Стих нобелевская премия пастернак


Нобелевская премия и травля поэта — DRIVE2

Я пропал, как зверь в загоне.
Где-то люди, воля, свет,
А за мною шум погони,
Мне наружу ходу нет.

Темный лес и берег пруда,
Ели сваленной бревно.
Путь отрезан отовсюду.
Будь что будет, все равно.

Что же сделал я за пакость,
Я убийца и злодей?
Я весь мир заставил плакать
Над красой земли моей.

Но и так, почти у гроба,
Верю я, придет пора —
Силу подлости и злобы
Одолеет дух добра.
1959.

Ежегодно в период с 1946 по 1950 год, а также в 1957 году Борис Пастернак выдвигался на соискание Нобелевской премии по литературе. В 1958 году его кандидатура была предложена прошлогодним лауреатом Альбером Камю, и 23 октября Пастернак стал вторым писателем из России (после И. A. Бунина), удостоенным этой награды.
Присуждение премии привело к травле Пастернака в советской печати и исключению из Союза писателей СССР. Звучали требования лишить Пастернака гражданства и выслать из страны. Именно травля Пастернака получила в народных воспоминаниях название: «Не читал, но осуждаю!».
Несмотря на то, что премия была присуждена Пастернаку «за значительные достижения в современной лирической поэзии, а также за продолжение традиций великого русского эпического романа», усилиями официальных советских властей она должна была надолго запомниться только как прочно связанная с романом «Доктор Живаго». В результате массовой кампании давления Борис Пастернак отказался от Нобелевской премии.
Из-за опубликованного на Западе стихотворения «Нобелевская премия» Пастернак в феврале 1959 года был вызван к Генеральному прокурору СССР, где ему угрожали обвинением по статье «Измена Родине».
По мнению Евгения Евтушенко, Пастернак оказался заложником внутриполитической борьбы между различными группами властной элиты СССР, а также идеологического противостояния с Западом.

Жизнь в своих проявлениях чаще бывает прозаичной, но иногда предстаёт поэтичной, раскрываясь во всей красе — именно эти моменты и надо ценить, как наиболее важные и вдохновляющие.

За што стаяла грамада

За што стаяла грамада
На плошчы Незалежнай?
Яна малілася штодня
Аб велічы бязмежнай.

У Курапатах нездарма
Крыжамі гнуцца цені,
Касцямі дыхае зямля
Ад болі і цярпення.

Мы помнім нашу чараду –
Заўжды рабамі звацца.
Цягнулі доўга барану,
Але чарга – падняцца.

У голас песня загучыць
Пра лёс маёй Радзімы,
І беларус больш не змаўчыць,
Хай хопіць яму сілы

На тое, воля каб была
За родны край змагацца,
З замежжа не баяцца зла,
Рабом каб больш не звацца.

Наказ даю вам назаўжды:
Свабоду беражыце,
І подых волі малады
Вы з гонарам нясіце!
10-11.12.2019.

За што стаяла грамада
На плошчы Незалежнай?
Яна малілася штодня
Аб велічы бязмежнай.

У Курапатах нездарма
Крыжамі гнуцца цені:
Касцямі дыхае зямля
Ад болі і сумлення.

Мы не адну прайшлi вайну,
Рабамі каб не звацца.
Пакуль цягнулі барану,
Прыйшла чарга падняцца.

Хай песня гусляра гучыць
Пра Белы край Радзімы,
А беларус больш не маўчыць
I хопіць яму сілы

На тое, воля каб была
За родны край змагацца,
З Усхода не баяцца зла,
Рабамі каб не звацца.

Хай інтэграцыя ідзе,
Не трэба тут злавацца,
Яна не толькі зло нясе,
Вы не сумуйце, брацця.

Але кажу вам назаўжды:
Свабоду беражыце;
Наш подых волі малады
З павагаю нясіце!
10-11.12.2019.

Пытаю, выпала чаму
Нам тут (бы) рабамi звацца?

(209) Дзень герояў
Сто год таму ў лістападзе
Адбыўся Слуцкі Збройны чын,
Бо Белы край у заняпадзе
Хіліўся з дзвюх на то прычын:

Між Польшчай ды бальшавікамі
Была Рэспубліка тады —
Народ пад белымі крыламі
Свабоду мроіў назаўжды.

Калі ў Рызе пагадненне
Без беларусаў прынялі,
Такое новаўвядзенне
Ў павеце Слуцкім не ўзялі.

І дваццаць сёмага з «Пагоняй»,
Што Багдановіч завяшчаў,
Пад бел-чырвона-белай воляй
Свой шлях народ мой распачаў.

І, мабыць, бой быў невялікім,
Ды не хапiла шмат чаго,
Але той дзень не стаў далёкім:
З павагай помнім мы яго.

Як кветка-Папараць буяе,
Так маладая Беларусь
У Дзень герояў расквітае –
Я за яе штогод малюсь.
15.01.2020.

(209) Дзень герояў
Сто год таму ў лістападзе
Адбыўся Слуцкі Збройны чын,
I супраць войска на усходзе
За Беларусь стау родны сын.

(216) Наказ Каліноўскага
У нас усе роўныя, казаў Кастусь,
А у Францішка — Бог няроўна дзеле.
Яны абодва верылi Хрысту
З мужыцкай праўдай, што была на дзеле.

Чытаю ўслых падпольныя радкі –
Больш чым сто год мінула з таго часу.
Яшчэ уздымуцца ўсе кругі
I прынясуць свайму народу шчасце.

Хачу, каб вы ўспомнілі, браты,
Што Беларусь задыхала свабодай
Не ў дзевяностыя ламаныя гады,
І не пасля кастрычніцкіх усходаў.

Яна, мая ахвяра-Беларусь,
Стагоддзямі не раз пакутавала.
Аднак, як і сказаў калісь Кастусь:
Свабодна жыць – у кожнага ёсць права.
27.01.2020.

Мова
Я не ведаю роднае мовы,
Не валодаю тым языком,
На якім каласіліся словы
То пад сонейкам, то пад дажджом.

Хай з легендаў, альбо, нават, з казак,
Хай з сузор’яў, з бурлівых крыніц
Выйдзе ў поле, ці проста на ганак
Тая мова, што зноў заіскрыць.

Я хачу, каб пад небам свабодным
Жыў заўсёды мой родны народ,
Для якога б быў прынцып істотным
Будаваць беларускі аплот:

Гэта спадчына, мова, культура
І адна Канстытуцыя ўсім;
Гэта край, у якім і старыя
З маладымі ў заслоне адным!

Дык няхай загучыць мая мова
На высокім узроўні і тут,
Дзе мы цягнем спрадвечную долю
Ў надзеі пазбегнуць пакут.
04.02.2020.

Гражданин

Весна холодная сегодня,
Бушует вирус за окном.
Пугает осенью бесплодной
Наш самый главный агроном.

До Пасхи будет ли угодно
Дожить, а что будет потом,
Неясно, воля-то господня —
Поведал главный диакон.

Парад готовится упорно,
Он символ, равно как фантом.
Победа будет грандиозной,
Считает главный наш патрон.

Пять раз он побеждал бесспорно
На выборах в краю родном.
И вот в шестой, как ни прискорбно,
В интригу главный погружён.

Не всем в краю родном просторно,
Не к каждому суров закон.
Но будет в августе рекордной
Борьба за самый главный трон.

Уже видна возня придворных,
Ко дню рожденья избирком
Ему готовит подношенье:
Все три шестёрки целиком.

А в этих строках стихотворных
Шестёркам всем совет один:
Рабом не быть для дел злотворных
Обязан каждый гражданин.
16.04.2020.

Кабала

Гнать в шею наркоманов и курцов,
И пожилых, и тех, кто с лишним весом.
Побольше бы стране ещё дворцов,
С больницами — идите-ка вы лесом.

Хоккей, футбол, субботник и парад —
Для карантина место не найдётся.
Вести страну вперёд, идти назад —
Где тонко, говорят, там и порвётся.

Народ — ресурс для власти бесконечной,
Преемник подрастает напоказ.
В своих глазах он точно безупречный,
В трусливых — он давно иконостас.

Его любовь была так скоротечна
Ко всем, кто сделал выбор в первый раз.
Теперь она, увы, остроконечна —
Такой вот исторический контраст.

Штыками власть удерживать не надо —
Потомкам будет стыдно за тебя.
Сейчас она семье приносит радость,
А можно вспоминать её, скорбя.

С экранов ты казаться хочешь сильным,
Так прояви её, достойно чтоб уйти.
Пожалуйста, не рви тугие жилы,
А просто эти возжи отпусти.

Ты слышишь, как вокруг смеются люди
С твоим "прашчальным словам" — над тобой?
Две тысячи двадцатый будет трудным,
Но август нам запомнится борьбой.

За то, чтоб Конституция законом
Для всех без исключений — основным.
И чтобы жить в стране своей свободно,
И не стесняться в ней же быть больным.

А знаешь, ты когда-то был нам нужным,
Навёл порядок в маленькой стране.
Но после стал к народу равнодушным
И потерял значительно в цене.

Теперь уже совсем не современно
"Плявузгаць" своей клюшкой по стеклу.
Сплотившись, остановим непременно
Мы четвертьвековую кабалу.
16-17.04.2020.

www.drive2.ru

Борис Пастернак. Долгий путь к Нобелевской премии • Arzamas

Кто и сколько раз выдвигал Пастернака, как поэт отказался от премии и что сказал на это Нобелевский комитет

Подготовила Надежда Бирюкова

Нобелевский банкет в Золотом зале Стокгольмской ратуши. 10 декабря 1958 года © stockholmskallan.se

Впервые фамилия Пастернака появилась в списке Нобелевского комитета в 1946 году, то есть за одиннадцать лет до первой публикации романа «Доктор Живаго». Первым человеком, выдвинувшим Пастернака на премию, был Сесил Морис Баура — английский славист и признанный знаток русской поэзии Серебряного века, переводивший стихи Пастернака, Блока, Мандельштама и других поэтов. В том году, как и в следующем, кандидатура Пастернака не привлекла внимания членов комитета.

Но и в 1948-м имя Бориса Пастернака не исчезло из списка кандидатов на премию. 31 января, в последний день приема номинаций, членам Шведской академии предоставляется право на выдвижение своего претендента. Этим воспользовался шведский литературовед Мартин Ламм, свое предложение он повторил и в 1950-м (в 1949-м поэта вновь номинировал Сесил Морис Баура). В последующие шесть лет Пастернака на премию не выдвигали.

В 1957 году история повторится: 31 января другой член Шведской академии, классик шведской поэзии Харри Мартинсон, предлагает кандидатуру Пастернака, с которым познакомился еще в 1934 году в Москве на учредительном съезде советских писателей.

1 / 3

Сэр Сесил Морис Баура. Фотография студии Elliott & Fry. 1958 год© National Portrait Gallery, London

2 / 3

Мартин Ламм© National Archives of Sweden (Riksarkivet)

3 / 3

Харри Мартинсон© K. W. Gullers / Nordiska museet

В 1958 году кандидатура Пастернака была предложена Нобелевскому комитету сразу пятью профессорами-литературоведами: Эрнестом Симмонсом (Колумбийский университет, США), Гарри Левином, Ренато Поджиоли, Романом Якобсоном (все — Гарвардский университет, США) и Дмитрием Оболенским (Оксфордский университет, Англия). Тогда выбор Нобелевского комитета наконец останавливается на Пастернаке (кроме него претендентами называли Михаила Шолохова, Эзру Паунда и Альберто Моравиа).

