Полонский яков петрович стихи


Все стихи Якова Полонского


А.А. Фет

Нет, не забуду я тот ранний огонек, Который мы зажгли на первом перевале, В лесу, где соловьи и пели и рыдали, Но миновал наш май - и миновал их срок. О, эти соловьи!.. Благословенный рок Умчал их из страны калинника и елей В тот теплый край, где нет простора для метелей. И там, где жарче юг и где светлей восток, Где с резвой пеною и с сладостным журчаньем По камушкам ручьи текут, а ветерок Разносит вздохи роз, дыша благоуханьем, Пока у нас в снегах весны простыл и след, Там - те же соловьи и с ними тот же Фет... Постиг он как мудрец, что если нас с годами Влечет к зиме, то - нам к весне возврата нет, И - улетел за соловьями. И вот, мне чудится, наш соловей-поэт, Любимец роз, пахучими листами Прикрыт, и - вечной той весне поет привет. Он славит красоту и чары, как влюбленный И в звезды и в грозу, что будит воздух сонный, И в тучки сизые, и в ту немую даль, Куда уносятся и грезы, и печаль, И стаи призраков причудливых и странных, И вздохи роз благоуханных. Волшебные мечты не знают наших бед: Ни злобы дня, ни думы омраченной, Ни ропота, ни лжи, на все ожесточенной, Ни поражений, ни побед. Все тот же огонек, что мы зажгли когда-то, Не гаснет для него и в сумерках заката, Он видит призраки ночные, что ведут Свой шепотливый спор в лесу у перевала. Там мириады звезд плывут без покрывала, И те же соловьи рыдают и поют.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Аллегория

Я еду - мрак меня гнетет - И в ночь гляжу я; огонек Навстречу мне то вдруг мелькнет, То вдруг, как будто ветерок Его задует, пропадет...- Уж там не станция ли ждет Меня в свой тесный уголок?.. Ну что ж!.. Я знаю наперед - Возница слезет с облучка, И кляч усталых отпряжет, И, при мерцаньи ночника, В сырой покой меня сведет И скажет: ляг, родной мой, вот Дощатый одр - засни пока... А ну, как я, презрев покой, Не захочу - не лягу спать, И крикну: "Живо, хрыч седой, Вели мне лошадей менять!.. Да слушай ты... впряги не кляч - Лихих коней, чтоб мог я вскачь Опередивших нас догнать.. Чтоб мог прижать я к сердцу вновь Все, что вперед умчал злой рок: Свободу - молодость - любовь,- Чтоб загоревшийся восток Открыл мне даль - чтоб новый день Рассеял этой ночи тень Не так, как этот огонек".

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Ах, как у нас хорошо на балконе...

Ах, как у нас хорошо на балконе, мой милый! смотри - Озеро светит внизу, отражая сиянье зари; Белый там нежится лебедь, в объятьях стихии родной, И не расстанется с ней, как и ты, друг мой милый, со мной... Сколько ты мне ни толкуй, что родная стихия твоя - Мир, а не жаркое солнце, не грудь молодая моя!

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Беглый

— Ты куда, удалая ты башка? Уходи ты к лесу темному пока: Не сегодня-завтра свяжут молодца. Не ушел ли ты от матери-отца? Не гулял ли ты за Волгой в степи? Не сидел ли ты в остроге на цепи? «Я сидел и в остроге на цепи, Я гулял и за Волгой в степи, Да наскучила мне волюшка моя, Воля буйная, чужая, не своя. С горя, братцы, изловить себя я дал — Из острога, братцы, с радости бежал. Как в остроге-то послышалося нам, Что про волю-то читают по церквам,— Уж откуда сила-силушка взялась: Цепь железная, и та, вишь, порвалась! И задумал я на родину бежать; Божья ночка обещалась покрывать. Я бежал — ног не чуял под собой... Очутился на сторонушке родной, Тут за речкой моя матушка живет, Не разбойничка, а сына в гости ждет. Я сначала постучуся у окна — Выходи, скажу, на улицу, жена! Ты не спрашивай, в лицо мне не гляди, От меня, жена, гостинчика не жди. Много всяких я подарков тебе нес, Да, вишь, как-то по дороге все растрес; Я вина не пил — с воды был пьян, Были деньги — не зашил карман. Как нам волю-то объявят господа, Я с воды хмелен не буду никогда; Как мне землю-то отмерят на миру — Я в кармане-то зашью себе дыру. Буду в праздники царев указ читать... Кто же, братцы, меня может забижать?» — Ты куда, удалая ты башка? Уходи ты к лесу темному пока. Хоть родное-то гнездо недалеко,— Ночь-то месячна: признать тебя легко. Знать, тебе в дому хозяином не быть, По дорогам, значит, велено ловить.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Белая ночь

Дым потянуло вдаль, повеяло прохладой. Без тени, без огней, над бледною Невой Идет ночь белая — лишь купол золотой Из-за седых дворцов, над круглой колоннадой, Как мертвеца венец перед лампадой, Мерцает в высоте холодной и немой. Скажи, куда идти за счастьем, за отрадой, Скажи, на что ты зол, товарищ бедный мой?! Вот — темный монумент вознесся над гранитом... Иль мысль стесненная твоя Спасенья ищет в жале ядовитом, Как эта медная змея Под медным всадником, прижатая копытом Его несущего коня...

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


* * *

Блажен озлобленный поэт, Будь он хоть нравственный калека, Ему венцы, ему привет Детей озлобленного века. Он как титан колеблет тьму, Ища то выхода, то света, Не людям верит он - уму, И от богов не ждет ответа. Своим пророческим стихом Тревожа сон мужей солидных, Он сам страдает под ярмом Противоречий очевидных. Всем пылом сердца своего Любя, он маски не выносит И покупного ничего В замену счастия не просит. Яд в глубине его страстей, Спасенье - в силе отрицанья, В любви - зародыши идей, В идеях - выход из страданья. Невольный крик его - наш крик. Его пороки - наши, наши! Он с нами пьет из общей чаши, Как мы отравлен - и велик.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Бэда-проповедник

Был вечер; в одежде, измятой ветрами, Пустынной тропою шел Бэда слепой; На мальчика он опирался рукой, По камням ступая босыми ногами,- И было все глухо и дико кругом, Одни только сосны росли вековые, Одни только скалы торчали седые, Косматым и влажным одетые мхом. Но мальчик устал; ягод свежих отведать, Иль просто слепца он хотел обмануть: "Старик!- он сказал,- я пойду отдохнуть; А ты, если хочешь, начни проповедать: С вершин увидали тебя пастухи... Какие-то старцы стоят на дороге... Вон жены с детьми! говори им о боге, О сыне, распятом за наши грехи". И старца лицо просияло мгновенно; Как ключ, пробивающий каменный слой, Из уст его бледных живою волной Высокая речь потекла вдохновенно - Без веры таких не бывает речей!.. Казалось - слепцу в славе небо являлось; Дрожащая к небу рука поднималась, И слезы текли из потухших очей. Но вот уж сгорела заря золотая И месяца бледный луч в горы проник, В ущелье повеяла сырость ночная, И вот, проповедуя, слышит старик - Зовет его мальчик, смеясь и толкая: "Довольно!.. пойдем!.. никого уже нет!" Замолк грустно старец, главой поникая. Но только замолк он - от края до края: "Аминь!" - ему грянули камни в ответ.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


В альбом К. Ш...

