Древней греции стихи


Поэзия в Древней Греции

Греческая поэзия демонстрирует потрясающее разнообразие форм и жанров. Ее древнейшим памятником являются эпические поэмы Гомера «Илиада» и «Одиссея», а также фрагменты киклических сказаний, созданных по их мотивам. Из культовой и обрядовой фольклорной песни родилась древнегреческая лирика, из которой, в свою очередь, развились такие жанры, как элегия, ямб и мелика. В классическую эпоху поэзия сохраняла тесную связь с музыкой и песенными жанрами, стихи предназначались как для хорового, так и для индивидуального исполнения, декламация сопровождалась игрой на музыкальных инструментах.

Гомер

Гомер. Один из наиболее выразительных портретов; известно 20 изображений такого типа, нисходящих к греческому оригиналу, II в. до н. э. Новая глиптотека Карлсберга, Копенгаген

Античная традиция считала Гомера автором двух больших эпических поэм — «Илиады» и «Одиссеи». О личности поэта, месте его рождения и смерти еще в древности не было известно достоверно.

За право называться родиной спорили семь городов: Смирна, Хиос, Колофон, Афины, Аргос, Саламин и Родос. Традиционно Гомера изображали слепым, что связано с образом незрячего певца Демодока из «Одиссеи». Согласно легендарным преданиям, поэт жил и умер на Хиосе. По другой версии, его могила находится на острове Иос Кикладского архипелага. Геродот писал, что Гомер жил за 400 лет до него — в первой половине VIII в. до н. э., что, в общем, согласуется с современными представлениями.

Сюжетом гомеровских поэм является Троянская война и последующее возвращение героев домой. Оба произведения написаны торжественным стихотворным гекзаметром, язык представляет собой сочетание ионийского и эолийского диалектов, в исторический период распространенных на островах Эгейского моря и малоазийском побережье. При этом язык Гомера богат архаическими формами, напоминающими греческий язык микенской эпохи. Текст поэм имеет очень сложную структуру, помимо общей сюжетной линии он включает многочисленные и пространные отступления в форме преданий, мотивов или сюжетных линий, почерпнутых в ранней поэзии. Кроме того, в нем встречается множество формульных оборотов, которые, по всей видимости, восходят еще к устному периоду бытования поэм. Все это соответствует указаниям ряда античных авторов о достаточно поздней записи поэм, которые были впервые собраны воедино лишь по приказу афинского тирана Писистрата в VI в. до н. э.

Апофеоз Гомера. Ж. О. Д. Энгра, 1827 г.

Гесиод

Гесиод считается вторым после Гомера эпическим поэтом и первым достоверно известным историческим лицом. Он родился в беотийской Аскре и всю жизнь провел в родной деревне, трудясь на пашне. Существует предание о том, что Гесиод участвовал в погребальных играх царя эвбейской Халкиды Амфидаманта, состязался с Гомером и одержал над ним верх. Хотя сама легенда, скорее всего, является позднейшим вымыслом, она тем не менее дает представление о времени, когда жил Гесиод — рубеже VIII–VII вв. до н. э. Поэмы Гесиода написаны торжественным гекзаметром на гомеровском диалекте в технике, характерной для бродячих поэтов-рапсодов того времени.

Первым произведением поэта считается «Теогония», в которой автор попытался собрать воедино и упорядочить различные греческие предания о сотворении мира и происхождении богов. Поэма «Труды и дни» раскрывает картину мира Гесиода и место, которое в нем занимает человек. В ней прославляется честный крестьянский труд, который, с точки зрения рассказчика, является достойным путем к обретению добродетели. Поэма содержит разнообразный материал, в ней обильно цитируются мифы, притчи, басни и поговорки.

Личные советы, нравственные наставления и общие правила жизненной муд рости дополняются описанием картины деревенской жизни.

