Губерман стихи про женщин


сарказм и самоирония в чистом виде

Игорь Губерман — настоящий король сатиры и самоиронии. Каждое его четверостишие, которые уже давно выделили как отдельный жанр под названием «гарики», наполнено глубочайшей мудростью жизни, но написано понятным для каждого языком.

Столкнувшись с творчеством Губермана хотя бы раз в жизни, навсегда становишься фанатом поэта. И со временем у каждого такого фаната появляется любимая подборка «гариков» на все случаи жизни.

Мы подобрали для тебя 31 самое колкое, честное и уморительное четверостишие, которое ни за что не оставит тебя безразличным.

Любил я книги, выпивку и женщин.
И большего у бога не просил.
Теперь азарт мой возрастом уменьшен.
Теперь уже на книги нету сил.

Доволен я сполна своей судьбой.
И старюсь я красиво, слава богу.
И девушки бросаются гурьбой
меня перевести через дорогу.

Хоть лестна слава бедному еврею,
но горек упоения экстаз,
я так неудержимо бронзовею,
что звякаю, садясь на унитаз.

В душе моей не тускло и не пусто,
и даму если вижу в неглиже,
я чувствую в себе живое чувство,
но это чувство юмора уже.

Мужчина должен жить не суетясь,
а мудрому предавшись разгильдяйству,
чтоб женщина, с работы возвратясь,
спокойно отдыхала по хозяйству.

Я дряхлостью нисколько не смущен,
и часто в алкогольном кураже
я бегаю за девками еще,
но только очень медленно уже.

Красоток я любил не очень
и не по скудности деньжат:
красоток даже среди ночи
волнует, как они лежат.

Старушки мне легко прощают
всё неприличное и пошлое,
во мне старушки ощущают
их не случившееся прошлое.

Всего слабей усваивают люди,
взаимным обучаясь отношениям,
что слишком залезать в чужие судьбы
возможно лишь по личным приглашениям.

Люблю людей и, по наивности,
открыто с ними говорю
и жду распахнутой взаимности,
а после горестно курю.

Я никак не пойму, отчего
так я к женщинам пагубно слаб;
может быть, из ребра моего
было сделано несколько баб?

За то люблю я разгильдяев,
блаженных духом, как тюлень,
что нет меж ними негодяев
и делать пакости им лень.

А мужикам понять пора бы,
напрасно рты не разевая,
что мирозданья стержень — бабы,
чья хрупкость — маска боевая.

Поездил я по разным странам,
печаль моя как мир стара:
какой подлец везде над краном
повесил зеркало с утра?

Душа порой бывает так задета,
что можно только выть или орать;
я плюнул бы в ранимого эстета,
но зеркало придется вытирать.

Душа всегда у нас болит,
пока она жива и зряча,
и смех — целебный самый вид
и сострадания, и плача.

Ну что, уже составил топ своих любимых «гариков»? Вот бы у каждого получалось относиться к жизненным неурядицам с таким искрометным чувством юмора.

Обязательно поделись этой подборкой со своими друзьями и заодно почитай 25 вечных цитат из «Мастера и Маргариты».

ofigenno.com

Избранные гарики Игоря Губермана

Когда устал и жить не хочешь,

полезно вспомнить в гневе белом,

что есть такие дни и ночи,

что жизнь оправдывают в целом.


Надо жить наобум, напролом, 

наугад и на ощупь во мгле, 

ибо нынче сидим за столом, 

а назавтра лежим на столе.


С азартом жить на свете так опасно, 

любые так рискованны пути, 

что понял я однажды очень ясно: 

живым из этой жизни — не уйти.


Идея найдена не мной,

но это ценное напутствие:

чтоб жить в согласии с женой,

я спорю с ней в её отсутствие.


Я научность не нарушу, 

повторив несчётный раз: 

если можно плюнуть в душу — 

значит, есть она у нас.


Вот человек. При всяком строе 

болел, работал, услаждался 

и загибался, не усвоив, 

зачем он, собственно, рождался.


Звоните поздней ночью мне, друзья,

не бойтесь помешать и разбудить;

кошмарно близок час, когда нельзя

и некуда нам будет позвонить.


Не те, кого не замечаем,

а те, с кем соли съели пуд

и в ком давно души не чаем,

нас неожиданно @бут.


