Стих аптека улица фонарь


«Какое стихотворение начинается: "Ночь, улица"?» – Яндекс.Кью

Тут возможны два ответа. Если говорить о загадках текста — то это не стихотворение, а X глава «Евгения Онегина», которую Пушкин тщательно зашифровал. Восстановлено лишь несколько отрывков («Властитель слабый и лукавый…» и прочее хрестоматийное), было несколько попыток реконструкции, но ни о какой достоверности тут не может быть и речи.

А если мы говорим о загадочности в смысле «как это сделано? почему так?», то я назвал бы стихотворение «Воспоминание» (rvb.ru), на мой взгляд, вершинное стихотворение Пушкина. Поразительно здесь все — от метрики (нечастое сочетание шестистопного ямба с цезурой и четырехстопного ямба, создающее эффект неравномерного качания, прилива-отлива), и интимный уровень элегической интроспекции, далеко превосходящий большинство современных Пушкину текстов (за исключением, может быть, Баратынского), и — самое главное — то, что Пушкин, создавая один из самых совершенных своих текстов, отбросил великолепное его продолжение. Канонический текст оканчивается строками:

И с отвращением читая жизнь мою,
Я трепещу и проклинаю,
И горько жалуюсь, и горько слезы лью,
Но строк печальных не смываю.

В черновике же стихотворения после этого стоит еще несколько строк, которые, как пишут комментаторы, «не были обработаны Пушкиным», но стихотворение появилось в печати без них:

Я вижу в праздности, в неистовых пирах,
В безумстве гибельной свободы,
В неволе, бедности, изгнании, в степях
Мои утраченные годы.
Я слышу вновь друзей предательский привет
На играх Вакха и Киприды,
Вновь сердцу моему наносит хладный свет
Неотразимые обиды.
Я слышу вкруг меня жужжанье клеветы,
Решенья глупости лукавой,
И шёпот зависти, и лёгкой суеты
Укор весёлый и кровавый.
И нет отрады мне — и тихо предо мной
Встают два призрака младые,
Две тени милые, — два данные судьбой
Мне ангела во дни былые;
Но оба с крыльями и с пламенным мечом.
И стерегут… и мстят мне оба.
И оба говорят мне мёртвым языком
О тайнах счастия и гроба.

Как можно было отказаться от этого? Это сравнимо, наверное, если не с отсечением у самого себя конечности, то с замазыванием части полотна — с хладнокровным (хладнокровным ли?) пониманием, что так будет лучше, лаконичнее. Загадка. Когда я думаю об этом стихотворении, я не могу заставить себя читать его без второй части.

И не меньшая загадка — кто эти два ангела, две тени милые, которые уже зовут Пушкина к себе? Комментаторы Пушкина говорят о том, что одна из теней — Амалия Ризнич (wikipedia.org), которой посвящено написанное ранее тем же размером стихотворение «Под небом голубым страны своей родной…» Кто вторая — кто-то еще из возлюбленных Пушкина, рано умерших, о ком мы не знаем? Можем ли мы вообще говорить об этом в контексте стихотворения, явно переводящего земную любовь в сферу небесного (так Беатриче решила спасти душу Данте и послала к нему Вергилия, и в Беатриче, встреченной Данте в раю, не было ничего земного)?

yandex.ru

Ночь Улица Фонарь Аптека - текст и анализ стиха Александра Блока

Меню статьи:

Текст стихотворения

Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века —
Все будет так. Исхода нет.
Умрешь — начнешь опять сначала
И повторится все, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.

Историческая атмосфера

Начало 20-го века ознаменовалось растерянностью, озлобленностью и безверием народа. Революционные настроения, гнев, бунт против существующего строя – все это влияло на творчество поэта.

В начале XX столетия существовали два крайних лагеря – грубые материалисты, отказывающиеся от всего духовного и возвышенного, и те, кто полностью оторвался от реальности, предпочитая жить в иллюзиях, мечтах и воздыханиях о высоких мирах.

В юности Александр Блок верил, что возвышенная поэзия спасет мир. В это время поэты писали стихи, в которых все выражалось символически, не было никакой связи с реальным миром, и подобное творчество было востребовано среди высшего общества.

Поэт принадлежал к символистам и пользовался большой популярностью среди барышень и молодых людей из общества. Для Блока, как и для некоторых его современников, это была попытка убежать от жестокой реальности времени, в котором они жили.

В начале XX века многие считали, что город – это скопление всего отрицательного, разрушительного и унылого. Маяковский пишет «Адище города», в котором употребляет эпитеты «у раненного солнца вытекал глаз» а «Ночь излюбилась, похабна и пьяна». В описании Маяковского «дряблая луна» далека от романтического описания. Но и лунный образ Блока в его «Незнакомке» тоже не прекрасен, луна в его стихе «бессмысленно кривится».

История написания стихотворения

Семейная трагедия – смерть отца и смерть сына в 1909 году встряхнула поэта, заставила пересмотреть жизненные ценности и все, во что он верил прежде, и поэт остался ни с чем. Его иллюзии разлетелись, а твердой веры и основания под ними не оказалось.

Как важно проверять свое духовное основание в благоденствии, чтобы не потерпеть крах во время беды!

Став старше и пережив удары судьбы, Блок отказывается от символизма. Стих «Ночь, улица, фонарь, аптека», который он написал в 1912 году – один из первых стихов нового для поэта направления. В стихе явно то, что поэт не верит в вечную жизнь как продолжение физической, не верит в рай и ад, проповедуемые христианством. Даже реинкарнация, существование которой он допускает, не дает ему ни основания для покоя, ни надежды.

Стих, который стал одним из наиболее известных произведений Блока, пугал его друзей и современников своей безнадежностью и безысходностью. Символизм, не имеющий связи с реальностью, больше не привлекал поэта.