Лирическая поэзия

Пары, танцующие под звуки авлоса. Протоаттическая амфора, около 690 г. до н. э. Лувр, Париж

Лирический жанр поэзии возник в Ионии и на островах Эгейского моря в первой половине VII в. до н. э. из культовой и обрядовой песни. Этим термином обозначались стихотворные сочинения, исполнявшиеся под аккомпанемент флейты (элегия), лиры или кифары (лирика или мелика). Кроме того, различали еще сольную и хоровую лирику. Особенности этих жанров определяются их происхождением и стихотворным размером, преобладающей тематикой сочинений, а также стилистическими особенностями исполнения.

Возникновение лирической поэзии означало отход от канонов героической эпохи, обращения внимания поэта и его слушателей к индивидуальному сознанию и прославлению радостей жизни. Самым древним лирическим жанром является элегия, возникшая из фригийской песенной заплачки. Элегии писались двустишьем (гекзаметр-пентаметр) и затем исполнялись на пирах или народных сходках под аккомпанемент флейты. Выда ющиеся авторы VII–VI вв. до н. э. использовали элегическую строфу для выражения любовных переживаний (Архилох, Симонид), философских и нравственных рассуждений (Солон, Феогнид), прославления воинской доблести(Каллин, Тир-тей), а также для политических куплетов (Мимнерм). Родственной элегии была ямбическая поэзия, возникшая из жанра насмешливой песни или шуточной перебранки. Ямбом написаны стихи Архилоха с острова Парос, который является непревзойденным мастером обличительной сатиры и басни. Сольная лирика включает большое разнообразие жанров, форм и размеров. Особого расцвета она достигла в творчестве лесбосских поэтов VII-VI вв. до н. э. К этой школе принадлежал Алкей, сочинявший гимны богам, а также стихи о политике, любви и дружеских пирушках. Его современницей и соотечественницей была известная Сапфо, к которой поэт питал глубокие и безответные чувства. Поэтесса Сапфо черпала вдохновение из эстетических переживаний красоты девушек, цветов, нарядов. Чувственность и безыскусность ее стихотворений остались непревзойденными в лирической поэзии ее века и последующих эпох.

Хоровая лирика возникла на основе сольной песни, рефрен к которой подхватывался хором. Она предназначалась для публичного исполнения и часто была связана с религиозным культом. Этот вид лирики в VII–VI вв. до н. э. культивировался на Пелопоннесе, где достиг расцвета в творчестве Терпандра и Алкмана. Существовали различные жанры хоровой лирики: пеаны, или торжественные песни в честь богов (Алкман, Пиндар, Вак-хилид), дифирамбы, или хоровые песни в честь Диониса (Арион, Симонид), гипорхемы, или танцевальные песни (Алкман, Стесихор). Одним из последних лириков был Пиндар, писавший хвалебные песни в честь победителей состязаний (эпиникии).

Поделиться ссылкой

sitekid.ru

Любовная поэзия в Древней Греции

Поэзия в Древней Греции

Поэтов и философов античности мало интересовал вопрос того, что собой являет любовь. В своих рассуждениях они не придавали ей налета таинственности, что было свойственно авторам последующих этапов становления литературного жанра. Любовь воспринималась как есть – как часть окружающего мира, закономерное дополнение к наличию богов, людей и животных. Для древних греков любовь была на уровне притягательности. Это чувство сопоставимо со многими повседневными вещами.

Как же выражали поэты античности свое отношение к противоположному полу? Для этого они часто прибегали к распространенному методу – отождествляли её с различными мифологическими образами.

Значение любви у древних греков

Привычного для нас слова «любовь» в единственном его значении, у древних греков не существовало. Они разделяли это чувство на несколько типов, в зависимости от направленности. В наше время такой подход кажется несколько странным, но для жителей Эллады это было нормой жизни, позволяющей избежать путаницы и недопонимания. Так греки могли избежать ситуаций, когда кто-то описывает свои глубокие чувства, перемежевывая разговор словами «любовь», «люблю», и т.п., хотя на самом деле имеет в виду не отношения между мужчиной и женщиной, а состояние увлеченности, плотской страсти или просто преданности другу.