23 октября постоянный секретарь Академии Андерс Эстерлинг объявил о присуждении Пастернаку премии по литературе — «за значительные достижения в современной лирической поэзии, а также за продолжение традиций великого русского эпического романа».

«Вечером того дня, когда в Москве стало известно, что отцу присудили Нобелевскую премию, мы радовались, что все неприятности позади, что получение премии означает поездку в Стокгольм и выступление с речью. Как это было бы красиво и содержательно сказано! Победа казалась нам такой полной и прекрасной. Но вышедшими на следующее же утро газетами наши мечты были посрамлены и растоптаны. Было стыдно и гадко на душе».

Евгений Пастернак, сын поэта

Неделю спустя Пастернак был вынужден отправить телеграмму с отказом от Нобелевской премии:

«В силу того значения, которое получила присужденная мне награда в обществе, к которому я принадлежу, я вынужден отказаться от незаслуженной премии, пожалуйста, не сочтите за оскорбление мой добровольный отказ».

Ответ поступил в тот же день: «Шведская академия получила ваш отказ с глубоким сожалением, симпатией и уважением». Андерс Эстерлинг заявил: «Пастернак может отказаться от премии, но честь этого отличия остается за ним. Он имел полное право отказаться от Нобелевской премии, которая возложила на него такую тяжелую ответственность». Повторно Нобелевская премия по литературе в 1958 году не вручалась.

В 1988 году «Доктор Живаго» был опубликован в журнале «Новый мир». Признание романа на родине позволило Нобелевскому комитету считать отказ Бориса Пастернака от премии вынужденным и недействительным. Летом 1988 года диплом Нобелевской премии Бориса Пастернака был отправлен в Москву, а медаль лауреата передана членам его семьи на торжественном приеме в 1989 году.  

arzamas.academy

Анализ стихотворения Пастернака Нобелевская премия сочинения и текст



Анализ стихотворения Б. Пастернака «Нобелевская премия»

Получение Нобелевской премии было признанием заслуг наших соотечественников за рубежом. Но это отнюдь не облегчало их жизнь в СССР. Наоборот, в обстановке развязывания «холодной войны» и тоталитарного политического режима сам факт присуждения Нобелевской премии служил поводом для травли этих людей со стороны правящей номенклатуры.

Сразу же после присуждения Б. Пастернаку в 1958 году Нобелевской премии президиум правления СП СССР (Союз Писателей СССР) постановил, что поэт лишается звания советского писателя и исключается из числа членов СП СССР единогласным решением. Также московские литераторы просили правительство лишить его гражданства и выслать за границу. Прославленная писательница заявила: «Пулю загнать в затылок предателя!»

Не выдержав сильнейшего давления, Б. Пастернак отправил телеграмму в Шведскую академию: «В связи со значением, которое придает Вашей награде то общество, к которому я принадлежу, я должен отказаться от присужденного мне незаслуженного отличия. Прошу Вас не принять с обидой мой добровольный отказ».

Обстановку того времени и свое состояние Б. Пастернак выразил в стихотворении «Нобелевская премия». Ольга Ивинская (прототип Лары в «Докторе Живаго»), которая последние 14 лет жизни Бориса Пастернака была его музой и любовью, вспоминает: «Многие друзья тогда перестали бывать у нас. Создалось чувство, что мы в загоне. » Последнее слово стало, пожалуй, опорным, главным в этом стихотворении: «Я пропал, как зверь в загоне».

Но так как стихотворение было явно антисоветским, оно могло быть опубликовано только за границей. Так и произошло, 11 февраля 1959 года английский перевод стихотворения «Нобелевская премия» напечатали в газете «Нью стейтсмен» (Англия). О публикации узнали, и поэту предъявили обвинение по статье 64 в измене родине и пригрозили арестом, если он будет встречаться с иностранцами.

Такова творческая история этого произведения. Теперь обратимся непосредственно к анализу.

Сразу же следует отметить важность названия стихотворения. Оно несет на себе не только тематическую, но и символическую нагрузку, так как в тексте самого произведения нет ни слова о том, чем навеяно настроение и высказанные мысли. Вынеся в заглавие причину своей печали, автор сообщает тему стихотворения и делает Нобелевскую премию символом высших заслуг и высших наказаний. Поэтому, не будь заглавия, не понятно бы было, над чем лирический герой так сокрушается.

Первое четверостишие строится на приеме антитезы: противопоставляются родина автора и заграница. Поэт использует метафору (лирический герой – зверь в клетке, воля - заграница), чтобы сильнее подчеркнуть разницу между этими понятиями:

Я пропал, как зверь в загоне.

Где-то люди, воля, свет,

А за мною шум погони,

Мне наружу ходу нет.

Последняя строка усиливает пессимистическое настроение. Автор явно намекает на невозможность вырваться из страны: его либо насильно лишат гражданства и вышлют, либо посадят в тюрьму.

Далее перед нами разворачивается картина природы, которая символизирует безвыходность положения, так как темный лес означает волков, берег пруда – возможность утопиться или утонуть, а ель преграждает дорогу, и машина никак не проедет, значит опять лес или пруд. Это отсылает читателя к фольклорному мотиву о трех дорогах:

Темный лес и берег пруда,

Ели сваленной бревно.

Путь отрезан отовсюду.

Будь что будет, все равно.

Последняя строка так же усиливает грустное настроение стиха и потому перекликается с последним стихом первого четверостишия, получается рефрен.

Далее лирический герой пытается выяснить, в чем же он виноват, что оказался в таком положении. Поэт использует прием риторического вопроса:

Что же сделал я за пакость,

Я убийца и злодей?

Ответ героя на свой же вопрос звучит иронически горько: «Я весь мир заставил плакать // Над красой земли моей». Здесь имеется ввиду роман «Доктор Живаго», за который мировое сообщество решило дать Пастернаку Нобелевскую премию. Эта развернутая перифраза как нельзя лучше показывает отношение поэта к своему творчеству.

Последнее четверостишие противостоит предыдущим по своему эмоциональному настрою. Пессимизм уступает место надежде на скорое освобождение (хотя жизнь героя подходит, по его мнению, к концу) от пут глупости и чванства, которые загнали поэта в нелепую и трагичную ситуацию:

Но и так, почти у гроба,

Верю я, придет пора -

Силу подлости и злобы

Одолеет дух добра.

Таким образом, не смотря на сложную политическую обстановку, Пастернак в этом произведении недвусмысленно определил свою гражданскую позицию. Его голос, как и голос А. Солженицына, был услышан, он нашел поддержку многих людей как внутри страны, так и за ее пределами. Б. Пастернак позволил россиянам понять опасность тоталитарной системы, необходимость кардинальных изменений в стране, необходимость демократических процессов и реформ.

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Анализ стихотворения Б. Пастернака «Нобелевская премия»

Получение Нобелевской премии было признанием заслуг наших соотечественников за рубежом. Но это отнюдь не облегчало их жизнь в СССР. Наоборот, в обстановке развязывания «холодной войны» и тоталитарного политического режима сам факт присуждения Нобелевской премии служил поводом для травли этих людей со стороны правящей номенклатуры.

Сразу же после присуждения Б. Пастернаку в 1958 году Нобелевской премии президиум правления СП СССР (Союз Писателей СССР) постановил, что поэт лишается звания советского писателя и исключается из числа членов СП СССР единогласным решением. Также московские литераторы просили правительство лишить его гражданства и выслать за границу. Прославленная писательница заявила: «Пулю загнать в затылок предателя!»

Не выдержав сильнейшего давления, Б. Пастернак отправил телеграмму в Шведскую академию: «В связи со значением, которое придает Вашей награде то общество, к которому я принадлежу, я должен отказаться от присужденного мне незаслуженного отличия. Прошу Вас не принять с обидой мой добровольный отказ».

Обстановку того времени и свое состояние Б. Пастернак выразил в стихотворении «Нобелевская премия». Ольга Ивинская (прототип Лары в «Докторе Живаго»), которая последние 14 лет жизни Бориса Пастернака была его музой и любовью, вспоминает: «Многие друзья тогда перестали бывать у нас. Создалось чувство, что мы в загоне. » Последнее слово стало, пожалуй, опорным, главным в этом стихотворении: «Я пропал, как зверь в загоне».

Но так как стихотворение было явно антисоветским, оно могло быть опубликовано только за границей. Так и произошло, 11 февраля 1959 года английский перевод стихотворения «Нобелевская премия» напечатали в газете «Нью стейтсмен» (Англия). О публикации узнали, и поэту предъявили обвинение по статье 64 в измене родине и пригрозили арестом, если он будет встречаться с иностранцами.

Такова творческая история этого произведения. Теперь обратимся непосредственно к анализу.

Сразу же следует отметить важность названия стихотворения. Оно несет на себе не только тематическую, но и символическую нагрузку, так как в тексте самого произведения нет ни слова о том, чем навеяно настроение и высказанные мысли. Вынеся в заглавие причину своей печали, автор сообщает тему стихотворения и делает Нобелевскую премию символом высших заслуг и высших наказаний. Поэтому, не будь заглавия, не понятно бы было, над чем лирический герой так сокрушается.

Первое четверостишие строится на приеме антитезы: противопоставляются родина автора и заграница. Поэт использует метафору (лирический герой – зверь в клетке, воля — заграница), чтобы сильнее подчеркнуть разницу между этими понятиями:

Я пропал, как зверь в загоне.

Где-то люди, воля, свет,

А за мною шум погони,

Мне наружу ходу нет.

Последняя строка усиливает пессимистическое настроение. Автор явно намекает на невозможность вырваться из страны: его либо насильно лишат гражданства и вышлют, либо посадят в тюрьму.

Далее перед нами разворачивается картина природы, которая символизирует безвыходность положения, так как темный лес означает волков, берег пруда – возможность утопиться или утонуть, а ель преграждает дорогу, и машина никак не проедет, значит опять лес или пруд. Это отсылает читателя к фольклорному мотиву о трех дорогах:

Темный лес и берег пруда,

Ели сваленной бревно.

Путь отрезан отовсюду.

Будь что будет, все равно.

Последняя строка так же усиливает грустное настроение стиха и потому перекликается с последним стихом первого четверостишия, получается рефрен.

Далее лирический герой пытается выяснить, в чем же он виноват, что оказался в таком положении. Поэт использует прием риторического вопроса:

Что же сделал я за пакость,

Я убийца и злодей?

Ответ героя на свой же вопрос звучит иронически горько: «Я весь мир заставил плакать // Над красой земли моей». Здесь имеется ввиду роман «Доктор Живаго», за который мировое сообщество решило дать Пастернаку Нобелевскую премию. Эта развернутая перифраза как нельзя лучше показывает отношение поэта к своему творчеству.

Последнее четверостишие противостоит предыдущим по своему эмоциональному настрою. Пессимизм уступает место надежде на скорое освобождение (хотя жизнь героя подходит, по его мнению, к концу) от пут глупости и чванства, которые загнали поэта в нелепую и трагичную ситуацию:

Но и так, почти у гроба,

Верю я, придет пора -

Силу подлости и злобы

Одолеет дух добра.

