В сугробы белые ныряет детвора,
Коньки наточены, и лыжи предо мною,
Метель закончилась, и в лес давно пора.
Полно на улице веселого народу!
Зима-проказница зовет в снежки играть!
Ну, как не совестно в морозную погоду
Уроков школьникам так много задавать?!
Лучи весенние всю землю отогрели,
Повсюду буйствует зеленая трава,
И разливаются над нами птичьи трели,
И светит солнце, и кружится голова!
Манит в объятия волшебница-природа!
Гляжу на улицу, и хочется гулять...
Ну, как не совестно в чудесную погоду
Уроки нам, несчастным детям, задавать?!

Слайд 30 Задание для чтецов: какой рисунок относится к стихотворению, которое вы прочитали. НАЖАТЬ.

Слайд 31 Людмила Фадеева

Вед. Дет. поэт Людмила Фадеева написала стих-е “Открытие”. Это открытие может для себя сделать каждый из вас, если постарается. Слушаем ___________ 2 В класс

Слайд 32 “ Открытие”.

В понедельник я старался
И без двоек продержался.
Вторник тоже – молодцом!
Шёл с сияющим лицом.
Но среда...
Четверг...
А пятница!!!
Кто дневник увидит –
Пятится...
Бедный папа мой родной
Посвятил мне выходной.
Мы писали,
Мы читали
Мы делили,
Вычитали!
Мы футбол смотреть не стали!
Мы забыли, что устали!...
И подумал я –
Ну, честно! –
Что учиться ИНТЕРЕСНО!

Слайд 33 “Контрольная работа”

Вед. Каждый ученик волнуется, когда надо написать контрольную работу. Автор стих-я Марк Львовский от имени ученика обращается к учителям. Читает _________

“КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА” Марк Львовский

Контрольная работа,
Опять переполох,
Учитель, ну зачем ты
Застал ребят врасплох?
Ведь им твои задачи,
Не хочется решать,
Хорошая погода,
И можно погулять!
Ведь математику считают,
Все предметом непростым,
Учитель, лучше вспомни,
Как сам был молодым!

Слайд 34 рисунки Задание для чтецов: какой рисунок относится к стихотворению, которое вы прочитали. НАЖАТЬ.

Слайд 35-36

Вед. Наш конкурс окончен. Ребята, вам понравились стихи? Стихи этих и других авторов вы можете прочитать в сборнике стихов “ О школе с улыбкой”. В сборник вошли весёлые и забавные стихи детских поэтов А. Барто, С. Михалкова, Б. Заходера, В. Берестова, Л. Фадеевой, М. Бородицкой, А. Усачёва, А. Старикова, и других.

Слайд 37

Вед. Пока жюри подводит итоги конкурса, послушайте стих-е Агнии Барто “Сережа учит уроки”, стих-е читает актёр. (Запись).

Игра в рифмы. Слайд 38

Вед. Давайте, ребята, тоже будем сочинять стихи как поэты. Я начну, а вы продолжайте, дружно хором отвечайте.

Ок, ок, ок . Начинается урок.
Ять, ять, ять. У меня в тетради “пять”.
Аш, аш, аш. Я точу свой карандаш.
Ок, ок, ок . Прозвенел звонок.
Ик, и

urok.1sept.ru

Стихи о войне для конкурса чтецов

Об этом не стихи писать,
А плакать,
От злости у окопов супесь грызть.
Шестая кряду выдохлась атака.
Остатки роты покатились вниз.
Кто не хотел быть
Мужественным, смелым
Из этих опрокинутых ребят?
А вот высотку, этакую мелочь,
Не можем взять
Четвертый день подряд.
Лежит она, истерзанная, близко.
Путь до вершины –
Только разбегись.
Но тают взводы,
Как патроны в диске,
Да мертвые не отступают вниз.
И мы встаем по выбитому следу.
Сквозь вал огня вершину ловит взгляд.
Она у нас в дороге не последняя.
Но эту нам сегодня надо взять.
Автор: Михаил Созинов

***

Были очень простые заботы:
Встать рывком с гранатой – на танк.
Эти дни, эти месяцы, годы –
Из бессонниц моих и атак.

И подхваченный Родины зовом,
Каждый шел в свой решительный бой…
С синим небом был порох спрессован,
И огонь – с почерневшей травой.

Степь пылала с мольбою о хлебе,
Он лишь грезился – там, впереди,
И порою не сердце, а пепел,
Только пепел, казалось, в груди.

Шли вперёд. Не могли мы иначе.
Пули пели и выл миномет.
Оживали мы: вон – одуванчик
Из снарядной воронки встает.

Становилась Отчизна дороже
На суровом плацдарме тех дней.
О себе?.. Да, мы думали тоже,
Только всё-таки больше о ней.
Автор: Михаил Найдич

***

Вновь отходим. Сапожища в глине.
Сильно пахнет ливнями бензин.
В нас впивались танковые клинья,
А над нами – журавлиный клин.

Лес горит. И плавится железо.
У поселка нас огонь прижал.
Ежики бегут из гущи леса –
К нам,
К противотанковым ежам.

Всюду чад.
Пылают ветки, комли,
Но уже в огне и вражий дзот.
Слушай, до Победы доживем ли?
«Мы – как знать,
Россия доживет!»

Снова осень. Снова эти ливни
Рядышком с полоской заревой.
Обломались танковые клинья…
Журавлиный клин –
Над головой.
Автор: Михаил Найдич

***


«Я ничего не знал»

 

Первый бой.

Я ничего не знал,
Не почувствовал его начала.
Лишь волна взрывная закачала
Травку,
Что вползла на перевал.
Взрыв, другой –
Я понимаю это:
Черные повсюду веера,
И комбат привстал:
«Ну что ж, пора!» —
И шагнул в объятия рассвета.
Вот что значит
Кипяток атак, —
Встать хочу, а свет в глазах оранжев;
Никогда б и не подумал раньше,
Что земля притягивает так.
Наступил черед,
Сбывался срок;
Плечи неожиданно сутуля,
Шел я… Рядом свистнул ветерок,
Я потом лишь догадался –
Пуля…
Автор стиха: поэт, участник войны,
Михаил Найдич

***

Укладывая ранцы,
Под натиском беды,
Ребята-новобранцы,
Мы строились в ряды.
Немногим возвратиться
Нам довелось назад.
Друзей мне снятся лица,
Их голоса звучат:
И тех, чей путь был краток
В разрывах и в пыли,
И тех, что на Карпатах
Бессмертье обрели.
Уходим, ветераны,
С тропинок и дорог.
Одним болезнь и раны
Урезывают срок.
Другим пора приспела
Заканчивать поход…
Однако наше дело
Назло смертям – живёт.
Наперекор утратам,
Защитой от беды,
Сменив отцов,
Ребята
Вливаются в ряды.
Автор стиха: поэт, участник войны,
Федор Архипов

***

Ольга Берггольц


Разговор с соседкой

Дарья Власьевна, соседка по квартире,
сядем, побеседуем вдвоем.
Знаешь, будем говорить о мире,
о желанном мире, о своем.

Вот мы прожили почти полгода,
полтораста суток длится бой.
Тяжелы страдания народа —
наши, Дарья Власьевна, с тобой.

О ночное воющее небо,
дрожь земли, обвал невдалеке,
бедный ленинградский ломтик хлеба—
он почти не весит на руке...

Для того чтоб жить в кольце блокады,
ежедневно смертный слушать свист,—
сколько силы нам, соседка, надо,
сколько ненависти и любви...

Столько, что минутами в смятенье
ты сама себя не узнаешь:
— Вынесу ли? Хватит ли терпенья?
— Вынесешь. Дотерпишь. Доживешь.