В древнегреческой поэзии встречается описание как минимум четырех видов любви:

1. Эрос – страстные, плотские отношения между мужчиной и женщиной, которые способны довести друг друга до безумия. Олицетворением и покровителем такой любви является не кто иной, как греческий бог Эрос.

2. Филия – душевная привязанность, приязнь к материальным вещам, близким людям, родине. Филия рассматривалась как более мягкое, дружеское отношение, и могла употребляться даже в смысле любви к познанию. Отсюда пошел термин «философия» — в переводе с древнегреческого – «любовь к мудрости».

3. Агапэ – ещё более мягкий, чем филия тип любви. Отличается жертвенностью по отношению к ближнему. Впоследствии, понятие Агапэ перешло в раннее христианство, начавшее свое развитие на закате культуры язычества. Братские трапезы, устраиваемые сторонниками христианства, носили название «агапы».

4. Сторге – любовь внутри семьи, которая отличается особой привязанностью.

Любовь могла не отличаться стабильностью, переходя от одного типа в другой. Кроме перечисленных выше, Платон в своих трудах описывает ещё три вида отношений – людус (любовь, основанная исключительно на страсти), мания (болезненная, ненормальная иногда – одержимая любовь), и прагма (притворная любовь ради выгоды, брак по-расчету).

Древнегреческая любовная поэзия

Стихи древнегреческих поэтов, посвященные любви во всех её проявлениях, часто находят на всей территории современной Греции, включая как материковую её часть, так и острова. Это неудивительно, особенно с учетом того, как греки воспринимали подобные чувства. Считая их полностью естественными, они не придавали им особого значения. На одну ступень ставились как отношения между мужчиной и женщиной, так и дружба, семейные узы, любовь к родине.

Несмотря на внешнее спокойствие и уравновешенность, греки всегда являлись южным средиземноморским народом, склонным к полной открытости чувств. В отличие от современности, когда любовь считается делом интимным, во времена Эллады таких предубеждений ещё не существовало. Страсть, любовь и привязанность выражались устно и письменно, ставя явственный отпечаток на литературу, в особенности – поэзию. Ведь что лучше, чем стихи, написанные от чистого сердца, может выразить всю гамму чувств, терзающих мысли человека? Даже с точки зрения современности, древнегреческие стихи отличаются естественностью, открытостью и некоторой наивностью, что делает их прекрасным образцом подобного творчества.

Любовная поэзия Сапфо

Говоря о любовной поэзии Древней Греции, невозможно не упомянуть Сапфо Митиленскую, которая жила и творила на острове Лесбос. В основе её лирических произведений лежат мотивы любви и расставания, дополненные явлениями природы, поклонения богам и прочих элементов древнегреческого быта. Используя традиционные фольклорные формы, Сапфо наполняет их личными переживаниями. Основная отличительная черта творчества поэтессы – напряженная страсть, открытая демонстрация чувств, выраженные просто и ясно, с некоторой долей наивности.

Сапфо понимала любовь не так, как традиционные писатели того времени – для неё это чрезвычайно мощная сила, граничащая с беззащитной чудовищностью. Синтезируя душевные переживания и собственное восприятие, Сапфо передавала чувства именно так, как понимала их – в её поэзии встречаются красочные сравнения с огнем под кожей, звоном в ушах, непередаваемой дрожью.

