Лариса миллер о жизни стихи


о том, о сём" — LiveJournal

Суббота. Новые стихи.
***
Мне, например, сегодня хочется
На звуках дня сосредоточиться.
И начала я в шесть часов
С весенних птичьих голосов.
И убедилась - все достойные:
Солист заливист, хоры стройные.
Потом, послушав птичий гам,
К людским прислушалась шагам,
Потом к беседам по мобильному...
О, как я рада дню стабильному!
О, как я рада звукам дня,
Дня, пощадившего меня,
Тебя, детей, друзей, всё прочее,
До этой жизни столь охочее.

***
А птичка вешняя поёт,
Пример нам, грешным, подаёт.
Нас учит заниматься делом,
Служа ему душой и телом.
Стремиться к цели напрямик,
Не отвлекаясь ни на миг
На то, на сё, на то, на это.
Конец ли дня, конец ли света -
Она поёт, чтоб отыскать
Того, с кем можно запускать
В урочный час проект пилотный:
"Заботы птички перелётной".

***
"Остановись мгновенье..."
Фауст

Я даже и не думаю пытаться
Уговорить мгновение остаться.
Оно ведь мне ответит: "Не могу.
Я всё привыкло делать на бегу."
Оно мне скажет: "Я тобой любимо
Лишь потому, что призрачно и мнимо,
И, как мечта, как чаемая весть,
Тебе не успеваю надоесть."

***
Но даже и придя в негодность,
Я не поверю в безысходность.
Мне кто-то шепчет: "Выход есть.
Какой решаешь предпочесть?
Простой? Пожарный? Иль запасный?
Любой приводит к цели ясной.
А есть ещё и потайной,
Ведущий к цели неземной".

ИЗ ПРЕЖНИХ СТИХОВ:

***
Мы одержимы пеньем.
И вновь, в который раз,
Ты с ангельским терпеньем
Выслушиваешь нас.
О слушатель незримый,
За то, что ты незрим,
От всей души ранимой
Тебя благодарим.
Чего душа алкала —
Не ведает сама.
От нашего вокала
Легко сойти с ума.
Но ты не устрашился.
И, не открыв лица,
Нас выслушать решился
До самого конца.
1987

larmiller.livejournal.com

Вышел новый сборник стихов Ларисы Миллер — Российская газета

Стихи Ларисы Миллер всегда и малы, и кротки. Они как синицы, прилетевшие к окну в зимний день: оглянешься, а там уже никого нет.

Но от этой секундной возни под окном и промелька крыльев что-то улыбнется в тебе. И захочется еще помолчать у окна, помедлить над страницей, удерживая дарованную стихами неспешность.

Строки Ларисы - как тихие шаги в соседней комнате. Так в нашем детстве ходила мама, опасаясь нас разбудить. И сладко было сквозь сон слышать иногда скрип двери, звяканье чайника или кряхтенье половицы - в этих нечаянных звуках было еще больше любви, чем в тишине.

Новый сборник Ларисы Миллер называется "В прямом эфире", и это, конечно же, не телевизионный эфир, а небесный. В Византии верили: эфиром дышат ангелы.

Лариса Миллер. Фото: из личного архива Ларисы Миллер

Не участвую, не состою.

Боже правый, так что же я делаю?

Вот страницу терзаю я белую,

Вот к любимым словам пристаю.

И ни должности, и ни чинов,

Ни содружества, ни корпорации.

Просто ангел по крошечной рации

Передал мне обрывки из снов

И просил поскорей записать...

У художника Геннадия Новожилова, в юности учившегося вместе с Юрием Норштейном на курсах мультипликаторов, есть глубокие размышления о поэзии, а в них - строки, которые кажутся мне написанными о Ларисе Миллер: "Поэзия таинственней самой жизни. Слова, как иней под ладонью, истаивают и проливаются каким-то другим смыслом, не поддающимся, словно музыка, объяснению. И тогда что стоит весь земной опыт..."

Я рад, что о новом сборнике Ларисы пишу в ноябре. Спасительность ее застенчивой музы в эту пору особенно очевидна.

...И бродит ноябрь уныло.

Он знает, что всё нам не мило:

И сыро, и поздно светает.

Любви ему так не хватает.

Однажды Ларису спросили: "У вас так много светлых стихов потому, что их, наверное, проще писать?" Она ответила: "Нет, их писать труднее. В жизни так много трагичного, почти невыносимого, что найти причину, повод для радости невероятно трудно..."

Поздно светает за окном. Но ведь все-таки пока еще - светает!

Прямая речь

Фото: Обложка книги

Стихи почти всегда начинаются с пустяка: с интонации, с едва различимого, лишенного внятного смысла созвучия, с "шепотов и звонов". Это Божьи подсказки. Господь сотворил все, но не все им сотворенное найдено. Поэт ничего не выдумывает. Он лишь обладает способностью улавливать то, что не улавливают другие...

"Savoir vivre", - говорят французы. "Умение жить". Не знаю, что они вкладывают в это понятие, но, на мой взгляд, "savoir vivre" - это умение чувствовать себя богатым, не имея ни гроша за душой, способность из ничего сколотить капитал, за который трястись не надо, поскольку его нельзя ни украсть, ни пустить по ветру. Дождь, туман, птица, случайный разговор, стихотворная строка, воспоминание - вот они, несметные богатства умеющего жить.

Из эссе "Его величество пустяк"

Из новой книги

А я люблю гонимые слова,

Немодные сегодня сантименты

Про всякие счастливые

моменты

Той жизни, что банальна

и нова,

Из коей душу так спешат

изъять,

Как некогда изъяли букву ять.

* * *

Как поживаешь, первый снег?

Как поживаешь?

Уж больно короток твой век -

Летишь и таешь.

Летишь и таешь без следа,

Пропасть без вести

Способен каждый без труда.

Исчезнем вместе.

* * *

Пора бы жить - не выживать,

А жить и вышивать по шелку

Сквозному. Смотрит ангел

в щелку,

А значит, будут заживать

Легко и просто ранки все

И все сердечные болячки,

И, если ты не склонен к спячке,

Увидишь мир во всей красе:

И шелк лазоревых небес,

И непримятый снежный

хлопок

Извилистых, неторных

тропок,

Ведущих из лесу и в лес.

Посвящается фильму "Сказка сказок"

Красное яблоко падает в снег.

Вечного времени медленный бег.

Вечного времени медленный

ход.

Красного яблока тихий полет.

Это из сказки, где нету конца.

Сказка такая одна у творца.

Красные яблоки с белых ветвей

Падают в снег. И поет соловей.

* * *

Что делать в этот день

метельный?

Желателен режим

постельный:

Лежишь себе, глядишь в окно,

Где мельтешение одно,

Где хлопья снежные летают,

Где миги, точно хлопья, тают,

А ты лежишь себе в тиши -

Успокоение души.

И ничего не происходит,

И на тебя покой нисходит,

И, суть по-прежнему тая,

Летит и тает жизнь твоя.

* * *

Давайте в черный день

подумаем о снеге,

О медленном его и неустанном

беге.

Летучие снега раскидывают

сети...

Давайте в черный день

подумаем о свете,

О будущем светло и ясно

о минувшем.

Огромное крыло над озером

уснувшим

Отбрасывая тень, в безмолвии

качнется,

И сгинет черный день, и белый

день начнется.

* * *

А мир так безнадежно плох,

Что приуныл уставший Бог.

Он под седыми облаками

Развел в отчаянье руками.

Что делать? Снова все

топить?

Или бесшумно облепить

Все покрывалом белоснежным,

Пушистым, девственным

и нежным?

* * *

Только будьте со мной, родные

мои.

Только будьте со мною.

Пусть стоят эти зимние,

зимние дни

Белоснежной стеною.

Приходите домой и гремите

ключом

Или в дверь позвоните,

И со мной говорите не знаю

о чем,

Обо всем говорите.

Ну хотя бы о том, что сегодня

метет

Да и солнце не греет,

И о том, что зимой время

быстро идет

И уже вечереет.

rg.ru

Лариса Миллер. Любимые стихи ( 15 ). Часть 1: neznakomka_18 — LiveJournal

***

Жар-птица не затем, чтобы её ловить.
А только чтоб любить её неуловимость,
Её капризный нрав и жар её любить,
И шелест ярких крыл, стремительность, и мнимость.

И счастье, и любовь лишь тем и хороши,
Что дышат у виска и не даются в руки.
Дыханье их ловя, замри и не дыши.
Нет в мире ничего счастливей этой муки.

Лариса Миллер

***

Цветные варежки висели на резинке,
И щи варились на чадящей керосинке,
На ёлке праздничной жил лебедь восковой,
Стучали ходики. Да есть ли кто живой
На той планете?

Но покамест я живая,
Я, самым кончиком пера их поддевая,
Картинки хрупкие над пропастью несу
В свой день сегодняшний в надежде, что спасу.

