Екатерина захаркив стихи


Цирк "Олимп" TV | Каждый ангел ужасен

15 Ноябрь 2018 | Цирк "Олимп"+TV № 29 (62), 2018 | Просмотров: 1186 |

Екатерина Захаркив

 

Екатерина Захаркив, поэтесса, переводчица, редактор, критик. Родилась в 1990 г. в Магадане, с 1993 г. живет в Москве, окончила Архитектурную школу (2005), Литературный институт (2015), магистратуру Института лингвистики РГГУ (2017), в настоящее время учится в аспирантуре Института языкознания РАН. Преподает русский и английский языки. Лауреат Премии Аркадия Драгомощенко (2016). Участник фестивалей современной поэзии, публиковалась в журналах Воздух, НЛО, Носорог, сайтах Литературная карта России, Sygma и др. Автор книги «Felicity conditions” (АРГО-РИСК, 2017).

Жене

Вторая элегия

тяга, что длится от диких цветков первопроходца
нет неподвижности, способной ее удержать, ибо новое царство --
я слышу шорох его электрических тканей, укутавших бомбардировку
и нет бури, способной его заглушить

он бродит в неясной строфе, с окончательным звоном смешавшись
станка, слившись с кристаллами пота
в завершении смены, превысившей нас
как синева нежных жил превышает
сумеречную прохладу

иглы шелеста, проницающие дисциплину
производительный ритм, осененный спазматической страстью
каждый трудовой момент ужасен, и все же
вас, почти смертоносные птицы, я воспеваю

зная о вас

прячется древесина, истребитель глаза закрывает
в тихой грезе весны

каждый партиец ужасен, и если б теперь
там за звездами, грозный, спускаясь, приблизился
хотя бы на миг
убиты мы собственным сердцебиением были бы.
кто вы?
под властным метром эндорфиновых стягов
испытывать облако инверсивности
отсчитывая обороты

 

***

быть может, нутро отрывков образует содружество
–  говорит, с двоением леса
сплетая подвижность костра

горячие скважины взора
наслаивая на фигуры горения
прыжки копоти по лицу, серии искр
в дым одетую телоречь

быть может, теперь у них общее сердце
и звук его слышен везде

в зонах наших прогулок, включая
губы собрания: так же и я поступлю

чтобы уже ничего не осталось
ни единого места

кроме неразличимых точек
мигания смерти
рассыпанных, как пионеры, по свету

покуда их общее сердце
–  конклав исступленный
скрещение предприятий
звук его выворачивает язык других

читающих поочередно
ввинчиваясь в будущие спирали:

ты – моей крови...
эта комната,
эта весна
полны тобой

 

***
я буду видеть тебя яснее и протяженней
в толще нацменов вдоль застройки массивов
под трудный плач их, несомый
остатками ветра по окраинам спящих общин

любимая, лишь солнце взошло, твердыня
сопротивления
арендована под палую пахоту

одно за другим уходят в скважины инфраструктуры
такси-насекомые, оборудованные новейшим летом
предлагая сервис деревьев в смазанной зелени
колкие звуки голоса, растворенного фильтром –
предисловие к тишине, которая нас не зацепит

...твои руки, запускающие аттракцион...
(чертящие контуры бледного моря)
...растерянные пешеходы... утопленники...

увидеть яснее, пробуксовывая на кусках отшлифованной скорби
через тонированное стекло, похожее на нефть
во рту мавзолея, в павильонах долгих каникул
на дискотеке, клубящейся над корпорацией

 

***
снова жарким отливом сердце задето

как ты и подумал – скорая лава гипотезы 
обгоревшие органы эпистемы
отростки-удавы раздвоенным языком расшивают время

не только время, но и место
селенье, ложе
почву, жилище

среди темных зданий, струящихся в облака
в хищных формах, давящих сверху
смеркаются крылья, металлической хлопая мглой
вакуум бросая в пространства, которыми дышим

неточно овеществляя смерть
в себе, здесь, в плоских знаках
спрятав лицо, стирающееся в рапиде

то ли слова завершаются прикосновением жалящим
то ли сумрачный этот напев разрывает тонкую пленку

слышим его одного и помним: вот наш предел
когда он отступает, бледнея прерывисто
оставляя лишь слабые отпечатки в зазорах записи

почему в ожидании связи соль и молчание
налипают на ночь, обнаженную, в плазменном ободке?

видишь, позвал я любимую, но в беге блаженном
опережает меня
и даже зов мой не успевает сковать ее

в линиях виртуальных, скопленных на асфальте
в искривлении улиц, в светящихся боксах, в эффектах

технически ощутимой среды

 

***
Неподвижны 
деревья; 
дома, публичные бассейны, кафе и вокзалы – устойчивы.
 Устойчивы дворцы производства, постаменты. Только мы сами мимо проходим под стать воздушным теченьям. Образы трансформаций уже заполнили наши полости, наши тела размыкаются, или живые, или мертвые, или раскрытый рот, или яма в сырой земле... Нас все утаивает, замалчивает. Опасная необходимость в чистой длительности превращает нас в переход из места в место, в пересечение мест, в распространение оттенков: от обморока до упадка, от взгляда до множащихся ласк, от письма до закольцованного смысла, от дремлющей случайности до острых перьев, взмахов легких, которым вверяемся. Бывшие кондукторы теперь работают в трамваях ветра, несущих желание, в звездных ларьках продаются огарки политики, и вместе работники пишут на плакатах ночной экспансии: «против границ, которые прокладывает труд». Жизнь, преображаясь, идет, и внешний мир убывает.

