Поэт фернандо пессоа стихи


Стихотворение «Фернандо Антонио Ногейра Пессоа», поэт Иванна Дунец

Фернандо Пессоа

(13.06.1888 – 30.11.1935)

 

 

Жизнь моя, ты откуда идёшь и куда?

Отчего мне мой путь столь неясен и таен?

Для чего я не ведаю цели труда?

Почему я влеченьям своим не хозяин?

 

Я размеренно двигаюсь — вверх или вниз,

И своё назначенье исполнить способен,

Но сознанье моё — неумелый эскиз:

Я подвластен ему, но ему не подобен.

 

Ничего не поняв ни внутри, ни вовне,

Не пытаюсь достичь понимания даже,

И не боль и не радость сопутствуют мне.

Я меняюсь душой, но изнанка всё та же…

 

Один из поэтов, кто любим мною «безусловно» — Фернандо Пессоа. Гений, который открылся мне чудесным образом: ненавязчиво, по-домашнему, глубокомысленно и по-простому, одновременно. Словно был представлен мне в кругу близких друзей, и, посмотрев в его глаза, я поняла, что мы станем друзьями. Навсегда. Итак, знакомьтесь, Фернандо Антонио Ногейра Пессоа (1888—1935) — португальский поэт, писатель, драматург, переводчик, мыслитель, эссеист, лидер авангарда, ставший «посмертно из непризнанного одиночки символом португальской словесности нового времени». К счастью, в России его много, кто переводил — и Витковский, и Зельдович, и Гелескул, и Березкина, и Александровский, и Дубин, и Косс. Благодаря этим переводам, мы с Вами можем прочесть его строки и открыть для себя волшебный мир Пессоа! Скажу честно, что во всех переводах — я его чувствую (соответственно, нет предпочтений какого-то одного переводчика). Пессоа гениален и прост, одновременно, универсум какой-то, но безумно талантливый!

 

Из автобиографии Фернандо Пессоа,

написанной в Лиссабоне 30 марта 1935 г.:

 

«…Родился в Лиссабоне, в приходе Мучеников (в настоящее время — площадь Директории) 13 июня 1888 года. Происхождение: законный сын Жоакина де Сеабра Пессоа и донны Марии Магдалены Ринейру Нугейра. По отцовской линии — внук генерала Жоакина Антониу де Араужу Пессоа, участника мигелистских войн, и донны Дионисии Сеабра; по материнской линии — внук советника Луиша Антониу Нугейры, юрисконсульта, главы Министерства Королевства и донны Магдалены Шавиер Пинейру. Профессия: наиболее подходящее название — «переводчик», наиболее точное — «ответственный за переписку с иностранными клиентами в коммерческих учреждениях». Быть поэтом и писателем — не профессия, но призвание. Опубликованные сочинения: в основном произведения выходили не регулярно в различных журналах и случайных публикациях. К наиболее значимым книгам или брошюрам относятся: «35 сонетов» (на английском языке), 1918; «Английские поэмы I—II» и «Английские поэмы III» (также на английском языке), 1922; и книга «Послание», 1934, премированная Секретариатом Национальной Пропаганды в категории «Поэма». Брошюру (памфлет) «Междуцарствие», опубликованную в 1928 году в защиту военной диктатуры в Португалии, следует считать несуществующей. Возможно, что при более внимательном пересмотре всего этого от многого отказался бы. Был удостоен премии королевы Виктории за очерк на английском языке при вступительном экзамене в университет Мыса Доброй Надежды в 1903 году в возрасте 15 лет…»

 

Пессоа для меня, прежде всего, поэт-загадка! Почему, спросите Вы? Психология, друзья! Он просто кладезь для «творческих» психологов, потому что Фернандо Пессоа считается создателем огромного числа гетеронимов (по-другому, «альтер-эго»). Гетероним – это не псевдоним, он не принадлежит личности писателя, он обладает собственной индивидуальностью, его стиль также отличен от стиля автора. В настоящее время количество обнаруженных исследователями гетеронимов, полу-гетеронимов и псевдонимов Пессоа перевалило за сотню. К примеру, в списке Терезы Риты Лопеш, положившей начало исследованиям гетеронимов Пессоа в 1966 году было 18 имён. По последним данным бразильца Жозе Пауло Кавалканти Фильо список гетеронимов включает уже 127 имён! Представляете?

 

Helder Oliveira

(один из гетеронимов Фернандо Пессоа)

 

Сколько душ сокрыто в теле?

Я менялся всякий миг.

Самого себя доселе

Не прозрел и не постиг.

И в душе ни на минуту

Я смирить не властен смуту, —

Умножаясь и дробясь,

Сам с собой теряю связь...

 

Из статьи Геннадия Клочковского «Фернанду Пессоа»

(при поддержке Центра языка и культуры португалоговорящих стран):

 

«…Фернандо Пессоа с детства населял свой внутренний мир другими людьми и постоянно вел с ними диалоги. Эта способность с возрастом не исчезла, развилась и усовершенствовалась. Превратилась в естественное состояние духа. Трех своих главных гетеронимов он создал в 26 лет. Двое сопровождали его да конца жизни. 20 лет гетеронимы Фернандо Пессоа жили самостоятельной жизнью. Писали стихи, издавались, вели жаркую полемику в прессе, критиковали друг друга, объединялись, ссорились. Каждый имел свою внешность, характер, манеру общения; свой творческий почерк, стиль, вкус, круг интересов…

 

«В настоящее время у меня нет личности: сколько бы во мне не было человеческого, я всё разделил среди различных авторов, являясь при этом исполнителем их работы. Сегодня я являюсь местом встречи своего маленького человечества. Мне кажется, что я, создатель всего этого, представлял наименее значащую фигуру. Кажется, что всё произошло независимо от меня. И, кажется, что до сих пор всё так и происходит»

 

… 13 января 1935 года Фернандо Пессоа отправил Адолфо Казайсу Монтейро письмо, где признался: «Истоки моих гетеронимов — в глубоко истерическом складе характера». Сам факт, что эти слова оказались написаны за несколько месяцев до смерти, последовавшей 30 ноября, придал письму высочайшую авторитетность и, наконец, разрешил для многих читателей волновавшую их загадку гетеронимии поэта. К тому же, как рассказывает ниже сам автор, его с детских лет тянуло возводить рядом с собой выдуманный мир, окружать себя никогда не существовавшими друзьями и знакомыми. «Строго говоря, — добавляет Пессоа, — я не знаю, кого на самом деле не существует: их или меня. Догматизм в подобных вещах, как и во многом другом, неуместен»…»

 

Что это? Литературная мистификация? Иная литературная форма? Возможность проявить разные грани своего таланта? Или болезнь? А, может быть, банальное одиночество? Ведь, скромный, одинокий и болезненный поэт никогда не имел постоянного дома, зарабатывая на жизнь переводами с английского в торговых фирмах. Фернандо Пессоа часто нуждался и страдал от неуверенности в своих силах. А ещё, он всю жизнь безнадежно любил единственную женщину Офелию де Кейрош. Пессоа интересовался мистикой, масонством, астрологией, нумерологией, каббалой, розенкрейцерами. Поговаривают, что он состоял в тайном Ордене Тамплиеров. Он составил около 1500 гороскопов, среди которых личные гороскопы многих известных людей, своих гетеронимов и португальских поэтов. Пессоа астрологически определил год своей смерти. Его не стало в ноябре 1935 года. Творчество Фернандо Пессоа на тот момент было практически никому неизвестно. Но! После себя он оставил огромное поэтическое и прозаическое наследие (более 150 томов), которое до сих пор исследуется литературными деятелями и, к счастью, издаётся!

 

Мне сердце тихая боль саднит.

Не знаю, откуда она и чья.

Над мнимой гордыней моею — нимб

Из сонного бреда и забытья.

Крупицы страха блестят под ним,

Как звезды с неба небытия.

 

Мне снег безмолвия полнит слух.

Вон всадник вглядывается в дом

Белесый холод недвижен, глух,

Мертвую ночь оковало льдом.

В оцепенении никнет дух,

Тоску я сглатываю с трудом.

 

Мне мысль мучительна и горька.

Дрожь пробегает по коже рук,

Словно по водам, когда река

Про то, что на дне, вспоминает вдруг.

В кузнице скорби кует тоска

Холодной ковкой ночной досуг.

poembook.ru

Стихотворение «Фернандо Пессоа |Стихотворения|», поэт Иванна Дунец

Фернандо Пессоа

«Лирика»

 

|стихотворения|

 

 

Жизнь моя, ты откуда идёшь и куда?

Отчего мне мой путь столь неясен и таен?

Для чего я не ведаю цели труда?

Почему я влеченьям своим не хозяин?

 

Я размеренно двигаюсь — вверх или вниз,

И своё назначенье исполнить способен,

Но сознанье моё — неумелый эскиз:

Я подвластен ему, но ему не подобен.

 

Ничего не поняв ни внутри, ни вовне,

Не пытаюсь достичь понимания даже,

И не боль и не радость сопутствуют мне.

Я меняюсь душой, но изнанка всё та же…

 

Друзья,

в преддверии начала Чтений «Мой любимый поэт» мы, по-прежнему, будем говорить с Вами о Поэзии. У каждого из нас есть избранные поэты, чьё творчество не просто «безусловно» любимо, оно ещё и стало частью нас самих. С огромным удовольствием я прочла о них в Ваших комментариях к прошлому выпуску. И, конечно, самые удивительные открытия нас с Вами ждут завтра, после начала Чтений. На протяжении почти пяти дней мы будем иметь возможность не просто знакомиться с любимыми поэтами наших эссеистов, а с тем, какое влияние оказали на наших современников творчество и судьба их избранных гениев!

 

Один из поэтов, кто любим мною «безусловно» — Фернандо Пессоа. Гений, который открылся мне чудесным образом: ненавязчиво, по-домашнему, глубокомысленно и по-простому, одновременно. Словно был представлен мне в кругу близких друзей, и, посмотрев в его глаза, я поняла, что мы станем друзьями. Навсегда. Итак, знакомьтесь, Фернандо Антонио Ногейра Пессоа (1888—1935) — португальский поэт, писатель, драматург, переводчик, мыслитель, эссеист, лидер авангарда, ставший «посмертно из непризнанного одиночки символом португальской словесности нового времени». К счастью, в России его много, кто переводил — и Витковский, и Зельдович, и Гелескул, и Березкина, и Александровский, и Дубин, и Косс. Благодаря этим переводам, мы с Вами можем прочесть его строки и открыть для себя волшебный мир Пессоа! Скажу честно, что во всех переводах — я его чувствую (соответственно, нет предпочтений какого-то одного переводчика). Пессоа гениален и прост, одновременно, универсум какой-то, но безумно талантливый!

 

Из автобиографии Фернандо Пессоа,

написанной в Лиссабоне 30 марта 1935 г.:

 

«…Родился в Лиссабоне, в приходе Мучеников (в настоящее время — площадь Директории) 13 июня 1888 года. Происхождение: законный сын Жоакина де Сеабра Пессоа и донны Марии Магдалены Ринейру Нугейра. По отцовской линии — внук генерала Жоакина Антониу де Араужу Пессоа, участника мигелистских войн, и донны Дионисии Сеабра; по материнской линии — внук советника Луиша Антониу Нугейры, юрисконсульта, главы Министерства Королевства и донны Магдалены Шавиер Пинейру. Профессия: наиболее подходящее название — «переводчик», наиболее точное — «ответственный за переписку с иностранными клиентами в коммерческих учреждениях». Быть поэтом и писателем — не профессия, но призвание.

 

Опубликованные сочинения: в основном произведения выходили не регулярно в различных журналах и случайных публикациях. К наиболее значимым книгам или брошюрам относятся: «35 сонетов» (на английском языке), 1918; «Английские поэмы I—II» и «Английские поэмы III» (также на английском языке), 1922; и книга «Послание», 1934, премированная Секретариатом Национальной Пропаганды в категории «Поэма». Брошюру (памфлет) «Междуцарствие», опубликованную в 1928 году в защиту военной диктатуры в Португалии, следует считать несуществующей. Возможно, что при более внимательном пересмотре всего этого от многого отказался бы. Был удостоен премии королевы Виктории за очерк на английском языке при вступительном экзамене в университет Мыса Доброй Надежды в 1903 году в возрасте 15 лет…»

 

Пессоа для меня, прежде всего, поэт-загадка! Почему, спросите Вы? Психология, друзья! Он просто кладезь для «творческих» психологов, потому что Фернандо Пессоа считается создателем огромного числа гетеронимов (по-другому, «альтер-эго»). Гетероним – это не псевдоним, он не принадлежит личности писателя, он обладает собственной индивидуальностью, его стиль также отличен от стиля автора. В настоящее время количество обнаруженных исследователями гетеронимов, полу-гетеронимов и псевдонимов Пессоа перевалило за сотню. К примеру, в списке Терезы Риты Лопеш, положившей начало исследованиям гетеронимов Пессоа в 1966 году было 18 имён. По последним данным бразильца Жозе Пауло Кавалканти Фильо список гетеронимов включает уже 127 имён! Представляете?

 

Helder Oliveira (один из гетеронимов Фернандо Пессоа)

 

Сколько душ сокрыто в теле?

Я менялся всякий миг.

Самого себя доселе

Не прозрел и не постиг.

И в душе ни на минуту

Я смирить не властен смуту, —

Умножаясь и дробясь,

Сам с собой теряю связь...

 

Из статьи Геннадия Клочковского «Фернанду Пессоа»

(при поддержке Центра языка и культуры португалоговорящих стран):

 

«…Фернандо Пессоа с детства населял свой внутренний мир другими людьми и постоянно вел с ними диалоги. Эта способность с возрастом не исчезла, развилась и усовершенствовалась. Превратилась в естественное состояние духа. Трех своих главных гетеронимов он создал в 26 лет. Двое сопровождали его да конца жизни. 20 лет гетеронимы Фернандо Пессоа жили самостоятельной жизнью. Писали стихи, издавались, вели жаркую полемику в прессе, критиковали друг друга, объединялись, ссорились. Каждый имел свою внешность, характер, манеру общения; свой творческий почерк, стиль, вкус, круг интересов...

 

«В настоящее время у меня нет личности: сколько бы во мне не было человеческого, я всё разделил среди различных авторов, являясь при этом исполнителем их работы. Сегодня я являюсь местом встречи своего маленького человечества. Мне кажется, что я, создатель всего этого, представлял наименее значащую фигуру. Кажется, что всё произошло независимо от меня. И, кажется, что до сих пор всё так и происходит»

 

...13 января 1935 года Фернандо Пессоа отправил Адолфо Казайсу Монтейро письмо, где признался: «Истоки моих гетеронимов — в глубоко истерическом складе характера». Сам факт, что эти слова оказались написаны за несколько месяцев до смерти, последовавшей 30 ноября, придал письму высочайшую авторитетность и, наконец, разрешил для многих читателей волновавшую их загадку гетеронимии поэта. К тому же, как рассказывает ниже сам автор, его с детских лет тянуло возводить рядом с собой выдуманный мир, окружать себя никогда не существовавшими друзьями и знакомыми. «Строго говоря, — добавляет Пессоа, — я не знаю, кого на самом деле не существует: их или меня. Догматизм в подобных вещах, как и во многом другом, неуместен»…»

 

Что это? Литературная мистификация? Иная литературная форма? Возможность проявить разные грани своего таланта? Или болезнь? А, может быть, банальное одиночество? Ведь, скромный, одинокий и болезненный поэт никогда не имел постоянного дома, зарабатывая на жизнь переводами с английского в торговых фирмах. Фернандо Пессоа часто нуждался и страдал от неуверенности в своих силах. А ещё, он всю жизнь безнадежно любил единственную женщину Офелию де Кейрош. Пессоа интересовался мистикой, масонством, астрологией, нумерологией, каббалой, розенкрейцерами. Поговаривают, что он состоял в тайном Ордене Тамплиеров. Он составил около 1500 гороскопов, среди которых личные гороскопы многих известных людей, своих гетеронимов и португальских поэтов. Пессоа астрологически определил год своей смерти. Его не стало в ноябре 1935 года. Творчество Фернандо Пессоа на тот момент было практически никому неизвестно. Но! После себя он оставил огромное поэтическое и прозаическое наследие (более 150 томов), которое до сих пор исследуется литературными деятелями и, к счастью, издаётся!

 

Мне сердце тихая боль саднит.

Не знаю, откуда она и чья.

Над мнимой гордыней моею — нимб

Из сонного бреда и забытья.

Крупицы страха блестят под ним,

Как звезды с неба небытия.

 

Мне снег безмолвия полнит слух.