Любовная лирика Эллады не теряет своей актуальности и на сегодняшний день. Невидимой нитью она проходила сквозь все исторические периоды, оказывая сильнейшее влияние на писателей средневековья, эпохи Возрождения и последующих исторических этапов, вплоть до современности. Стихи того времени несравненно отображают внутренние душевные переживания влюбленных, горечь разлуки, жгучую ревность и пылкую страсть. Используя сравнения чувств обычного человека с явлениями природы, древнегреческие писатели добивались ошеломляющего эффекта. К сожалению, современный перевод не может полностью отобразить суть произведений, не потеряв при этом часть вкладываемого автором смысла, но сохранившиеся любовные стихи все равно не перестают удивлять. Полная открытость, естественность и обилие страсти – вот те главные черты, отличающие греческую лирику от творчества более поздних авторов. Литературные приемы, которые использовали поэты Эллады, могут послужить отличным образцом для последующих поколений.

gidvgreece.com

ДРЕВНЕГРЕЧЕСКАЯ ПОЭЗИЯ. Древняя Греция

ДРЕВНЕГРЕЧЕСКАЯ ПОЭЗИЯ

Греческая литература появилась в VIII—VI вв. до н. э. и первоначально была представлена только эпической поэзией, которая непосредственно «выросла» из устного народного творчества. Историю греческой литературы открывает творчество Гомера, создавшего самые яркие эпические произведения – «Илиаду» и «Одиссею». Гомер был одним из аэдов – странствующих певцов-сказителей, которые, переходя из города в город, – исполняли эпические песни под аккомпанемент кифары. Как правило, это происходило на пирах знати. Поэмы Гомера отличает единство формы и содержания, яркий образный язык, цельность и законченность характеров героев и глубина образов. Гомеровский эпос, изложенный в стихотворной форме гекзаметра, по праву стал вершиной эпической поэзии.

Гомер

Однако Гомер снискал славу не только великого древнегреческого поэта, но и самого мудрого из эллинов. Показывая в сво– Гомер их поэмах прекрасное и безобразное, достойное человека и низменное, поэт на примере эпических героев помогал грекам постигать мир, учил понимать, в чем смысл жизни. На всем протяжении эпохи античности герои поэм были образцами для подражания как для рядового общинника, так и для аристократа. Плутарх передает, что Александр Македонский даже в военных походах не расставался с поэмой Гомера и всю жизнь стремился подражать Ахиллу и достичь такой же бессмертной славы. Эллины видели в великом аэде своего учителя, а Платон утверждал, что Гомер – «поэт, который воспитал Элладу».

Кроме творений Гомера, в греческом эпосе было множество поэм о древних мифологических героях. Так как эти произведения были связаны единством повествования и составляли замкнутый цикл, или круг, то получили название «киклический эпос» (от греч. kyklos – круг). Хотя тексты этих поэм до нас не дошли, но сюжеты известны из произведений поздних авторов. В большинстве из них рассказывалось о Троянской войне: о похищении Елены Парисом, о начале похода греков на Трою, о смерти Париса, о хитроумном замысле Одиссея с троянским конем, о возвращении героев из-под Трои и т. д.

Поэмы, в которых излагались мифы о богах, получили название гомеровски гимнов, хотя их создал не Гомер, а безвестные авторы в разное время. В этих поэмах отсутствовало еще авторское начало.

Первым авторским произведением эпического жанра были сочинения Гесиода, младшего современника Гомера. Его поэмы, написанные гекзаметром, отличал архаический даже для конца VIII в. до н. э. язык. В поэме «Труды и дни» описывается жизнь беотийского крестьянина и прославляется честный, упорный, систематический труд. В нее включены накопленные столетиями нехитрые правила житейской мудрости, сельскохозяйственный календарь, мифологические сюжеты. В «Теогонии» («Происхождение богов») представлена эпическая картина сотворения мира и происхождения трех поколений богов. Гесиод завершил начатое Гомером формирование эллинской религиозной картины мира. А запись поэм Гомера, сделанная при Писистр ате, подвела черту под «эпическим» периодом литературы Греции.

С развитием полисов усложняются социальные отношения и политическая жизнь, меняется духовный настрой общества. Героический эпос уже не способен выразить те мысли и чувства, которые порождала динамичная полисная жизнь. На смену эпосу приходят лирические сочинения, отражавшие внутренний мир отдельного человека. Хотя термином «лирика» александрийские ученые в III в. до н. э. обозначали произведения, исполняемые под аккомпанемент лиры, под древнегреческой лирикой понимают произведения и музыкально-вокального характера, называвшиеся меликой (от греч. melos – песнь), и декламационного характера, исполнявшиеся в сопровождении флейты, – элегию и ямб.