Таким образом, не смотря на сложную политическую обстановку, Пастернак в этом произведении недвусмысленно определил свою гражданскую позицию. Его голос, как и голос А. Солженицына, был услышан, он нашел поддержку многих людей как внутри страны, так и за ее пределами. Б. Пастернак позволил россиянам понять опасность тоталитарной системы, необходимость кардинальных изменений в стране, необходимость демократических процессов и реформ.

Похожие статьи:

Анализ стихотворения Пастернака «Нобелевская премия»

В 1958 году Борис Пастернак был удостоен Нобелевской премии за выдающийся вклад в развитие мировой литературы. Это знаменательное событие, однако, не принесло поэту ожидаемой радости и, уж тем более никак не отразилось на его материальном благополучии. Все дело в том, что известие о присуждении столь престижной награды было воспринято в СССР в штыки. В итоге поэта исключили из Союза писателей и перестали публиковать в советских изданиях. Некоторые литературные деятели даже настаивали на том, чтобы выслать Пастернака из страны как шпиона и антисоветского деятеля. На такой шаг правительство страны все же не отважилось, однако отныне в отношении поэта начались самые настоящие гонения. От него отвернулись друзья и коллеги по писательскому цеху, которые раньше открыто восхищались творчеством Пастернака.

Именно в этот непростой период он написал стихотворение «Нобелевская премия». в котором признался, что «пропал, как зверь в загоне». Действительно, автор чувствовал себя в некой западне и не видел из нее выхода, так как все пути отступления были перекрыты ярыми блюстителями государственных интересов. «А за мною шум погони, мне наружу хода нет», — с горечью отмечает Борис Пастернак и недоумевает, почему оказался в такой нелепой и достаточно опасной ситуации.

Он перепробовал различные варианты разрешения проблемы и даже отправил в Швейцарию телеграмму, в которой отказался от присужденной ему награды. Однако даже этот поступок не смягчил тех, кто начал настоящую травлю Пастернака из-за собственной зависти, мелочности и желания выслужиться перед властью. Список тех, кто публично обвинял поэта во всех смертных грехах, включал довольно большое количество известных имен в мире искусства и литературы. Среди обвинителей значились и вчерашние друзья Пастернака, что особенно сильно задело поэта. Он не предполагал, что его успех вызовет столь неадекватную реакцию тех, кого он считал вполне порядочными и честными людьми. Поэтому поэт впал в отчаянии. Что подтверждают следующие строчки его стихотворения: «Будь что будет, все равно».

Тем не менее, Пастернак пытается разобраться в том, почему попал в такую немилость и опалу. «Что же сделал я за пакость, я убийца и злодей?», — вопрошает автор. Свою вину он видит лишь в том, что сумел пробудить в сердцах многих людей искренние и чистые чувства, заставил их восхищаться красотой своей родины, которую безмерно любил. Но именно этого оказалось вполне достаточно, чтобы на автора обрушились потоки грязи и клеветы. Кто-то требовал у Пастернака публичного признания себя шпионом. Другие настаивали на аресте и теремном заключении поэта, которого за непонятные заслуги признали одним из лучших авторов за рубежом. Были и те, кто обвинял Пастернака в конъюнктуре и попытках выслужиться перед врагами Советского Союза в обмен на престижную премию. Параллельно поэту периодически поступали предложения покинуть страну, на что он неизменно отвечал, что для него это равносильно смерти. В итоге Пастернак оказался изолированным от всего общества и вскоре узнал, что болен раком легких. Поэтому в стихотворении и появляется такое финальное четверостишие: «Но и так, почти у гроба, верю я, придет пора — силу подлости и злобы одолеет дух добра».

Поэт понимал, что это стихотворение никогда не будет напечатано в СССР, так как является прямым обвинением тех, причастен к его травле. Поэтому он тайно переправил стихи за границу, где они и были опубликованы в 1959 году. После этого Пастернака обвинили в шпионаже и в измене родине. Однако судебный процесс над поэтом так и не состоялся, потому что в 1960 году он скончался на своей даче в Переделкино.

Разговор о судьбах Бориса Пастернака, Ольги Ивинской, Бориса Слуцкого и Галактиона Табидзе, так или иначе сплетенных в единый жизненный клубок, не распутать, если мы мысленно не перенесемся в осень 1958 года, когда Борису Пастернаку "за выдающиеся в современной лирической поэзии и на традиционном поприще великой русской прозы" была присуждена Нобелевская премия по литературе. Пастернака исключили тогда из членов Союза писателей, а московские литераторы просили правительство лишить его гражданства и выслать за границу. Прославленная писательница заявила: "Пулю загнать в затылок предателя!" Обстановка холодного равнодушия со стороны служителей муз по отношению к великому поэту точно воспроизведена в одной из песен Александра Галича:

А зал зевал, а зал скучал
Мели, Емеля!
Ведь не в тюрьму и не в Сучан,
Не к "высшей мере"!
И не к терновому венцу
Колесованьем,
А как поленом по лицу -
Голосованьем!

Ольга Ивинская, которая последние 14 лет жизни Бориса Пастернака была его музой и любовью, вспоминает: "Многие друзья тогда перестали бывать у нас. Создалось чувство, что мы в загоне. " Последнее слово стало, пожалуй, опорным, главным в стихотворении Б.Пастернака "Нобелевская премия":

Я пропал, как зверь в загоне.
Где-то люди, воля, свет,
А за мною шум погони.
Мне наружу ходу нет.
Темный лес и берег пруда,
Ели сваленной бревно.
Путь отрезан отовсюду,
Будь что будет, все равно.
Что же сделал я за пакость,
Я, убийца и злодей?
Я весь мир заставил плакать
Над красой земли моей.
Но и так, почти у гроба,
Верю я, придет пора,
Силу подлости и злобы
Одолеет дух добра.

Ольга Ивинская была правой рукой великого поэта. В первоначальном варианте стихотворения "Нобелевская премия" были строки, навеянные временным разрывом, который оба болезненно переживали:

Все тесней кольцо облавы,
И другому я виной:
Нет руки со мною правой,
Друга сердца нет со мной!
А с такой петлей у горла
Я хотел еще пока,
Чтобы слезы мне утерла
Правая моя рука.

Свидетельствует сын поэта Евгений Пастернак - автор бесценной книги "Борис Пастернак. Материалы для биографии" (1989): "После публикации 11 февраля 1959 года английского перевода стихотворения "Нобелевская премия" в газете "Нью стейтсмен" Пастернак был вызван к Генеральному прокурору Р.А.Руденко. Ему предъявили обвинение по статье 64 в измене родине и пригрозили арестом, если он будет встречаться с иностранцами".

Отдадим должное тогдашнему президенту Индии Джавахарлалу Неру, согласившемуся возглавить комитет защиты Пастернака. Телефонный разговор Неру с Хрущевых затормозил каток травли и инсинуаций.

Какое счастье, что рядом с Борисом Леонидовичем в это тяжкое для него время находилась такая женщина, как Ольга Ивинская - прототип Лары в "Докторе Живаго". Пастернака боялись "трогать" - "отыгрались" на Ольге Ивинской еще за 9 лет до описываемых событий.

В начале октября 1949 года Ивинскую арестовали и увезли на Лубянку. Отчаявшийся Борис Леонидович бегал по инстанциям - не помогло. Он писал Ариадне Эфрон - дочери Марины Цветаевой: ". милая печаль моя попала в беду, вроде того, как ты когда-то раньше".

Ольга ждала ребенка - в тюрьме случился выкидыш. Страданиям двух горячо любящих людей не было конца:

Как будто бы железом,
Обмокнутым в сурьму,
Тебя вели нарезом
По сердцу моему.
Б.Пастернак.

Играй во всю клавиатуру боли,
И совесть пусть тебя не укорит
За то, что я, совсем не зная роли,
Играю всех Джульетт и Маргарит.
О.Ивинская.

Вскоре после ареста Ольги Ивинской Пастернака свалил инфаркт. А любимую поэта увезут на 4 года в мордовские политлагеря.

Ольга Ивинская разделила с Пастернаком время и бремя травли после того, как в ноябре 1957 года роман "Доктор Живаго" вышел на итальянском языке, после того, как в 1958 году Б.Л.Пастернак был удостоен Нобелевской премии.

Евгений Пастернак в своей уже упомянутой мною книге оказался на высоте, описывая этот черный период в жизни отца: "Как всегда, первые удары приняла на себя О.В. Ее вызывали в ЦК и потом к Суркову". В книге "В плену у времени. Годы с Борисом Пастернаком" Ольга Всеволодовна Ивинская написала о том, как впоследствии она горько обвиняла себя в том, что уговорила Пастернака - после его категорического обращения в писательский союз ("Ничто не заставит меня отказаться от чести, оказанной мне. ") - написать покаянное письмо Хрущеву и отказаться от Нобелевской премии. Ее, правда, можно понять: слежка за ними была уж слишком откровенной, почти все "братья"-писатели отвернулись от поэта, а многие с пеной у рта клеймили роман "Доктор Живаго" (не прочитанный ими!), поэт был близок к самоубийству.

Кстати, одновременно с телеграммой в Шведскую академию об отказе от Нобелевской премии Пастернак направил телеграмму в ЦК: "От премии отказался, верните работу Ивинской" (до этого ее нагло выгнали с работы).

Через несколько месяцев после кончины Бориса Леонидовича Ольга Всеволодовна была отправлена (но уже с дочерью!) в те же самые мордовские лагеря.

С судьбой Пастернака так или иначе связаны не менее трагичные судьбы других поэтов. Приведу два примера.

31 октября 1958 года в Доме литераторов состоялось собрание московских писателей, посвященное обсуждению (вернее - осуждению!) романа Е.Л.Пастернака "Доктор Живаго". "Предатель!", "Надо выслать!" - такого позора Пастернак не заслужил, однако резолюция об исключении великого писателя и поэта из Союза писателей была принята под торжествующий рев зала. Правды ради отметим, что на это позорное судилище не пришли К.Паустовский и В.Каверин, а И.Эренбург и Е.Евтушенко во время голосования ушли из зала.

Борису Слуцкому, секретарю парторганизации поэтической секции, было поручено выступить, его специально вызывали в ЦК. В случае отказа от выступления Слуцкого могли лишить партбилета, а для него, ставшего коммунистом на фронте, это было бы моральной катастрофой. Александр Мацкин ("Литературное обозрение", #5, 1990) свидетельствует: "Не по доброй воле он пошел на трибуну, на свою Голгофу. Его вытолкнули на эстраду литературные чиновники самого высокого ранга. Подкупами его нельзя было бы заманить на это жертвоприношение. А вот перед угрозой он не устоял. Ему сказали прямо, в лоб, не деликатничая, - либо работа в литературе, либо молчание и полагающиеся в таких случаях египетские казни. И трудно печатавшийся поэт сломался. Нельзя его простить и нельзя это не понять". Впоследствии Слуцкий скажет В.Кардину, не оправдывая себя: "Сработал механизм партийной дисциплины".

Это были реликты сталинской эпохи, именно об этом в первые послевоенные годы Ольга Берггольц тайно написала и тайно хранила такие строки:

На собраньи целый день сидела -
то голосовала, то лгала.
Как я от тоски не поседела?
Как я от стыда не померла?

