Романсы на стихи а к толстой


Стихи А.толстой – слушать онлайн на LightAudio

Главная/Стихи А.толстой Суд (на стихи А.Н.Толстого) АлисА 5:40 Суд (стихи А. Толстого) Константин Кинчев (Алиса) 5:40 Чайковский "То было раннею весной" (стихи А. Толстого) Муслим Магомаев 2:36 Суд (на стихи А.Толстого) К.Кинчев 5:40 Суд К.Кинчев, стихи А.Толстой 5:40 Слеза дрожит Георг Отс Муз.П.Чайковский стихи А.Толстой 3:37 Бородин - 'Спесь' (сл. А. Толстого) III к. 3:27 На стихи А.К.Толстого Дмитрий Ценёв 1990 год 3:49 Средь шумного бала (П. Чайковский - А. К. Толстой) Л.Собинов 3:01 Средь шумного бала Георг Отс (музыка: П.Чайковский, стихи: А.Толстой) 2:44 Вырастает дума (А.Видякин-А.Толстой) Марина Капуро 4:05 Уж ты, нива моя! (С.Рахманинов, А.К.Толстой) Дмитрий Хворостовский 4:51 романс П.И.Чайковского "СРЕДЬ ШУМНОГО БАЛА", стихи А.К.Толстого Андрей Иванов 2:48 "Серенада Дон Жуана" на стихи А.К. Толстого (Лейферкус-Скигин) П.И. Чайковский 2:52 То было раннею весною (П.И. Чайковский, А.К. Толстой) Ирина Архипова 2:29 Стихи Н. В. Крандиевской-Толстой. Исп. Нелли Ли и Автор Д. А. Толстой «Небо называют голубым» 1:48 романс "Спесь" (стихи А.К.Толстого) Бородин А.П. 2:20 "Благославляю Вас, Леса" на стихи А.К. Толстого (Лейферкус-Скигин) П.И Чайковский 4:20 Стихи Н. В. Крандиевской-Толстой. Исп. Нелли Ли и Автор Д. А. Толстой «Запах вьюнчиков миндальный» 2:09 «Да вспряну я...» (стихи А.Толстого) Анна Абикулова 2:14 Стихи Н. В. Крандиевской-Толстой. Исп. Нелли Ли и Автор Д. А. Толстой «Эпитафия» 3:48 песенка Пьеро из спектакля "Золотой ключик" Владимир Зырянов на стихи А.Толстого 1:15 Стихи Н. В. Крандиевской-Толстой. Исп. Нелли Ли и Автор Д. А. Толстой «Ветер» 2:43 "То было раннею весной" на стихи А.К. Толстого Чайковский 2:36 Стихи Н. В. Крандиевской-Толстой. Исп. Нелли Ли и Автор Д. А. Толстой «Виноградный лист» 2:20 Стихи Н. В. Крандиевской-Толстой. Исп. Нелли Ли и Автор Д. А. Толстой «Три цыгана» 3:16 Стихи Н. В. Крандиевской-Толстой. Исп. Нелли Ли и Автор Д. А. Толстой «Клонятся травы ко сну» 2:06 чит. Софи стих А. Толстого 0:51 Суд-на стихи А.Толстого Алиса..акустика 1 пермь 1988 5:31 Суд (музыка-К.Кинчев, стихи-А.Толстой) Константин Скрипалёв 5:09 "Колокольчики" на стихи А.К. Толстого Романс 2:01 Приключения Буратино Алексей Толстой 70:21 Вик.С. Калинников (1870–1927) "Ой, честь ли то молодцу" на стихи А. Толстого Большой хор УрГУ 2005 0:51 "Не ветер, вея с высоты"С.И. Танеев на стихи А.К. Толстого, Op.17/5 Д.Хворостовский 2:19 Стихи. "Дробится, и плещет, и брызжет волна.." А. Толстой) Радио ВЕРА 0:57 Т.К. Толстая-Котляревская. Я тебе ничего не скажу (стихи А. Фета, 1900) Николай Сличенко 2:44 Академический хор Городского центра культуры и досуга в Вел. Новгороде под упр. К.А.Шалёного 9. В.Калинников, стихи А.Толстого. Ой, честь ли-то молодцу.Дир. К.А.Шалённый 1:37 Колокольчики мои (музыка П. П. Булахова, стихи А. К. Толстого) Владимир Майер 2:05 Колокольчики мои (стихи: А.Толстой – музыка: П.Булахов) Андрей Денников 2:49 песенка из спектакля "Золотой ключик" (исп. актёры театра) Владимир Зырянов на стихи А.Толстого 0:43 123

lightaudio.ru

Нотные издания поэзии А.К. Толстого

Нотные издания поэзии А.К. Толстого

  1. Благословляю вас, леса… / П.И. Чайковский // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 3 т. - М.: Музыка, 1978. - Т. 2. - С. 88–93.
  Посвящено Александре Валерьяновне Панаевой

  2. В колокол, мирно дремавший… / Ц. Кюи // Избранные романсы: для голоса с фп. / Ц. Кюи. - М.: Музыка, 1969. – С. 21-22.
  Посвящено Александру Порфирьевичу Бородину

  3. Вздымаются волны…: из цикла «У моря» / Н. Римский-Корсаков // Избранные романсы: для сред. голоса в сопровожд. фп. - М.: Изд-во «Музыка», 1983. - С. 54–59.
  Посвящено Ф.М. Блуменфельду

  4. Горними тихо летела душа небесами… / М. Мусоргский // Романсы и песни: для пения в сопровожд. фп. / М. Мусоргский. - М.: Гос. муз. изд., 1963. – С. 258–270.

  5. Горними тихо летела душа небесами… / Н. Римский–Корсаков // Романсы: для голоса в сопровожд. фп. / Н. Римский–Корсаков. - М.: Музыка, 1991. - Вып. 1. - С. 104–107.
  Посвящено Александру Константиновичу Глазунову

  6. Горними тихо летела душа небесами… / П.И. Чайковский // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 3 т. - М.: Музыка, 1978. - Т. 2. - С. 70–75.
  Посвящено Александре Валерьяновне Панаевой

  7. Дробится, и плещет, и брызжет волна: из цикла «У моря» / Н. Римский-Корсаков // Избранные романсы: для сред. голоса в сопровожд. фп. - М.: Изд-во «Музыка», 1983. - С. 38–41.
  Сыну Андрею

  8. Есть много звуков… / С. Рахманинов // Романсы: для голоса в сопровожд. фп. - М.: Изд-во «Музыка», 1990. - Вып. 2. - С. 10–11.
  Посвящено М.С. и А.М. Керзиным

  9. Запад гаснет в дали бледно–розовой… / Н. Римский–Корсаков // Романсы: для голоса в сопровожд. фп. / Н. Римский–Корсаков. - М.: Музыка, 1991. - Вып. 1. - С. 117–120.
  Посвящено Надежде Николаевне Римской–Корсаковой

  10. Звонче жаворонка пенье… / Н. Римский–Корсаков // Романсы: для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. / Н. Римский–Корсаков. - М.: Музыка, 1970. - Т. 2. - С. 30–32.
  Посвящено Варваре Димитриевне Комаровой

  11. Иоанн Дамаскин / С. Танеев // Иоанн Дамаскин: партитура: кантата для смешанного хора и симфонического оркестра. – М.: Изд-во «Музыка», 1971. – С. 82.