Величайшим лирическим поэтом греки считали Архилбха (VII в. до н. э.). У этого сына аристократа и рабыни, родившегося на острове Парос, жизнь была бурная, полная невзгод. Покинув родной край, поэт много странствовал. Стремясь отыскать свое место в жизни, он даже воевал как наемник. Так и не найдя счастья, поэт погиб в расцвете лет в одной из военных стычек. Его творчество оказало большое влияние на трех великих древнегреческих трагиков и Аристофана.

В своих ярких и образных стихах Архилох предстает то воином, то гулякой и жизнелюбом, то женоненавистником. Особенно славились его ямбы к красавице Ниобуле:

Своей прекрасной розе с веткой миртовой

Она так радовалась. Тенью волосы

На плечи ниспадали ей и на спину.

… старик влюбился бы

В ту грудь, в те миррой пахнущие волосы.

(Пер. В. Вересаева)

Гражданская тема в греческой лирике наиболее ярко представлена в творчестве спартанского поэта Тиртея (VII в. до н. э.). В своих элегиях он воспевал героизм и воинскую доблесть граждан, защищавших родной полис:

Да, хорошо умереть для того, кто за землю родную

Бьется и в первых рядах падает, доблести полн.

(Пер. Г. Церетели)

Поэзия Тиртея отразила новую духовную атмосферу, сложившуюся в формирующемся коллективе граждан, и воспринималась в эллинском мире как патриотический гимн полису.

Мотивы политической борьбы нашли отражение в творчестве многих древнегреческих поэтов. Фебгнид из Мегар (VI в. до н. э.) жил в бурный период крушения аристократического строя, и в его творчестве выразилась не просто ненависть аристократа к победившей демократии, но и жажда мести:

Сладко баюкай врага! А когда попадет тебе в руки,

Мсти ему и не ищи поводов к мести тогда.

(Пер. В. Вересаева)

Иные, общегражданские чувства пронизывают элегии знаменитого реформатора Солона (ок. 640—560 до н. э.). В своих стихах он рассказал о бурной, раздираемой противоречиями жизни афинского полиса, о своих реформах и об уже сложившихся представлениях о гражданских ценностях. У муз он просит:

Мне от блаженных богов вы даруйте достаток, от ближних —

Вечно, и ныне, и впредь доброю славой владеть…

(Пер. Г. Церетели)

Наряду с элегией и ямбом существует и вокальная лирика: как хоровая, возникшая из народных песен, так и сольная. Наиболее ярко сольная песенная лирика была представлена в творчестве двух поэтов с острова Лесбос – Алкея и Сапфо (рубеж VII—VI вв. до н. э.). Эолийский мелос отличала непосредственность, теплота чувств, радостное мироощущение, но в то же время крайний субъективизм видения мира.

Алкей жил в эпоху острых социальных конфликтов на Лесбосе. После победы его противников в родном городе Митилене он отправился служить наемником в Египет и лишь спустя много лет смог вернуться на родину. Превратности судьбы и воспевал Алкей, образно сравнивая государство с кораблем, попавшим в бурю.

Не поддавайтесь оцепенению!

Когда невзгода встала насущная

Перед глазами, – всякий помни

Быть пред бедой настоящим мужем.

(Пер. М. Гаспарова)

Но в его стихах есть и другие мотивы: радость жизни и печаль неразделенной любви, воспевание красоты природы и размышление о неизбежности смерти. Как все традиционные застольные песни, завершались они призывом: «Будем пить. Где вино, там и истина». Алкею подражали многие греческие поэты, знаменитый римский поэт Гораций и др.