И хотя выступление Слуцкого на том судилище было самым кратким (пятнадцатистрочным!), поэт испил полную чашу своей вины и своего позора: он жестоко корил себя в беседе с друзьями и в стихотворении "Случай":

И этот случай,
как его ни назови,
самою злой, колючей
оседает в моей крови. 1

Воспоминание о своем неправедном поступке долгие годы лежало на сердце нестерпимой мукой. Как замечает Б.Сарнов, "этот случай сильно способствовал тяжкой душевной болезни Слуцкого и сильно приблизил его смерть":

Эпоха в нем нуждалась:
Стал Пастернака клясть,
Но сердце исстрадалось,
Испуг стал как напасть.
В отверженности горя
Он дольше жить не мог.
Владимир Корнилов, "Плач по Слуцкому".

Покойный харьковским профессор Яков Евсеевич Гегузин, близкий друг Б.Слуцкого, большой знаток поэзии, рассказывал мне об одном из последних телефонных разговоров с поэтом: "Как я живу, Яша? Я уже не живу. Меня уже нет".

Другой пример более краток, но не менее трагичен. В марте 1959 года к больному старику, выдающемуся поэту Грузии Галактиону Табидзе пришли в больницу "гости". Поэту были высказаны пожелания скорейшего выздоровления и слова уважения и преклонения. Еще бы! Г.Табидзе - старожил грузинской поэзии, ее патриарх, академик. На поэтическом состязании в Грузии в 1921 году за стихотворение "Поэзия прежде всего" он был признан "королем поэтов". Представлял литературную Грузию на Международном конгрессе защиты культуры в Париже (1935).

Авторитетом такого человека хотели воспользоваться незваные гости: они предложили Табидзе подписать бумагу, клеймящую Пастернака как изменника родины. И старый Галактион, который в одном из небольших стихотворений, переведенном молодой Б.Ахмадулиной, когда-то написал:

На всякое "о да!"
доносится "о нет!" -

ответил этим подлецам решительным отказом и выбросился из окна больницы. Приведу отрывок из статьи Давида Тевзадзе "Галактион и революция?!" ("Литературная Грузия" #1, 1991): "Недаром говорят: Галактион носил маску. Он вынужден был делать это как советский поэт и советский гражданин. Он сбросил маску лишь в последние минуты своей жизни".

Михаил Луконин, бывший на похоронах поэта, впоследствии написал стихотворение об уходе Г.Табидзе из жизни:

Что его в жизни устрашило?
Ты его, родина, прости.
И шел народ ошеломленный,
Обиженный его виной.
Галактика
Галактиона
Взошла в поэзии родной.

Луконин здесь явно слукавил; он не мог не знать, почему Г.Табидзе сам оборвал свою жизнь.

Четыре судьбы как четыре грани эпохи, о которой люди средних лет, а тем более молодежь имеют самое смутное, а подчас превратное представление. Все подлинные поэты прорывались в будущее и стихами, и судьбой, и надеждой на то, что потомки оценят их тяжкий труд и все их безмерные страдания. Вот почему столько боли и тревожных предчувствий было в известных пастернаковских строчках:

Но кто мы и откуда,
Когда от всех тех лет
Остались пересуды,
А нас на свете нет?

Напрасны были волнения поэта: "от всех тех лет" остались стихи, в которых не поймешь порой, где "кончается искусство", а где "дышит почва и судьба", ибо стихи поэта и его судьба неразделимы.

В 1958 году Б.Пастернаку была присуждена Нобелевская премия за его произведение “Доктор Живаго”. И эта наивысшая награда мирового сообщества стала поводом для травли поэта в пределах его родины.

Пастернака сразу же исключили из Союза Писателей СССР, ему грозил арест и ссылка. В то тяжелое время от поэта отвернулись друзья, коллеги, его поддерживала лишь его спутница жизни — Ольга Ивинская. В обстановке тотальной травли и давления, Пастернак отказался от присужденной ему премии, написав телеграмму в Шведскую академию.

Стихотворение “Нобелевская премия” описывает именно это событие в жизни писателя, однако, поскольку характер его был антисоветский, опубликовано оно было лишь за рубежом.

Содержание стихотворения ничего не говорит нам о событии, которое вызвало такое печальное настроение, только название произведения открывает нам завесу истинной причины удрученного состояния писателя. Пастернак сравнивает свою жизнь в СССР с клеткой, лирический герой “как зверь в загоне”, а свобода и воля где-то далеко, где-то за границей.

Описание природы в стихотворении “Нобелевская премия” показывает нам истинные чувства поэта. Лес и пруд отрезает лирическому герою путь, он не имеет возможности выбраться из своих символичных границ.

Далее автор размышляет над причиной всего этого. Он задает риторический вопрос: “Я убийца и злодей?”. И сам же на него отвечает, ведь причина туч, что сгустились над ним, в том, что он прославил свою родину собственным творчеством и вместо признания и почета, получил гонения.

Последняя строфа стихотворения наполнена оптимизмом, несмотря на предчувствие скорой смерти, автор уверен, что “дух добра” одолеет все злые силы, общество освободиться от оков тоталитаризма, поймет весь ужас подобного режима, почувствует, что быть свободным с своей стране — это природное и обязательное состояние человека.

Стихотворение трагично и очень смело, независимо от положения Пастернака он все же решился высказаться, хотя подобные действия могли привести к самым печальным для поэта последствиям.

Подобные записи

Послушайте стихотворение Пастернака Нобелевская премия

Темы соседних сочинений

Картинка к сочинению анализ стихотворения Нобелевская премия

ostihe.ru

Ответы Mail.ru: Б. Пастернак "Нобелевская премия"

Эти обстоятельства Б. Пастернак отобразил в стихотворении "Нобелевская премия", написанном в 1959 году. Оно относится к автобиографической лирике. Тема стихотворения – невинный человек под давлением власти. Автор показывает, как политическая травля может отрезать человека ото всего мира, утверждает силу воли, благодаря которой тот продолжает жить, тая в сердце надежду, что дух добра победит зло. Вынеся в заглавие причину своей печали, автор сообщает тему стихотворения и делает Нобелевскую премию символом высших заслуг и высших наказаний. Поэтому, не будь заглавия, не понятно бы было, над чем лирический герой так сокрушается. Первое четверостишие строится на приеме антитезы: противопоставляются родина автора и заграница. Поэт использует метафору (лирический герой – зверь в клетке, воля – заграница), чтобы сильнее подчеркнуть разницу между этими понятиями: Я пропал, как зверь в загоне. Где-то люди, воля, свет, А за мною шум погони, Мне наружу ходу нет. Последняя строка усиливает пессимистическое настроение. Автор явно намекает на невозможность вырваться из страны: его либо насильно лишат гражданства и вышлют, либо посадят в тюрьму. Далее перед нами разворачивается картина природы, которая символизирует безвыходность положения, так как темный лес означает волков, берег пруда – возможность утопиться или утонуть, а ель преграждает дорогу, и машина никак не проедет, значит опять лес или пруд. Это отсылает читателя к фольклорному мотиву о трех дорогах: Темный лес и берег пруда, Ели сваленной бревно. Путь отрезан отовсюду. Будь что будет, все равно. Последняя строка так же усиливает грустное настроение стиха и потому перекликается с последним стихом первого четверостишия, получается рефрен. Далее лирический герой пытается выяснить, в чем же он виноват, что оказался в таком положении. Поэт использует прием риторического вопроса: Что же сделал я за пакость, Я убийца и злодей? Ответ героя на свой же вопрос звучит иронически горько: “Я весь мир заставил плакать Над красой земли моей”. Здесь имеется ввиду роман “Доктор Живаго”, за который мировое сообщество решило дать Пастернаку Нобелевскую премию. Эта развернутая перифраза как нельзя лучше показывает отношение поэта к своему творчеству. Последнее четверостишие противостоит предыдущим по своему эмоциональному настрою. Пессимизм уступает место надежде на скорое освобождение (хотя жизнь героя подходит, по его мнению, к концу) от пут глупости и чванства, которые загнали поэта в нелепую и трагичную ситуацию: Но и так, почти у гроба, Верю я, придет пора – Силу подлости и злобы Одолеет дух добра. Пастернак в этом произведении недвусмысленно определил свою гражданскую позицию. Ключевой образ стихотворения "Нобелевская премия" - лирический герой, который полностью сливается с образом автора. Для донесения идеи Б. Пастернак использует художественные средства: метафоры (мне наружу ходу нет, я весь мир заставил плакать), сравнение (я пропал, как зверь…), эпитет (лес темный). Стих-е не изобилует тропами, ведь они лишь дополняют содержание стиха, помогают создать соответствующую атмосферу. Произведение состоит из четырех катренов с перекрестной рифмой, стихотворный размер – четырехстопный хорей. Интонационный рисунок стиха спокойный, лишь один раз автор позволяет себе употребить вопросительное предложение. Оно имеет риторический оттенок. Ответа на риторический вопрос нет...

<a rel="nofollow" href="http://www.vestnik.com/issues/98/0623/win/banch.htm" target="_blank">http://www.vestnik.com/issues/98/0623/win/banch.htm</a> - о стихотворении "Нобелевская премия" Cмотрела через Яндекс.

touch.otvet.mail.ru

Анализ стихотворения Б. Пастернака «Нобелевская премия»

    Получение Нобелевской премии было признанием заслуг наших соотечественников за рубежом. Но это отнюдь не облегчало их жизнь в СССР. Наоборот, в обстановке развязывания «холодной войны» и тоталитарного политического режима сам факт присуждения Нобелевской премии служил поводом для травли этих людей со стороны правящей номенклатуры. 

    Сразу же после присуждения Б. Пастернаку в 1958 году Нобелевской премии президиум правления СП СССР (Союз Писателей СССР) постановил, что поэт лишается звания советского писателя и исключается из числа членов СП СССР единогласным решением. Также московские литераторы просили правительство лишить его гражданства и выслать за границу. Прославленная писательница заявила: «Пулю загнать в затылок предателя!»

    Не выдержав сильнейшего давления, Б. Пастернак отправил телеграмму в Шведскую академию: «В связи со значением, которое придает Вашей награде то общество, к которому я принадлежу, я должен отказаться от присужденного мне незаслуженного отличия. Прошу Вас не принять с обидой мой добровольный отказ». 

    Обстановку того времени и свое состояние Б. Пастернак выразил в стихотворении «Нобелевская премия». Ольга Ивинская (прототип Лары в «Докторе Живаго»), которая последние 14 лет жизни Бориса Пастернака была его музой и любовью, вспоминает: «Многие друзья тогда перестали бывать у нас. Создалось чувство, что мы в загоне...» Последнее слово стало, пожалуй, опорным, главным в этом стихотворении: «Я пропал, как зверь в загоне». 

    Но так как стихотворение было явно антисоветским, оно могло быть опубликовано только за границей. Так и произошло, 11 февраля 1959 года английский перевод стихотворения «Нобелевская премия» напечатали в газете «Нью стейтсмен» (Англия). О публикации узнали, и поэту предъявили обвинение по статье 64 в измене родине и пригрозили арестом, если он будет встречаться с иностранцами. 

    Такова творческая история этого произведения. Теперь обратимся непосредственно к анализу.

    Сразу же следует отметить важность названия стихотворения. Оно несет на себе не только тематическую, но и символическую нагрузку, так как в тексте самого произведения нет ни слова о том, чем навеяно настроение и высказанные мысли. Вынеся в заглавие причину своей печали, автор сообщает тему стихотворения и делает Нобелевскую премию символом высших заслуг и высших наказаний. Поэтому, не будь заглавия, не понятно бы было, над чем лирический герой так сокрушается.