Опыт не улучшил никого;

те, кого улучшил, врут безбожно;

опыт — это знание того,

что уже исправить невозможно.


Я мысленно сказал себе: постой,

Ты стар уже, не рвись и не клубись – 

Ты слышишь запах осени густой?

И сам себе ответил: отъ@бись.


Пока ещё в душе чадит огарок 

печалей, интереса, наслаждения, 

я жизнь воспринимаю как подарок, 

мне посланный от Бога в день рождения.


Навряд ли в Божий план входило, 

чтобы незрячих вёл мудила.


Ища путей из круга бедствий,

не забывай, что никому 

не обходилось без последствий 

прикосновение к дерьму.


Давно уже две жизни я живу,

одной — внутри себя, другой — наружно;

какую я реальной назову?

Не знаю, мне порой в обеих чуждо.


Строки вяжутся в стишок,

море лижет сушу.

Дети какают в горшок,

а большие — в душу.


Забавен наш пожизненный удел 

расписывать свой день и даже час, 

как если бы теченье наших дел 

действительно зависело от нас.


Обманчива наша земная стезя, 

идёшь то туда, то обратно, 

и дважды войти в ту же реку нельзя, 

а в то же говно — многократно.


Во мне то булькает кипение, 

то прямо в порох брызжет искра;

пошли мне, Господи, терпение, 

но только очень, очень быстро.


Хочу богатством насладиться 

не для покоя и приятства, 

а чтобы лично убедиться, 

что нету счастья от богатства.


С утра душа ещё намерена 

исполнить всё, что ей назначено, 

с утра не всё ещё потеряно, 

с утра не всё ещё растрачено.


Разуверясь в иллюзии нежной,

мы при первой малейшей возможности

обзаводимся новой надеждой,

столь же явной в её безнадёжности.


У бабы во все времена —

жара на дворе или стужа —

потребность любви так сильна,

что любит она даже мужа.


А жизнь летит, и жить охота,

и слепо мечутся сердца

меж оптимизмом идиота

и пессимизмом мудреца.


Я устал. Надоели дети, 

бабы, водка и пироги. 

Что же держит меня на свете? 

Чувство юмора и долги.


У нас полно разумных доводов,

из фактов яркий винегрет,

и много чисто личных поводов,

чтобы в любой поверить бред.  

statusas.ru

Игорь Губерман гарики

 

Я рад, что вновь сижу с тобой,

сейчас бутылку мы откроем,

мы объявили пьянству бой,

но надо выпить перед боем.


Привычка думать головой –

одна из черт сугубо личных,

поскольку ум, как таковой,

у разных лиц – в местах различных.


Мужик тугим узлом совьется, 

но если пламя в нем клокочет – 

всегда от женщины добьется 

того, что женщина захочет.


Я душевно вполне здоров,

но шалею, ловя удачу;

из наломанных мною дров

я легко бы построил дачу.


С Богом я общаюсь без нытья

 и не причиняя беспокойства;

глупо на устройство бытия

 жаловаться автору устройства.


Привычка думать головой —

одна из черт сугубо личных,

поскольку ум, как таковой,

у разных лиц — в местах различных.


Весьма порой мешает мне заснуть

 волнующая, как ни поверни,

открывшаяся мне внезапно суть

 какой-нибудь немыслимой херни.


Теперь я понимаю очень ясно,

и чувствую, и вижу очень зримо:

неважно, что мгновение прекрасно,

а важно, что оно неповторимо.


Следя, как неуклонно дни и ночи

смываются невидимой рекой,

упрямо жить без веры – тяжко очень,

поскольку нет надежды никакой.


Заметно и поверхностному взгляду,

что ценность человека измерима

его сопротивлением распаду,

который происходит в нас незримо.


Мы дарим женщине цветы, 

звезду с небес, круженье бала 

и переходим с ней на «ты», 

а после дарим очень мало.


Двух устремлений постоянство

хранит в себе людское племя:

страсть к одолению пространства

и страсть к покою в то же время.


Похоже, я немного раздвоился,

при этом не во сне, а наяву:

я тот люблю дурдом, где я родился,

и тот люблю дурдом, где я живу.


Мы видим по-иному суть и связь,

устав и запредельно измочалясь,

кудрявые не знают, веселясь,

того, что знают лысые, печалясь.