 

***
смотрит сквозь нас, моросью выдыхая
неучтенный
наплывающий, как стекло
трубы осени начинают дымиться с краев проспекта
радиоактивны наши шаги, превращенные в цифру
идущую подле

кем бы ты ни был, клацающий в секунде
взгляд твой чернеет
из движения тесного вынимая
хрипы, глухие периметры гаражей
пограничные листья, сколотые эмблемы
розовую примятую шерсть правителя

когда небо жадно сжимает тело-осколок
петь
 потаенного,
 петь
 виновного, 
петь 
проточного
 бога
 (крови)
так подобает соприкасаться
в стройной дрожи электрической цепи
рассыпанного коннекта
поверх чтения, свершенного после нас

 

***
кто однажды заметит подобное исчезновение?
чья нефть станет темнее в переполненном взоре?
в зимне-осенних работах сплошь несказанное

трубопровод, трансгаз, конденсат, ТГК-1
в орде листвы, сверхсчетных осадков
ночь проходит, как еще одно тело вращения
тороиды, цилиндры, голоса, голоса

в концернах энергии тепловой
в компрессорном цехе
подержи меня за руку, пока не пришли другие
ученики технологического производства

моторное топливо влито в подошвы текста?
нет, бесплановая миграция профильных подразделений

застава призраков в устройстве отслеживания
где ты окажешься, когда              найду тебя

www.cirkolimp-tv.ru

Подборка стихотворений Екатерины Захаркив - Stenograme

***

варвары обрамляющие воздух волосы
веретено пальцы крови мы потеряем все
остальные чувства эти чувства в мире где ты
стал их практическим подтверждением

вот твой рот плавит знаки в огне
полиция в телевидении приводит в
алфавитный порядок субъекта

слишком поздно, бассейны солнц
слишком поздно, европа, равнины плац
голос кастрата, тайный фашио медленных глаз

ямы в земле;
беспамятное воспоминание
ни о чем кроме конца света

 

***

мы зашли в более дальние, более темные камеры
за химией цвета и вообще за природой зрения
где деньги и фотографии не подступают к горлу
где реальность и отраженные образы
поглощены феноменом расстояния
избавленные от присутствия нашего детства

когда мы приехали в парк в выходные
летнее солнце, световые волны предметов
большие замки из темно-зеленой пластмассы
 — теперь уже за невинностью взгляда
в разорванных документах за порогом отличия
более молодые лица родителей
маленькие пейзажи на ладонях дошкольников
кленовые листья, бензиновые разводы

дальше все отступая и отступая
на этом изображении извлеченном из затемнения
когда достигнув предела маргинальности места
и предела первой любви мы избавили
эту политику и эти карточки
от присутствия нашей юности

образуя единую ось, совпадая зрачками
чувствуя наготу дистанции
как свою собственную наготу
вопреки невидимому дыму всех мертвых
и похожему дыму живых

мы наконец зашли за разнородный ряд
в самую глубину процесса
где шум отражается от шума
и нет никакого огня

 

***

марсианские жители разворачивают пистолетики
полегшая грамматика открывает глаза в нули
но только лишь это терзает на странном фронте
и бережет мою кровь обезболивающую язык

но в западне он все равно раздваивается и выдает:
если в одной его части тебе обжигает висок
то в другой я могу наблюдать как человек
человеку сломленный волк
у посольства речи

как метки — веки твои, как лучи вертолета
кромсают твой сон, как врезаются в кожу
ипсилон, рцы, дабль-ве, обломки света

 

***

например, тебя можно узнать по твоему переливу
то есть уклону от массы, протяженности, тени
вместе с тем
места без тебя — твои могилы
ты движешься между ними

к горлу подступает некий код ближе, плотнее
я говорю сквозь предметы
предмет столбенеет при виде другого предмета
боль сторонится предметов

невозможно стать измеримыми
мы по-прежнему не подлежим прочтению
нас вообще нет
и нет пореза отделяющего нас — нами же — от мира
есть технэ лиц
и некогда здесь была полоса реки

 

***

усталость листьев
вкрапленных в окрестный состав
ранним утром он брезжит шепотом
опадая не в силах обнять
тебя никогда не объятого в ткани района
пылью рук закрывающего пыль лица
зачем-то стоя за гаражом
пока все сплетенья
болтаются без правил в воздухе

