Пегас стихи о пегасе


Сообщество поэтов-юмористов СТОЙЛО ПЕГАСА принимает стихи о Пегасе

Герасим на Парнасе

Хроники Парнаса.
( Очерки литературной жизни)

«… имел даже благородное побуждение к просвещению,
То есть чтению книг, содержанием которых не затруднялся:
Ему было совершенно все равно, похождение влюбленного героя, просто букварь или молитвенник, - он все читал с равным вниманием; если бы ему подвернули химию, он и от нее бы не отказался. Ему нравилось не то , о чем читал он, но больше самое чтение, или, лучше сказать, процесс самого чтения, что вот-де, из букв вечно выходит какое-нибудь слово, которое, иной раз
Черт знает что и значит…»
Н.В.Гоголь. «Мертвые души»

Имя героя и место действия вымышлены.

1.Попытка восхождения.
(Неудачная)

Высоко в гору – Парнас зовется, полез Герасим.
На полдороге присел подумать, полезла рифма
чудная шибко, исторг сейчас же, приятно стало,
собой доволен пацан донЕльзя.
Взглянул на небо – мол, Он услышал?
Коня увидел, того – Пегаса, он над вершиной
красиво реял.
Заметил Геру, услышал, тоже, его раскаты, и был обижен
таким нахальством.
Слетел с вершины он к Гере грозно: «Ты что удумал
стихерка подлый? Не видишь, мы, тут, творим культурно
изящным слогом, разнообразным, а ты глагольной смущаешь чувства.
Уйди немедля, забрав потуги банальных ямбов, не порть нам слуха и настроенья, здесь люди ходят»
Сказал все это Пегас нахалу, и снова в небо к свободе, свету, потокам свежим.
И дядя понял. Свои бумажки собрал он сразу, и с затвердевшим,
трехстопным ямбом скатился камнем к началу всхода, иль восхожденья,
Не важен термин, дела – суть, правда.
Рожденный томно тянуть хореи, плаксиво воя, корежить ямбы в углах и ямах,
не может в небе слагать фигуры.
Пегасить Гере, покамест, рано. Безумство храбрых тут не проходит,
Учиться надо, работать словом…

2.Работа с букварем.
(Накопление сил)

У Геры недержанье, хоть кричи,
Да, речи недержание у Геры,
Ему культурно говоришь: «Молчи»
Но, он болтает. И, причем, сверх меры.

А тараторит, потому что он,
Весь переполнен «жалкими» словами,
И он стоит коленопреклонен,
И в рифму разговаривает с нами.

С тех пор, как срифмовал любовь и кровь,
На месте Гере просто не сидится,
Теперь он беспрестанно хмурит бровь,
«Тебя – меня» на чистый лист ложится.

И оттого Герасим очень горд,
А мастерство – оно придет с годами,
Забросил он семью, работу, корт,
И в рифму разговаривает с нами.

3.Родео Герасима.
(Укрощение Пегаса)