Дарья Власьевна, — еще немного,
день придет — над нашей головой
пролетит последняя тревога
и последний прозвучит отбой.

И какой далекой, давней-давней
нам с тобой покажется война
в миг, когда толкнем рукою ставни;
сдернем шторы черные с окна.

Пусть жилище светится и дышит,
полнится покоем и весной...
Плачьте тише, смейтесь тише, тише,
будем наслаждаться тишиной.

Будем свежий хлеб ломать руками,
темно-золотистый и ржаной.
Медленными, крупными глотками
будем пить румяное вино.

А тебе — да ведь тебе ж поставят
памятник на площади большой!
Нержавеющей, бессмертной сталью
облик твой запечатлят простой.

Вот такой же: исхудавшей, смелой,
в наскоро повязанном ПЛАТКЕ,
вот такой, когда под артобстрелом
ты идешь с кошелкою в руке.

Дарья Власьевна, твоею силой
будет вся земля обновлена.
Этой силе имя есть—Россия.
Стой же и мужайся, как она!

***

Это было в мае на рассвете, 
Нарастал у стен рейхстага бой. 
Девочку немецкую заметил 
Наш солдат на пыльной мостовой.

У столба, дрожа, она стояла,
В голубых глазах застыл испуг.
А куски свистящего металла
Смерть и муку сеяли вокруг.

Тут он вспомнил, как, прощаясь летом,
Он свою дочурку целовал,
Может быть, отец девчонки этой
Дочь его родную расстрелял...

Но сейчас, в Берлине, под обстрелом,
Полз боец и, телом заслоня,
Девочку в коротком платье белом
Осторожно вынес из огня.

Скольким детям возвратили детство, 
Подарили радость и весну. 
Рядовые Армии советской, 
Люди, победившие войну!

И в Берлине в праздничную дату 
Был воздвигнут, чтоб стоять в веках, 
Памятник советскому солдату 
С девочкой, спасенной на руках.

***

Идти устали маленькие ноги,
Но он послушно продолжает путь.
Еще вчера хотелось близ дороги
Ему в ромашках полевых уснуть.

Но мать несла его, теряя силы,
В пути минуты длились, словно дни.
Всё время сыну непонятно было,
Зачем свой дом покинули они?

Что значат взрывы, плач, дорога эта?
И чем он хуже остальных ребят,
Что на траве зеленой у кювета,
Раскинув руки, рядом с мамой спят?

Как тяжело выслушивать вопросы!..
Могла ли малышу ответить мать,
Что этим детям, спящим у берёзы,
Что этим мамам никогда не встать?

Но сын вопросы задавал упрямо,
И кто-то объяснил ему в пути,
Что это спали неживые мамы,
От бомбы не успевшие уйти.

И он задумался под лязг машин железных,
Как будто горе взрослых понял вдруг,
В его глазах недавно безмятежных
Уже блуждал осознанный испуг.

Так детство кончилось.
Он прежним больше не был,
Он шел и шел, и, чтобы мать спасти,
Следил ревниво за июньским небом, 
Малыш, седой от пыли, лет шести.

***

Жди меня, и я вернусь. 
Только очень жди, 
Жди, когда наводят грусть 
Желтые дожди, 
Жди, когда снега метут, 
Жди, когда жара, 
Жди, когда других не ждут, 
Позабыв вчера. 
Жди, когда из дальних мест
 Писем не придет, 
Жди, когда уж надоест 
Всем, кто вместе ждет. 
Жди меня, и я вернусь, 
Не желай добра 
Всем, кто знает наизусть, 
Что забыть пора. 
Пусть поверят сын и мать 
В то, что нет меня, 
Пусть друзья устанут ждать, 
Сядут у огня, 
Выпьют горькое вино 
На помин души... 
Жди. И с ними заодно 
Выпить не спеши. 
 Жди меня, и я вернусь, 
Всем смертям назло. 
Кто не ждал меня, тот пусть 
Скажет: - Повезло. 
Не понять, не ждавшим им, 
Как среди огня 
Ожиданием своим 
Ты спасла меня. 
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой,- 
Просто ты умела ждать, 
Как никто другой.

***

Почему, дедуля, у тебя слеза? 
Почему, дедуля, прячешь ты глаза?
Кто тебя обидел, можешь рассказать?
За тебя я буду драться, воевать! 
- Внучек ты мой милый, нет, не плачу я, 
Просто вспоминаю о былых боях, 
Когда был я молод, 
Родину любил 
И врагов проклятых под Москвою бил!
Там друзей военных много полегло,
Вспоминать об этом сердцу тяжело!
И Победу в Мае встретили не все, 
Там лежать остались в утренней росе! 
Так живи, мой внучек, и войны не знай, 
Каждый год с Победой пусть приходит Май! 
Улыбайся солнцу, весело играй, 
Но что было с нами, ты не забывай!

***

Это было в мае, на рассвете. 
Нарастал у стен Рейхстага бой. 
Девочку немецкую заметил 
Наш солдат на пыльной мостовой. 
У столба, дрожа, она стояла, 
В голубых глазах застыл испуг. 
А куски свистящего металла 
Смерть и муку сеяли вокруг. 
Тут он вспомнил, как, прощаясь, летом
Он свою дочурку целовал, 
Может быть, отец девчонки этой 
Дочь его родную расстрелял… 
Но сейчас, в Берлине, под обстрелом, 
Полз боец и, телом заслоня, 
Девочку в коротком платье белом 
Осторожно вынес из огня. 
Скольким детям возвратили детство, 
Подарили радость и весну 
Рядовые Армии Советской, 
Люди, победившие войну! 
И в Берлине в праздничную дату 
Был воздвигнут, чтоб стоять в веках, 
Памятник советскому солдату
С девочкой спасенной на руках.  
Он стоит, как символ нашей славы, 
Как маяк, светящийся во мгле.
Это он – солдат моей державы –
Охраняет мир на всей земле!

***

За пять минут уж снегом талым
Шинель запорошилась вся. 
Он на земле лежит, усталым 
Движеньем руку занеся.
Он мертв. 
Его никто не знает. 
Но мы еще на полпути, 
И слава мертвых окрыляет 
Тех, кто вперед решил идти. 
В нас есть суровая свобода: 
На слезы обрекая мать, 
Бессмертье своего народа
Своею смертью покупать.

***

На фотографии в газете
нечетко изображены
бойцы, еще почти что дети,
герои мировой войны.
Они снимались перед боем -
в обнимку, четверо у рва.
И было небо голубое,
была зеленая трава.
Никто не знает их фамилий,
о них ни песен нет, ни книг.
Здесь чей-то сын и чей-то милый
и чей-то первый ученик.
Они легли на поле боя,-
жить начинавшие едва.
И было небо голубое,
была зеленая трава.
Забыть тот горький год неблизкий
мы никогда бы не смогли.
По всей России обелиски,
как души, рвутся из земли.
...Они прикрыли жизнь собою,-
жить начинавшие едва,
чтоб было небо голубое,
была зеленая трава.

***

Ольга Берггольц - 
Баллада о младшем брате 

Его ввели в германский штаб,
и офицер кричал:
— Где старший брат? Твой старший брат!
Ты знаешь — отвечай!

А он любил ловить щеглят,
свистать и петь любил,
и знал, что пленники молчат,—
так брат его учил.

Сгорел дотла родимый дом,
в лесах с отрядом брат.
— Живи,— сказал,— а мы придем,
мы все вернем назад.

Живи, щегленок, не скучай,
пробьет победный срок...
По этой тропочке таскай
с картошкой котелок.

В свинцовых пальцах палача
безжалостны ножи.
Его терзают и кричат:
— Где старший брат? Скажи!

