Нас возвышающий обман стихи


Александр Пушкин - Герой: читать стих, текст стихотворения поэта классика на РуСтих

Что есть истина?

Друг.

Да, слава в прихотях вольна.
Как огненный язык, она
По избранным главам летает,
С одной сегодня исчезает
И на другой уже видна.
За новизной бежать смиренно
Народ бессмысленный привык;
Но нам уж то чело священно,
Над коим вспыхнул сей язык.
На троне, на кровавом поле,
Меж граждан на чреде иной
Из сих избранных кто всех боле
Твоею властвует душой?

Поэт.

Все он, все он — пришлец сей бранный,
Пред кем смирилися цари,
Сей ратник, вольностью венчанный,
Исчезнувший, как тень зари.

Друг.

Когда ж твой ум он поражает
Своею чудною звездой?
Тогда ль, как с Альпов он взирает
На дно Италии святой;
Тогда ли, как хватает знамя
Иль жезл диктаторский; тогда ль,
Как водит и кругом и вдаль
Войны стремительное пламя,
И пролетает ряд побед
Над ним одна другой вослед;
Тогда ль, как рать героя плещет
Перед громадой пирамид,
Иль, как Москва пустынно блещет,
Его приемля, — и молчит?

Поэт.

Нет, не у счастия на лоне
Его я вижу, не в бою,
Не зятем кесаря на троне;
Не там, где на скалу свою
Сев, мучим казнию покоя,
Осмеян прозвищем героя,
Он угасает недвижим,
Плащом закрывшись боевым.
Не та картина предо мною!
Одров я вижу длинный строй,
Лежит на каждом труп живой,
Клейменный мощною чумою,
Царицею болезней… он,
Не бранной смертью окружен,
Нахмурясь ходит меж одрами
И хладно руку жмет чуме
И в погибающем уме
Рождает бодрость… Небесами
Клянусь: кто жизнию своей
Играл пред сумрачным недугом,
Чтоб ободрить угасший взор,
Клянусь, тот будет небу другом,
Каков бы ни был приговор
Земли слепой…

Друг.

Мечты поэта —
Историк строгий гонит вас!
Увы! его раздался глас,-
И где ж очарованье света!

Поэт.

Да будет проклят правды свет,
Когда посредственности хладной,
Завистливой, к соблазну жадной,
Он угождает праздно! — Нет!
Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман…
Оставь герою сердце! Что же
Он будет без него? Тиран…

Друг.

Утешься…

Анализ стихотворения «Герой» Пушкина

Произведение «Герой» Александра Сергеевича Пушкина связано с именами святителя Филарета Московского и императора Николая I.

Стихотворение написано в сентябре 1830 года. Его автору в эту пору 31 год, он проводится время перед свадьбой в отцовском имении Болдино. Размышляя о дальнейшей жизни, оглядываясь на пройденный путь, поэт много и плодотворно пишет, в том числе, прозу. Эта осень стала нарицательной в рассказах о творчестве А. Пушкина. Поводом к созданию стихотворения послужила речь святителя Филарета (Дроздова), обращенная к императору, приехавшему в охваченную холерой Москву. Поступок сей государя был воспринят всеми жителями с благодарностью. Проповедь митрополита поэт прочел в газете. Открывается произведение эпиграфом из Священного Писания. По жанру – элегия, посвящение, по размеру – ямб со смешанной рифмовкой (есть и парная, и перекрестная, и охватная). Стихотворение построено на диалоге Друга и Поэта. Властителем дум Поэта вновь избран Наполеон. Впрочем, его имя не названо. Он описывается каскадом выразительных средств, через историю собственной жизни. Вся вторая строфа – высокопарная метонимия, скрывающая гордое имя: пришлец бранный, ратник, вольностью венчанный (своеобразный оксюморон, поскольку борец за свободу, антимонархист сам был увенчан короной). Наконец, завершает это четверостишие сравнение «как тень зари»: жизнь и дела Наполеона воспринимались как пролет диковинного метеора. Друг не унимается и продолжает выяснять: в какую минуту наивысшего триумфа сей победитель и диктатор «ум твой поражает?» Натиск на Италию, коронация, битвы, египетский поход иль, что естественней всего – московский? Поэт возражает, что не эти картины, и даже не момент низвержения «осмеянного героя» занимает его мысли. Презрение и близость к смерти не в бою, а от руки грозной царицы болезней – чумы встает перед глазами лирического героя. Говорили, что Наполеон посетил чумной госпиталь, позднее этот эпизод назвали вымышленным. Завершается стихотворением проклятием… правде. В финале находятся и афористические строки: тьмы низких истин мне дороже нас возвышающий обман. Без благородства, сострадания, бескорыстия любой герой – тиран. Заключительное «утешься» сопровождается многоточием. Собственно, здесь начало истории современной, с приездом императора в Москву. Рефрен: клянусь. Инверсия: лежит труп. Довольно смелое сравнение славы с огненными языками, сошедшими на апостолов. Эпитеты: бессмысленный, мощною, сумрачным.

В «Герое» А. Пушкин исследует миф о великом человеке и его влияние на умы людей.

rustih.ru

Герой (Пушкин) — Викитека

Что есть истина?

Друг.

‎ Да, слава в прихотях вольна.
Как огненный язык, она
По избранным главам летает,
С одной сегодня исчезает
И на другой уже видна.
За новизной бежать смиренно
Народ бессмысленный привык;
Но нам уж то чело священно,
Над коим вспыхнул сей язык.
На троне, на кровавом поле,
Меж граждан на чреде иной
Из сих избранных кто всех боле
Твоею властвует душой?

Поэт.

‎ Всё он, всё он — пришлец сей бранный,
Пред кем смирилися цари,
Сей ратник, вольностью венчанный,
Исчезнувший, как тень зари.

Друг.

‎ Когда ж твой ум он поражает
Своею чудною звездой?
Тогда ль, как с Альпов он взирает
На дно Италии святой;
Тогда ли, как хватает знамя
Иль жезл диктаторский; тогда ль,
Как водит и кругом и вдаль
Войны стремительное пламя,
И пролетает ряд побед
Над ним одна другой вослед;
Тогда ль, как рать героя плещет
Перед громадой пирамид,
Иль, как Москва пустынно блещет,
Его приемля, — и молчит?

Поэт.