***

Да у меня язык не повернётся
Сказать, что кто ушёл, тот не вернётся.
Да я поверить даже не могу,
Что есть места откуда ни гу-гу.
Да я прощаться даже не умею.
Вот мамы нет, а я всё время с нею.
И как это – прощаться на века?
Я лишь умею говорить "пока".

***

«Выеду в пятницу», - было написано в ней –
В той телеграмме, которую я прочитала
Вслух, по складам, без подсказки, сама, как мечтала.
Я с той поры ничего не читала важней.

Всё было чудом в том мамином тексте простом,
В маминой весточке с юга на бланке казённом,
В той, что читала я, взглядом скользя изумлённым,
Самостоятельно в канувшем сорок шестом.

***

Сегодня дерево казнили.
Пилу в живую плоть вонзили.
Оно лежит и в облака
Глядит, зелёное пока,
И птичка сказочной расцветки
Поёт, поёт на мёртвой ветке.

***

А тогда, на начальном этапе,
Рисовала я солнце на папе,
А вернее, на снимке его.
Я не знала о нем ничего.

Лишь одно: его мина убила.
И так сильно я папу любила,
Рисовала на нем без конца.
Вышло солнышко вместо лица.

***

А соловей, влетевший в сад,
Поёт так дивно.
Гляди вперёд. Глядеть назад
Бесперспективно.

Белым бело. И темноты
Почти что нету.
Придёт зима и будешь ты
Скучать по лету.

Ну а сегодня рай земной
И завтра тоже.
Сирень стоит живой стеной,
Её тревожа,

Несильный дождик шелестит,
Листвой играя,
И никогда не улетит
Душа из рая.

***

Чего я здесь не видела, ей-богу?
Но почему-то мнится – ничего.
Вот прежде я не видела его –
Луча, что нынче выпал на дорогу.

То есть видала, но совсем другой,
Не этот. Этот только народился
И даже ускользнуть не потрудился.
Лежит себе спокойно под ногой.

И тени, что живут в моём саду,
Совсем не те, что были накануне.
И все мы первый раз живем в июне
В две тысячи двенадцатом году.

***

Какие у меня права
На небо, воздух, дерева?
И кто я им? Случайный житель,
И временна моя обитель.

И все же каждую зарю
За что-то их благодарю,
Хоть знаю — радуют и светят,
А пропаду, и не заметят.

***

Жасмин, я рада за тебя.
Я за тебя безумно рада.
Ты снова украшенье сада,
И, светлый облик твой любя,

Стараюсь так же, как и ты,
Стать чьей-то жизни украшеньем
Или хотя бы утешеньем,
Пусть слабым, как твои цветы.

***
Этот день, что уже на излёте,
Завершится на горестной ноте,
Он погаснет часа через два,
С Божьим миром простившись едва.

И в предчувствии скорой разлуки
Я ловлю его слабые звуки,
И лицо подставляю лучу,
И прощаться совсем не хочу.

***

Плывут неведомо куда по небу облака.
Какое благо иногда начать издалека,
И знать, что времени у нас избыток, как небес,
Бездонен светлого запас, а чёрного в обрез.

Плывут по небу облака, по небу облака...
Об этом первая строка и пятая строка,
И надо медленно читать и утопать в строках,
И между строчками витать в тех самых облаках,

И жизнь не хочет вразумлять и звать на смертный бой,
А только тихо изумлять подробностью любой.

***

А у сойки на тельце – небесные пятна.
Ведь летает она до небес и обратно
И на крылышках, так облегчающих вес,
Каплю краски приносит с лазурных небес.
Я никак на тебя не нарадуюсь, Боже,
Ты и небо придумал, и крылышки тоже.

***

Не трогайте меня.
Хочу остаться в норке,
Где шторки на окне,
на скатерти оборки,
Где книжный шкаф пузат,
журнальный столик кругл,
Где непременно есть
медвежий теплый угол,
Который, как и всё,
что в доме окружает,
Атаку всех ветров
успешно отражает.

***

Для грусти нету оснований,
Кочуем в длинном караване
Всех поколений и веков,
Над нами стая облаков,
А перед нами дали, дали…
И если полюбить детали,
Окажется, что мы богаты
Восходом, красками заката,
И звуками, и тишиной,
И свистом ветра за стеной,
И тем, как оживают листья
Весной. И если в бескорыстье
Земных поступков наших суть,
Не так уж тяжек этот путь.

neznakomka-18.livejournal.com

Лариса Миллер. Любимые стихи ( 15 ). Часть 2: neznakomka_18 — LiveJournal

***

На жизнь хватает. Жизни не хватает.
На жизнь хватает. И не на одну.
Но та одна, что есть, всё время тает.
И улетает. Как её верну?

Всего хватает: и любви и смеха,
И слёз, и слов, и всяческих чудес.
Есть лишь одна серьёзная помеха:
Во времени, что времени в обрез.


***

А покуда жива, а покуда
Я жива, всё надеюсь на чудо.
Стыдно, право, в мои-то лета.
Суп кипит и не мыта посуда,
И с зари до зари — маета.

И с зари до зари… ну а всё же
Сверху синь и меж ветками тоже
Синева, и деревья кругом,
Обступая меня и тревожа,
Шелестят о другом, о другом.

***

Высота берётся слёту.
Не поможет ни на йоту,
Если ночи напролёт
До измоту и до поту
Репетировать полёт.

Высота берётся сходу.
Подниматься к небосводу
Шаг за шагом день и ночь –
Всё равно, что в ступе воду
Добросовестно толочь.

Высота берётся сразу.
Не успев закончить фразу
И земных не кончив дел,
Ощутив полёта фазу,
Обнаружишь, что взлетел.

***

Меня балуют, без конца -​
Сто лет живу, а всё балуют:
То дождик в щёчку поцелует,
То солнце воду пьёт с лица.

Лишь стоит мне с постели встать,
Как небесами окружают
И светом утренним снабжают,
А ведь могли и перестать.

***

...​А там, где нет меня давно,​
Цветут сады, грохочут грозы,
Летают зоркие стрекозы
И светлых рек прозрачно дно;

И чья-то смуглая рука
Ласкает тоненькие плечи.
Там чей-то рай, там чьи-то встречи.
О юность, как ты далека!

Вернуться в твой цветущий сад
Могу лишь гостем, чтоб в сторонке
Стоять и слушать щебет звонкий
И улыбаться невпопад.

***

Что не смогли сказать слова,
То музыка договорила
И жить меня уговорила,
И, кажется, она права.

И доводы её ясны,
Хоть повторить я их не в силах.
Там что-то есть о легкокрылых,
О горьких запахах весны.

***
А у меня всего одна
Картина в рамке побелённой:
Июньский день и сад зелёный
В квадрате моего окна…

И дуба тень. И дома тыл.
Забор. А ниже, где художник
Поставить подпись позабыл, —
Омытый ливнем подорожник.

***

О том, что было, не жалей,
Утешься белизной полей
И белизной грядущих дней.
А впрочем, самому видней,

О чем жалеть и не жалеть,
Что позабыть и чем болеть.
И думы эти не затем,
Чтоб истерзать себя совсем,

А чтоб всему, что рвется прочь
Из наших рук и день и ночь
В простор печально-голубой,
Сказать: «Ступай. И бог с тобой».

* * *

Засилье синевы и трав.
И ветер, веткой поиграв,
Стихает сонно.
И все вокруг – чудесный сплав
Того, что сгинет, прахом став,
И что бездонно.

И даже малый лепесток –
Итог явлений и исток.
И жизнью бренной
Мы вносим свой посильный вклад
В не нами созданный уклад
Земли нетленной.

А вся земля белым-бела,
Роняют пух свой тополя,
И меж стволами,
Покинув бренные дела,
Летают души и тела,
Шурша крылами.

1973

***

Живи, младенческое «вдруг!»,
Уже почти замкнулся круг,
Уж две минуты до конца,
А вдруг карета у крыльца,
А вдруг жар-птица, дед с клюкой,
Края с молочною рекой.
Уходит почва из-под ног,
Ни на одной из трех дорог
Спасенья нету, как ни рвись,
И вдруг, откуда ни возьмись!..

***

Хоть бы памятку дали какую-то, что ли,
Научили бы как принимать
Эту горькую жизнь и как в случае боли
Эту боль побыстрее снимать.

Хоть бы дали инструкцию как обращаться
С этой жизнью, как справиться с ней –
Беспощадной и нежной – и как с ней прощаться
На исходе отпущенных дней...

***

О, как бы я хотела научиться,
Как дождик петь и как жасмин лучиться,
И, как лазурь, земные дни венчать.
Я завтра же попробую начать,

Пока окружена я летним садом,
Пока учителя приходят на дом,
Пока у них в любое время дня
Терпения хватает на меня.

***

Ну а пока мы в жизни смысл искали,
Нас дождь баюкал и лучи ласкали,
Нас ветерок весенний обвевал,
И зяблик во всё горло распевал,
Как будто вопрошал из гущи сада:
«Не понимаю, что ещё вам надо?»