Молчать — нет сил. Но говорить —
нельзя... И что сказать?
И гнев бессмертный озарил
мальчишечьи глаза.
— Да, я скажу, где старший брат.
Он тут, и там, и здесь.
Везде, где вас, врагов, громят,
мой старший брат—везде.
Да, у него огромный рост,
рука его сильна.
Он достает рукой до звезд
и до морского дна.
Он водит в небе самолет,
на крыльях — по звезде,
из корабельных пушек бьет
и вражий танк гранатой рвет...
Мой брат везде, везде.
Его глаза горят во мгле
всевидящим огнем.
Когда идет он по земле,
земля дрожит кругом.
Мой старший брат меня любил.
Он все возьмет назад...—
...И штык фашист в него вонзил.
И умер младший брат.
И старший брат о том узнал.
О, горя тишина!..
— Прощай, щегленок, — он сказал,—
ты постоял за нас!

Но стисни зубы, брат Андрей,
молчи, как он молчал.
И вражьей крови не жалей,
огня и стали не жалей,—
отмщенье палачам!
За брата младшего в упор
рази врага сейчас,
за младших братьев и сестер,
не выдававших нас!

bugaga.ru

Стихи на конкурс чтецов 2 класс

Веснушки

Ночью Любочке не спится
Пропустить весну боится.
- Помню осени приметы 
и зеленый запах лета,
А весну совсем забыла, 
Как давно все это было.
Где же прячется она 
Распрекрасная весна?..
Я посплю совсем немножко
Может постучит в окошко?
Утром в зеркало взглянула 
Удивилась и вздохнула.
Крикнула, что было силы: 
- Я же это не просила!
Перед зеркалом девчушка
Плачет, горько причитая,
На лице опять веснушки,
Не нужна весна такая.
Ей на улице прохожий
Улыбнулся так лукаво,
"Ты, девчоночка, похоже,
Через сито загорала?!"
Терла носик, терла щечки.
Прибежала мама к дочке:
- Что ты, Любочка, мой свет,
Это солнышка привет!
…Пять веснушек на носу, 
Гордо в детский сад несу.
Пусть увидит детвора 
К нам Весна пришла! Ура!

***

Подснежник

У занесённых снегом кочек,
Под белой шапкой снеговой, 
Нашли мы синенький цветочек, 
Полузамёрзший, чуть живой.

Наверно, жарко припекало 
Сегодня солнышко с утра. 
Цветку под снегом душно стало,
И он подумал, что пора,

И вылез... Но кругом всё тихо, 
Соседей нет, он первый здесь. 
Его увидела зайчиха. 
Понюхала, хотела съесть.

Потом, наверно, пожалела: 
Уж больно тонок ты, дружок!
И вдруг пошёл пушистый, белы 
Холодный мартовский снежок.

Он падал, заносил дорожки... 
Опять зима, а не весна, 
И от цветка на длинной ножке 
Лишь только шапочка видна.

И он,от холода синея.
Головку слабую клоня, 
Сказал: "Умру, но не жалею: 
Ведь началась весна с меня!"

З. Александрова

***

Про лужу

Во дворе валялась лужа, 
Отражая облака. 
Очень нравилось той луже, 
На асфальте греть бока.
После злющей зимней стужи
Просто счастье – эти лужи,
Так прекрасно, что весною,
Столько много дивных луж!
Можно в лужу прыгнуть прямо,
Даже, если в луже яма,
И с закрытыми глазами
Прыгать задом наперёд!
А в окне смеётся мама,
Но я прыгаю упрямо.
И грозит мне пальцем мама,
И домой меня зовёт.
Приготовила мне ужин:
- Чай тебе с малиной нужен,
может, ты у нас простужен, 
на кого ты стал похож? – 
И, вздохнув, сказала: «Боже!
Быть бы мне чуть-чуть моложе,
Я бы в лужу влезла тоже
Пробежаться без галош.»

***

Перемена

Б.В. Заходер

"Перемена, перемена!" -
Заливается звонок.
Первым Вова непременно
Вылетает за порог.
Вылетает за порог -
Семерых сбивает с ног.
Неужели это Вова,
Продремавший весь урок?
Неужели этот Вова
Пять минут назад ни слова
У доски сказать не мог?
Если он, то, несомненно,
С ним бо-о-льшая перемена!
Не угонишься за Вовой!
Он гляди какой бедовый!
Он за пять минут успел
Переделать кучу дел:
Он поставил три подножки
(Ваське, Кольке и Сережке),
Прокатился кувырком,
На перила сел верхом,
Лихо шлепнулся с перил,
Подзатыльник получил,
С ходу дал кому-то сдачи,
Попросил списать задачи, -
Словом,
Сделал все, что мог!
Ну, а тут - опять звонок...
Вова в класс плетется снова.
Бедный! Нет лица на нем!
- Ничего, - вздыхает Вова, -
На уроке отдохнем!

***

Никто

Б.В. Заходер

Завелся озорник у нас.
Горюет вся семья.
В квартире от его проказ
Буквально нет житья!
Никто с ним, правда, не знаком,
Но знают все зато,
Что виноват всегда во всем
Лишь он один - НИКТО!
Кто, например, залез в буфет,
Конфеты там нашел
И все бумажки от конфет
Кто побросал под стол?
Кто на обоях рисовал?
Кто разорвал пальто?
Кто в папин стол свой нос совал?
НИКТО, НИКТО, НИКТО!
- НИКТО - ужасный сорванец!
Сказала строго мать. -
Его должны мы наконец
Примерно наказать!
НИКТО сегодня не пойдет
Ни в гости, ни в кино!
Смеетесь вы?
А нам с сестрой
Ни капли не смешно!

***

Я как-то в дом принес щенка, 
Бездомного бродягу, 
Чтоб подкормить его слегка, 
Голодного беднягу. 

- Ну, что ж сказала мама, - пусть 
он поживет немножко, 
в глазах его такая грусть! 
Найдется супа ложка. . . 

Я во дворе нашел потом 
Котенка чуть живого, 
Его принес я тоже в дом, 
Сказала мама снова: 

- Ну, что ж, - она сказала, - пусть 
он поживет немножко, 
в глазах его такая грусть! 
Найдется каши ложка. . . 

Я под гнездом нашел птенца, 
Над ним вороны вились, 
Я спрятал в шапку сорванца, 
Мы с ним домой явились. 

- Ну, что ж, - сказала мама, - пусть 
он поживет немножко, 
в глазах его такая грусть! 
Найдется хлеба крошка. . . 

Однажды я принес ежа, 
Ужа и черепаху, 
И Заяц в нашу дверь вбежал, 
Наверное, со страху. 

Сказала мама: - Пусть живут 
в квартире так чудесно, 
а если потесниться, 
тут и нам найдется место!

М. Садовский 

***

Непослушный мой котёнок, 
Что ж ты в кухне натворил! 
Со стола на подоконник 
Ты носился, как чертёнок, 
Чашку мамину разбил. 
За такое поведенье 
Будешь завтра без конфет, 
Без печенья, без варенья, 
Без прогулки в воскресенье, 
Без сосиски на обед, 
Без мультяшек, без игрушек, 
Виноват - теперь не плачь! 
Надо было маму слушать 
И вести себя получше, 
Не играть ни в коем случае 
Со мной на кухне в мяч. 

***

БУЛКА

Три паренька по переулку,
Играя будто бы в футбол,
Туда-сюда гоняли булку
И забивали ею гол.

Шел мимо незнакомый дядя,
Остановился и вздохнул
И, на ребят почти не глядя,
К той булке руку протянул.

Потом, насупившись сердито,
Он долго пыль с нее сдувал
И вдруг спокойно и открыто
При всех ее поцеловал.

- Вы кто такой?- спросили дети,
Забыв на время про футбол.
- Я пекарь!- человек ответил
И с булкой медленно ушел.