‎ Нет, не у счастия на лоне
Его я вижу, не в бою,
Не зятем кесаря на троне;
Не там, где на скалу свою
Сев, мучим казнию покоя,
Осмеян прозвищем героя,
Он угасает недвижим,
Плащом закрывшись боевым.
Не та картина предо мною!
Одров я вижу длинный строй,
Лежит на каждом труп живой,
Клеймённый мощною чумою,
Царицею болезней… он,
Не бранной смертью окружен,
Нахмурясь ходит меж одрами
И хладно руку жмёт чуме
И в погибающем уме
Рождает бодрость… Небесами
Клянусь: кто жизнию своей
Играл пред сумрачным недугом,
Чтоб ободрить угасший взор,
Клянусь, тот будет небу другом,
Каков бы ни был приговор
Земли слепой…

Друг.

Земли слепой… Мечты поэта —
Историк строгий гонит вас!
Увы! его раздался глас[2],—
И где ж очарованье света!

Поэт.

Да будет проклят правды свет,
Когда посредственности хладной,
Завистливой, к соблазну жадной,
Он угождает праздно! — Нет!
Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман…
Оставь герою сердце! Что же
Он будет без него? Тиран…

Друг.

Утешься........

29 сентября 1830
Москва.

ru.wikisource.org

«Нас возвышающий обман» — Журнальный зал

АЛЕКСЕЙ МАШЕВСКИЙ «НАС ВОЗВЫШАЮЩИЙ ОБМАН»

«Тьмы низких истин мне дорожe / Hас возвышающий обман», — напишет в 1830 году Пушкин. Фраза загадочна. Смысл ее тем более ускользает, что не предполагать же, в самом деле, в поэте лицемера, прячущегося от неудобной истины за ширму поддакивающей неправды. Xотя часто понимают именно так. Более того, подобное самоуспокоительное, мягко говоря, лукавство сделалось чуть ли ни характерной чертой национальной ментальности, когда под покровом рассуждений о величии русского духа скрывают пугающие приметы бытового и нравственного убожества. Возвышающий обман, провозгласивший возможность сделать всех сытыми и богатыми без жертв и решительных рыночных реформ, оказывается нам дороже низкой истины действующих во всем мире единых экономических законов. Обычно в этом случае любят ссылаться на загадочную русскую специфику, которая, на мой взгляд, состоит лишь в том, что мы, как никто другой, крепко увязли в своих проблемах. Пушкин, однако же, писал совершенно не о том.

Эта фраза, появившаяся в стихотворении «Герой», тем более странна, что именно к концу 20-х, началу 30-х годов Пушкин приходит к реалистическому методу изображения жизни, более того, сам осознает себя как «поэт действительности» (так и определит в заметке 1830 г. в альманахе «Денница»). Реализм же противостоял предшествующим стилям как раз тем, что искал ценности в самой жизни, пытался извлекать критерии оценки из исторически обусловленных обстоятельств. Любая идеальная схема теперь не навязывалась миру (как в романтизме), а проверялась на соответствие объективному ходу вещей. Тем самым, Богом писателя становилась истина, какой бы неудобной она ни казалась. А истина эта состояла в том, что человек детерминирован социальной средой, своим возрастным горизонтом, культурными связями, наконец, физиологическими потребностями. Открылся целый мир сложных психологических скрещений идеальных установок и реальных бытовых мотивов. Жизнь вдруг стала огромной лабораторией с множеством объектов, свойства которых не были заранее заданы и подлежали исследованию. В этой-то обстановке и было написано стихотворение «Герой».

Оно посвящено Наполеону, человеку для Пушкина во многом символическому, отношение к которому менялось с годами, но никогда не было безразличным. Характерен эпиграф: «Что есть истина?». Стихотворение строится как диалог некого Друга с Поэтом. К последнему обращаются с вопросом, чем так привлекает образ Наполеона, в чем слава завоевателя Европы, притягательная сила его личности? Неожиданно выясняется, что для Поэта дорог не военный гений Бонапарта, не его дерзость похитителя королевских скипетров и корон, даже не его трагическая судьба пленника на пустынном острове. Это все предмет надоевших романтических спекуляций. Пушкина волнует другое:

Одров я вижу длинный строй,
Лежит на каждом труп живой,
Клейменный мощною чумою,
Царицею болезней… он,
Не бранной смертью окружен,
Нахмурясь ходит меж одрами
И хладно руку жмет чуме
И в погибающем уме
Рождает бодрость…

Следовательно, в Наполеоне завораживает его человеческое бесстрашие перед лицом небытия, в котором, однако, главное не гордая личная отвага, а какая-то высокая способность солидарно с другим противостоять смерти. Что-то вроде заговора против нечеловеческого ничто, воплощающегося в чуме.

И вот звучит отрезвляющий голос Друга: по свидетельству «Мемуаров», автором которых был журналист Вильмар, Наполеон не прикасался к чумным. Значит, реальность опровергает наши возвышенные представления о героизме, о человеческом достоинстве. Но поэт не хочет согласиться:

Да будет проклят правды свет, Когда посредственности хладной,
Завистливой, к соблазну жадной,
Он угождает праздно! — Нет!
Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман…
Оставь герою сердце! что же
Он будет без него? Тиран…

Все дело в том, что Пушкин был не только первооткрывателем реалистического метода, он был и первым, кто понял угрозу, скрывающуюся в подобном сугубо «реальном» взгляде на мир. Угрозу, которую можно было бы назвать синдромом макиавеллизма. Ведь знаменитый флорентийский мыслитель хотел лишь одного: показать, что в основе действий политика должна лежать подлинная реальность, в которой нет места нашим моральным принципам и представлениям о справедливости. Интересно, что печать некоторого макиавеллизма несут на себе отдельные стихи Пушкина — «Клеветникам России», «Бородинская годовщина», в которых кровавая расправа над восставшей Польшей рассматривается как событие, вытекающее из исторических и политических реалий.

Новый метод, тяготевший к «объективной действительности», вольно или невольно оставлял писателя без твердой этической почвы (на которой, например, незыблемо стоял классицизм). Человек оказывался лишенным подлинной свободы и целиком детерминированным обстоятельствами, а главное, при скрупулезном рассмотрении современности или исторической перспективы нигде не прослеживалось победное действие нравственных законов. Получалось, что если подходить к миру как к лабораторному столу, на котором разложены определенные объекты, то наличие таких важных для нашей духовной сущности вещей, как совесть, честь, вера, любовь, героизм, справедливость, не подтверждается. Не подтверждается так, как, к примеру, подтверждается наличие стола или стула, на который я могу сесть. Могу встать, отвлечься, пойти гулять, вернуться — и снова обнаружить его на прежнем месте. Стул точно есть, его существование автоматично и независимо от меня. Но если теперь таким же способом попытаться «поймать» нечто, имеющее отношение к области духа, — например, героизм — нас постигнет разочарование. Нельзя, обнаружив в своей душе раскаяние, любовь или веру, пойти погулять, а вернувшись, застать их как бы «стоящими на месте». Они есть только до тех пор, пока я их удерживаю. Я люблю лишь постольку, поскольку совершаю духовное усилие — любить.