  12. Кабы знала я… / П.И. Чайковский // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 3 т. - М.: Музыка, 1978. - Т. 2. - С. 62–69.
  Посвящено Александре Валерьяновне Панаевой

  13. Когда кругом безмолвен лес дремучий… / А. Касьянов // Избранные романсы: для голоса в сопровожд. фп. / А. Касьянов. - М.: Музыка, 1983.- С. 22–24.

  14. Колокольчики мои, цветики степные… / П. Булахов // Романсы: для голоса и фп. / П. Булахов. - М.: Музыка, 1964. - С. 8–10.

  15. Колокольчики мои, цветики степные… / П. Булахов // Я аккомпаниатор: песни и романсы русских композиторов для голоса с фп. / П. Булахов; сост. Е. Тебина. - СПб: Союз художников, 2001. - С. 62-63.

  16. Колышется море; волна за волной…: из цикла «У моря» / Н. Римский-Корсаков // Избранные романсы: для сред. голоса в сопровожд. фп. - М.: Изд-во «Музыка», 1983. - С. 45–49.
  Посвящено Ф.М. Блуменфельду

  17. Край ты мой… / А. Гречанинов // Избранные романсы: для голоса и фп. / А. Гречанинов. - М.: Музыка, 1988. - С.3–4.
  Посвящено Николаю Петровичу Маврину

  18. Милый друг, тебе не спится… / А. Касьянов // Избранные романсы: для голоса в сопровожд. фп. / А. Касьянов. - М.: Музыка, 1983. - С.16–18.

  19. Минула страсть… / А. Касьянов // Избранные романсы: для голоса в сопровожд. фп. - М.: Музыка, 1983. - С. 25–29.

  20. Минула страсть… / П. Чайковский // Шесть дуэтов: для двух голосов в сопровожд. фп. - М.: Изд-во «Музыка», 1977. - С. 32–46.
  Посвящено Татьяне Львовне Давыдовой

  21. На нивы желтые / А. Гречанинова // На нивы желтые / А. Гречанинова. - М.: МУЗГИЗ, 1963. - С. 2–5.

  22. На нивы желтые нисходит тишина… / Н. Римский–Корсаков // Романсы: для голоса в сопровожд. фп. / Н. Римский–Корсаков. - М.: Музыка, 1991.- Вып. 1. - С. 121–122.
  Посвящено Надежде Николаевне Римской–Корсаковой

  23. На нивы желтые… / П.И. Чайковский // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. / П.И. Чайковский. - М.: Гос. муз. изд., 1961. - Т. 2 - С. 12–13.
  Посвящено Б.Б. Корсову

  24. Не божиим громом ударило / М. Мусоргский // Романсы и песни: для пения в сопровожд. фп. / М. Мусоргский. - М.: Гос. муз. изд., 1963. – С. 258–270.
  Посвящено Федору Ардалионовичу Ванлярскому

  25. Не ветер, вея с высоты… / Н. Римский–Корсаков // Романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. / Н. Римский–Корсаков. - М.: Музыка, 1970. - Т. 2. - С. 33.
  Посвящено Александре Карловне Рунге

  26. Не ветер, вея с высоты… / С. Танеев // Избранные романсы: для голоса в сопровожд. фп. / С. Танеев - М.: Музыка, 1983. – С. 10–12.
  Посвящено Владимиру Егоровичу Маковскому

  27. Не верь мне, друг!… / С. Рахманинов // Романсы: полн. собр. соч.: для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. / С. Рахманинов. - М.: Изд-во «Музыка», 1973. - Т. 2. - С. 104–106.
  Посвящено А.Г. Клокачевой

  28. Не верь мне, друг…: из цикла «У моря» / Н. Римский-Корсаков // Избранные романсы: для сред. голоса в сопровожд. фп. - М.: Изд-во «Музыка», 1983. - С. 50–53.
  Посвящено Ф.М. Блуменфельду

  29. Не верь, мой друг… / П.И. Чайковский // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. / П.И. Чайковский. - М.: Гос. муз. изд., 1961.- Т. 1. - С. 12–13.
  Посвящено Александре Григорьевне Меньшиковой

  30. Не пенится море… / М. Балакирев // Романсы и песни: для голоса и фп. / М. Балакирев. - Тетр. 2. - М.: Музыка, 1979. - С. 13–17.
  Посвящено Людмиле Ивановне Шестаковой

  31. Не пенится море, не плещет волна…: из цикла «У моря» / Н. Римский-Корсаков // Избранные романсы: для сред. голоса в сопровожд. фп. - М.: Изд-во «Музыка», 1983. - С. 42–44.
  Посвящено Ф.М. Блуменфельду

  32. Неспящих солнце, грустная звезда… / Н. Римский-Корсаков; сл. Дж.Г. Байрона; пер. А.К. Толстого // Избранные романсы: для сред. голоса в сопровожд. фп. - М.: Изд-во «Музыка», 1983. - С. 23–25.
  Посвящено Н.М. Штрупу

  32. Ни отзыва, ни слова, ни привета / П. Чайковский // Избранные романсы: для сред. голоса в сопровожд. фп. - М.: Изд-во «Музыка», 1975. - С. 23–25.

  33. О, если б ты могла… / Н. Римский–Корсаков // Романсы: для голоса в сопровожд. фп. / Н. Римский–Корсаков. - М.: Музыка, 1991. - Вып. 1. - С. 115–116.
  Посвящено Надежде Николаевне Римской–Корсаковой

  34. О, если б ты могла… / П.И. Чайковский // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 3 т. / П.И. Чайковский. - М.: Музыка, 1978. - Т. 2. - С. 45–48.
  Посвящено Анатолию Ильичу Чайковскому

  35. Ой, честь ли то молодцу лен прясти? / М. Мусоргский // Романсы и песни: для пения в сопровожд. фп. / М. Мусоргский. - М.: Гос. муз. изд., 1963. – С. 258–270.

  36. Осень / А. Касьянов // Избранные романсы: для голоса в сопровожд. фп. / А. Касьянов. - М.: Музыка, 1983. - С. 19–21.

  37. Острой секирой… / А. Гречанинов // Избранные романсы и песни: для голоса и фп. / А. Гречанинов. - М.: Музыка, 1971. - С. 4–5.