пока стыд не соберет весь этот толченый кварц
трогая глухую струну
пока страх пока
подозрительные предметы не собьют тебя в слаженный ряд
но тебе все-таки не по себе вот тебе иллокуция
думаешь ты глядя на пыльцу задремавшей уборщицы
что вообще это падает небо крошечным кварцем
таким одинаковым со всем веществом

 

***

господи что это горькие рвущие запахи осени
теперь неважно кто из них/нас первым решил обернуться
судороги овеществления
изгнали желаемое, теперь выписывая — не выговаривая
люби меня лишь глазами — благодаря тому самому телу
облепленному черным песком нью эйджа, телу
все еще ожидающему у лифтовой шахты
когда к нему спустится мир

 

Фотография Лёши Кручковского.

stenograme.ru

«Полюса». Татьян Грауз — Екатерина Захаркив

18 января 2018 г. в 19:00

Музей Серебряного века

Татьяна Грауз — поэт, прозаик, эссеист. Окончила 1-й Московский медицинский институт и театроведческий факультет ГИТИСа. Стихи и рассказы публиковались в журналах «Новый мир», «Воздух», «Знамя», «Волга» и др. Автор четырех книг стихов. Лауреат премии журнала «Футурум АРТ» (2001), премии журнала «Окно» (2011), Международной отметины имени отца русского футуризма Давида Бурлюка (2017).

Екатерина Захаркив — поэт. Окончила Литературный институт им. А. М. Горького. Стихи публиковались в журналах «Воздух», «Ышшо одын», на сетевых ресурсах «Сигма», Stenograme, «Новая литературная карта России», «Полутона». Автор книги стихов «Felicity Conditions» (2017). Лауреат премии Аркадия Драгомощенко (2016).

«Полюса». Самый первый и самый известный цикл «Культурной инициативы». Начался в январе 2004 года. Для участия приглашаются два автора, работающие в разных поэтиках. Они читают, несколько раз сменяя друг друга, потом отвечают на записки из зала. Более чем за десять лет в цикле участвовали около трехсот авторов. Проходили в клубах «ПирОГИ на Никольской», Artefaq, «Билингва», «Дача на Покровке» и др. В настоящее время вечера цикла проводятся в Государственном литературном музее.


«Полюса». Самый первый и самый известный цикл «Культурной инициативы». Начался в январе 2004 года. Для участия приглашаются два автора, работающие в разных поэтиках. Они читают, несколько раз сменяя друг друга, потом отвечают на записки из зала. Более чем за десять лет в цикле участвовали около трехсот авторов. Проходили в клубах «ПирОГИ на Никольской», Artefaq, «Билингва», «Дача на Покровке» и др. В настоящее время вечера цикла проводятся в Государственном литературном музее.

Вход свободный

Проспект Мира, д. 30
8 495 680-86-83


Возврат к списку




goslitmuz.ru

Поэзия в интернете. Апрель « Год Литературы

Девять поэтических интернет-публикаций апреля 2019 года: выбор Галины Рымбу

Текст: Галина Рымбу
Фото: Александр Тягны-Рядно/mn.ru

В номере «Литеrrатуры» от 8 апреля традиционно — 4 поэтические публикации. Среди них поэма Наталии Азаровой «Solidades». Наталия Азарова — поэтесса, филолог, переводчица (например, переводила на русский корпус текстов китайского поэта эпохи Тан (7 в. н. э.) Ду Фу и «Морскую оду» Фернанду Пессоа), она руководит Центром лингвистических исследований мировой поэзии при Институте языкознания РАН и исследует связи языков поэзии и философии.

Наталия Азарова/фото: сайт Лица русской литературы

Её поэтический метод критики называли восходящим к комбинаторике и неоавангарду, но на самом деле всё сложнее: письмо Азаровой работает наперекор комбинаторным методам, создавая цельные, но открытые поэтические пространственные композиции, в которых удерживается гетерогенное множество языковых, культурных и внутренних ситуаций, где сближаются разные культурные поэтические контексты, субъектности, «слои». Её письмо может быть одновременно полифоническим (многосубъектным) и очень личным, формальная задача никогда не возникает ради самой задачи, но является способом разворачивания логики конкретной стихомыслительной фигуры. Многофигурность больших циклов и поэм отсылает к барочному письму, «сбитость», смысловая текстура иных вещей (как «Раззавязывание») — к поэзии Пауля Целана и Розы Ауслендер.