Место, описанное в произведении

Блок написал это стихотворение, вошедшее в поэму «Пляски смерти», в Петербурге 10 октября 1912 года, в своей квартире. Блок всегда был очень впечатлительным и конкретным, поэтому предполагают, что данное произведение связано с конкретным местом в Петербурге.

Мост, ведущий на Крестовский остров, обычно по ночам был пустынным и не освещался фонарями и охранялся только одним полицейским. Поэтому он нередко притягивал к себе самоубийц. На углу Большой Зелениной улицы и набережной Малой Невки находилась аптека, в которой нередко оказывали помощь несостоявшимся суицидникам.

Эта аптека навевала мрачные мысли у того, кто знал об этом.
Единственный газовый фонарь, освещавший вход в аптеку, возможно и был тем самым, который упоминается в стихотворении Блока. Темный канал с бликами фонаря, горевшего на берегу, аптека, видевшая немало несостоявшихся самоубийц и набережная, куда попадали те, кому удалось спрыгнуть с моста – все эти места наводили на тягостные думы. И «ледяная рябь» помнила тех, кто ушел из жизни.

Блок любил Петроградскую сторону, и предполагают, что именно эту аптеку поэт увековечил своим произведением.

Тема стиха

Тема стихотворения – мрачная бессмысленность жизни и даже смерти, или реинкарнации.

Судя по стихотворению, поэт отверг позицию христианства, в которой смысл жизни человека в том, чтобы познавать Творца, наслаждаться тем, что Он любит человека и учиться любить Его в ответ. Смысл, который и после смерти продолжается.

Стихотворение Александра Блока “Незнакомка” – портрет начала нового века, нового вита русской литературы. Это произведение – одно из любимых текстов самого автора. Предлагаем читателям ознакомиться с его сюжетом

Подобное отвержение неизбежно приводит человека к пониманию бессмысленности жизни, ведь вечную душу ничто временное не может успокоить по-настоящему. Физический мир стабилен, и это благо для тех, кто живет на земле. Но поэта мысль о том, что, даже вернувшись на землю в другом обличии, он вновь увидит то же самое, приводит в уныние и отчаяние. И даже то, что слова меняются, скорее, добавляет трагичности за счет «мужской рифмы» слова «фонарь» вместо женской рифмы слова «аптека». «Аптека, улица, фонарь»

Символичность стиха позволяет каждому читателю увидеть свои оттенки. Кто-то видит надежду в упоминании фонаря в конце стихотворения, но свое отношение к фонарю поэт высказал раньше:

«Бессмысленный и тусклый свет»

Как бы читатель не старался найти надежду, вчитываясь в строчки – поэт вряд ли видит ее.

Тема смерти в стихе выводится на более глубокий уровень – духовной смерти. Ведь жизнь без надежды даже в смерти найти избавление – это умирание души. Вера или допущение существования реинкарнации не дает успокоения, ведь поэт уверен, что в этой самое новой жизни не увидит более радостной картины.

Также стихотворение начинает тему страха и отчаяния в творчестве Блока.
«Ночь», «умрешь», «исхода нет», «ледяная рябь».

В дальнейшем Блок все чаще будет писать о страшной российской действительности, ломающей жизни и души с присущей поэту точностью и яркостью. Он не смог принять принципы большевизма, уверенный в мраке того будущего, которое они провозглашали.

Композиция

Композиция стихотворения зеркальная. В конце повторяется первая строка, хотя в ней меняется порядок слов. Именно изменение порядка слов усугубляет безнадежность. Также как реинкарнация ничего не изменит, так и перестановка того, что видит герой не меняет сути – все однообразно, холодно и бессмысленно.

«Умрешь — начнешь опять сначала
И повторится все как встарь»

Слова «начнешь сначала» могут означать и как веру поэта в реинкарнацию, так и образное выражение – влияние символизма в котором он писал прежде.
В начале века город ассоциировался с духовной деградацией на фоне технического прогресса. Достоевский делает город соучастником совершенного героем убийства в романе «Преступление и наказание».

Блок употребляет описание городского пейзажа именно для того, чтобы подчеркнуть свои темные и тяжелые мысли. В его произведении город имеет разрушительное начало.

Поэт утверждает, что все в мире циклично и однообразно:

“Все будет так. Исхода нет”

Стихотворение является развернутой метафорой. Бессмысленность жизненного пути, бесконечная безнадежность существования человека.

В стихотворении две части: в первой поэт говорит о жизни, во второй о смерти. Но в подавленном душевном состоянии он не видит разницы между жизнью и смертью, ведь в этом произведении смерть – это лишь реинкарнация, при которой он вернется опять на то же место в то же время и не важно, в каком обличии.

Главный герой

В этом стихотворении главный герой остается «за кадром». Но именно поэт остается главным героем повествования, которое превращено им в метафору.
В юности Блок жил поэзией и был убежден, что именно красота и поэзия спасут мир. Но его убеждения рассыпались, столкнувшись с трагической действительностью. Смерть близких изменила всю жизнь и веру поэта.

Произведение А. Блока «Россия» написано как следствие мрачных событий смутного времени – первой русской революции. Предлагаем читателям ознакомиться с его описанием

Употребление глаголов во 2-м лице «начнешь, умрешь» словно обобщает всех людей, ставя их на место поэта. Он уверен, что каждый человек может и должен чувствовать то же, что чувствует он.

По убеждению Блока, мир именно таков, каким он его видит. В данный момент поэт не может предполагать, что его картина мира исказилась тем, во что он верит, и для других людей мир может выглядеть совершенно иначе. Не предполагает, что есть люди, у которых в тот же момент времени есть цель в жизни «…ради которой жить и умереть очень даже стоит…».

Употреблением глаголов во 2-м лице, поэт ставит всех людей на свою ступень, вовлекая в свою философию смерти и бессмысленности жизни.