  38. Рассевается, расступается / М. Мусоргский // Романсы и песни: для пения в сопровожд. фп. / М. Мусоргский. - М.: Гос. муз. изд., 1963. – С. 258–270.
  Посвящено Ольге Андреевне Голенищевой-Кутузовой

  39. Серенада Дон Жуана… / П.И. Чайковский // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 3 т. / П.И. Чайковский. - М.: Музыка, 1978. – Т. 2. - С. 30–35.
  Посвящено Анатолию Ильичу Чайковскому

  40. Слеза дрожит / П.И. Чайковский. // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. / П.И. Чайковский. - М.: Гос. муз. изд., 1961. - Т. 1. - С. 27–31.
  Посвящено Петру Ивановичу Юргенсону

  41. Смеркалось: для высокого голоса в сопровожд. фп. / Ц. Кюи; вступ. ст. В. Подольской. - М.: Музыка, 1964. – С. 4.

  42. Смеркалось / С. Рахманинов // Романсы: полн. собр. соч.: для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. / С. Рахманинов. - М.: Изд. «Музыка», 1973. - Т. 2. - С. 24-27.

  43. Солнце неспящих / С. Танеев; сл. Дж.Г. Байрона; пер. А.К. Толстого. - Квинтет // Избранные романсы: для голоса в сопровожд. фп. / С. Танеев. - М.: Музыка, 1983. – С. 113–115.

  44. Спесь / А. Бородин // Избранные романсы и песни: для среднего голоса и фп. /А. Бородин. - М.: Музыка, 1990. - С. 24–27.
  Посвящено А.А. Бичуриной

  45. Спесь / М. Мусоргский // Романсы и песни: для пения в сопровожд. фп. / М. Мусоргский. - М.: Гос. муз. изд., 1963. – С. 258–270.
  Посвящено Анатолию Евграфовичу Пальчикову

  46. Средь шумного бала… / П.И. Чайковский // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 3 т. / П.И. Чайковский. - М.: Музыка, 1978. – Т. 2. - С. 41–44.
  Посвящено Анатолию Ильичу Чайковскому

  47. Тебя так любят все… / С. Рахманинов // Романсы: полн. собр. соч.: для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. / С. Рахманинов. - М.: Изд. «Музыка», 1973. - Т. 2. - С. 101.
  Посвящено А.Н. Ивановскому

  48. То было раннею весной… / Н. Римский–Корсаков // Романсы: для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. - М.: Музыка, 1970. - Т. 2. - С. 39–43.
  Посвящено Марин Даниловне Каменской

  49. То было раннею весной… / П.И. Чайковский // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 3 т. / П.И. Чайковский. - М.: Музыка, 1978. – Т. 2. - С. 36–40.
  Посвящено Анатолию Ильичу Чайковскому

  50. «Царь Федор Иоаннович» (1969): 1. Молитва; 2. Любовь святая; 3. Покаянный страх / Г.В. Свиридов // Хоры без сопровождения / Г.В. Свиридов. - М.: Музыка, 1975. - С. 40–53.

  51. Ты помнишь ли вечер… / С. Рахманинов // Романсы: полн. собр. соч.: для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. / С. Рахманинов. - М.: Изд-во «Музыка», 1973. - Т. 2. - С. 37-41.

  52. Уж ты, нива моя… / С. Рахманинов // Романсы: полн. собр. соч.: для голоса в сопровожд. фп.: в 2 т. / С. Рахманинов. - М.: Изд-во «Музыка», 1973. - Т. 2. - С. 61-64.
  Посвящено Е.Н. Лысиковой

  53. Усни, печальный друг… / Н. Римский–Корсаков // Романсы: для голоса в сопровожд. фп. / Н. Римский–Корсаков. - М.: Музыка, 1991. - Вып. 2. - С. 123.
  Посвящено Надежде Николаевне Римской-Корсаковой

  54. Усни, печальный друг… / П.И. Чайковский // Полн. собр.: романсы для голоса в сопровожд. фп.: в 3 т. / П.И. Чайковский. - М.: Музыка, 1978. – Т. 2. - С. 82–87.
  Посвящено Александре Валерьяновне Панаевой

  55. Шотландская баллада / П. Чайковский // Шесть дуэтов: для двух голосов в сопровожд. фп. - М.: Изд-во «Музыка», 1977. - С. 14–21.
  Посвящено Татьяне Львовне Давыдовой


www.kray32.ru

Читать онлайн Песни и романсы русских поэтов

А. К. Толстой

На тексты Алексея Константиновича Толстого (1817–1875) написано большое количество романсов (свыше 80 произведений). Некоторые стихотворения привлекали композиторов неоднократно: «Горними тихо летела душа небесами…» (А. Аренский, Ц. Кюи, М. Мусоргский, Н. Римский-Корсаков, П. Чайковский, Кёнеман и др.), «Дробится, и плещет, и брызжет волна…» (Ц. Кюи, Н. Римский-Корсаков, А. Рубинштейн и др.), «Коль любить, так без рассудку…» (см. примеч. к тексту), «На нивы желтые нисходит тишина…» (А. Аренский, Ф. Бенуа, В. Бюцов, Ф. Блуменфельд, Панченко, А. Гречанинов, Ц. Кюи, Н. Римский-Корсаков, П. Чайковский, Н. Черепнин и мн. др.), «Не верь мне, друг…» (Ф. Блуменфельд, А. Гречанинов, Ц. Кюи, Н. Римский-Корсаков, А. Танеев, П. Чайковский, С. Рахманинов и др.), «Не ветер, вея с высоты…» (Ф. Блуменфельд, С. Донауров, Г. Катуар, Н. Римский-Корсаков, А. Рубинштейн, Н. Амани, С. Танеев и др.), «О, если б ты могла…» (Бенуа, С. Блуменфельд, Ф. Блуменфельд, Римский-Корсаков, Чайковский), «Острою секирой ранена береза…» (А. Алфераки, П. Бларамберг, А. Гречанинов, М. Ипполитов-Иванов, Н. Ладухин, В. Ребиков, Стрельников), «Ходит Спесь, надуваючись…» (А. Бородин, В. Золотарев, Викт. Калинников, М. Мусоргский, Стрельников и др.). Наиболее удачное воплощение поэзия Толстого получила у Чайковского (11 романсов и два дуэта, особенно «Средь шумного бала…», «То было раннею весной…», «На нивы желтые…»), у Н. Римского-Корсакова (13 романсов, особенно «Звонче жаворонка пенье…», «Дробится, и плещет, и брызжет волна…», «О, если б ты могла…»), у С. Танеева (кантата «Иоанн Дамаскин»), у М. Мусоргского («Горними тихо летела душа небесами…», «Ходит Спесь, надуваючись…»), у Ц. Кюи («В колокол, мирно дремавший…»), у А. Рубинштейна (цикл из 12 романсов, особенно «Дробится, и плещет, и брызжет волна...», «Не ветер, вея с высоты…», «Звонче жаворонка пенье…», «Вздымаются волны как горы…»). На тексты Толстого, кроме называвшихся уже композиторов, музыку писали также Ф. Акименко, С. Василенко, Р. Глиэр, Б. Гродзкий, С. Ляпунов, Н. Соколов, Г. Катуар, И. Сац, Вас. Калинников, Н. Щербачев и др. Кроме публикуемых текстов в песенниках встречаются: «Благословляю вас, леса…» (отрывок — первые 17 строк — из поэмы «Иоанн Дамаскин», музыка Чайковского), «Гаснут дальней Альпухарры…» (серенада Дон-Жуана из поэмы «Дон-Жуан», музыка Чайковского, Ф. Блуменфельда), «Кабы знала я, кабы ведала…» (музыка А. Рубинштейна, Чайковского), «Милый друг, тебе не спится…», «Грешница», «Ой стоги, стоги…», «Осень. Обсыпается весь наш бедный сад…» (музыка Бюцова и Кюи), «Благоразумие», «Богатырь», «Ты помнишь ли, Мария…», «Ты не спрашивай, не распытывай…» (музыка А. Аренского, К. Давыдова, А. Лядова, В. Пасхалова), «Ходит Спесь, надуваючись…», «Слеза дрожит в твоем ревнивом взгляде…» (1-я и 5-я строфы, музыка Чайковского, Ф. Блуменфельда).