И это слово пахло хлебом
И той особой теплотой,
Которой налиты под небом
Моря пшеницы золотой.

Сергей Михалков

***

Мазнин Игорь Александрович

Давайте будем дружить друг с другом
Как птица с небом
Как поле с лугом
Как ветер с морем
Трава с дождями,
Как дружит солнце со всеми нами!

Давайте будем к тому стремиться,
чтоб нас любили и зверь и птица
И доверяли повсюду нам,
как самым верным своим друзьям!

Давайте будем беречь планету,
Во всей Вселенной похожей нету.
Во всей Вселенной...
Совсем одна...
Что будет делать без нас она?

***

Штранная иштория

Встретил жук в одном лесу
Симпатичную осу.
- Ах, какая модница!
Пожвольте пожнакомиться.

- Увазаемый прохозый,
Ну на сто это похозэ!
Вы не представляете,
Как вы сепелявете!

И красавица оса
Улетела в небеса.
- Штранная гражданка,
Наверно, иноштранка.

Жук с досады кренделями
По поляне носится.
- Это ж надо было так
Опроштоволоситься.

Как бы вновь не оказаться
В положении таком -
Нужно шрочно жаниматься
Иноштранным яжыком.

Петр Синявский

bugaga.ru

Юмористические стихи для детей на конкурс чтецов, интересные и веселые произведения

Категория: Поздравления » Стихи Эта страничка предлагает Вам почитать и выбрать очень интересные стихи для детей на конкурс чтецов. Представленные ниже произведения подойдут как малышу 4 или 6 лет, так и для ребят, посещающих начальную школу. Здесь Вы найдете весёлые юмористические произведения с очень интересным сюжетом и неожиданными поворотами. Если дети дошкольного и школьного возраста читают Пушкина не слишком охотно, то эти стихи становятся любимыми у большинства из них. Главное – не выбирать для первого знакомства и заучивания самые длинные произведения из имеющихся, а остановиться на самых коротких. Хотя, опять же, пусть понравившийся стих выберет сам ребёнок.

Вдоль реки бежал Аким.
Был Аким совсем сухим.
Побежал он поперёк -
Весь до ниточки промок.
Мой приятель Валерий Петров
Никогда не кусал комаров.
Комары же об этом не знали
И Петрова часто кусали.
Николай вспугнул пчелу,
Побежал по саду.
Наступил он на метлу,
Врезался в ограду.
Звонко хлопнула метла,
Да с такою силой,
Что уж лучше бы пчела
Колю укусила.
Прохоров Сазон
Воробьев кормил.
Бросил им батон -
Десять штук убил.

***

Если был бы я девчонкой -
Я бы время не терял!
Я б на улице не прыгал,
Я б рубашки постирал,
Я бы вымыл в кухне пол,
Я бы в комнате подмел,
Перемыл бы чашки, ложки,
Сам начистил бы картошки,
Все свои игрушки сам
Я б расставил по местам!
Отчего я не девчонка?
Я бы маме так помог!
Мама сразу бы сказала:
"Молодчина ты, сынок!"

***

Динозавры

Как на нашем огороде
Небывалая напасть:
Динозавры всюду бродят –
Негде яблоку упасть!
Мы и так других не хуже
В отношении чудес,
Да ещё любая лужа
Вроде озера Лох-Несс:
Мухозавры там летают!
Жукозавры там живут!
Хрюкозавры отдыхают,
Лужевую воду пьют!
Уткозавры лапы моют
У крутого бережка,
Курозавры землю роют –
Добывают червяка,
Котозавры колобродят,
С крыш сигая с ветерком,
Мышезавры хороводят
Возле крынки с молоком,
А у старого базара,
Где с берёзкою бугор,
След ноги лягушкозавра
Обнаружил дед Егор;
Ох, не зря под месяц новый,
Не оставив и примет,
Там пропали две коровы
И один велосипед!

***

Мне так надоело без дела бродить -
Хочу на работу, как папа, ходить.
Я буду, как он, просыпаться чуть свет
И есть на работе в столовой обед.
В газету смотреть по утрам набегу
И даже нахмуриться грозно могу!
Скажите начальникам разных работ:
У взрослых со мною не будет забот.
Не буду я плакать, по дому скучать
И на совещаниях буду молчать.
А чтобы не вышло чего-то не так,
Прошу у началльников мелочь, пустяк -
Пусть маму с собой разрешат привести.
Она хорошо себя будет вести.

***

Сто коров,
Двести бобров,
Четыреста двадцать
Ученых комаров
Покажут сорок
Удивительных
Номеров.
Четыре тысячи петухов
И четыре тысячи индюков
Разом
Выскочат
Из четырех сундуков.
Две свиньи
Спляшут польку.
Клоун Петька
Ударит клоуна Кольку.
Клоун Колька
Ударит клоуна Петьку.
Ученый попугай
Съест моченую
Редьку.
Четыре тигра
Подерутся с четырьмя львами.
Выйдет Иван Кузьмич
С пятью головами.
Силач Хохлов
Поднимет зубами слона.
Потухнут лампы,
Вспыхнет луна.
Загорятся под куполом
Электрические звезды.
Ученые ласточки
Совьют золотые гнезда.
Грянет музыка
И цирк закачается…
На этом, друзья,
Представление
наше кончается.

***

Бывают в жизни чудеса:
Ужа ужалила оса
Ужалила его в живот.
Ужу ужасно больно. Вот.
А доктор Еж сказал Ужу:
"Я ничего не нахожу.
Но все же, думается мне,
Вам лучше ползать на спине,
Пока живот не заживет.

***

Пираты на острове Фунафути

На свете множество чудес,
внимания достойных,
Но Фунафути — образец
чудес благопристойных.
Не сыщешь острова в морях
от Горна до Босфора
С такой тактичной фауной,
с такой любезной флорой.
Там обезьянки не шалят,
галдя на всю опушку,
А только нюхают плоды
и потчуют друг дружку.
Там пальмы, встав на берегу,
всем кланяются дружно,
Какой бы ветер ни подул —
восточный или южный.
Но вот в один прекрасный день
к тем благодатным пляжам
Приплыл разбойничий корабль
с ужасным экипажем:
Джим Кашалотто, Джеки Черт,
Сэм Гроб и Билл Корова,
Кот Вырвиглаз и старый Хью —
один страшней другого.
И первым сушу ощутил
их шкипер Джеки Черт:
Сэм Гроб, ворочая веслом,
смахнул его за борт.
Пиратов ужас охватил,
повеяло расправой,
Но шкипер вдруг заговорил
с улыбкою слащавой:
— Прошу прощенья, мистер Гроб,
вина была моя.
Забудем этот инцидент!
Скорей сюда, друзья!
Позвольте вашу руку, Джим.
Я помогу вам, кок.
Ах, осторожней, мистер Хью,
Не замочите ног!
Пираты слушали дрожа.
Голодный львиный рев
Не показался б им страшней
галантных этих слов.
Но только на берег сошли —
их тоже охватило
Желание себя вести
необычайно мило.
— Здесь у меня, — промолвил Джим,
сухое платье есть.
Прошу, воспользуйтесь им, сэр,
уж сделайте мне честь.
— Вы правы, — шкипер отвечал. —
Чтоб исключить ангину,
Воспользуюсь. Пардон, друзья,
я вас на миг покину.
Был сервирован на песке
изысканный обед,
И не нарушен был ни в чем
сложнейший этикет.
Приличный светский разговор
журчал непринужденно,
Никто не лез ни носом в суп,
ни пальцем в макароны.
Приятный вечер завершен
был тихой песней Сэма,
И слушал песню капитан,
роняя слезы немо.
— Вот так певала перед сном
мне матушка когда-то...
Ах, милый Сэм, скажи, зачем
веду я жизнь пирата?
Друзья свели его в постель
и сами зарыдали,
И нежно сняли сапоги,
и валерьянки дали,
И челюсть новую его
переложили в кружку,
И грелку сунули к ногам,
и саблю под подушку.
Потом, молитву сотворив,
разделись аккуратно,
Без грубых шуток и божбы,
пристойно-деликатно,
И мирно отошли ко сну,
умыв лицо и шею,
И в грезах видели всю ночь
порхающую фею.
Они отплыли на заре.
Но только за кормою
Сокрылась чудная земля,
пошло совсем иное:
Все утро хмурились они
и пили ром без меры,
И растеряли навсегда
приличные манеры.
А на волшебном берегу,
на дальнем Фунафути,
Все так же ветер шелестел
о мире и уюте.
Черепашонок спал в песке,
и устрицы вздыхали,
И солнце озирало мир
без гнева и печали.