Прямо или косвенно реализм предполагает мир существующим в качестве объекта, не зависящего от наблюдающего его субъекта. Анализируется что-то, само по себе уже наличествующее, как бы автоматически себя возобновляющее во времени. Это природные, социальные процессы, развивающиеся по своим законам, или «низкие истины», как говорит Пушкин.

Но таким способом никогда не засвидетельствовать наличие в мире того, что не существует независимо от самого наблюдателя, самого человека. Потому что совесть, добро, героизм — понятия, получающие свое значение лишь в человеческом (и не просто человеческом, а личностном) измерении. Они существуют лишь до тех пор, пока есть субъект, их удерживающий, воспроизводящий. С точки зрения природного или социального процесса, героизм — только «возвышающий обман». Но Пушкин не случайно подчеркивает слова мне дороже (не нам — а часто цитируют эту фразу в таком виде). Потому мне, что честность, скажем, существует в этом мире не вообще, не у кого-то там, а только тогда, когда я (именно я) сам поступаю честно.

Смысл пушкинской фразы не в том, что человек всегда предпочтет сладкую иллюзию горькой правде, а в том, что духовная истина не существует сама по себе и рождается лишь моим возвышающим усилием внутри определенного рода обмана. Обмана, с точки зрения отстраненного наблюдателя, который, чтобы уверовать в героизм и любовь, сначала требует доказательств их наличия от других и только затем обращается к себе. Нет, так никогда не получится. Единственное надежное средство доказать существование добра в этом мире — это немедленно начать творить его самому.

Проблема эта, сводящаяся к тому, что любая истина парадоксальным образом открывается в особого сорта иллюзии, все время волновала Пушкина. Ведь главное тут, как мы уже поняли, состояние вложенности души. Но это и есть вопрос любви, веры, понимания. Тут можно обнаружить много неожиданного, читая, например, «Евгения Онегина».

Обратим внимание на странное обстоятельство: любимая героиня поэта Татьяна Ларина влюбляется в Онегина совершенно «литературно». Первоначально он для нее не реальный человек — скучающий в деревне петербургский денди, — а то ли Грандисон, то ли Ловлас. Чувство Татьяны подлинно, но оно рождается в иллюзорном восприятии героя, правда, затем, именно благодаря своей подлинности, оказывается способным разглядеть в Онегине реального человека.

Еще интереснее метаморфоза, произошедшая с Евгением. Почему «та самая Татьяна» оставляет его равнодушным в сельской глуши и сводит с ума в светской гостиной? Потому, что вторично перед ним является совсем другой образ (кстати, иллюзорный, о чем и говорит сама героиня, признаваясь, что тоскует по простоте и естественности прежней жизни в деревне, что чужда блестящей светской мишуре). Парадокс заключается в том, что Онегин — человек умный и честный, более того, он, конечно, прекрасно помнит ту, прежнюю, деревенскую Татьяну, которой вполне буднично и правдиво объяснял, что не любит ее. Но теперь… Но теперь та его прежняя честность, вытекающая из знания себя, своих привычек и т.д. и т.п. (то есть из «тьмы низких истин»), вдруг оказывается не более чем слепотой (и, в сущности, ложью) перед лицом «возвышающего обмана» пришедшего чувства. Чувства, в которое он вложился, и тут же вещи, абсолютно невозможные, с точки зрения его природы (он ведь остался тем же, по-прежнему «не создан для блаженства» и «недостоин совершенств» любимой женщины), сделались желанными и возможными. Какие это вещи? — Любовь, забота, самопожертвование, муки совести. — Почему? — Потому, что они не существуют и не существовали сами по себе, а теперь стали реальностью, поддерживаемые усилием его души, от соприкосновения со знакомо-незнакомым, прекрасным фантомом.

Эта тема разделенной как бы неправды, которая и может только стать основой чувства, превращающего иллюзию в реальность, для Пушкина очень значима. Мы всегда сначала испытываем симпатию, притяжение, сначала влюбляемся, а потом узнаем человека. Чувство не возникает вне этого поля «возвышающего обмана», и далее лишь требуется усилиями души сделать его истиной. Но тут катастрофа, потому что истиной иллюзию могут сделать лишь солидарные усилия двоих. Онегин же во время первого объяснения с Татьяной явно отказывается играть предназначенную ему роль из вполне честных соображений (которые, как потом станет ясно, окажутся просто глупостью, слепотой). Не случайно родившееся из монолога героя лирическое отступление приводит Пушкина к постановке трагического вопроса:

Кого ж любить? Кому же верить?
Кто не изменит нам один?
Кто все дела, все речи мерит
Услужливо на наш аршин?

То есть кто же солидарно с нами поддержит иллюзию, кто приведет ее к правде? Родные, друзья, возлюбленные? Нет! У каждого свои резоны, свои собственные обольщения.

Полная безвыходность подобного положения, его мучительность (не исключающая, впрочем, легкой иронии над своими переживаниями) с особой отчетливостью выражена Пушкиным в стихотворении «Признание», обращенном к Александре Ивановне Осиповой:

Алина! сжальтесь надо мною.
Не смею требовать любви:
Быть может, за грехи мои,
Мой ангел, я любви не стою!
Но притворитесь! Этот взгляд
Все может выразить так чудно!
Ах, обмануть меня не трудно!..
Я сам обманываться рад!