Вон всадник вглядывается в дом

Белесый холод недвижен, глух,

Мертвую ночь оковало льдом.

В оцепенении никнет дух,

Тоску я сглатываю с трудом.

 

Мне мысль мучительна и горька.

Дрожь пробегает по коже рук,

Словно по водам, когда река

Про то, что на дне, вспоминает вдруг.

В кузнице скорби кует тоска

Холодной ковкой ночной досуг.

 

P.S: До встречи в Чтениях «Мой любимый поэт», друзья! Безмерно рада Вашим отзывам и комментариям, а самому-самому, как всегда, 15 золотых монет от Администрации Поэмбука!

Хорошего чтения :)

 

19.09.2017

poembook.ru

Фернандо Пессоа | Стихотворение дня

13 июня родился Фернанду Антонью Ногейра Песоа (1888 — 1935).

Рассудок мой — подземная река.
Куда струится он, да и откуда?
Не знаю… Ночью, словно из-под спуда
В нем возникает шум — изглубока,

Из лона Тайны мысль спешит в дорогу
Так мнится мне… Не ведает никто
Путей на зачарованном плато
Мгновенья, устремившегося к Богу…

Как маяки в незнаемых просторах,
Печаль мою пронзают вспышки грез,
Они мерцают нехотя, вразброс,
И лишь волны не умолкает шорох…

И воскресают прежние года;
Былых иллюзий пересчет бесцелен,
Но, в памяти воспряв, бушует зелень,
И так божественно чиста вода,

Что родина былая поневоле
Мое переполняет существо,
И больно от желания того,
Как велико мое желанье боли.

Я слушаю… Сколь отзвуки близки
Моей душе в ее мечте туманной…
Струя реки навеки безымянной
Реальней, чем струя любой реки…

В какие сокровеннейшие думы
Она стремится будто со стыдом,
В каких пещерах стынет подо льдом,
Уходит от меня во мрак угрюмый?

О, где она?.. Приходит день, спеша,
И будоражит блеском, и тревожит.
Когда река закончит бег — быть может,
С ней навсегда окончится душа…

Перевод Е. В. Витковского

Мыльные пузыри, которые ребенок,
Забавляясь, пускает из соломинки,
Полупрозрачны, как любая философия,
Ясны, бескорыстны, уязвимы, как Природа.
И они друзья моих глаз.
Они — такие, как есть:
Явь округлая и воздушная.
И все, даже сам ребенок, который их выдувает,
Считают их лишь тем, чем они кажутся.

Мыльные пузыри едва различимы в лучистом воздухе,
Невесомы, как ветерок, что слегка задевает цветы,
Ведь мы ощущаем ветер лишь потому,
Что сами становимся легки и воздушны,
И обнажаются все наши чувства.

Перевод М. А. Березкиной

Льет. Тишина, словно мглой дождевою
Гасятся звуки. На небе дремота
Слепнет душа безучастной вдовою,
Не распознав и утратив кого-то.
Льет. Я покинут собою…

Тихо, и словно не мгла дождевая
В небе стоит — и не тучи нависли,
Но шелестит, сам себя забывая,
Жалобный шепот и путает мысли.
Льет. Ко всему остываю…

Воздух незыблемый, небо чужое.
Льет отдаленно и неразличимо.
Словно расплескано что-то большое.
Словно обмануто все, что любимо.
Льет. Ничего за душою…

Перевод А. М. Гелескула

Доктор Рикарду Рейш

Каждой вещи срок отпускает время,
Не цветут зимой дерева и травы,
Поле весной не знает
Белого одеянья.

Ночь спокойна, Лидия, нет в ней жара.
Что несёт нам день в лихорадке вечной,
Ночью любить нам легче
Смутную нашу жизнь.

Мы к огню свою принесли усталость,
Ибо этот час для неё назначен,
В полный не будем голос
Тайны покров тревожить.

Пусть прерывны тёмные будут речи,
Тихий свет случайных воспоминаний
(Большего не позволит
Чёрный уход светила).

Пусть помалу вспомнится нам былое;
Прошлых лет рассказы звучат вторично,
Нас воскрешая, давних;
Слушаем их и видим

Цвет, что в нашем детстве прошедшем рвали,
Прежним взглядом, взглядом иным на вещи,
Мир обновляя чудно
Детским сознаньем нашим.

У огня, о, Лидия, где нам светит
Дом богов, их вечный очаг на небе,
Будем мы беспокойство
Прошлым латать усердно.

Только мысль о том, что уже мы были,
А снаружи — ночь сторожит всего лишь, —
Тёмная ночь Цереры, —
Отдых даёт нам в жизни.

Перевод И. Фещенко-Скворцовой

poem-of-day.rifmovnik.ru

rrulibs.com : Поэзия : Поэзия: прочее : ...И СНОВА ФЕРНАНДО ПЕССОА : Фернандо Пессоа : читать онлайн : читать бесплатно

...И СНОВА ФЕРНАНДО ПЕССОА

Последнее колдовство. Перевод Е. Витковского 


"Истаяло магическое слово,
Развеяно могущество Богини.
Молитва снова прочтена и снова,
Чтоб кануть в пропасть ветреного гула.
Ответа нет ни в небе, ни в пучине,
Ко мне лишь ветер прилетает ныне.
В завороженном мире все уснуло.
Скудеют мощью древние заклятья,
А ведь когда-то чарой, наговором
Умела без усилья разбивать я
Природной формы косные оковы,
Я видела немало фей, которым
Повелевала голосом и взором,
И лес в восторге обновлял покровы.
Мой жезл, склонявший столько сил природы,
Был преисполнен истиною вящей,
Неведомою в нынешние годы,
Я круг черчу, его бессилье зная,
Мне только ветра слышен стон щемящий,
И вот луна восходит вновь над чащей
Но для меня враждебна глушь лесная.
Я не владею приворотным даром,
А некогда бывала чудной свитой
Окружена, доверясь тайным чарам;
Ко мне рукам уже не влечься юным;
Не служит солнце больше мне защитой,
Навек угасла власть волшбы забытой,
Свершавшейся в лесах при свете лунном.
Таинственным скипетродержцам ада,
Что спят в безблагодатности великой,
Теперь покорствовать уже на надо
Моим приказам грозным - как доселе.
Мой гимн оставлен звездною музыкой,
Мой звездный гнев стал только злобой дикой,
И бога нет в моем спокойном теле.
Таинственные духи темной бездны,
Любови алча, прежде ждали зова,
Но все мои заклятья бесполезны
Стал каждый ныне лишь безмолвной тенью,
Рабов презренных таинства ночного
Теперь, незваных, созерцаю снова
И к гибели готовлюсь, к искупленью.
Ты, солнце, мне лучей дарило злато,
Твоей, луна, я знала пламя страсти,
Лишаюсь я столь щедро мне когда-то
Распределенной вами благостыни:
Я разделяюсь ныне на две части
Мертвеет мощь моей волшебной власти,
Лишь телу бытие дано отныне!
Но да не тщетной быть моей надежде:
Да обращусь я в статую живую!
Умрет лишь та, что днесь
не та, что прежде,
Последнему да совершиться чуду!
Избыв любовь и муку вековую,
Я в гибели такой восторжествую:
Не будучи ничем, я все же буду!"

"В резьбе и в золоте, кадило..." Перевод Е. Витковского  


В резьбе и в золоте, кадило,
Дымя, качается устало,
Стараюсь, чтоб душа следила
За исполненьем ритуала.
Но - вижу взмах руки незримой,
Неслышимую песню внемлю,
В иных кадилах струи дыма
И чую сердцем, и приемлю.
Чем длится ритуал успешней,
Тем он причастней горней славе,
Где вечен ритуал нездешний.
Явь - только то, что выше яви.
Кадило движется; повисли
Дымки, напевы зазвучали,
Но здешний ритуал - лишь мысли
О том, нездешнем ритуале.
К подножью Божьего престола
Душа свершает путь безвестный...
И шахматные квадры пола
Суть мир земной и мир небесный.

Эрот и Психея. Перевод Е. Витковского 


...Итак, ты видишь, брат
мой, что истины, данные тебе
в степени Новопосвященного
и данные тебе в степени
Младшего Ученика суть, хотя
противоречивы, все та же
истина.
Из ритуала при облачении
степенью Мастера Входа
в Ордене Храмовников в
Португалии
В некой сказочной стране,
В древнем замке, в дикой чаще
Спит принцесса,- в тишине
Принца ждет в волшебном сне:
Только он поможет спящей.
Силы исчерпав почти,
Он войдет в глубины леса,
Чтоб, добро и зло в пути
Одолев, тропу найти
В тот чертог, где спит принцесса.
Сон принцессы - долгий плен,
Но в глуби его бездонной
Луч надежды сокровен.
Вкруг принцессы с древних стен
Виснет плющ темно-зеленый.
Благородным смельчаком
Принц идет, противясь бедам,
То в обход, то прямиком.
Он с принцессой незнаком.
И принцессе он неведом.
Все назначено Судьбой:
Ей - до срока спать в чертоге,
А ему - ценой любой
Победить, вступивши в бой,
Обрести конец дороге.
Пусть вокруг темным-темно,
Но, отринув страх вчерашний
И сомненья заодно,
Принц достигнет все равно
Тайного чертога в башне,
Для того, чтоб, не ропща,
Встать за тайною} завесой
В полутьме, среди плюща,
И постигнуть, трепеща:
Он-то сам и был принцессой.

"Тайны древние прячутся рядом..." Перевод Е. Витковского  


Тайны древние прячутся рядом,
У границ моего бытия
Угрожая бедой и разладом,
Исполинские птицы со взглядом,
Пред которым беспомощен я.
Как чудовищна каждая птица,
Что врывается в грезу мою;
Слишком зыбкою мнится граница,
И сознание к бездне стремится,
Над которой всечасно стою.
Просыпаюсь на утренней рани,
И душа перед солнцем чиста,
Но рассудок - в унынье, в тумане,
Ибо знаю о гибельной грани
И предчувствую ношу креста.

"Мы - в этом мире превратном..." Перевод Е. Витковского  


Мы - в этом мире превратном,
Где и живем и творим,
Тени, подобные пятнам.
Облики принадлежат нам
В мире, который незрим.
Грустная ложь камуфляжа
Мир, обступающий нас.
Так и живем мы, бродяжа
Маревом, дымкой миража
Средь ненавистных гримас.
Разве что с болью щемящей
Некто порой различит
В тени снующей, скользящей
Облик иной, настоящий,
Тот, что от взора сокрыт.
Зрящий пришел к переправе,
Зренье дающей уму,
Но не вернуться не вправе
К прежней, томительной яви,
Чуждой отныне ему.
Ныне тоске неизбывной
Он навсегда обречен,
Связанный с истиной дивной,
Но заточен в примитивной
Смуте пространств и времен.

Горизонт. Перевод Е. Витковского 


О море, ты, что было прежде нас,
Ты бережно таишь от наших глаз
И заросли, и берега, и мели
Ниспала мгла, разверзлась даль в цвету,
И мореход по Южному Кресту
Уверенно следил дорогу к цели.
Едва приметный контур берегов
Всегда сперва и скуден и суров.
Но, море, лишь приблизиться позволишь
К земле - предстанут травы, и цветы,
И птицы драгоценной красоты
Там, где тянулась линия всего лишь.
Об этих тайных формах только сну
Дано мечту взлелеять не одну,
И только волей и надеждой надо
Искать на грани неба и воды
Ручьи, цветы, деревья и плоды.
Лобзанья Истины - твоя награда.

Фернан Магеллан. Перевод Е. Витковского 


Реет пламя в долине меж гор.
Содрогается темный простор.
Топот танца и гулок и громок.
Тени мечутся, пляшут вразброд
И теряются в бездне потемок,
Возлетая до горных высот.
Кто танцует в долине, вдали?
Это пляшут титаны Земли
Нынче праздник у них бестревожен,
Ибо прерван позорящий путь,
Ибо в землю сегодня положен .
Посягнувший ее обогнуть.
Не постиг ни единый титан,
Что по-прежнему жив капитан,
Он закончит свой путь неизвестный,
Он опять поведет корабли,
Плоть отбросивший, дух бестелесный
Довершит униженье Земли.
И отдастся Земля. Но они
Тризну правят, и пляшут одни,
И Земля отзывается стоном,
И взметаются тени в простор,
Хаотично пластаясь по склонам
Неколеблемых гор.

Вознесение Васко да Гамы. Перевод Е. Витковского 


Боги яростных бурь и титаны Земли,
Прекратите войну и простритесь в пыли!
На дороге, ведущей к небесным чертогам,
Возникает - в молчанье, в смятении многом
Поначалу - движенье, позднее - испуг,
И в конце - только страх остается вокруг,
Возгорается трепетно свет присносущий,
И пастух, земнородной покорен судьбе,
Опуская свирель, зрит, как райские кущи
Аргонавтову душу приемлют к себе.

Португальское море. Перевод Е. Витковского 


О соленого моря седая волна,
От слезы Португалии ты солона!
Следы лить матерям суждено в три ручья,
Ибо в море уходят навек сыновья,
И невестам уже не увидеть венца
Все затем, чтоб тебя покорить до конца!
А к чему? Жертвы только тогда хороши,
Если есть настоящая ширь у души.
Кто отринет скорбей сухопутных юдоль
Тот морскую познает, великую боль.
Ты искусно, о море, в коварной волшбе,
Но зато отражается небо в тебе!

Последняя каравелла. Перевод Г. Зельдовича 


Священной волей Дона Себастьяна
Взвивая над простором океана
Имперский флаг
И не внимая пению и пеням,
Навстречу дымке и навстречу теням
Ты шла во мрак.
И не вернулась. У какого порта
Лежишь ты ныне, тиною затерта,
В какой стране?
Уже давно Грядущее не с нами,
Его же отблеск сумрачными снами
Летит ко мне.
Чем горше доля славы нашей прежней,
Тем в сердце и мятежней, и безбрежней
Моя мечта.
В ее морях, вне времени и меры,
Но силою неистребимой веры
Плывут суда.
Когда, не знаю; знаю, что когда-то,
Случайно глядя в сторону заката,
Увижу, как
Ты выплыла из пены точно та же,
И та же дымка вьется в такелаже,
И бьется - флаг.

Молитва. Перевод Г. Зельдовича 


О Господи! ниспала темнота.
Мы парии среди всемирной ночи.
Нас больше нет - осталась немота.
Кто мучился бесплодней и жесточе?
Судьба нам душу пламенем зажгла,
Жизнь кончена - и все же дорога нам,
Хотя ее подернула зола
Но мы воспрянем с новым ураганом.
Пошли же бурю и гони нас в путь
За пораженьем или за победой.
Дай горе, счастье: дай хоть что-нибудь.
Хоть что-нибудь, но покориться - не дай!

Острова счастливых. Перевод Е. Витковского


Что за голос вдали раздается,
Что за тайное волн волшебство?
Он звучит, он легко ускользает,
Лишь прислушайся - он исчезает,
Ибо мы услыхали его.
Лишь порой ненадолго, сквозь дрему,
Он становится внятен вполне.
Он прекрасней всех звуков на свете,
И надежде на счастье, как дети,
Улыбаемся мы в полусне.
Это сказочный Остров Счастливых
Путь к нему земнородным закрыт.
Чуть проснешься, попробуешь снова
Внять звучанью далекого зова
Молкнет голос. Лишь море шумит.

Штиль. Перевод Г. Зельдовича 


Что за край, о котором рассказы
Бесконечно заводит прибой
И которого перед собой
Мореход не увидел ни разу?
И не слышно скончанья рассказу,
И рокочет бурун голубой
Про страну, недоступную глазу.
Только гулом прибоя единым
Этот край о себе говорит,
А для зренья навеки закрыт
Ибо как в эту землю пройти нам?
Ибо кто эту землю узрит
На просторе, от века пустынном?
Но в пространстве зияют проходы:
Отыщи их - и выйдешь отсюда
Ты в страну несказанного чуда,
И расходятся сонные воды,
Вырастают старинные грады,
Где шагает под гулкие своды
Седовласый и белобородый
Наш король из волшебной баллады.

rulibs.com

Фернандо Пессоа - Элегия тени читать онлайн

Фернандо Пессоа

Элегия тени

© Г. Зельдович, перевод, 2015

© Издательство «Водолей», оформление, 2015

Абсурдный час

Вся твоя немота – паруса в атлантической пене,
И улыбка твоя – это море, которое немо,
А немая улыбка – те лестницы долгой ступени,
На которых твержу, что стою у подножья Эдема.