***

НЕ СПАТЬ!

Я ненавижу слово "спать"!
Я ежусь каждый раз,
Когда я слышу: "Марш в кровать!
Уже десятый час!"
Нет, я не спорю и не злюсь -
Я чай на кухне пью.
Я никуда не тороплюсь,
Когда напьюсь - тогда напьюсь!
Напившись, я встаю
И, засыпая на ходу,
Лицо и руки мыть иду...
Но вот доносится опять
Настойчивый приказ:
"А ну, сейчас же марш в кровать!
Одиннадцатый час!"
Нет, я не спорю, не сержусь -
Я не спеша на стул сажусь
И начинаю кое-как
С одной ноги снимать башмак.
Я, как герой, борюсь со сном,
Чтоб время протянуть,
Мечтая только об одном:
Подольше не заснуть!
Я раздеваюсь полчаса
И где-то, в полусне,
Я слышу чьи-то голоса,
Что спорят обо мне.
Сквозь спор знакомых голосов
Мне ясно слышен бой часов,
И папа маме говорит:
"Смотри, смотри! Он сидя спит!"
Я ненавижу слово "спать"!
Я ежусь каждый раз,
Когда я слышу: "Марш в кровать!
Уже десятый час!"
Как хорошо иметь права
Ложиться спать хоть в час! Хоть в два!
В четыре! Или в пять!
А иногда, а иногда
(И в этом, право, нет вреда!) -
Всю ночь совсем не спать!

***

Никто

Завелся озорник у нас.
Горюет вся семья.
В квартире от его проказ
Буквально нет житья!
Никто с ним, правда, не знаком,
Но знают все зато,
Что виноват всегда во всем
Лишь он один - НИКТО!
Кто, например, залез в буфет,
Конфеты там нашел
И все бумажки от конфет
Кто побросал под стол?
Кто на обоях рисовал?
Кто разорвал пальто?
Кто в папин стол свой нос совал?
НИКТО, НИКТО, НИКТО!
- НИКТО - ужасный сорванец!
Сказала строго мать. -
Его должны мы наконец
Примерно наказать!
НИКТО сегодня не пойдет
Ни в гости, ни в кино!
Смеетесь вы?
А нам с сестрой
Ни капли не смешно!

***

Перемена

"Перемена, перемена!" -
Заливается звонок.
Первым Вова непременно
Вылетает за порог.
Вылетает за порог -
Семерых сбивает с ног.
Неужели это Вова,
Продремавший весь урок?
Неужели этот Вова
Пять минут назад ни слова
У доски сказать не мог?
Если он, то, несомненно,
С ним бо-о-льшая перемена!
Не угонишься за Вовой!
Он гляди какой бедовый!
Он за пять минут успел
Переделать кучу дел:
Он поставил три подножки
(Ваське, Кольке и Сережке),
Прокатился кувырком,
На перила сел верхом,
Лихо шлепнулся с перил,
Подзатыльник получил,
С ходу дал кому-то сдачи,
Попросил списать задачи, -
Словом,
Сделал все, что мог!
Ну, а тут - опять звонок...
Вова в класс плетется снова.
Бедный! Нет лица на нем!
- Ничего, - вздыхает Вова, -
На уроке отдохнем!

***

Всем известный математик
Академик Иванов
Как-то раз домой явился
С парой новеньких коньков.
И сказал своей жене
И любимой дочке:
-Ну-ка, приготовьте мне
Свинцовые примочки.
Для возможных синяков.
Чтобы вновь помолодеть,
Я решил коньки надеть.
И вот он пятаки берет
И отправляется на лед,
Смотрят люди из окон:
-Это что за чемпион?
Взрослый дядя с бородой,
А занялся ерундой.

***

БОЛТУНЬЯ

Что болтунья Лида, мол,
Это Вовка выдумал.
А болтать-то мне когда?
Мне болтать-то некогда!
Драмкружок, кружок по фото,
Хоркружок - мне петь охота,
За кружок по рисованью
Тоже все голосовали.
А Марья Марковна сказала,
Когда я шла вчера из зала:
"Драмкружок, кружок по фото
Это слишком много что-то.
Выбирай себе, дружок,
Один какой-нибудь кружок".
Ну, я выбрала по фото...
Но мне еще и петь охота,
И за кружок по рисованью
Тоже все голосовали.
А что болтунья Лида, мол,
Это Вовка выдумал.
А болтать-то мне когда?
Мне болтать-то некогда!
Я теперь до старости
В нашем классе староста.
А чего мне хочется?
Стать, ребята, летчицей.
Поднимусь на стратостате...
Что такое это, кстати?
Может, это стратостат,
Когда старосты летят?
А что болтунья Лида, мол,
Это Вовка выдумал.
А болтать-то мне когда?
Мне болтать-то некогда!
У меня еще нагрузки
По-немецки и по-русски.
Нам задание дано -
Чтенье и грамматика.
Я сижу, гляжу в окно
И вдруг там вижу мальчика.
Он говорит: "Иди сюда,
Я тебе ирису дам".
А я говорю: "У меня нагрузки
По-немецки и по-русски".
А он говорит: "Иди сюда,
Я тебе ирису дам".
А что болтунья Лида, мол,
Это Вовка выдумал.
А болтать-то мне когда?
Мне болтать-то некогда!

***

Я выросла

Мне теперь не до игрушек -
Я учусь по букварю,
Соберу свои игрушки
И Сереже подарю.
Деревянную посуду
Я пока дарить не буду.
Заяц нужен мне самой -
Ничего, что он хромой,
А медведь измазан слишком...
Куклу жалко отдавать:
Он отдаст ее мальчишкам
Или бросит под кровать.
Паровоз отдать Сереже?
Он плохой, без колеса...
И потом, мне нужно тоже
Поиграть хоть полчаса!
Мне теперь не до игрушек -
Я учусь по букварю...
Но я, кажется, Сереже
Ничего не подарю.

***

ЩЕНОК

Я сегодня сбилась с ног -
У меня пропал щенок.
Два часа его звала,
Два часа его ждала,
За уроки не садилась
И обедать не могла.
В это утро очень рано
Соскочил щенок с дивана,
Стал по комнатам ходить,
Прыгать, лаять, всех будить.
Он увидел одеяло -
Покрываться нечем стало.
Он в кладовку заглянул -
С мёдом жбан перевернул.
Он порвал стихи у папы,
На пол с лестницы упал,
В клей залез передней лапой,
Еле вылез и пропал…
Может быть, его украли,
На верёвке увели,
Новым именем назвали,
Дом стеречь заставили?
Может, он в лесу дремучем
Под кустом сидит колючим,
Заблудился, ищет дом,
Мокнет, бедный, под дождём?
Я не знала, что мне делать.
Мать сказала: - Подождём.
Два часа я горевала,
Книжек в руки не брала,
Ничего не рисовала,
Всё сидела и ждала.
Вдруг, какой-то страшный зверь
Открывает лапой дверь,
Прыгает через порог...
Кто же это? Мой щенок.
Что случилось, если сразу
Не узнала я щенка?
Нос распух, не видно глаза,
Перекошена щека,
И, впиваясь, как игла,
На хвосте жужжит пчела.
Мать сказала: - Дверь закрой!
К нам летит пчелиный рой. -
Весь укутанный, в постели
Мой щенок лежит пластом
И виляет еле-еле
Забинтованным хвостом.
Я не бегаю к врачу - я сама его лечу.

