Стих я памятник воздвиг себе чудесный вечный


Памятник (Державин) — Викитека

ПАМЯТНИК

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,
Металлов тверже он и выше пирамид;
Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,
И времени полет его не сокрушит.

5‎Так! — весь я не умру, но часть меня большая,
От тлена убежав, по смерти станет жить,
И слава возрастёт моя, не увядая,
Доколь славянов род вселенна будет чтить.

Слух пройдет обо мне от Белых вод до Чёрных,
10Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал;
Всяк будет помнить то в народах неисчётных,
Как из безвестности я тем известен стал,

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге
О добродетелях Фелицы возгласить,
15В сердечной простоте беседовать о Боге
И истину царям с улыбкой говорить.

О Муза! возгордись заслугой справедливой,
И презрит кто тебя, сама тех презирай;
Непринуждённою рукой неторопливой
20Чело твоё зарёй бессмертия венчай.

1795

Примечания

Датируется 1795 г. Впервые опубл.: «Приятное и полезное препровождение времени», 1795, ч. 7, стр. 147, под заглавием «К Музе. Подражание Горацию». Подражание оде Горация «К Мельпомене» (кн. III, ода 30), переведенной до него Ломоносовым (см. «Я знак бессмертия себе воздвигнул…») Однако Державин переосмыслил Горация, создав самостоятельное стихотворение. Опыт Державина продолжил Пушкин в стихотворинии «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…». Н. Г. Чернышевский впоследствии писал о Державине: "В своей поэзии что ценил он? Служение на пользу общую. То же думал и Пушкин. Любопытно в этом отношении сравнить, как они видоизменяют существенную мысль Горациевой оды «Памятник», выставляя свои права на бессмертие. Гораций говорит: «я считаю себя достойным славы за то, что хорошо писал стихи»; Державин заменяет это другим: «я считаю себя достойным славы за то, что говорил правду и народу и царям»; Пушкин — «за то, что я благодетельно действовал на общество и защищал страдальцев» (Чернышевский. Полное собрание сочинений, т. 3. М., 1947, стр. 137). См. также Подражание Горацию К. Н. Батюшкова.

Комментарий Я. Грота

Подражание оде Горация К Мельпомене, (кн. 3, ода 30), сперва озаглавленное и у Державина К Музе.

Здесь всего яснее выразилось сознание Державина в своем поэтическом достоинстве и значении, сознание, которое уже прежде высказывалось у него, напр., в одах Видение Мурзы и Мой истукан. На такое смелое заявление о самом себе, какое мы видим в Памятнике, он, может быть, не решился бы без примера Горация, который в XVIII столетии считался образцом во всех европейских литературах. Немецкие поэты, бывшие в руках Державина, особенно Гагедорн, щедро воздавали римскому лирику дань удивления, а друг Державина, Капнист, перевел оду Горация, послужившую подлинником Памятника, в стихах, которые начинаются так:

«Я памятник себе воздвигнул долговечной;
Превыше пирамид и крепче меди он.
Ни едкие дожди, ни бурный Аквилон,
Ни цепь несметных лет, ни время быстротечно
Не сокрушат его. — Не весь умру я; нет: —
Большая часть меня от вечных Парк уйдет» и проч.
(Соч. Капниста, изд. Смирд. 1849, стр. 454).

Ср. новейший перевод г. Фета в Одах Горация (стр. 107) и Памятник Пушкина (1836 г.). «Любопытно», говорит г. Галахов, «сличить три стихотворения: Горация, Державина и Пушкина, чтобы видеть, что именно каждый поэт признавал в своей деятельности заслуживающим бессмертия». Прибавим, что Пушкин подражал уже не Горацию, а прямо Державину, сохранив не только то же число стихов и строф с тем же заглавием, как в его Памятнике, но и весь ход мыслей, даже многие выражения своего предшественника. По замечанию Белинского (Соч. его, ч. VII, стр. 146), Державин выразил мысль Горация в такой оригинальной форме, так хорошо применил ее к себе, что честь этой мысли так же принадлежит ему, как и Горацию. «В стихотворениях Державина и Пушкина», продолжает критик, «резко обозначился характер двух эпох, которым принадлежат они: Д. говорит о бессмертии в общих чертах, о бессмертии книжном; П. говорит о своем памятнике: „К нему не зарастет народная тропа“ и этим стихом олицетворяет ту живую славу для поэта, которой возможность настала только с его времени.» Другой критик, задавая себе вопрос: что ценил Державин в своей поэзии? отвечает: "Служение на пользу общую. То же думал и Пушкин. Любопытно в этом отношении сравнить, как они видоизменяют существенную мысль Горациевой оды Памятник, выставляя свои права на бессмертие. Гораций говорит: «Я считаю себя достойным славы за то, что хорошо писал стихи»; Державин замечает это другим (образом): «Я считаю себя достойным славы за то, что говорил правду и народу и царям»; Пушкин — «за то, что я благодетельно действовал на общество и защищал страдальцев» (Очерки Гоголевского периода русской лит., статья 4-ая в Современнике 1856 г., т. LVI).