    Первое четверостишие строится на приеме антитезы: противопоставляются родина автора и заграница. Поэт использует метафору (лирический герой – зверь в клетке, воля - заграница), чтобы сильнее подчеркнуть разницу между этими понятиями: 

    Я пропал, как зверь в загоне.
    Где-то люди, воля, свет,
    А за мною шум погони,
    Мне наружу ходу нет.

    Последняя строка усиливает пессимистическое настроение. Автор явно намекает на невозможность вырваться из страны: его либо насильно лишат гражданства и вышлют, либо посадят в тюрьму.

    Далее перед нами разворачивается картина природы, которая символизирует безвыходность положения, так как темный лес означает волков, берег пруда – возможность утопиться или утонуть, а ель преграждает дорогу, и машина никак не проедет, значит опять лес или пруд. Это отсылает читателя к фольклорному мотиву о трех дорогах:

    Темный лес и берег пруда,
    Ели сваленной бревно.
    Путь отрезан отовсюду.
    Будь что будет, все равно.

    Последняя строка так же усиливает грустное настроение стиха и потому перекликается с последним стихом первого четверостишия, получается рефрен.

    Далее лирический герой пытается выяснить, в чем же он виноват, что оказался в таком положении. Поэт использует прием риторического вопроса: 

    Что же сделал я за пакость,
    Я убийца и злодей?

    Ответ героя на свой же вопрос звучит иронически горько: «Я весь мир заставил плакать // Над красой земли моей». Здесь имеется ввиду роман «Доктор Живаго», за который мировое сообщество решило дать Пастернаку Нобелевскую премию. Эта развернутая перифраза как нельзя лучше показывает отношение поэта к своему творчеству. 

    Последнее четверостишие противостоит предыдущим по своему эмоциональному настрою. Пессимизм уступает место надежде на скорое освобождение (хотя жизнь героя подходит, по его мнению, к концу) от пут глупости и чванства, которые загнали поэта в нелепую и трагичную ситуацию: 

    Но и так, почти у гроба,
    Верю я, придет пора -
    Силу подлости и злобы
    Одолеет дух добра.

    Таким образом, не смотря на сложную политическую обстановку, Пастернак в этом произведении недвусмысленно определил свою гражданскую позицию. Его голос, как и голос А. Солженицына, был услышан, он нашел поддержку многих людей как внутри страны, так и за ее пределами. Б. Пастернак позволил россиянам понять опасность тоталитарной системы, необходимость кардинальных изменений в стране, необходимость демократических процессов и реформ.

reshebnik5-11.ru

Как Пастернак отказался от Нобелевской премии

31 октября 1958 года, ровно шестьдесят лет назад, известный писатель и поэт Борис Леонидович Пастернак написал свое знаменитое письмо Никите Сергеевичу Хрущеву – первому секретарю ЦК КПСС. В письме Пастернак извещал Хрущева о том, что он отказывается от получения Нобелевской премии по литературе.
Пастернак был одним из немногих советских писателей и поэтов, кого выдвигали на Нобелевскую премию по литературе. В период с 1946 по 1950 гг. и в 1957 г. его кандидатуру предлагали на Нобелевскую премию. В 1958 году Альбер Камю – всемирно известный писатель и философ и сам лауреат Нобелевской премии по литературе – опять предложил кандидатуру Бориса Пастернака. В этот раз звезды сошлись и 23 октября 1958 года Борис Леонидович стал вторым русским писателем, удостоенным Нобелевской премии по литературе. До него такой чести удостоился лишь Иван Бунин.

Произведением, с которым ассоциируется присуждение Пастернаку Нобелевской премии, является его знаменитый роман «Доктор Живаго». Писатель создавал его десять лет – с 1945 по 1955 годы. До сих пор многие критики считают именно это произведение главным в творческой биографии Бориса Пастернака. Однако официально Нобелевский комитет премировал Пастернака за выдающийся вклад в развитие лирической поэзии.

Решение о присуждении Пастернаку Нобелевской премии, по сути, было политическим и провокационным, ставящим самого писателя в очень сложное положение. Даже если члены Нобелевского комитета и не хотели подставлять Пастернака, получилось именно так. Советское руководство оценило присуждение премии очень враждебно и использовало все свои ресурсы для того, чтобы обрушиться на Бориса Пастернака и его творчество со шквальной критикой.

Практически сразу после того, как стало известно о присуждении Пастернаку премии, 23 октября 1958 года было принято специальное постановление Президиума ЦК КПСС «О клеветническом романе Б. Пастернака». Инициатором постановления был Михаил Суслов – «серый кардинал» КПСС и человек, контролировавший всю идеологическую сферу советского общества. Суть постановления сводилась к обвинениям Нобелевского комитета в дальнейшем усугублении Холодной войны.

Реакция советской печати, Союза писателей СССР, профсоюзных организаций на выход постановления была вполне ожидаемой. Московская организация Союза писателей СССР потребовала выслать Бориса Пастернака из Советского Союза и лишить его гражданства СССР. В «Литературной газете» 25 октября вышла целая разгромная статья, обвинявшая Пастернака в том, что он сыграл роль наживки в антисоветской пропаганде Запада. Со шквалом критики в адрес писателя обрушились и многочисленные областные и профсоюзные издания. Ополчились против Пастернака и многие коллеги по цеху, в первую очередь те из них, кто находился в очень хороших отношениях с советской властью.

Сергей Михалков, «детский поэт номер один» и автор гимна СССР, опубликовал вот такую подпись к карикатуре «Нобелевское блюдо» художника М.А. Абрамова:

Антисоветскую заморскую отраву
Варил на кухне наш открытый враг.
По новому рецепту как приправу
Был поварам предложен пастернак.
Весь наш народ плюет на это блюдо:
Уже по запаху мы знаем что откуда!

25 октября 1958 года, через два дня после решения Нобелевского комитета, партийная группа Правления Союза писателей СССР собралась для того, чтобы обсудить Пастернака. На этом собрании Сергей Михалков, Вера Инбер и Николай Грибачев выступили за лишение Бориса Пастернака советского гражданства и его немедленную высылку из страны. Тогда же в «Литературной газете» появилось письмо Пастернаку, составленное еще в сентябре 1956 года и отказывающее писателю в публикации его романа «Доктор Живаго». В письме содержалась резкая критика как произведения, так и самого Бориса Пастернака.

Еще через день, 27 октября 1958 года, президиум правления Союза писателей СССР, бюро организационного комитета Союза писателей РСФСР и президиум правления Московского отделения Союза писателей РСФСР исключили Пастернака Бориса Леонидовича из Союза писателей СССР. Стоит отметить, что на это собрание по разным причинам не явились такие «титаны» советской литературы как Михаил Шолохов, Самуил Маршак, Илья Эренбург, Александр Твардовский, Борис Лавренев, Вениамин Каверин и Леонид Леонов. Тем не менее, с осуждением Пастернака выступила большая часть писателей в краях, областях и республиках СССР.

Интересно, что за Пастернака попытались заступиться известные и пользовавшиеся большим уважением во всем мире люди – Альбер Камю и даже Джавахарлал Неру, находившийся в неплохих отношениях с Никитой Хрущевым. Но и заступничество Неру уже не могло спасти Пастернака от гнева партийного руководства. Сейчас часто приходится слышать точку зрения, что Пастернак стал жертвой внутренних противоречий в руководстве ЦК КПСС и советского государства.


У Никиты Хрущева в партийной верхушке было много недоброжелателей, особенно из числа противников десталинизации и либерализации советской системы. Они рассчитывали, что после присуждения Нобелевской премии Пастернаку Хрущев будет просто вынужден «закрутить гайки» в стране.

С другой стороны, Пастернака в качестве инструмента противостояния Советскому Союзу использовал и Запад. В США и Западной Европе очень быстро сориентировались в ситуации и стали извлекать политические очки из начавшейся в СССР кампании против писателя. Западная пресса обратила внимание на то, что второй после Бунина русский лауреат Нобелевской премии по литературе был исключен из Союза писателей СССР, подвергся травле со стороны партийных органов, профсоюзов и обычных советских граждан.

При этом в действительности Пастернака репрессировать никто не стал. Он оставался членом Литературного фонда СССР, продолжал публиковать свои произведения и получать за них гонорары, хотя в печати и началась кампания с его резкой критикой.

Сам Пастернак получил от председателя КГБ СССР Владимира Семичастного недвусмысленное положение покинуть Советский Союз для получения Нобелевской премии по литературе. Но Борис Леонидович прекрасно понимал, что такое предложение в действительности означает только одно – неминуемую высылку из страны. Борису Пастернаку ко времени описываемых событий было уже 68 лет, чувствовал он себя неважно и понимал, что если он уедет из Советского Союза, то родину больше не увидит и доживет свои дни на чужбине.

31 октября 1958 года Пастернак написал свое знаменитое письмо к Никите Хрущеву, ЦК КПСС и Совету министров СССР. В нем писатель подчеркивал:

Я связан с Россией рождением, жизнью, работой. Я не мыслю своей судьбы отдельно и вне ее. Каковы бы ни были мои ошибки и заблуждения, я не мог себе представить, что окажусь в центре такой политической кампании, которую стали раздувать вокруг моего имени на Западе

.

Ниже Пастернак писал, что принял решение ответить отказом Нобелевскому комитету и не получать премию, поскольку высылка из страны для него будет равносильна смерти. 5 ноября 1958 года в газете «Правда» появилось заявление Бориса Пастернака, в котором он опять оправдывался за написание романа «Доктор Живаго», повторял свой отказ от Нобелевской премии и утверждал, что на него не оказывалось никакого давления в принятии этого решения и он действовал исключительно самостоятельно, руководствуясь собственным мировоззрением.

Однако вскоре в западной печати появилось стихотворение Бориса Пастернака «Нобелевская премия», содержание которого однозначно расходилось с теми словами, которые он писал в письме к Хрущеву и в заявлении в редакцию газеты «Правда»:

Я пропал, как зверь в загоне.
Где-то люди, воля, свет,
А за мною шум погони,
Мне наружу ходу нет.

Оставлять публикацию стихотворения без внимания советская правоохранительная машина уже не могла. 14 марта 1959 года Борис Леонидович Пастернак был вызван на допрос лично генеральным прокурором СССР действительным государственным советником юстиции Романом Андреевичем Руденко.

На допросе у генпрокурора Пастернак признался, что передал несколько стихотворений, среди которых была и «Нобелевская премия», навестившему его корреспонденту английской газеты «Дейли мейл» Брауну. При этом писатель якобы просил Брауна стихотворения не публиковать, подчеркивал, что для печати они не предназначаются. Однако Браун Пастернака не послушал. 11 февраля 1959 года очередной номер газеты «Дейли мейл» вышел со стихотворением «Нобелевская премия». Западная печать моментально воспользовалась столь шикарным шансом в очередной раз уколоть Советский Союз.

Руденко предъявил Пастернаку номер газеты с опубликованным в нем стихотворением и потребовал писателя объяснить факт публикации. В ответ Пастернак заявил, что на деле убедился с тем, что его творчество используется на Западе с целью клеветы против Советского Союза. Случай со стихотворением «Нобелевская премия» Пастернак сам привел в пример как прискорбный, ставящий под сомнение его искренность в служении своей родной стране. Поэтому в протоколе допроса Пастернак подчеркнул, что сам осуждает свои действия и понимает, что может быть привлечен за них к ответственности по закону.