Писатель, если только он Волна, а океан - Россия, Не может быть не возмущен, Когда возмущена стихия. Писатель, если только он Есть нерв великого народа, Не может быть не поражен, Когда поражена свобода.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


В гостиной

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . В гостиной сидел за раскрытым столом мой отец, Нахмуривши брови, сурово хранил он молчанье; Старуха, надев как-то набок нескладный чепец, Гадала на картах; он слушал ее бормотанье. Немного подальше, тайком говоря меж собой, Две гордые тетки на пышном диване сидели, Две гордые тетки глазами следили за мной И, губы кусая, с насмешкой в лицо мне глядели. А в темном углу, опустя голубые глаза, Не смея поднять их, недвижно сидела блондинка. На бледных ланитах ее трепетала слеза, На жаркой груди высоко поднималась косынка.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


* * *

В дни, когда над сонным морем Духота и тишина, В отуманенном просторе Еле движется волна. Если ж вдруг дохнет над бездной Ветер, грозен и могуч, Закипит волна грознее Надвигающихся туч... И помчится, точно в битву Разъяренный шпорой конь, Отражая в брызгах пены Молний солнечный огонь. И рассыпавшись о скалы, Изомнет у берегов Раскачавшиеся перья Прошумевших тростников...

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


В осеннюю темь

(Отрывок) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Вечера настали мглистые - Отсырели камни мшистые; И не цветиками розовыми, Не листочками березовыми, Не черемухой в ночном пару, Пахнет, веет во сыром бору - Веет тучами сгустившимися, Пахнет липами - свалившимися, Или мокрых листьев ворохом; Тишина пугает шорохом... Только там, за речкой тинистою, Что-то злое и порывистое С гулом по лесу промчалося, Словно смерти испугалося... Что со мной!.. Чего спасительного Или хоть бы утешительного Ожидать от лесу темного, В сон и холод погруженного? Пусть другой тут с горя топится!.. Сердце жить еще торопится... Чувство тайное, весеннее, Будь смелей и откровеннее - Выручай свою возлюбленную, Злыми сплетнями погубленную! Пусть ее - мою красавицу, Сироту и бесприданницу - Силой выдали за пьяницу... Знаю я тебя, пиявицу, Моего лихого ворога!! Ты купил ее недорого,- Только я возьму недешево - Ничего не жди хорошего!..

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


В потемках

Один проснулся я и - вслушиваюсь чутко, Кругом бездонный мрак и - нет нигде огня. И сердце, слышу я, стучит в виски... мне жутко... Что, если я ослеп! Ни зги не вижу я, Ни окон, ни стены, ни самого себя!.. И вдруг, сквозь этот мрак глухой и безответный, Там, где гардинами завешено окно, С усильем разглядел я мутное пятно - Ночного неба свет... полоской чуть заметной. И этой малости довольно, чтоб понять, Что я еще не слеп и что во мраке этом Все, все пророчески полно холодным светом, Чтоб утра теплого могли мы ожидать.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


В потерянном раю

. . . . . . . . . . . . . Уже впервые дымной мглою Подернут был Едемский сад, Уже пожёлкнувшей листвою Усеян синий был Ефрат, Уж райская не пела птица — Над ней орел шумел крылом, И тяжело рычала львица, В пещеру загнанная львом. И озирал злой дух с презреньем Добычу смерти — пышный мир И мыслил: смертным поколеньям Отныне буду я кумир. И вдруг, он видит, в райской сени, Уязвлена, омрачена, Идет, подобно скорбной тени, Им соблазненная жена. Невольно прядью кос волнистых Она слегка прикрыла грудь, Уже для помыслов нечистых Пролег ей в душу знойный путь. И, ей десницу простирая, Встает злой дух,— он вновь готов, Ей сладкой лестью слух лаская, Петь о блаженстве грешных снов. Но что уста его сковало? Зачем он пятится назад? Чем эта жертва испугала Того, кому не страшен ад? Он ждал слезы, улыбки рая, Молений, робкого стыда... И что ж в очах у ней?— такая Непримиримая вражда, Такая мощь души без страха, Такая ненависть, какой Не ждал он от земного праха С его минутной красотой. Грозы божественной сверканье — Тех молний, что его с небес Низвергли — не без содроганья В ее очах увидел бес, И в мглу сокрылся привиденьем, Холодным облаком осел, Змеей в траву прополз с шипеньем, В деревьях бурей прошумел. Но сила праведного гнева Земного рая не спасла, И канула слеза у древа Познания добра и зла...

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


В саду

Мы празднуем в саду прощальный наш досуг. Прощай! пью за твое здоровье, милый друг!- И солнцу, что на все наводит зной, не жарко, И льду не холодно, и этот пышный куст Своих не знает роз, и даже эта чарка Не знает, чьих она касалась жарких уст. И блеск, и шорохи, и это колыханье Деревьев - все полно блаженного незнанья; А мы осуждены отпраздновать страданье, И холод сознаем и пламенный недуг... Прощай! пью за твое здоровье, милый друг!

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


В телеге жизни

С утра садимся мы в телегу... Пушкин К моей телеге я привык, Мне и ухабы нипочем... Я только дрогну, как старик, В холодном воздухе ночном... Порой задумчиво молчу, Порой отчаянно кричу: - Пошел!.. Валяй по всем по трем. Но хоть кричи, бранись иль плачь - Молчит, упрям ямщик седой: Слегка подстегивая кляч, Он ровной гонит их рысцой; И шлепает под ними грязь, И, незаметно шевелясь, Они бегут во тьме ночной.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


В хвойном лесу

Лес, как бы кадильным дымом Весь пропахнувший смолой, Дышит гнилью вековою И весною молодой. А смолу, как слезы, точит Сосен старая кора, Вся в царапинах и ранах От ножа и топора. Смолянистым и целебным Ароматом этих ран Я люблю дышать всей грудью В теплый утренний туман. Ведь и я был также ранен - Ранен сердцем и душой, И дышу такой же гнилью И такою же весной...