Памятник Державина был напечатан в изданиях: 1798 г., стр. 398, и 1808, ч. I, LXV; — в обоих этим стихотворением кончается том. Памятник Пушкина также заканчивает один отдел стихотворений в изданиях как Анненкова (т. III), так и Исакова (т. I).

Первый рисунок (Олен.) представляет поэта, взирающего с благоговением на божественное сияние; второй — пьедестал с книгою истории. Эта виньетка приложена к I ч. изд. 1808 г.

ru.wikisource.org

Г.Р.Державин. Памятник

1. «Памятник» – Впервые напечатано под заглавием «К Музе. Подражание Горацию». Вольное переложение оды Горация «К Мельпомене[7]» (кн. III, ода 30). Наиболее близкий к оригиналу перевод сделан Ломоносовым в 1747 году.
В 1795 году Державин написал стихотворение «Памятник», которому суждено было оставить заметный след в истории русской поэзии. В этом произведении Державин попытался осмыслить свою поэтическую деятельность, свое место в русской литературе. Хотя стихотворение написано за много лет до смерти поэта, оно носит как бы итоговый характер, представляет своего рода поэтическое завещание Державина.

По теме и композиции данное стихотворение восходит к оде 30 римского поэта Горация «Создал памятник я...» («К Мельпомене») из третьей книги его од. Однако, несмотря на это внешнее сходство, Белинский в упоминавшейся выше статье «Сочинения Державина» счел необходимым отметить оригинальность державинского стихотворения, его существенное отличие от оды Горация: «Хотя мысль этого превосходного стихотворения взята Державиным у Горация, но он умел выразить в такой оригинальной, одному ему свойственной форме, так хорошо применить ее к себе, что честь этой мысли так же принадлежит ему, как и Горацию».

Как известно, эту традицию своеобразного осмысления пройденного литературного пути, традицию, идущую от Горация и Державина, воспринял и творчески развил в стихотворении «Я памятник себе воздвиг нерукотворный...» (1836) А. С. Пушкин. Но при этом Гораций, Державин и Пушкин, подводя итог своей творческой деятельности, различно оценивали свои поэтические заслуги, по-разному формулировали свои права на бессмертие.

Гораций считал себя достойным славы за то, что хорошо писал стихи, сумел передать на латинском языке неповторимую гармонию, ритмы и стихотворные размеры древнегреческих лириков – эолийских поэтов Алкея и Сапфо: «Первым я приобщил песню Эолии к италийским стихам...»

Державин в «Памятнике» особо выделяет свою поэтическую искренность и гражданскую смелость, свое умение говорить просто, понятно и доступно о самых высоких материях. Именно в этом, а также в своеобразии своего «забавного русского слога» он видит неоспоримое достоинство своих стихотворений, свою высшую заслугу перед русской поэзией:

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге О добродетелях Фелицы возгласить, В сердечной простоте беседовать о Боге И истину царям с улыбкой говорить.

Пушкин же утверждал, что право на всенародную любовь он заслужил гуманностью своей поэзии, тем, что своей лирой он пробуждал «чувства добрые». Взяв за основу своего стихотворения державинский «Памятник» и специально подчеркивая это целым рядом художественных деталей, образов, мотивов, Пушкин давал тем самым понять, как тесно связан он с Державиным исторической и духовной преемственностью. Эту преемственность, это непреходящее значение поэзии Державина в истории русской литературы очень хорошо показал в статье «Сочинения Державина» Белинский: «Если Пушкин имел сильное влияние на современных ему и явившихся после него поэтов, то Державин имел сильное влияние на Пушкина. Поэзия не родится вдруг, но, как все живое, развивается исторически: Державин был первым живым глаголом юной поэзии русской». (вернуться)


2. Рифей – Уральские горы. (вернуться)

3. ...Как из безвестности я тем известен стал и проч. – «Автор из всех российских писателей был первый, который в простом забавном легком слоге писал лирические песни и, шутя, прославлял императрицу, чем и стал известен» («Объяснения...»). (вернуться)