Об уголовной ответственности Пастернака предупредил и сам Руденко. Писатель подчеркнул, что ему все понятно и он обещает безоговорочно исполнять требования прокуратуры, в том числе и относящиеся к неразглашению содержания двухчасовой беседы с советским генеральным прокурором.

Вполне вероятно, что у Пастернака уже просто не было ни сил, ни желания отстаивать свою правоту. В марте 1959 года Пастернак был на допросе у Руденко, а уже в конце 1959 года он слег с недомоганием. Оказалось, что известный писатель заболел раком легких. 30 мая 1960 года Борис Леонидович Пастернак скончался на 71-м году жизни. Несмотря на опалу писателя и поэта, сообщения о его смерти появились на страницах «Литературной газеты», газеты «Литература и жизнь» и газеты «Вечерняя Москва».

Постепенно изменилось и отношение советской власти к Пастернаку. Когда Никита Хрущев покинул Кремль, власть значительно подобрела к творческому наследию поэта. В 1965 году была издана почти вся поэзия Пастернака в серии «Библиотека поэта», в 1975 году о Борисе Пастернаке была напечатана статья в Большой советской энциклопедии. Но при этом в школьную программу произведения Пастернака не ставили – очевидно, что советская власть все же не хотела, чтобы на стихах поэта воспитывались молодые поколения советских граждан.

Что касается полной реабилитации поэта и писателя, то она началась лишь в годы перестройки. Сначала в 1986 году был создан музей Пастернака на его бывшей даче в Переделкино, а в 1988 году роман Пастернака «Доктор Живаго» все же был впервые напечатан в Советском Союзе. В том же году наследникам Пастернака была привезена из Швеции медаль нобелевского лауреата.

В то же время сейчас, когда мы являемся свидетелями новой волны антироссийской клеветы на Западе, становится понятно, что Борис Пастернак использовался антисоветскими силами лишь в качестве инструмента, судьба писателя и поэта совершенно не интересовала его мнимых покровителей в США и Западной Европе. Конечно, и советская власть тогда показала себя очень неумно, отреагировав исключением Пастернака из Союза писателей и гневными публикациями. Ведь Пастернак, который относился к советской действительности довольно критически, все же не мыслил себе жизнь на Западе, причем именно по причине того, что прекрасно понимал невозможность «растворения» в западной повседневности, принятия ценностей и установок Запада.

topwar.ru

Анализ стихотворения Пастернака Нобелевская премия

Автор был выбран на получение Нобелевской премии. Эту премию он по праву заслужил за свою огромную лепту, которую внес в литературу. Но это совершенно не принесло писателю никаких благ. СССР не очень хорошо приняли данное решение о вручении премии Пастернаку. После этого замечательные работы писателя не издают и его вычеркивают из рядов Союза писателей. В связи с советской политикой даже близкие друзья перестали общаться с Пастернаком.

Тяжелое время было для Бориса, но он написал своё стихотворение «Нобелевская премия». В нем он говорит читателю, что он обречен как зверь, который находится в загоне. В действительности автор поник и не знал, как ему пережить данный этап в жизни ведь все отвернулись.  В стихотворении он подчеркивает, что за ним погоня и выхода у него нет.

Пастернак даже сообщил в Швейцарию о том, что отказывается от премии. Но это никак не повлияло на ситуацию, ведь завистников было много, которые выслуживались перед советской властью. Пастернак никогда не мог подумать, что его близкие товарищи озлобляться на него. В строках он говорит, словно не надеясь на лучшее, что ему уже неважно как будет дальше и что его ждет, он смирился. 

В произведении автор пытается найти причину, почему его так возненавидели и что он сделал не так. Некоторые люди даже хотели, чтоб Борис признал себя шпионом прилюдно. Пастернака хотели судить, но были люди, которые могли б организовать его побег из СССР, но поет, сказал, что для него это смерть. Вскоре он узнает, что рак легких вскоре убьет его. В конце стихотворения заложен таков смысл, что скоро автор умрет, но он верит, что настанет время и добро победит всю зависть и злобу ненавистников.

Данное стихотворение не издали бы в Союзе, и автор передал строки за границу, где произведение вышло в свет в 1959 году. До суда Пастернак так и не дожил. Он умер в 1960 году.

По плану

Картинка к стихотворению Нобелевская премия

Популярные темы анализов

  • Анализ стихотворения Тургенева Роза

    Символ растения в XIX эпохе – очень востребована. Розу связывали с страстью, дамской красой, юностью, блаженством , к тому же самой существованием. Данный цветочек – актуальный составляющую произведения «Вешние воды», он наличествует в

  • Анализ стихотворения Пастернака Ветер

    Произведение "Ветер" входит в один из самых знаменитых романов великого русского писателя Бориса Леонидовича Пастернака "Доктор Живаго".

  • Анализ стихотворения Некрасова Утро

    «Последние песни» - самый мрачный и самый жуткий поэтический цикл, написанный Некрасовым. Он был создан великим поэтом перед смертью, и можно сказать, что в последние дни ему жилось несладно. Некрасов был презираем при жизни,

  • Анализ стихотворения Заболоцкого Признание

    Стихотворение «Признание» Входит в сборник лирических произведений Николая Заболоцкого. Все знают и любят это стихотворение как музыкальное произведение, воспетое многими исполнителями. Знакомы Заболоцкого, утверждали,

  • Анализ стихотворения Цветаевой Вот опять окно

    Небольшое лирическое стихотворение «Вот опять окно...» написано Мариной Цветаевой в начале XX века. Впервые оно было опубликовано в 1916 году в сборнике стихов Цветаевой под называнием «Бессонница». Оно открывает читателю сердечные

analiz-stihov.ru

Помогите сделать анализ стихотворения "Нобелевская премия" Борис Пастернак

Сразу же следует отметить важность названия стихотворения. Оно несет на себе не только тематическую, но и символическую нагрузку, так как в тексте самого произведения нет ни слова о том, чем навеяно настроение и высказанные мысли. Вынеся в заглавие причину своей печали, автор сообщает тему стихотворения и делает Нобелевскую премию символом высших заслуг и высших наказаний. Поэтому, не будь заглавия, не понятно бы было, над чем лирический герой так сокрушается. Первое четверостишие строится на приеме антитезы: противопоставляются родина автора и заграница. Поэт использует метафору (лирический герой – зверь в клетке, воля - заграница), чтобы сильнее подчеркнуть разницу между этими понятиями: Я пропал, как зверь в загоне. Где-то люди, воля, свет, А за мною шум погони, Мне наружу ходу нет. Последняя строка усиливает пессимистическое настроение. Автор явно намекает на невозможность вырваться из страны: его либо насильно лишат гражданства и вышлют, либо посадят в тюрьму. Далее перед нами разворачивается картина природы, которая символизирует безвыходность положения, так как темный лес означает волков, берег пруда – возможность утопиться или утонуть, а ель преграждает дорогу, и машина никак не проедет, значит опять лес или пруд. Это отсылает читателя к фольклорному мотиву о трех дорогах: Темный лес и берег пруда, Ели сваленной бревно. Путь отрезан отовсюду. Будь что будет, все равно. Последняя строка так же усиливает грустное настроение стиха и потому перекликается с последним стихом первого четверостишия, получается рефрен. Далее лирический герой пытается выяснить, в чем же он виноват, что оказался в таком положении. Поэт использует прием риторического вопроса: Что же сделал я за пакость, Я убийца и злодей? Ответ героя на свой же вопрос звучит иронически горько: «Я весь мир заставил плакать // Над красой земли моей». Здесь имеется ввиду роман «Доктор Живаго», за который мировое сообщество решило дать Пастернаку Нобелевскую премию. Эта развернутая перифраза как нельзя лучше показывает отношение поэта к своему творчеству. Последнее четверостишие противостоит предыдущим по своему эмоциональному настрою. Пессимизм уступает место надежде на скорое освобождение (хотя жизнь героя подходит, по его мнению, к концу) от пут глупости и чванства, которые загнали поэта в нелепую и трагичную ситуацию: Но и так, почти у гроба, Верю я, придет пора - Силу подлости и злобы Одолеет дух добра. Таким образом, не смотря на сложную политическую обстановку, Пастернак в этом произведении недвусмысленно определил свою гражданскую позицию. Его голос, как и голос А. Солженицына, был услышан, он нашел поддержку многих людей как внутри страны, так и за ее пределами. Б. Пастернак позволил россиянам понять опасность тоталитарной системы, необходимость кардинальных изменений в стране, необходимость демократических процессов и реформ.

touch.otvet.mail.ru

Пастернак Борис Леонидович — биография писателя, личная жизнь, фото, портреты, книги

В детстве он мечтал стать композитором, сочинял и импровизировал на фортепиано. В юности хотел быть философом, брал уроки у немецкого неокантиста Германа Когена. Но судьба распорядилась иначе: Борис Пастернак стал писателем, и именно литература принесла ему в 1958 году Нобелевскую премию.

Первые литературные опыты

Валерий Авдеев. Портрет Бориса Пастернака. 1942—1943. Чистопольский мемориальный музей Бориса Пастернака, Чистополь, Республика Татарстан

Леонид Пастернак. Борис Пастернак, пишущий письмо (фрагмент). 1919. Современная галерея Тейт, Лондон, Великобритания

Леонид Пастернак. Портрет Бориса Пастернака на фоне Балтийского моря (фрагмент). 1910. Чистопольский мемориальный музей Бориса Пастернака, Чистополь, Республика Татарстан

Борис Пастернак родился в Москве, в семье художника Леонида Пастернака и пианистки Розалии Кауфман. Рос будущий писатель в творческом окружении: в гостях у Пастернаков бывали Лев Толстой, Василий Поленов, Исаак Левитан, Сергей Рахманинов, Александр Скрябин. Под влиянием Скрябина будущий писатель увлекся музыкой — занимался по программе консерваторских курсов и даже написал две сонаты для фортепиано.

Учёба в гимназии давалась легко, Пастернак окончил её с золотой медалью. А вот с будущей профессией долго определиться не мог: сначала поступил на юридическое отделение историко-филологического факультета Московского университета, затем перевёлся на философское. В 1912 году он учился в Марбурге в Германии на летних курсах у философа, профессора Германа Когена, но вскоре вместе с родными уехал в Венецию. После итальянских каникул Пастернак поселился в Москве, окончил университет, но диплом не забрал: документ так и остался в архиве на Воробьёвых горах.

В это время Пастернак пробовал писать стихи. Его привлекали разные литературные объединения. Поэт участвовал во встречах московского издательства символистов «Мусагет», был членом футуристской литературной группы «Центрифуга». В 1913 году Пастернак опубликовал своё первое стихотворение в сборнике группы поэтов «Лирика», а уже в конце этого же года выпустил собственную книгу стихотворений «Близнец в тучах». Через три года вышел и второй сборник Пастернака — «Поверх барьеров».

Я – уст безвестных разговор,
Как слух, подхвачен городами;
Ко мне, что к стертой анаграмме,
Подносит утро луч в упор.

В начале 20-х годов Борис Пастернак познакомился с Маяковским в литературном объединении «ЛЕФ», поддерживал эпистолярную дружбу с Мариной Цветаевой и другими деятелями искусств в эмиграции.

Переводы и общественная деятельность Пастернака

Борис Пастернак. Фотография: booktemple.ru

Борис Пастернак. Фотография: pravmir.ru

Борис Пастернак. Фотография: sputnik-georgia.com

В 1922 году Пастернак женился на художнице Евгении Лурье, а через год у них родился сын Евгений. Чтобы содержать семью, Пастернак взялся за переводы. Он перевёл многие произведения Поля Верлена, Джона Китса, Райнера Марии Рильке и других европейский поэтов. Пастернак умел точно передать посыл, сохранить ритм и объем оригинального произведения.