Название же поэмы «Solidades» отсылает к неоконченному циклу формально пасторальных поэм Луиса де Гонгоры-и-Арготе (1561—1627), ключевого поэта испанского барокко. Гонгора в поэмах «Уединения» выступил реформатором испанской поэзии, создав «тёмный» поэтический язык через сложный синтаксис, который работал вместе с барочной многозначной метафорикой и образами. То же делает и Азарова в своём письме, уже в другом времени, мастерски работая со смысловыми и пространственными возможностями гетероморфного стиха. В «Solidades» Азаровой также большую роль играет пространственная архитектура текста, которая напоминает неоднонаправленный маршрут, сложное движение и дыхание путника, поскольку это поэма пути, текст-путешествие по ландшафтам культурной и поэтической памяти, рвущийся и в надмирные пространства, ломающий логику времен. Сдвигающий Синай к горам Граца. Язык, письмо как путешествие к иному, где «вокруг души родители тел кивок в жизнь». А Гонгора, Мандельштам, Беньямин здесь не только спутники, но и ландшафт, среда, где происходит диалог-движение. На мой взгляд, это один из самых сложных и «больших» по смыслу текстов из тех, что были написаны в русскоязычной поэзии за последние несколько лет, и он ещё ждет множества прочтений:

ближе к границам государств
столько неограждённых обрывов
машины кружатся над морем
и я столько лет подряд
проезжая поворот на беньямина
боялась горной дороги
затяжного кружения головы
подтанцовывала к границе
и не сворачивала
так он стал моим пограничным питомцем
начало третьего тысячелетия было отмечено
частыми волнениями Бога
мы пробирались перескакивая
страна — страна страна
страна страна — страна — страна

В онлайн-журнале «Ф-письмо» на платформе Syg.ma сразу несколько интересных обновлений. Стихи молодой нижегородской поэтессы Карины Лукьяновой с предисловием Евгении Сусловой и иллюстрациями Андрея Черкасова, оформленные как фрагменты или комментарии какому-то иному тексту или событию, напоминающие остановленные кинокадры, внутри которых происходит какое-то очень медленное и сжатое, некинематографическое движение, движение-мышление:

[21]
Незадолго до этого кто-то,
Сообщения от (3).
Рассмотрев первым делом
не фотографии, надписи сзади.
После на заднем дворе,
если бы мог керосин обволочь
эту память, не поджигая,
он бы перевернул, вложил в капилляры.

Тут же опубликованы новые стихи поэтессы из Тель-Авива, Аси Энгеле. В предисловии к публикации Екатерина Захаркив сравнивает их с «останцами»: «Останцы — это изолированные сосредоточения горных пород, сохранившиеся в результате разрушения более хрупкой окружающей среды под воздействием воды, ветра, эрозии и т. д. Этот образ возникает, потому что здесь мы имеем дело с тем, что осталось, когда отсеклось лишнее. На всех уровнях: будь то мельчайшие сколы, не угаданные человеческим зрением, или широкие выступы, на которых обрывается дыхание, — субъект полностью раскрошен в меле языка. Язык случается (в настоящем времени) спонтанно и в то же время с филигранной точностью — как это происходит в природных процессах.»:

«дом —
обломок
ссыпа́л ли
кто
у озер
мелковатых»

Варсан Шайр, автор фото Amaal Said/фото: сайт npr

Также тут можно найти вторую часть коллективной подборки участниц петербургского семинара по практическому ф-письму «Письма гордости», составленную одной из его модераторок — поэтессой Еленой Костылевой, а также стихи одной из самых известных молодых британских поэтесс Варсан Шайр в переводе писательницы Евгении Некрасовой, известной своим романом «Калечина-малечина». Родившаяся в 1988 году в Кении в сомалийской семье, Шайр пишет о беженцах, ностальгии, других логиках культуры и совместности, женской телесности. Центральный текст подборки — поэма «дом»:

никто не бросает дом пока тот не кидается вдогонку
почвой не горит под ногами
кровью не закипает в желудке
тебе бы в голову не пришло бежать отсюда
если бы лезвием не выжигали угрозы
на твоей шее
и даже если ты мешаешь гимн
со своим дыханием
только когда ты рвешь паспорт в туалете аэропорта
оплакивая каждый проглоченный обрывок
становится ясно
ты не вернешься домой.

Публикация нескольких стихов Леонида Аронзона из книги «Сто стихотворений» появилась на сайте «Сноб» в регулярной литературной рубрике, которую там ведет издатель (АСТ, Проект «Ангедония»), поэт и прозаик Илья Данишевский. Она приурочена к презентации двух новых книг, выпущенных издательством «Барбарис», — «Графика» (здесь собраны графические работы поэта) и «Письма Риты»: корпус писем жены Аронзона — Маргариты Пуришинской, написанных в период с начала их знакомства (1958) по 1970 год, год смерти Аронзона.

Леонид Аронзон и Рита Пуришинская. Гурзуф. 1969. Фото Бориса Понизовского© Барбарис, 2019/фото: colta.ru

В публикацию включены также несколько из них, и очень интересно, как периферийное по жанру (участь многих женских практик и литератур даже в XX веке) любовное письмо Риты перекликается с поэтическими текстами Аронзона, обращенными к ней: получается диалог? открываются новые измерения языков близости, созданных внутри «неподцензурной культуры» XX века?