Интересно, что если сопоставить письмо Онегина и письмо Татьяны, выяснится, что героиня изъясняет свои чувства (пусть и искренние чувства) вполне литературно, даже романтично (можно разглядеть почти прямые заимствования из «Новой Элоизы» Руссо). Онегин же в послании хоть и приукрашивает свое прежнее отношение к Татьяне, хоть и срывается на восклицания обиженного самолюбия, но мыслит не по литературному шаблону. И поразительно, что симпатии Пушкина не на стороне «реалиста» Онегина (хотя сам поэт пишет реалистический роман и потешается над элегическими и романтическими штампами, иронизируя, в частности, над Ленским). Пушкин явно отдает предпочтение «литературной», но искренней Татьяне. В чем дело? По-видимому, в том, что создавая свой роман — не текст, а как бы «саму жизнь», — поэт помнил, что истина (любовь, понимание и т.д.) может родиться лишь в духе, чистой сферой которого является не повседневное бытовое существование, а искусство. Следовательно, для разделения, для любви, для счастья требуется «магический кристалл» иллюзии, которую мы силой своей души сделаем правдой. Онегин в свое время побоялся вложиться, предпочел остановиться на черте констатации истинного положения дел (а это истинное положение истинно лишь в створе его ожиданий, его социальной ориентации, в рамках которой не просматривается любви к деревенской девочке) — и ошибся, и был наказан.

magazines.gorky.media

«Герой» Пушкина - отклик на проповедь Святителя Филарета

26 мая 1828 года (6 июня по новому стилю), в день своего 29-летия, Пушкин пишет стихотворение, наполненное такой горечью, что его назовут «воплем отчаяния».

Дар напрасный, дар случайный,
Жизнь, зачем ты мне дана?
Иль зачем судьбою тайной
Ты на казнь осуждена?

Кто меня враждебной властью
Из ничтожества воззвал,
Душу мне наполнил страстью,
Ум сомненьем взволновал?..

Цели нет передо мною:
Сердце пусто, празден ум,
И томит меня тоскою
Однозвучный жизни шум.

Пушкин вряд ли мог рассчитывать, что кто-либо из его круга способен утешить его в ответ на этот поэтический возглас, брошенный в мир. Это поняла своим чутким и пылким сердцем Елизавета Михайловна Хитрово, урожденная Голенищева-Кутузова, дочь легендарного фельдмаршала. Элиза, так называли ее в свете, повезла стихотворение в Москву, к митрополиту Московскому Филарету (Дроздову).

Так появился на свет знаменитый поэтический диалог святителя и поэта.

Однако стоит упомянуть и о втором случае, когда слово св. Филарета стало источником пушкинского вдохновения. Осенью 1830 года стихотворение «Герой» родилось как отклик на проповедь свт. Филарета в связи с приездом императора Николая I в зараженную холерой Москву.

Герой

Что есть истина?

Друг.

Да, слава в прихотях вольна.
Как огненный язык, она
По избранным главам летает,
С одной сегодня исчезает
И на другой уже видна.
За новизной бежать смиренно
Народ бессмысленный привык;
Но нам уж то чело священно,
Над коим вспыхнул сей язык.
На троне, на кровавом поле,
Меж граждан на чреде иной
Из сих избранных кто всех боле
Твоею властвует душой?

Поэт.

Все он, все он — пришлец сей бранный,
Пред кем смирилися цари,
Сей ратник, вольностью венчанный,
Исчезнувший, как тень зари.

Друг.

Когда ж твой ум он поражает
Своею чудною звездой?
Тогда ль, как с Альпов он взирает
На дно Италии святой;
Тогда ли, как хватает знамя
Иль жезл диктаторский; тогда ль,
Как водит и кругом и вдаль
Войны стремительное пламя,
И пролетает ряд побед
Над ним одна другой вослед;
Тогда ль, как рать героя плещет
Перед громадой пирамид,
Иль, как Москва пустынно блещет,
Его приемля, — и молчит?

Поэт.

Нет, не у счастия на лоне
Его я вижу, не в бою,
Не зятем кесаря на троне;
Не там, где на скалу свою
Сев, мучим казнию покоя,
Осмеян прозвищем героя,
Он угасает недвижим,
Плащом закрывшись боевым.
Не та картина предо мною!
Одров я вижу длинный строй,
Лежит на каждом труп живой,
Клейменный мощною чумою,
Царицею болезней... он,
Не бранной смертью окружен,
Нахмурясь ходит меж одрами
И хладно руку жмет чуме
И в погибающем уме
Рождает бодрость... Небесами
Клянусь: кто жизнию своей
Играл пред сумрачным недугом,
Чтоб ободрить угасший взор,
Клянусь, тот будет небу другом,
Каков бы ни был приговор
Земли слепой...

Друг.

Мечты поэта —
Историк строгий гонит вас!
Увы! его раздался глас,—
И где ж очарованье света!

Поэт.

Да будет проклят правды свет,
Когда посредственности хладной,
Завистливой, к соблазну жадной,
Он угождает праздно! — Нет!
Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман...
Оставь герою сердце! Что же
Он будет без него? Тиран...

Друг.

Утешься. . . . . . . .

Пришлец сей бранный — Наполеон.
С Альпов он взирает // На дно Италии святой — имеется в виду блестящий успех Бонапарта в его Итальянском походе.
Тогда ли, как хватает знамя — может быть, намек на известный случай на Аркольском мосту.
Иль жезл диктаторский — речь идет о государственном перевороте 18 брюмера (9 ноября 1799 г.), когда Наполеон стал первым консулом.
Рать героя плещет // Перед громадой пирамид — имеется в виду победа в битве при Эмбабе 12 июля 1799 г., «близ пирамид» — «с вершины которых глядели на французов четыре тысячелетия» (Бюллетень Наполеона).
Зятем кесаря на троне — имеется в виду женитьба Наполеона на дочери австрийского императора Франца I, Марии-Луизе.
Одров я вижу длинный строй — посещение Бонапартом чумного госпиталя в Яффе.
Мечты поэта // Историк строгий гонит вас! — Пушкин ссылается на изданные в 1829—1830 гг. «Воспоминания» Бурьена, секретаря Наполеона, в которых оспаривается рассказ о том, что Наполеон в Яффе посетил госпиталь с больными чумой. Впоследствии раскрылось, что эти мемуары были подложными, написанными бывшим дипломатом, французским журналистом Виллемаре. Последняя реплика Друга Утешься... и дата 29 сентября 1830 Москва (Пушкин был в это время в Болдине) намекают на поступок Николая I, который в этот день прибыл в холерную Москву.

* * *


29 сентября на паперти Успенского собора митрополит Филарет произнес слово, обращенное к приехавшему в Москву государю. Речь московского архипастыря в общих чертах предопределила сквозные темы пушкинского «Героя»:

«Благочестивый Государь! Цари обыкновенно любят являться Царями славы, чтобы окружать себя блеском торжест­венности, чтобы принимать почести. Ты являешься ныне среди нас как Царь подвигов, чтобы опасности с народом Твоим разделять, чтобы трудности препобеждать. Такое Царское дело выше славы человеческой, поелику основано на добродетели Христианской. Царь небесный провидит сию жертву сердца Твоего и милосердно хранит Тебя, и долготерпеливо щадит нас. С Крестом сретаем, Тебя, Государь, да идет с Тобою вос­кресение и жизнь».