Над героем-Ленинградом ветер тучу собирает,
Между городом и тучей на Пегасе Гера едет…
Взгромоздился, все ж, Герасим, с помощью интриги подлой
На доверчивую лошадь, и теперь ее он правит на священный Исаакий,
Чтобы что-то там наделать нехорошее на купол…
Это Герина отметка – так коты струею метят, приглянувшееся место,
Чтоб чужой не смел прорваться, отобрать супругу Мурку,
И возрадоваться зЕло…
И, пометив Исаакий, правит дальше дерзкий дядя…
Навострился он на Мойку, очень хочет приобщиться
К «нашему всему» задаром, и частицей вдохновенья разговеться на халяву,
Что навечно там осталось, в стенах маленькой квартиры,
Где Великий умирал…
Только здесь не отломилось хитроумному сквалыге,
Не пошел Пегас на Мойку, попытался Геру сбросить,
Естество все взбунтовалось: «Помогать таланту надо,
Бездарь сам себя продавит», - думал так Пегас правдивый,
Взбрыкивая мощным задом, чтоб наездник соскочил.
Только Гера, гад, спортивный, в гриву он клещом вцепился,
Не сумев попасть на Мойку – мимоходом пролетая,
Свято место смог унизить нехорошею струею –
Никому ж не доставайся, коли я не причастился –
Чем Пегаса огорчил…
Но коняга незлобивый оправдал, по малодушью, расторопного пиита,
Мол, Герасим и не ведал, что творил, душой заблудший,
Дескать, Бог ему судья…
Так своим непротивленьем, протащил Пегас в дубравы
Благородного Парнаса, невменяемую личность,
Что, питаясь желудями и корнями чудо-дуба,
Обескровливает вену от словесности изящной,
И сужает перспективы, добиваясь, лишь, покоя,
Эволюции от жизни до кладбищенской стены…
Буря! Прочь пошла от Геры!
Гром побед не раздавайся!
Гера хочет спать спокойно,
Под Ростральною колонной,
Он там место присмотрел.
Вот так, упорством, Герасим пробился на Парнас.
Пример достойный подражания.

www.chitalnya.ru

Фридрих Шиллер - Пегас в ярме: читать стих, текст стихотворения поэта классика на РуСтих

На конные торги в местечко Хаймаркет,
Где продавали всё — и жен законных даже,-
Изголодавшийся поэт
Привел Пегаса для продажи.

Нетерпеливый гиппогриф
И ржет и пляшет, на дыбы вставая.
И все кругом дивятся, рот раскрыв:
«Какой отличный конь! И масть какая!
Вот крылья б только снять! Такого, брат, конька
Хоть с фонарем тогда ищи по белу свету!
Порода, говоришь, редка?
А вдруг под облака он занесет карету?
Нет, лучше придержать монету!»
Но, глядь, подходит откупщик.
«Хоть крылья,- молвит он,- конечно, портят дело,
Но их обрезать можно смело,
Мне коновал спроворит это вмиг,
И станет конь как конь. Пять золотых, приятель!»
Обрадован, что вдруг нашелся покупатель,
Тот молвит: «По рукам!» И вот
С довольным видом Ганс коня домой ведет.
Ни дать ни взять тяжеловоз,
Крылатый конь впряжен в телегу,
Он рвется, он взлететь пытается с разбегу
И в благородном гневе под откос
Швыряет и хозяина и воз.
«Добро,- подумал Ганс,- такой скакун бедовый
Не может воз тащить. Но ничего!
Я завтра еду на почтовой,
Попробую туда запрячь его.
Проказник мне трех кляч заменит разом,
А там, глядишь, войдет он в разум».

Сперва пошло на лад. От груза облегчен,
Всю четверню взбодрил рысак неосторожный.
Карета мчит стрелой. Но вдруг забылся он
И, не приучен бить копытом прах дорожный,
Воззрился ввысь, покинул колею
И, вновь являя мощь свою,
Понес через луга, ручьи, болота, нивы.
Все лошади взбесились тут,
Не помогают ни узда, ни кнут,
От страха путники чуть живы.
Спустилась ночь, и вот, уже во тьме,
Карета стала на крутом холме.

«Ну,- размышляет Ганс,- не знал же я заботы!
Как видно, дурня тянет в небеса.
Чтоб он забыл свои полеты,
Вперед поменьше класть ему овса,
Зато побольше дать работы!»
Сказал — и сделал. Конь, лишенный корма вдруг,
Стал за четыре дня худее старой клячи.
Наш Ганс ликует, радуясь удаче:
«Теперь летать не станешь, друг!
Впрягите-ка его с быком сильнейшим в плуг!»