496 Колокольчики мои,  Цветики степные!Что глядите на меня,  Темно-голубые?И о чем звените вы  В день веселый мая,Средь некошеной травы  Головой качая?Конь несет меня стрелой  На поле открытом;Он вас топчет под собой,  Бьет своим копытом.Колокольчики мои,  Цветики степные!Не кляните вы меня,  Темно-голубые!Я бы рад вас не топтать,  Рад промчаться мимо,Но уздой не удержать  Бег неукротимый!Я лечу, лечу стрелой,  Только пыль взметаю;Конь несет меня лихой,  А куда? не знаю!Он ученым ездоком  Не воспитан в холе,Он с буранами знаком,  Вырос в чистом поле;И не блещет, как огонь,  Твой чепрак узорный,Конь мой, конь, славянский конь,  Дикий, непокорный!Есть нам, конь, с тобой простор!  Мир забывши тесный,Мы летим во весь опор  К цели неизвестной.Чем окончится наш бег?  Радостью ль? кручиной?Знать не может человек —  Знает бог единый!..Упаду ль на солончак  Умирать от зною?Или злой киргиз-кайсак,  С бритой головою,Молча свой натянет лук,  Лежа под травою,И меня догонит вдруг  Медною стрелою?Иль влетим мы в светлый град  Со кремлем престольным?Чудно улицы гудят  Гулом колокольным,И на площади народ,  В шумном ожиданьи,Видит: с запада идет  Светлое посланье.В кунтушах и в чекменях,  С чубами, с усами,Гости едут на конях,  Машут булавами,Подбочась, за строем строй  Чинно выступает,Рукава их за спиной  Ветер раздувает.И хозяин на крыльцо  Вышел величавый;Его светлое лицо  Блещет новой славой;Всех его исполнил вид  И любви и страха,На челе его горит  Шапка Мономаха.«Хлеб да соль! И в добрый час! —  Говорит державный,—Долго, дети, ждал я вас  В город православный!»И они ему в ответ:  «Наша кровь едина,И в тебе мы с давних лет  Чаем господина!»Громче звон колоколов,  Гусли раздаются,Гости сели вкруг столов,  Мед и брага льются,Шум летит на дальний юг  К турке и к венгерцу —И ковшей славянских звук  Немцам не по сердцу! Гой вы, цветики мои,  Цветики степные!Что глядите на меня,  Темно-голубые?И о чем грустите вы  В день веселый мая,Средь некошеной травы  Головой качая?1840-е годы497Средь шумного бала, случайно,В тревоге мирской суеты,Тебя я увидел, но тайнаТвои покрывала черты.Лишь очи печально глядели,А голос так дивно звучал,Как звон отдаленной свирели,Как моря играющий вал.Мне стан твой понравился тонкийИ весь твой задумчивый вид,А смех твой, и грустный и звонкий,С тех пор в моем сердце звучит.В часы одинокие ночиЛюблю я, усталый, прилечь —Я вижу печальные очи,Я слышу веселую речь;И грустно я так засыпаю,И в грезах неведомых сплю…Люблю ли тебя — я не знаю,Но кажется мне, что люблю!1851498Коль любить, так без рассудку,Коль грозить, так не на шутку,Коль ругнуть, так сгоряча,Коль рубнуть, так уж сплеча!Коли спорить, так уж смело,Коль карать, так уж за дело,Коль простить, так всей душой,Коли пир, так пир горой!<1854>499Ой, каб Волга-матушка да вспять побежала!Кабы можно, братцы, начать жить сначала!Ой, кабы зимою цветы расцветали!Кабы мы любили да не разлюбляли!Кабы дно морское достать да измерить!Кабы можно, братцы, красным девкам верить!Ой, кабы все бабы были б молодицы!Кабы в полугаре поменьше водицы!Кабы всегда чарка доходила до рту!Да кабы приказных по боку да к черту!Да кабы звенели завсегда карманы!Да кабы нам, братцы, да свои кафтаны!Да кабы голодный всякий день обедал!Да батюшка б царь наш всю правду бы ведал!5 декабря 1855500То было раннею весной,  Трава едва всходила,Ручьи текли, не парил зной,  И зелень рощ сквозила;Труба пастушья поутру  Еще не пела звонко,И в завитках еще в бору  Был папоротник тонкий.То было раннею весной,  В тени берез то было,Когда с улыбкой предо мной  Ты очи опустила.То на любовь мою в ответ  Ты опустила вежды —О жизнь! о лес! о солнца свет!  О юность! о надежды!И плакал я перед тобой,  На лик твой глядя милый, —То было раннею весной,  В тени берез то было!То было в утро наших лет —  О счастие! о слезы!О лес! о жизнь! о солнца свет!  О свежий дух березы!20 мая 1871501. КолодникиСпускается солнце за степи,Вдали золотится ковыль, —Колодников звонкие цепиВзметают дорожную пыль. Идут они с бритыми лбами,Шагают вперед тяжело,Угрюмые сдвинули брови,На сердце раздумье легло.Идут с ними длинные тени,Две клячи телегу везут,Лениво сгибая колени,Конвойные с ними идут.«Что, братцы, затянемте песню,Забудем лихую беду!Уж, видно, такая невзгодаНаписана нам на роду!»И вот повели, затянули,Поют, заливаясь, ониПро Волги широкой раздолье,Про даром минувшие дни,Поют про свободные степи,Про дикую волю поют,День меркнет всё боле, — а цепиДорогу метут да метут…

litra.info

Подскажите! По литературе задали учить любой стих из романсов Алексея Толстого, но что относится к "его романсам"?