«Живи еще хоть четверть века
Все будет так. Исхода нет
Умрешь – начнешь опять сначала…»

Несмотря на тяжелые мысли, поэт любил Россию и после революции не уехал за границу. Было это от того, что Блок сделал свой выбор, который состоял в ценности родины или от безразличия и отчаяния – никто не сможет сказать. Но это решение было для поэта губительным. Оно привело его к преждевременной гибели.

С подобными мыслями и настроением поэт создал не одно произведение. Его размышления продолжаются в стихах

«Как тяжко мертвецу среди людей», «Пустая улица. Один огонь в окне», «Старый, старый сон. Из мрака…», «Миры летят. Года летят…».

Жанр

Стих относится к философской лирике. Лирический герой рассуждает о жизни и смерти.

Написано четырехстопным ямбом.

В последнем слове первой строчки ударение на втором слоге – это женская рифма. Она звучит мягче, последующий монолог звучит легче.

В последней строчке те же слова, но в другом порядке, и заканчивается строчка и весь стих словом «фонарь», имеющим мужскую рифму (ударение на последнем слоге), отчего слово звучит жёстче, резче. После него (по интонации) невозможно продолжение, словно подведен итог. Это почти нивелирует общепринятое упоминание о свете как о выходе, радости и надежде. Поэт и прежде говорит о фонаре «бессмысленный и тусклый свет» и употребление этого слова в конце также сводит на «нет» символ надежды.

Средства выразительности

В стихотворении использованы символы, подчеркивающие тяжелые чувства автора.

“Ночь, улица, фонарь, аптека”.
Жизненный путь, проходящий во мгле, в которой даже фонарь не дает выхода и достаточного света, чтобы разглядеть самое важное.

Эпитет “Ледяная мгла канала» символизирует смерть, холод, страх перед жизнью и смертью.

Также в стихотворении употреблена аллитерация: «бессмысленный и тусклый свет»

Сравнение: «И повторится все, как встарь»
Также мы видим в стихе рефрен – перед глазами героя одна и та же картина на протяжении всей жизни, и даже после смерти.

Внимательный читатель заметит, что поэт отходит от принятого противопоставления тьмы как символа всего отрицательного и света, как символа добра и надежды. Свет в его стихе не сильно отличается от тьмы, он едва рассеивает мрак, потому что «бессмысленный и тусклый».

Поэт попал в замкнутый пространственный круг, в котором предполагает находиться не только через «четверть века», но даже в следующей жизни. По его мнению, пейзаж не изменится никогда, а значит, и ощущения останутся …

Слова «ночь, улица…» являются скорее символами, повторяющегося бесконечного однообразия и безысходности, чем описанием конкретной местности. Хотя Блок всегда придерживался конкретики, даже в символизме.

В стихотворении Александра Блока все существование людей окрашено в темные тона, не имеет радости, смысла и утомительно однообразно. Все мироздание сводится к одной картине – темной улице, тусклому фонарю у аптеки и ледяному каналу.

Особенности стиха

В этом стихотворении Блок отходит от привычного символизма, описывает реальность, хотя и не избегает употребления нескольких символов.

Стих наполнен темными красками, отсутствием смысла и надежды. Он является скорее песнью смерти, чем жизни. Но даже смерть в нем не является чем-то определенным. В «посмертии» опять приходится вернуться в тот же безрадостный и тягостный пейзаж, в ту же бесконечную бессмысленность.

Автор меняет привычные символы. Свет в его стихе уже не является символом надежды и радости, а смерть не избавляет от необходимости смотреть на опостылевшую картину окружающего мира.

Также время не меняет в произведении автора унылый пейзаж, вопреки обычной уверенности людей, что в мире меняется все и «в одну воду родника не войти дважды». Но у Блока картина мире однообразна как зацикленный короткий видеоролик.

В живой природе неизменность картины нереальна, но в городе, среди мостовых и каменных стен это становится возможным. Даже вода в его произведении словно застыла. Она не течет. Поэт видит только рябь и это дополняет иллюзию однообразия картины.

Здесь все кружится на месте: время и вода. Свет изменил свою сущность, смерть перестала быть концом или даже привычным для христианина порогом в вечность и надеждой на встречу с Творцом. Смерть тоже словно свернулась кольцом, возвращая ушедшего к началу.

Автор кружится в этом замкнутом круге и уверен, что все человечество вынуждено совершать эти бессмысленные обороты.

Отзывы критиков

В. Гиппиус, которому Блок прочитал его, был поражен мрачностью стиха.
И все же «Ночь, улица, фонарь…» – одно из самых известных стихотворений Александра Блока. Его современники приняли стих с удивлением, но он получил много откликов и довольно быстро стал популярным.

“Он делал все — «по-настоящему». Но все же чувствовал — ни на минуту не переставал чувствовать, что это — не то, не настоящее”.

Евгений Замятин

«…каждое из его медленных, скупых слов казалось таким тяжелым, так оно было чем-то перегружено, что слово легкое или даже много легких слов не годились в ответ».

Зинаида Гриппиус

«…встреча, за дружеским ужином у Сологуба, очаровательного поэта, очаровательного хозяина и человека с острым проникновенным умом, явила мне Блока читающим замечательные стихи о России, и он мне казался подавленным этой любовью целой жизни, он был похож на рыцаря, который любит Недосяжимую, и сердце его истекает кровью от любви, которая не столько есть счастье, сколько тяжелое, бережно несомое бремя. Казалось, что Блок поникал, пригибался, что тяжесть, которую он нес, была слишком велика даже и для его сильных рук, даже и для его упрямства, священного, как обеты средневековья».