Мое сердце – осколки когда-то разбитой амфоры,
И молчанье твое соберет черепки воедино;
И твой образ во мне – моего же штукарства узоры,
И твой образ – как труп, что на берег метнула пучина…

Распахни же врата – и пускай, дряхлецам на разживу,
Улетучится чад, разлетятся салонные вздохи…
А душа моя – грот, что отверзнут навстречу приливу,
И в мой сон о тебе – вереницей бредут скоморохи.

Это плачет не дождь… Это сам я содеялся Часом…
Тем, что носит обломки в своей дребезгливой котомке…
И в мечтанье моем чья-то вдовушка бегает плясом…
И на небе моем – вековечно чернеют потемки…

Тяжелы небеса, будто путь, не сулящий возврата.
Только мелкая морось найдется у этого Часа…
Я в себя погружен, и душа моя этим разъята,
И улыбка твоя – никакая ему не украса.

Те часы, что живу, непроглядной изложены яшмой,
И тоска моя – мрамор в немыслимом прежде разрубе.
И ни горек, ни весел унылый веселый кураж мой,
И ни злы, ни добры доброты моей темные глуби.

Мои ликторы робки и к службе имперской не рьяны,
Водрузил я знамена не там, где священные грады,
Фолианты лежат между тюков моей баррикады,
На поржавленных рельсах плетутся глухие бурьяны.

О, как стар этот Час! Перегнившие шепчутся лини
Про ушедший фрегат, про сверканье полуденной дали,
Про иные часы, коих нынешний Час благочинней,
Про иные часы, что тревогой мечту напитали.

Здесь руины дворца. Здесь чернеет застойною жижей
Омертвелый фонтан… И почти что несносно для глаза
Это зрелище-осень, с его наготою бесстыжей…
Все вокруг манускрипт, где оборвана лучшая фраза.

Пара проблесков дряблых мелькает на немощных жабрах,
Отравляет озера записок изорванных ворох…
И душа моя – свет, что давно перетлел в канделябрах,
И мои устремленья – коряжины в хворых озерах…

Отчего я так болен? В луною наполненном парке
Хороводятся нимфы, уставшие от пустодневий…
И молчанье твое – колыбельная тонущей барке,
И Лжефебова лира мне слышится в этом напеве…

Где на солнце сияли глазастые перья павлиньи,
Даже тропки смутны. Лишь порою на темном песке их
Померещится след, словно бонна прошла в кринолине,
Да почудится шаг в никуда не ведущих аллеях.

Все на свете закаты в душе моей золотом стыли…
Все на свете луга моим стопам бывали простерты…
И во взгляде твоем – все тобой предвещенные штили…
И во мне оттого – кораблям недостижные порты…

Дружно падали весла… Но шепчет зеленая нива,
Что я морем не стал, что ненужные выкопал клады.
Я властительный царь, только в царстве глухого надрыва…
И я теплюсь внутри – лишь теплом отгоревшей лампады.

Столько жара в тебе – у принцесс опаляется локон…
А твоя немота – воздымается горной вершиной…
Лишь единый подсолнух глядится из замковых окон,
И печально помыслить, что он далеко не единый…

Перезвон колокольный к иному уносится Долу…
Мы и здесь, и не здесь, будто львы, урожденные в клетке…
Мы остались детьми, только жгут нашу старую школу…
Сгинул Север и Юг – и нам не за что ставить отметки…

Я гляжу на тебя, от горячки очнуться не смея…
Ты моя слепота. Ты для ока пустая морока.
В созерцанье моем перевились пунцовые змеи…
И твой образ во мне – что глоток цепенящего сока…

Мне тебя презирать? Посчитать ли презренье игрою?
Словно веер в жару, мне твой голос молчащий отраден —
Только веер закрытый – а если прельщусь и открою,
Расколю этот Час, где во чреве полно червоядин.

Перевяло цветов – сколько было и больше, чем было…
И хребтов перегиб – не согбен, а согбенья согбенней…
Я собор немоты созидал из любовного пыла,
Там любая ступень – только первая между ступеней…

Виснет в воздухе смех… И крадется вблизи соглядатай…
Девы саваны ткут, чтобы вдовые ткачки уснули…
О, твоя немота – немота оживающих статуй,
Аромат хризантемы, предузнанный в знойном июле.

Надо все поменять – чтоб мосты разобрались на бревна,
Испрошились холмы и землею засыпались реки;
Надо выровнять все, что на этом пейзаже неровно,
Надо просто завыть – будто злая пила в лесосеке.

А сказать напрямик, нам несбыточных надо пейзажей…
Каждый день все одно… Осмелей и завесу раздерни…
Я внимаю тебе – моя внимчивость лепится сажей
На твою немоту, что сюда низлетает из горней.

Так же сладостен вечер, как сладостно жить не сиротке…
Вся небесная ширь вполовину улыбки светлится…
Я мечты о тебе тереблю, как монахиня четки…
Я тебя узнаю – и ты чахнешь, как роза в петлице.

Нам обняться с тобой, нам бы сделаться фрескою дальней!
Двоекрасочным стягом взноситься все выше и выше!
Безголовая статуя, полная праха крещальня.
И знамена поверженных с надписью – «Сим победиши!»

Что-то мучит меня – даже рядом с твоей благостыней…
Отчего-то во мне – только одурь и ужас беспутий…
Я себя не пойму… Я с душою своею в размине…
Я заочно любим – по ту сторону собственной сути…

Из цикла «Крестный путь»

1. «Я забываю промысел бродяжий…»

Я забываю промысел бродяжий,
И к речке мгла осенняя примята,
И сердцу стала гостией утрата…
И в нем – дороги, не узнать, куда же…

Со мной стряслись могильные пейзажи…
Лицо твое, как небо, серовато;
Последние свечения заката
Еще о чем-то шепчутся на кряже…

И мне на плечи, к истине слепое
И судорогу расщемив гадливо,
Мое былое, полное прибоя,

Взвалилось под морозным небосводом.
Шагает осень похоронным ходом
Вдоль по дороге моего надрыва.

4. «Позволь, арфистка, целовать позволь…»

Позволь, арфистка, целовать позволь —
Но не ладонь, а взмах твоей ладони:
Чтоб этот Жест во глубине бессоний
Стал только Жестом, обернулся столь

Бесплотным и уже избывшим боль,
Сколь стали на старинном медальоне
Коленопреклоненные в короне,
Которых вящий покорил король.

Ты сделалась прибытком и разором,
Луною, что крадется по озерам,
Когда вокруг чернеется камыш…

Ты отзвук в сталактитовой пещере;
И если обретением даришь,
То только обретением потери.

5. «Своих часов бессонный шелкопряд…»


Конец ознакомительного отрывка
Вы можете купить книгу и

Прочитать полностью

Хотите узнать цену?
ДА, ХОЧУ

libking.ru

rrulibs.com : Поэзия : Поэзия: прочее : Антиной. Перевод В. Топорова   : Фернандо Пессоа : читать онлайн : читать бесплатно

Антиной. Перевод В. Топорова  


Как дождь, душа дрожала Адриана.
Был отрок тих
В испарине последнего тумана,
И зренье Адриана страх постиг
Затменьем смерти, павшим в этот миг.
Был отрок тих, во мрак свернулся свет
И дождь долбил и был как скверный бред
Убийцы - перепуганной Природы.
Прошло очарованье прежних лет,
Врата восторга затворили входы.
О руки, к Адриановым рукам
Тянувшиеся, - сколь сегодня стылы!
О волосы, привычные к венкам!
О взор, своей не ведающий силы!
О тело - то ли девы, то ли нет,
Божественный посул земного счастья!
О губы, чей вишневый вешний цвет
Таил секрет любви и сладострастья!
Перстов неописуемый язык!
И влажный зов, каким звучал язык!
И полная победа совершенства
В самодержавном скипетре блаженства!
Отныне все - тоска, туман, обман
И небыль. Дождь стихает. Адриан
Склоняется над телом. Горе гневно:
Нам жизнь даруют боги - и берут,
И красоту, создав ее, крадут,
Но самый плач щемит в груди плачевно:
Объемлет стон грядущие века,
И боль в душе настолько велика,
Что нас не оставляет повседневно.
Он мертв и не вернется никогда.
Сама Венера, зная Антиноя
И зная - он погублен навсегда,
Былые по Адонису печали
Смещала с Адриановой тоскою.
Но все слова любви бессильны стали.
И Аполлон поник, когда объяли
Уж не само ль объятье? - холода.
Соски его двуглавою горою
Лобзаний позабудут горный снег,
Застынет кровь в теснине прежних нег,
Твердыня страсти станет грудой льда.
Тепло не ощутит тепла другого
И руки на затылке не скрестит,
Когда, навскрыт распахнут и раскрыт,
Всем телом ждешь касания чужого.
Дождь падает, а отрок возлежит,
Как будто позабыв уроки страсти,
Но ожидая: обожжет она
Внезапным возвращеньем. Надлежит
Былому жару быть у льда во власти.
Не плоть, а пепел; смерть сильнее сна.
Как быть отныне с жизнью Адриану?
С империей? Чем горе превозмочь?
Кому запеть блаженную осанну?
Настала ночь
И новых нег не чаешь и невмочь.
Ночь вдовствует на ложе одиноком,
Сиротствует не ждущий ночи день,
Уста сомкнулись, только ненароком
На миг окликнув на пути далеком
В объятья смерти схваченную тень.
Блуждают руки, радость уронив.
Дождь кончился, не ведаешь, давно ли,
В нагое тело тусклый взор вперив.
Лежит он, наготу полуприкрыв
Движеньем сладострастья, а не боли.
Он, возбуждавший страсть и поневоле,
Любое пресыщенье претворив
В любовный нескончаемый порыв.
Его уста и руки поспешали,
Куда едва за ним ты поспевал.
Казалось: он тебя опустошал.
Усталости не ведая, печали
И чувства. Он тебя околдовал,
И наставал карнальный карнавал,
Взывая окончаньем о начале.
"Любовь моя как пленница была
И в муках отдавалась и брала,
И боль свила гнездо в ее глубинах.
Тебя похоронил великий Нил
И выдал нам - и смерть зажала в львиных
Объятиях превыше наших сил".
И с этой мыслью страсть его (а страсть
Всего лишь память о страстях минувших)
Очнулась победительно в уснувших
Бессильно чреслах и взыграла всласть.
Мертвец восстал, и ожил, и, все ближе,
Все ближе подходя, манил на ложе
И смертью не смиренная рука
Проведала все подступы и входы
Туда, где плоть не ведает свободы,
Нежна, неосязаемо легка...
Парфянцы, вы жестоки и бесстыжи!
И вот припал к влюбленному влюбленный,
И оба стали стылы и мертвы
В слиянности, столь неопределенной,
Что каждый поцелуй их воспаленный
Был ледяным ожогом, и, увы,
Как тени были оба, как волхвы,
Как дух живой и дух непогребенный
Был каждый - и витал речной травы
Вкус на устах, ленивой и зеленой.
Туман или иная пелена,
Меж Антиноем пав и Адрианом,
Дышать им не давали. И, влажна,
Скользила по округлостям желанным
Рука, в них вызвать пламя не вольна;
Бог умер, бог казался деревянным!
Он взор воздел и руку в небеса,
Но боги были символ безучастья,
Иль их неразличимы голоса.
Бессмертные! Свою отрину власть я!
В пустыню я навеки удалюсь,
Меж варваров простым рабом представлюсь,
Лишь с отроком, прошу вас, не прощусь,
Покуда сам покойно не преставлюсь.
Податливую женственность земли
Избудьте, не изведав сожаленья.
Но ты, Юпитер, внемлющий вдали,
Ты, юноше отдавший предпочтенье
Пред девою, во имя восполненья
Того, чем губы Гебы не могли
Откликнуться желаньям в исполненье,
Отринь, отец богов, бездушный прах
Постылой женской плоти - ив мирах
Восставь, поставь над ними Ганимеда!
Иль сжал уже в завистливых руках
Ты Антиноя? В том твоя победа?
Котенком он играл с мужским желаньем
И с отроческим - то их сочетая,
То чередуя, - и игра такая,
Где промедленье сходно с обладаньем,
Где загляденье слитно с упоеньем,
Неведенье чревато нападеньем,
Разнузданность лукава обузданьем,
Игра - игрой, волнение - волненьем,
Часам давала волю, как мгновеньям,
И сочетала малость с мирозданьем.
Часы струились из сплетенных рук,
Лобзаньям срока не было - и пыткам:
Бил в пальцах вечный ключ то нег, то мук,
То чашей были губы, то напитком,
То был туманен, то был чуток взор,
То чудились призывы, то отпор,
То был листом распластанным, то свитком.
Богослуженьем их любовь была
И боговоплощеньем это было:
Над алтарем порой витала мгла,
Порой светило страсти восходило
И матовая мраморность царила
Богов в пылу, спалившем их дотла.
Он был Венерой, вышедшей из пены,
И Аполлоном юно-золотым.
Юпитером на троне восседал он
Влюбленный раб склонялся перед ним.
И Вакхом победительно ступал он
В предел мистериально-сокровенный.
Он был плебеем, подлым и больным,
В уничиженье высшего величья.
Все, что угодно, лишь не безразличье!
Но безразличье овладело им.
И Адриан блуждает, как в тумане,
По лабиринту боли и любви.
Одолевают не воспоминанья,
А привиденья, образ потеряв.
То рядом Антиной - лишь позови,
То изнываешь, пустоту обняв.
Дождь зарядил с болезнетворной силой,
И сырость загустела, как тоска.
И Адриан на свой альков унылый
Взглянул, как сквозь века, издалека.
Увидел тело тихое на ложе,
Себя в слезах над ним увидел тоже
И в мыслях, не отличных от скорбей,
Промолвил приговор души своей:
"Я статую воздвигну на века
Свидетельством незыблемым тому,
Каков он был, каким сошел во тьму.
Такой красе и вечность коротка.
Божественности подлинную суть
Она вдохнуть умела мне во грудь,
И если смерть и жизнь и страсть затмила,
Ваятель одолеет естество
И возвратит потомкам божество
Из глубины веков и Нила.
И статую я эту вознесу
На высоту невиданной колонны,
Чтоб времени завистливые стоны
Не посягнули на ее красу
Чредой сражений и землетрясений.
Рок не таков! Богами правит рок,
Рукою рока часто служит бог,
И роковых страшится сам гонений,
Ни бог, ни рок не смеет в здешний срок
Сразить уже сраженный ими гений.
Из прошлого в грядущие века
Мост нашей страсти белый перекинем.
Как Рим над миром, в вечности застынем.
Чтобы потомок понял: высока
Любовь и бесконечна в небе синем.
Но подлинной тоски не передашь...
Ты - обонянья розовая дрожь.
С зеленым лавром ты безмерно схож
И с пламенем любви из винных чаш.
Воистину алтарь повержен наш,
И ты меня из бездны упрекнешь,
Мол, пыл бессилен и напрасен раж
И ничего из мрака не вернешь,
А может, головы не повернешь,
А может, возвратишься, как мираж,
И боль мою, кровавую, как нож,
Глухим ножнам отчаянья предашь".
Как тщетно ожидающий свиданья,
По анфиладам собственной души
Он мечется - то полон упованья,
То ужаса - и муки хороши,
Чтоб время скоротать в такой тиши.
Там, где сошлись любовь и смерть, - туман.
Там, где в любовь проникла смерть, - неясность
Опасность превратилась в безопасность,
А безопасность - в морок и обман,
И пустоты прекрасный истукан
Вдохнул огонь в минутную безгласность.
"Мне твой удел внушил иную страсть
По вечности великую печаль:
Достойна ль императорская власть
Державного стремленья ввысь и вдаль
Туда, где боги, жизни не поправ,
Но подлинную жизнь даруя ей,
Тебя скрывают в вечности своей
Еще прекрасней, но не столь желанным,
Как некогда любим был Адрианом,
И ждет забвенье всех земных забав?
Любимый мой, любимый мой, ты - бог!
Ты бог уже - так я велю и жажду!
Не жажду, не велю, а вижу - в срок,
Отмеренный богами, нашу жажду
Любви переливающими в чаши,
Где пламенем горят желанья наши,
Где жизнь - не только в жизнь заточена,
И чувство не повязано на чувство,
Где и желанье - только лишь искусство
Желать того, чем боль обделена,
Иначе бы звалась она блаженством.
Ты на Олимпе - и завершена
Земная жизнь небесным совершенством.
Душа моя, как птица, запоет.
Надежда к ней направится с небес
С известием: зла не содеял тот,
Кто вовсе не попал в водоворот,
А лишь в бессмертье собственном исчез.
Любимый мой! Мой бог! О, дай прильнуть
К твоим остылым мертвенно устам.
Они как пламя в вечности. Ведь там
Земную смерть дано перечеркнуть.
Не будь Олимпа, я б его сложил
По камушку - и там тебе служил
Единственному богу и один
Превыше всех заоблачных вершин.
Божествен был тогда бы космос наш
Любви и поклоненья. Мир вдвоем
И вечность бесконечная кругом,
И прошлое - лишь призрачный мираж...
Но вся твоя божественная сила
Есть плоть твоя, изваянная мной,
И если плоть победно покорила
И если победила мир земной,
То страсть моя была тому виной
Та страсть, что вознесла тебя превыше
Затменья, и забвенья, и затишья,
Из праха вырвав горькою ценой.
Полки молитв моих полны тобой:
Не ты, а мощь их - вот что небу мило.
Создатель твой, а не любовник твой,
Созданье я любил, а не находку
Любил твой облик и твою походку,
Тебя любил, но более - себя,
И, возроптав, склоняюсь все же кротко
Пред тою, что и губит не губя.
Любимый мой, любимый мой! На Небо
Моей великой властью вознесен
Там кравчий Ганимед, там он и Геба
Поникнут пред тобой! Но будь влюблен
В божественной телесности отныне
И в тех, кого найдешь в небесной сини,
В старейших небожителей... Не там,
А здесь тебе воздвигнут будет храм!
Но истинно бессмертным изваяньем
Не мрамор станет или же гранит,
А боль моя, которая кричит,
Проникнувшись неслыханным страданьем,
Кричит, чтоб стать всеобщим достояньем.
Пусть боль моя и память о былом
Предстанут обнаженным божеством
Над Времени великим океаном.
Одни сочтут такое горе странным,
Другие - непростительным грехом,
И, красоту земную ненавидя,
Рванутся в оскорбленье и в обиде
С холодным оскопительным ножом
К тому, в ком подражателя найдем,
Но весь Восток Любви своим восходом
Сиять во мраке будет год за годом,
И боги снидут в мир, как мы вдвоем.
Не ты один поник, а мы с тобой.
Любовь образовала двуединство
И в узел плоть стянула - столь тугой,
Что жизнь стряхнула пошлое бесчинство,
Божественной омывшись чистотой,
Не признавая никакой другой.
Но не душой - глазами смотрят люди,
Лишь мрамор им внушает мысль о чуде,
Тогда как плоть - лишь трепет вожделенья,
Поэтому во мрамор облеку
Мою невыразимую тоску,
Печаль утраты, тяжесть сожаленья.
Столь много было на моем веку
Достойного любви и поклоненья,
Что зов фанфар услышат поколенья,
Зов от материка к материку;
Любовь и боль - цепи единой звенья,
Свет вечности - не ровня светлячку.
Двойным напоминаньем мы застынем;
Обнявшись, мы друг друга не покинем,
Хоть не в прикосновенье суть любви.
Нас видеть будут люди, будут боги,
Века на нескончаемой дороге
Узнают очертания твои.
Ты Золотого века будешь эхо,
Его возврата будешь знак и веха.
Дни кончатся, Юпитер вновь родится
И кравчим станет снова Ганимед
Но наш союз, взаимный наш обет
В мирах превыше сроков укрепится
Дано любви продлиться,
И даже если сгинет белый свет
И станут прахом мрамор и гранит,
Над прахом будет веять вышний свет,
И небо наши тени сохранит,
И все, что было с нами, повторится".
Дождь не кончался. Наступала тьма,
Любому чувству веки опуская
И самый ум души сводя с ума.
Ночь наставала, длилась, наставая.
Забылся Адриан, уже не зная,
Не понимая, где он и зачем,
И голос скорби стал не глух, а нем,
Все отошло, ушло, свернулось в свиток,
Дрожа вдали, как круглая луна,
Когда ущербом кажется избыток...
Бесчувственна была и холодна
Рука, надбровья пальцами терзая.
Глаза закрыты были. И, теряя
Связь с явью, силуэты полусна
Струились. Он хрипел и, значит, жил.
И ветер оглашал потемки воем,
И душу он вытягивал из жил.
Спал император.
Боги, он забыл!
Берите же порывом мощных крыл
Блаженный груз, проникнутый покоем.