4. Фелица – так называет Державин Екатерину II в своей оде. Название Екатерины Фелицей (от латинского felicitas – счастье) подсказано одним из ее собственных литературных произведений – сказкой, написанной для ее маленького внука, будущего Александра I. См. подробнее: Г.Р.Державин  Ода "Фелица". (вернуться)

5. Муза – 1. В греческой мифологии – одна из девяти богинь, покровительниц различных искусств и наук, вдохновлявших поэтов и ученых в их творчестве. 2. перен. Источник поэтического вдохновения, олицетворяемый в образе женщины, богини ( поэт. устар.). (вернуться)

6. Чело – лоб (устар.). (вернуться)

7. Мельпомена – в греческой мифологии одна из 9 муз, покровительница трагедии. (вернуться)

8. Река времен в своем стремленьи... – написано 6 июля 1816 г. Стихотворение, которое Державин вывел на стоящей в его спальне грифельной доске за три дня до смерти. Написав восемь строк, поэт не успел его закончить.
Впервые напечатано в «Сыне отечества», 1816, № 30, стр. 175.
Во все посмертные издания поэта вошло под заглавием «Последние стихи Державина». Иногда – под заглавием «На тленность». В заметке к этим стихам в «Сыне отечества» сказано: «За три дни до кончины своей, глядя на висевшую в кабинете его известную историческую карту «Река времен», начал он стихотворение «На тленность» и успел написать первый куплет... Сии строки написаны им были не на бумаге, а ещё на аспидной доске (как он всегда писывал начерно)…» Автограф на грифельной доске хранится в Государственной публичной библиотеке им. М. Е. Салтыкова-Щедрина в Ленинграде.
В новгородском имении Званка на стене в кабинете Державина висела синхронистическая таблица-карта «Река Времен или Эмблематическое Изображение Всемирной Истории...», созданная Фридрихом Штрассом, переведенная Алексеем Варенцовым и изданная в Санкт-Петербурге в 1805 году. Струящиеся с небес «исторические потоки», подобно водопаду «Реки Времен», очень созвучны творчеству Державина, ибо на полях эмблематы есть струи и реки, моря и водопады, народы и их история. «Как трубный глас звучит угроза, нацарапанная Державиным на грифельной доске». (См. Осип Эмильевич Мандельштам, статья «Слово и культура», 1921.).
Это восьмистишие представляет собой акростих, где по первым буквам строк читается: РУИНА ЧТИ... Предположительно, это начало оды, которая так и не была завершена в связи со смертью автора.
Свидетельство о дне кончины Державина племянницы его второй жены, Дарьи Алексеевны, – Елизаветы Николаевны Львовой: «Там все еще дышало его присутствием: еще горела свечка, которую он сам зажег; молитвенник был раскрыт на той странице, где остановилось его чтение; тут лежало еще платье, которое он недавно скинул. Мы увидели аспидную доску, на которой он за два дня перед смертью – (6-го июля) начал оду о быстроте времени; первая строфа была ясно написана, и он сам читал ее Семену Васильевичу. За нею следовали два стиха второй строфы, и которую смерть помешала ему кончить…» (вернуться)

www.hallenna.narod.ru

Памятник (стихотворение Державина) — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 27 сентября 2019; проверки требуют 2 правки. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 27 сентября 2019; проверки требуют 2 правки.

«Памятник» — стихотворение Гавриила Романовича Державина. Первоначально стихотворение, написанное в 1795 году, было озаглавлено «К музе». Оно представляет собой результат оригинального идейного осмысления «вечной темы» памяти о человеке, которая волновала многих лириков, начиная с периода зарождения и становления древнеегипетской поэтической культуры (в связи с этим можно вспомнить образец дидактической литературы Древнего Египта «Памятник нерукотворный») и развития античной лирики (ода Горация «Exegi monumentum») до позднего периода творчества Александра Сергеевича Пушкина («Я памятник себе воздвиг нерукотворный») и до лирики Анны Ахматовой.

В то же время одно из самых примечательных стихотворений Державина может быть представлено как вольное переложение оды Горация «К Мельпомене», которую переводил Михаил Васильевич Ломоносов ещё до того, как к теме сохранения памяти о поэте-творце, весьма значимой в контексте мировой литературы, обратился Г. Р. Державин. Также автор как бы вступает в полемику с самим собой, переосмысляя и развивая в «Памятнике» отдельные умозаключения, проявившиеся в тексте его же стихотворения «Мой истукан», которое было написано под воздействием поэтического наследия античности в 1794 году. По мнению литературоведа Н. Н. Прокофьевой, лирический герой стихотворного послания представляет себя как поэта, чьи незыблемые поэтические заслуги обеспечивают ему несокрушимость и бессмертие; в первую очередь максимально автобиографичный лирический герой делает акцент на собственных поэтических достижениях. Символический памятник, воздвигнутый поэтом в ходе творческого жизненного пути, твёрд, силён и не подвластен разрушительным стихиям и беспощадному всесокрушающему влиянию времени.