Всё осознай: и ночь, и смерть, и август.
В них твой портрет, портрет осенних окон,
ты вправлена в дожди, ты тёмный дождь, ты влага
ночных полей, где только одиноко
маячит столб вдали.
О ангел, слышишь —
вот исповедь земли,
вот повесть страха,
вот воздух осени, которым дышишь,
сырой травы величие и запах. 
Cтихотворение «Август» с посвящением «Рите»

Глен мой, Глен! Любимый — единственный!
Сердце — Глен мой! Наверно, то, что я пишу, тебя нервозит.
Но это такое счастье, что я так сильно люблю тебя.
Ты — надежда. Ты — весь смысл. Ты — жизнь, всё.
Вне тебя нет ни одной пылинки, ни от тела, ни от духа.
И то, что в сердце болит, и то, что ночами выхаживается, и то, что в воде отражается.
Видишь: руки мои, живот, есть мозг, нервы — ниточки,
ещё что-то, что не понять и не увидеть, много, много.
А без тебя — ничего. 
Письмо Риты, июнь, 1960

Виталий Пуханов. Фото Андрея Черкасова/фото: Новая карта русской литературы

 

Журнал Prosōdia публикует «10 лучших стихотворений 2018 года по версии Виталия Пуханова». Символично, учитывая, что недавно поэт и литературный куратор Виталий Пуханов стал директором новой премии «Поэзия», которая будет вручаться за одно «стихотворение года» (а также за критические статьи и поэтический перевод). По этой подборке видно, что вкус у Пуханова широкий. Здесь есть стихи Полины Барсковой, Александра Скидана, Евгения Никитина, Ирины Котовой, Линор Горалик и др., опубликованные ими на своих страничках в фейсбуке, а вовсе не обязательно где-то в «толстых» журналах.

Елена Георгиевская/фото: dozhivu.livejournal.com

На сайте «Полутона» много-много всего. Из этого «много», наверное, самое интересное — это хулиганские и остроумные вайтауты Елены Георгиевской, сделанные на основе стихов главного борца с актуальной поэзией уральского критика Константина Комарова, батаевские «Клещи плача» Никиты Левитского и новая подборка «Земля и остальное» Анны Гринки — пространные и полные таинственных образов и логик sci-fi поэмы, но совсем непохожие на Сваровского, который как бы «застолбил» за собой этот жанр:

она как бы хоронила нас изнутри
тем самым объединяя:
каждый мог сказать
дескать вижу тебя родной
когтистые следы твои в разорванном водопое
его кусочки теперь под кожей моей дрожат
всего тебя несут в отпечатках вглаживают в клетки
вся где ты ходил ничейная нечаянная земля
теперь во мне спасается от внешней угрозы

В начале апреля новый номер интернет-журнала «Цирк «Олимп+TV» полностью появился в Сети. Поэтический раздел здесь очень разнообразный: стихи современных австралийских поэтов о Первой мировой войне в переводах Татьяны Бонч-Осмоловской, новые тексты Татьяны Щербины, подборка минималистичных текстов молодого поэта из Санкт-Петербурга Александра Малинина, стихотворения иерусалимского поэта и профессора ассирологии Натана Вассермана из книги «Менелай» (перевод с иврита Александра Бараша), китайский поэт «третьего поколения» и один из идеологов направления «разговорной поэзии» Юй Цзянь в переводах Елизаветы Абушиновой, а также уже вывешенные на сайт ранее стихи украинского поэта Сергея Муштатова и поэта из Казахстана Каната Омара. Здесь же подборка новых текстов Елены Фанайловой «Холодная война».

Елена Фанайлова. Фото Александр Тягны-Рядно/фото: mn.ru

Елена Фанайлова — один из самых сильных гражданских поэтов в России, и последние несколько лет в центре поэтического и политического внимания Фанайловой — война на востоке Украины и то, как она меняет, в первую очередь, через ощущение исторической вины и сопереживания, гражданскую субъектность внутри оппозиционной российской культуры, об этом её цикл «Троя vs Лисистрата», стихи из которого есть и в этой подборке.

В самом методе этих текстов чувствуется диалог с Сергеем Жаданом, которого она также переводит на русский. Здесь работа на грани поэтических клише и «декларативного», риторического письма, много гражданской горечи, война выступает как событие катастрофическое, трансформирующее всё пространство жизни и коммуникации (в том числе и там, где нет нет непосредственных боевых действий):

мы часть больших идей
мы человек протестных площадей
мы пепел и алмаз
Варшава и Кузбасс
мы чей же Крым
и Чехия Судет
в слезах в крови
Германия румын
Европа для цыган

я чёрный человек своей Москвы
подследственный ментов
ее говно погода ураган
ее позорный март
и я ещё не мертв
но искаженный ум

На украинском культурном ресурсе «Солонеба» большая подборка новых стихов Александра Кочаряна, одного из самых интересных молодых украинских русскоязычных авторов. По направлению поэтического движения-поиска его, тексты, возможно, близки к тому, что делают в России Евгения Суслова, Денис Ларионов, Екатерина Захаркив, и к так называемой языковой поэзии, но архитектура текста другая: более разреженная и одновременно лаконичная.