это романсы на стихи Алексея Толстого. Например : -Колокольчики мои (тихи: Алексей Толстой – музыка: Петр Булахов) -Мы вышли в сад ( Музыка М. Толстого-Слова А. Толстой) - Ты помнишь ли вечер - Уж, ты, нива моя - Не верь мне, друг ( Музыка Сергея Рахманинова на стихи Алексея Толстого) и т. д. Надеюсь что помогла тебе.. .

"Средь шумного бала... ",я бы ещё "Колокольчик" приписала...

1 Колокольчики мои.. . 2 Средь шумного бала случайно.. . 3 Ты помнишь, ли Мария.. . 4 Ты не спрашивай не распытывай.. . 5 Не ветер, вея с высоты.. . 6 Край ты мой, родимый край !.. 7 В колокол, мирно дремавший, с налета тяжелая бомба.. . 8 Ходит Спесь надуваючись.. . 9 Не верь мне, друг, когда в избытке горя.. . 10 Звонче жаворонка пенье.. . 11Осень! Обсыпается весь наш бедный сад.. . 12 Слеза дрожит в твоем ревнивом взоре.. . 13 Дробится, и плещет, и брызжет волна.. . 14 Благословляю вас леса.. . 15 О, если б ты могла хоть на единый миг.. . 16 Гаснут дальней Альпухарры.. . 17 На нивы желтые нисходит тишина.. . 18То было раннею весной.. . 19 Коль любить, так без рассудку.. .

У Вас учитель (ница) садист (ка).. . Учить стихи Толстого - тоже самое, что сидеть привязанным под капелью...

touch.otvet.mail.ru

Средь шумного бала, случайно… — Википедия

«Средь шу́много ба́ла, случа́йно…» — стихотворение Алексея Константиновича Толстого, написанное предположительно в январе 1851 года. Впервые опубликовано в журнале «Отечественные записки» (1856, № 5).

Стихотворение легло в основу одного из самых известных русских романсов, созданного П. И. Чайковским в 1878 году[1].

По словам литературоведа Дмитрия Жукова, зимой 1850 года 33-летний Алексей Толстой пребывал в угнетённом состоянии: это было связано как с творческой неудовлетворённостью, так и с личными переживаниями. В конце декабря или в начале января он отправился на новогодний бал-маскарад, который устраивался в Большом театре. Там произошла встреча с незнакомкой, перевернувшая жизнь поэта[2].

Софья Бахметева—Миллер

На балу он почти ничего не узнал о даме, лицо которой скрывала маска; их короткая встреча завершилась тем, что она взяла визитную карточку поэта и пообещала, что знакомство будет продолжено. С того мгновения Толстой уже не мог думать ни о чём, кроме грядущей встречи[2]:

Может быть, той же ночью он нашёл для описания своего зарождающегося чувства слова стихотворения, которое отныне будет всегда вдохновлять композиторов и влюблённых.

Спустя несколько дней Толстой получил от незнакомки приглашение. Прибыв по указанному адресу, поэт наконец увидел лицо Софьи Андреевны Миллер (в девичестве Бахметевой)[2] — своей будущей жены, «артистического эха», музы и критика[1]. Современники неоднозначно оценивали внешность этой женщины («она не была хорошенькой и с первого взгляда могла привлечь внимание разве что в маске»), но Миллер отличалась женственностью, в её взгляде чувствовался ум[2]. С этого момента почти вся любовная лирика Толстого посвящалась ей; в литературоведении адресованные Софье Андреевне стихи получили название «миллеровский цикл»[3]:

С 1851 года, когда состоялось знакомство Толстого с Софьей Миллер <...>, начинает формироваться этот «неавторский» цикл, в прологе которого прочно займёт своё место самое пронзительное стихотворение «Средь шумного бала, случайно...»

Средь шумного бала, случайно,
В тревоге мирской суеты,
Тебя я увидел, но тайна
Твои покрывала черты.

Лишь очи печально глядели,
А голос так дивно звучал,
Как звон отдалённой свирели,
Как моря играющий вал.

Отрывок из стихотворения

Произведение представляет собой стихотворную новеллу, в которой «с почти летописной точностью» воспроизведены обстоятельства случайной встречи поэта с незнакомкой, появившейся в суете многолюдного бала. Автор не видит её лица, но успевает заметить «печальные очи» под маской, услышать голос, в котором парадоксальным образом соединены «и звук нежной свирели, и рокот морского вала». Портрет дамы выглядит столь же неопределённым, как и чувства, которые внезапно овладевают лирическим героем: с одной стороны, его волнует её загадочность, с другой — он встревожен и растерян перед напором одолевающих его «неясных грёз»[4]:

Тайна, покрывающая черты незнакомки — не только маска, но и тайна её судьбы, её прошлого, наложившего отпечаток на весь её облик.

Литературоведами отмечена тематическая близость стихотворения Толстого и пушкинского «Я помню чудное мгновенье»; перекличка идёт прежде всего в строчках «В тревоге мирской суеты» — «В тревогах шумной суеты». Кроме того, исследователи проводят параллель между «Средь шумного бала…» и написанным десятью годами ранее лермонтовским стихотворением «Из-под таинственной, холодной полумаски». По мнению критика Ирины Роднянской, поэтическая новелла Толстого положена «на лермонтовский — но лишившийся многотоновости — лирический сюжет»[5].

Музыкальные адаптации и исполнители[править | править код]

Чайковский, по версии театрального деятеля Анисима Гиммерверта, мог получить стихотворение Толстого от Надежды Филаретовны фон Мекк[6]. Романс, написанный на стихотворение «Средь шумного бала…» в 1878 году для мужского голоса, композитор посвятил младшему брату Анатолию[5], правоведу по профессии, служившему в Тифлисе прокурором Окружного суда.

Выбрав в качестве музыкального жанра вальс, который в XIX веке был неотъемлемым элементом любого бала, Чайковский сместил акценты, перенеся смысловую нагрузку с суеты маскарада на внутренние переживания лирического героя[5]:

Этот романс можно уподобить мягкой акварели в красивой рамке; функцию рамки в нем выполняет восьмитактовое вступление и точно такое же по музыке заключение — оно вводит в атмосферу и настроение романса. Спокойное грациозное кружение вальса передано невероятно простыми средствами.