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Вечер

Зари догорающей пламя Рассыпало по небу искры, Сквозит лучезарное море; Затих по дороге прибрежной Бубенчиков говор нестройный, Погонщиков звонкая песня В дремучем лесу затерялась, В прозрачном тумане мелькнула И скрылась крикливая чайка. Качается белая пена У серого камня, как в люльке Заснувший ребенок. Как перлы, Росы освежительной капли Повисли на листьях каштана, И в каждой росинке трепещет Зари догорающей пламя.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Вечерний звон

Вечерний звон... не жди рассвета; Но и в туманах декабря Порой мне шлет улыбку лета Похолодевшая заря... На все призывы без ответа Уходишь ты, мой серый день! Один закат не без привета... И не без смысла - эта тень... Вечерний звон - душа поэта, Благослови ты этот звон... Он не похож на крики света, Спугнувшего мой лучший сон. Вечерний звон... И в отдаленье, Сквозь гул тревоги городской, Ты мне пророчишь вдохновенье, Или - могилу и покой. Но жизнь и смерти призрак - миру О чем-то вечном говорят, И как ни громко пой ты,- лиру Колокола перезвонят. Без них, быть может, даже гений Людьми забудется, как сон,- И будет мир иных явлений, Иных торжеств и похорон.

Русская Лирика XIX века. Москва, "Художественная Литература", 1981.


Вложи свой меч

(Немецкому народу) Недаром создал ты порядок, полный сил, И воспитал в себе отвагу: Твой враг, как пленник,— отдал шпагу, Как император — скипетр уронил; Во всеоружии ты встал и отрезвил Войнолюбивое, слепое племя — И опасения свои угомонил,— Так, совершил ты все, что подсказало время. Довольно! Зло войны должно иметь предел... И если слава — твой удел, Ты будешь истинно великою державой, Гнушаясь варварскою славой Над пеплом городов, среди кровавых тел... «Довольно!!— говорили мы, С младенчества тобой повитые умы, Недальновидные соседи.— Довольно пороху, каленой стали, меди, Свинцу и чугуна,— их гул, их дым и гром Сливает реки слез с победным торжеством; Твои трофеи — символы печали, Тоски и ужасов».— «Довольно!»— восклицали Все, для которых идеал То человечности, то правды, то свободы Ты так роскошно в блеск и звуки облекал, Когда к лобзанью призывал Устами Шиллера1 весь мир и все народы. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Все изменилось!— Юноши твои Уже не жаждут мировой любви, Искусство их — военное искусство... (Наука с увлеченьем пушки льет...) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . И тот лишь у тебя великий патриот, Кто из презрительного чувства К другим народам говорит, Что сам господь тебе велит Восток и Запад онемечить! . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . С почетом принял ты под свой покров того, Кто мог — и смел тебе недавно поперечить, Кто думал произвол собой увековечить И пал от произвола своего,— С почетом принял — и, клевретами его Обезоруженный, народ пошел калечить. Венчая славою безнравственный успех, Инстинктам дикаря послушен, Теперь ты, как палач, стоишь в виду у всех, И к воплям жертвы равнодушен. Ты ей на горло наступил, Ты в ней одобрил дух измены, Ты, как на плахе, раздробил Ее трепещущие члены... На мертвые тела жен, стариков, детей Косясь, внесешь ли ты в Париж грабеж повальный Или почтишь их тризной погребальной И лицемерный гимн споешь царю царей?!. О просвещеннейший народ! О наш великий просветитель! Знай, если Франция падет,— С ее могилы встанет мститель. Он проскользнет к тебе, как змей, Он даст тебе понять всю силу Полураздавленных идей, Не поместившихся в могилу... Он, Немезида наших дней, Тебе,— едва лишь из трофеев Ты выкроишь венки для всех своих страстей,— Руками тысячи пигмеев Расставит тысячи сетей... И если ты — хоть это знаешь, Свои надежды возлагаешь На мудрость собственных детей,— Чтоб эта мудрость не зачахла, Скорей вложи твой меч и руку ту отмой, Которая грозой пороховой, Кровавым запахом пропахла...

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Влюбленный месяц

(Посв. М.Л. Златковскому) Моя барышня по садику гуляла, По дорожке поздно вечером ходила - С бриллиантиком колечко потеряла, С белой ручки его, видно, обронила. Как ложилась на кроватку, спохватилась; Спохватившись, по коврам его искала... Не нашла она колечка - обозлилась,- Меня, бедную, воровкой обозвала. И не знала я с тоски, куда деваться; Хоть бы матушка воскресла - заступилась!.. Вышла в садик я тихонько прогуляться, Увидала ясный месяц - застыдилась. Слышу, месяц говорит мне - сам сияет: "Не пугайся меня, красная девица! Бедный месяц, как и ты, всю ночь блуждает, И ему под темным пологом не спится. И недаром в эту ночь я вышел - светел: Много горя, много девушек видал я, А как барышню твою вечор заметил, О каком-то тихом счастье возмечтал я. Как вечор она по садику гуляла - Плечи белые, грудь белую раскрыла...- Ты скажи мне, не по мне ль она скучала, На сырой песок слезинку уронила?.." Встрепенулось во мне сердце ретивое... Наклонилась я к дорожке - увидала Не слезинку, а колечко дорогое, И обмолвилась я - месяцу сказала: "Мою барышню любовь не беспокоит, Ни по ком она, красавица, не плачет, Много денег ей колечко это стоит, Имя ж честное мое не много значит... И свети ты хоть над целою землею - Не дождешься ты любви от белоручки!.."- И закапали серебряной росою Слезы месяца, и спрятался он в тучки. С той поры, когда я, бедная, горюя, Выхожу одна поплакать на крылечко,- Бедный месяц! бедный месяц!- говорю я,- Хоть с тобой мне перекинуть дай словечко...

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


* * *

Вот и ночь... К ее порогу Он пришел, едва дыша: Утомился ли он медля? Опоздал ли он спеша?.. Сел и шляпу снял, и, бледный, К ней наверх в окно глядит; И, прислушиваясь, тихо, Точно бредит, говорит: - Милый ангел! Будь покойна - Я к тебе не постучусь... Вижу свет твоей лампады И безумствую - молюсь... За тебя ли, за себя ли Я молюсь, не знаю сам. Ни глазам твоим не верю, Ни лампаде, ни звездам. Ведь они, все эти звезды, Как и твой небесный взгляд, И горят, и в душу смотрят - И неправду говорят... Ведь они, все эти звезды, Никогда не скажут мне, Кто сейчас твою лампаду Погасил, мелькнув в окне. Или это промелькнуло Отражение луны?.. Или это - греза ночи, Шорох знойной тишины? Или это - у забора Ветерок шуршит листвой? Нет!.. Я слышу смех влюбленных Над моей смешной слезой. И, как тень, с ее порога Поднялся он, чуть дыша... Утомился ли он медля, Опоздал ли он спеша?..