Он создавал и собственные произведения: вышел сборник «Темы и вариации», появился цикл «Высокая болезнь» и роман в стихах «Спекторский». В конце 1920-х годов Пастернак дописал «Охранную грамоту» –– автобиографические заметки о юности и первой любви, путешествиях по Европе и встречах с известными современниками. С Евгенией Лурье отношения не заладились: она хотела уделять больше внимания своему творчеству. Позже их сын Евгений писал: «Обостренная впечатлительность была равно свойственна им обоим, и это мешало спокойно переносить неизбежные тяготы семейного быта». Брак распался.

В 1931 году Пастернак посетил Грузию, познакомился с местными поэтами и к переводам добавилась и грузинская поэзия. Под впечатлением от поездки он написал цикл собственных стихотворений «Волны».

Вскоре Пастернак женился второй раз –– на Зинаиде Нейгауз. На это время пришёлся период официального признания поэта: сборник его стихотворений переиздавали несколько раз, Пастернак участвовал в работе Союза писателей, а в 1934 году выступил с речью на его первом съезде. Тогда же Николай Бухарин предложил назвать Пастернака лучшим поэтом Советского Союза.

В 1935 году Борис Пастернак вместе с Ильёй Эренбургом и Исааком Бабелем представил Союз писателей на Международном конгрессе писателей в защиту культуры. В этом же году поэт заступился за арестованных мужа и сына Ахматовой, написал письмо Сталину. После их освобождения выслал главе государства книгу переводов «Грузинские лирики». Но к концу 30-х годов отношение коллег к Пастернаку ухудшилось: он писал о природе и чувствах, а от него ждали гражданской лирики, воспевающей советский строй.

С началом войны Союз писателей с семьями эвакуировали в Чистополь под Казанью. Зинаида Нейгауз вывезла в эвакуацию рукописи и письма Пастернака. В 1943 году Борис Пастернак с коллегами посетил подразделения советской армии, освободившей Орёл. Под впечатлением от поездки он написал стихотворения «Преследование», «Смерть сапёра», «Разведчики», очерки «Поездка в армию» и «Освобождённый город».

«Доктор Живаго» и Нобелевская премия

Борис Пастернак с супругой Евгенией Лурье и сыном Евгением. Фотография: theoryandpractice.ru

Борис Пастернак с супругой Евгенией Лурье и сыном Евгением. Фотография: goslitmuz.ru

Борис Пастернак с супругой Ольгой Ивинской. Фотография: theoryandpractice.ru

В 1946 году Пастернак начал писать роман «Доктор Живаго». Основным прообразом главной героини стала его новая любовь — Ольга Ивинская.

«Борис Леонидович мне часто говорил, что не нужны полные биографические совпадения героев с их прототипами. Пусть это будут собирательные образы, пусть у Тони будут черты и мои, и Зинаиды Николаевны, так же как те и другие (и ещё чьи-то третьи) будут у Лары»

Пастернак писал роман по частям, причем каждую часть он читал на встречах друзей, рассказывал о планах и задумках. Ольга Ивинская, работавшая тогда в одном из отделов журнала «Нового мира», передавала рукописи машинистке Марине Баранович, и та отпечатывала несколько экземпляров. Пастернак тут же раздавал их всем знакомым, а Ивинской говорил: «Ты не жалей, широко давай читать, кто бы ни попросил, мне очень важно — что будут говорить».

После выхода первых глав Ольгу Ивинскую арестовали, пытали, требовали рассказать, о чём будет роман, станет ли он оппозиционным. Ее осудили и отправили в лагеря, где она пробыла 4 года.

В 1955 году Пастернак закончил роман. Однако советские редакции не спешили его печатать. О романе узнал крупный итальянский издатель Джанджакомо Фельтринелли и предложил выпустить произведение. Пастернак согласился и передал экземпляр романа.

Ольга Ивинская просила Фельтринелли опубликовать роман после того, как его напечатает Литиздат. Но советское издательство от романа отказалось, и «Доктор Живаго» вышел в Италии.

Творчество Пастернака, несмотря на гонения внутри страны, высоко ценили за рубежом. В 1958 году на премию Нобеля Пастернака выдвинул лауреат по литературе, французский писатель Альбер Камю. 23 октября 1958 года Шведский комитет присудил Пастернаку звание Нобелевского лауреата и премию с формулировкой «за выдающиеся заслуги в современной лирической поэзии и в области великой русской прозы».

В этом же году «Доктор Живаго» был нелегально переиздан в Нидерландах на русском языке. Значительную часть этого тиража распространили в 1959 году на Всемирном фестивале молодежи и студентов в Вене.

Травля Пастернака и посмертная реабилитация

Борис Пастернак, Владимир Маяковский, Тамизи Найто, Арсений Вознесенский, Ольга Третьякова, Сергей Эйзенштейн и Лиля Брик. Фотография: russiainphoto.ru

Борис Пастернак. Фотография: strana.ru

Борис Пастернак и Анна Ахматова. Фотография: litfund.ru

Хотя Пастернака впервые номинировали на Нобелевскую премию еще в 1946 году, в Советском Союзе все равно считали, что награду ему вручили именно из-за «антисоветского» романа. Президиум ЦК КПСС принял постановление «О клеветническом романе Б. Пастернака», а в газете «Правда» появился фельетон, в котором «Доктора Живаго» назвали «литературным сорняком».

Признать, что присуждение Нобелевской премии роману Пастернака, в котором клеветнически изображается Октябрьская социалистическая революция, советский народ, совершивший эту революцию, и строительство социализма в СССР, является враждебным по отношению к нашей стране актом и орудием международной реакции, направленным на разжигание холодной войны.

Пастернака исключили из Союза писателей. По всей стране на заводах и в колхозах, в вузах и учреждениях культуры проходили собрания. Участники выступали против писателя-«предателя» и его творчества. Роман осуждали даже те, кто его не читал.

Я пропал, как зверь в загоне.
Где-то люди, воля, свет,
А за мною шум погони,
Мне наружу хода нет.

Постоянные выпады и обвинения со стороны бывших коллег, выступления в прессе и давление на Ивинскую принесли свои результаты. Пастернак телеграфировал в Нобелевский комитет: «В силу того значения, которое получила присужденная мне награда в обществе, к которому я принадлежу, я должен от нее отказаться, не примите за оскорбление мой добровольный отказ».

«Приехав вечером в Переделкино, я не узнал отца. Серое, без кровинки лицо, измученные, несчастные глаза, и на все рассказы – одно: «Теперь это все не важно, я отказался от премии».

Но отношение к Пастернаку это все равно не изменило. Московские писатели выступали за высылку писателя из страны. Не присоединились только молодые поэты Андрей Вознесенский, Евгений Евтушенко и Белла Ахмадулина. Обращаясь к Союзу писателей, Борис Пастернак говорил: «Я не ожидаю от вас справедливости. Вы можете меня расстрелять, выслать, сделать все, что вам угодно. Я вас заранее прощаю. Но не торопитесь. Это не прибавит вам ни счастья, ни славы. И помните, все равно через несколько лет вам придется меня реабилитировать. В вашей практике это не в первый раз».

Борис Пастернак. Фотография: theoryandpractice.ru

Борис Пастернак. Фотография: theoryandpractice.ru

Борис Пастернак. Фотография: memo.ru

Пастернаку запретили иностранные переписки, встречи с зарубежными гостями и выезд за границу.

«Две недели я пробовал это соблюдать. Но это лишение уничтожает все, ничего не оставляя. Подобное воздержание искажает все составные элементы существования, воздух, землю, солнце, человеческие отношения. Мне сознательно стало ненавистно все, что бессознательно и по привычке я до сих пор любил»

От депортации Пастернака спас телефонный звонок Хрущёву от премьер-министра Индии Джавахарлала Неру и подготовленное спецслужбами «покаянное письмо», которое поэт был вынужден подписать. Его опубликовали в газете «Правда» в ноябре 1958 года. В нём были такие строки: «У меня никогда не было намерений принести вред своему государству и своему народу. Редакция «Нового мира» предупредила меня о том, что роман может быть понят читателями как произведение, направленное против Октябрьской революции и основ советского строя. Я этого не осознавал, о чем сейчас сожалею».

Через 2 года поэта не стало.

В 1987 году Борис Пастернак был реабилитирован и его посмертно вернули в Союз писателей СССР. Через год журнал «Новый мир» опубликовал роман «Доктор Живаго», а Шведская академия признала недействительным вынужденный отказ от награды, и в 1989 году на официальной церемонии Нобелевский диплом и медаль Бориса Пастернака передали его старшему сыну Евгению.

www.culture.ru

"Нобелевская премия", Пастернак, Борис Леонидович — Поэзия


Анализ стихотворения Бориса Леонидовича Пастернака "Нобелевская премия"

В 1958 году Борис Пастернак был удостоен Нобелевской премии за выдающийся вклад в развитие мировой литературы. Это знаменательное событие, однако, не принесло поэту ожидаемой радости и, уж тем более. Никак не отразилось на его материальном благополучии. Все дело в том, что известие о присуждении столь престижной награды было воспринято в СССР в штыки. В итоге поэта исключили из Союза писателей и перестали публиковать в советских изданиях. Некоторые литературные деятели даже настаивали на том, чтобы выслать Пастернакаиз страны как шпиона и антисоветского деятеля. На такой шах правительство страны вес же не отважилось, однако отныне на поэта начались самые настоящие гонения, от него отвернулись друзья и коллеги по писательскому цеху, которые раньше открыто восхищались творчеством Пастернака.

Именно в этот непростой период он написал стихотворение «Нобелевская премия», в котором признался, что «пропал, как зверь в загоне». Действительно, автор чувствовал себя в некой западне и не видел из нее выхода, так как все пути отступления были перекрыты ярыми блюстителями государственных интересов. «А за мною шум погони, мне наружу хода нет», — с горечью отмечает Борис Пастернак и недоумевает, почему оказался в такой нелепой и достаточно опасной ситуации.

Он перепробовал различные варианты разрешения проблемы и даже отправил в Швейцарию телеграмму, в которой отказался от присужденной ему награды. Однако даже этот поступок не смягчил тех, кто начал настоящую травлю Пастернака из-за собственной зависти, мелочности и желания выслужиться перед властью. Список тех, кто публично обвинял поэта во всех смертных грехах, включал довольно большое количество известных имен в мире искусства и литературы. Среди обвинителей значились и вчерашние друзья Пастернака, что особенно сильно задело поэта. Он не предполагал, что его успех вызовет столь неадекватную реакцию тех, кого он считал вполне порядочными и честными людьми. Поэтому поэт впал в отчаянии. Что подтверждают следующие строчки его стихотворения: «Будь что будет, все равно».