Аристократка Сапфо возглавляла кружок, в котором знатных девушек готовили к будущей семейной жизни: обучали умению себя вести, музицированию, стихосложению и танцам. Музам и этим девушкам и посвящала свои стихи поэтесса. Героиней творчества Сапфо является женщина пылко любящая, ревнующая, страдающая. Стихи Сапфо отличают искренность чувств, выразительность языка:

О, приди ж ко мне и теперь! От горькой

Скорби дух избавь и, чего гак страстно

Я хочу, сверши и союзницей верной

Будь мне, богиня!

(Пер. В. Вересаева)

Сапфо с кифарой. Роспись на гидрии (VI в. до н. э.)

Влияние стихов Сапфо чувствуется в поэзии римлян Катулла и Горация.

Поэт Арион (VII—VI вв. до н. э.) почти всю жизнь провел вдали от родного острова Лесбос – при дворе коринфского тирана Периандра. Поэт прославился составлением дифирамбов – популярных в то время в Греции песен, посвященных Дионису.

По тематике стихов иониец Анакреонт (VI в. до н. э.) был близок к Алкею и Сапфо. После вторжения персов он бежал из родного малоазийского города Теос и большую часть жизни провел при дворах правителей: Поликрата на Самосе, Гиппарха в Афинах и фессалийских царей. В поэзии Анакреонта уже нет серьезности, характерной для творчества его предшественников. Она полна игрового, изящного и веселого эротизма. Анакреонт любил изображать себя седовласым, но жизнерадостным любителем вина и любовных приключений:

Бросил шар свой пурпуровый

Злотовласый Эрот в меня

И зовет позабавиться

С девой пестрообутой.

Но, смеяся презрительно

Над седой головой моей,

Лесбиянка прекрасная

На другого глазеет.

(Пер. В. Вересаева)

Пирующие греки (симпосий). Рисунок

Впоследствии, в александрийскую эпоху, появляются многочисленные подражания изящной поэзии Анакреонта – «анакреонтика», которая оказала влияние на всю европейскую поэзию.

Архаическая эпоха породила и другие литературные жанры: басни, торжественные гимны и т. д. Так, одами в честь победителей спортивных игр прославился Пиндар (VI—V вв. до н. э.). Разножанровая древнегреческая литература полно и ярко воспроизводила реалии жизни полисного мира, выражала мысли и чувства человека нового общества.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Читать книгу целиком

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Стихотворение «Боги Древней Греции.», поэт asis35

Боги Древней Греции.

1. В начале был лишь Хаос вечный

И в нем источник бесконечный

Для жизни был божеств, людей,

Для светлых и пустых идей,

Для гнева и любви святой,

И для поэтов с их мечтой.

2. Сперва богиня родилась Земли,

Мать Гея, вслед произошли

Тартар, являясь тьмой бездонной

И Эрос – он для всех влюблённых

Создатель. Мрак Эреб и Нюкта – Ночь,

Их сын – Эфир, Гемера – дочь.

И ночь, и день, бредя по кругу

Сменяют вовремя друг друга.

3. Земля на свет произвела Урана –

То небо, у воздушного титана

Двенадцать родилось детей – стихий природы,

Но кроме них народились уроды –

Циклопы и гекатонхейры с сотней рук,

Что и Урана привели в испуг.

4. Уран возненавидел великанов

И света их лишил на все века, но

Земля всё умоляла непрестанно,

Чтоб дети власть отняли у тирана.

Из них решился на борьбу лишь младший – Крон.

Он хитростью отнял уранов трон.

5. Богиня Ночь в отместку за отца

Себе на горе родила и нам

Божеств ужасных, и теперь конца

Не видно ни раздорам, ни смертям.

И Немизиды мстительные взгляды

Не оставляют места для пощады.

6. На троне Крона мучили сомнения,

Что власть в его останется руках,

Он породил эпохи и века,

Но сам не забывал о преступлении.

И повелел вести жене своей

На пожирание родившихся детей.