Александр Кочарян/фото: сайт Солонеба

Кажется, что это маленькие легкие дома, которые, постепенно пустея по мере чтения, поднимаются в воздух. Здесь — внимание к внутренним состояниям и событиям, которые преображают и внешний мир, парадоксам и сложностям восприятия, формам внимания, много размышления о речи, языке вообще и невозможности коммуникации, о попытках близости к другому:

перемещение в комнаты, которых
уже не было. Посреди поля стоит дверь,
они видят ее в окно
поезда, но не видят сам поезд,
не видят странность

нужно увидеть место где поезд возникает

комнаты ожидания
комнаты дыхания
капилляры, эскалаторы
белый огонь

Станислава Могилева/фото: сайт Литеrrатура

Константин Шавловский/фото: сайт Премии Аркадия Драгомощенко

На сайте «Нового литературного обозрения» выложена интернет-версия последнего одноименного номера журнала. Здесь в рубрике «Новая социальная поэзия» (редактор — Александр Скидан) стихи двух петербургских авторов — Константина Шавловского и Станиславы Могилевой. Оба работают с разговорной и внутренней речью как с потоком, внутреннем «лепетом», избыточностью письма, у обоих — письмо часто глагольное и номинативное, и у обоих — попытка реформировать «новую искренность», учредить почти лирическую поэтическую субъектность, но в уже как бы снятом виде: «я-речь» с всегда артикулированным сомнением: а где «я»? есть ли «я»? кем оно сейчас снимается-поглощается? Здесь медийное, «коллективное» и внутреннее перемешиваются, образуя фрагментированную поточную реальность, тотальный текст, укрывающий герметичные следы событий. В одном из стихотворений Станиславы Могилевой говорится «темный режим/бытописание вслепую» (и в этой «формуле» точное самоописание метода):

взгляд закрепленный
над остывающим телом
ночной борьбы

над неопознанным эпизодом
либидо, амбиции, селфи

дела разной степени
сокровенности

Апрельский номер журнала «Знамя» тоже появился в интернете. Самое интересное здесь — это стихи Александра Скидана, опубликованные им ранее как миниатюры и как будто бы шуточные «стихи на случай» в фейсбуке.

Александр Скидан. Фото Виктора Немтинова/фото: сайт «Радио Свобода»

В них соединяется на самом деле изощренная культурная ирония и смелая работа на грани поэтического фола, такой переход к более традиционным и одновременно карнавально-маскарадным, травестийным, бурлескным микроформам письма, как мне кажется, своеобразный политический жест ответа на мрачные вызовы последнего времени или дон-кихотский смех навстречу серьезному «лица выражению» новых поколений поэтов:

вбегает мёртвый господин
он так один

он так один никто не понимает
собака лает

он и хотел бы время удалить
да вот приходится вбегать и снова жить

он так один у смерти на крючке
и гёте гёте в рюкзачке

 

02.05.2019

Просмотры: 0

godliteratury.ru

Интервью с поэтами Эдуардом Лукояновым и Екатериной Захаркив, разделившими в этом году премию Аркадия Драгомощенко

16.01.2017

Премии вообще не нужны, и автор точно не должен принимать в них никакого участия.

− Эдик, Катя, вот вы получили премию Аркадия Драгомощенко (Далее ПАД), разделив её на двоих. Как вам видится такое решение жюри при том, что ваши манеры письма диаметрально противоположны друг другу? Чувствуете ли вы сами эти границы поэтики?

Эдуард Лукоянов: Ну, само понятие поэтики – это ловушка. Само разграничение поэтики на лирическую, гражданскую, академическую, народную – это ловушка, в которую попадаться не стоит. У меня даже есть какие-то глубокие лирические стихи о любви, о печали, а есть такие боевые, которые призывают идти на баррикады. Может быть, это подано не совсем привычными средствами, но… В любом случае, повторюсь, я бы не стал делить поэтику на полюса. Вообще, отказался бы от самого слова «поэтика».

Екатерина Захаркив: Поэтика − это не совсем то, о чём говорится. Суть не в том, что стихи о баррикадах или о печали. Мы тут говорим скорее о каком-то интенциональном посыле. Поэтика – это нечто другое. Это не значит, что вот – лирика, а вот – поэзия прямого высказывания.

ЭЛ: К тому же, там же, где я – «поэт гражданский», я не высказываюсь в парадигме прямого высказывания. У меня это всегда передаётся через камень, через птицу, сидящую на ветке, через вот это всё красивое и хорошее. Давай лучше употреблять термин «стиль», или «жанр». Потому что люди сложнее, чем кажутся, также и поэт. Поэт – он ведь тоже человек, как ни странно. И в нём тоже могут быть разные субстанции, от которых хотелось бы избавиться.

− Как для каждого из вас проявляется рецепция с поэтикой самого Аркадия Драгомощенко?

ЭЛ: Ну, я не могу вспомнить ни одного поэта из моего поколения, если мы говорим об очень серьёзной поэзии, для которого она была бы не важна. Потому что такую фигуру игнорировать просто невозможно. Что она есть для меня? Это такая очень хитрая, сложная и коварная игрушка, злая и невероятно крутая. Пожалуй, более точных слов не смогу подобрать.