***

Уехали

Щенка кормили молоком.
Чтоб он здоровым рос.
Вставали ночью и тайком
К нему бежали босиком —
Ему пощупать нос.
Учили мальчики щенка,
Возились с ним в саду,
И он, расстроенный слегка,
Шагал на поводу.
Он на чужих ворчать привык,
Совсем как взрослый пес,
И вдруг приехал грузовик
И всех ребят увез.
Он ждал: когда начнут игру?
Когда зажгут костер?
Привык он к яркому костру,
К тому, что рано поутру
Труба зовет на сбор.
И лаял он до хрипоты
На темные кусты.
Он был один в саду пустом,
Он на террасе лег.
Он целый час лежал пластом,
Он не хотел махать хвостом,
Он даже есть не мог.
Ребята вспомнили о нем —
Вернулись с полпути.
Они войти хотели в дом,
Но он не дал войти.
Он им навстречу, на крыльцо,
Он всех подряд лизал в лицо.
Его ласкали малыши,
И лаял он от всей души.

***

Завелся озорник у нас.
Горюет вся семья.
В квартире от его проказ
Буквально нет житья!
Никто с ним, правда, не знаком,
Но знают все зато,
Что виноват всегда во всем
Лишь он один - НИКТО!
Кто, например, залез в буфет,
Конфеты там нашел
И все бумажки от конфет
Кто побросал под стол?
Кто на обоях рисовал?
Кто разорвал пальто?
Кто в папин стол свой нос совал?
НИКТО, НИКТО, НИКТО!
- НИКТО - ужасный сорванец!
Сказала строго мать. -
Его должны мы наконец
Примерно наказать!
НИКТО сегодня не пойдет
Ни в гости, ни в кино!
Смеетесь вы?
А нам с сестрой
Ни капли не смешно.

***

Первая любовь

Мишка дёрнул за косичку
Вылил клей ко мне в рюкзак.
И сказала мне сестричка:
«Это всё не просто так».
Он поставил мне подножку,
Он толкнул меня рукой.
А подруга мне: «Возможно,
От тебя он сам не свой».
Он кидал в меня снежками,
Он тетрадку мне порвал.
А подруги мне сказали:
«Мишка на тебя запал!»
Он мне мелом стул измазал…
«Всё! Его я отлуплю!»
…У него синяк под глазом,
Шишка у меня на лбу…
А подружки все вздыхают
И твердят мне вновь и вновь:
«Ты счастливая такая,
У тебя уже любовь».

www.porjati.ru

Методическая разработка на тему: Подборка стихотворений к конкурсу чтецов, посвященного 70-летию Победы

Юлия Владимировна ДРУНИНА 
1924-1991
ЗИНКА
1
Мы легли у разбитой ели,
Ждем, когда же начнет светлеть.
Под шинелью вдвоем теплее
На продрогшей, гнилой земле.

- Знаешь, Юлька, я - против грусти,
Но сегодня она - не в счет.
Дома, в яблочном захолустье,
Мама, мамка моя живет.

У тебя есть друзья, любимый.
У меня - лишь она одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом бурлит весна.

Старой кажется: каждый кустик
Беспокойную дочку ждет...
Знаешь, Юлька, я - против грусти.
Но сегодня она - не в счет.

Отогрелись мы еле-еле.
Вдруг приказ:
Снова рядом в сырой шинели
Светлокосый солдат идет.

2
С каждым днем становилось горше.
Шли без митингов и знамен.
В окруженье попали под Оршей
Наш потрепанный батальон.

Зинка нас повела в отаку,
Мы пробились по черной ржи,
По воронкам и буеракам
Через смертные рубежи.

Мы не ждали посмертной славы, -
Мы хотели со славой жить.
Почему же в бинтах кровавых
Светлокосый солдат лежит?

Ее тело своей шинелью
Укрывала я, зубы сжав,
Белорусские ветры пели
О рязанских глухих садах.

3
- Знаешь, Зинка, я - против грусти,
Но сеголдня она - не в счет.
Где-то, в яблочном захолустье,
Мама, мамка твоя живет.

У меня есть друзья, любимый,
У нее ты была одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом бурлит весна.

И старушка в цветастом платье
У иконы свечу зажгла.
Я не знаю, как написать ей,
Чтоб тебя она не ждала?!

1944

Со школы этот стих запомнила.тогда еще прям резанул он меня, а когда узнала, что автор был казнен на ГИЛЬОТИНЕ в плену. то вообще, прям ... прям...   
Муса Джалиль
ВАРВАРСТВО Мусса Джалиль.

Они с детьми погнали Матерей
И ямы рыть заставили,
А сами, они стояли,кучка дикарей,
И хриплыми смеялись голосами.

У края бездны выстроили в ряд
Бессильных женщин, худеньких ребят.
Пришел хмельной майор
И хмурыми глазами окинул обреченных...

Мутный дождь шумел
В листве соседних рощ,
И на полях, одетых мглою,
И тучи опустились над землею

Друг друга с бешенством гоня,
НЕТ! Этого я не забуду дня.
Я не забуду никогда во веки.
Я видел:плакали,как дети, реки.

Как в ярости рыдала мать земля
Своими видел я глазами,
Как солнце скорбное, омытое слезами,
Сквозь тучи опустилось на поля,

В последний раз детей поцеловали
В последний раз...
Шумел соседний лес.
Казалось, что сейчас он обезумел,

Гневно бушевала его листва.
Сгущалась мгла воруг,
Я видел-мощный дуб свалился вдруг.
Он падал,издвая вздох тяжелый,

Детей внезапно охватил испуг
Прижались к Матерям,цепляясь за подолы,
И выстрела раздался резкий звук.
Прервав проклятье, 

Что вырвалось у женщины одной.
Ребенок-мальчуган больной
Головку спрятал в складках платья
Еще не старой женщины-

Она смотрела ужаса полна,
Как не лишиться ей рассудка?
Все понял, понял все малютка.
"Спряч Мамочка меня, не надо умирать"

Он плачет и как лист,
Сдержать не может дрожи.
Дитя,что ей всего дороже.
Нагнувшись, подняла ребенка Мать

Прижала к сердцу, против дула прямо.
"Я, Мама; жить хочу, не надо, Мама.
Пусти меня, пусти, чего ты ждешь?"
И хочет вырваться из рук ребенок

И страшен плач, и голос тонок
И в сердце он вонзается, как нож.
-Не бойся,мальчик мой, 
Сейчас вздохнешь ты вольно.

Закрой глаза, но голову не прячь,
Чтобы живым тебя не закопал палач.
Терпи сынок, терпи.
Сейчас не будет больно...

И он закрыл глаза,и заалела кровь по шее
Тонкой лентой извиваясь
Две жизни наземь падают,сливаясь,
Две жизни и одна любовь.

Гром грянул,ветер свистнул в тучах,
Заплакала земля в тоске глухой.
И сколько слез горячих и горючих
Земля моя-скажи мне, что с тобой?

Ты часто горе видела людское,
Но испытала ль ты хотя бы раз
Такой позор и варварство такое.
Земля моя, враги тебя громят,

Но выше подними великой правды знамя
Омой его земли кровавыми слезаими
И пусть лучи его пронзят,
Пусть уничтожат беспощадно

Тех варваров, тех дикарей,
Что кровь детей глотают жадно
Кровь наших Матерей.