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


* * *

Время новое повеяло — смотри, Время новое повеяло крылом: У одних глаза вдруг вспыхнули огнем, Словно луч в лицо ударил от зари, У других глаза померкли и чело Потемнело, словно облако нашло...

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Встреча

Вчера мы встретились; - она остановилась - Я также - мы в глаза друг другу посмотрели. О боже, как она с тех пор переменилась; В глазах потух огонь, и щеки побледнели. И долго на нее глядел я молча строго - Мне руку протянув, бедняжка улыбнулась; Я говорить хотел - она же ради бога Велела мне молчать, и тут же отвернулась, И брови сдвинула, и выдернула руку, И молвила: "Прощайте, до свиданья", А я хотел сказать: "На вечную разлуку Прощай, погибшее, но милое созданье".

Чудное Мгновенье. Любовная лирика русских поэтов. Москва: Художественная литература, 1988.


Вызов

За окном в тени мелькает Русая головка. Ты не спишь, мое мученье! Ты не спишь, плутовка! Выходи ж ко мне навстречу! С жаждой поцелуя, К сердцу сердце молодое Пламенно прижму я. Ты не бойся, если звезды Слишком ярко светят: Я плащом тебя одену Так, что не заметят! Если сторож нас окликнет - Назовись солдатом; Если спросят, с кем была ты, Отвечай, что с братом! Под надзором богомолки Ведь тюрьма наскучит; А неволя поневоле Хитрости научит!

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Гипотеза

Из вечности музыка вдруг раздалась, И в бесконечность она полилась, И хаос она на пути захватила,- И в бездне, как вихрь, закружились светила: Певучей струной каждый луч их дрожит, И жизнь, пробужденная этою дрожью, Лишь только тому и не кажется ложью, Кто слышит порой эту музыку божью, Кто разумом светел, в ком сердце горит.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Горная дорога в Грузии

Вижу, как тяжек мой путь, Как бесполезен мой повод! Кони натужили грудь, Солнце печет, жалит овод. Что ты, лихой проводник, Сверху кричишь мне: за мною! Ты с малолетства привык Рыскать с ружьем за спиною. Я же так рано устал! Скучны мне виды природы — Остовы глинистых скал, Рощей поникшие своды! Глухо, безлюдно кругом... Тяжко на эти вершины, Вечным объятые сном, Облокотились руины. Спят!.. и едва ли от них Странник дождется ответа! Вряд ли порадует их Голос родного привета! Нет ли?— скажи, проводник,— Нет ли преданья?!— Рукою Шапку надвинул старик И покачал головою. Вижу — потоки бегут — Книзу проносится пена, Через потоки бредут Кони, в воде по колена. Рад бы и я утолить Жажду — в тени приютиться. Рад бы с коня соскочить — Руки сложить и забыться. Некуда спрыгнуть с седла! Слева — отвесные стены, Справа — деревья и мгла, Шум и сверкание пены. Рад бы помчаться стрелой! Рад бы скакать!— невозможно! Конь мой идет осторожно, Пробует камни ногой. И осторожность заслуга! Конь мой собой дорожит. Вот поднимается с юга Ветер,— пустыня шумит, Мне же далекого друга Голос как будто звучит. «Друг мой! зачем ты желаешь Лучших путей? путь один...» Ну, конь! иди сам как знаешь — Здесь я не твой господин!

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Грузинка

Вчера грузинку ты увидел в первый раз На кровле, устланной коврами, Она была в шелку и в галунах, и газ Прозрачный вился за плечами. Сегодня, бедная, под белою чадрой, Скользя тропинкою нагорной, Через пролом стены, к ручью, над головой Она несет кувшин узорный. Но не спеши за ней, усталый путник мой,— Не увлекись пустым мечтаньем! Мираж не утолит томящей жажды в зной И не навеет снов журчаньем.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Грузинская ночь

Грузинская ночь - я твоим упиваюсь дыханьем! Мне так хорошо здесь под этим прохладным навесом, Под этим навесом уютной нацваловой* сакли. На мягком ковре я лежу под косматою буркой, Не слышу ни лая собак, ни ослиного крику, Ни дикого пенья под жалобный говор чингури**. Заснул мой хозяин - потухла светильня в железном Висячем ковше... Вот луна!- и я рад, что сгорело Кунжутное*** масло в моей деревенской лампаде... Иные лампады зажглись, я иную гармонию слышу. О боже! какой резонанс! Чу! какая-то птица - Ночная, болотная птица поет в отдаленьи... И голос ее точно флейты отрывистый, чистый, Рыдающий звук - вечно та же и та же В размер повторенная нота - уныло и тихо Звучит.- Не она ли мне спать не дает! Не она ли Напела мне на душу грусть! Я смыкаю ресницы, А думы несутся одна за другой, беспрестанно, Как волны потока, бегущего с гор по ущелью. Но волны потока затем ли бегут по ущелью, Чтоб только достигнуть предела и слиться с волнами Безбрежного моря!- нет, прежде чем моря достигнуть, Они на долину спешат, напоить виноградные лозы И нивы - надежду древнейшего в мире народа. А вы, мои думы!- вы, прежде чем в вечность Умчитесь, в полете своем захватив мириады Миров,- вы - скажите, ужель суждено вам Носиться бесплодно над этою чудной страною, Так страстно любимою солнцем и - выжженной солнцем! * Нацвал - деревенский староста. ** Чингури - струнный инструмент. *** Кунжут - растение.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Грузинская песня (Всякий раз как под буркой...)

Всякий раз как под буркой, порою ночной, Беспробудно я сплю до звезды заревой, Три видения райских слетают ко мне — Три красавицы чудных я вижу во сне. Как у первой красавицы очи блестят, Так и звезды во мраке ночном не горят; У второй, как поднимет ресницы свои, Очи зорко глядят, как глаза у змеи. Никогда не была ночь в горах так темна, Как у третьей темна черных глаз глубина. И когда на заре улетает мой сон, Не вставая, гляжу я в пустой небосклон — Все гляжу да все думаю молча о том: Кабы деньги да деньги, построил бы дом! Окружил бы его я высокой стеной, Заключил бы я в нем трех красавиц со мной От утра до утра им бы песни я пел! От зари до зари им бы в очи глядел!