Важно отметить соотносимость пространственно-культурной модели России с одной из ключевых тем этого стихотворного произведения: пока жива Россия, будет жить и поэт, которому посчастливилось родиться и творить в ней; точнее, его незримая «эфирная» часть, которой суждено сохраниться после физической смерти поэта-творца, будет жить в памяти России и её народа, носителей ощущения культурно-исторической принадлежности к России. Эта сакральная «часть» — его поэтические произведения. Вместе с тем Державин демонстрирует определённую буквальность в понимании своего поэтического предназначения, перечисляя свои заслуги в области реформирования отечественного стихосложения: разработка ритмического комплекса и рифмы в одах, воспевание «в забавном русском слоге» достоинств и величия модели просвещённой монархии екатерининской эпохи. Под «забавным русским слогом» поэт подразумевает нарушение непреложного закона о трёх «штилях» в русской литературе эпохи, в которой господствовали укоренившиеся догмы классицизма: вместо элементов общепринятого высокого патетического моралистически-назидательного книжного стиля Державин в своих одических текстах новаторски тяготел к низкому, повседневному, «неодическому» слогу, в связи с тем позже удостоился прозвища могильщика канонов русского классицизма.

Также в качестве неоспоримой поэтической заслуги Державин отмечает то, что «беседовал о Боге», то есть предавался рассуждениям о высших основах бытия в соответствии с устоявшимися принципами классицизма (в качестве примера интертекстуальной отсылки (автореминисценции) стоит отметить оду «Бог»). То, что поэт-лирический герой «истину царям с улыбкой говорил», также выводит поэтический исповедальный нарратив в план классицистского мировосприятия. По мере прочтения стихотворения читатель испытывает ненавязчивое ощущение финальной авторской исповеди, подведения итогов длительного жизненного и творческого пути того, кому воздвигается памятник.

Одновременно с этим в стихотворении прочитывается глубинный «практический» пласт, который актуализируется автором. Державин отстаивает формировавшееся в психологии жителей России необходимость признания за поэтом незыблемого права на свободу личного творчества. В просвещённом российском обществе конца XVIII века ещё свежа была память о пренебрежительно-снисходительном обращении с первым российским поэтом Василием Кирилловичем Тредиаковским, который был вынужден выполнять капризы Анны Иоанновны, терпеть от неё оплеухи и страдать от жестоких побоев, которые наносил ему вельможа Артемий Волынский. Таким образом, архетипизированное представление о поэте-бесправном шуте, призванном покорно сносить все насмешки и капризы двора, было живо в сознании граждан России, особенно в высших кругах. Одной из целей написания «Памятника» была созревшая потребность в защите полноправного статуса поэта-творца в обществе, возвеличить и прославить его как независимую свободную личность, обладавшую чувством собственного достоинства.

Другие произведения, в которых Державин осмысляет своё поэтическое предназначение и рассуждает о творчестве, дарующем бессмертие в памяти читателей: «Видение мурзы», «Поймали птичку золотисту», «Лирик», «Храповицкому», «Лебедь» и некоторые другие стихотворения, объединённые общей тематикой. Державинский «Памятник» послужил прямым прототипическим источником пушкинского «Я памятник воздвиг себе нерукотворный». Именно текст Г. Р. Державина стал первым в истории русской литературы, в котором самостоятельно развивалась тема нерукотворного памятника поэта. Можно отметить, что эта значимая тема проявлялась в поэтическом творчестве современников Державина, Капниста и Ломоносова, а также в гораздо более поздних текстах Владимира Маяковского и Анны Ахматовой.

Подробный анализ стихотворения «Памятник», равно как и текстов из собрания «Анакреонтических стихов» можно встретить в исследовательских работах филолога Я. К. Грота «Жизнь Державина», в литературоведческом труде Г. П. Макогоненко «Анакреонтика Державина и её место в поэзии начала XIX века», а также в сочинении Г. Н. Ионина "Творческая история сборника «Анакреонтические песни»".

ru.wikipedia.org

«Памятник» анализ стихотворения Державина по плану кратко – метафоры, стихотворный размер, рифма

Гавриил Романович Державин вошел в историю отечественной литературы как основоположник автобиографической поэзии, в которой красной нитью проходит восхваление собственной уникальности. Подтверждением тому станет анализ стихотворения «Памятник» (9 класс), в котором поэт воспевает свой талант. Благодаря краткому анализу «Памятник» по плану ученики 9 класса смогут пройти полноценную подготовку к уроку по литературе и предстоящим ЕГЭ.