День победы
Эдуард Асадов
День победы. И в огнях салюта
Будто гром: — Запомните навек,
Что в сраженьях каждую минуту,
Да, буквально каждую минуту
Погибало десять человек!
Как понять и как осмыслить это:
Десять крепких, бодрых, молодых,
Полных веры, радости и света
И живых, отчаянно живых!
У любого где-то дом иль хата,
Где-то сад, река, знакомый смех,
Мать, жена… А если неженатый,
То девчонка — лучшая из всех.
На восьми фронтах моей отчизны
Уносил войны водоворот
Каждую минуту десять жизней,
Значит, каждый час уже шестьсот!..
И вот так четыре горьких года,
День за днем — невероятный счет!
Ради нашей чести и свободы
Все сумел и одолел народ.
Мир пришел как дождь, как чудеса,
Яркой синью душу опаля…
В вешний вечер, в птичьи голоса,
Облаков вздымая паруса,
Как корабль плывет моя Земля.
И сейчас мне обратиться хочется
К каждому, кто молод и горяч,
Кто б ты ни был: летчик или врач.
Педагог, студент или сверловщица…
Да, прекрасно думать о судьбе
Очень яркой, честной и красивой.
Но всегда ли мы к самим себе
Подлинно строги и справедливы?
Ведь, кружась меж планов и идей,
Мы нередко, честно говоря,
Тратим время попросту зазря
На десятки всяких мелочей.
И неплохо б каждому из нас,
А ведь есть душа, наверно, в каждом,
Вспомнить вдруг о чем-то очень важном,
Самом нужном, может быть, сейчас.
И, сметя все мелкое, пустое,
Скинув скуку, черствость или лень,
Вспомнить вдруг о том, какой ценою
Куплен был наш каждый мирный день!
И, судьбу замешивая круто,
Чтоб любить, сражаться и мечтать,
Чем была оплачена минута,
Каждая-прекаждая минута,
Смеем ли мы это забывать?!
И, шагая за высокой новью,
Помните о том, что всякий час
Вечно смотрят с верой и любовью

Почему все не так? Вроде все как всегда…
Владимир Высоцкий

Почему все не так? Вроде все как всегда:
То же небо опять голубое,
Тот же лес, тот же воздух и та же вода,
Только он не вернулся из боя.
Тот же лес, тот же воздух и та же вода,
Только он не вернулся из боя.
Мне теперь не понять, кто же прав был из нас
В наших спорах без сна и покоя.
Мне не стало хватать его только сейчас,
Когда он не вернулся из боя.
Он молчал невпопад и не в такт подпевал,
Он всегда говорил про другое,
Он мне спать не давал, он с восходом вставал,
А вчера не вернулся из боя.
То, что пусто теперь, – не про то разговор.
Вдруг заметил я – нас было двое.
Для меня будто ветром задуло костер,
Когда он не вернулся из боя.
Нынче вырвалась, будто из плена, весна.
По ошибке окликнул его я:
«Друг, оставь покурить». А в ответ – тишина:
Он вчера не вернулся из боя.
Наши мертвые нас не оставят в беде,
Наши павшие как часовые.
Отражается небо в лесу, как в воде,
И деревья стоят голубые.
Нам и места в землянке хватало вполне,
Нам и время текло – для обоих.
Все теперь одному. Только кажется мне:
Это я не вернулся из боя.

Мне кажется порою, что солдаты
С кровавых не пришедшие полей,
Не в землю нашу полегли когда-то,
А превратились в белых журавлей.

Они до сей поры с времен тех дальних
Летят и подают нам голоса.
Не потому ль так часто и печально
Мы замолкаем глядя в небеса?

Летит, летит по небу клин усталый,
Летит в тумане на исходе дня.
И в том строю есть промежуток малый -
Быть может это место для меня.

Настанет день и журавлиной стаей
Я поплыву в такой же сизой мгле.
Из-под небес по-птичьи окликая
Всех вас, кого оставил на земле.

Мне кажется порою, что солдаты
С кровавых не пришедшие полей,
Не в землю нашу полегли когда-то,
А превратились в белых журавлей

А.Т. Твардовский

Я знаю, никакой моей вины
В том, что другие не пришли с войны,
В то, что они - кто старше, кто моложе -
Остались там, и не о том же речь,
Что я их мог, но не сумел сберечь,-
Речь не о том, но все же, все же, все же... 

Снова К.М. Симонов

Если дорог тебе твой дом,
Где ты русским выкормлен был,
Под бревенчатым потолком,
Где ты, в люльке качаясь, плыл;
Если дороги в доме том
Тебе стены, печь и углы,
Дедом, прадедом и отцом
В нем исхоженные полы;

Если мил тебе бедный сад
С майским цветом, с жужжаньем пчел
И под липой сто лет назад
В землю вкопанный дедом стол;
Если ты не хочешь, чтоб пол
В твоем доме фашист топтал,
Чтоб он сел за дедовский стол
И деревья в саду сломал...

Если мать тебе дорога —
Тебя выкормившая грудь,
Где давно уже нет молока,
Только можно щекой прильнуть;
Если вынести нету сил,
Чтоб фашист, к ней постоем став,
По щекам морщинистым бил,
Косы на руку намотав;
Чтобы те же руки ее,
Что несли тебя в колыбель,
Мыли гаду его белье
И стелили ему постель...

Если ты отца не забыл,
Что качал тебя на руках,
Что хорошим солдатом был
И пропал в карпатских снегах,
Что погиб за Волгу, за Дон,
За отчизны твоей судьбу;
Если ты не хочешь, чтоб он
Перевертывался в гробу,
Чтоб солдатский портрет в крестах
Взял фашист и на пол сорвал
И у матери на глазах
На лицо ему наступал...

Если ты не хочешь отдать
Ту, с которой вдвоем ходил,
Ту, что долго поцеловать
Ты не смел,— так ее любил,—
Чтоб фашисты ее живьем
Взяли силой, зажав в углу,
И распяли ее втроем,
Обнаженную, на полу;
Чтоб досталось трем этим псам
В стонах, в ненависти, в крови
Все, что свято берег ты сам
Всею силой мужской любви...

Если ты фашисту с ружьем
Не желаешь навек отдать
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что родиной мы зовем,—
Знай: никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь;
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил,
Ты молчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.
Пусть фашиста убил твой брат,
Пусть фашиста убил сосед,—
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят.
Раз фашиста убил твой брат,—
Это он, а не ты солдат.

Так убей фашиста, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон,
А в его по мертвым стоял.
Так хотел он, его вина,—
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его пусть будет вдовой.
Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать,
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.
Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!

Константин Симонов
"Горят города по пути этих полчищ..."

Горят города по пути этих полчищ.
Разрушены села, потоптана рожь.
И всюду, поспешно и жадно, по-волчьи,
Творят эти люди разбой и грабёж.

Но разве ж то люди? Никто не поверит
При встрече с одетым в мундиры зверьём.
Они и едят не как люди — как звери,
Глотают парную свинину сырьём.

У них и повадки совсем не людские,
Скажите, способен ли кто из людей
Пытать старика на верёвке таская,
Насиловать мать на глазах у детей?

Закапывать жителей мирных живыми,
За то что обличьем с тобой не одно.
Нет! Врёте! Чужое присвоили имя!
Людьми вас никто не считает давно.

Вы чтите войну, и на поприще этом
Такими вас знаем, какие вы есть:
Пристреливать раненых, жечь лазареты,
Да школы бомбить ваших воинов честь?