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Двойник

Я шел и не слыхал, как пели соловьи, И не видал, как звезды загорались, И слушал я шаги — шаги, не знаю чьи, За мной в лесной глуши неясно повторялись. Я думал — эхо, зверь, колышется тростник; Я верить не хотел, дрожа и замирая, Что по моим следам, на шаг не отставая, Идет не человек, не зверь, а мой двойник. То я бежать хотел, пугливо озираясь, То самого себя, как мальчика, стыдил... Вдруг злость меня взяла — и, страшно задыхаясь, Я сам пошел к нему навстречу и спросил: — Что ты пророчишь мне или зачем пугаешь? Ты призрак иль обман фантазии больной? — Ах!— отвечал двойник,— ты видеть мне мешаешь И не даешь внимать гармонии ночной; Ты хочешь отравить меня своим сомненьем, Меня — живой родник поэзии твоей!.. И, не сводя с меня испуганных очей, Двойник мой на меня глядел с таким смятеньем, Как будто я к нему среди ночных теней — Я, а не он ко мне явился привиденьем.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


Дорога

Глухая степь - дорога далека, Вокруг меня волнует ветер поле, Вдали туман - мне грустно поневоле, И тайная берет меня тоска. Как кони ни бегут - мне кажется, лениво Они бегут. В глазах одно и то ж - Все степь да степь, за нивой снова нива. - Зачем, ямщик, ты песни не поешь? И мне в ответ ямщик мой бородатый: - Про черный день мы песню бережем. - Чему ж ты рад?- Недалеко до хаты - Знакомый шест мелькает за бугром. И вижу я: навстречу деревушка, Соломой крыт стоит крестьянский двор, Стоят скирды.- Знакомая лачужка, Жива ль она, здорова ли с тех пор? Вот крытый двор. Покой, привет и ужин Найдет ямщик под кровлею своей. А я устал - покой давно мне нужен; Но нет его... Меняют лошадей. Ну-ну, живей! Долга моя дорога - Сырая ночь - ни хаты, ни огня - Ямщик поет - в душе опять тревога - Про черный день нет песни у меня.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


* * *

Если б смерть была мне мать родная, Как больное, жалкое дитя, На ее груди заснул бы я И, о злобах дня позабывая, О самом себе забыл бы я. Но она - не мать, она - чужая, Грубо мстит тому, кто смеет жить, Мыслить и мучительно любить, И, покровы с вечности срывая, Не дает нам прошлое забыть.

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


* * *

Еще не все мне довелось увидеть... И вот одно осталось мне: Закрыв глаза, любить и ненавидеть Бесплодно, смутно - как во сне!

Я.П.Полонский. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1954.


* * *

Заплетя свои темные косы венцом, Ты напомнила мне полудетским лицом Все то счастье, которым мы грезим во сне, Грезы детской любви ты напомнила мне. Ты напомнила мне зноем темных очей Лучезарные тени восточных ночей - Мрак цветущих садов - бледный лик при луне,- Бури первых страстей ты напомнила мне. Ты напомнила мне много милых теней Простотой, темным цветом одежды твоей. И могилу, и слезы, и бред в тишине Одиноких

rupoem.ru

Все стихи Якова Полонского

Вдова

 

Уж не ты ли знаком

С чернобровой вдовой,

Что живет, без родни,

За Москвою-рекой?..

 

Что на утренний звон,

В темь и холод весь пост

Ходит слезы ронять

На церковный помост.

 

Страшно ей, говорят,

В образнице своей;

Где же ей замолить

Чары грешных ночей?..

 

Погляди, за толпой

Не она ли видна

Вся в кадильном дыму

У сырого окна?..

 

Бродит утренний свет,-

Тускло светит свеча;

Но в кромешной ночи

Ее глаз - ни луча...

 

Много дум, гордых дум

В их застынувшей мгле;

Но смиренья печать

На лилейном челе...

 

Говорят, ее муж,

Хоть и скряга он был,

В шелк ее наряжал,

Бриллианты дарил,

 

Да на днях,говорят,

На своем сундуке

Умер, стиснув ключи

В посинелой руке.

 

От чего умер?- глух

Был обычный вопрос:

И в могилу его

Проводили без слез.

 

Но покойника дух,

Видно, сам над собой

В эту ночь простонал

За Москвою-рекой.

 

Его буря несла,

Он метелицу нес,-

И недаром завыл

На цепи его пес.

 

Тень хозяина шла,

К дому шла, яко дым,-

А хозяйка его

Обнималась с другим...

 

С жемчугом на груди

И с кольцом на руке,

Целовалась она

На пустом сундуке.

 

Не спасли его вклад

Ни печать, ни зарок...

Для кого ж потайной

Отомкнулся замок?

 

Отчего вещий страх,

Словно жало змеи,

Присосался к ее

Беззащитной любви?..

 

Вдруг тревожнее стал

Молодой голосок,

Засверкал на руке

Бриллиант-огонек...

 

Она пряди волос

Оправлять начала...-

В двери мертвая тень

Незаметно вошла.

 

И с тоской на душе,

С страшно бледным лицом,

Молодая вдова

Оглянулась кругом...

 

Мутно стало в очах,

Сжал ей сердце недуг,

И шепнула она:

«Уходи, милый друг!

 

Уж к заутрени звон

Прозвонил... Уж потух

Лунный свет... на дворе

Загорланил петух...

 

Уходи, милый мой!

Эти звуки кричат,

Что покойный мой муж

Принял медленный яд.

 

Отчего я дрожу,

Точно совесть моя

Нечиста?.. Уходи...

Я не выдам тебя...

 

Иногда слышу я

Над собой адский смех...

Кто мне душу спасет,-

Кто отмолит мой грех?!.»

 

С этой скорбной душой,

С этой милой вдовой

Уж не ты ли знаком?..

Не бледней, милый мой!

 

1895

45ll.net

Яков Полонский - Утро: читать стих, текст стихотворения поэта классика на РуСтих

Вверх, по недоступным
Крутизнам встающих
Гор, туман восходит
Из долин цветущих;

Он, как дым, уходит
В небеса родные,
В облака свиваясь
Ярко-золотые —
И рассеиваясь.

Луч зари с лазурью
На волнах трепещет;
На востоке солнце,
Разгораясь, блещет.

И сияет утро,
Утро молодое…
Ты ли это, небо
Хмурое, ночное?

Ни единой тучки
На лазурном небе!
Ни единой мысли
О насущном хлебе!

О, в ответ природе
Улыбнись, от века
Обреченный скорби
Гений человека!