Слово Филарета, напечатанное 4 октября в «Московских ведомостях» (и, следовательно, известное поэту), явилось одним из ключевых источников пушкинского «Героя». Оно же объясняет обилие литургических мотивов, пронизывающих стихотворение. Любопытно, что соборное красноречие Филарета восхитило не одного Пушкина. Остафьевский сиделец князь П.А. Вяземский отметил 6 октября в записной книжке:

«Приезд Государя в Москву есть точно прекраснейшая черта. Тут есть не только не боязнь смерти, но есть и вдохновение, и преданность и какое-то христианское и царское рыцарство, которое очень к лицу Владыке. Странное дело, мы встретились мыслями с Филаретом в речи его Государю. На днях в письме к Муханову я говорил, что из этой мысли можно было бы написать прекрасную статью журнальную. Мы видели царей и в сражении. Моро был убит при Александре, это хорошо, но тут есть военная слава, есть point d'honneur нося военный мундир и не скидывая его никогда, показать себя иногда военным лицом. Здесь нет никакого упоения, нет славолюбия, нет обя­занности. Выезд царя из города, объятого заразою, был бы, напротив естествен, и не подлежал бы осуждению; следовательно приезд царя в таковой город есть точно подвиг героический. Тут уже не близ царя близ смерти, а близ народа близ смерти».

Пушкину не довелось увидеть своего «Героя» на страницах «Московских ведомостей» месяц спустя после публикации речи Филарета. Проницательности Погодина хватило лишь на половину замысла Пушкина: безошибочно уловив первое из посвящений - государю, автор «Марфы Посадницы» не распознал второго пушкинского адресата. Безнадежно промедлив с пуб­ликацией, Погодин отдал «Героя» в надеждинский «Телескоп», где стихотворение на несколько лет опочило среди перлов изящной словесности. Позднее, перепечатанный в «Современнике», «Герой», благодаря подсказке Погодина, понимался исключительно как поэтическое посвящение Николаю Павловичу. В сознании поколений читателей из утвержденного Пушкиным мистического союза государя, пастыря и певца выпал белый митрополичий клобук.

Цитируется статья: http://www.taday.ru/text/254139.html

pushkinskij-dom.livejournal.com

«Герой» - Стихотворение Александра Пушкина

Что есть истина? Д р у г Да, слава в прихотях вольна. Как огненный язык, она По избранным главам летает, С одной сегодня исчезает И на другой уже видна. За новизной бежать смиренно Народ бессмысленный привык; Но нам уж то чело священно, Над коим вспыхнул сей язык. На троне, на кровавом поле, Меж граждан на чреде иной Из сих избранных кто всех боле Твоею властвует душой? П о э т Всё он, всё он - пришлец сей бранный, Пред кем смирилися цари, Сей ратник, вольностью венчанный, Исчезнувший, как тень зари. Д р у г Когда ж твой ум он поражает Своею чудною звездой? Тогда ль, как с Альпов он взирает На дно Италии святой; Тогда ли, как хватает знамя Иль жезл диктаторский; тогда ль, Как водит и кругом и вдаль Войны стремительное пламя, И пролетает ряд побед Над ним одна другой вослед; Тогда ль, как рать героя плещет Перед громадой пирамид, Иль, как Москва пустынно блещет, Его приемля,- и молчит? П о э т Нет, не у счастия на лоне Его я вижу, не в бою, Не зятем кесаря на троне; Не там, где на скалу свою Сев, мучим казнию покоя, Осмеян прозвищем героя, Он угасает недвижим, Плащом закрывшись боевым. Не та картина предо мною! Одров я вижу длинный строй, Лежит на каждом труп живой, Клейменный мощною чумою, Царицею болезней... он, Не бранной смертью окружен, Нахмурясь, ходит меж одрами И хладно руку жмет чуме, И в погибающем уме Рождает бодрость... Небесами Клянусь: кто жизнию своей Играл пред сумрачным недугом, Чтоб ободрить угасший взор, Клянусь, тот будет небу другом, Каков бы ни был приговор Земли слепой... Д р у г Мечты поэта - Историк строгий гонит вас! Увы! его раздался глас,- * И где ж очарованье света! П о э т Да будет проклят правды свет, Когда посредственности хладной, Завистливой, к соблазну жадной, Он угождает праздно! - Нет! Тьмы низких истин мне дороже Нас возвышающий обман... Оставь герою сердце! Что же Он будет без него? Тиран... Д р у г Утешься. . . . . . . . . . . . 29 сентября 1830, Москва. * Mеmoires de Bourrienne [Воспоминания Бурьена] (франц). Прим. Пушкина.

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах. Санкт-Петербург: Золотой век, Диамант, 1997.

rupoem.ru

Стихотворение «Герой», поэт Пушкин Александр

Что есть истина?

Д р у г

Да, слава в прихотях вольна.
Как огненный язык, она
По избранным главам летает,
С одной сегодня исчезает
И на другой уже видна.
За новизной бежать смиренно
Народ бессмысленный привык;
Но нам уж то чело священно,
Над коим вспыхнул сей язык.
На троне, на кровавом поле,
Меж граждан на чреде иной
Из сих избранных кто всех боле
Твоею властвует душой?

П о э т

Всё он, всё он - пришлец сей бранный,
Пред кем смирилися цари,
Сей ратник, вольностью венчанный,
Исчезнувший, как тень зари.

Д р у г

Когда ж твой ум он поражает
Своею чудною звездой?
Тогда ль, как с Альпов он взирает
На дно Италии святой;
Тогда ли, как хватает знамя
Иль жезл диктаторский; тогда ль,
Как водит и кругом и вдаль
Войны стремительное пламя,
И пролетает ряд побед
Над ним одна другой вослед;
Тогда ль, как рать героя плещет
Перед громадой пирамид,
Иль, как Москва пустынно блещет,
Его приемля,- и молчит?

П о э т

Нет, не у счастия на лоне
Его я вижу, не в бою,
Не зятем кесаря на троне;
Не там, где на скалу свою
Сев, мучим казнию покоя,
Осмеян прозвищем героя,
Он угасает недвижим,
Плащом закрывшись боевым.
Не та картина предо мною!
Одров я вижу длинный строй,
Лежит на каждом труп живой,
Клейменный мощною чумою,
Царицею болезней... он,
Не бранной смертью окружен,
Нахмурясь, ходит меж одрами
И хладно руку жмет чуме,
И в погибающем уме
Рождает бодрость... Небесами
Клянусь: кто жизнию своей
Играл пред сумрачным недугом,
Чтоб ободрить угасший взор,
Клянусь, тот будет небу другом,
Каков бы ни был приговор
Земли слепой...