Краткий анализ

Перед прочтением данного анализа рекомендуем ознакомиться со стихотворением Памятник.

История создания – Стих написан в 1795 году.

Тема стихотворения – Прославление поэтического творчества и утверждение высока предназначения поэта.

Композиция – Композиция состоит из пяти строф: в первых четырех автор описывает высокое значение поэзии и превозносит собственные заслуги в искусстве, в пятой – обращается к Музе.

Жанр – Ода.

Стихотворный размер – Шестистопный ямб с перекрестной рифмой.

Метафоры«времени полет», «зарей бессмертия».

Эпитеты«вечный», «чудесный», «быстротечный».

Гипербола«металлов тверже он и выше пирамид».

Инверсия «и презрит кто тебя», «народах неисчетный».

Олицетворения «ни гром не сломит», «слух продет», «ни времени полет не сокрушит».

История написания

Стихотворение «Памятник» было написано Державиным в 1795 году, когда 52-летний Гавриил Романович занимал должность президента Коммерц-коллегии в Петербурге. Он много сил отдавал работе на ответственном посту, однако никогда не забывал о столь любимой им поэзии.

Произведение относится к зрелому этапу творчества поэта, когда он занялся подведением итогов не только своего литературного пути, но и всей жизни. Переосмысливая полученный опыт, Гавриил Романович пытался определить свое место в жизни, в обществе, в литературе.

Во время своих размышлений придворный поэт обратил внимание на оду Горация, которая и вдохновила его на написание стиха «Памятник», ставшим, по сути, вольным толкованием одноименного произведения древнеримского поэта. В своем «Памятнике» Гораций поделился идеей величия истинного художника-творца. Тема бессмертия поэта и его литературных трудов была настолько близка Державину, что он стал одним из первых русских авторов, который начал воспевать собственный талант и поэтическую славу.

Тема

При анализе стиха «Памятник» Державина следует отметить, что центральной темой произведения является бессмертие поэзии, способной вечно жить в памяти грядущих поколений.

В своем произведении Гавриил Романович размышляет о возвышенном влиянии поэзии на общество, праве поэта на любовь и уважение современников и потомков. Ведь именно литература и искусство мягко и гуманно воспитывают в человеке любовь к прекрасному, желание духовно развиваться, они способны устранять порочные нравы, а потому их значение в социуме трудно переоценить.

Основной чертой всего творчества Державина является его искренность, которую он в очередной раз продемонстрировал в стихотворении «Памятник». Он делает акцент на том, что истинный поэт должен быть честным и открытым не только с народом, но и с представителями власти. Также автор без лишнего жеманства упоминает о своих заслугах перед русской литературой.

Композиция

Стихотворение Державина представлено пятью строфами, каждая из которых состоит из сложных предложений, призванных подчеркнуть серьезный настрой автора.

В первой строфе поэт делает акцент на бессмертии поэтического искусства, способного пережить даже самый долговечный рукотворный монумент.

Далее следуют размышления о значимости творчества самого автора, которые в полной мере определяются в четвертой строфе.

В последней же строфе автор обращается в Музе – покровительнице поэзии.

Все произведение имеет форму монолога, поскольку ведется от первого лица с частым использованием личных местоимений.

Жанр

Стихотворение «Памятник» написано в жанре оды. Неторопливый ритм, некий уход от суетности достигается благодаря шестистопному ямбу с перекрестной рифмой.

Средства выразительности

В стихотворении Державина «Памятник» анализ кратко выглядит следующим образом. Произведение отличается высокопарной интонацией и лексикой, а также величественным, неспешным ритмом. Для достижения подобного эффекта автор использует многочисленные средства художественной выразительности.

Для подчеркивания возвышенного строя мыслей в своем произведении поэт использует высокопарные выражения («чело», «возгордились», «тлен», «дерзнул») и эпитетывечный», «чудесный», «быстротечный»).

Также в стихотворении встречаются метафоры времени полет», «зарей бессмертия»), гиперболаметаллов тверже он и выше пирамид»), инверсии и презрит кто тебя», «народах неисчетный»), олицетворения ни гром не сломит», «слух продет», «ни времени полет не сокрушит»).