***

Никто ведь не должен тебе ничего.
Ты праздника хочешь? Придумай его.
По песне тоскуешь? Так песню сложи
И всех окружающих приворожи.
По свету скучаешь? Чтоб радовал свет,
Ты сам излучай его. Выхода нет.

***

О, как она нужна – уютная рутина:
Чтоб коврик на полу, на стенке паутина,
Чтоб чайник закипал, чтоб дверь слегка скрипела,
Потягивался кот, дитя во сне сопело,
Чтоб весело струя лилась в большую кружку,
Чтоб были все утра похожи друг на дружку.

2013

neznakomka-18.livejournal.com

Суббота – новые стихи. ОТР, Лариса Миллер «От автора». *** Не…

Суббота – новые стихи.
ОТР, Лариса Миллер «От автора».

***
Не капризничай. Ешь, что дают.
А дают, как обычно, окрошку,
Где намешано всё понемножку:
Счастье, горе, сиротство, уют,
Ночь бессонная, добрая весть,
Чтобы горечь ночную заесть.

***
Я в утренних лучах купалась
И небу на глаза попалась.
Оно спросило: "Любишь жить?
И я люблю. Давай дружить.
Тебе я - свет, а ты мне - строки.
Тебе не стану ставить сроки.
Когда захочешь, помолчи.
Я тоже погашу лучи.
Захочешь, и на ветер бросишь
Слова. И ветерок попросишь
Пригоршню слов зажать в горсти,
И взмыть, и мне их принести".

***
Мой день текущий, ты течёшь
Под щебет пташки,
И бьёт тебя волненья дрожь,
Бегут мурашки.
И я, тетрадку теребя,
Слегка волнуюсь,
И просишь ты воспеть тебя,
Я повинуюсь.
И воспеваю штрих любой,
И близь, и дали,
И вижу я, что мы с тобой
Во всём совпали:
И я за то, чтоб свет не гас
И длилось пенье,
И пробирает нынче нас
Дрожь нетерпенья,
И остаётся лишь шажок
До благодати,
И тает в воздухе снежок,
Пойдя некстати.

***
Известно Богу одному,
И слава Богу,
Что нечто ведомо Ему
Про путь-дорогу,
Про эти тающие дни,
Про миги эти.
Мы, значит, всё же не одни
На белом свете.
И некто мудрый свысока,
Вернее, свыше,
Глядит, раздвинув облака,
С небесной крыши
На дольний мир. И хоть помочь
Не сможет чадам,
Зато Он всех, идущих в ночь,
Проводит взглядом.

***
Тем нынче хороша среда,
Что в среду не стряслась беда.
Тем нынче хороша суббота,
Что осчастливила кого-то.
Тем нынешний хорош четверг,
Что свет до ночи не померк.
Тем хороши все дни недели,
Что на свиданье к нам летели
Не для того, чтоб помешать,
А чтобы дать нам подышать.

***
А нынче новый голосок
В хор птичий влился -
Хрустален, нежен и высок
Запел, не сбился.
Я тоже верхним "ля" блесну
В весеннем хоре.
Куда приятней петь весну,
Чем мыкать горе.
Счастливым быть куда трудней,
Чем быть несчастным.
И можно ль к блеску вешних дней
Не быть причастным,
Коль всё, что надо для любви,
Плывёт нам в руки.
Ты только знай себе лови
Цвета и звуки.

***
Проснулся - приготовься к бою.
Не то с собой, не то с судьбою,
Которая зовётся рок.
Она скрутить в бараний рог
Спешит, а ты не поддавайся.
А ты вставай и одевайся.
Едва умоешься, поешь,
Ступай на воздух. Воздух свеж.
И погляди счастливым взглядом
На вешний лес, который рядом.
Ну а с судьбой, сулящей хворь
И беды, даже и не спорь.
У вас с ней разный взгляд на вещи:
Твой - ясный, а её - зловещий.
Она - про яму впереди,
А ты и ухом не веди.
Она - про смерть шипит, лютуя,
А ты слоняйся, в ус не дуя,
Под небесами, что цветут,
И сеют блики там и тут.

***
А сказать вам мою точку зрения?
Мир хорош лишь во время парения.
Лишь когда воспаряет душа,
Мир прекрасен и жизнь хороша.
Тем хотя бы, что так непохожа
На земную, где, душу тревожа,
Чередуются вторник, среда,
Будни, праздники, счастье, беда,
Ночь, которая ада кромешней,
Свет в окошке лазоревый, вешний.

-----------------------------------------------

Лариса Миллер в программе Ромы Либерова и Владимира Раевского «От автора».
Общественное телевидение России, 16.04.2019:
https://otr-online.ru/programmy/ot-avtora/larisa-miller-izmenchivost-zhizni-moya-lyubimaya-tema-36600.html?fbclid=IwAR342E8xg3FkzaJ5LF7JZkmtB-axXO6WxJmifCJnpqiKqTxpMzd_8pe9TDg

larmiller.livejournal.com

17 ноября 2018 Суббота – новые стихи. *** Ты знаешь, КТО я? Я…

17 ноября 2018
Суббота – новые стихи.

***
Ты знаешь, КТО я? Я глашатай
Полоски воздуха, зажатой
Меж твердью этой, твердью той,
Меж голой сутью и тщетой,
Меж мной и этой конопатой
Осенней рощей, где хожу,
Ищу слова и нахожу.

***
Что может сказать нам Создатель в своё оправданье,
Коль скажем ему, что ущербно его мирозданье,
Коль скажем ему, что страданьями полнится путь,
Коль спросим его в чём творения смысл и суть?
Возможно, он скажет: "Мне жаль, что живущий невесел
И что свет небесный всё мрачное не перевесил.
Надеялся я, что с небес моих льющийся свет
Сведёт все мученья и все злоключенья на нет.
Мне очень досадно и жалко, что я просчитался,
Когда светом солнечным смертных утешить пытался".
"Нет-нет, - я воскликну, - меня он спасает всегда -
Твой свет, что Ты нам посылаешь оттуда сюда".

***
Жизнь моя для меня ничего не жалеет.
Вон как лист у меня под окошком алеет,
Вон как воздух рассветный от счастья дрожит,
Вон как тропка, виясь и петляя, бежит.
А когда покупаюсь на эту приманку,
Не жалеет ни боли, ни соли на ранку.

***
Стихотворение, как хвостик,
Спешит за мной на шаткий мостик,
Потом спешит на склон крутой,
Строку закончив запятой,
Потом без всяческой заминки
Спешит по вьющейся тропинке
И вдруг, запнувшись на бегу,
Вздыхает: "Больше не могу.
Я не желаю дальше длиться.
Вполне хватает, чтоб родиться,
Мне десяти коротких строк,
Пяти оврагов, двух дорог".

***
Я, проснувшись, ещё ни во что не врубилась,
Но уже в новый день безоглядно влюбилась.
Я влюбилась, не зная о нём ни аза,
Может быть, за его голубые глаза,
И за то, что пришёл он и не поленился,
А, придя к моим окнам, лучом прислонился,
Нежный свет в мои окна так щедро лия,
Будто я для него в самом деле своя,
Как берёза вон та, как вот эта ворона,
Как вот эта слегка поредевшая крона.

***
День гнева станет днём напева,
И отовсюду - справа, слева, -
Польётся музыка, суля
Нам дни, прозрачные, как ля,
Суля летучесть, легкокрылость
Судьбы, сменившей гнев на милость.

***
Вероятно, написано мне на роду -
Коль держусь я за строчку, то не пропаду.
Ну а ежели так, родилась я в сорочке:
У меня никогда не кончаются строчки.
Я могу их с утра и до ночи рожать,
И они на плаву меня будут держать.
Вот и нынче: едва всё вокруг осветилось,
Я строку родила, за строку ухватилась.
И она меня тянет-потянет. И вот
Подо мной палый лист, надо мной небосвод.
Я не только не сгинула и не пропала,
Я на бал ослепительно пышный попала.
Я попала на празднество с лёгкой руки,
С невесомой руки стихотворной строки.

***
Где очевидцы тех времён,
Когда он был в неё влюблён -
Те небеса, лучи и птицы -
Времён счастливых очевидцы?
Где тот, кто скажет: "Помню, да!
Она была так молода,
И он был юн, и так сияли,
Завидев их, и близь, и дали,
И, за руки держась, они
Прошли стремительно сквозь дни,
И, сто шагов бесшумных сделав,
Они ушли из тех пределов.
Она ещё видна вдали,
А он совсем ушёл с земли.

***
"Я не согласна, - горячусь, - я не согласна".
А небеса глядят задумчиво и ясно,
И палый лист, не задавая мне вопроса,
Всё продолжает, не спеша, скользить с откоса.
"Я не согласна, - восклицаю, - я не буду
Вам подчиняться. Подчинюсь я только чуду,
Оно заботами своими не оставит,
Произойдёт - и по местам здесь всё расставит".