ЕЗ: Думаю, что до того, как я познакомилась с поэзией Драгомощенко, я, в общем-то, стремилась к реке, и когда ты начинаешь его читать, ты вступаешь в эту реку и не можешь уже из неё выйти. Не знаю, всегда ли так будет или это временное явление, но пока что есть ощущение постоянной связи с этими текстами. Я, по крайней мере, очень часто возвращаюсь к его стихам, очень часто их перечитываю. Мне кажется, зачастую смысл прочтения текстов вообще − это прочитать и выйти из них, что-то вынести. Но из этих текстов я выйти не могу, то есть, скорее всего, я пока ничего из них не выношу, не формирую отношения к ним, не ощущаю никакого эмоционального и интеллектуального отклика. Не думаю, что это можно было бы назвать рецепцией – это просто нахождение в них. Не то чтобы я нахожусь только там, правильнее сказать, что и там тоже.

− По отношению к тебе, Катя, жюри отмечало разного рода инкрустирование аллюзий, культурных отсылок, афоризмов на разных языках. Подобные отсылки, обращение к другим языкам были свойственны и самому Драгомощенко – вспомнить хотя бы его предисловие к роману Андрея Башаримова "Инкрустатор". Мой вопрос вам двоим: насколько такой приём, как инкрустирование разных пластов языка, оказывается важным для вас?

ЕЗ: На мой взгляд, это неизбежно. Язык без этого не существует, язык всегда заимствованный. Что бы ты ни сказал – это заимствование, ты в любом случае инкрустируешь – явно или неявно, вне зависимости от того, ставишь ты кавычки или выделяешь курсивом. Это в любом случае фланирование между инкрустациями чужой речи. В поэтической речи ты волен это выделить, акцентировать внимание на том, что речь не принадлежит говорящему. 

ЭЛ: Единственный тип высказывания, который может существовать в нашем ритме действительности − это террористический акт. Если я кого-то цитирую – я цитирую террористов: Шамиля Басаева, Салмана Радуева, − это люди, которыми я восхищаюсь и к которым стремлюсь приблизиться своими текстами. В этом плане именно речь террористов важна для меня как для поэта, она составляет плоть и кровь моего текста. Нет иного языка, кроме взрыва шахида в центре Москвы, иначе это не язык – просто слово. 

− Должны ли тексты лауреатов премий переводиться на другие языки? 

ЭЛ: Я категорически против того, чтобы что бы то ни было переводить на какой-либо из языков. Всё. 

ЕЗ: Перевести какой-либо текст невозможно. Пересказать – да, другое дело. Мне кажется, почему бы и нет. Было бы интересно посмотреть, что из этого получится, потому что я слабо себе представляю, насколько это возможно. 

− Поэтика кого из финалистов 2016 года представляется вам наиболее заслуживающей внимания и могла бы быть отмечена премией? 

ЭЛ: Твоя (смеются). 

− А остальные не заслуживают внимания? 

ЭЛ: Ну, вопрос, по сути, такой – в пользу кого вы бы отказались от премии? 

− Если вручал, ты бы кому вручил? 

ЭЛ: Я бы вручил тебе! 

– Нет, из финалистов. Меня ведь там не было. 

ЭЛ: Себе всё-таки. 

ЕЗ: Я бы тоже Эдику вручила. Я это и на вручении сказала – среди финалистов он был самый достойный премии. 

− Как, на ваш взгляд, должны быть устроены премии и какое участие в них должен принимать автор? 

ЭЛ: Я считаю, что премии вообще не нужны, и автор точно не должен принимать в них никакого участия. Феликс Сандалов (есть такой журналист) однажды замечательно всё разъяснил: премии – это ведро живых вшей. Это дословная цитата, она мне очень запала в душу, и я с ней полностью согласен.

ЕЗ: Ну, вообще, из всех премий ПАД наиболее интересно устроена. Но дело в том, что это анти-премия, то есть она всё время нарушает границы премии (или должна нарушать) по тем или иным критериям. Наверное, с течением времени она преодолеет себя как премия, то есть сделает из себя нечто другое. Мне кажется, не очень правильно, когда премия в течение нескольких лет существует в виде одного и того же процесса выбора номинантов, выбора лауреатов, вручения символического или реального, материального приза. Она должна быть живым организмом, который переживает естественные процессы, в том числе преодоление собственных формальных границ. Насчёт авторов – для молодых авторов, наверное, это важно. Но полученная премия должна быть предана забвению, иначе это может стать преградой. 

− И последний вопрос. Как вы считаете, за три прошедших сезона ПАД смогла сформировать сообщество, или нет? 

ЭЛ: Нет, премия родилась уже из действующего сообщества, это очевидно. Премия не смогла сформировать никакого сообщества, потому что литература в нашей стране никому не нужна.