Улыбнись природе!
Верь знаменованью!
Нет конца стремленью —
Есть конец страданью!

Анализ стихотворения «Утро» Полонского

Стихотворение «Утро», принадлежащее перу Якова Полонского, было написано в 1845 году. Так как Я. П. Полонскому на момент его создания было 26 лет, оно относится к ранним произведениям поэта. Юношеский порыв, который чувствуется на протяжении всего стихотворения, обусловлен именно этим.

Тема произведения — свежесть и красота горного утра, призыв наслаждаться этими видами. Именно в этом поэт видит выход из бесконечной череды страданий. Начало стихотворения — полное жизни описание утренней природы. Поэтом описывается восхождение тумана по «крутизнам» гор. Данная метафора как ничто другое очеловечивает это явление природы.

Яков Полонский описывает утро как период, в котором на короткое время встречают друг друга задержавшиеся на небосклоне звезды и раннее солнце. Лучами их «сияет утро молодое». А после в стихотворение вступает лирический герой. Он поражен лазурностью неба, которое так разительно отличается от мрачности небосклона в ночи. Лирический герой признает, что все материальные и низменные мысли покинули его. Не потому ли, что в такие моменты все вытесняют величие и красота мира вокруг?

Последняя строфа носит философский характер, призыв улыбнуться природе в ответ. Лирический герой считает, что человеческий гений утяжелен скорбью, потому что зависит от диктуемых эпохой условий. И во всей этой борьбе именно природа — знаменование, которому нельзя не верить. Гармония с окружающим миром и есть выход из скорби.

Стихотворение «Утро» легко разделяется на две смысловые части, первой из которых является описание раннего утра, а второй — обращение к гению человека. Произведение разделено на шесть катренов и пятистишье. Строки объединены рифмовкой как внутристрофной, так и междустрофной. Рифмовка перекрестного типа, некоторые строки рифмы лишены. Размер стихотворения — трехстопный хорей.

«Утро» Я. П. Полонского пестрит самыми разнообразными художественными средствами. Огромное количество и эпитетов, которые улучшают визуализацию описаний: «небо хмурое, ночное», » небеса родные», «недоступные крутизны». Не менее важны метафоры: «сияет небо», «встающие горы», «долины цветущие». А вот сравнение в произведении одно: «он, как дым, уходит».

Любопытнее всего выглядит изменение интонационной картины стихотворения. Если первая часть, символизируя неспешность наступающего утра, медлительна и обрывочна, то вторая полна восклицательных предложений. Это и помогает сделать акцент на основной идее, мысли.

rustih.ru

Яков Полонский - А.С. Пушкин: читать стих, текст стихотворения поэта классика на РуСтих

Читано автором в Москве,
в день открытия памятника Пушкину,
в I заседании Общества Любителей Российской Словесности,
6 июня 1880 года.

I

Пушкин — это возрожденье
Русской Музы, — воплощенье
Наших трезвых дум и чувств,
Это — незапечатленный
Ключ поэзии, священный
В светлой области искусств.

Это — эллинов стремленье
К красоте и лицезренье
Их божеств без покрывал,
Это — голос Немезиды,
Это девы Эвмениды
Окровавленный кинжал…

Это — вещего баяна
Струнный говор… свист Руслана…
И русалок голоса…
Это — арфа Серафима,
В час, когда душа палима
Жаждой веры в небеса.

Это старой няни сказка,
Это молодости ласка,—
Огонёк в степной глуши…
Это — слёзы умиленья…
Это — смутное влеченье
Вечно жаждущей души…

II

Свой в столицах, на пирушке,
В сакле, в таборе, в лачужке,
Пушкин чуткою душой
Слышит друга голос дальний,—
Песню Грузии печальной…
Бред цыганки кочевой…

Слышит крик орла призывный,
Слышит ропот заунывный
Океана в бурной мгле,—
Видит небо без лазури
И, — что краше волн и бури, —
Видит деву на скале…

Знает горе нам родное…
И разгулье удалое,—
И сердечную тоску…
Но не падает усталый —
И, как путник запоздалый,
Сам стучится к мужику.

Ничего не презирая,
В дымных избах изучая
Дух и склад родной страны,
Чуя русской жизни трепет,
Пушкин — правды первый лепет,
Первый проблеск старины…

III

Пушкин — это эхо славы
От Кавказа до Варшавы,
От Невы до всех морей,—
Это — сеятель пустынный,
Друг свободы, неповинный
В лжи и злобе наших дней.

Это — гений, всё любивший,
Всё в самом себе вместивший —
Север, Запад и Восток…
Это — тот «ничтожный мира»,
Что, когда бряцала лира,
Жёг сердца вам, как пророк.

Это — враг гордыни праздной,
В жертву сплетни неотвязной
Светом преданный, — враждой,
Словно тернием, повитый,
Оскорбленный и убитый
Святотатственной рукой…

Поэтический Мессия
На Руси, он, как Россия,—
Всеобъемлющ и велик…
Ныне мы поэта славим —
И на пьедестале ставим
Прославляющий нас лик…

rustih.ru

Яков Полонский - По горам две хмурых тучи: читать стих, текст стихотворения поэта классика на РуСтих

По горам две хмурых тучи
Знойным вечером блуждали
И на грудь скалы горючей
К ночи медленно сползали.
Но сошлись — не уступили
Той скалы друг другу даром,
И пустыню огласили
Яркой молнии ударом.
Грянул гром — по дебрям влажным
Эхо резко засмеялось,
А скала таким протяжным
Стоном жалобно сказалась,
Так вздохнула, что не смели
Повторить удара тучи
И у ног скалы горючей
Улеглись и обомлели…

Анализ стихотворения «По горам две хмурых тучи» Полонского

Яков Петрович Полонский — мастер пейзажной лирики, классик отечественной поэзии XIX века. В круг детской литературы вошло его стихотворение «По горам две хмурых тучи», созданное по впечатлениям от службы в Тифлисе.

Стихотворение написано в 1859 году, его автору в эту пору исполнилось 40 лет, он счастливо женат, выпустил в свет несколько сборников стихов и взялся за прозу. Его талант признан и в кругу маститых коллег по перу, например, Н. Некрасовым и И. Тургеневым, А. Фетом и А. Хомяковым.

По жанру – пейзажная лирика, по размеру – хорей с перекрестной рифмой, без строф. Лирический герой – рассказчик. Композиционно делится на 3 части: потасовка двух туч, удар молнии в скалу и – общее примирение перед тем, как улечься всем спать.