***
Всех надо утешать. Ведь здесь, на белом свете
Живут лишь старики и маленькие дети.
А, впрочем, и старик, что ползает, кряхтя, -
Он тоже не старик, а малое дитя.
Он тоже хочет быть единственным, любимым,
Всем нужным позарез и всем необходимым.
Вот и ищу слова такие день и ночь,
Которые бы всем всегда могли помочь.

***
День угасает, еле тлеет...
Надеюсь, мир к нам потеплеет,
Пускай не завтра, пусть потом.
Живя в неведеньи святом,
Всё ждём, что он не пожалеет
Для нас ни ласки, ни добра,
Ни золота, ни серебра,
Да и того, о чём не знаем,
Что он пока таит за краем
Небес, чтоб выдать на-гора.

larmiller.livejournal.com

Следующий субботний пост 12 января 2019 г. Новые стихи. Видео вечера…

Следующий субботний пост 12 января 2019 г.
Новые стихи.
Видео вечера в Музее Пастернака 16 декабря.
Сегодня в 18-00 – Лариса Миллер и Евгений Беркович.

***
А жить без боли, как не жить,
И остаётся с ней дружить.
То бишь, привыкнув к этой боли,
Не спрашивать её: "Доколе?",
А встретив вместе с ней рассвет,
Сказать ей весело: "Привет!
Что будем делать? Чем займёмся?
Надеюсь, мы с тобой споёмся.
Ты будешь жару задавать,
А я тихонько подвывать".

***
Как грустно жить средь обречённых.
Нет, надо жить средь увлечённых
И вовлечённых, и шальных,
Влюблённых, дерзких и хмельных,
Хранимых и заговорённых,
Средь тех, кто цел и невредим,
И верит, что непобедим,
И вечен, вечен, вечен, вечен,
Хотя, как все, раним, конечен,
Невечен и невозвратим.

***
Будьте счастливы срочно. Вы слышите? Срочно,
Потому что мы здесь не навек. Это точно.
Потому что мы здесь лишь на срок, лишь на миг.
И, поскольку удел наш земной невелик,
Надо поиском радости срочно заняться,
Чтоб потом пред Творцом не пришлось извиняться
За зашоренность нашу и за слепоту,
Неспособность постичь этих дней лепоту.

***
Хоть я смотрю во все глаза
На мир окрестный, ни аза,
Ну ни аза о нём не знаю,
Не ведаю, с какого краю
К существованью подойти,
И по тому ль иду пути,
Который доведёт до цели,
И есть ли цель, иль дни недели
Нам заменяют цель и суть,
А может, состоит сей путь
Из списка дел на вторник, среду,
К примеру, что купить к обеду,
Кого поздравить не забыть
С рождением.
А как нам быть,
А как нам жить на этом свете,
Гораздо лучше знают дети,
Способные вопрос задать
Тот, на который могут дать
Ответ разумный тёти, дяди,
Коль не воскликнут: "Бога ради,
Отстань. Ей-богу, надоел.
Ты кашу лучше бы доел".

***
Я должна эту явь досмотреть до конца.
И причём всесторонне - с изнанки, с лица.
Если не пережить, то хотя бы коснуться
Всех изъянов, попробовав не ужаснуться.
И, какой бы на свете не делался сюр,
Я должна досмотреть эту явь без купюр,
Я должна досмотреть эту явь без изъятий,
Обнимая всё то, что достойно объятий.

***
Я смею надеяться, всё-таки смею,
Поскольку без этого жить не умею.
Надеяться смею на светлую даль,
И с этой надеждой расстаться мне жаль.
Надеяться смею, что буду при деле
На этой, на той, на грядущей неделе.
Когда темнота нам начнёт досаждать,
Мы планы на лето начнём обсуждать,
Надеясь, что будет грядущее лето,
И мы с тобой будем, и чудо рассвета.

***
А белый лист уже лежит...
Бог даст, и строчка побежит
Там, где сейчас пуста страница,
И будет в ней надежда биться -
В строке. Она ведь бьётся там,
Где ничего не светит нам,
Помимо белизны листочка,
Где собралась родиться строчка.
А за окном, а за окном
Сияет белоснежным дном
Вселенная. Бесшумно, нежно
Летает снег. И неизбежно
Появится летучий след,
Который, - и сомнений нет, -
По снежным хлопьям, что осели
На донышке, к неясной цели,
Намеченной невемо кем,
Нас поведёт невесть зачем.

***
Не знаю, чем мы заслужили
Те времена, в которых жили
И всё живём. И кто же нас
От тех времён жутчайших спас,
Где из постели вынимали,
Из прежней жизни изымали,
Сажали в чёрный воронок,
Шутя скрутив в бараний рог.
Спасибо, Господи, что позже
Явились мы на свет. И всё же
До той эпохи, где барак
Был отчим домом, - только шаг.
И стоит только отвернуться,
Как злые времена вернутся.
И как нам надо поступить,
Чтоб помешать им наступить,
Коль мы себе же яму роем,
Назначив палача героем?

***
Колодец памяти глубок...
А день, как белый голубок,
Который только что родился
И к свету только что пробился.
И слышу детский голос дня:
"Ну что тут было до меня?"
И думаю: "А в самом деле -
Что было здесь? Ну дни летели,
Летели дни вперёд, вперёд.
Теперь настал его черёд -
Дня белоснежного, как чудо.
Что рассказать? Начать откуда?"

-------------------------------------

***
Друзья, С НАСТУПАЮЩИМ НОВЫМ ГОДОМ! И объявляю
3-недельные новогодние каникулы субботних постов «Новые стихи» - следующий пост 12 января 2019 г. При этом будет продолжено размещение текущей информации фейсбука.
Лариса Миллер

***
О поэтах и поэзии. Вечер Ларисы Миллер в Музее Бориса Пастернака 16.12.2018
https://youtu.be/nBxPnXFQofQ

***
Сегодня, 22 декабря, в 18-00
Литературно-художественный и научно-популярный
журнал «Семь искусств» (представляет Евгений Беркович, Германия)
Стихи читает Лариса Миллер (г. Москва, Россия) -
- В рамках Поэтического фестиваля «Русская поэзия за пределами России»
(г. Москва, 21-23 декабря 2018 г.).
Музей-квартира Алексея Толстого, ул. Спиридоновка, 2/6, телефон: + 7 (495) 690-09-56
http://emlira.ucoz.com/news/poehticheskij_festival_russkaja_poehzija_za_predelami_rossii_g_moskva_21_23_dekabrja_2018_goda/2018-12-09-284

larmiller.livejournal.com

Суббота – новые стихи. *** А рассвет, наступив, всё решил за меня,…

Суббота – новые стихи.

***
А рассвет, наступив, всё решил за меня,
Пожелал мне с порога счастливого дня,
Заглушил мои жалобы и причитанья
Звоном вешнего таянья и щебетанья.
Вот опять удалось ему рот мне зажать.
И пока я пыталась ему возражать,
Темнота становилась бледнее, бледнее,
И подумала я, что рассвету виднее.

***
А если ищешь понимания,
То небеса - твоя компания,
И талый снег, и певчий дрозд,
И деревянный шаткий мост
Через овраг - он весь внимание.
И, если требует душа,
То кончиком карандаша
Ты подцепи сырую веточку
И помести в тетрадку в клеточку,
Своё камлание верша.

***
Всю жизнь с собой наедине
Я провела. Ну что за мука!
Мне так нужна с собой разлука,
Но, как ни кинь, всё "я" да "мне".
И если даже кто придёт,
И поцелует, и обнимет, -
Меня со мною не разнимет
И tet-a-tet наш не прервёт.

***
Прости меня, утро. Я нынче не в форме.
Боюсь, у меня дофамина не в норме.
Прости, что грущу, дорогая весна.
Но ты же ведь тоже бываешь грустна.
Прости меня, жизнь, не суди меня строго.
Ведь этот упадок - он тоже от Бога.
Коль скроены мы по подобью Его,
То Он не скрывает от нас ничего,
Он с нами готов и тоской поделиться,
Тем паче, что еле заметна граница
Меж счастьем и болью на ранней заре.
Тем более, если весна на дворе.

***
А я со словами дружу,
Я ими не повелеваю.
Коль пить захотят, наливаю.
Коль спать захотят, не бужу.
На них никогда не кричу,
Прошу их меня не стесняться:
Хотят надо мной посмеяться,
И я заодно хохочу.
Хочу, чтоб сердечную связь
Со словом я век не теряла,
Чтоб слово в стишок мой ныряло
И плыло, от счастья светясь.