Константин Бальмонт

r-book.club

Аптека из стихотворения Блока

Немногие знают, что у знаменитой аптеки из стихотворения Александра Александровича Блока «Ночь, улица, фонарь, аптека» есть реальный прототип в Петербурге, где поэт жил и творил всю жизнь. Заведение можно увидеть, сфотографировать, отовариться там цитрамоном и оциллоконцинумом, но самое главное — почувствовать атмосферу старой Северной столицы. Она не то чтобы сильно изменилась за последние сто лет — точнее с 10 октября 1912 года, когда стихотворение было написано.

Споры о расположении аптеки

За три месяца до написания известного стихотворения Блок со своей женой, Любовью Дмитриевной Менделеевой (дочерью Дмитрия Дмитриевича Менделеева, к которой после женитьбы быстро остыл), переехал в квартиру дома №57 по Офицерской улице (ныне — Декабристов, переименована в 1918 году).

Дом №57 по бывшей Офицерской улице, где жил Александр Блок

Недалеко от этого места и поныне располагается знаменитая аптека. Возникает только вопрос, какая именно, ведь на улице Офицерской их две – в доме за нумером 27 или за нумером 51? Сам поэт отвечал на этот вопрос туманно, не делая конкретных отсылок: «В каждом доме есть аптека».

Считается, что Блок описывал в стихотворении «Ночь, улица, фонарь, аптека» именно первую из них (в 27-м доме), так как она расположена недалеко от Крюкова канала, напротив Мариинского театра:

…Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.

Эта версия принадлежит профессору Медицинской академии им. И.М. Сеченова В. Карташову. Многим она кажется не совсем точной, так как аптека находится не на набережной, а чуть поодаль – и «ледяной ряби канала» оттуда не видно. К тому же, этот район всегда был довольно оживленным из-за соседства с театром, о чем в произведении нет ни слова. Однако именно рядом с этой аптекой находится знаменитый фонарь. И она же ближе всего расположена к каналу, даже если его оттуда и не очень хорошо видно.

Писатель Корней Чуковский растолковал произведение Александра Блока иначе. По его мнению, речь идет о другой аптеке на бывшей Офицерской улице – той, что в 51 доме. Многие с этой теорией не соглашаются, так как в том районе нет каких-либо водоёмов и рек в непосредственной близости. Гораздо правдоподобней кажется версия о том, что поэт эту аптеку тоже обессмертил, но в другом стихотворении цикла «Пляски смерти» («Пустая улица. Один огонь в окне…»).

На бывшей Офицерской в доме №51 сейчас чего только не расположено. А вот аптеки нет

Авторитетной, но менее похожей на истину кажется третья версия расположения аптеки, принадлежащая перу академика Дмитрия Сергеевич Лихачева. Он полагал, что это место никаким образом не связано с улицей Офицерской, а сама фармацевтическая организация находится на Петроградской стороне, где Александр Александрович жил ранее. Аптека, которую можно увидеть там (ее даже называли учреждением самоубийц — об этом вы можете прочесть в комментарии академика), как нельзя лучше вписывается в колорит произведения: расположена в достаточно глухом и мрачном месте, куда редко заходили люди. Ее адрес: улица Большая Зеленина, 44, на пересечении улицы Большая Зеленина и набережной адмирала Лазарева, у моста на Крестовский остров. Однако, и на это сам обращает внимание Дмитрий Сергеевич, поблизости нет ни каналов (Малую Невку, у моста которой было эта аптека, назвать каналом сложно), ни фонарей.

Почему именно эта аптека?

Создание стихотворения пришлось на то время, когда Петербург охватила череда самоубийств. Поэта как-то попросили прокомментировать это явление, но все, что он ответил, свелось к его вере в непостижимое: «Самоубийств было бы меньше, если бы люди научились лучше читать небесные знаки».
Впрочем, тоска не обошла и мнительного по характеру Блока – его беспокоило собственное здоровье, а также то, что отношения с супругой ухудшились.

В начале октября 1912 года в мрачном настроении он отправился на выставку. После нее у него не получилось встретиться с матерью, и поэт пошел бродить по темным улицам в еще более недобром расположении духа. Рядом с набережной, где он проходил, находилась только что открытая помощником провизора Яковом Мандельштамом (к поэту Осипу Мандельштаму этот человек отношения не имеет) аптека Ново-Мариинская, а возле нее – светящий фонарь.

На парапете у реки Мойки повис матрос, собирающийся утопиться (из дневников поэта понятно, что причиной такого поступка стала женщина). Блок спас матроса, вытянув его с парапета и отвел к ближайшей аптеке (именно той, что в 27-м доме, прямо напротив Мариинского театра), а вскоре после этого метафорично и запечатлел произошедшее событие в своем самом известном восьмистишии. В общем — вроде бы все сходится, предлагаем принять эту версию за базовую.

Как выглядит место действия стихотворения в настоящее время

На 57-м доме установлена мемориальная табличка, посвященная Блоку. Его квартира на втором этаже превращена в музей, который может посетить каждый желающий (читайте наш материал о квартирах писателей в Петербурге).

С момента написания стихотворения прошло уже больше 100 лет, а место, где оно было написано, практически не изменилось – в доме №27 по улице Декабристов по-прежнему располагается аптека, а рядом с ней все так же светит по ночам фонарь.

Аптека в доме №27 по ул. Декабристов

Отличием является то, что спустя сто лет бывшая Офицерская стала намного ярче, светлее и многолюдней. Перестал быть мрачным и Мариинский театр напротив известной аптеки.

Однако его непростая своеобразная атмосфера сохранилась.
Район называется Коломна и представляет собой как бы окраину Петербурга. «Как бы» — потому что на самом деле это исторический (но далеко не туристический) центр, но в силу того, что он огражден Невой, то возникает ощущение, что здесь какой-то медвежий угол. Очень, впрочем, живописный медвежий угол. Аутентичный, так сказать. Архитектурные веяния последних лет, все эти дома из стекла и бетона, сюда почти не добрались — исключение лишь вторая сцена Мариинского театра, которая, впрочем, вид если и портит, то несильно.