rulibs.com

Фернанду Песоа — Викитека

Материал из Викитеки — свободной библиотеки

Фернанду Песоа
Фернандо Пессоа
порт. Fernando Pessoa
р. 13 июня 1888({{padleft:1888|4|0}}-{{padleft:6|2|0}}-{{padleft:13|2|0}}), Лиссабон
ум. 30 ноября 1935({{padleft:1935|4|0}}-{{padleft:11|2|0}}-{{padleft:30|2|0}}) (47 лет), Лиссабон
португальский поэт, прозаик, драматург

Песоа, Фернанду

Произведения Фернандо Пессоа в русских переводах[править]

  • Переводы Сергея Александровского
  • Переводы Евгения Витковского
  • Переводы Анатолия Гелескула
  • Переводы Бориса Дубина
  • Переводы Геннадия Зельдовича
  • Переводы Валерия Перелешина
  • Переводы Геннадия Шмакова
  • Фернандо Пессоа. Лирика. Сост. Е. Витковского. М.: Худ. лит., 1989 (Библиотека Мошкова)
  • «Ночь», из книги «Послание», 1934. Переводы Ирины Фещенко-Скворцовой
  • Сонеты из цикла «Крестный путь», 1916. Переводы Ирины Фещенко-Скворцовой
  • Фернандо Пессоа и его гетеронимы — переводы Ирины Фещенко-Скворцовой в «Сетевой Словесности»
  • Фернандо Пессоа: стихи, «троваш», рубайят — переводы Ирины Фещенко-Скворцовой на сайте «Стихи.ру»
  • Рикарду Рейш : оды — переводы Ирины Фещенко-Скворцовой на сайте «Стихи.ру»
  • Алвару де Кампуш — переводы Ирины Фещенко-Скворцовой на сайте «Стихи.ру»
  • Бернарду Суареш Книга неуспокоенности (Книга непокоя) — фрагмент перевода И. Фещенко-Скворцовой в «Иностранной литературе», 2015, № 7
  • Траурный марш в честь Людвига II, Отто Фридриха Вильгельма Баварского перевод И. Фещенко-Скворцовой
  • Антерос, Река обладания — фрагменты «Книги непокоя» в переводе И. Фещенко-Скворцовой в «Русском Гулливере», 2015, № 12-13
  • Стихи Фернандо Пессоа (ортонима): из книги «Послание», из цикла «Крестный путь», стихи из «Рубайята», четверостишия в народном вкусе // Лузитанская душа. Стихи португальских поэтов XV-XX веков / сост. и перевод. И.Фещенко-Скворцова — М.: Водолей, 2017. — С. 126—157. — ISBN 978-5-91763-368-8.
  • Алберту Каэйру. Влюблённый пастух // Лузитанская душа. Стихи португальских поэтов XV-XX веков / сост. и перев. И.Фещенко-Скворцова — М.: Водолей, 2017. — С. 159—164. — ISBN 978-5-91763-368-8.
  • Алвару де Кампуш. Морская Ода // Лузитанская душа. Стихи португальских поэтов XV-XX веков / сост. и перев. И.Фещенко-Скворцова — М.: Водолей, 2017. — С. 165—200. — ISBN 978-5-91763-368-8.
  • Алвару де Кампуш: Аlter Ego Фернандо Пессоа (вступление и переводы) // «Новый мир». — 2016. — № 8. — С. 136—145. ISSN 0130 — 7673
  • Рикарду Рейш. Оды из Книги первой // Лузитанская душа. Стихи португальских поэтов XV-XX веков / сост. и перев. И.Фещенко-Скворцова — М.: Водолей, 2017. — С. 201—211. — ISBN 978-5-91763-368-8.
  • Печальный эпикуреец Рикарду Рейш (вступление и переводы) // Журнал Центра изучения современной поэзии Южного федерального университета — 2018 — № 8 — С. 171 −179. ISSN 2312-0800
  • Книга непокоя (переводчик Фещенко-Скворцова И.) — М.: Ад Маргинем Пресс, 2016. — 488 С. ISBN 978-5-91103-263-0
  • Лиссабон (переводчики: Соколинская А., Фещенко-Скворцова И.) — М.: Ад Маргинем Пресс, 2017. — С. 155—188. ISBN 978-5-91 103-356-9
Произведения этого автора, впервые опубликованные до 1 января 1950 года, находятся в общественном достоянии в России, и странах, где срок действия исключительного права на произведение не превышает всей жизни автора плюс 70 лет.

Переводы и позднейшие редакции произведений этого автора могут являться объектами авторских прав соответствующих лиц согласно статье 1260 ГК РФ.

ru.wikisource.org

Множественная идентичность. Гетеронимы Фернанду Пессоа.: waspono — LiveJournal

Поэт измышляет миражи —
Обманщик, правдивый до слёз,
Настолько, что вымыслит даже
И боль, если больно до слёз.

Перевод А. Гелескула.


13 июня родился Фернанду Пессоа.

130 лет со дня рождения.

Фернандо Антонио Ногейра Пессоа (по современным правилам транслитерации с португальского — Ферна́нду Анто́нью Ноге́йра Песо́а, порт. Fernando António Nogueira Pessoa, fɨɾˈnɐ̃du pɨˈsoɐ, 13 июня 1888 года, Лиссабон, Португалия — 30 ноября 1935 года, там же) — португальский двуязычный поэт, прозаик, драматург, переводчик, мыслитель-эссеист, лидер и неоспоримый авторитет в кружках лиссабонского авангарда, ставший посмертно из непризнанного одиночки символом португальской словесности нового времени.

Фернанду Пессоа родился 13 июня 1888 года в Лиссабоне. Его отец Жуакин де Сеабра Пессоа, уроженец Лиссабона, служил в министерстве юстиции и также был музыкальным критиком в газете «Diário de Notícias». Детство и отрочество Пессоа были ознаменованы событиями, которые впоследствии повлияли на его жизнь. В 1893 году его отец умер от туберкулёза в возрасте 43 лет, когда маленькому Фернанду едва исполнилось пять лет. Мать Пессоа была вынуждена продать с молотка часть мебели и переехать с детьми в более скромный дом. В этот период появляется первый гетероним Пессоа — «Шевалье де Па» (Chevalier de Pas), о чём спустя много лет поэт напишет своему другу Адолфу Казáйш Монтейру (Carta de Fernando Pessoa para Adolfo Casais Monteiro). В этом же году Пессоа создаёт своё первое поэтическое произведение — короткое стихотворение с детским эпиграфом: Моей любимой мамочке (À Minha Querida Mamã). Его мать выходит замуж второй раз в 1895 году за Жуана Мигела Розу, консула Португалии в Дурбане (Южная Африка), куда и переезжает с детьми. В Дурбане Пессоа проведёт детство и часть юности. Мать с головой уходит в заботы о муже и детях от второго брака, и Фернанду остаётся предоставленным самому себе. Мальчик много времени проводит в одиночестве и размышлениях. У будущего поэта с детства обнаруживаются большие способности к литературному творчеству. В Дурбане он получает доступ к английской литературе и таким авторам, как Шекспир, Эдгар По, Джон Мильтон, Лорд Байрон, Джон Китс, Перси Шелли, Альфред Теннисон. Английский язык сыграл огромную роль в жизни Пессоа, на английском написана часть его поэтического наследия. Пессоа также переводил англоязычных поэтов.

В младшей школе Пессоа учится очень хорошо и проходит пятилетний курс за три года, в 1899 году он поступает в среднюю школу в Дурбане, где он проучится три года. Пессоа был одним из лучших учеников в группе. В эти годы он берёт псевдоним Алешандр Сёрч (Alexander Search), от имени которого пишет письма самому себе. В 1901 году Пессоа пишет свои первые стихотворения на английском языке и совершает путешествие с семьёй в Португалию, где живут его родственники. В это время он пытается написать роман на английском языке. По возвращении в Африку он поступает в Школу Коммерции. Учёба проходит по вечерам, а днём Пессоа посвящает себя гуманитарным дисциплинам. В 1903 году он получает почётную премию королевы Виктории за лучшее эссе. Пессоа много читает классиков английской и латинской литературы, пишет стихи и прозу на английском. Появляются его гетеронимы Чарльз Роберт Анон и Г. М. Ф. Лечер. В 1905 году юный Пессоа возвращается в Португалию и поступает на филологический факультет Лиссабонского университета. В то время Пессоа жил в тесной квартирке с бабушкой и тёткой в Лиссабоне. Не завершив обучение на первом курсе, Пессоа покидает университет, однако продолжает самообразование и переходит к изучению произведений величайших португальских писателей, наслаждаясь особенно сочинениями Сезариу Верде и проповедями падре Антониу Виейры. Вскоре, в 1907 году, умирает его бабушка, оставив ему небольшое наследство. На эти деньги Пессоа открывает маленькую типографию, которой суждено вскоре прогореть.

В 1908 году Пессоа устраивается переводчиком коммерческой корреспонденции, которая велась преимущественно на английском языке. На этой должности он будет работать всю жизнь. Если бы Пессоа имел желание, он мог бы хорошо зарабатывать переводами корреспонденции. Однако амбициозный начинающий поэт и писатель устроился в несколько фирм со свободным графиком работы, чтобы больше времени уделять занятиям литературой.

Деятельность Пессоа в области написания эссе и литературной критики начинается в 1912 году в журнале «Áгиа» со статьи «Новая португальская поэзия», за которой последуют другие его статьи. Позже вместе со своим другом Мариу де Са-Карнейру Пессоа участвует в издании журнала «Орфей».

В течение двух лет (1914–1916) Пессоа выступал как теоретик постсимволистского искусства и выдвинул три новых направления португальского модернизма: паулизм, сенсационизм и интерсекционизм, идеи которых воплощались группой авторов журнала «Орфей» (1915).

Писатель скончался 30 ноября 1935 года в возрасте 47 лет в Лиссабоне. Последнее, что он написал перед смертью, — фраза на английском языке: «I know not what tomorrow will bring…» (Я не знаю, что принесёт завтрашний день…).

В 1985 году в ознаменование пятидесятилетнего посмертного юбилея останки Пессоа были перезахоронены в известном монастыре иеронимитов Жеронимуш в Лиссабоне. На надгробном обелиске поэта выбиты строфы стихотворений его трёх главных гетеронимов: Алберту Каэйру, Áлвару де Кампуша и Рикарду Рейша.

Творчество

Поэт — притворщик по роли,
Легко ему сделать вид,
Придумать саднящей боли
Подделку, что не болит.

(с) Фернандо Пессоа «Автопсихография». 27 ноября 1930 года. Перевод И. Фещенко-Скворцовой.
[…]

Гетеронимы

Великим литературным вкладом Фернанду Пессоа в мировую литературу стало творчество его гетеронимов, создававших свои собственные произведения. Советский литературовед З. И. Плавскин писал, что Пессоа не был первым, кто использовал гетронимию. В отличие от литературных псевдонимов, созданные Пессоа гетеронимы были отдельными литературными индивидуальностями со своими характерными чертами, даже во внешности, со своей биографией, с собственной философией, стилем письма — всё это было вымышленным, но приобретало черты реальности, благодаря транслируемым ими идеям, собственному литературному творчеству, отличному от творчества самого Пессоа. Различные исследователи творчества Пессоа стремились подсчитать точное число его гетеронимов, полу-гетеронимов и псевдонимов. В 1966 году Тереза Рита Лопеш впервые насчитала 18 гетеронимов. Немного позже Антониу Пина Куэльу расширил список гетеронимов Пессоа до 21 имени. В 1990 году Тереза Рита Лопеш представила более детальный список гетеронимов, достигающий 72 имён. Эта «гонка гетеронимов» недавно была продолжена Жерóнимо Пизарро и Патрисио Феррари, которые используя более широкий критерий, представили в 2013 году список из 136 вымышленных авторов (гетеронимов, полу-гетеронимов и псевдонимов), созданных Фернанду Пессоа. В контексте собственной гетеронимии Пессоа перестаёт быть ортонимом (т. е. действительно существующим автором), но, вследствие такой «драмы в лицах», превращается в одного из собственных гетеронимов.

"С детства я стремился творить вокруг себя вымышленный мир, окружая себя друзьями и знакомыми, никогда не существовавшими (на самом деле, я не знаю, действительно ли они не существовали, или же - это я не существую; в этом, как и во всём, мы не должны быть догматиками). С тех пор, как я осознаю себя тем, что называю собой, помню, что мысленно всегда нуждался в фигуре, движениях, характере и истории; разнообразные воображаемые фигуры были для меня такими очевидными и моими, как вещи из того, что мы называем, может быть неправильно, реальной жизнью. Подобная склонность, какая характерна для меня с тех пор, как я осознаю себя как личность, сопровождала меня всегда, лишь немного изменяя музыку, которой меня околдовывала, но не изменяя существенно самого способа колдовства".
(с) Фернандо Пессоа, письмо к Адолфу Казáйш Монтейру от 13 января 1935 года. Перевод И. Фещенко-Скворцовой.