***
Ну что ж, идёт процесс познания.
Не знаю, чьё это задание.
Возможно, даже и Творца.
Возможно, Он не до конца
Продумал нас и мироздание.
Я нынче лично познаЮ,
Как выживают на краю,
Как поживают ручки с ножками,
И как мне справиться с бобошками
На кромке той, где я стою.
Как на духу всё расскажу.
Ведь я серьёзно подхожу
К тому, что свыше мне поручено.
И верю: будет всё изучено,
Коль я толково изложу.
Возможно, всё к тому идёт,
Что, всё учтя, Творец найдёт,
Что сотворил нас слишком зыбкими
И тленными. И над ошибками
Всерьёз работу проведёт.

***
Я долго жила и во что-то влюблялась,
И значит, за что-то всё время цеплялась,
За что-то цеплялась, искала пути,
Как тем, кто любим, не позволить уйти.
И я поняла, что земное устройство
Имеет одно неизменное свойство:
Нестойкость, изменчивость всюду, во всём,
И мы этот крест постоянно несём,
И тяжкая ноша, несомая нами,
Способна порой обернуться крылами.

***
Пейзаж хотела написать,
Но день вдруг вздумал угасать.
И всё так круто изменилось,
Ушло, прошло, не извинилось.
Я принялась за небосвод,
А он вдруг тоже стал не тот -
Вдруг краска прежняя исчезла,
И небывалая полезла.
Не понимаю, как тут жить,
Коль невозможно завершить
Ни холст, ни музыку, ни строчку.
Едва решу поставить точку, -
Нет строчки, завершённой мной,
А есть зачин строки иной.

***
Гляжу - разбирают мой дом по кирпичику,
И слёзы текут по не юному личику,
Просели ступени, не стало крыльца,
Не стало из пятой квартиры жильца,
Фонарь на ветру сиротливо качается...
И хоть сюда просится рифма "кончается",
Я с торной дорожки пытаюсь сойти
И рифму другую пытаюсь найти,
И шарю, и шарю вслепую и втёмную,
Ища рифму светлую, духоподъёмную.

larmiller.livejournal.com

Лариса Миллер

Лариса Миллер – поэт, прозаик, эссеист, член Союза Российских писателей (с 1979 г.) и Русского ПЕН-центра (с 1992 г.). Родилась 29 марта 1940 года в Москве, где и живет всю жизнь. В 1962 г. окончила Институт иностранных языков, преподаватель английского языка, также с 1980 г. и по настоящее время преподаёт женскую музыкальную гимнастику по системе русской танцовщицы Людмилы Алексеевой, автор новых музыкальных гимнастических этюдов (см. статьи и видео).
          Автор 22 книг стихов и прозы. В 2004 г. в издательстве «Время» вышло полное собрание стихотворений Ларисы Миллер – итог работы за 40 лет, после чего были опубликованы еще 5 сборников новых стихов.
          Начиная с февраля 2011 г. Лариса Миллер проводит уникальный литературный эксперимент, каждое утро размещая в своем блоге в Живом журнале «Стихи гуськом» стихотворный пост, иногда сопровождаемый прозаическим эссе. Каждый день блог «Стихи гуськом» читают 500 – 700 человек, не считая посетителей «зеркал» блога на Facebook, в интернет-журнале «Семь искусств», на портале «Стихи.ру» и др.
          Лариса Миллер – лауреат Премии имени Арсения и Андрея Тарковских Фестиваля кино и поэзии «Каштановый дом» (Киев, 2013 г.), Премии «За верность русской поэтической традиции» интернет-журнала «Русский переплёт» (2000 г.), вошла в шорт-лист Государственной премии Российской Федерации в области литературы и искусства 1999 года, будучи номинирована на Госпремию творческим коллективом журнала «Новый мир», в Ходатайстве которого говорится:

«Поэзия Ларисы Миллер – яркий образец торжества русской речи и русского классического стиха с его точными рифмами, лаконизмом, пушкинской, тютчевской, фетовской загадкой. Мы не знаем, почему такая поэзия никогда не устаревает, но это – счастливый факт русской культуры, её непреходящее богатство. Лариса Миллер продолжает эту традицию сегодня...».
          Стихи Ларисы Миллер переводились на сербский, польский, шведский, норвежский, английский, французский, голландский, итальянский языки. В 2000 г. в издательстве Glas в переводе на английский вышла автобиографическая проза “Dim and Distant Days”; также вышли двуязычные книги стихов в переводе на английский (“Guests of Eternity”, ARC-Publ., 2008) и голландский (Pegasus, 2011).

В 2012 г. известный итальянский славист Стефано Гардзонио, переводчик Фета и другой классической русской поэзии, опубликовал большую подборку переводов стихов Ларисы Миллер (Semicerchio, XLVI).
          Проза Ларисы Миллер – это очерки о поэтах и поэзии (Г. Иванов, Набоков, Тарковский, Ходасевич, Пастернак...), о любимых и нелюбимых фильмах, «стихи в прозе», автобиографические повести (послевоенное детство, первая любовь, «Героини ненаписанных романов», воспоминания об ушедших, «Колыбель висит над бездной»).
          Замужем с 1962 года. Муж – физик и правозащитник Борис Альтшулер.

-------------------------------------

Лариса Миллер: живу на свету

Павел Крючков

 

Когда я спрашиваю о первом читательском впечатлении от поэзии Ларисы Миллер — то почти непременно слышу о чуде простоты и особом обаянии её личной стихотворной тайны.

Многие стихи Ларисы Емельяновны зачастую кажутся даже и не написанными, а словно бы жившими всегда. Здесь почти не встретишь замысловатых рифм, неожиданных сравнений и броских парадоксов: они текучи как свет, простодушно откровенны и вместе с тем очень целомудренны. Какая-то неизъяснимая мудрая «детскость» и детская умудрённость отражаются тут друг в друге.

Точно замечено, что каждый её лирический этюд — суть рассказ, при том, что сюжетная линия обозначена почти незаметно, бережно и легко, акварельными мазками. Ласточке не нужно примеривать орлиное оперение: и Лариса Миллер издавна держится своей канонической стихотворной формы: шесть, восемь, двенадцать строк. И в этом тоже есть её загадка. Другой бы пустился в эксперимент, ударился в панику, — как же так, «застой» крови, короткое дыхание...

А Фет, а Тютчев, а поздний Георгий Иванов?

В том-то и дело, что Ларисе Миллер, как мне кажется, совершено не нужны никакие эксперименты, — её поэтическая вселенная, казалось бы, ограниченная объёмом, — на самом деле — бездонна, потому что развитие волнующих её тем измеряется высотой духа и глубиной чувства.

Это проявляется почти в любом, даже в таком, на первый взгляд, невинном стихотворении, как в этюде, посвящённом мультфильму «Ёжик в тумане»: «...Узелок — молодец. Он умеет белеть. / Пёс добрейший принёс его ёжику в пасти. / Всё здесь временно. Временны даже напасти. / И неважно, что там у судьбы на уме. / Наше дело — светиться, светиться во тьме».

Ларису Миллер привечали, любили её стихи и проникновенно писали о них наши выдающиеся поэты Арсений Тарковский и Владимир Соколов, мыслители Григорий Померанц и Наталья Леонидовна Трауберг... А еще Ларисе навсегда повезло со своим «обычным» читателем, — давно и благодарно тянущимся вместе со стихами поэта к Тому самому Свету, смысл которого мы открываем в себе каждый день.

 

Лариса Миллер в гостях у Арсения Тарковского, 1982

                

                 * * *

— Как живешь?

— Благодарствуй, живу на свету,

Вот пионы цветут, и шиповник в цвету,

И акация. Все это утром в росе,

В изумрудной, густой. Вот и новости все.

 

— Неужели других не нашлось новостей

В этом мире темнот и сплошных пропастей,

Тех, в которые ухни, — костей не собрать...

И откуда взяла ты свою благодать?

Где живешь ты, ей-богу?

— В начале села,

Я на лето полдома с террасой сняла.

 

                 * * *

Ну и как он в переводе

На земной и человечий?

Получилось что-то вроде

Бесконечно длинной речи.

Хоть бессмыслица сверкает

Тут и там и сям порою,

Но процесс нас увлекает,

Все мы заняты игрою:

Переводим, переводим

С языка оригинала,

Где-то возле смысла бродим,

Есть сюжет, а толку мало.

И пером не очень нежным

Божий замысел тревожим,

Окончанием падежным

Их скрепляя, строки множим.

Но в хорошую погоду

Свет такой оттуда льется,

Что земному переводу

Ну никак не поддается.

 

 

                 * * *

Господи Боже, спаси от тоски.

Тихо по ветру летят лепестки.

Тем хорошо, кто крылат и летуч.

Господи Боже, спаси и не мучь.

Мне бы вот так же по ветру лететь...

Ну а бескрылым куда себя деть?

Землю топтать до скончания дней,

Землю топтать и томиться на ней?

 

 

                 * * *

Грусть моя никуда не девается,

А дорога бежит, извивается,

И над лютиком кружит пчела.

Нам с рожденья назначено маяться,

Значит, я уж давно начала.