Тест по стихотворению

Рейтинг анализа

Средняя оценка: 4.4. Всего получено оценок: 197.

obrazovaka.ru

Стихотворения "Памятник" Ломоносова, Державина, Пушкина

А. С. Пушкин Я памятник себе воздвиг нерукотворный, К нему не зарастет народная тропа, Вознесся выше он главою непокорной Александрийского столпа. Нет, весь я не умру — душа в заветной лире Мой прах переживет и тленья убежит — И славен буду я, доколь в подлунном мире Жив будет хоть один пиит. Слух обо мне пройдет по всей Руси великой, И назовет меня всяк сущий в ней язык, И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой Тунгус, и друг степей калмык. И долго буду тем любезен я народу, Что чувства добрые я лирой пробуждал, Что в мой жестокий век восславил я Свободу И милость к падшим призывал. Веленью божию, о муза, будь послушна, Обиды не страшась, не требуя венца, Хвалу и клевету приемли равнодушно И не оспоривай глупца. Г. Р. Державин Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный, Металлов тверже он и выше пирамид; Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный, И времени полет его не сокрушит. Так! — весь я не умру, но часть меня большая, От тлена убежав, по смерти станет жить, И слава возрастет моя, не увядая, Доколь славянов род вселенна будет чтить. Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных, Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал; Всяк будет помнить то в народах неисчетных, Как из безвестности я тем известен стал, Что первый я дерзнул в забавном русском слоге О добродетелях Фелицы возгласить, В сердечной простоте беседовать о боге И истину царям с улыбкой говорить. О муза! возгордись заслугой справедливой, И презрит кто тебя, сама тех презирай; Непринужденною рукой неторопливой Чело твое зарей бессмертия венчай. М. В. Ломоносов Я знак бессмертия себе воздвигнул Превыше пирамид и крепче меди, Что бурный аквилон сотреть не может, Ни множество веков, ни едка древность. Не вовсе я умру; но смерть оставит Велику часть мою, как жизнь скончаю. Я буду возрастать повсюду славой, Пока великий Рим владеет светом. Где быстрыми шумит струями Авфид, Где Давнус царствовал в простом народе, Отечество мое молчать не будет, Что мне беззнатный род препятством не был, Чтоб внесть в Италию стихи эольски И первому звенеть Алцейской лирой. Взгордися праведной заслугой, муза, И увенчай главу дельфийским лавром <a href="/" rel="nofollow" title="6625:##:articles/310544/">[ссылка заблокирована по решению администрации проекта]</a> <a rel="nofollow" href="http://www.5ka.ru/data/62/1013/1013.html" target="_blank" >Изучение стихотворения ***Памятник*** Ломоносова, Державина, Пушкина на уроках литературы в 9 классе </a>

ПАМЯТНИК Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный, Металлов тверже он и выше пирамид; Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный, И времени полет его не сокрушит. Так! — весь я не умру, но часть меня большая, От тлена убежав, по смерти станет жить, И слава возрастет моя, не увядая, Доколь славянов род вселенна будет чтить. Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных, Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал; Всяк будет помнить то в народах неисчетных, Как из безвестности я тем известен стал, Что первый я дерзнул в забавном русском слоге О добродетелях Фелицы возгласить, В сердечной простоте беседовать о боге И истину царям с улыбкой говорить. О муза! возгордись заслугой справедливой, И презрит кто тебя, сама тех презирай; Непринужденною рукой неторопливой Чело твое зарей бессмертия венчай. 1795

А. С. Пушкин Я памятник себе воздвиг нерукотворный, К нему не зарастет народная тропа, Вознесся выше он главою непокорной Александрийского столпа. Нет, весь я не умру — душа в заветной лире Мой прах переживет и тленья убежит — И славен буду я, доколь в подлунном мире Жив будет хоть один пиит. Слух обо мне пройдет по всей Руси великой, И назовет меня всяк сущий в ней язык, И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой Тунгус, и друг степей калмык. И долго буду тем любезен я народу, Что чувства добрые я лирой пробуждал, Что в мой жестокий век восславил я Свободу И милость к падшим призывал. Веленью божию, о муза, будь послушна, Обиды не страшась, не требуя венца, Хвалу и клевету приемли равнодушно И не оспоривай глупца. Г. Р. Державин Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный, Металлов тверже он и выше пирамид; Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный, И времени полет его не сокрушит. Так! — весь я не умру, но часть меня большая, От тлена убежав, по смерти станет жить, И слава возрастет моя, не увядая, Доколь славянов род вселенна будет чтить. Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных, Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал; Всяк будет помнить то в народах неисчетных, Как из безвестности я тем известен стал, Что первый я дерзнул в забавном русском слоге О добродетелях Фелицы возгласить, В сердечной простоте беседовать о боге И истину царям с улыбкой говорить. О муза! возгордись заслугой справедливой, И презрит кто тебя, сама тех презирай; Непринужденною рукой неторопливой Чело твое зарей бессмертия венчай.