Сначала длится срок учебный,

потом – рабочий длинный срок,

за ним – короткий срок лечебный,

а дальше – выход за порог. 

statusas.ru

Игорь Губерман гарики. Любимые )

♦ Я б рад работать и трудиться,
я чужд надменности пижонской,
но слишком портит наши лица
печать заезженности конской.

♦ Бывает – проснешься, как птица,
Крылатой пружиной на взводе,
И хочется жить и трудиться;
Но к завтраку это проходит.

♦ Всему ища вину во вне,
Я злился так, что лез из кожи,
А что вина всегда во мне,
Я догадался много позже.

♦ Хотя и сладостен азарт
по сразу двум идти дорогам,
нельзя одной колодой карт
играть и с Дьяволом и с Богом…

♦ Вчера я, вдруг, подумал на досуге —
Нечаянно, украдкой, воровато —
Что, если мы и вправду Божьи слуги,
То счастье — не подарок, а зарплата.

♦ Я чертей из тихого омута
знаю лично — страшны их лица;
в самой светлой душе есть комната,
где кромешная тьма клубится.

          И Губерман женщинах >>>

С историей не близко, но знаком,
я славу нашу вижу очень ясно:
мы стали негасимым маяком,
сияющем по курсу, где опасно.

♦ Не в силах жить я коллективно:
по воле тягостного рока
мне с идиотами противно,
а среди умных — одиноко!

♦ Не стану врагу я желать по вражде
ночей под тюремным замком,
но пусть он походит по малой нужде
то уксусом, то кипятком.

♦ Люблю отчизну я. А кто теперь не знает,
Что истая любовь чревата муками?
И родина мне щедро изменяет
С подонками, прохвостами и суками.

♦ Среди других есть бог упрямства,
И кто служил ему серьезно,
Тому и время, и пространство
Сдаются рано или поздно.

♦ Застольные люблю я разговоры,
Которыми от рабства мы богаты:
О веке нашем — все мы прокуроры,
О бл...ве нашем — все мы адвокаты.

♦ Остыв от жара собственных страстей,
Ослепнув от загара жирной копоти,
Преступно мы стремимся влить в детей
Наш холод, настоявшийся на опыте.



♦ Повсюду, где забава и забота,
На свете нет страшнее ничего,
Чем цепкая серьезность идиота
И хмурая старательность его.
♦ Мы варимся в странном компоте,
Где лгут за глаза и в глаза,
Где каждый в отдельности – против,
А вместе – решительно за.

♦ Жаждущих уверовать так много,
что во храмах тесно стало вновь,
там через обряды ищут Бога,
как через соитие — любовь.

♦ Добро уныло и занудливо,
И постный вид, и ходит боком,
А зло обильно и причудливо,
Со вкусом, запахом и соком.

♦ Напрасны страх, тоска и ропот,
Когда судьба влечет во тьму;
В беде всегда есть новый опыт,
Полезный духу и уму.

♦ В неволе я от сытости лечился,
Учился полу взгляды понимать,
С достоинством проигрывать учился
И выигрыши спокойно принимать.

♦ Во мне смеркаться стал огонь;
сорвав постылую узду,
теперь я просто старый конь,
пославший на хер борозду.

♦ Из лет, надеждами богатых,
на встречу ветру и волне
мы выплываем на фрегатах,
а доплываем на бревне.

♦ Безоблачная старость – это миф,
Поскольку наша память – ширь морская,
И к ночи начинается прилив,
Со дна обломки прошлого таская.

♦ Я охладел к научным книжкам
Не потому, что стал ленив;
Ученья корень горек слишком,
А плод, как правило, червив.

♦ Огромен долг наш разным людям,
а близким — более других:
должны мы тем, кого мы любим —
уже за то, что любим их.

♦ Россия – странный садовод
И всю планету поражает,
Верша свой цикл наоборот:
Сперва растит, потом сажает.

♦ О том, что подлость заразительна
И через воздух размножается,
Известно всем, но утешительно,
Что ей не каждый заражается.

♦ В любом и всяческом творце
Заметно с первого же взгляда,
Что в каждом творческом лице
Есть доля творческого зада.
♦ Чем пошлей, глупей и примитивней
Фильмы о красивости страданий,
Тем я плачу гуще и активней,
И безмерно счастлив от рыданий.

Забрать себе!

333afo.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.