Так и маюсь с утра и до вечера.

Потерпите меня — делать нечего.

Я сама себя еле терплю,

И вопросом — зачем все заверчено

Святый Боже, Тебя тереблю.

 

 

                 * * *

Мир зеленым занавешен

Так, как будто он безгрешен,

Светоносный, голубой.

День прозрачен и неспешен.

Ты тоскуешь? Бог с тобой.

 

Погляди, как день лучится,

И дурного не случится

В этом мире. Только верь.

Тайна робкая стучится

В тихо скрипнувшую дверь.

 

 

                 * * *

А мир творится и творится,

И день, готовый испариться,

Добавил ветра и огня.

И вот уж залетела птица

В пределы будущего дня.

 

И не кончается творенье,

Как не кончается паренье

Полетом одержимых птиц,

И что ни утро — озаренье

Подъятых к небу светлых лиц.

 

 

                 * * *

Я живу у полустанка.

Жизнь короткая, как танка,

Протекает рядом с ним.

Мы под стук колесный спим,

Стук колес, гудок надсадный.

Краткость жизни — факт досадный.

Потому стараюсь, длю

Все, что в жизни я люблю.

Например, беседы эти,

Чтобы ты и я, и дети.

 

 

                 * * *

Шепни мне на ухо о том,

Что будет с нами там, потом,

Что за чертой случится с нами,

Какими нас одарят снами.

 

Шепни мне, ангел добрый мой,

Как обходиться мне самой

За той чертой, за тем пределом

Без тех, с кем я душой и телом.

 

 

                 * * *

«Ничего не поделаешь», — я говорю.

«Я почти что старухой встречаю зарю.

Но и в семьдесят я ни к чему не привыкла,

И, встречая зарю, я к окошку приникла.

Вон как небо пылает, как небо горит

И какими стихами со мной говорит!»

 

 

                 * * *

Над головой такая синь.

Ты не покинешь? Не покинь

Меня, мелодия родная.

Мне надо знать, что не одна я,

Что музыка звучит во мне,

Чтоб после зазвучать вовне.

-------------------------------------------

10 апреля 2010 года в Культурном центре «Покровские ворота» в Москве состоялся юбилейный вечер Ларисы Миллер. Были представлены две книги: сборник новых стихов «Потаенного смысла поимка» («Время», Москва, 2010) и книга эссе «Упоение заразительно» («Аграф», Москва, 2010).

Вечер вел Александр Городницкий.

Александр Гордницкий о Ларисе Миллер и ее творчестве

(выдержки из выступления)

Несколько слов о двух или трех особенностях Ларисы Миллер как литератора. Дело в том, что это обобщающее слово «литератор» сейчас в значительной мере утрачено. Мы живем в эпоху узкой специализации: есть поэты, есть прозаики, есть критики и т. д. А Лариса Миллер являет собой удивительный пример интеллектуальной культуры и объединения разных талантов и разных ипостасей.

Вот и авторская песня специализировалась как самостоятельный жанр, и с этим, вернее всего, связан ее современный кризис. Но ведь начиналось все не так, изначально авторская песня принадлежала литературе, была разделом литературы. И представители первого поколения этого жанра были поэтами. «Поющие поэты», как сказал поэт Булат Окуджава. Как заметил один умный человек с хорошей русской фамилией Альтшулер: «Авторская песня – это музыкальное интонирование русской поэтической речи» (определение принадлежит автору-исполнителю из Тулы Леониду Альтшулеру). И это полностью относится к Ларисе Миллер. Потому что ее поэзия интонируется музыкально, в чем мы с вами только что убедились и на примере Андрея Крамаренко. И будем еще убеждаться на примере Михаила Приходько и Галины Пуховой, и убеждались на примере моего покойного друга Александра Дулова, который тоже писал замечательные песни на стихи Ларисы Миллер.

Давайте попробуем понять, в чем неповторимая поэтическая индивидуальность поэта Ларисы Миллер. Обратите внимание, что стихи очень короткие. Это почти танка, я бы сказал танка удвоенная. Они избегают сложных рифм, они практически лишены сложных метафор. Но они невольно проникают в душу. В чем же дело? Сравнение с танкой не случайно. Танка – это не только форма, ее смысл в религии созерцания, синтоистском умении наблюдать за окружающим миром, неспешно его наблюдать. Я не знаю, может быть Переделкино лучшее место для такого наблюдения. В Москве как-то это ни у кого не получается.

В стихах Ларисы Миллер весь круг мироздания, в этих коротких зарисовках вмещается всё – от птиц до чувств. И создается неповторимый поэтический мир. Ее стихи можно узнать сразу. Такое воплощение синтоистской японской системы не очень типично для русской поэзии. Я не беру крайний случай моего друга Игоря Губермана, это совсем другой поворот, это ироническая поэзия. Но в серьезной философской поэзии мы не избалованы такими примерами. Тем более ценен вклад Ларисы Миллер.

Но Лариса обладает еще одним удивительным талантом. Это талант эссеиста, талант мемуариста. Я много читал о моем любимом поэте Арсении Александровиче Тарковском. Я никогда не читал ничего равного пронзительным воспоминаниям Ларисы Миллер.

Когда читаешь ее эссе – о поэтах, поэзии, о кино, вообще о жизни, всегда видно, что это проза поэта. Где грань между прозой и стихами? В чем содержание стихотворения и поэтическая музыка прозы? Существует ли такая грань? Замечательный поэт Давид Самойлов говорил: «сюжета у тебя нет в стихах, но филе есть». Под словом «филе» он имел в виду поэтическую правду. В ее прозе есть поэтическая правда. Прозаик Лариса Миллер, поэт Лариса Миллер – два звена по существу одной цепи.

Всё это в совокупности и образует то удивительное литературное явление, которое называется Лариса Миллер.

Некоторые стихи, прозвучавшие на вечере 10 апреля 2010 г.

Из книги «Потаенного смысла поимка»

***

А смертные смертных младенцев рожают,

Заботой, вниманием их окружают,

Катают в коляске, на ручках несут,

Тетёшкают, но всё равно не спасут.

О Господи, это же бесчеловечно.

Ну разве не ясно, что жить надо вечно?

Сначала у мамы своей на руках

И дальше, и дальше, и дальше в веках.

 

***

Чуть-чуть пишу, чуть-чуть читаю,

Но больше всё-таки летаю.

Летаю я куда хочу:

То в день грядущий залечу,

То залечу я в день давнишний,

Где сад был с яблоней и вишней,

Где детям было мало лет.

Ей-богу, мне прощенья нет –

Ведь небо нынче так лучилось,

А я вот снова отлучилась.

 

***

Всё чисто, тихо, гармонично.

Я убедилась в этом лично.

Тихи снега и облака.

Не поднимается рука

Писать об этом мире плохо.

Какая б ни была эпоха,

Но плакаться в такие дни

И ночи – боже сохрани.

 

***

Творенье – разве это труд?

Синь неба, листьев изумруд,

Цветок, что на земле родился,

Да разве наш Господь трудился?

Вдохнул и выдохнул – и вот

Земная твердь, небесный свод.

 

***

А я пришла сюда за светом,

За вразумительным ответом,

За добрым словом, за участьем,

Короче, я пришла за счастьем.

 

И все сюда пришли за этим.

Что в результате мы ответим,

Когда нас спросят: «Сердце радо?»

Не надо спрашивать, не надо.

 

***

День так светел и тих. Я его не хочу отпускать.

Буду воздух его пить по капле, как через соломку.

Все картинки его буду любящим взором ласкать:

И глазурный сугроб, и на дереве снега бахромку.

 

День младенчески чист и прозрачен. И всё ещё мой.

Как его ублажить, чтоб ему уходить не хотелось?

Может, радуясь свету, от счастья светиться самой?

Боже, сколько снежинок весёлых на праздник слетелось!

 

Стихи прежних лет

 

***

Я знаю тихий небосклон.

Войны не знаю. Так откуда

Вдруг чудится: еще секунда –

И твой отходит эшелон!

 

И я на мирном полустанке,

Замолкнув, как перед концом,

Ловлю тесьму твоей ушанки,

Оборотясь к тебе лицом.

1965

 

***

Не спугни. Не спугни. Подходи осторожно,

Даже если собою владеть невозможно,

Когда маленький ангел на белых крылах –

Вот еще один взмах, и еще один взмах –

К нам слетает с небес и садится меж нами,

Прикоснувшись к земле неземными крылами.

Я слежу за случившимся, веки смежив,

Чем жила я доселе, и чем ты был жив,

И моя и твоя в мире сём принадлежность –

Все неважно, когда есть безмерная нежность.

Мы не снегом – небесной осыпаны пылью.

Назови это сном. Назови это былью.

Я могу белых крыльев рукою коснуться.

Надо только привстать. Надо только проснуться.

Надо сделать лишь шаг различимый и внятный

В этой снежной ночи на земле необъятной.