Романсы на это стихотворение создали также композиторы: А. Д. Александров-Кочетов (1865), Б. С. Шереметев (1879), А. А. Спиро (1884), А. Н. Шефер , Г. А. Лишин (1886) и др.[5][7]

Романс исполняли многие известные певцы: Борис Гмыря, Иван Козловский, Сергей Лемешев, Леонид Собинов[8], Георг Отс, Анатолий Пономаренко, Марк Рейзен, Анатолий Соловьяненко, Борис Штоколов, Юрий Гуляев, Сергей Захаров, Сергей Лейферкус, Муслим Магомаев, Константин Огневой, Александр Пономарёв, а также Николай Гедда, Peter Anders. Романс исполняли и такие оперные певицы, как Ирина Архипова, Тамара Милашкина, Елена Образцова.

Первая запись на грампластинку была произведена 18 июня 1901 года[9]. Романс записал артист Императорской оперы Иоаким Тартаковский, ему аккомпанировал на фортепиано П. П. Гросс. В последующем грампластинки с романсом записали: оперный певец Оскар Камионский (1906)[10], артист Императорской Санкт-Петербургской оперы Владимир Касторский (1909), заслуженный артист Императорских театров Леонид Собинов (1911), заслуженный артист РСФСР Сергей Мигай (1937), заслуженный артист РСФСР Сергей Лемешев (1939), Заслуженный артист РСФСР Иван Козловский (1937), Георгий Виноградов (1951), Муслим Магомаев (1972), народный артист СССР Анатолий Соловьяненко (1991).

Романс «Средь шумного была…» упоминается Александром Куприным в повести «Молох», где его поёт техник Миллер, «отличавшийся красотою, глупостью и чудесным баритоном».

  1. 1 2 Колосова Н. Три поэта // Толстой А. К., Полонский Я. П., Апухтин А. Н. Избранное. — М.: Московский рабочий, 1983. — С. 11. — 336 с.
  2. 1 2 3 4 Дмитрий Жуков. Алексей Константинович Толстой. — М.: Молодая гвардия, 1983. — 383 с. — (Жизнь замечательных людей).
  3. ↑ Русская литература XIX века — Русская литература XIX века. 1850—1870: учебное пособие / Леонид Кременцов, С. Джанумов. — М.: Флинта, 2011. — ISBN 978-5-89349-871-4.
  4. Тахо-Годи Е. «Средь шумного бала...» // Энциклопедия для детей. — М.: Аванта+, 1999. — Т. 9. Русская литература. — 672 с. Архивная копия от 6 мая 2012 на Wayback Machine
  5. 1 2 3 4 Александр Майкапар. П. И. Чайковский. «Средь шумного бала…»
  6. Гиммерверт А. А. Последняя сказка: А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов, А. К. Толстой. — Ваш полиграфический партнер. — М., 2011. — 153 с. — ISBN 978-5-4253-0390-5.
  7. ↑ Русские песни / Сост. проф. Ив. Н. Розанов. — М.: Госполитиздат, 1952.
  8. ↑ Арии и романсы из репертуара Л. Собинова для тенора в сопровождении фортепиано / Составитель А. Орфенов. — М.: Музыка, 1972.
  9. Из коллекции Александра Пройдакова. Средь шумного бала, соч. 38, № 3, романс (неопр.). Мир русской грамзаписи.
  10. From the collection of Dminry Golovko, Mezhdurechensk. At the ball (Средь шумного бала), romance (неопр.). Мир русской грамзаписи.

ru.wikipedia.org

К 200-летию со дня рождения Алексея К. Толстого

Алексей Константинович Толстой (1817-1875) – замечательный русский поэт, прозаик и драматург. Его перу принадлежат поэмы («Иоанн Дамаскин», «Грешница», «Алхимик»), былины, баллады и множество лирических стихотворений. Как писатель-прозаик он прославился своим историческим романом «Князь Серебряный» из времен опричнины, а его драматическая трилогия «Смерть Ивана Грозного», «Царь Федор Иоаннович» и «Борис Годунов» получила известность не только в России, но и за рубежом.

Творчество А.К. Толстого оказало заметное влияние на русскую камерно-вокальную музыку. Многие композиторы и в XIX, и в XX столетии обращались к лирике Толстого, привлекавшей их емкостью и правдивостью в изображении чувств и музыкальностью стиха. В результате не менее половины написанных Толстым стихотворений «превратились» в романсы и песни. Есть и крупное музыкальное сочинение на текст Толстого – кантата С.Танеева «Иоанн Дамаскин».

В концерте прозвучат романсы П. Чайковского, Н. Римского-Корсакова, С. Рахманинова, М. Мусоргского, А. Бородина, П. Булахова. Что касается Чайковского, то можно будет услышать и всеми признанные шедевры, давно ставшие шлягерами («Средь шумного бала» и «Благословляю вас, леса»), и сочинения гораздо менее известные, например, дуэт «Шотландская баллада» для сопрано и баритона. Стихотворение Алексея Толстого, легшее в основу этого романса, является переводом шотландской народной баллады. Сюжет, что довольно типично для этого жанра, построен вокруг кровавого события. Баллада повествует о трагедии сына-отцеубийцы, которого подтолкнула к преступлению собственная мать. Страсти героев «находят выход» в бурном фортепианном вступлении и заключении; его основная часть проходит на фоне жесткого маршевого аккомпанемента.

Романс Чайковского «Кабы знала я, кабы ведала» написан на текст, также отсылающий слушателя к фольклору, но на сей раз русскому. В стихотворении Толстого в характерных для русской народной поэзии выражениях передана тоска молодой девушки по полюбившемуся ей молодцу. Однако в романсе Чайковского отсутствует какая бы то ни было фольклорная стилизация: все сочинение выдержано в стиле, характерном именно для вокальной музыки Чайковского.

Среди романсов Римского-Корсакова, вошедших в программу, большой популярностью пользуются два сочинения – «Звонче жаворонка пенье» и «Не ветер, вея с высоты». В обоих господствует радостное, приподнятое настроение, которое задает оживленный фортепианный аккомпанемент. Два других романса Римского-Корсакова, которые тоже прозвучат в концерте, – «О, если б ты могла…» и «Вздымаются волны», напротив, – в полном соответствии с текстом – выдержаны в тонах очень мрачных.

Некоторые стихи А.К. Толстого были положены на музыку неоднократно. Например, стихотворение «Горними тихо летела душа небесами» известно в музыкальной интерпретации как минимум четырех композиторов – Чайковского, Римского-Корсакова, Мусоргского и Кюи. В концерте прозвучат романсы, написанные Чайковским и Мусоргским. Их звуковой и эмоциональный облик весьма различен. В романсе Чайковского преобладает «оперное» начало: вокальная партия, следуя за текстом, подчеркивает наиболее значимые фразы экспрессивными интонациями; певец как бы перевоплощается в изображенную в стихотворении «душу». Романс Мусоргского, скорее, напоминает живописную фреску, передающую в скупых красках некую мистическую «надмирную» картину.