Я памятник себе воздвиг нерукотворный, К нему не зарастет народная тропа, Вознесся выше он главою непокорной Александрийского столпа. Нет, весь я не умру — душа в заветной лире Мой прах переживет и тленья убежит — И славен буду я, доколь в подлунном мире Жив будет хоть один пиит. Слух обо мне пройдет по всей Руси великой, И назовет меня всяк сущий в ней язык, И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой Тунгус, и друг степей калмык. И долго буду тем любезен я народу, Что чувства добрые я лирой пробуждал, Что в мой жестокий век восславил я Свободу И милость к падшим призывал. Веленью божию, о муза, будь послушна, Обиды не страшась, не требуя венца, Хвалу и клевету приемли равнодушно И не оспоривай глупца. Г. Р. Державин Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный, Металлов тверже он и выше пирамид; Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный, И времени полет его не сокрушит. Так! — весь я не умру, но часть меня большая, От тлена убежав, по смерти станет жить, И слава возрастет моя, не увядая, Доколь славянов род вселенна будет чтить. Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных, Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал; Всяк будет помнить то в народах неисчетных, Как из безвестности я тем известен стал, Что первый я дерзнул в забавном русском слоге О добродетелях Фелицы возгласить, В сердечной простоте беседовать о боге И истину царям с улыбкой говорить. О муза! возгордись заслугой справедливой, И презрит кто тебя, сама тех презирай; Непринужденною рукой неторопливой Чело твое зарей бессмертия венчай.

touch.otvet.mail.ru

И Бродский Стих "Памятник" с анализом

Ещё одно стихотворение Бродского является аллюзией на работу Пушкина В прошлый раз мы анализировали, что хотел сказать автор в стихе «Я вас любил», а этот раз снимем шляпу и разберём по косточкам строки «Я памятник воздвиг», написанное 22-летним поэтом в 1962 году.

В стихотворении автор в образе героя рассказывает, что он уже воздвиг себе памятник, но этот монумент отличается от классического пушкинского обелиска. У Бродского памятник иной по внешнему виду и по расположению и это монумент является отражением его мыслей и взглядов.

Спиной к постыдному прошлому

С первой строки стихотворения в нём чувствуется дух бунтаря, который шёл с Бродским рука об руку всю жизнь, подобно тени. Поэт является ярым противником текущей социалистической действительности, убивающей человеческое «я» и загоняющей индивидуума в стадо общества. Автору не нравится ближайшее прошлое страны, и он не стесняясь называет его постыдным.

К постыдному столетию -- спиной.
К любви своей потерянной -- лицом.

Поэт противопоставляет постыдное прошлое потерянной любви, ставя последнюю наголову выше – памятник установлен к ней лицом. Внимательный читатель заметит, что грудь памятника смотрит в сторону любви, а ягодицы в сторону постыдного столетия. Любовь достойна выгнутой колесом груди, а море полуправд прошлого только взгляда на пятую точку.

Далее, уже во втором четверостишье, поэт говорит в строках, что образ и расположение памятника не случайно и он не собирается их менять. В 1962 году началось первое давление власти на Бродского, но автор стихотворения откровенного говорит, что останется при своём мнении и не изменит взглядов даже под давлением.

Какой ни окружай меня ландшафт,
………………………………………………………..
я облик свой не стану изменять.

Мой облик неизменен

Автор считает свой талант даром свыше – его подарила муза и этот огонь поэт обязан нести в чистом виде, не болтаясь с ним из стороны в сторону. Такое расположение памятника основано на фоне усталости от текущего дня, это не спонтанное решение, а продуманный выбор.

Бродский уподобляет себя этому памятнику, что видно из второй части стихотворения. Он говорит, что ничего не изменит даже если ему будет угрожать «демонтаж». Не за горами ссылка и полное презрение властей, которое вынудит покинуть страну. Бродский примет решение эмигрировать, но от своих взглядов и убеждений не откажется. Уже в 1962 году он принёс клятву верности своим убеждениям и не отречётся от них никогда.

Эта непреклонность видна в стихотворение и отражена в сцене возможного сноса памятника. Поэт буквально кричит, что его правда, его убеждения не останутся незамеченными, если обвинят, разрушат или даже расчленят, то правда вырвется сквозь незрячие глаза гипсовой статуи и ударит струёй в небеса.

сквозь белые незрячие глаза
струей воды ударю в небеса.