Вторая сцена Мариинского театра — здание из стекла и бетона

Преимущественно здесь остались те самые дома, построенные в XIX- первой половине XX века, в которых жил простой рабочий люд, небогатые дворяне, служащие разных контор и ведомств, клерки, ну и, разумеется, «артисты больших и малых академических театров». Считается, что Коломна это и есть классический «Петербург Достоевского».

Что также важно: сюда почти не дошли большие сетевые магазины и всякая шушера в виде рекламных носителей — огромные баннеры, вывески, плакаты, загромождающие проход тумбы, аляповатые стенды и прочая дребедень, которая несуразными пятнами ложится на красивую картинку города.
Здесь мало машин, а еще меньше — дорогих.

Район, впрочем, самобытный не только в плане архитектуры и организации пространства. Людское наполнение у него тоже своеобразное. С одной стороны, здесь очень много художественных и религиозных заведений — от Мариинского театра, Консерватории, хорового училища до Синагоги и Эстонской церкви, что предполагает под собой богемный интеллектуальный контингент. С другой, народ здесь простой: в середине дня можно легко встретить одетого в потертую футболку и треники алкаша с бутылкой пива в руке, а веселые граждане на уличной веранде пивной могут задирать проходящих мимо дам веселыми шутками.

В заключение можно отметить, что знаменитое место нашло отражение в творчестве не только Александра Блока. Вслед за ним стихотворение написала и Анна Ахматова («Он прав — опять фонарь, аптека…»). В произведении поэтесса воспевает самого Блока в окружении того же так поразившего его когда-то петербургского вида рядом с Мариинкой.

Тем, кто хочет поближе познакомиться с Петербургом Достоевского, рекомендуем обратить внимание на эти экскурсии:

spb-gid.ru

Ночь, улица, фонарь, аптека ~ стихотворение Александра Блока ~ Beesona.Ru

Главная ~ Литература ~ Стихи писателей 18-20 века ~ Александр Блок ~ Ночь, улица, фонарь, аптека

На этой странице читайте стихотворение «Ночь, улица, фонарь, аптека...» русского писателя Александра Блока, написанное в 10 октября 1912 году.

Стихотворение Александра БлокаНочь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века -
Все будет так. Исхода нет.

Умрешь - начнешь опять сначала
И повторится все, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.

Год создания: 10 октября 1912
Опубликовано в издании:
Александр Блок. Избранное.
Москва, "Детская Литература", 1969.

Мне нравится:

0

© Александр Блок

Другие стихи Александра Блока:

Второе крещенье

Открыли дверь мою метели,
Застыла горница моя,
И в новой снеговой купели
Крещен вторым крещеньем я.

Твое лицо мне так знакомо

Твое лицо мне так знакомо,
Как будто ты жила со мной.
В гостях, на улице и дома
Я вижу тонкий профиль твой.

Ночь на новый год

Лежат холодные туманы,
Горят багровые костры.
Душа морозная Светланы
В мечтах таинственной игры.

* * *

Дождешься ль вечерней порой
Опять и желанья, и лодки,
Весла и огня за рекой?
Фет¹

Неизбежное

Тихо вывела из комнат,
Затворила дверь.
Тихо. Сладко. Он не вспомнит,
Не запомнит, что теперь.

Встану я в утро туманное

Встану я в утро туманное,
Солнце ударит в лицо.
Ты ли, подруга желанная,
Всходишь ко мне на крыльцо?

www.beesona.ru

Аптека, улица, фонарь

Самвел Григорян об истории известного стихотворения

Стихи на стене

Двадцать лет назад на родине великого Рембрандта, в голландском городе Лейдене, был дан старт уникальному культурному проекту. Его инициаторы задались целью превратить прогулку по старинному университетскому городу в пролистывание сборника бессмертных стихотворений. Первыми поэтическими творениями, запечатлёнными на стенах домов, стали безотчётное пророчество Марины Цветаевой («Моим стихам, написанным так рано…»), размышления тридцатого сонета Шекспира и безысходное совершенство блоковского шедевра «Ночь, улица, фонарь, аптека…». 

Восемь строк, непревзойдённо отразивших состояние отчаяния и полной опустошённости. Это произведение Александра Блока отозвалось эхом через предсказанную четверть века после его гибели – в поэзии Анны Ахматовой: «Он прав – опять фонарь, аптека…».Но какая бы беспросветная отрешенность ни исходила от нарисованной Блоком ночной картины, тусклый свет фонаря излучает не только ощущение бессмысленности существования, но и завораживающую магию. Под её воздействием в Серебряном веке русской поэзии образы стихотворения «Ночь, улица, фонарь, аптека…» были названы вершиной блоковского искусства. Она же породила интерес к обстоятельствам рождения шедевра великого поэта. Одной из сторон интереса читателей и исследователей является стремление узнать, о какой аптеке идёт речь, и почему присутствует  именно этот образ.

«Страшный мир»

Восьмистишие «Ночь, улица, фонарь, аптека…» написано в октябре 1912 года и является частью поэтического цикла «Пляски смерти». Само его название, казалось бы, оформляет мрачной виньеткой и без того невесёлые строки. Цикл озаглавлен так в напоминание об известной со времён Средневековья аллегорической теме о бренности человеческого бытия. Поэт прочувствовал и воплотил её в «страшном мире» города, где «чем ночь белее, тем чернее злоба».

Александр Блок хорошо знал и любил Петербург. Многими бессмертными строками, засевшими в нашей памяти, мы обязаны его одиноким блужданиям по разным уголкам родного города.  Наблюдения и чувства почти сразу же рождали стихи, а затем целые циклы, созданные уникальной поэтической кистью – талантом, сделавшим Блока первым именем Серебряного века.