Столь же интересно сравнивать романсы «Не верь, мой друг» Чайковского и Рахманинова (оба прозвучат в концерте), «Спесь» Бородина и Мусоргского (в концерте будет исполнен вариант Бородина).

Помимо романсов, в программу вечера вошли фортепианные сочинения русских композиторов – «Сентиментальный вальс» Чайковского из «Шести пьес для фортепиано» op. 51, его же «Осенняя песня» из «Времен года» и «Элегия» Рахманинова. Все пьесы прозвучат в переложении для секстета в составе пяти струнных и фортепиано. Этот же состав заменит фортепианную партию и в романсах.

В концерте примут участие солисты оперной труппы Большого Мария Гаврилова (сопрано), Екатерина Морозова (сопрано), Александра Дурсенева (меццо-сопрано), Максим Пастер (тенор), Юрий Сыров (баритон), Михаил Казаков (бас) и Секстет оркестра Большого театра в составе Роман Денисов (скрипка), Кирилл Филатов (скрипка), Дмитрий Безинский (альт), Вячеслав Чухнов (виолончель), Кирилл Носенко (контрабас), Алла Басаргина (фортепиано).

Оксана Усова

www.bolshoi.ru

Петр Булахов, А. К. Толстой

КОЛОКОЛЬЧИКИ МОИ

Слова А. Толстого
Музыка Петра Булахова

Колокольчики мои,
Цветики степные!
Что глядите на меня,
Темно-голубые?
И о чем звените вы
В день веселый мая,
Средь некошеной травы
Головой качая?

Конь несет меня стрелой
На поле открытом;
Он вас топчет под собой,
Бьет своим копытом.
Колокольчики мои,
Цветики степные!
Не кляните вы меня,
Темно-голубые!

Я бы рад вас не топтать,
Рад промчаться мимо,
Но уздой не удержать
Бег неукротимый!
Я лечу, лечу стрелой,
Только пыль взметаю;
Конь несет меня лихой,
А куда? не знаю.

Гой вы, цветики мои,
Цветики степные!
Что глядите на меня,
Темно-голубые?
И о чем грустите вы
В день веселый мая,
Средь некошеной травы
Головой качая?

Уноси мое сердце в звенящую даль…: Русские романсы и песни с нотами / Сост. А. Колесникова. – М.: Воскресенье; Евразия +, Полярная звезда +, 1996.

Сентиментальный романс (или, скорее, песня) на основе одноименного стихотворения Алексея Константиновича Толстого (1817-1875) (приведено ниже). Из авторского текста использованы только три первых и последнее восьмистишия, не несущие смысловой нагрузки, хотя для самого Толстого стихотворение было крайне важным.

У стихотворения сложная судьба. Первый вариант был создан в 1840-е годы как ностальгия по Новгородской республике и казачьей вольнице. К моменту публикации (журнал «Современник», 1854, № 4) Толстой полностью сменил акценты: теперь речь шла об объединении славянских народов вокруг Москвы и России как оплоте славянской цивилизации. Непонятны причины, побудившие автора совершенно переделать текст. Возможно, повлияло начало Крымской войны (1853-56) и всеобщий всплеск патриотизма. К счастью, первоначальный - безусловно лучший - вариант тоже сохранился. Толстой считал "Колокольчики" своим лучшим стихотворением. Смерть поэта была трагической – болезнь и передозировка морфия.

Вроде бы, какая мелочь - сменить акценты... Но Толстой как поэт, наверное, именно тогда и умер - когда переделал то, что думал, в то, что полагалось думать или модно было думать.

Известны мелодии 12 композиторов (В. И. Ребиков и др.), но наиболее популярным стал мотив Петра Петровича Булахова. Может быть, другие композиторы использовали какие-то другие фрагменты стихотворения. Входила в репертуар Сергея Лемешева.

Колокольчики мои
<первоначальная редакция, 1840-е годы>

А. К. Толстой

Колокольчики мои,
Цветики степные,
Что звените вы в траве,
Темно-голубые?

Старину ль зовете вы?
Будущие ль годы?
Новагорода ль вам жаль?
Дикой ли свободы?

Иль морских богатырей
И царевен пленных?
Иль увенчанных царей
В бармах драгоценных?

Иль соборов на Москве
Во святом синклите?
Колокольчики мои,
Звените, звените!

Колокольчики мои
В ковыле высоком!
Вы звените о былом,
Времени далеком,

Обо всем, что отцвело,
Чего нет уж боле,
О боярах на Руси,
О козацкой воле!

Колокольчики мои
В золотистом жите,
О гетманщине лихой
Звените, звените!

Как лежит козак убит
В стороне немилой,
И ракита говорит
Над его могилой!

Я прислушаюся к вам,
Цветики степные,
Русским людям передам
Я дела былые!

Гой ты, ветер, не шуми
В зеленой раките!
Колокольчики мои,
Звените, звените!

1840-е годы

Колокольчики мои
<в ред. 1854 года>

А. К. Толстой

Колокольчики мои,
Цветики степные!
Что глядите на меня,
Темно-голубые?
И о чем звените вы
В день веселый мая,
Средь некошеной травы
Головой качая?

Конь несет меня стрелой
На поле открытом;
Он вас топчет под собой,
Бьет своим копытом.
Колокольчики мои,
Цветики степные!
Не кляните вы меня,
Темно-голубые!

Я бы рад вас не топтать,
Рад промчаться мимо,
Но уздой не удержать
Бег неукротимый!
Я лечу, лечу стрелой,
Только пыль взметаю;
Конь несет меня лихой, —
А куда? не знаю!

Он ученым ездоком
Не воспитан в холе,
Он с буранами знаком,
Вырос в чистом поле;
И не блещет как огонь
Твой чепрак узорный,
Конь мой, конь, славянский конь,
Дикий, непокорный!

Есть нам, конь, с тобой простор!
Мир забывши тесный,
Мы летим во весь опор
К цели неизвестной.
Чем окончится наш бег?
Радостью ль? кручиной?
Знать не может человек —
Знает бог единый!

Упаду ль на солончак
Умирать от зною?
Или злой киргиз-кайсак,
С бритой головою
Молча свой натянет лук,
Лежа под травою,
И меня догонит вдруг
Медною стрелою?

Иль влетим мы в светлый град
Со кремлем престольным?
Чудно улицы гудят
Гулом колокольным,
И на площади народ,
В шумном ожиданье
Видит: с запада идет
Светлое посланье.

В кунтушах и в чекменях,
С чубами, с усами
Гости едут на конях,
Машут булавами,
Подбочась, за строем строй
Чинно выступает,
Рукава их за спиной
Ветер раздувает.

И хозяин на крыльцо
Вышел величавый;
Его светлое лицо
Блещет новой славой;
Всех его исполнил вид
И любви и страха,
На челе его горит
Шапка Мономаха.