Важнейшим источником сведений о происхождении гетеронимии великого португальского поэта и писателя является его письмо письмо Адолфу Казáйш Монтейру от 13 января 1935 года, впервые опубликованное в журнале «Presença» («Презенса» (Присутствие), № 49, Коимбра, июнь 1937). По словам самого Фернандо Пессоа, его три главных гетеронима (а также наиболее продуктивных) — это Алберту Каэйру (Alberto Caeiro), Рикарду Рейш (Ricardo Reis) и Áлвару де Кампуш (Álvaro de Campos). Среди них главную роль играл Алберту Каэйру — буколический поэт, ставший учителем других гетеронимов. Кроме того Каэйру оказывал воздействие на гетеронима под именем «Фернандо Пессоа», которого следует отличать от Пессоа-ортонима, чьим наставником он (Каэйру) также являлся. Четвёртый, очень важный гетероним Пессоа — Бернарду Суареш, «помощник бухгалтера в городе Лиссабоне», составитель «Книги Непокоя». С другой стороны. Бернарду Суареш — особый случай, рассматриваемый, скорее, как полу-гетероним Фернандо Пессоа, так как очень близок по сути к самому автору. Пессоа так и написал в письме Адолфу Казайш Монтейру: «мой полугетероним» (semi-heterónimo). Именно по этим соображениям Пессоа не испытывал потребности в чётком определении этой индивидуальности, в противоположность другим трём гетеронимам, для которых измышлял даже даты рождения и смерти, кроме Рикарду Рейша и Áлвару де Кампуша, что пережили своего автора.

"Как я пишу от имени этих троих?… От имени Каэйро — в порыве чистого и неожиданного вдохновения, не зная заранее, даже не предполагая, что буду писать. От имени Рикарду Рейша — после некого абстрактного размышления, какое внезапно обретает форму конкретной оды. От имени Кампуша — когда чувствую неожиданный импульс писать, но ещё не знаю, о чём. (Мой полу-гетероним Бернарду Суареш, который, впрочем, во многих случаях напоминает Áлвару де Кампуша, появляется всегда, когда я усталый или сонный, так, что несколько прерываются мои способности к рассуждению и торможению; такая проза является постоянным мечтанием. Это полу-гетероним, т.к., не обладая моей личностью, не обладает и отличной от моей, но, скорее, ею, но искалеченной. Это я — минус разум и чувствительность. Проза, исключая то, что даёт рассудок, менее значительный, чем мой, такая же, и язык совершенно такой же; тогда как Каэйру плохо пишет по-португальски, Кампуш — разумно, но с некоторыми незначительными ошибками, Рейш — лучше меня, но с пуризмом, какой я считаю преувеличенным. Мне трудно писать прозу Рейша — хотя бы и неизданную — или Кампуша. Притворяться легче в стихах, даже потому что они более стихийны)".
(с) Фернандо Пессоа, письмо к Адолфу Казáйш Монтейру от 13 января 1935 года. Перевод И. Фещенко-Скворцовой.

Другими важными гетеронимами Пессоа были Алешандер Сёрч — английский поэт, философ Антониу Мора, Барон де Тиеве — португальский дворянин, автор текстов под названием «Воспитание Стоика». Если Áлвару де Кампуш заместил Александра Сёрча в качестве "alter ego" самого Фернандо Пессоа, то Барон де Тиеве более других приближается к Бернарду Суарешу — составителю самой знаменитой книги «Книга Непокоя» — они оба являются полу-гетеронимами Пессоа, т. к. их индивидуальность во многом совпадает с личностью самого Пессоа. Благодаря явлению гетеронимии, Пессоа смог глубоко и разностороннее рассматривать жизнь во всех её связях между реальным существованием и идентификацией её по отношению к уникальному и мистическому характеру его существования и многогранного и глубочайшего литературного творчества, в одно и то же время поэтического, философского и социологического.
[…]
При жизни имя Фернанду Пессоа было известно лишь в узком кругу португальских интеллектуалов. Его творчество не встретило понимания среди современников. Пессоа также как и Камоэнс ушёл из жизни в безвестности. Культурным символом Португалии и признанным мастером современного португальского языка поэт стал через много лет после своей смерти.

Пессоа считается одним из крупнейших португальских поэтов, его вклад в португальскую культуру сравним со вкладом великого Камоэнса. Харольд Блум ставит его в один ряд с Пабло Нерудой, одним из наиболее значительных испаноязычных поэтов XX века.

Жизнь Пессоа была всецело посвящена литературе. Он является создателем огромного числа гетеронимов, альтер эго поэта. Загадочный образ поэта дал почву для многочисленных литературоведческих исследований его жизни и творчества. Из трудов последних десятилетий, посвящённых его личности и наследию, выделяются книги Жоржи де Сены, Эдуарду Лоуренсу, Луиша Филипе Тейшейры. Некоторые критики задаются вопросом, действительно ли через гетеронимов Пессоа проявляется его истинное «я», или они не больше чем плод воображения поэта.
https://vk.com/wall-5197510_78769


Насколько можно судить по одному из последних его портретов, он не забавлялся многими идентичностями - он ими ЖИЛ!
На фото ему 47 лет. А смотрят на нас все 90 …
Несколько жизней прожил - на несколько и выглядел.

Это не единственный, но просто один из самых развитых случаев (Флобер: «мадам Бовари - это я» * ).

Идентичностей много.
В каждом из нас.
Хорошо, когда они «включаются» по очереди (и соблюдают её :) ), «под присмотром» центральной из них. Заметно сложней - когда между ними идёт соперничество, вплоть до борьбы.

*
Когда я описывал сцену отравления Эммы Бовари, я так явственно ощущал вкус мышьяка и чувствовал себя настолько действительно отравленным, что перенёс два приступа тошноты, совершенно реальных, один за другим, и изверг из желудка весь обед.

waspono.livejournal.com

Книга непокоя — Википедия

«Кни́га непоко́я» (имеются другие переводы названия: «Книга неуспоко́енности», «Книга трево́г», «Книга смяте́ния», «Книга беспоко́йства» порт. Livro do Desassossego: Composto por Bernardo Soares, ajudante de guarda-livros na cidade de Lisboa) — произведение жанра антиромана или романа-эссе португальского писателя Фернанду Пессоа (1888—1935), создававшегося в 1913—1934 годах. Сочинение представлено как «автобиография без фактов» Бернарду Суареша и предваряется предисловием Фернанду Пессоа, взявшим на себя лишь труд по изданию. Опубликовано посмертно. Причисляется к жемчужинам современной португальской словесности.

Попадаются порой в Лиссабоне ресторанчики или харчевни, в которых над нижним этажом – лавкой, похожей на приличный трактир, возвышается мансарда, тяжеловесная и скромная, напоминающая кабачок в глухой деревушке без транспорта. В подобных надстройках, полных разве что по воскресеньям, можно наблюдать любопытные типы, безучастные лица, целый ряд персонажей из драмы жизни [1].
Фернандо Пессоа, «Книга непокоя»,
перевод Ирины Фещенко-Скворцовой.

В русском языке любой антоним слова «покой» не равнозначен порт. desassossego и не обладает всеми оттенками его смысла:

  • «Книга тревог» — при переводе фрагментов Т. В. Родименко[2] и в вступлении А. М. Гелескула («ИЛ», 1988, № 11)
  • «Книга неуспокоенности» — принятое в отечественном литературоведении название Б. В. Дубина[3] («ИЛ», 1997, № 9)
  • «Книга смятения» — перевод названия О. А. Овчаренко[4]
  • «Тревожная книга» — название О. А. Сапрыкиной[5]
  • «Книга беспокойства» — вариант Д. Кокорина (2010)[К 1], Е. С. Тейтельбаум (2014)[6] и Г. Клочковского[7]
  • «Книга непокоя» — название первого полного издания на русском языке в переводе И. Фещенко-Скворцовой

О трудности перевода португальского названия писал переводчик издания на английском языке Ричард Зенит (Richard Zenith) в 1991 году: «со временем меняется даже значение слова англ. disquietude». Слово «беспокойство» (порт. desassossego) в названии заставляет вспомнить о «мире и покое», «спокойствии» (порт. sossego) из стихов гетеронима Фернанду Пессоа Алберту Каэйру[7]. В русском издании перевод порт. desassossego как «беспокойство» встречается гораздо чаще, чем титульный «непокой»[8]. В самом произведении оппозиция покой — беспокойство в разных местах текста имеет самые разные оттенки в широком диапазоне контекстных смыслов: от сиюминутного внутреннего спокойствия и внешнего покоя природы, до покоя, когда «будто мир заканчивается», вплоть до нирваны вне времени и пространства, когда душа как-будто бы и не существовала. Возможно, что такое мироощущение микрокосма в макрокосме создавалось под влиянием наставника гетеронимов Пессоа Алберту Каэйру, и, как следует из текста, Соареш/Пессоа стремился к отрешению от мирской суеты.

  • «Воцарились покой и тишина, и дождь падал, точно в кошмарном сне. <…> Посыльный беспокойно задвигался в глубине дома».
  • «Остаюсь один и спокойный. <…> Я чувствую себя свободным, словно перестал существовать, сохраняя при этом сознание».

Такие же ощущения когда-то передал иными словами Лермонтов: «но не тем спокойным сном могилы». Созвучна такому настроению оценка Эдуарду Лоуренсу в передаче Ирины Фещенко-Скворцовой того, что мы слышим «голос, какой ближе к безмолвию, к непрозрачности, к неска́занному и несказа́нному в существовании, которое мы воображали поэтом Фернандо Пессоа»[9].

Рукописное наследие Пессоа из бабушкиного сундука

Первый фрагмент задуманного произведения Na floresta do alheamento («В лесу отчуждения»[10]) увидел свет в 1913 году. Второй отрывок появился в печати через 16 лет — в апреле 1929 года. 22 марта того же года был написан текст заключительной и наиболее напряжённой фазы создания произведения. С 1929 по 1932 год были изданы следующие 11 отрывков. С 1913 по 1932 год Пессоа смог опубликовать лишь 22 фрагмента-отрывка так и не вышедшей при его жизни книги[7]. После его смерти был обнаружен набитый неопубликованными материалами бабушкин сундук. «Сундук, полный людей», как назвал это «хранилище» итальянский исследователь творчества Фернанду Пессоа Антонио Табукки[11], содержал конверт с надписью Livro do Desassossego, где находилось около 300 фрагментов неоконченной книги. Впоследствии учёные определили, что ещё более 200 отрывков также относятся к данному сочинению[12]. Рукописными (чернильной ручкой или карандашом) и машинописными текстами заполнены фирменные бланки, обратные чистые стороны почтовых конвертов, бланков телеграмм, календарных листов и книжных страниц. Встречаются записи, набросанные даже поверх печатного текста книжных страниц. Например, часть предисловия (L do D (Prefacio)) напечатана на пишущей машинке на оборотной стороне бланка фирмы A. Xavier Pinto & C.ª. Повествование всегда ведётся от первого лица. Авторская датировка большей частью отсутствует.

Долгое время исследователи разбирали наследие писателя. Первое полное издание «Книги беспокойства» (Livro do Desassossego) на языке оригинала вышло посмертно в 1982 году. Общее количество фрагментов в некоторых изданиях Ричарда Зенита достигает 481, когда составитель публиковал только тексты с пометкой L d. D (Livro do Desassossego). Число отрывков (включая письма) варируется в различных изданиях: 531 у Ж. ду Праду Коэлью (1982), 748 у Т. Собрал Куньи (2008), 568 у Р. Зенита (2012) и 661 у Х. Пизарро (2010)[13].

Подпись Фернанду Пессоа Подпись Бернарду Соареша

Первый фрагмент из «Книги беспокойства» вышел в журнале «Áгия» («Орёл» — порт. A Águia, № 20 за август 1913 года) и был подписан именем самого Фернанду Пессоа[14], когда ещё не появились ни прозаические авторы-гетеронимы самого сочинения (Висенте Гедеш (Vicente Guedes), барон де Тейве (Barão de Teive) и Бернарду Суареш), ни более разработанные основные поэтические гетеронимы (А́лвару де Кампуш, Алберту Каэйру и Рикарду Рейш). Несмотря на это при составлении изданий Р. Зенит и Ж. ду Праду Коэлью приписывают этот фрагмент Бернарду Суарешу, Т. С. Кунья — Висенте Гедешу, а Х. Пизарро аттрибутирование не указывает. В то время как главные гетеронимы Пессоа были поэтами, четвёртый из них — Бернарду Суареш, «помощник бухгалтера из города Лиссабона» — «писал» прозу. Он был настолько близок личности Пессоа, что тот сам называл его своим полугетеронимом[7] и заявил составителем своей «автобиографии без фактов». Перед искушённым читателем встаёт один из многочисленных парадоксов португальского писателя: в реальности Бернарду Суареш стал одним из авторов книги с 1928 или 1929 года[15], но в предисловии Пессоа-ортоним писал, что познакомился с помощником бухгалтера в кафе во время публикаций «Орфея»[16], то есть в 1915 году, когда вышли первые два номера журнала (№ 3 издан посмертно в 1983 году).

Внешние изображения
Фернанду Пессоа — L. do D.
[1] Предисловие[17]
[2] Фрагмент, авторство которого Пессоа сомневался аттрибутировать Тейве[17]
[3] Фрагмент за авторской подписью Пессоа[18]

Тереза Собрал Кунья (Teresa Sobral Cunha), одна из составителей первого полного издания книги (1982), предполагает существование двух авторов: Висенте Гедеш «писал» в 1910-х и 1920-х годах, а в завершающем периоде конца 1920-х и в 1930-х годах «сочинял» Бернарду Суареш. В этом случае сам Пессоа мог бы выступить против кавычек — его личность настолько растворялась в гетеронимах, что он считал их более реальными творцами своих сочинений, чем самого себя.

Вскоре, в 1986 году, вышла новая редакция Антониу Куадруша (António Quadros), не без оснований полагавшего, что тексты первой фазы их составления действительно создал Пессоа, а написанные в виде дневниковых записей фрагменты принадлежали Бернарду Суарешу.

В издании Ричарда Зенита, с которого сделан первый полный русский перевод, основному тексту предшествует вступление Фернанду Пессоа[19]. В настоящее время все части книги издаются за подписью Пессоа-ортонима, но их авторство приписывается Бернарду Суарешу. Фернанду Пессоа продолжает мистифицировать читателей выдавая собственную «автобиографию без фактов» за автобиографию своего полугетеронима Бернарду Суареша, записи которого собирался издать Пессоа-ортоним. Исследователи творчества Фернанду Пессоа Херонимо Пизарро (составитель одного из последних изданий), Мария де Глориа Падран, Лейла Перроне Мойзеш, Эдуарду Лоуренсу уверены, что «тексты „Книги непокоя“ представляют собой развивающийся синтез всего литературного наследия Пессоа, некий „микрокосм множественности“ этого текстуального универсума», в котором также звучат голоса поэтических гетеронимов писателя: А́лвару де Кампуша, Алберту Каэйру и Рикарду Рейша[20]. Вольно или невольно Пессоа частично выполнил задачу по воплощению супер-Камоэнса — в настоящее время издатели, редакторы, составители и читатели являются соавторами его творения.

Е. С. Тейтельбаум рассматривает поэзию и прозу Пессоа как форму философии, в которой португальский писатель предвосхитил идеи Витгенштейна, Деррида и Делёза, а о его романе-эссе отмечает следующее:

Кроме того, за несколько десятилетий до Жака Деррида Пессоа воплотил в своем творчестве его знаменитый тезис о несуществовании внетекстовой реальности. Квинтэссенцией философии Пессоа является писавшаяся им на протяжении двадцати лет «Книга беспокойства» — «биография без фактов», книга-хаос, книга без структуры, без центра, релятивизирующая все, даже само понятие относительности, отражение мира, сведенного к фрагментам, не способным собраться в Целое, просто текст о тексте, без каких бы то ни было связей, постмодернистский кошмарный сон. «Все, что человек выражает или высказывает, — всего лишь пометка на полях текста, от которого ничего не осталось. По смыслу пометки мы более или менее можем догадаться о том, что за текст это был; но сомнение неизбежно, и возможных смыслов — множество» [11, 164]. «Книга беспокойства» — отражение и воплощение микрокосмоса Фернандо Пессоа, существовавшего в множественности своих масок-гетеронимов, часто противоречащих друг другу и самим себе.