Настроения, породившие шедевр «Ночь, улица, фонарь, аптека…», нередко посещали поэта. К началу четвёртого десятка лет своей жизни он погружается в «Страшный мир» - таково название большого поэтического цикла, частью которого и являются пять стихотворений «Плясок смерти». Ужасы жизни «полного дрожи» и боли столичного города неуклонно вели автора к выражению темы смерти. Изливая свою реакцию в виде стихотворений и записей дневника, он становился своего рода поэтическим репортёром столичной жизни.

«Эпидемия самоубийств»

В марте 1912 года, когда по Санкт-Петербургу прокатилась «эпидемия самоубийств», корреспондент газеты «Русское слово» обратился к Блоку за комментарием. Ответ поэта так и не был опубликован, однако он  считал, что «самоубийств было бы меньше, если бы люди научились лучше читать небесные знаки».

С начала 1912 года события семейной и окружающей жизни будто бы сговорились утопить поэта в мрачной тоске. В январе у него обострилась давняя болезнь, и мнительного Блока настолько съедала тревога, что ему поначалу даже было трудно вести дневник. Более года он находился под наблюдением врача.

Переживая не оставляющие его страхи, поэт, тем не менее, нашёл способ не утонуть в них окончательно. Спасением стало творчество. В марте – по заказу мецената Михаила Терещенко – Блок садится писать романтическую драму «Роза и крест». Рыцарственные образы, мысленное перемещение в Лангедок и Бретань, отвлекали его от текущих волнений. Стремясь изменить что-то в своей жизни и вырваться из мрака, Александр Блок с супругой в июле переезжают в новую квартиру на улице Офицерской, 57 (ныне ул. Декабристов).  В том же доме, двумя этажами ниже, жила его мать.

Но приходит осень, и мрачные настроения вновь обступают поэта. Месяц, в котором родился шедевр «Ночь, улица, фонарь, аптека…», начался показательно: 1-го октября, оставшись без общества супруги, отправившейся в одиночестве смотреть выставку, и не попав к матери, Блок в полном отчаянии «поплёлся кругом квартала». В городе продолжалась волна самоубийств, и в этот поздний час Блок стал невольным участником одного из её эпизодов. Молодой матрос, собираясь топиться, повис на парапете набережной Мойки. Блок вытянул его за руку. Матрос охал и «проклинал какую-то «стерву», а Блоку участие в его спасении «чуть-чуть помогло». Однако вскоре на смену тревогам о здоровье пришла другая причина острых переживаний – кризис в отношениях с супругой Любовью Дмитриевной, урождённой Менделеевой.

Драма «Прекрасной Дамы»

Избранница великого поэта, которую он идеализировал в образе «Прекрасной Дамы», была чрезвычайно щедро одарена его душевной нежностью и катастрофически обделена его мужской любовью. Причины, по которым Александр Александрович пренебрегал Любовью Дмитриевной как женщиной, предпочитая встречи «на стороне», изложены в её книге воспоминаний и угадываются в записях его дневника. Результатом такого поведения поэта были, с одной стороны, различные женские образы его творений (от вдохновляющих героинь «Снежной маски» и «Незнакомки» до униженных женщин «страшного мира»), с другой – ответная неверность супруги.

Осенью 1912 года отношения Любови Дмитриевны с Константином Кузьминым-Караваевым находились в самом разгаре, и Блок испытывал «бесконечную и унизительную тоску». Почти всё время супруга проводила со своим возлюбленным, а поэту оставалось только «шататься» по городу, встречая многочисленные картины «страшного мира». 8-го октября Кузьмин-Караваев уезжает в армию, «Люба провожает его» (спустя месяц она поедет к нему в Житомир). Однако отъезд возлюбленного Любови Дмитриевны не принес Блоку облегчения. В течение месяца он наблюдал, как она тоскует в разлуке с любимым, нетерпеливо ждёт писем, снимается «только для Кузьмина-Караваева» у фотографа («перед этим была у парикмахера»). 9-го октября, на следующий день после отъезда возлюбленного, Любовь Дмитриевна «ужасно капризна» и «ходит с китайским кольцом «на счастье». 10-го октября, в день рождения восьмистишия «Ночь, улица, фонарь, аптека…», дневниковая запись поэта начинается с фразы «Люба продолжает относиться ко мне дурно».  Несмотря на то, что короткие встречи Блока «на стороне» продолжались и в этот период (запись дневника от 12 октября: «вечером – удивительные чёрные глаза и минута влюблённости»), он был не из тех, кто оставался равнодушен к романам своей спутницы жизни и сохранял дружелюбие к близким ей мужчинам. Ревность особенно обострялась в дни «дурного отношения» к нему Любови Дмитриевны, как это было 10-го октября. «Страшные миры» - внешний («мёртвый лик города») и внутренний (ад его души) - смыкались вокруг него.   

Рождение шедевра

Но поэт не сбежал от действительности, предпочтя встретить её с открытым забралом - недаром он чтил рыцарский идеал. В произведениях того периода Блок прочувствовал, осмыслил и выразил самые тяжёлые явления человеческого бытия и собственного мира. Он жил в «предлагаемых обстоятельствах», и коль скоро окружающие события так явственно актуализировали темы отчаяния, безнадёжности, смерти, поэт – как искусный мастер сцены – вжился в требуемый образ, став персонажем, который «погибает для жизни и оживает для погибели».

Однако отождествлять героя с его создателем неверно. Сам Блок – хоть и впадающий порой в отчаяние, но жаждущий жизни – не только не стремится к роковому концу, а, наоборот, спасает других, решившихся на самоубийство, и находит в этом облегчение. Он находится на пике своего таланта и выводит на бумаге бессмертные сроки о безысходности:

Ночь, улица, фонарь, аптека,

Бессмысленный и тусклый свет.

Живи ещё хоть четверть века –

Всё будет так. Исхода нет.