И вот, позорной обреченный доле,
Крылатый конь с быком выходит в поле.
Напрасно землю бьет копытом гриф,
Напрасно рвется ввысь, в простор родного неба,-
Сосед его бредет, рога склонив,
И гнется под ярмом скакун могучий Феба.
И, вырваться не в силах из оков,
Лишь обломав бесплодно крылья,
На землю падает — он! вскормленник богов!-
И корчится от боли и бессилья.

«Проклятый зверь!- прорвало Ганса вдруг,
И он, ругаясь, бьет невиданную лошадь.-
Его не запряжешь и в плуг!
Сумел меня мошенник облапошить!»

Пока он бьет коня, тропинкою крутой
С горы спускается красавец молодой,
На цитре весело играя.
Открытый взор сияет добротой,
В кудрях блестит повязка золотая,
И радостен веселой цитры звон.
«Приятель! Что ж без толку злиться?-
Крестьянину с улыбкой молвит он.-
Ты родом из каких сторон?
Где ты видал, чтоб зверь и птица
В одной упряжке стали бы трудиться?
Доверь мне твоего коня.
Он чудеса покажет у меня!»

И конь был отпряжен тотчас.
С улыбкой юноша взлетел ему на спину.
И руку мастера почувствовал Пегас
И, молнии метнув из глаз,
Веселым ржанием ответил господину.
Где жалкий пленник? Он, как встарь,
Могучий дух, он бог, он царь,
Он прянул, как на крыльях бури,
Стрелой взвился в безоблачный простор
И вмиг, опережая взор,
Исчез в сияющей лазури.

rustih.ru

«Пегас в ярме» - Стихотворение

На конные торги в местечко Хаймаркет, Где продавали всё - и жен законных даже,- Изголодавшийся поэт Привел Пегаса для продажи. Нетерпеливый гиппогриф И ржет и пляшет, на дыбы вставая. И все кругом дивятся, рот раскрыв: «Какой отличный конь! И масть какая! Вот крылья б только снять! Такого, брат, конька Хоть с фонарем тогда ищи по белу свету! Порода, говоришь, редка? А вдруг под облака он занесет карету? Нет, лучше придержать монету!» Но, глядь, подходит откупщик. «Хоть крылья,- молвит он,- конечно, портят дело, Но их обрезать можно смело, Мне коновал спроворит это вмиг, И станет конь как конь. Пять золотых, приятель!» Обрадован, что вдруг нашелся покупатель, Тот молвит: «По рукам!» И вот С довольным видом Ганс коня домой ведет. Ни дать ни взять тяжеловоз, Крылатый конь впряжен в телегу, Он рвется, он взлететь пытается с разбегу И в благородном гневе под откос Швыряет и хозяина и воз. «Добро,- подумал Ганс,- такой скакун бедовый Не может воз тащить. Но ничего! Я завтра еду на почтовой, Попробую туда запрячь его. Проказник мне трех кляч заменит разом, А там, глядишь, войдет он в разум». Сперва пошло на лад. От груза облегчен, Всю четверню взбодрил рысак неосторожный. Карета мчит стрелой. Но вдруг забылся он И, не приучен бить копытом прах дорожный, Воззрился ввысь, покинул колею И, вновь являя мощь свою, Понес через луга, ручьи, болота, нивы. Все лошади взбесились тут, Не помогают ни узда, ни кнут, От страха путники чуть живы. Спустилась ночь, и вот, уже во тьме, Карета стала на крутом холме. «Ну,- размышляет Ганс,- не знал же я заботы! Как видно, дурня тянет в небеса. Чтоб он забыл свои полеты, Вперед поменьше класть ему овса, Зато побольше дать работы!» Сказал - и сделал. Конь, лишенный корма вдруг, Стал за четыре дня худее старой клячи. Наш Ганс ликует, радуясь удаче: «Теперь летать не станешь, друг! Впрягите-ка его с быком сильнейшим в плуг!» И вот, позорной обреченный доле, Крылатый конь с быком выходит в поле. Напрасно землю бьет копытом гриф, Напрасно рвется ввысь, в простор родного неба,- Сосед его бредет, рога склонив, И гнется под ярмом скакун могучий Феба. И, вырваться не в силах из оков, Лишь обломав бесплодно крылья, На землю падает - он! вскормленник богов!- И корчится от боли и бессилья. «Проклятый зверь!- прорвало Ганса вдруг, И он, ругаясь, бьет невиданную лошадь.- Его не запряжешь и в плуг! Сумел меня мошенник облапошить!» Пока он бьет коня, тропинкою крутой С горы спускается красавец молодой, На цитре весело играя. Открытый взор сияет добротой, В кудрях блестит повязка золотая, И радостен веселой цитры звон. «Приятель! Что ж без толку злиться?- Крестьянину с улыбкой молвит он.- Ты родом из каких сторон? Где ты видал, чтоб зверь и птица В одной упряжке стали бы трудиться? Доверь мне твоего коня. Он чудеса покажет у меня!» И конь был отпряжен тотчас. С улыбкой юноша взлетел ему на спину. И руку мастера почувствовал Пегас И, молнии метнув из глаз, Веселым ржанием ответил господину. Где жалкий пленник? Он, как встарь, Могучий дух, он бог, он царь, Он прянул, как на крыльях бури, Стрелой взвился в безоблачный простор И вмиг, опережая взор, Исчез в сияющей лазури. Пер. В.Левика.