Е. С. Тейтельбаум. Опыт философского анализа феномена Фернандо Пессоа (2014)[6].

Бартоломью Риан (Bartholomew Ryan) в своём анализе мифологизации изгнанного «я» упоминает ряд работ, в которых сравнивается творчество Джеймса Джойса и Фернанду Пессоа. Этот вопрос был поднят в краткой статье Алфреду Маргариду (Margarido, Alfredo. Fernando Pessoa, James Joyce e o Egipto, 1988). Обсуждение темы продолжили Дэвид Батлер (Butler, David. Joyce e Pessoa: autores da polifonia, 2004) и Карлуш Сейя (Ceia, Carlos. Modernism, Joyce, and Portuguese Literature, 2006)[21]. Затем Б. Риан в статьях 2013 года находил связь между философией Кьеркегора, Пессоа (Into the Nothing with Kierkegaard and Pessoa) и Джойса (James Joyce: negation, Kierkeyaard, wake and repetition)[22]. Исследователь указывает на родственные связи романов «Портрет художника в юности», «Улисс» и «Поминки по Финнегану» с романом-эссе Пессоа; упоминает видимую параллель между перевоплощениями Джойса в Стивена Дедала или Леопольда Блума, а Пессоа — в Бернарду Суареша или А́лвару де Кампуша[23]. Риан видит такое перевоплощение (англ. othering) как воплощение alter ego в существующую только в литературном мире личность. Формальная параллель заключается в длившейся десятилетиями работе над своими сочинениями. Изгнание собственного «я» и его расщепление в множественные личности предоставляет писателям многоуровневые перспективы, а мечтательность даёт путь к свободе. Джойса и Пессоа сближает отношение к Малларме как предтече собственного постсимволизма, изображение моря, как символа и их бездомность при освоении новых ландшафтов при помощи воображения[24]. Подводя итоги, исследователь делает вывод о близости мировоззрений Джойса и Пессоа, отражённых в их комментариях о творческом процессе, восприятии рассуждений об искусстве и религии, как скучном занятии, состязании с Шекспиром, и занимаемом в модернизме месте[25].

Книга внесена во Всемирную библиотеку по голосам 100 авторов из 54 стран[26]. По данным Фещенко-Скворцовой в Португалии книга переиздавалась около 30 раз с 1961 (фрагменты) по 2013 год, в Бразилии — 18 раз. Публикации переводов в других странах:

  • 9 — в Испании
  • 5 — в Великобритании, США и Франции
  • 4 — в Швейцарии
  • 3 — в Италии и Швеции
  • 2 — в Венгрии, Германии, Голландии, Греции, Израиле, Польше, Чехии и Японии
  • 1 — в Болгарии, Дании, Индии, Китае, Марокко, Норвегии, Румынии, Словении, Турции, Финляндии и Хорватии[27].
На языке оригинала
Первое неполное издание
  • Pessoa F. Livro do Desassossego : [порт.] / Fernando Pessoa; por Bernardo Soares; edição de Pedro Veiga. — 1.ª edição. — Lisboa : Arte & Cultura, 1961. — 94 p.
Первая полная публикация
  • Pessoa F. Livro do Desassossego : [порт.] : in 2 vol. / Fernando Pessoa; por Bernardo Soares; edição, prefácio e organização de Jacinto do Prado Coelho, recolha e transcrição dos textos de Maria Aliete Galhoz e Teresa Sobral Cunha. — 1.ª edição. — Lisboa : Edições Ática, 1982.
Важнейшие редакции и последние издания (не считая переизданий)
  • Pessoa F. Livro do Desassossego : [порт.] : in 2 vol. / Fernando Pessoa; por Bernardo Soares; edição de António Quadros. — 1.ª edição. — Lisboa : Publicações Europa-América, 1986. — 318; 115 p. — ISBN 9721013005.
  • Pessoa F. Livro do Desasocego : [порт.] : in 2 vol. / Fernando Pessoa; por Bernardo Soares; apresentação e edição de Jerónimo Pizarro, coordenação de Ivo Castro. — Lisboa : INCM - Imprensa Nacional Casa da Moeda, 2010. — Tomo I - 516 p., Tomo II - 1098 p. — ISBN 978-972-27-1849-3.
  • Pessoa F. Livro do Desassossego : [порт.] / Fernando Pessoa; por Bernardo Soares; organização de Richard Zenith. — 3.ª edição. — São Paulo : Companhia das Letras, 2011. — 544 p. — ISBN 978-85-359-1943-1.
  • Pessoa F. Livro do Desassossego : [порт.] / Fernando Pessoa; por Bernardo Soares; edição, prefácio e organização de Teresa Sobral Cunha. — 5.ª edição. — Lisboa : Relógio d’Água, 2013. — 581 p. — ISBN 978-972-641-397-2.
  • Pessoa F. Livro do Desassossego : [порт.] / Fernando Pessoa; por Bernardo Soares; edição, prefácio e organização de Richard Zenith. — 11.ª edição. — Lisboa : Assírio & Alvim, 2014. — 480 p. — ISBN 978-972-37-1787-7.
  • Pessoa F. Livro do Desassossego : [порт.] / Fernando Pessoa; por Bernardo Soares; edição, prefácio e organização de Jerónimo Pizarro. — 3.ª edição. — Lisboa : Tinta-da-China, 2014. — 608 p. — ISBN 978-989-671-180-1.
  • Pessoa F. Livro(s) do Desassossego / Fernando Pessoa; por Vicente Guedes, Barão de Teive e Bernardo Soares; edição de Teresa Rita Lopes. — 1.ª edição. — São Paulo: Global Editora, 2015. — 472 p. — ISBN 9788526022065.
Первый полный перевод на русский язык

В 2017 году был открыт электронный ресурс Arquivo LdoD содержащий архив, статьи, критические издания романа наиболее значимых редакций в составлении Prado Coelho (1982), Sobral Cunha (2008), Zenith (2012) и Pizarro (2010)[28].

  1. ↑ Такое название появилось, вероятно, в 2009 году. Под названием «Книга беспокойства» с 2010 до 2017 года Денис Кокорин разместил в ЖЖ переводы 17 фрагментов.
  1. ↑ Пессоа, 2016, Вступление, с. 6.
  2. ↑ Авторы номера (неопр.). «Иностранная литература» 2009, № 3. Журнальный зал в РЖ, «Русский журнал». Дата обращения 3 июля 2018.
  3. Пессоа Ф. Разрозненные страницы. Из «Книги неуспокоенности» Бернардо Соареса (перевод с португальского Дубин Б. В.) (неопр.). «Иностранная литература» 1997, № 9. Журнальный зал в РЖ, «Русский журнал». Дата обращения 3 июля 2018.
  4. Овчаренко О. А. Гетеронимия Фернанду Пессоа как способ самоинициации (неопр.). Литература Западной Европы 20 века. Дата обращения 7 июля 2018.
  5. Сапрыкина О. А. Концепция Бога в творчестве Фернанду Пессоа (неопр.). Литература Западной Европы 20 века. Дата обращения 7 июля 2018.
  6. 1 2 Тейтельбаум, 2014, с. 181.
  7. 1 2 3 4 Клочковский, 2015.
  8. ↑ Пессоа, 2016.
  9. ↑ Пессоа, 2016, Фещенко-Скворцова. Послесловие, с. 486.
  10. ↑ Пессоа, 2016, В Лесу Отчуждения, с. 420—427.
  11. И. Фещенко-Скворцова. Куэлью Пашéку – фальшивый гетероним Фернанду Пессоа // Prosōdia : Литературный журнал. — Ростов-на-Дону, 2018. — № 8.
  12. ↑ Пессоа, 2016, И. Фещенко-Скворцова. Послесловие, с. 481.
  13. ↑ Arquivo LdoD, Edições.
  14. ↑ Pessoa, 1913, p. 42.
  15. ↑ Пессоа, 2016, И. Фещенко-Скворцова. Послесловие, с. 479, 482.
  16. ↑ Пессоа, 2016, Вступление, с. 7: «Рассказал ему о журнале «Орфей», появившемся совсем недавно».
  17. 1 2 Pessoa, Fernando. Livro do desassossego de Bernardo Soares. Lisboa, [1917?-1934] (порт.). Livros digitalizados de Pessoa, Fernando. Biblioteca Nacional de Portugal. Дата обращения 5 июля 2018.
  18. Pessoa, Fernando. Livro do desassossego de Bernardo Soares. Lisboa, [1919?-1934] (порт.). Livros digitalizados de Pessoa, Fernando. Biblioteca Nacional de Portugal. Дата обращения 5 июля 2018.
  19. ↑ Пессоа, 2016, Вступление, с. 6—8.
  20. ↑ Пессоа, 2016, И. Фещенко-Скворцова. Послесловие, с. 485.
  21. ↑ Ryan, 2013, Introduction, p. 77, 101–102.
  22. ↑ Ryan, 2013, Introduction, p. 76, 102.
  23. ↑ Ryan, 2013, Introduction, p. 76.
  24. ↑ Ryan, 2013, p. 80, 83—85.
  25. ↑ Ryan, 2013, Conclusion, p. 99.
  26. ↑ The 100 best books of all time // Christian Science Monitor. — 2012-06-12. — ISSN 0882-7729.
  27. ↑ Пессоа, 2016, И. Фещенко-Скворцова. Послесловие, с. 473.
  28. ↑ Arquivo LdoD.
  • Фернандо Пессоа. Книга непокоя (рус.) (недоступная ссылка). Ад Маргинем Пресс (2016). Архивировано 1 июля 2018 года.
  • Ирина Фещенко-Скворцова. Книга непокоя: "Послесловие" (рус.).
  • Arquivo LdoD (порт.). Nenhum Problema Tem Solução: Um Arquivo Digital do Livro do Desassossego. Centro de Literatura Portuguesa da Universidade de Coimbra (CLP). Дата обращения 7 июля 2018.  (англ.) (исп.)
  • Livros digitalizados de Pessoa, Fernando (порт.). Biblioteca Nacional de Portugal. Дата обращения 5 июля 2018. Рукописные и машинописные материалы Livro do desassossego de Bernardo Soares на сайте Национальной библиотеки Португалии.

ru.wikipedia.org

Пессоа, Фернандо — Википедия

Полное имя: Фернанду Антониу Нугейра Пессоа.

Возраст и национальность: Родился в Лиссабоне, приход (или фрегезия) Мучеников[12], здание № 4 на площади Святого Карлуша (впоследствии Площадь Директории) 13 июня 1888 года.

Родственные связи (или родство, или происхождение): законный сын Жоакина де Сеабра Пессоа и донны Марии Магдалены Ринейру Нугейра. По отцовской линии — внук генерала Жоакина Антониу де Араужу Пессоа, ветерана «мигелистских войн» (гражданских войн в Португалии в 1823-1834 гг.), и донны Лионисии Сеабра; по материнской линии — внук советника Луиша Антониу Нугейры, юрисконсульта, Главного Директора Королевского Министерства и донны Магдалены Шавиер Пинейру. Смешанное происхождение: в роду были дворяне и евреи.

Семейное положение: холост.

Профессия (род занятий): наиболее подходящее название — «переводчик», наиболее точное — «ответственный за переписку с иностранными клиентами в коммерческих учреждениях». Быть поэтом и писателем — не профессия, но призвание.

Место жительства (адрес): Улица Куэльу да Роша, 16, второй этаж справа[13], Лиссабон (почтовый адрес — п/я 147, Лиссабон).

Исполняемые общественные (социальные) обязанности (функции): Если под этим понимаются государственные должности или важные обязанности — никакие.

Опубликованные сочинения: произведения в основном рассеяны по различным журналам и случайным публикациям. Что касается книг и брошюр, считаю заслуживающими внимания следующие: «35 сонетов» (на английском языке), 1918; «Английские поэмы I-II» и «Английские поэмы III» (также на английском языке), 1922; и книга «Послание», 1934, премированная Секретариатом Национальной Пропаганды в категории «Поэма». Брошюру (памфлет) «Междуцарствие», опубликованную в 1928 г. и представляющую собой защиту военной диктатуры в Португалии, следует считать несуществующей. Впоследствии, пересмотрев её, я сделал вывод, что, вероятно, от многого там изложенного теперь отрёкся бы.

Образование: Вследствие того, что мой отец скончался в 1893 г. и моя мать вышла замуж в 1995 г. за коменданта Жуана Мигела Розу — консула Португалии в Дурбане (Южная Африка), провинции Натал[14], я получал образование в Дурбане. Заслужил премию Королевы Виктории за очерк на английском языке (оценивался уровень владения английским языком как родным) Университета Мыса Доброй Надежды в 1903 г. на вступительном экзамене, в возрасте 15 лет.

Политические взгляды: считаю монархическую систему государственного правления наиболее подходящей для такой нации, как португальская, имеющей природное тяготение к империи. В то же время, считаю монархию в Португалии абсолютно нежизненной. Поэтому, при условии опроса населения (плебисцита) с целью выбора политического режима, голосовал бы, хотя и с сожалением, за республику. Являюсь консерватором в английском стиле, то есть либералом, исповедующим консерватизм, и абсолютным анти — реакционером.

Религиозные убеждения: Христианин — гностик и, поэтому, противник всех официальных религий, особенно католицизма. Предан по мотивам, о которых сказано ниже, тайным доктринам христианства, близко связанным с израильскими тайными доктринами (Каббала) и с оккультной сущностью учения масонов.

Посвящение: Посвящённый непосредственно Учителем в ученики трёх низших степеней якобы упразднённого Ордена Тамплиеров в Португалии.

Патриотическая позиция: Последователь мистического национализма, из какого устранено любое влияние Римско-католической церкви, пытающийся создать, если это возможно, новый себастьянизм, замещающий духовность католицизма, если в португальском католицизме была какая-то духовность. Националист, который руководствуется принципом: «Всё для Человечества, ничего против Нации».

Социальная позиция: Анти-коммунист и анти-социалист. Остальное вытекает из вышесказанного.

Вывод из этих последних соображений: Всегда помнить о мученике Жаке де Моле — Великом Магистре ордена Тамплиеров и опровергать, всегда и во всех их проявлениях, трёх его убийц — Невежество, Фанатизм и Тиранию.


Лиссабон, 30 марта 1935 г.

Оригинальный текст  (порт.)  

Nome completo: Fernando António Nogueira Pessoa.

Idade e naturalidade: Nasceu em Lisboa, freguesia dos Mártires, no prédio n.º 4 do Largo de S. Carlos (hoje do Directório) em 13 de Junho de 1888.

Filiação: Filho legítimo de Joaquim de Seabra Pessoa e de D. Maria Madalena Pinheiro Nogueira. Neto paterno do general Joaquim António de Araújo Pessoa, combatente das campanhas liberais, e de D. Dionísia Seabra; neto materno do conselheiro Luís António Nogueira, jurisconsulto e que foi Director-Geral do Ministério do Reino, e de D. Madalena Xavier Pinheiro. Ascendência geral: misto de fidalgos e judeus.

Estado: Solteiro.

Profissão: A designação mais própria será «tradutor», a mais exacta a de «correspondente estrangeiro em casas comerciais». O ser poeta e escritor não constitui profissão, mas vocação.

Morada: Rua Coelho da Rocha, 16, 1.º Dt.º, Lisboa. (Endereço postal — Caixa Postal 147, Lisboa).

Funções sociais que tem desempenhado: Se por isso se entende cargos públicos, ou funções de destaque, nenhumas.

Obras que tem publicado: A obra está essencialmente dispersa, por enquanto, por várias revistas e publicações ocasionais. O que, de livros ou folhetos, considera como válido, é o seguinte: «35 Sonnets» (em inglês), 1918; «English Poems I-II» e «English Poems III» (em inglês também), 1922, e o livro «Mensagem», 1934, premiado pelo Secretariado de Propaganda Nacional, na categoria «Poema». O folheto «O Interregno», publicado em 1928, e constituído por uma defesa da Ditadura Militar em Portugal, deve ser considerado como não existente. Há que rever tudo isso e talvez que repudiar muito.

Educação: Em virtude de, falecido seu pai em 1893, sua mãe ter casado, em 1895, em segundas núpcias, com o Comandante João Miguel Rosa, Cônsul de Portugal em Durban, Natal, foi ali educado. Ganhou o prémio Rainha Vitória de estilo inglês na Universidade do Cabo da Boa Esperança em 1903, no exame de admissão, aos 15 anos.

Ideologia Política: Considera que o sistema monárquico seria o mais próprio para uma nação organicamente imperial como é Portugal. Considera, ao mesmo tempo, a Monarquia completamente inviável em Portugal. Por isso, a haver um plebiscito entre regimes, votaria, embora com pena, pela República. Conservador do estilo inglês, isto é, liberdade dentro do conservantismo, e absolutamente anti-reaccionário.