Умрешь – начнешь опять сначала,

И повторится всё, как встарь:

Ночь, ледяная рябь канала,

Аптека, улица, фонарь.

Таково мироощущение безличного персонажа восьмистишия. «Безличного» – потому что непонятно, жив он или мёртв, ибо первая строфа выражает бессмыслицу жизни, а вторая, как будто отражаясь от первой в воде канала – бессмыслицу смерти. Такая композиционная симметрия формирует удивительную гармонию стихотворения, замыкая течение строк в один беспросветный круг.

Образ аптеки

Раскрывая тему безысходности, Блок не мог обойти стороной происходящее вокруг, а именно «эпидемию самоубийств». Академик Дмитрий Лихачёв напоминал в своих комментариях к стихотворению «Ночь, улица, фонарь, аптека…», что в дореволюционные годы первая помощь при несчастных случаях – в том числе, и людям, покушавшимся на собственную жизнь – обычно оказывалась в аптеках.

Он указывал ещё на одно обстоятельство. В следующем стихотворении цикла «Пляски смерти» («Пустая улица. Один огонь в окне…»), написанном в том же октябре 1912 года, вновь фигурирует аптека (c охающим во сне аптекарем), а в ней скелет, согнувший скрипучие колени перед шкафом с надписью «Venena». Таким образом, Лихачёв подводил читателя к мысли, что аптека вызывала в представлении Блока ассоциации со случаями самоубийств, и именно в этой связи она присутствует среди образов «Плясок…».

Мнение Лихачёва не исключает и другой трактовки образа аптеки. На мнительного Блока, страдающего от обострения болезни и проходящего длительный курс лечения, всё, что связано с медицинскими заведениями, лекарствами, могло навевать грусть и мысли вроде memento mori. Ближайшей к квартире поэта на ул. Офицерской, 57 была аптека Арона Винникова (Офицерская, 51). Когда Блок уходил от семейных неурядиц «шататься» в сторону Новой Голландии, то неминуемо проходил мимо неё.

Поиски прототипа

Корней Чуковский, который дружил с Блоком, считал, что именно учреждение аптекарского помощника Винникова явилось прототипом аптеки «Плясок смерти». Дмитрий Лихачёв с этой версией был не согласен. В детстве он посещал литературный кружок, который вёл друг Блока Евгений Иванов. Со слов руководителя кружка Лихачёв рассказывал, что Блок любил гулять по Петербургской стороне, даже после того как переехал на Офицерскую. Поэт был конкретен в своём творчестве, и в стихотворении «Ночь, улица, фонарь, аптека…» имел в виду вполне определённую «мрачную захолустную» аптеку, расположенную на углу Большой Зелениной улицы, перед деревянным мостом через Малую Невку на Крестовский остров. Место это по ночам было особенно пустынно, не охранялось городовыми и притягивало собиравшихся топиться, а в угловой аптеке оказывали помощь тем, кого удавалось вытащить из воды. Тусклое керосиновое свечение стоявшего у въезда на мост фонаря и цветные огни «Аптеки самоубийц» (определение Лихачёва) повторялись в зеркале Малой Невки. Лихачёв находил параллели между опрокинутым отражением аптеки, фонаря, улицы в воде и симметричным отображением образов в строфах восьмистишия.

Третью версию прототипа предложил профессор ММА им. И.М. Сеченова Владислав Карташов, который указал на Ново-Мариинскую аптеку по адресу Офицерская, 27. Она открылась незадолго до того, как на этой улице поселились Александр Блок с супругой. Её владельцем являлся аптекарский помощник Яков Мандельштам, а управляющим – провизор Лейб Бобров. Аптека Мандельштама располагалась по соседству с Мариинским театром, у набережной Крюкова канала, который отделял её от бывшей городской тюрьмы - Литовского замка.

Каждая из трёх версий имеет сильные и слабые стороны. Например, Лихачёв возражал Чуковскому, резонно указывая на то, что «богатая» аптека Винникова, расположенная на ярко освещённой улице, не вяжется с безысходной темой стихотворения. Другое дело – глухие «достоевские» места Петербургской стороны, где у моста через Малую Невку притулилась лихачёвская «Аптека самоубийц». То, что рассказывал о ней Евгений Иванов, казалось бы, однозначно свидетельствует в пользу неё как прототипа аптеки блоковского шедевра.

Канал, аптека

Однако, не всё так просто. Во-первых, к 10-му октября (дате написания стихотворения) Блок уже третий месяц, как покинул Петербургскую сторону и проживал на Офицерской. Во-вторых, если принять конкретность поэтической топографии Блока как аксиому, то рядом с искомой аптекой должен находиться канал, а Малая Невка таковым не является. Дмитрий Лихачёв признавался, что не может объяснить это несовпадение; лишь предполагает, что «канал в данном случае больше соответствовал его [Блока] обобщённому видению Петербурга». Таким образом, Лихачёв противоречил своему же источнику Евгению Иванову, который утверждал, что «Блок был всегда конкретен в своей поэзии».

А вот в других версиях каналы по соседству фигурируют. Аптека Мандельштама находилась в непосредственной близости набережной Крюкова канала; аптека Винникова – подчёркивает Чуковский – «невдалеке от канала Пряжки». Правда, в замечании Корнея Ивановича имеется изъян: учреждение Винникова располагалось дальше от Пряжки (по ул. Офицерской), чем дом Блока, поэтому оно не вписывалось в маршрут ночных «шатаний» в ту сторону.

Аптека Мандельштама и Крюков канал представляются более вероятной версией. Скорее всего, мимо них 1-го октября лежал маршрут Блока к набережной Мойки, где он и спас собиравшегося топиться матроса. Именно этот эпизод городской «эпидемии самоубийств», в котором поэт – в разгар бесконечной семейной драмы - принял личное участие, мог стать непосредственным толчком к написанию восьмистишия «Ночь, улица, фонарь, аптека…».