Д р у г

Мечты поэта -
Историк строгий гонит вас!
Увы! его раздался глас,- *
И где ж очарованье света!

П о э т

Да будет проклят правды свет,
Когда посредственности хладной,
Завистливой, к соблазну жадной,
Он угождает праздно! - Нет!
Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман...
Оставь герою сердце! Что же
Он будет без него? Тиран...

Д р у г

Утешься. . . . . . . . . . . .

29 сентября 1830, Москва.

* Mеmoires de Bourrienne [Воспоминания Бурьена]
(франц). Прим. Пушкина.

1830

poembook.ru

"Тьмы низких истин мне дорожe, нас возвышающий обман" (А.С.Пушкин, "Герой")

Таких людей - хоть пруд пруди
и крепнет гордость за державу:
всегда помогут донести,
почет, достоинства и славу.

"Косые глаза его бегали быстрее и тревожней, чем всегда, цепкие взгляды как будто пытались сорвать маски с ряженых. Серое лицо потело, он стирал пот платком и встряхивал платок, точно стер им пыль. Самгин подумал, что гораздо более к лицу Лютова был бы костюм приказного дьяка и не сабля в руке, а чернильница у пояса".
М. Горький "Жизнь Клима Самгина"




"Через час все костюмы измялись и расстроились. Пробочные усы и брови размазались по вспотевшим, разгоревшимся и веселым лицам. Пелагея Даниловна стала узнавать ряженых, восхищалась тем, как хорошо были сделаны костюмы, как шли они особенно к барышням, и благодарила всех за то, что так повеселили ее. Гостей позвали ужинать в гостиную, а в зале распорядились угощением дворовых".
Л. Толстой "Война и мир"

"Передонов думал, что маскарад затеяли нарочно, чтобы его на чем-нибудь изловить. А все-таки он пошел туда, – не ряженый, в сюртуке. Чтобы видеть самому, какие злоумышления затеиваются".
Федор Сологуб "Мелкий бес".


"Подожди, сестра, – это я скажу… я знаю: вы – ряженые! Пока я жив, я буду всегда срывать с вас лохмотья, которыми вы прикрываете вашу ложь… вашу пошлость… нищету ваших чувств и разврат мысли!"
М. Горький "Дачники"


"Выходите на улицу и глядите на ряженых. Вот солидно, подняв с достоинством голову, шагает что-то нарядившееся человеком. Это "что-то" толсто, обрюзгло и плешиво. Одето оно щёгольски, по моде и тепло. На груди брелоки, на пальцах массивные перстни. Говорит оно чепуху, но с чувством, с толком, с расстановкой. Оно только что пообедало, напилось елисеевского пойла и теперь решает вопрос: отправиться ли к Адели, лечь ли спать, или же засесть за винт? Через три часа оно будет ужинать, через пять - спать. Завтра проснётся в полдень, пообедает, напьётся пойла и опять примется за тот же вопрос. Послезавтра тоже… Кто это? Это - свинья".
А. Чехов "Ряженные"


"Те, кто победил, либо погиб на поле боя, либо спились, подавленные послевоенными тяготами. Остались у власти и сохранили силы другие - те, кто загонял людей в лагеря, те, кто гнал в бессмысленные лобовые атаки. На войне особенно отчётливо проявилась подлость большевистского строя. Как в мирное время казнили самых честных, разумных, интеллигентных людей, так и на фронте происходило то же самое, только в ещё более открытой и омерзительной форме. Гибли самые честные, чувствовавшие свою ответственность перед обществом люди. Надо думать, эта селекция народа - бомба замедленного действия. Она взорвётся через несколько поколений, в XXI или в XXII веке, когда отобранная и взлелеянная большевиками масса подонков родит новое поколение себе подобных".
Николай Никулин "Воспоминания о войне"

"Она пришла и постучалась в дом.
Открыла мать. Был стол накрыт к обеду.
"Твой сын служил со мной в полку одном,
И я пришла. Меня зовут Победа".
Илья Эренбург

antialle.livejournal.com

Александр Пушкин - Герой: читать стих, текст стихотворения классика на poetov.net

            Что есть истина?

    Д р у г

  Да, слава в прихотях вольна.
Как огненный язык, она
По избранным главам летает,
С одной сегодня исчезает
И на другой уже видна.
За новизной бежать смиренно
Народ бессмысленный привык;
Но нам уж то чело священно,
Над коим вспыхнул сей язык.
На троне, на кровавом поле,
Меж граждан на чреде иной
Из сих избранных кто всех боле
Твоею властвует душой?

    П о э т

  Всё он, всё он - пришлец сей бранный,
Пред кем смирилися цари,
Сей ратник, вольностью венчанный,
Исчезнувший, как тень зари.

    Д р у г

  Когда ж твой ум он поражает
Своею чудною звездой?
Тогда ль, как с Альпов он взирает
На дно Италии святой;
Тогда ли, как хватает знамя
Иль жезл диктаторский; тогда ль,
Как водит и кругом и вдаль
Войны стремительное пламя,
И пролетает ряд побед
Над ним одна другой вослед;
Тогда ль, как рать героя плещет
Перед громадой пирамид,
Иль, как Москва пустынно блещет,
Его приемля,- и молчит?

    П о э т

  Нет, не у счастия на лоне
Его я вижу, не в бою,
Не зятем кесаря на троне;
Не там, где на скалу свою
Сев, мучим казнию покоя,
Осмеян прозвищем героя,
Он угасает недвижим,
Плащом закрывшись боевым.
Не та картина предо мною!
Одров я вижу длинный строй,
Лежит на каждом труп живой,
Клейменный мощною чумою,
Царицею болезней... он,
Не бранной смертью окружен,
Нахмурясь, ходит меж одрами
И хладно руку жмет чуме,
И в погибающем уме
Рождает бодрость... Небесами
Клянусь: кто жизнию своей
Играл пред сумрачным недугом,
Чтоб ободрить угасший взор,
Клянусь, тот будет небу другом,
Каков бы ни был приговор
Земли слепой...

    Д р у г

        Мечты поэта -
Историк строгий гонит вас!
Увы! его раздался глас,- *
И где ж очарованье света!