Фридрих Шиллер. Лирика. Москва, "Художественная Литература", 1964.

rupoem.ru

Сказ о Пегасе ~ Поэзия (Мистическая поэзия)


Я расскажу тебе ночную сказку-небылицу:
В ней правда есть, и есть намек.
Найди в отличиях ошибку,
Того, что жизнь нам преподносит, как урок.
***
О, Друг мой, и мудрец Гораций*!
Теперь я понимаю...
ты давно уж все предугадал, и подписал
Контракт, как умудренный Старец,
Ты всё продумал наперед,
Ты всё прекрасно знал!

Поймав в степи дородную, лихую кобылицу,
Чей норов был строптивей сотен необъезженных кобыл,
Как враг накинул ей поводья
с гневом в поднебесье прокатиться,
Тебе казалась цАрственной десница,
Победа, браво, обуздал!
Но другом для кобылы ты не стал.

Взлетел ты выше стратосфер желаний,
Парил в крылах, подаренных кобылой сил,
Твой стан, твой лучезарный облик стал тщеславен,
Сиял средь звезд, как огнедышащий Давид-Мессир.

Глазами лошадь показала -
далеких берегов края,
Врагов твоих она топтала,
разила красотою без меча,
Внимала гордою асаной
твой дальний путь нелегкий, непростой,
Беспрекословно принимала
удары хомутов, издевки и пустой постой.

Но не любил ты этой кобылицы,
ты не жалел её в своих мечтах.
О звёздах грезил,
И о поднебесной царской жрице,
Твой облик лунным светочем пропах.

Удила крепко закусив,
Кобыла с ропотом заржала.
Ей звездный блеск  глаза затмил.
Ослепла бедная, куда бежать не знала,
Ты ей поводья поднатужил,
И стегал плетьми изо всех сил.

Загнал кобылу до смерти, ты - Идол.
Посыпались все звезды наземь, в Мир.
А мудрый Старец ту кобылу,
В тот час в Пегаса превратил.

Теперь, любуясь звездами на небе,
Не каждому порою повезет
Увидеть в малые минуты счастья
Пегаса в небесах летящим,
Отчаянно любившем просто так-
без почестей и звёзд.

Но не расстраивайся, милый мой читатель,
До переправы ты итак дойдешь.
Пусть не Пегаса, а земную "звёздную" кобылу,
В любви ты без труда всегда найдешь.

________________________
* Гораций считает, что примеры чужих пороков удерживают людей от ошибок.

© Натали Хара ноябрь 2013 г.

www.chitalnya.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.