«Хлеб да соль! И в добрый час! —
Говорит державный, —
Долго, дети, ждал я вас
В город православный!»
И они ему в ответ:
«Наша кровь едина,
И в тебе мы с давних лет
Чаем господина!»

Громче звон колоколов,
Гусли раздаются,
Гости сели вкруг столов,
Мед и брага льются,
Шум летит на дальний юг
К турке и к венгерцу —
И ковшей славянских звук
Немцам не по сердцу!

Гой вы, цветики мои,
Цветики степные!
Что глядите на меня,
Темно-голубые?
И о чем грустите вы
В день веселый мая,
Средь некошеной травы
Головой качая?

<1854>

В редакции, близкой к окончательному тексту, между строфами 10-й и 11-й имеется еще одно восьмистишие:

На одних цвели полях
Древле наши деды,
Русс и чех, хорват и лях
Знали те ж победы!

Будь же солнцем наших стран
И княжи над нами!
Кто на бога и славян
С русскими орлами!

Наконец, известны еще четыре строки, не вошедшие в печатный текст:

Вам тоски не заглушить,
Свет не сделать милым,
Старины не воротить
Говором унылым.

А. К. Толстой. Собр. соч. в 4-х т. Т. 1. М., Правда, 1969 – (Б-ка отечественной классики).

Петр Петрович Булахов (1822-1885), композитор, родился в семье известного московского оперного певца. К концу жизни оказался парализован, имущество и многие рукописи погибли при пожаре. Последние годы провел в имении Кусково приютившего его графа Шереметева. Романсы писал также его брат Павел Петрович Булахов, оперный тенор.

НОТЫ ДЛЯ ФОРТЕПИАНО (3 листа):



Кулёв В. В., Такун Ф. И. Золотая коллекция русского романса. В переложении для голоса в сопровождении фортепиано (гитары). М.: Современная музыка, 2003.

a-pesni.org

если вы интересуетесь музыкой, подготовьте доклад на тему «романсы на стихи А.К.Толстого»....

Романсы и песни на стихи А. К. Толстого

«Благословляю вас, леса...» (Иоанн Дамаскин). П. И. Чайковский.

«Бор сосновый в стране одинокой стоит...» А. Г. Рубинштейн.

«В колокол, мирно дремавший, с налета тяжелая бомба...» Ц. А. Кюи.

«Вздымаются волны, как горы...» А. Г. Рубинштейн, Н. А. Римский-Корсаков.

Волки. А. Г. Рубинштейн и А. С. Аренский.

«Вы все любуетесь на скалы...» Ц. А. Кюи.

Гаральд Свенгольм. С. Н. Василенко.

«Где гнутся под омутом лозы...» Н. А. Римский-Корсаков и В. И. Ребиков.

«Горними тихо летела душа небесами...» П. И. Чайковский, М. П. Мусоргский, Н. А. Римский-

Корсаков, Ц. А. Кюи и А. С. Аренский.

«Грядой клубится белою...» А. Г. Рубинштейн, Ц. А. Кюи, P. M. Глиер, Б. В. Асафьев и

Н. М. Стрельников.

«Деревцо мое миндальное...» Б. В. Асафьев и Н. М. Стрельников.

«Дождя отшумевшего капли...» А. Г. Рубинштейн.

«Дробится, и плещет, и брызжет волна...» А. Г. Рубинштейн, Н. А. Римский-Корсаков,

Ц. А. Кюи и С. М. Ляпунов.

«Есть много звуков в сердца глубине...» С. В. Рахманинов.

«Запад гаснет в дали бледно-розовой...» Н. А. Римский-Корсаков.

«Звонче жаворонка пенье...» А. Г. Рубинштейн, Н. А. Римский-Корсаков и Ц. А. Кюи.

«Змея, что по скалам влечешь свои извивы...» Ц. А. Кюи.

«К страданиям чужим ты горести полна...» Ц. А. Кюи.

«Кабы знала я, кабы ведала...» А. Г. Рубинштейн и П. И. Чайковский.

«Как чудесно хороши вы...» Ц. А. Кюи.

«Клонит к лени полдень жгучий...» Ц. А. Кюи и Н. Н. Черепнин.

Князь Ростислав. А. Г. Рубинштейн.

Колодники. А. Т. Гречанинов.

«Колокольчики мои...» П. П. Булахов и В. И. Ребиков.

«Колышется море; волна за волною...» Н. А. Римский-Корсаков и С. И. Танеев.

«Коль любить, так без рассудку...» А. Г. Рубинштейн, Ц. А. Кюи и P. M. Глиер.

«Край ты мой, родимый край...» Ц. А. Кюи, А. Т. Гречанинов, В. И. Ребиков и

Н. М. Стрельников.

«Лишь только один я останусь с собою...» Б. В. Асафьев.

«Минула страсть, и пыл ее тревожный...» П. И. Чайковский.

«На нивы желтые нисходит тишина...» П. И. Чайковский, Н. А. Римский-Корсаков, Ц. А. Кюи,

А. С. Аренский, А. Т. Гречанинов и Н. Н. Черепнин.

«Над неприступной крутизною...» Ц. А. Кюи и А. Т. Гречанинов.

«Не Божиим громом горе ударило...» М. П. Мусоргский.

«Не брани меня, мой друг...» Ф. Лист.

«Не ветер, вея с высоты...» А. Г. Рубинштейн, Н. А. Римский-Корсаков и С. И. Танеев.

«Не верь мне друг, когда в избытке горя...» П. И. Чайковский, Н. А. Римский-Корсаков и

С. В. Рахманинов.

«Не пенится море, не плещет волна...» М. А. Балакирев, Н. А. Римский-Корсаков и Ц. А. Кюи.

«О, если б ты могла хоть на единый миг...» П. И. Чайковский, Н. А. Римский-Корсаков и

М. М. Ипполитов-Иванов.

«О, не пытайся дух унять тревожный...» Б. В. Асафьев.

«Обычной полная печали...» Ц. А. Кюи.

«Ой, честь ли то молодцу лен прясти?..» М. П. Мусоргский, B. C. Калинников,

Н. М. Стрельников и Н. Н. Черепнин.

«Осень. Обсыпается весь наш белый сад...» П. И. Чайковский и Ц. А. Кюи.

«Острою секирой ранена береза...» А. Т. Гречанинов, М. М. Ипполитов-Иванов, В. И. Ребиков и

Н. М. Стрельников.

Пантелей-целитель. С. В. Рахманинов.

«Порой, среди забот и жизненного шума...» Б. В. Асафьев.

«Рассевается, расступается...» М. П. Мусоргский.

«Сердце, сильней разгораясь от году до году...» Б. В. Асафьев.

Оцени ответ

domashechka.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.