    П о э т

  Да будет проклят правды свет,
Когда посредственности хладной,
Завистливой, к соблазну жадной,
Он угождает праздно! - Нет!
Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман...
Оставь герою сердце! Что же
Он будет без него? Тиран...

    Д р у г

Утешься. . . . . . . . . . . .

* Mеmoires de Bourrienne [Воспоминания Бурьена]
(франц). Прим. Пушкина.

poetov.net

Тьмы низких истин мне дороже / Нас возвышающий обман


Тьмы низких истин мне дороже / Нас возвышающий обман
Тьмы низких истин мне дороже / Нас возвышающий обман

Из стихотворения «Герой» (1830) Л. С. Пушкина (1799—1837):
Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман...
Оставь герою сердце! Что же
Он будет без него? Тиран...

Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. — М.: «Локид-Пресс». Вадим Серов. 2003.

.

  • Тьма кромешная
  • Тюрьма народов

Смотреть что такое "Тьмы низких истин мне дороже / Нас возвышающий обман" в других словарях:

  • Тьмы низких истин мне дороже Нас возвышающий обман — Тьмы низкихъ истинъ мнѣ дороже Насъ возвышающій обманъ. Ср. Тьмы низкихъ истинъ мнѣ дороже Насъ возвышающій обманъ. Оставь герою сердце! Что же, Онъ будетъ безъ него? тиранъ! А. С. Пушкинъ. Герой. 1830. Ср. «Лучше съ умнымъ въ аду, чѣмъ съ… …   Большой толково-фразеологический словарь Михельсона (оригинальная орфография)

  • тьмы низких истин мне дороже — Нас возвышающий обман. Ср. Тьмы низких истин мне дороже Нас возвышающий обман. Оставь герою сердце! Что же, Он будет без него? тиран! А.С. Пушкин. Герой. 1830. Ср. Лучше с умным в аду, чем с глупым в раю . Ср. Die Irrthümer eines grossen Geistes… …   Большой толково-фразеологический словарь Михельсона

  • Нас возвышающий обман — см. Тьмы низких истин мне дороже / Нас возвышающий обман. Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. М.: «Локид Пресс». Вадим Серов. 2003 …   Словарь крылатых слов и выражений

  • Пушкин, Александр Сергеевич — — родился 26 мая 1799 г. в Москве, на Немецкой улице в доме Скворцова; умер 29 января 1837 г. в Петербурге. Со стороны отца Пушкин принадлежал к старинному дворянскому роду, происходившему, по сказанию родословных, от выходца "из… …   Большая биографическая энциклопедия

  • Пушкин А. С. — Пушкин А. С. Пушкин. Пушкин в истории русской литературы. Пушкиноведение. Библиография. ПУШКИН Александр Сергеевич (1799 1837) величайший русский поэт. Р. 6 июня (по ст. стилю 26 мая) 1799. Семья П. происходила из постепенно обедневшего старого… …   Литературная энциклопедия

  • Александр Сергеевич Пушкин — (1799 1837 гг.) поэт и писатель, основоположник новой русской литературы, создатель русского литературного языка Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад! Болезнь любви неизлечима. Быть славным хорошо, Спокойным лучше вдвое.… …   Сводная энциклопедия афоризмов

  • Умная ложь лучше глупой правды — Умная ложь лучше глупой правды. Ср. «Онъ долго думалъ, да хорошо совралъ». Ср. Я давеча сказалъ про васъ Кармазинову, что будто вы говорили про него, что его надо высѣчь... «Да я этого никогда не говорилъ!» Ничего. Se non è vero (è ben trovato) …   Большой толково-фразеологический словарь Михельсона (оригинальная орфография)

  • низкий — ая, ое; ни/зок, низка/, мн. ни/зки и низки/ 1) Имеющий небольшую протяженность от низа до верха; малый по высоте, росту. Низкая ограда. Низкий стул. ...Другие [холмы] покрыты по большей части чахлой и низкой травой (Гаршин). Низкий желтый… …   Популярный словарь русского языка

  • НИЗКИЙ — НИЗКИЙ, низкая, низкое; низок, низка, низко. 1. Малый по высоте, имеющий небольшое протяжение снизу вверх. Низкий дом. Низкая гора. Низкий рост. || Находящийся на недалеком расстоянии вверх от чего н., расположенный на небольшой высоте от земли,… …   Толковый словарь Ушакова

  • ни́зкий — ая, ое; зок, зка, зко; ниже; низший и нижайший. 1. Имеющий небольшое протяжение снизу вверх; противоп. высокий. Низкий забор. Низкий стол. Низкий каблук. □ На пороге избы встретил меня старик лысый, низкого роста, плечистый и плотный. Тургенев,… …   Малый академический словарь

dic.academic.ru

«Тьмы низких истин» и «нас возвышающий обман»

В чём же причина столь прохладного отношения должностных лиц к отечественной словесности, которая в России всегда была «ломовой лошадью» образования и прогресса?