Posição religiosa: Cristão gnóstico e portanto inteiramente oposto a todas as Igrejas organizadas, e sobretudo à Igreja de Roma. Fiel, por motivos que mais adiante estão implícitos, à Tradição Secreta do Cristianismo, que tem íntimas relações com a Tradição Secreta em Israel (a Santa Kabbalah) e com a essência oculta da Maçonaria.

Posição iniciática: Iniciado, por comunicação directa de Mestre a Discípulo, nos três graus menores da (aparentemente extinta) Ordem Templária de Portugal.

Posição patriótica: Partidário de um nacionalismo místico, de onde seja abolida toda a infiltração católico-romana, criando-se, se possível for, um sebastianismo novo, que a substitua espiritualmente, se é que no catolicismo português houve alguma vez espiritualidade. Nacionalista que se guia por este lema: «Tudo pela Humanidade; nada contra a Nação».

Posição social: Anticomunista e anti-socialista. O mais deduz-se do que vai dito acima.

Resumo de estas últimas considerações: Ter sempre na memória o mártir Jacques de Molay, Grão-Mestre dos Templários, e combater, sempre e em toda a parte, os seus três assassinos — a Ignorância, o Fanatismo e a Tirania.


Lisboa, 30 de Março de 1935.

</div>

— Фернандо Пессоа[15], Перевод И. Фещенко-Скворцовой.

Ниже с незначительными уточнениями (указаны в квадратных скобках) представлены наиболее важные даты жизни Фернанду Пессоа, выбранные из установленной Ричардом Зенитом хронологии и откорректированной им специально для сайта «Дом Фернанду Пессоа»[16].

1887 – 19 сентября в Порту в 16:05 «родился» Рикарду Рейш.

Фернанду в Лиссабоне в возрасте 6 лет, 1894 год.

1888 – 13 июня в Лиссабоне в среду в 15:20 появился на свет Фернанду Антóниу Ногейра Пессоа. Предположительно в тот же день в Лиссабоне «родился» Александр Сёрч.

1889 – 16 апреля в Лиссабоне в 13:45 «родился» Алберту Каэйру.

1890 – 15 октября в Тавире в 13:30 «родился» Áлвару де Кампуш. Однако, согласно некоторым определённым Пессоа для этого гетеронима гороскопам датой его рождения было 13 октября.

1895 – 25 июля Пессоа сочинил своё первое стихотворение «Моей любимой мамочке» (À minha querida mamã).

1899 – 7 апреля Пессоа поступает в высшую школу в Дурбане (Durban High School).

1900 – 14 июня в Лиссабоне родилась будущая единственная возлюбленная Пессоа Офелия Кейрош (Ofélia Queiroz).

1901 – 12 мая на английском языке написано наиболее раннее известное стихотворение «Отделённый от тебя» (Separated from thee).

1902 – 15 мая на острове Терсейра Пессоа пишет стихотворение «Когда она проходит» (Quando Ela Passa) для одного из трёх номеров собственной шуточной газеты «Слово» (A Palavra), в качестве «редактора» которой был обозначен двоюродный брат Фернанду – Мáриу. 18 июля в лиссабонской газете «У Импарсиал» (O Imparcial – Беспристрастный) выходит первая публикация сочинения Пессоа – стихотворение на португальском языке «Когда боль сокрушит меня» (Quando a dor me amargurar), датированное 31.03.1902. В сентябре поступает в коммерческую школу (Commercial School) в Дурбане.

Пессоа в возрасте 13 лет, 1901 год.

1903 – в ноябре сочинение Пессоа на английском языке удостоено премии королевы Виктории среди 899 кандидатов на вступительных экзаменах в Кейптаунский университет.

1904 – в феврале снова зачисляется в высшую школу в Дурбане (Durban High School). 9 июля в южно-африканской газете «Натал Меркьюри» (The Natal Mercury) публикуется сатирическое стихотворение за подписью «Ч. Р. Анон» (C. R. Anon – Charles Robert Anon). Под этим именем создаётся проза и поэзия, т. е. разноплановое творчество первого гетеронима Пессоа.

1905 – переезжает навсегда в Португалию. Со 2 октября начинает учёбу на высших литературных курсах в Лиссабоне (будущий филологический факультет университета).

1906 – появление гетеронима Александра Сёрча (Alexander Search). Пессоа ретроспективно атрибуирует ему авторство стихотворений, написанных C. R. Anon с 1904 по 1906 год. В сентябре восстанавливается на 1-м курсе, т. к. из-за болезни не смог сдать летние экзамены. Повышенный интерес к философии.

1907 – возникновение различных альтер эго, сочиняющих на разных языках: Фауштину Антунеш (Faustino Antunes) и Панталеон (Pantaleão) – на португальском, Чарльз Джеймс Сёрч (Charles James Search) и монах Морис (o Friar Maurice) – на английском, Жан Сёль (Jean Seul) – на французском. Летом Пессоа бросает учёбу в университете. 6 сентября после смерти бабушки становится её единственным наследником. Устраивается стажёром в коммерческую фирму.

1908 – в конце осени за подписью гетеронима-юмориста Гаудéнсиу Нáбуша (Gaudêncio Nabos) публикуется шарада в виде эпистолярной поэмы. 14 декабря сочинён первый датируемый фрагмент стихотворной драмы «Фауст», вдохновлённой Гёте.

Tипография и издательство «Ибис».

1909 – появляются новые вымышленные личности: Жуакин Моура Кошта (Joaquim Moura Costa), Висенте Гедеш (Vicente Guedes), Карлуш Отто (Carlos Otto). Осенью основывает типографию и издательство «Ибис». В то же время возобновляется публикация эпистолярной поэмы гетеронима-юмориста Гаудéнсиу Нáбуша.

1910 – закрытие издательства «Ибис», которое кроме бланков, визитных карточек и конвертов не выпустило ни одной книги. 5 октября в Португалии провозглашается Республика.

1911 – сотрудничает с несколькими коммерческими фирмами. Для серии «Международная библиотека выдающихся произведений» Пессоа начинает делать переводы с английского и испанского языков на португальский. Серия была опубликована в 24 томах в 1912 году.

1912 – в Порту в журнале «Áгия» (A Águia – Орёл) выходит первая критическая статья Пессоа «Новая португальская поэзия с точки зрения социологии» (A Nova Poesia Portuguesa Sociologicamente Considerada) [в которой провозглашается грядущее появление сверх-Камоэнса]. В том же журнале в 1912 и 1913 годах публикуются другие его статьи. В апреле лучший друг Пессоа Мáриу де Са-Карнейру уезжает в Париж. С того времени началась частая (порой, чуть ли не ежедневная) переписка двух корреспондентов[17].

1913 – в марте на английском языке сочиняются первые отрывки из поэмы «Эпиталама» (Epithalamium), датированной 1913 годом[18]. С 1 марта начинается сотрудничество с журналом «Театр», а позже и с одноименной газетой, где публикуются критические статьи об искусстве. В августе в журнале «Áгия» печатается первый отрывок «В лесу рассеянности» (Na Floresta do Alheamento) с ремаркой «из “Книги беспокойства”, в процессе создания» за подписью самого Пессоа-ортонима (Do «Livro do Desassossego», em preparação. Fernando Pessôa)[19].

Фернанду Пессоа в 1914 году. Фотограф: Виторину Брага.

1914 – в феврале в журнале «Ренашсенса» (A Renascença – Возрождение) печатаются первые стихотворения зрелого поэта-ортонима «О колокол моей деревни» (Ó sino da minha aldeia) и поэтический цикл «Болота» (Pauis – всего 12 стихотворений) под общим заглавием «Впечатления сумерек» (Impressões do Crepúsculo) [Появление течения паулизм (от порт. paul – болото, мн. ч. pauis)]. 4-м марта датируется первое стихотворение Алберту Каэйру [в письме Адолфу Казайш Монтейру Пессоа указал дату 8 марта[6]]. В июне возникает Áлвару де Кампуш, который пишет «Триумфальную оду» (Ode Triunfal – первая публикация в журнале «Орфей 1»). 12-м июня датируются первые оды Рикарду Рейша.

1915 – первое конкретное упоминание гетеронима Антóниу Мора (António Mora), который, возможно, уже существовал в 1914 году. Мора считается «продолжателем философии» Алберту Каэйру. «Смерть» Алберту Каэйру. 24 марта выходит первый номер журнала «Орфей», включающий «статическую драму» Пессоа «Моряк» (O Marinheiro) и два опуса Áлвару де Кампуша – «Курильщик опиума» (Opiário), «Триумфальная ода» [данные произведения относятся к сенсационизму — течению, основанному Мáриу де Са-Карнейру и Пессоа]. В апреле Пессоа публикует десять текстов под рубрикой «Хроника текущей жизни…» (Crónica da vida que passa…) в газете «У Журнал» (O Jornal). 6 мая Пессоа начинает писать поэму «Антиной» (Antinous), датируемую 1915 годом. 13 мая публикуется политический памфлет «Предвзятость порядка» (O Preconceito da Ordem), направленный против диктатуры Пимента де Каштру (Pimenta de Castro). 14 мая в результате революции в Лиссабоне свергается правительство Пимента де Каштру. В конце июня выходит второй номер «Орфея» с циклом ортонима «Косой дождь» (Chuva Oblíqua – 6 поэтических произведений), положившим начало течению интерсекционизма. В том же номере была напечатана «Морская ода» (Ode Marítima) Áлвару де Кампуша. В сентябре Пессоа передаёт для публикации первый из шести переводов теософских трудов Ледбитера и Блаватской на португальский язык, которые будут печататься с 1915 по 1916 годы. В декабре появляется новый литературный гетероним – астролог «с длинной бородой» Рафаэл Балдайя (Rafael Baldaia).

1916 – в марте у Пессоа возникает феномен автоматического письма и способности медиума. 9 марта Германия объявляет войну Португалии. 26 апреля в Париже Мáриу де Са-Карнейру кончает жизнь самоубийством. В сентябре Пессоа решает убрать сиркунфлекс в написании фамилии: «Pessôa» > «Pessoa».

1917 – в июле не удаётся выпустить почти готовый третий номер журнала «Орфей», который так и не появился в печати при жизни Пессоа. 6-м июля датировано письмо английского издательства Constable & Company Ltd. с отказом в публикации сборника стихотворений «Безумный скрипач» (The Mad Fiddler). В ноябре полиция накладывает арест на тираж единственного выпущенного номера журнала «Футуристическая Португалия» (Portugal Futurista), отдельным приложением к которому был напечатан «Ультиматум» Áлвару де Кампуша, в котором провозглашается создание сверхчеловека. 5 декабря Сидóниу Пáиш возглавляет правительственный переворот, после чего в стране устанавливается диктатура.

1918 – в июле Пессоа на собственные средства печатает поэму «Антиной» и «35 сонетов» на английском языке. Некоторые британские газеты опубликовали на них положительные рецензии. 14 декабря убийство Сидóниу Пáиша.

1919 – 19 января в Порту и Лиссабоне провозглашается победа монархии. 13 февраля монархию свергают республиканцы. Монархист Рикарду Рейш вынужден искать убежища в Бразилии [Пессоа публикует политические и социологические статьи]. 1 мая Пессоа начинает сотрудничать с газетой сидонистов «Действие» (Acção), созданной Группой Национального Действия (Núcleo de Acção Nacional). В ноябре Пессоа знакомится с Офелией Кейрош.

1920 – 30 января в престижной английской газете «The Athenæum» публикуется вошедшее в сборник «Безумный скрипач» стихотворение «Тем временем» (Meantime). 27 февраля в газете «Действие» печатается элегия «Памяти президента Сидóниу Пáиша» (À Memória do Presidente-Rei Sinódio Pais). 29 ноября Пессоа в письме Офелии Кейрош сообщает о разрыве отношений.

Издательство «Улисипу».

1921 – Пессоа основывает издательство «Улисипу» (Olisipo – римское название Лиссабона). 19 октября в Лиссабоне происходит восстание. За время так называемой «кровавой ночи» убиты некоторые республиканцы. В декабре в издательстве «Улисипу» Пессоа публикует на английском языке «Английские стихи I–II» (English Poems I-II), которые включают отредактированные варианты поэмы «Антиной» и «Посвящения» (Inscriptions), «Английские стихи III» (English Poems III – Epithalamium) и опус Алмады Негрейруша «Изобретение светлого дня» (Almada Negreiros. A Invenção do Dia Claro).

1922 – в мае в первом номере журнала «Контемпорáнеа» (Contemporânea — Современность) Пессоа издаёт написанный в январе рассказ «Банкир-анархист» (O Banqueiro Anarquista). В июле «Контемпорáнеа» печатает критическую статью Пессоа «Антóниу Боту и эстетический идеал Португалии» (António Botto e o Ideal Estético em Portugal) о сборнике стихов «Песни» (Canções) португальского поэта Антóниу Бóту. В октябре «Контемпорáнеа» публикует поэтический цикл Пессоа «Португальское море» (Mar Português), 11 из 12 стихотворений которого позже войдут в мистический сборник «Послание». В том же номере журнала появляется статья Áлвару Майя (Álvaro Maia) «Содомская литература: сеньор Фернанду Пессоа и эстетический идеал в Португалии» (Literatura de Sodoma: O sr. Fernando Pessoa e o ideal estético em Portugal).

1923 – в январе в журнале «Контемпорáнеа» публикуются три стихотворения Пессоа на французском языке. В феврале «Контемпорáнеа» печатает декадентское стихотворение на португальском языке Áлвару де Кампуша «Вновь посещенный Лиссабон (1923)» (Lisbon Revisited (1923)). В издательстве «Улисипу» выходит исследование о мистической педерастии «Обожествлённый Содом» (Sodoma Divinizada) Рауля Леала (Raul Leal, 1886-1964). Правительство организовывает Лигу действия лиссабонских студентов (Liga de Acção dos Estudantes de Lisboa) для борьбы с «содомитской литературой». В марте губернатор Лиссабона накладывает арест на некоторые «аморальные» книги, в их числе сборник «Песни» Антóниу Боту и «Обожествлённый Содом». На манифест студентов из Лиги действия против «изменения общепринятых умонастроений, морали и восприимчивости» Пессоа отвечает «Заявлением по поводу морали» (Aviso por Causa da Moral). 6 марта Áлвару де Кампуш подписывает и распространяет листовки с манифестом Пессоа. В апреле Раул Леал публикует обличающий католическую церковь памфлет, и обменивается со студентами оскорбительными манифестами. Пессоа встаёт на защиту Рауля Леала.

1924 – в октябре Пессоа берёт на себя литературную редакцию нового журнала «Атена» (Athena – Афина) и издаёт в первом его номере 20 од Рикарду Рейша. В декабре выходит второй (ноябрьский) номер журнала с публикациями «Последних стихов Мáриу де Са-Карнейру» и работой Áлвару де Кампуша «Что есть метафизика» (O que é a Metafísica), в которой гетероним полемизирует с ортонимом.

1925 – в начале года выходит третий (декабрьский 1924 года) номер журнала «Атена», в котором Пессоа-ортоним публикует свои 16 стихотворений. В марте в четвёртом (за январь 1925 года) номере «Атена» впервые напечатаны 23 стихотворения Алберту Каэйру из цикла «Хранитель стад» (O Guardador de Rebanhos). В июне в пятом (февральском) номере журнала «Атена» публикуются 16 сочинений Алберту Каэйру из цикла «Отдельные стихи» (Poemas Inconjuntos). С августа по декабрь Пессоа переводит на португальский язык роман «Алая буква» Натаниэля Готорна.

1926 – роман «Алая буква» начинает печататься с 1 января в отдельных приложениях к журналу «Илуштрасан» (Ilustração – Иллюстрация), где по обычаям того времени имя переводчика не указывалось. 25 января выходит первый из шести номеров (все за 1926 год) «Журнала торговли и бухгалтерии», главными сотрудниками которого были Пессоа и его родственник (свояк). 28 мая в Португалии происходит военный мятеж, за которым следует смещение правительства. 17 июня имеет место государственный переворот. В июне в «Контемпорáнеа» Пессоа печатает новую версию декадентского стихотворения на португальском языке Áлвару де Кампуша «Вновь посещенный Лиссабон (1926)» (Lisbon Revisited (1926)). 9 июля в результате ещё одного государственного переворота в Португалии до 1928 года устанавливается военная диктатура. С 30 октября в печати частями начитает выходить детектив Анны Кэтрин Грин «Дело Ливенуорта». Пессоа успел перевести на португальский язык треть романа, дав ему название «Случай на 5-й авеню» (O Caso da 5.ª Avenida), но в декабре 1926 года издательство приостановило его публикацию.