Узнали мы вас за короткие сроки,
И поняли, что вас на битву ведёт.
Холодных, довольных, тупых и жестоких,
Но смирных и жалких как время придёт.

И ты, что стоишь без ремня предо мною,
Ладонью себя ударяющий в грудь,
Сующий мне карточку сына с женою,
Ты думаешь я тебе верю? Ничуть!!!

Мне видятся женщин с ребятами лица,
Когда вы стреляли на площади в них.
Их кровь на оборванных наспех петлицах,
На потных холодных ладонях твоих.

Покуда ты с теми, кто небо и землю
Хотят у нас взять, свободу и честь,
Покуда ты с ними — ты враг,
И да здравствует кара и месть.

Ты, серый от пепла сожжённых селений,
Над жизнью навесивший тень своих крыл.
Ты думал, что мы поползём на коленях?
Не ужас, — ярость ты в нас пробудил.

Мы будем вас бить все сильней час от часа:
Штыком и снарядом, ножом и дубьём.
Мы будем вас бить, глушить вас фугасом,
Мы рот вам совётской землёю забьём!

И пускай до последнего часа расплаты,
Дня торжества, недалекого дня,
Мне не дожить как и многим ребятам,
Которые были не хуже меня.

Я долг свой всегда по-солдатски приемлю
И если уж смерть выбирать нам друзья,
То лучше чем смерть за родимую землю
И выбрать нельзя...

Вставай, страна огромная, 
Вставай на смертный бой 
С фашистской силой темною, 
С проклятою ордой! 

Припев:
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна, -
Идет война народная
Священная война!

Как два различных полюса
Во всем враждебны мы: 
За свет я мир мы боремся,
Они — за царство тьмы. 

Припев:
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна, -
Идет война народная
Священная война!

Дадим отпор душителям 
Всех пламенных идей,
Насильникам, грабителям,
Мучителям людей!

Припев:
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна, -
Идет война народная
Священная война!

Не смеют крылья черные
Над Родиной летать 
Поля ее просторные
Не смеет враг топтать.

Припев:
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна, -
Идет война народная
Священная война!

Пойдем ломить всей силою,
Всем сердцем, всей душой
За землю нашу милую,
За наш Союз большой!

Припев:
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна, -
Идет война народная
Священная война!

Встает страна огромная,
Встает на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой.

Припев:
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна, -
Идет война народная
Священная война!

А.Т. Твардовский. Рассказ танкиста

Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку,
И только не могу себе простить:
Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,
А как зовут, забыл его спросить.

Лет десяти-двенадцати. Бедовый,
Из тех, что главарями у детей,
Из тех, что в городишках прифронтовых
Встречают нас как дорогих гостей.

Машину обступают на стоянках,
Таскать им воду вёдрами - не труд,
Приносят мыло с полотенцем к танку
И сливы недозрелые суют...

Шёл бой за улицу. Огонь врага был страшен,
Мы прорывались к площади вперёд.
А он гвоздит - не выглянуть из башен, -
И чёрт его поймёт, откуда бьёт.

Тут угадай-ка, за каким домишкой
Он примостился, - столько всяких дыр,
И вдруг к машине подбежал парнишка:
- Товарищ командир, товарищ командир!

Я знаю, где их пушка. Я разведал...
Я подползал, они вон там, в саду...
- Да где же, где?.. - А дайте я поеду
На танке с вами. Прямо приведу.

Что ж, бой не ждёт. - Влезай сюда, дружище! -
И вот мы катим к месту вчетвером.
Стоит парнишка - мины, пули свищут,
И только рубашонка пузырём.

Подъехали. - Вот здесь. - И с разворота
Заходим в тыл и полный газ даём.
И эту пушку, заодно с расчётом,
Мы вмяли в рыхлый, жирный чернозём.

Я вытер пот. Душила гарь и копоть:
От дома к дому шёл большой пожар.
И, помню, я сказал: - Спасибо, хлопец! -
И руку, как товарищу, пожал...

Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку,
И только не могу себе простить:
Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,
Но как зовут, забыл его спросить.

"Не" и "Ни" 


Мне рассказывал смоленский
Паренек:
– В нашей школе деревенской
Шел урок.

Проходили мы частицы
"Не" и "ни".
А в селе стояли фрицы
В эти дни.

Обобрали наши школы
И дома.
Наша школа стала голой,
Как тюрьма.

Из ворот избы соседской
Угловой
К нам в окно глядел немецкий
Часовой.

И сказал учитель: "Фразу
Дайте мне,
Чтобы в ней встречались сразу
"Ни" и "не"."

Мы взглянули на солдата
У ворот
И сказали: "От расплаты
НИ один фашист проклятый
НЕ уйдет!" 
(С. Маршак)

Дети в Освенциме 

Мужчины мучили детей.
Умно. Намеренно. Умело.
Творили будничное дело,
Трудились – мучили детей.
И это каждый день опять:
Кляня, ругаясь без причины...
А детям было не понять,
Чего хотят от них мужчины.
За что – обидные слова,
Побои, голод, псов рычанье?
И дети думали сперва,
Что это за непослушанье.
Они представить не могли
Того, что было всем открыто:
По древней логике земли,
От взрослых дети ждут защиты.
А дни всё шли, как смерть страшны,
И дети стали образцовы.
Но их всё били.
Так же.
Снова.
И не снимали с них вины.
Они хватались за людей.
Они молили. И любили.
Но у мужчин "идеи" были,
Мужчины мучили детей.

Я жив. Дышу. Люблю людей.
Но жизнь бывает мне постыла,
Как только вспомню: это – было!
Мужчины мучили детей!
(Наум Коржавин)

Куда б ни шёл, ни ехал ты... 

Куда б ни шёл, ни ехал ты, 
Но здесь остановись, 
Могиле этой дорогой 
Всем сердцем поклонись. 
Кто б ни был ты — рыбак,
шахтёр,
Учёный иль пастух, — 
Навек запомни: здесь лежит 
Твой самый лучший друг. 
И для тебя, и для меня 
Он сделал все, что мог: 
Себя в бою не пожалел, 
А Родину сберёг.

(М. Исаковский)

Память — наша совесть 

 

Опять война, 
Опять блокада... 
А может, нам о них забыть?


Я слышу иногда: 
«Не надо, 
Не надо раны бередить». 
Ведь это правда, что устали 
Мы от рассказов о войне 
И о блокаде пролистали 
Стихов достаточно вполне.


И может показаться: 
Правы 
И убедительны слова. 
Но даже если это правда, 
Такая правда — 
Не права!


Чтоб снова 
На земной планете 
Не повторилось той зимы, 
Нам нужно, 
Чтобы наши дети 
Об этом помнили, 
Как мы!


Я не напрасно беспокоюсь, 
Чтоб не забылась та война: 
Ведь эта память — наша совесть. 
Она, 
Как сила, нам нужна... 
(Ю. Воронов)

У вечного огня 

Мне писать всегда об этом страшно:
Жизнь прожив средь звонкой тишины,
Посвящать слова свои прекрасным
Людям, не вернувшимся с войны.

Словно сердце павшего солдата,
Бьётся пламя вечного огня.
День Победы – горестная дата,
Сгусток боли в сердце у меня.

Преклоняя трепетно колени,
Я кладу к подножию букет.
Как огонь сожженных поселений,
Запылал малиновый рассвет.

И спешат седые ветераны
Помянуть погибших в той войне,
И войной оставленные раны
Беспокоят, кажется, вдвойне.

Оставляют капли дождевые
Мокрый след на каменных щеках,
Памятники, будто бы живые,
Держат мир спасённый на руках.

Я хочу, чтоб люди вспоминали,
Завоёван он какой ценой,
Чтобы дети, внуки мои знали
О войне по книгам и кино.

(Г. Шеховцов ■)

nsportal.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.