1971

 

***

Неясным замыслом томим

Или от скуки, но художник

Холста коснулся осторожно,

И вот уж линии, как дым,

Струятся, вьются и текут,

Переходя одна в другую.

Художник женщину нагую

От лишних линий, как от пут,

Освобождает – грудь, рука.

Еще последний штрих умелый,

И оживут душа и тело.

Пока не ожили, пока

Она еще нема, тиха

В небытии глухом и плоском,

Творец, оставь ее наброском,

Не делай дерзкого штриха,

Не обрекай ее на блажь

Земной судьбы и на страданье.

Зачем ей непомерной данью

Платить за твой внезапный раж?

Но поздно. Тщетная мольба.

Художник одержим до дрожи:

Она вся светится и, Боже,

Рукой отводит прядь со лба.

1978

 

***

Поверь, возможны варианты,

Изменчивые дни – гаранты,

Того, что варианты есть,

Снежинки – крылышки, пуанты –

Парят и тают, их не счесть.

И мы из тающих, парящих,

Летящих, заживо горящих

В небесном и земном огне, –

Царящих и совсем пропащих

Невесть когда и где, зане

Мы не повязаны сюжетом,

Вольны мы и зимой и летом

Менять событий быстрый ход

И что-то добавлять при этом

И делать всё наоборот,

Менять ремарку «обречённо»

На «весело» и, облегчённо

Вздохнув, играть свой вариант,

Чтоб сам Всевышний увлечённо

Следил, шепча: «Какой талант!»

 

***

Сил осталось – ноль,

всё ушло в песок,

И кочует боль

из виска в висок…

Всё ушло в песок

золотой речной

Или стало в срок

лишь золой печной.

Но не всё ль равно

что куда ушло,

Коль не жжёт давно

то, что прежде жгло.

Путь закрыт назад,

и потерян ключ,

И горит закат,

я иду на луч,

И другого нет

у меня пути,

Кроме как на свет

до конца итти.

2001

 

***

Дитя лежит в своей коляске.

Ему не вырасти без ласки,

Без млечной тоненькой струи.

О Господи, дела твои.

Тугое новенькое тельце

Младенца, странника, пришельца,

Который смотрит в облака,

На землю не ступив пока.

2006

 

***

Вы меня слышите там, вдалеке?

Видите, к вам я иду налегке.

Видите, к вам я всё ближе и ближе.

Пёс мой покойный мне руки оближет.

Он не навеки – земной этот кров.

Встретимся с вами без слёз и без слов.

Все мы, с земного сошедшие круга,

Просто затихнем в объятьях друг друга.

2006

 

***

Землю снова осветили

И слегка позолотили.

Осветив земное дно,

Осветили заодно

И меня. А я и рада.

Только это мне и надо,

Чтобы много дней и лет

Появлялась я на свет.

2007

 

Из новых стихов (апрель 2010)

 

***

Болела моя детская душа:

Я утопила в море голыша,

Случайно утопила в бурном море.

Насмарку лето. Ведь такое горе.

Купили паровозик заводной,

Но нужен был единственный, родной

Голыш – нелепый бантик на макушке.

А жизнь, как оказалось, не игрушки.

 

***

А тогда, на начальном этапе

Рисовала я солнце на папе,

А, вернее, на снимке его.

Я не знала о нем ничего.

Лишь одно: его мина убила.

И так сильно я папу любила,

Рисовала на нем без конца.

Вышло солнышко вместо лица.

---------------------------------------------------

Аудиокнига (диск MP3, 314 звуковых дорожек) Ларисы Миллер «Стихи, проза, музыка» состоит из пяти альбомов. Стихи и прозу читает автор.

В первом альбоме «Стихи и музыка к стихам» представлены стихотворения 2001-2007 гг. и песни Михаила Приходько и Галины Пуховой, Петра Старчика, Александра Дулова и Любови Хотьян.

Альбом 1.

«Стихи и музыка к стихам»:

Стихотворения 2001-2007 гг. и песни на стихи Ларисы Миллер

Стихи 2007 года:

Стихи:

01 Девочка с высоким лбом

02 Хоть верится слабо в счастливый конец

03 Так рано глаза начинают слипаться.

04 Тебя помилуют, не бойся.

05 Осыпается небо родное.

06 И маленьких нас небеса окружали.

07 Поющий кустарник, поющая птица.

08 Если нет Тебя, Боже Ты мой

Михаил Приходько (музыка, пение, гитара) и Галина Пухова (пение, флейта):

09 А что там над нами в дали голубой…

10 Дождь идет и идет от зари до зари

Стихи:

11 Малютка-кузнечик стрекочет.

12 А знаешь ты зачем я тут

13 Землю снова осветили

14 Когда в июне и в июле

15 День ангела, нежной заботы.

16 Повернулась земля на незримой оси.

17 Врача вызывали? И зря вызывали.

18 При жизни разве умирают?

Михаил Приходько (музыка, пение, гитара) и Галина Пухова (пение, флейта):

19 Ангел бедный, ангел мой

20 На крыше мох и шишки

 

tunnel.ru

БЕСКОНЕЧНОЕ СПАСИБО ВСЕМ, КТО МЕНЯ ПОЗДРАВИЛ! ЛАРИСА. Суббота –…

БЕСКОНЕЧНОЕ СПАСИБО ВСЕМ, КТО
МЕНЯ ПОЗДРАВИЛ! ЛАРИСА.
Суббота – новые стихи.
Интервью порталу «Культура памяти»

***
Я родом из той допотопной поры,
Где были кругом проходные дворы,
Где в каждом заборе зияла лазейка,
Где краской по праздникам пахла скамейка,
Где снег по весне превращался в ручьи,
Где шли втихомолку святить куличи
Соседки, упрятав куличик в тряпицу,
Где, что ни мгновенье, то счастья крупица.
И всё это в сталинском было аду
В каком-нибудь сорок девятом году
Во чреве зверином, тупом, людоедском,
В домашнем, уютном раю моём детском.

***
1.
Какие там благие вести!
Уж я не жду благих вестей.
Я жду хороших новостей
Вот в этом невезучем месте:
Чтоб не пытали никого,
Чтоб невиновных не сажали,
Хлеб, молоко не дорожали,
Чтоб не бросали одного
Того, кто немощен и стар,
Чтоб власть была не воровата,
И чтоб не знали мы возврата
К эпохе карцера и нар,
Баланды, зоны и «марусь»,
Которые так любит Русь.

2.
Какие там благие вести!
Уж я не жду благих вестей.
Я жду хороших новостей
Вот в этом разнесчастном месте.
Я жду, что кончится "вчера",
Настанет новая эпоха.
На смену той, где было плохо,
Придёт счастливая пора.
Помолодеют старики,
Которым светит долголетье,
И будут радостные дети
Играть у солнечной реки.
И воздух чист, как поцелуй,
Струиться будет и струиться.
Он осчастливить нас стремится
При помощи целебных струй.
И - вот уж чудо из чудес -
Все друг на друга смотрят нежно,
И в то, что счастье неизбежно,
Не верит только мракобес.
Короче, где я? Что за сон?
Я на какой попала шарик?
Вот вижу я летит комарик,
Вот слышу грай родных ворон.
Неужто это та страна,
Что так народ свой не любила?
Что столько душ и тел сгубила?
Неужто это всё она?
Я дождалась счастливых дней
Иль это просто помраченье
И неизбежное теченье
Болезни тягостной моей?

***
Живём, горячимся. А как же иначе?
Какой интерес жить в унынье и плаче?
Здесь всё нас касается, всё нас волнует.
Волнует, что дома прохладно и дует.
Волнует, что время бежит без оглядки,
Свои демонстрируя голые пятки.
А мы так не можем, начнётся одышка,
И нам непременно нужна передышка.
Волнует прилипчивый очень мотивчик.
Вообще, человек - он, как правило, живчик.
Как правило, он - существо непростое.
Ведь есть у него ещё чувство шестое,
Чтоб он, оставаясь ранимым, телесным,
Вовек не терял своей связи с небесным.

***
Коль среда, будем праздновать среду,
Над ночными часами победу,
И рождение нового дня.
Можно праздник начать у меня,
А попозже нагрянуть к соседу.
Вот ворона, на провод сырой
Взгромоздившись, сидит, как герой
Дня, сюжета. И вымокший провод,
И ворона на нём, чем не повод,
Если праздничный нужен настрой?
А тем более, коль окоём
Сам готов поучаствовать в нём.

***
И мнится, мне дали когда-то задание
Жить так, чтобы не обмануть ожидание
Ни близких, ни дальних, вообще никого.
Должна я все чаянья до одного
Исполнить, чтоб не огорчить мироздание.
Я знаю прекрасно, какой это грех
Вдруг взять и расстроить и этих, и тех,
И всех, кто живёт и на что-то надеется.
Коль я не позволю надеждам развеяться,
То это и будет мой главный успех.