1927 – в феврале в Порту и Лиссабоне власти подавили восстание республиканцев. 4 июня публикацией одного стихотворения ортонима и текста Áлвару де Кампуша «Окружающая среда» (Ambiente) Пессоа начинает сотрудничество с основанным в Коимбре журналом «Презенса» (Presença). 18 июня «Презенса» публикует три оды Рикарду Рейша.

1928 — в марте выходит статья Пессоа «Междуцарствие. Защита и оправдание военной диктатуры в Португалии» (O Interregno: Defesa e Justificação da Ditadura Militar em Portugal). В автобиографии Nota Autobiográfica (Fernando Pessoa) 1935 года автор откажется от этой публикации, утверждая, что «она не существует». В августе в записной книжке появляются первые отрывки за подписью дворянина-самоубийцы барона де Теиве (Barão de Teive), который, возможно, является последним гетеронимом Фернанду Пессоа.

Пессоа в центре Лиссабона в 1929 году. Эта фотография была передана Офелии Кейрош по её просьбе.

1929 – 22 марта датируется первый текст заключительной и наиболее напряжённой фазы создания «Книги беспокойства». В апреле-июле после 16-летнего перерыва публикуется первый из 11 отрывков «Книги беспокойства», которые будут печататься с 1929 по 1932 год. В настоящее время все части книги издаются за подписью Пессоа-ортонима, но их авторство приписывается «Бернарду Соарешу, помощнику библиотекаря города Лиссабона». 26 июня пишет своё первое письмо Жуану Гашпару Симоэншу (João Gaspar Simões), одному из редакторов журнала «Презенса», где благодарит его за книгу «Темы» (Temas), в которой вышло первое исследование о творчестве Пессоа. 9 сентября Офелия Кейрош письменно благодарит Пессоа за фотографию, которую он передал ей по её просьбе через своего друга Карлуша Кейроша (Carlos Queiroz), племянника Офелии. 11 сентября Пессоа отвечает на письмо Офелии, возобновляя свои ухаживания. 4 декабря Пессоа пишет письмо издателю Алистера Кроули, где указывает на ошибки при составлении его гороскопа. Кроули немедленно отвечает Пессоа, после чего между ними завязалась интенсивная переписка.

1930 – 11 января Пессоа пишет своё последнее письмо Офелии Кейрош, которая ещё более года будет отправлять ему свою корреспонденцию. Порой они разговаривают по телефону и изредка встречаются. Позже Офелия выйдет замуж, а уйдёт из жизни в 1991 году. 23 июля пишет последние два датированные стихотворения из цикла «Влюблённый пастух» (O Pastor Amoroso) Алберту Каэйру [который «умер» в 1915 году]. 2 сентября в Лиссабон в сопровождении молодой любовницы прибывает Алистер Кроули. 23 сентября, когда после ссоры Кроули уезжает в Берлин, его любовница из ревности и мести устраивает скандальную инсценировку самоубийства в Бока ду Инферну (Boca do Inferno – Пасть Ада в Кашкайше), печально известном месте подобных случаев. Пессоа принимает участие в этом фарсе. 5 октября в прессе публикуется «важное свидетельское показание» Пессоа по делу Кроули[20].

1931 – в ферале в 30-м номере «Презенсы» печатается восьмое стихотворение цикла «Влюблённый пастух» и пять отрывков из «Заметок памяти моего Наставника Каэйру» (Notas para a Recordação do meu Mestre Caeiro) Áлвару де Кампуша[21]. В июне в «Презенсе» публикуются произведения трёх главных гетеронимов и сочинение ортонима «Подмостки» (O Andaime). В декабре в номере за июль-октябрь «Презенса» издаёт «Гимн Пану» Алистера Кроули в переводе Пессоа на португальский язык (Hino a Pã).

1932 – 2 июля последний король Португалии Мануэл II умирает в изгнании в Англии, не оставив после себя потомков. 5 июля Салазар назначается премьер-министром Португалии и полностью берёт в свои руки все бразды правления страной. В ноябре в «Презенса» публикуется «Автопсихография» (Autopsicografia) — одно из наиболее известных стихотворений Пессоа-ортонима, написанное 1 апреля 1931 года.

«Табачная лавка», Журнала «Презенса», № 39, Коимбра, июль 1933.

1933 – в январе в Марселе в литературном ревю «Ле Кайе дю Сюд» (Les Cahiers du Sud), предваряемые вступительной статьёй и в переводе на французский издаются пять поэтических произведений Пессоа. 19 марта после референдума принимается новая конституция Португалии, в результате чего в стране устанавливается Новое государство. В марте и апреле Пессоа готовит к публикации в издательстве «Презенса» второй поэтический сборник Мáриу де Са-Карнейру «Знаки золота» (Indícios de Ouro). «Презенса» выпустит этот сборник в 1937 году уже после смерти Пессоа. В апреле «Презенса» печатает стихотворение Пессоа «Ишту» (Isto – Это). В июле в «Презенсе» выходит знаменитая поэма Áлвару де Кампуша «Табачная лавка» (Tabacaria), созданная 15 января 1928 года.

1934 – в мае Пессоа публикует в «Презенса» стихотворение «Эрос и Психея» (Eros e Psique), после чего его сотрудничество с этим издательством прекращается. С 11 июля начинает писать четверостишия, которые формально (но не всегда относительно тематики) можно назвать «народными частушками». До августа 1935 года создаётся более 350 таких четверостиший в народном духе (Quadras ao Gosto Popular). 1 декабря публикуется «Послание» (Mensagem (Fernando Pessoa)) – единственная книга стихов Пессоа на португальском языке, изданная при жизни автора. Некоторые экземпляры сборника были напечатаны в октябре для конкурса премии Антеру де Кентала. Собрание не превысило требуемого для 1-й категории минимального объёма в 100 страниц, и было удостоено второго места.

Последняя фотография: Пессоа в возрасте 47 лет, преждевременно постаревший.

1935 – 13 января Пессоа пишет своё знаменитое письмо Адолфу Казайш Монтейру (Carta de Fernando Pessoa para Adolfo Casais Monteiro) об отношении к оккультизму и возникновении своих гетеронимов. 4 февраля в «Диáриу де Лижбоа» (Diário de Lisboa) Пессоа публикует пылкую статью против проекта закона 15 января 1935 года об упразднении секретных обществ и масонского орденена включительно. 21 февраля в своей речи Салазар высказывается об «определённых ограничениях» и «некоторых директивах» относительно «основ морали и патриотизма» Нового государства. 16 марта Пессоа пишет стихотворение «Свобода» (Liberdade) – первое среди некоторых произведений, направленных против политики Салазара. 5 апреля в Национальной Ассамблее единогласно принимается закон против секретных организаций. 21 октября Пессоа пишет «Все любовные письма смешны» (Todas as cartas de amor são / Ridículas) – последнее датированное стихотворение Áлвару де Кампуша. 13 ноября создаётся последнее датированное стихотворение Рикарду Рейша – «Они живут во многих нас» (Vivem em nós inúmeros). 19 ноября Пессоа пишет своё последнее датированное стихотворение на португальском языке «Бывают недуги хуже болезней» (Há doenças piores que as doenças). 22 ноября пишет «Сияет счастливое солнце» (The happy sun is shining) – своё последнее датированное стихотворение на английском языке. 29 ноября помещается в больницу, где пишет последние слова «I know not what tomorrow will bring».

30 ноября около 20:00 Фернанду Пессоа уходит из жизни. 2 декабря – похороны Пессоа на кладбище душ Празереш (dos Prazeres) в Лиссабоне.

Произведения Фернандо Пессоа в русских переводах[править]

  • Поэтические маски Изд-во С.-Петербургского университета, 2003. – 178 с. ISBN 5288033404, ISBN 9785288033407.
  • Элегия тени Перевод с португ. Геннадия Зельдовича. – Москва: Водолей, 2015. – 152 с. – (Пространство перевода) ISBN 978–5–91763–239–1.
  • Фернандо Пессоа. Лирика Е. Витковского. Москва: Художественная литература, 1989 г.
  • Разрозненные страницы. Художественная литература. Проверено 13 апреля 2015.
  • Переводы Сергея Александровского
  • Переводы Евгения Витковского
  • Переводы Анатолия Гелескула
  • Переводы Валерия Перелешина
  • Переводы Геннадия Зельдовича
  • Переводы Геннадия Шмакова
  • Переводы Владимира Резниченко
  • «Ночь», из книги «Послание», 1934. Переводы Ирины Фещенко-Скворцовой
  • Сонеты из цикла «Крестный путь», 1916. Переводы Ирины Фещенко-Скворцовой
  • Фернандо Пессоа и его гетеронимы – переводы Ирины Фещенко-Скворцовой в «Сетевой Словесности»
  • Фернандо Пессоа: стихи, «троваш», рубайят – переводы Ирины Фещенко-Скворцовой на сайте «Стихи.ру»
  • Рикарду Рейш : оды – переводы Ирины Фещенко-Скворцовой на сайте «Стихи.ру»
  • Алвару де Кампуш – переводы Ирины Фещенко-Скворцовой на сайте «Стихи.ру»
  • Фернандо Пессоа / Бернарду Суареш Книга неуспокоенности (Книга непокоя) – фрагмент в «Иностранной литературе», 2015, № 7
  • Траурный марш в честь Людвига II, Отто Фридриха Вильгельма Баварского
  • Антерос, Река обладания – фрагменты «Книги непокоя» в «Русском Гулливере», 2015, № 12-13
  1. ↑ традиционная транслитерация, принятая в русскоязычных исследованиях и переводах
  2. ↑ «A Águia» (в пер. с порт. — орёл).
  3. ↑ Mosteiro dos Jerónimos Fernando Pessoa
  4. 4,04,1 Клочковский Г., 2015
  5. Плавскин З. И. Португальская литература // История всемирной литературы. — АН СССР; Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького. — М: Наука, 1994. — Т. 8. — С. 299. — 848 с. — ISBN 5—02—011423—5.
  6. 6,06,16,2 Carta a Adolfo Casais Monteiro, 1986
  7. ↑ Письмо к Адолфу Казáйш Монтейру от 13 января 1935 года.
  8. ↑ Первое полное издание «Книги беспокойства» (Livro do Desassossego) на португальском языке вышло в 1982 году. Слово «беспокойство» (порт. – desassossego) в названии заставляет вспомнить о «мире и покое», «спокойствии» (порт. – sossego) из стихов Алберту Каэйру. В отечественном литературоведении принято название «Книга неуспокоенности». Реже встречается перевод титула «Книга тревог» (А. Гескул) или «Книга смятения» (О. А. Овчаренко)
  9. ↑ На этом основании португальский писатель Жозе Самарагу — лауреат Нобелевской литературной премии 1998 г., написал в 1984 г. роман «Год смерти Рикардо Рейса» (переведён на русский язык А. Богдановским, М.:Эксмо; СПб.: Домино, 2008. — 592 с.
  10. ↑ Помощник бухгалтера Бернарду Суареш и Барон де Тиеве – оба фигуры, являющиеся моими и чужими — пишут в одном стиле, используя тот же слог, ту же индивидуальность: это значит, что они используют мой стиль, каким бы он ни был. Фернандо Пессоа «Воспитание Стоика — единственный манускрипт Барона де Тиеве», издание Ричарда Зенита, Лиссабон, «Assírio & Alvim», 1999 г., стр. 88-89.
  11. Мендес Виктор К. Оправдание диктатуры? (диктатор Салазар в 1930 году и поэт Фернандо Пессоа в 1928 году) // НЛО Новое литературное обозрение : Независимый филологический журнал / Пер. с англ. А. Маркова. — 2009. —. —.
  12. ↑ Здание, в котором родился поэт, находится перед Национальным театром оперы имени Св. Карлуша, площадь, переименованная при жизни Пессоа, теперь снова называется так, как при его рождении: площадь Святого Карлуша. Она расположена в Шиаду — наиболее аристократичном районе португальской столицы.
  13. ↑ Справа на площадке расположена квартира, т.к. чаще на площадке находятся всего 2 квартиры. По указанному в анкете адресу сейчас находится Дом-Музей Фернандо Пессоа.
  14. ↑ В то время, когда Пессоа жил в Африке, Дурбан был столицей британской колонии, называвшейся Натал, которая граничила с португальской колонией Мозамбик.
  15. ↑ «Nota Biográfica de 30 de Março de 1935» в Дом-Mузей Фернандо Пессоа сайт.
  16. Richard Zenith. Cronologia (порт.). Casa Fernando Pessoa. Проверено 12 апреля 2015.
  17. Мазняк М. М.. Поэтика лирики Мариу де Са-Карнейру. Научная электронная библиотека disserCat. Проверено 14 апреля 2015.
  18. ↑ Это упоминание не излишне. Перед исследователями стоит нелёгкая задача определения даты создания того или иного сочинения Пессоа, так как многие его произведения не датированы. Уточнения Ричарда Зенита указывают на то, что дата проставлена самим автором.
  19. ↑ A Águia, 1913, p. 42
  20. Fernando Pessoa. O Mistério da Boca do Inferno (порт.). Arquivo Pessoa. MultiPessoa. Проверено 14 апреля 2015.
  21. Álvaro de Campos. Notas para a Recordação do meu Mestre Caeiro (algumas delas) (порт.). Arquivo Pessoa. MultiPessoa. Проверено 14 апреля 2015.
  • Пессоа, Фернанду Na Floresta do Alheamento (порт.) // A Águia : revista mensal. — Porto, 1913. —,. — P. 38-42.
  • Пессоа, Фернанду. English Poems by Fernando Pessoa. — Lisbon: Olisipo, 1921. — Vol. 2. — 16-20 с. Бесплатно скачать с португальского Национальной библиотеки.
  • Пессоа, Фернанду. Mensagem. — Lisboa: Parceria António Maria Pereira, 1934. — Vol. 1. — 101 с. Бесплатно скачать с португальского Национальной библиотеки.
  • Пессоа, Фернанду. Carta a Adolfo Casais Monteiro - 13 Jan. 1935 (Письмо в Адолфу Казáйш Монтейру, 13 января 1935 года.) (порт.). Escritos Íntimos, Cartas e Páginas Autobiográficas. Europa-América (1986). Проверено 11 апреля 2015.
  • Пессоа, Фернандо. Лирика / сост. Е. Витковского; предисл. Жасинто до Прадо Коэльо. — М.: Художественная литература, 1978. — 222 с. — 10 000 экз.
  • Пессоа, Фернандо. Лирика / сост. Е. Витковского; предисл. Е. Ряузовой. — М.: Художественная литература, 1989. — 303 с. — ISBN 5280006793.
  • Monteiro, George The Song of the Reaper-Pessoa and Wordsworth (англ.) // Portuguese Studies : Modern Humanities Research Association. — 1989. —. — P. 71–80.
  • Овчаренко О. Фауст в отсутствие Мефистофеля: Фернанду Пессоа и традиция оккультизма в Португалии // Литературное обозрение. — 1992. —. —.
  • Пессоа, Фернанду. Фернанду Пессоа и его послание в вечность // Послание = Mensagem / Пер. с порт. О. А. Овчаренко. — М.: Фонд им. И. Д. Сытина, 1997. — 48 с. — 1000 экз.
  • Овчаренко О. А. Проблема исторической судьбы Португалии в стихотворном цикле Фернанду Пессоа «Послание» // Очерки португальской филологии. — М.: Голос, 2001. — С. 94–108.
  • Овчаренко О. А. Концепция Бога в творчестве Фернанду Пессоа // Очерки португальской филологии. — М.: Голос, 2001.
  • Хохлова И. А. Поэтические маски Фернандо Пессоа. — СПб.: С.-Петерб. университета, 2003. — 180 с. — 200 экз. — ISBN 5-288-03340-4.
  • Suarez, Jose Fernando Pessoa’s acknowledged involvement with the occult (англ.) // Hispania : American Association of Teachers of Spanish and Portuguese. — May 2007. —,. — P. 245—252.
  • Абдулов, Владислав. Фернандо Пессоа и Царство Святого Духа. Русский Гулливер. Гвидеон № 12-13 (2015). Проверено 13 апреля 2015.
  • Клочковский Г. Мистификационный импульс Фернанду Пессоа. Русский Гулливер. Гвидеон № 12-13 (2015). Проверено 11 апреля 2015.
  • Ирина Фещенко-Скворцова. Триумфальный день Фернандо Пессоа (рус.). Иностранная литература 7 (2015). Проверено 11 сентября 2015.

wp.wiki-wiki.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.