Лексика просторечная, рваный ритм. Поэт не избегает глагольных рифм: блуждали-сползали, смели-обомлели. Чувствуется в стихотворении какая-то шутливость и парадоксальность. Тучи изображены как двое забияк, затевающих драку из-за места ночлега. Гроза не несет ничего возвышенного или пугающего, более того, ей даже не дают толком начаться. Раскаты грома подчеркнуты аллитерацией сочетаний звуков с «р». Эпитеты: знойным вечером, дебрям влажным, протяжным стоном. Повтор мотива: скалы горючей. Интересна семантика слова «горючей», означающее и что-то горячее, и что-то горькое. Олицетворения: грудь скалы, эхо засмеялось, скала вздохнула, ноги скалы, тучи улеглись. Инверсия: грянул гром, не смели повторить удара тучи, улеглись и обомлели.

Интересно, что развязка стихотворения оставляет за кадром весьма существенную деталь: завтра тучи, заночевавшие столь низко у подножия гор, вновь схлестнутся и вызовут, наконец, настоящую грозу. Возможно, только многоточие в заключительной строке намекает на грядущее буйство стихии. Описываемая Я. Полонским местность имеет реальные прототипы. Дело в том, что поэт несколько лет служил на Кавказе. Понятно, что рассказчик находится в безопасности, ведь молния в горах опаснее для человека, чем на равнине. Надо отметить, что как раз в те годы в Европе массово увлекались альпинизмом, возможно, произведение Я. Полонского — отзвук этого увлечения.

Стихотворение Я. Полонского «По горам две хмурых тучи» было положено на музыку композитором С. Танеевым. И. А. Блок, и К. Чуковский уже в XX веке высоко ценили его литературный стиль, верность традиции, ясность мысли.

rustih.ru

Стихи о любви Якова Полонского

Здесь собраны все стихи русского поэта Яков Полонский на тему Стихи о любви.

» Аллегория
Я еду - мрак меня гнетет - И в ночь гляжу я; огонек Навстречу мне то вдруг мелькнет, То вдруг, как будто ветерок...
» В хвойном лесу
Лес, как бы кадильным дымом Весь пропахнувший смолой, Дышит гнилью вековою И весною молодой....
» Влюбленный месяц
Моя барышня по садику гуляла, По дорожке поздно вечером ходила - С бриллиантиком колечко потеряла, С белой ручки его, видно, обронила....
» Из Бурдильена
"The night has a thousand eyes" * Ночь смотрит тысячами глаз, А день глядит одним; Но солнца нет - и по земле...
» Кораблики
Я, двух корабликов хозяин с юных дней, Стал снаряжать их в путь: один кораблик мой Ушел в прошедшее, на поиски людей, Прославленных молвой,...
» На искусе
Как промаюсь я, службы все выстою, Да уйду на ночь в келью свою, Да лампадку пред девой пречистою Засветив, на молитве стою......
» Напрасно
Напрасно иногда взывал он к тени милой И ждал - былое вновь придет и воскресит Все то, что мертвым сном спит, взятое могилой, Придет - и усыпит любви волшебной силой...
» Последний вздох
"Поцелуй меня... Моя грудь в огне... Я еще люблю... Наклонись ко мне"....
» Поцелуй
И рассудок, и сердце, и память губя, Я недаром так жарко целую тебя - Я целую тебя и за ту, перед кем Я таил мои страсти - был робок и нем,...
» Сатар
Сатар! Сатар! Твой плач гортанный - Рыдающий, глухой, молящий, дикий крик - Под звуки чианур и трели барабанной Мне сердце растерзал и в душу мне проник....
» Соловьиная любовь
В те дни, как я был соловьем, Порхающим с ветки на ветку, Любил я поглядывать зорким глазком В окно, на богатую клетку....
» Старый сазандар
Земли, полуднем раскаленной, Не освежила ночи мгла. Заснул Тифлис многобалконный; Гора темна, луна тепла......
» Татарская песня
Он у каменной башни стоял под стеной; И я помню, на нем был кафтан дорогой; И мелькала, под красным сукном, Голубая рубашка на нем......
» Тени и сны
Я свечи загасил, и сразу тени ночи, Нахлынув, темною толпой ко мне влетели; Я стал ловить сквозь сон их призрачные очи И увидал их тьму вокруг моей постели....
» Узница
Что мне она!- не жена, не любовница, И не родная мне дочь! Так отчего ж ее доля проклятая Спать не дает мне всю ночь!...
» Утрата
Когда предчувствием разлуки Мне грустно голос ваш звучал, Когда, смеясь, я ваши руки В моих руках отогревал,...
» Холодная любовь
Когда, заботами иль злобой дня волнуем, На твой горячий поцелуй Не отвечаю я таким же поцелуем,- Не упрекай и не ревнуй!...
» Что с ней?
1 Когда из пелен порывалась она, Молилась и жарко мечтала, Растленная жизнь, зла и грязи полна,...
» Что, если
Что, если на любовь последнюю твою Она любовью первою ответит И, как дитя, произнесет: «люблю»,— И сумеркам души твоей посветит?...

Яков Полонский

rupoem.ru

Полонский, Яков Петрович - Википедия

Я́ков Петро́вич Поло́нский (7 [19] декабря 1819, Рязань — 18 [30] октября 1898, Санкт-Петербург) — русский поэт и прозаик.

Из дворян. Родился в семье бедного чиновника в 1819 году. Окончил Рязанскую гимназию (1838). Учился на юридическом факультете Московского университета (1838—1844), слушал лекции профессоров П. Г. Редкина, Д. Л. Крюкова и Т. Н. Грановского, которые оказали существенное влияние на формирование мировоззрения Полонского. В университете проучился пять лет вместо положенных четырёх, поскольку на 3-м курсе не сдал экзамен по римскому праву профессору Н. И. Крылову. В студенческие годы Полонский сблизился с А. А. Григорьевым и А. А. Фетом, познакомился также с П. Я. Чаадаевым, А. С. Хомяковым, Т. Н. Грановским. В студенческие годы Полонский зарабатывал на жизнь частными уроками.

В журнале «Отечественные записки» в 1840 году опубликовал первое стихотворение. Участвовал в студенческом альманахе «Подземные ключи». В это время познакомился с И. С. Тургеневым, дружба с которым продолжалась до смерти последнего.

По окончании университета (вып. 1844) жил в Одессе, затем получил назначение в Тифлис (1846), где служил до 1851 года; кавказскими впечатлениями навеяны его лучшие стихи, принесшие молодому чиновнику всероссийскую известность.

С 1851 года жил в Санкт-Петербурге, редактировал в 1859—1860 годах журнал «Русское слово». Служил в Комитете иностранной цензуры, в Совете Главного управления по делам печати (1860—1896).