Тем не менее, Пастернак пытается разобраться в том, почему попал в такую немилость и опалу. «Что же сделал я за пакость, я убийца и злодей?», — вопрошает автор. Свою вину он видит лишь в том, что сумел пробудить в сердцах многих людей искренние и чистые чувства, заставил их восхищаться красотой своей родины, которую безмерно любил. Но именно этого оказалось вполне достаточно, чтобы на автора обрушились потоки грязи и клеветы. Кто-то требовал у Пастернака публичного признания себя шпионом. Другие настаивали на аресте и теремном заключении поэта, которого за непонятные заслуги признали одним из лучших авторов за рубежом. Были и те, кто обвинял Пастернака в конъюнктуре и попытках выслужиться перед врагами Советского Союза в обмен на престижную премию. Параллельно поэту периодически поступали предложения покинуть страну, на что он неизменно отвечал, что для него это равносильно смерти. В итоге Пастернак оказался изолированным от всего общества и вскоре узнал, что болен раком легких. Поэтому в стихотворении и появляется такое финальное четверостишие: «Но и так, почти у гроба, верю я, придет пора — силу подлости и злобы одолеет дух добра».

Поэт понимал, что это стихотворение никогда не будет напечатано в СССР, так как является прямым обвинением тех, причастен к его травле. Поэтому он тайно переправил стихи за границу, где они и были опубликованы в 1959 году. После этого пастернака обвинили в шпионаже и в измене родине. Однако судебный процесс над поэтом так и не состоялся, потому что в 1960 году он скончался на своей даче в Переделкино.

poesy.site

Нобелевский лауреат — изгой. Как советская власть давила Пастернака

31 октября 1958 года Борис Пастернак написал письмо Никите Хрущёву, где объяснил, что жизнь вне родины для него немыслима. За неделю до этого он стал нобелевским лауреатом. Но травля со стороны советской власти заставила писателя, благодаря переводам которого на русском языке с нами заговорили шекспировские Ромео и Джульетта и Фауст Гёте, отказаться от премии.

В течение десяти лет — с 1945 по 1955 год — Пастернак трудился над романом "Доктор Живаго", который стал вершиной его творчества, и одновременно из-за которого писатель подвергся нападкам со стороны правительства. Произведение было запрещено к печати из-за критического отношения Пастернака к Октябрьской революции. Негативное отношение к роману сложилось и в официальной литературной среде. Главный редактор журнала "Новый мир" Константин Симонов при отказе в публикации "Доктора Живаго" заявил: "Нельзя давать трибуну Пастернаку!"

Но о новом романе Пастернака стало известно на Западе, им заинтересовался молодой итальянский издатель Фельтринелли. К осени 1957 года писатель понял, что он не дождётся издания романа в России, и тайно предоставил издателю право напечатать итальянский перевод. Уже 23 ноября на книжных полках Италии появился роман "Доктор Живаго", следом книгу опубликовали во Франции.

Советская власть не знала, что делать: роман уже вышел на 23 языках, среди которых был даже язык индийской народности. Поэтому было решено никаких действий по отношению к Пастернаку пока не предпринимать.

В СССР подобную выходку писателя сочли возмутительной, но дали ему шанс исправиться. В декабре 1957 года на дачу Пастернака в Переделкино по настоянию отдела культуры ЦК КПСС пригласили иностранных корреспондентов и потребовали от автора нашумевшего романа отречься от издателя и соврать, что тот украл недоработанную рукопись. Но неожиданно для всех во время интервью Пастернак заявил: "Моя книга подверглась критике, но её даже никто не читал", — и добавил, что сожалеет об отсутствии издания на русском языке.

Фото: © РИА Новости, Shutterstock

23 октября 1958 года Борис Пастернак стал вторым русским писателем после Бунина, которому была присуждена Нобелевская премия по литературе "За выдающиеся достижения в современной лирической поэзии и развитие традиций классической русской прозы". Секретарь Нобелевского фонда Андерс Эстерлинг отправил Пастернаку телеграмму с поздравлением и пригласил на вручение премии 10 декабря в Стокгольме. Пастернак ответил кратко: "Бесконечно признателен, тронут, горд, удивлён, смущён".

"Вечером того дня, когда в Москве стало известно, что отцу присудили Нобелевскую премию, мы радовались, что все неприятности позади, что получение премии означает поездку в Стокгольм и выступление с речью. Как это было бы красиво и содержательно сказано! Победа казалась нам такой полной и прекрасной. Но вышедшими на следующее же утро газетами наши мечты были посрамлены и растоптаны", — сын писателя Евгений Пастернак.

В это же время ЦК КПСС приняло постановление "О клеветническом романе Б. Пастернака".

1. Признать, что присуждение Нобелевской премии роману Пастернака, в котором клеветнически изображается Октябрьская социалистическая революция, советский народ, совершивший эту революцию, и строительство социализма в СССР, является враждебным по отношению к нашей стране актом и орудием международной реакции, направленным на разжигание холодной войны.

2. Подготовить и опубликовать в "Правде" фельетон, в котором дать резкую оценку самого романа Пастернака, а также раскрыть смысл той враждебной кампании, которую ведёт буржуазная печать в связи с присуждением Пастернаку Нобелевской премии.

3. Организовать и опубликовать выступление виднейших советских писателей, в котором оценить присуждение премии Пастернаку как стремление разжечь холодную войну.

Пастернак этого ещё не знал, 24 октября он отмечал с друзьями семьи именины своей жены Зинаиды Николаевны и известие о присуждении Нобелевской премии. По настоянию заведующего отдела культуры ЦК КПСС Дмитрия Поликарпова в Переделкино приехал друг Пастернака, писатель Константин Федин. Ему было поручено уговорить лауреата отказаться от премии. Во время разговора на повышенных тонах Федин заявил, что если Пастернак не откажется от премии, то последствия непредсказуемы. Но писатель твёрдо стоял на своём: от Нобелевской премии он отказываться не будет.

После этого разговора Пастернак потерял сознание и все последующие дни не читал газет. Это было правильное решение.

Давид Заславский, который давно недолюбливал Пастернака, написал статью "Шумиха реакционной пропаганды вокруг литературного сорняка", опубликованную в "Правде" 26 октября: "Захлебываясь от восторга, антисоветская печать провозгласила роман "лучшим" произведением текущего года, а услужливые холопы крупной буржуазии увенчали Пастернака Нобелевской премией".

В то же время студенты-добровольцы из Литинститута вышли на демонстрацию с плакатом "Иуда, вон из СССР": карикатурно нарисовали Пастернака, рядом изобразили мешок с долларами, к которым писатель тянулся.

Борис Пастернак и Анна Ахматова. Фото: © РИА Новости, Shutterstock

28 октября в отделе культуры ЦК КПСС обсуждался вопрос "О действиях члена Союза писателей СССР Б.Л. Пастернака, несовместимых со званием советского писателя". Автор "Доктора Живаго" из-за плохого самочувствия не смог приехать на заседание. Присутствовавшие писатели единодушно приняли решение исключить Пастернака из членов Союза советских писателей. Не изменила их вердикта и телеграмма от британских писателей, вступившихся за лауреата: "Мы глубоко встревожены судьбой одного из величайших поэтов и писателей мира Бориса Пастернака… Во имя той великой русской литературной традиции, которая стоит за вами, мы призываем вас не обесчестить эту традицию, подвергая гонениям писателя, почитаемого всем цивилизованным миром".

Исключения Пастернака из Союза писателей советской власти было мало — генерал-полковник Владимир Семичастный предложил писателю на одном из докладов ЦК ВКЛСМ эмигрировать: "Свинья… никогда не гадит там, где кушает, никогда не гадит там, где спит. Поэтому если сравнить Пастернака со свиньёй, то свинья не сделает того, что он сделал. Он нагадил там, где ел, он нагадил тем, чьими трудами он живёт и дышит... А почему бы этому внутреннему эмигранту не изведать воздуха капиталистического, по которому он так соскучился и о котором он в своём произведении высказался".

Пастернак понимал, что у него нет другого выхода, как только отказаться от премии. Он написал в Шведскую академию: "В силу того значения, которое получила присуждённая мне награда в обществе, к которому я принадлежу, я должен от неё отказаться. Не сочтите за оскорбление мой добровольный отказ".

Также по советам адвокатов из Всесоюзного агентства по охране авторских прав 31 октября Пастернак написал письмо Хрущёву.

"Уважаемый Никита Сергеевич,

Я обращаюсь к Вам лично, ЦК КПСС и Советскому правительству.

Из доклада т. Семичастного мне стало известно о том, что правительство "не чинило бы никаких препятствий моему выезду из СССР".

Для меня это невозможно. Я связан с Россией рождением, жизнью, работой.

Я не мыслю своей судьбы отдельно и вне её. Каковы бы ни были мои ошибки и заблуждения, я не мог себе представить, что окажусь в центре такой политической кампании, которую стали раздувать вокруг моего имени на Западе.

Осознав это, я поставил в известность Шведскую академию о своём добровольном отказе от Нобелевской премии.

Выезд за пределы моей Родины для меня равносилен смерти, и поэтому я прошу не принимать по отношению ко мне этой крайней меры.

Положа руку на сердце, я кое-что сделал для советской литературы и могу ещё быть ей полезен.

Вскоре Пастернака вызвали в Кремль, он обрадовался — надеялся на личную встречу с Хрущёвым. Но его ждал Поликарпов, который сообщил, что писатель может остаться на родине.

Ещё через пару дней ТАСС был уполномочен заявить, что "со стороны государственных органов не будет никаких препятствий, если Б.Л. Пастернак выразит желание выехать за границу для получения присуждённой ему премии... В случае если Б.Л. Пастернак пожелает совсем выехать из Советского Союза, общественный строй и народ которого он оклеветал в своём антисоветском сочинении "Доктор Живаго", то официальные органы не будут чинить ему в этом никаких препятствий".

Травля из-за премии пошла на спад после публикации в "Правде" письма Пастернака. "В моём положении нет никакой безысходности. Будем жить дальше, деятельно веруя в силу красоты, добра и правды. Советское правительство предложило мне свободный выезд за границу, но я им не воспользовался, потому что занятия мои слишком связаны с родною землёю и не терпят пересадки на другую".

Это была временная передышка. Гонение Пастернака вновь началось в марте 1959 года, после публикации на Западе его стихотворения "Нобелевская премия".

Я пропал, как зверь в загоне.

Где-то люди, воля, свет,

А за мною шум погони,

Мне наружу ходу нет.

Тёмный лес и берег пруда,

Ели сваленной бревно.

Путь отрезан отовсюду.

Будь что будет, всё равно.

Что же сделал я за пакость,

Я убийца и злодей?

Я весь мир заставил плакать

Над красой земли моей.

Но и так, почти у гроба,

Верю я, придёт пора —

Силу подлости и злобы

Одолеет дух добра.

В один из дней, когда Пастернак гулял один по Переделкино, подъехала машина, в которую его затолкали силой и привезли в прокуратуру. Его допрашивал лично генпрокурор Руденко. Писателя обвиняли по 64-й статье — "Измена Родине". На протяжении двух часов Пастернака запугивали возбуждением уголовного дела: если ещё раз его произведение будет опубликовано на Западе, то он будет арестован.

Отказ от Нобелевской премии, нападки правительства, критика со стороны других писателей — все эти волнения сильно подорвали здоровье 69-летнего Пастернака. В апреле 1960 года он впервые почувствовал, что болен: из-за боли в левой лопатке он не мог писать сидя. 30 мая он умер от рака лёгких.

Роман Пастернака "Доктор Живаго" лёг в основу голливудской экранизации, удостоенной "Оскара". Но впервые на русском языке произведение было напечатано только в 1989 году, через 29 лет после смерти автора. Тогда же медаль Нобелевского лауреата была вручена членам семьи Пастернака.

life.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.