Нельзя не заметить, что предложенные версии – особенно вторая и третья – дополняют друг друга, а Мойка, в которой топился матрос, не является каналом. Это позволяет предположить, что Блок всё же не был столь конкретен в своей поэзии, как полагал Евгений Иванов. Аптека– это скорее собирательный образ, в котором соединились «черты» двух (по меньшей мере) петербургских аптек: у Крюкова канала и у моста на Крестовский остров.

Блок-жизнелюб

Некоторые оппоненты Блока, приняв безличного персонажа восьмистишия «Ночь, улица, фонарь, аптека…» за самого автора, решили, что это произведение выражает его реальное мировоззрение. В частности, поэт-акмеист Георгий Адамович ошибочно полагал, что намерением Блока было «внушить людям, что аптека есть только грандиозный символ бессмыслия жизни, а не нужное им учреждение, что этот мир, разнообразный и прекрасный, есть всего лишь огромная тюрьма».

Странно слышать такие слова в адрес автора жизнеутверждающего стихотворения «О, я хочу безумно жить…» и строк «Узнаю тебя, жизнь! Принимаю! И приветствую звоном щита!». У Блока, как у любого человека, позитивные эмоции соседствовали и чередовались с негативными. В Даже само стихотворение «Ночь, улица, фонарь аптека…» оставляет двоякое впечатление: невероятная лиричность и совершенное поэтическое мастерство, соткавшиеся в ужасную прозаическую картину.

Хотелось бы обратить внимание на то, что Блок не ожесточается в «страшном мире», не теряет человеческий облик. Любовь Дмитриевну, переживающую на его глазах роман с Кузьминым-Караваевым, он в дневнике непрестанно называет милой, без кавычек и иронии. Матрос, которого он спас, проклинает свою «стерву», и Блок передаёт это слово, но благородно заключает его в кавычки.  

Ещё одним возражением Адамовичу является следующая цитата Корнея Чуковского: «Блок патологически аккуратный человек. Это совершенно не вяжется с той поэзией безумия и гибели, которая ему так удаётся. Любит каждую вещь обвернуть бумажечкой, перевязать верёвочкой; страшно ему нравятся футлярчики, коробочки. Самая растрёпанная книга, побывавшая у него в руках, становится чище, приглаженнее. Я ему это сказал, и теперь мы знающе переглядываемся, когда он проявляет свою манию опрятности. Всё, что он слышит, он норовит зафиксировать в записной книжке – вынимает её раз двадцать во время заседания, записывает (что?что?) – и, аккуратно сложив и чуть не дунув на неё, неторопливо кладёт в специально предназначенный карман».

www.katrenstyle.ru

Стих Ночь, улица, фонарь, аптека

Стихи » Александр Блок » Стих Ночь, улица, фонарь, аптека

В PDF форматеРаспечатать

Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века —
Все будет так. Исхода нет.

Умрешь — начнешь опять сначала
И повторится все, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.

Анализ стихотворения «Ночь, улица, фонарь, аптека» Блока

Стихотворение «Ночь, улица, фонарь, аптека» стало переломным этапом в творчестве Блока. Он долгое время принадлежал к лагерю символистов и был достаточно знаменит в этом кругу. Туманными стихами Блока, насыщенными таинственными и загадочными образами, восхищались люди, оторванные от реальной жизни, живущие в мире своих фантазий. Для многих это была попытка уйти от жестокой российской действительности начала XX века. Блок разделял это желание.

С возрастом к поэту приходит жизненный опыт. Он начинает понимать всю эфемерность и бесполезность своего творчества. От реальной жизни убежать не удается никому. Блок был вынужден признать это после смерти сына и отца. В 1912 г. он пишет произведение «Ночь, улица, фонарь, аптека», поразившее современников своим мрачным настроением.

Небольшое по объему произведение, где перечисляются ничем не примечательные элементы действительности, имеет глубокое философское содержание. Блок размышляет над смыслом человеческой жизни и приходит к неутешительному выводу. В мире нет никакой высшей цели. Человек обречен на вечное существование в узких ограниченных рамках. Проведя бессмысленную жизнь на отведенном ему кусочке мироздания, человек еще имеет надежду на лучшую участь в следующем возрождении. Но его надежда разбивается в прах. Новая жизнь также ограниченна и однообразна. От перестановки окружающих предметов местам результат не меняется. Из замкнутого круга «исхода нет».

Блок не мог, конечно же, сразу и бесповоротно порвать с символизмом. Перечисляемые образы («ночь, улица…») являются символами однородности и мрачности окружающего мира. Они не имеют конкретного значения, взяты поэтом наугад. Отсутствие какой-либо ценности образов усиливает пессимистическое настроение.

Не случайно, что Блок выбрал в стихотворении описание городского пейзажа. В начале XX века не только в России, но и во всем мире появилась идея обреченности мира. Одно из положений этого мнения опиралось на пагубное воздействие технического прогресса. Крупные города, в которых были наиболее заметны изменения, считались воплощением темных сил. Они символизировали неизбежный конец человечества, утратившего понятия добра и зла.

Стих полностью пропитан темными красками. Единственный источник освещения – фонарь, который дает лишь «бессмысленный и тусклый цвет», раздражающий взгляд. Чувствуется огромная усталость Блока от жизни.

Стихотворение написано четырехстопным ямбом, имеет кольцевую композицию благодаря повторению первых и последних строк.

В целом произведение пропитано ощущением смерти, причем не только физической, но и духовной. Возрождение после смерти ничего не изменит, поэтому грань между мирами стирается. Лирическому герою становится абсолютно все равно, жив он или мертв. Ведь его обреченность остается неизменной.

Загрузка...

Поделиться

Поделиться

Отправить

Класснуть

Вотсапнуть

funreadi.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.