Адреса Полонского:

  • 1879—1883 гг. — дом Безобразова, набережная Фонтанки, 24[4]
  • угол Звенигородской и Николаевской ул. (Марата, 84)
  • 1888—1898 гг. — Знаменская (ныне ул. Восстания), 26[5]

В 1890-е годы Полонский, Майков и Григорович — последние представители словесности 1840-х годов — напоминали петербургскому обществу об ушедшем веке литературных гигантов[6].

Умер Полонский в Петербурге в 1898 году, похоронен в Ольговом монастыре под Рязанью; в 1958 году перезахоронен на территории Рязанского кремля (фото могилы).

Яков Полонский, 1880-е

Литературное наследие Полонского очень велико и неравноценно, включает в себя несколько сборников стихотворений, многочисленные поэмы, романы и рассказы. По характеристике Юлия Айхенвальда[7],

Писатель редких вдохновений, Полонский был замечательно искусный версификатор, и порою для него как бы не существовали технические усилия и трудности размеров и рифмы. Непринуждённо и легко, будто разговорная речь, льётся у него простой, ненарядный и часто недорогой стих.

Первый поэтический сборник — «Гаммы» (1844). Выпущенный в Одессе второй сборник «Стихотворения 1845 года» вызвал отрицательную оценку В. Г. Белинского. В сборнике «Сазандар» (1849) воссоздал дух и быт народов Кавказа. Небольшая часть стихов Полонского относится к так называемой гражданской лирике («Признаться сказать, я забыл, господа», «Миазм» и другие). Стихотворение «Узница» (1878) он посвятил Вере Засулич. На склоне жизни обращался к темам старости, смерти (сборник «Вечерний звон», 1890). Среди поэм Полонского наиболее значительна поэма-сказка «Кузнечик-музыкант» (1859).

Грузинские стихи Полонского выделяются редкой для своего времени музыкальностью. Д. Мирский называет его «самым романтичным из эклектиков середины века», хотя со своим романтизмом он не переставал бороться:

Поэтическое его мастерство было чисто романтическим, но он боялся отдаться ему целиком и считал своим долгом писать благонамеренные стихи о светоче прогресса, свободе слова и прочих современных предметах[6].

Полонский писал также прозу. Первый сборник прозы «Рассказы» вышел отдельным изданием в 1859 году. В романах «Признания Сергея Чалыгина» (1867) и «Женитьба Атуева» (1869) следовал И. С. Тургеневу. В основу романа «Дешёвый город» (1879) легли впечатления одесской жизни. Публиковал также тексты мемуарного характера («Мой дядя и кое-что из его рассказов»).

Многие стихи Полонского положены на музыку А. С. Даргомыжским, П. И. Чайковским, С. В. Рахманиновым, С. И. Танеевым, А. Г. Рубинштейном, М. М. Ивановым и стали популярными романсами и песнями. «Песня цыганки» («Мой костёр в тумане светит»), написанная в 1853 году, стала народной песней.

С 1860 года и до конца жизни в квартире поэта по пятницам собирались учёные, деятели культуры и искусства на встречах, получивших название «Пятницы» Я. П. Полонского. Полонский писал письма в защиту духоборов Победоносцеву, а также собирался писать воспоминания о них.[8]

Консерватор и православный, в конце жизни Я. П. Полонский выступал против критики церкви и государства со стороны Льва Толстого. В 1895 по поводу вышедшего за границей сочинения Толстого «Царство Божие внутри вас» Полонский напечатал в «Русском обозрении» (№ 4-6) полемическую статью «Заметки по поводу одного заграничного издания и новых идей графа Л. Н. Толстого». После появления статьи Толстого «Что такое искусство?» Полонский также написал резкую статью. Это вызвало со стороны Л. Н. Толстого письмо с предложением о примирении: Толстому стало известно доброжелательное отношение Полонского к гонимым духоборам.

Яков Полонский c первой женой

Первая жена (с июля 1858 года) — Елена Васильевна Устюжская (1840—1860), дочь старосты русской церкви в Париже, Василия Кузьмича Устюжского (Ухтюжского), и француженки. Брак был заключён по любви, хотя невеста почти не знала русского языка, а Полонский — французского. Умерла в Петербурге от последствий брюшного тифа, соединившегося с выкидышем. Их шестимесячный сын Андрей умер в январе 1860 года.

Вторая жена (с 5 мая 1866 года) — Жозефина Антоновна Рюльман (1844—1920), скульптор-любитель, сестра известного врача Антона Антоновича Рюльмана. По словам современницы, «Полонский женился на ней потому, что влюбился в её красоту, она же вышла за него потому, что ей некуда было голову преклонить». В браке имели двух сыновей, Александра (1868—1934) и Бориса (1875—1923), и дочь Наталью (1870—1929), в замужестве за Н. А. Елачичем.

  • Вл. Соловьев. Полонский Яков Петрович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1898. — Т. XXIV. — С. 361—363.
  • Яков Петрович Полонский (некролог) // Исторический вестник. — Т. LXXIV. — СПб., 1898. — С. 722—733.
  • Полонский Я. Мой дядя и кое-что из его рассказов // Русский архив. — 1876. — Кн. 1. — Вып. 1. — С. 72—78.
  • Я. П. Полонский. Его жизнь и сочинения. Сб. историко-литературных статей / Сост. В. Покровский. — М, 1906.
  • Соболев Л. И. Полонский Яков Петрович // Русские писатели. XIX век. : Биобиблиогр. словарь. В 2 ч. / Редкол.ː Б. Ф. Егоров и др.; Под ред. П. А. Николаева. — 2-е изд., дораб. — М.: Просвещение, 1996. — Т. 2. М—Я. — С. 165—168.
  • Толстов В. А. Я. П. Полонский и память о нём в культурной среде рязанской интеллигенции конца XIX — начала XX вв. // Провинциальное культурное гнездо (1778—1920-е годы): Сб. статей и материалов / Отв. ред. А. А. Севастьянова. — Рязань, 2005. — С.118-134.
  • Чекурин Л. В., Федосеева Т. В., Толстов В. А. и др. Яков Петрович Полонский: личность и творчество в истории русской культуры. Коллективная монография. — Рязань: ПервопечатникЪ, 2014. — 208 с.
  • Федосеева Т. В., Моторин А. В., Толстов В. А. и др. Я. П. Полонский. Вопросы творческой биографии. Монография / отв. ред. Т. В. Федосеева. — Рязань: РГУ имени С. А. Есенина, 2019. — 400 с.

ru.wikipedia.org


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.