***
Ну как мне жить на свете хворой?
Ведь я хочу быть всем опорой,
Хочу я близким помогать,
Но вот должна недомогать.
И я не быт земной латаю -
Пилюлю горькую глотаю
И, если средства нахожу,
То на пилюли извожу.
Но почему, сама не знаю,
Я иногда от счастья таю.
Едва коснусь тебя плечом,
И всё мне, вроде, нипочём.
А если за руки возьмёмся,
То тут уж точно мы прорвёмся.
Куда - не знаю, но туда,
Куда не вхожи боль, беда.

***
Оттолкнут, потом обнимут,
Всё дадут, потом отнимут,
Всё на свете посулят
И тотчас же насолят,
Да такой солёной солью,
Что вся жизнь вдруг станет болью,
И тебе не хватит сил
Выносить, что выносил.
Но как станешь слать проклятья,
Вновь возьмут тебя в объятья.
И, забыв всю боль и зло,
Ты решишь, что повезло,
Сложишь стих, где жизнь голубкой
Назовёшь. Ранимой, хрупкой.

***
Зачем-то поручили небеса
Мне опекать шальные словеса,
Искать для них хорошее местечко,
Чтоб рядом лес, неподалёку речка,
Чтоб до поляны - пять минут ходьбы.
Что делать? Не уйти мне от судьбы.
Сны о тебе, тоска моя по маме,
И хворь, и боль - словами всё, словами.
Без слова не могу прожить ни дня.
А слово проживёт ли без меня?

***
- Пускай рождают чьи-то речи
«Сердцебиение при звуке»,
Пусть будет радостно при встрече,
Пусть будет горько при разлуке,
Хочу, чтоб в зеркальце ловилась
Полузабытая улыбка,
И чтобы зеркальце не билось,
Хоть всё на свете очень зыбко.
- Ну что за странные замашки?
Уж не весна ли так балует?
Ты, может, хочешь на ромашке
Гадать: мол, плюнет, поцелует?
- Ну да, хочу, хоть и нелепо,
Почти утратив оперенье,
Любить весну и юность слепо
И даже жаждать повторенья.

***
Из обжИтого "тут" в неуютное "там"
За живущими прежде я шла по пятам.
И сегодня шагаю я тем же маршрутом,
Но не с лёгкой душой, а в отчаянье лютом,
Так как знаю, куда приведёт этот путь.
И хотя я с него не способна свернуть,
Всё же чудится мне: мир так дивно устроен,
Что вот-вот я услышу: "Маршрут перестроен".

-------------------------------------
24.03.2019. Портал «Культура памяти».
Лариса Миллер - откровенный разговор // Сергей Шнуров, Арсений Тарковский, Андрей Тарковский, Резо Габриадзе и Рустам Хамдамов, Наталья Громова, Тамара Петкевич, любовь, образование в России, Алексеевская гимнастика, стихи из книги «Волшебный след»:
https://youtu.be/uxAhFC_3bmM

larmiller.livejournal.com

Суббота – новые стихи «НГ-Ex libris» о новой книге стихов *** А день…

Суббота – новые стихи
«НГ-Ex libris» о новой книге стихов

***
А день народившийся - он грудничок.
Ах, не повредить бы его родничок.
Процесс зарастания дырочки в темени -
Процесс судьбоносный и требует времени,
И требует нежной заботы от нас.
Давайте, пока этот день не погас,
Не канул, приложим усилия дружные,
Ему обеспечив условия нужные
Для жизни, для радости и для забав,
И тем сохраним его радостный нрав.
И, коль ему будет на что оглянуться,
Он может быть даже захочет вернуться,
На нашу заботу ответив добром -
Травы изумрудом, росы серебром.

***
Опять весна. Благие вести.
Опять глаза на мокром месте
От умиления. Опять
Сквозь слёзы хочется сиять
По поводу возникшей травки
И светового дня прибавки,
И тянет улыбаться всем,
Кто, как и я, не насовсем.

***
Как вспомнишь, что может на свете случаться,
Так сразу расхочешь всерьёз огорчаться
По всяким безделицам и мелочам,
И будешь, лицо подставляя лучам,
Лицо подставляя лучам щекотливым,
Считать себя чуть ли не самым счастливым.

***
Деньки в лучах весенних тонут...
Живи, живи, тебя не тронут,
Не причинят тебе вреда.
Есть только солнце и вода,
Есть только солнце и водичка,
В которую нырнула птичка,
Задев крылами облака,
Текущие издалека.

***
О жизнь моя, жизнь, я насквозь тебя вижу,
Но словом недобрым тебя не обижу,
И каждый твой вздох благодарно ловлю,
Поскольку тебя очень сильно люблю.
И, если любовью люблю безответной,
И, если не мне шлёшь ты луч предрассветный,
И, коль не меня ты имеешь в виду,
Творя ослепительных дней череду,
И, если твой май, что певуч и прозрачен,
Не мне, а кому-то ещё предназначен,
То даже и то, что ты даришь другим,
Подарком становится мне дорогим.

***
Такая вдруг тоска накатит,
Что кажется лучей не хватит
Небесных, чтоб тоску унять
И мой поникший дух поднять.
И стоит ли со мной возиться,
И не давать мне погрузиться
В тоску, которая без дна?
Ведь я у жизни не одна.
Ведь у неё полно подобных
Капризных тварей неудобных:
Им даришь вешние лучи -
Они блуждают, как в ночи.
А после в слякоть и ненастье
Теряют голову от счастья.

***
Ах, воздух, ты мне ближе всех.
Тебя любить совсем не грех.
Ну сам подумай: кто мне ближе
Тебя? Ты всюду: выше, ниже,
Поодаль, рядом и вокруг,
Касаешься лица и рук.
Когда тебя не замечаю,
Я всё равно души не чаю
В тебе. Во сне ли, наяву
Я без тебя не проживу.
Когда же век мой прекратится,
В тебя хочу я превратиться,
Хочу, чтоб до скончанья дня
Летали птицы сквозь меня.

***
Хочу задорно почирикать,
А получается нытьё.
Хочу я всех сюда покликать,
Но здесь тоскливое житьё.
Хочу обрадовать всех близких,
Но повода не нахожу.
Так много туч тяжёлых, низких
Нависло там, где я хожу.
Но всё ж зарницу, сполох, вспышку
Надеюсь, я не упущу.
Заметив, суну их подмышку
И в день текущий притащу.

***
Грустить легко, а радоваться трудно.
Казалось бы, и травка изумрудна
И воздух чист, и видно далеко,
Но всё же только мучиться легко.
Мы мучиться умеем виртуозно -
Страдать, рыдать, просить о чём-то слёзно,
А вот стишки счастливые строчить
Нам не дано, и надо нас учить.
И я, пока весна не испарилась,
С одним скворцом вчера договорилась,
Что будет он нас утречком будить,
Уроки счастья с нами проводить,
И выставлять нам честные отметки,
Следя за нами с тополиной ветки.

***
Я здесь ничем не обладаю,
Я лишь порядок соблюдаю,
Что установлен на земной
Поверхности совсем не мной.
И я должна признаться честно -
Мне в этих рамках страшно тесно:
То тут конец, то там предел,
Ну что за нищенский удел?
О жизнь моя, ведь ты сама-то
Живёшь, не ведая заката,
Беря любую высоту,
А нам оседлости черту
Ты для чего-то сочинила,
И боль тем самым причинила,
И не даёшь себе труда
Позвать и нас с собой туда,
Куда сама летишь, не зная
Ни срока, ни конца, ни края.

-------------------------------------------

***
17 мая 2018 г., «НГ Ex libris»:
Лариса Миллер, «А между тем»
– М.: Агентство ФТМ, 2018. – 438 с. ISBN 978-5-4467-3230-2
1965–2017 годы – таков временной охват стихотворений, вошедших в авторское собрание лирики поэта, прозаика Ларисы Миллер. Книга состоит из четырех разделов: «Судьбы картинки: 1965–1999 гг.», «Надышали и живем: 2000–2009 гг.», «Волшебный след: 2010–2014 гг.», «В утреннюю смену: 2015–2017 гг.», которые, в свою очередь, делятся на подразделы по годам. Вот из раннего: «Жить на свете – что может быть проще? –/ И в июньской полуденной роще/ Меж стволами бродить и бродить,/ И, беседы утративши нить,/ Все брести, не заметив молчанья,/ В сонной роще, где вечно качанье/ И поскрипывание ствола/ И на землю стекает смола». «А между тем» включает также суждения автора о рифме («Рифма и есть тот самый наконечник, от которого зависит успех всего дела»), интервью «Слово – огонь, не спаливший бумаги», дополненное пятью стихотворениями, перечень книг Ларисы Миллер и алфавитный указатель
***
Книга «А между тем» – в интернет-магазинах
(на обложке – картина Галины Эдельман «Улетающая»):
https://www.litres.ru/larisa-miller/a-mezhdu-tem/

larmiller.livejournal.com


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.