Стихотворение достаточно легко читается, для понимания его смыла не надо долго просматривать через лупу межстрочное расстояние.


Текст

Я памятник воздвиг себе иной!

К постыдному столетию -- спиной.
К любви своей потерянной -- лицом.
И грудь -- велосипедным колесом.
А ягодицы -- к морю полуправд.

Какой ни окружай меня ландшафт,
чего бы ни пришлось мне извинять, --
я облик свой не стану изменять.
Мне высота и поза та мила.
Меня туда усталость вознесла.

Ты, Муза, не вини меня за то.
Рассудок мой теперь, как решето,
а не богами налитый сосуд.
Пускай меня низвергнут и снесут,
пускай в самоуправстве обвинят,
пускай меня разрушат, расчленят, --

в стране большой, на радость детворе
из гипсового бюста во дворе
сквозь белые незрячие глаза
струей воды ударю в небеса.

1962 год

Чтение стихотворения

Стих "Памятник" читает Павел Беседин.

stihirus24.ru

Иосиф Бродский - Я памятник воздвиг себе иной: читать стих, текст стихотворения поэта классика на РуСтих

Я памятник воздвиг себе иной!

К постыдному столетию — спиной.
К любви своей потерянной — лицом.
И грудь — велосипедным колесом.
А ягодицы — к морю полуправд.

Какой ни окружай меня ландшафт,
чего бы ни пришлось мне извинять,-
я облик свой не стану изменять.
Мне высота и поза та мила.
Меня туда усталось вознесла.

Ты, Муза, не вини меня за то.
Рассудок мой теперь, как решето,
а не богами налитый сосуд.
Пускай меня низвергнут и снесут,
пускай в самоуправстве обвинят,
пускай меня разрушат, расчленят,-

в стране большой, на радость детворе
из гипсового бюста во дворе
сквозь белые незрячие глаза
струей воды ударю в небеса.

Анализ стихотворения «Я памятник воздвиг себе иной» Бродского

Иосиф Александрович Бродский уже в 22 года пишет программное стихотворение «Я памятник воздвиг себе иной!» Сочетая простоту, иронию и горечь, поэт создает как картину личных переживаний, так и картину эпохи, в которую он жил и творил.

Стихотворение написано в 1962 году. Его автору 22 года, он женат, знаком с А. Ахматовой, считается едва ли не самым одаренным молодым поэтом тех лет, публиковаться ему запрещено, он мечтает вырваться из СССР. По жанру — философская лирика, по размеру — пятистопный ямб со смежной рифмой, 5 строф. Лирический герой — сам автор. Первую, декларативную строку, И. Бродский делает отдельной строфой. Рифмы открытые и закрытые. Композиция сюжетная.

Безусловно, его «Памятник» — это перекличка со стихами на подобную тему М. Ломоносова, Г. Державина, А. Пушкина, В. Брюсова. В нем нет высокой патетики, размышлений о признании будущими поколениями, о том следе, который он оставил на земле, пути, проложенном для поэтов, что придут позднее. Гипсовый бюст посреди фонтана в городском дворике — на меньший памятник он не согласен! «Постыдное столетие»: поэт не приемлет лицемерие советской власти, параноидальный поиск врага, желание контроля не только над социальной, но и личной, а тем более, творческой жизнью человека.

Он терял любовь, но старается не терять самоуважения, независимости. Только самому себе он позволяет горько посмеяться над обстоятельствами своей жизни. Интонация, однако, размеренная, торжественная, без восклицаний и вопросов. Что особенно контрастирует с ироническим, даже чуть издевательским, содержанием строк: ягодицы к морю полуправд. Кстати говоря, хотя он видит памятник свой бюстом, но описывает при этом всю свою фигуру в той позе, что ему мила. «Я облик свой не стану изменять»: ключевая фраза произведения. Повторы и перечисления доводят напряжение до апогея: пускай меня разрушат, расчленят. «Струей воды ударю в небеса»: здесь чувствуется твердое осознание себя как поэта, своего творчества — как самоценности. Между тем, И. Бродский не сомневается, что хоть и такой нелепый, как часто это бывает, и помпезный памятник все же будет когда-нибудь стоять и на его Родине. Пусть и «на радость детворе», не подозревающей, кому он установлен.

Метафоры: постыдное столетье, усталость вознесла, струей ударю в небеса. Перифраз: большая страна (СССР). Сравнения: рассудок, как решето. Обращение к Музе без пафоса, как понимающей сестре, тоже испытавшей преследования и оскорбления.

«Я памятник воздвиг себе иной» И. Бродского написано в ранний период творчества, но отличается зрелостью содержания и свободой формы.

rustih.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.