ЕЗ: Да, сообщество уже существовало. Можно сказать, что она его каким-то образом очертила, легитимизировала, но сказать, что она создала что-то новое, нельзя. Посмотреть хотя бы на номинантов, которые из года в год повторяются. И в первый год они не случайно туда попали.

− А авторов, которые там появляются, можно было представить вне премии? 

ЕЗ: Так оно и происходит. Рано или поздно эти авторы появляются в общем поле зрения, вопрос только в том, насколько рано. Существуют какие-то журналы, в которых они публикуются, порталы, издания. Премия в определенном смысле ускоряет этот процесс. Да, это здорово. 

Фото: Алексей Кручковский

Источник: discours.io


lit-ra.info

Захаркив, Екатерина - Felicity conditions [Текст] : [первая книга стихов : 18+]


Поиск по определенным полям

Чтобы сузить результаты поисковой выдачи, можно уточнить запрос, указав поля, по которым производить поиск. Список полей представлен выше. Например:

author:иванов

Можно искать по нескольким полям одновременно:

author:иванов title:исследование

Логически операторы

По умолчанию используется оператор AND.
Оператор AND означает, что документ должен соответствовать всем элементам в группе:

исследование разработка

author:иванов title:разработка

оператор OR означает, что документ должен соответствовать одному из значений в группе:

исследование OR разработка

author:иванов OR title:разработка

оператор NOT исключает документы, содержащие данный элемент:

исследование NOT разработка

author:иванов NOT title:разработка

Тип поиска

При написании запроса можно указывать способ, по которому фраза будет искаться. Поддерживается четыре метода: поиск с учетом морфологии, без морфологии, поиск префикса, поиск фразы.
По-умолчанию, поиск производится с учетом морфологии.
Для поиска без морфологии, перед словами в фразе достаточно поставить знак "доллар":

$исследование $развития

Для поиска префикса нужно поставить звездочку после запроса:

исследование*

Для поиска фразы нужно заключить запрос в двойные кавычки:

"исследование и разработка"

Поиск по синонимам

Для включения в результаты поиска синонимов слова нужно поставить решётку "#" перед словом или перед выражением в скобках.
В применении к одному слову для него будет найдено до трёх синонимов.
В применении к выражению в скобках к каждому слову будет добавлен синоним, если он был найден.
Не сочетается с поиском без морфологии, поиском по префиксу или поиском по фразе.

#исследование

Группировка

Для того, чтобы сгруппировать поисковые фразы нужно использовать скобки. Это позволяет управлять булевой логикой запроса.
Например, нужно составить запрос: найти документы у которых автор Иванов или Петров, и заглавие содержит слова исследование или разработка:

author:(иванов OR петров) title:(исследование OR разработка)

Приблизительный поиск слова

Для приблизительного поиска нужно поставить тильду "~" в конце слова из фразы. Например:

бром~

При поиске будут найдены такие слова, как "бром", "ром", "пром" и т.д.
Можно дополнительно указать максимальное количество возможных правок: 0, 1 или 2. Например:

бром~1

По умолчанию допускается 2 правки.
Критерий близости

Для поиска по критерию близости, нужно поставить тильду "~" в конце фразы. Например, для того, чтобы найти документы со словами исследование и разработка в пределах 2 слов, используйте следующий запрос:

"исследование разработка"~2

Релевантность выражений

Для изменения релевантности отдельных выражений в поиске используйте знак "^" в конце выражения, после чего укажите уровень релевантности этого выражения по отношению к остальным.
Чем выше уровень, тем более релевантно данное выражение.
Например, в данном выражении слово "исследование" в четыре раза релевантнее слова "разработка":

исследование^4 разработка

По умолчанию, уровень равен 1. Допустимые значения - положительное вещественное число.
Поиск в интервале

Для указания интервала, в котором должно находиться значение какого-то поля, следует указать в скобках граничные значения, разделенные оператором TO.
Будет произведена лексикографическая сортировка.

author:[Иванов TO Петров]

Будут возвращены результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, Иванов и Петров будут включены в результат.

author:{Иванов TO Петров}

Такой запрос вернёт результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, но Иванов и Петров не будут включены в результат.
Для того, чтобы включить значение в интервал, используйте квадратные скобки. Для исключения значения используйте фигурные скобки.

search.rsl.ru

Екатерина Захаркив – биография, книги, отзывы, цитаты

Екатерина Захаркив – биография, книги, отзывы, цитатыPlease click here if you are not redirected within a few seconds. Я - автор

Информация

Родилась: 1990 г., Магадан, СССР

Екатерина Захаркив - поэтесса, переводчица, редактор, критик.
Родилась в 1990 г. в Магадане, с 1993 г. живет в Москве.
Окончила Архитектурную школу (2005), Литературный институт (2015), магистратуру Института лингвистики РГГУ (2017).
Преподает русский и английский языки.
Участник фестивалей современной поэзии, публиковалась в журналах Воздух, НЛО, Носорог, сайтах Литературная карта России, Sygma и др.

Премии

Лауреат

Номинант

Идет загрузка...

www.livelib.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.