Складывается впечатление, что русская литература пришлась демократической власти не ко двору, что она в чём-то перед ней виновата, но чем именно она вызвала неудовольствие никто не ведает, а ведь давно пришла пора определиться по этому вопросу и писателям, и президенту. Или во всеуслышанье признать, что русская литература даже как гипотеза не рассматривается в проекте будущего России, потому что вся она, от готового взойти «за единый аз» на костер протопопа Аввакума до первоклассника из сельской глубинки, написавшего первый стишок о весне, отрицает либеральные ценности западного толка, которые за последние двадцать лет набили оскомину, как показывают соцопросы, почти всему населению страны.
Русскому народу за свою историю пришлось вынести немало бед и лишений, но катастрофа распада СССР, пожалуй, не имеет аналогов в мировой истории. Россия потерпела поражение на всех направлениях: идеологическом, экономическом и духовном.. В стране, где четверть населения оказалась в одночасье клятвопреступниками, разразилась психическая эпидемия. Миллионы граждан были ввергнуты безысходностью своего нищенского существования в спекуляцию и опоганили свои души обманом, воровством и мелочным соучастием в разграблении государства. Нравственное уродство стало повсеместным и признанным законами явлением, а добропорядочность и честность стали выглядеть как отклонение от нормы общественной жизни.
               В наши сумеречные дни о русском народе его недоброжелателями сказано много лукавого, лживого и грязного, что на нём и проплеванного места не осталось - он и фашист, и дикарь, и еще бог знает кто, и это не может не подтолкнуть писателя разобраться и понять, почему на русских косо поглядывают и заграница, и «Чаадаевы» перестроечного закваса.
            В русском народе, как и во всяком другом, есть своя только ему присущая правда, дарованная богом. И коренная правда русского народа заключается в том, что ему всегда были по сердцу не «тьмы низких истин», а «нас возвышающий обман». Таким он был всегда от своего  начала, и этим объясняется его искренняя вера в Христа и не менее горячая вера в «возвышающий обман» коммунистической идеи и её обязательное осуществление именно в таком виде, в каком народ представлял «царство справедливости» во все времена своего бытия.
                  Неприятели всего русского склонны видеть в этом миросозерцании ущербность русского человека, хотя он в своём «возвышающем обмане» о той же Дарье-реке, Беловодье, граде Китеже обретал внутреннюю свободу и нравственную высоту, позволявшую ему с сожалением взирать на всех, кого соблазнили «тьмы низких истин»,как на людей заблудших и достойных сочувствия.
                   Расставаясь  с «возвышающим обманом»  коммунистической идеи, русский народ неизбежно должен всмотреться в самого себя, в свои нравственные начала, в свою историю, в своё будущее,которое уже явилось к нему, схватило за глотку и вознамерилось переформатировать его душу в соответствии с требованиями рынка.
                 Русским ждать помощи и сочувственного понимания неоткуда. Избранная ими власть к своему коренному народу равнодушна, интеллигенция в лучшем случае сочувственно вздыхает, заклятые друзья русского народа продолжают через СМИ осуществлять его духовный геноцид. Скажем последнюю правду: русским, чтобы спасти себя и державу поможет только обращение к тому, что составляет основу их духовной жизни - великой русской литературе. И здесь будет к месту вспомнить то, что сказал о русском языке, имея ,конечно , ввиду русскую литературу, И.С.Тургенев:
               - Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, - ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий,  правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя - как не впасть в отчаянье  при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!

                  Сейчас редко, кто помнит наизусть это коротенькое стихотворение в прозе, написанное либералом и западником в порыве творческого прозрения, а ведь пришла всем нам пора проникнуться его трагедийным смыслом. Дело, мои дорогие соотечественники, обстоит таким образом, что у русского народа почти ничего своего не осталось, кроме языка и великой литературы. Все материальное украдено, растащено, присвоено теми, кому дороги и близки «тьмы низких истин», что опять даёт повод нашим недоброжелателям обвинить русских в неспособности к сопротивлению и духовном вырождении.
События в Крыму и на Донбассе побудили русский народ встрепенуться, поверить в наступление долгожданной Русской весны и пробуждение русского народа и в то, что власть вспомнила тех, кому она обязана своим существованием. Где сейчас эти благие порывы и надежды, что русский народ перестанет быть «цементом» сомнительного россиянского единства, а станет несущим стержнем России на фундаменте справедливости ДЛЯ ВСЕХ народов многонациональной державы?..

nikpolot.livejournal.com

"Тьмы низких истин мне дороже нас возвышающий обман" А. С. Пушкин... А вам?

Я все же должен тебе ответить серьезно. Скажу сразу, что с Пушкиным я полностью согласен. Цитата - верная. Проблема в том, как понимать эти слова Пушкина. Вот Анна Миронова сказала, что ей дороже правда, то есть по ее мнению Пушкин предпочитает правде некую лицемерную неправду. Если сказать предельно - то выходит, что Пушкин - лицемер. Для того, чтобы верно понять Пушкина нужно еще правильно сделать акцент: Тьмы НИЗКИХ истин мне дороже нас возвышающий обман. Именно так следует читать. Теперь предметно: ко времени написания этого стиха (1830 или 31 - не помню точно) поэт отходит от романтизма к реализму, начинает писать реалистично, и сразу же замечает опасность и недостаточность такого подхода. Реализм особым образом предполагает мир существующим в виде объекта. К этому относятся все природные и социальные объекты, существующие и развивающиеся по каким-то, им одним присущим, законам. Это и есть "низкие истины" Пушкина. Но ведь есть что-то существующие зависимо от субъекта, от нас. Это все душевные качества, в том числе и возможность дорожить чем-то. Эта возможность всегда личностная, поэтому и "мне дороже" (часто пишут "нам" - ошибочно) . "Смысл пушкинской фразы не в том, что человек всегда предпочтет сладкую иллюзию горькой правде, а в том, что духовная истина не существует сама по себе и рождается лишь моим возвышающим усилием внутри определенного рода обмана. Обмана, с точки зрения отстраненного наблюдателя, который, чтобы уверовать в героизм и любовь, сначала требует доказательств их наличия от других и только затем обращается к себе. Нет, так никогда не получится. Единственное надежное средство доказать существование добра в этом мире - это немедленно начать творить его самому. Вот Агата Кристи и пишет, что "истина говорит одно.... а на деле совсем другое получается". Веру и надежду так объектно не понять и предметно не ощутить, как низость общетвенных установок и законов. А вообще "Герой" - это ведь о Наполеоне: Поэт. Да будет проклят правды свет, Когда посредственности хладной, Завистливой, к соблазну жадной, Он угождает праздно! - Нет! Тьмы низких истин мне дороже Нас возвышающий обман.. . Оставь герою сердце! Что же Он будет без него? Тиран.. . Не исключаю, что все мною написанное тебе и так известно. "Друг. Утешься.... " «Нет убедительности в подношениях, и нет истины, где нет любви» (Пушкин)

Не "мне", а "нам"!!! Классику либо цитируй точно, либо - не цитируй

мне правда дороже всего!

а мне Гуга....уже до лампочки)))) истина говорит одно....а на деле совсем другое получается))))

от себя не скрыться и не убежать и не обмануть себя и только приняв себя целого можно полюбить себя сущего.конечно же свой возлелеяный мир в любых нотах и тонах дороже.возвышающий обман - это п- п- ъ-едестал без основанья,а коли нету основанья - рушится любое зданье

Guga! Давай я просто скажу тебе "Привет! " и пойду спать, а то устал чегой-то. И еще спасибо, что заценил мой ответ на вопрос типа "Убейтесь все головой вооооооооон об ту стенку... "- не ожидал чес говоря. Вообще-то этим вопросом ты меня глубоко зацепил- агрессивно, но попал в точку. Только личная просьба- в этот раз не выбирай мой ответ лучшим, а то неудобно как-то.. . Спакойной ночи...

молодец этот А.С... интересно, кем он был...

"Тьмы низких истин нам дороже Нас возвышающий обман" Обман людей мир делает негожим, Единожды солгав - становишься той ложью пьян...

Старый барабанщик, старый барабанщик крепко спал.

touch.otvet.mail.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.