7. Но Рея, видя бессердечность мужа,

Который пятерых детей уже сожрал,

Шестого скрыла, Зевса, а на ужин

Дала в пеленках камень. Крон не знал,

Что был обманут, Зевс был скрыт

В пещерах острова, что назывался Крит.

Куреты охраняли громовержца,

Покуда тот не свергнул самодержца.

8. Когда Зевс, возмужав, детоубийцу

Из уст исторгнуть всех детей своих

Заставил, и к союзу шестерых

Богов, прославленных затем как олимпийцев,

Примкнул с детьми своими Океан –

Сильнейший после Кроноса титан, –

Тогда уже никто и знать не мог,

Кому победу уготовал Рок.

9. Моря кипели, смрад был над Землей.

Гекатонхейров Зевс призвал на бой.

И мрачный Тартар содрогался даже

От той войны, но наконец, титанов

Зевс одолел и заковал во тьму, а стражей

Приставил к ним сторуких великанов –

Гекатонхейров. Крон был побежден.

Зевс у папаши отнял дедов трон.

10. Разгневалась Земля детей-титанов мать

На олимпийцев, чтоб их наказать

От брака с Тартаром Тифона родила,

Стоглавое чудовище. Стрела

Не содрогнулась громовержца. Со всех сил

Сражался он и вскоре победил.

Окончилась великая напасть

И олимпийцы поделили власть.

11. С Олимпа Зевс законы и дары

Для смертных жителей земли ниспосылает.

Жизнь на Олимпе – вечные пиры,

Здесь музы слух бессмертных услаждают,

Хариты водят хороводы и поют

И громовержцу славу воздают.

12. Дикэ, хранитель правды, и Фемида

Собрания народа и богов

Устраивали, чтобы всех врагов

Изобличив в обмане, Немизиде

Предать на растерзанье. Каждый знал

Законы Зевса, чтил и соблюдал.

13. Под толщею морской стоял чудесный

Дворец. Стихией правил Посейдон.

Однажды Амфитритою прелестной,

Что вместе с сестрами водила хоровод,

Увлекшись, у отца похитил он.

Хотя и скрылась было Амфитрита

У Атласа, что держит небосвод,

Но Посейдоном не была забыта.

Открыл дельфин убежище девицы,

И тот, украв ее, решил жениться.

14. Тритон, сын Посейдона трубным гласом

Волнения на море вызывает,

Вздымается волна, но простирает

Трезубец Посейдон и тем же часом

Стихает буря . Вновь зеркальный блеск

И еле слышен у прибрежья плеск.

15. Протей среди других морских божеств

Мог изменять свой облик по желанью.

В чудовищ разных и иных существ

Он превращался. Даром прорицанья

Как вещий старец обладал Нерей,

Но подчинялся он царю морей.

Лишь Океан седой, что обтекал моря

В почете равен высшим был царям.

16. Неумолимый мрачный Зевсов брат Аид,

Бездонной пропасти земной он повелитель.

Водами рек Ахеронт и Коцит

И душ стенаньями наполнена обитель.

Здесь все, чья жизнь земная оскудела

На поле с бледными цветами асфодела,

И души, что Харон сюда привез

Назад не выпустит трехглавый Цербер-пес.

17. Жена властителя умерших Персифона

На троне восседает вместе с мужем,

А рядом соглядатаи закона,

Минос и Радамант, которым служат

Богини мщенья – Эринии и Такат,

Что души доставляют прямо в ад.

18. Аиду служит юный бог Гипноз,

Что погружает смертных в сладкий сон,

Смыкая веки, льет напиток грёз,

И грёзами бывает побежден

Нередко даже Зевс и сам Аид,

Хотя Гипноз не величав на вид.

19. Богиня Гера – покровительница брака,

Зевесова жена и Крона дщерь,

Людьми, богами чтима, но, однако,

До ссор доходит с мужем, но теперь,

Когда с Олимпа едет в колеснице,

Из золота колеса с медной спицей,

То всякий бог спешит пред ней склониться,

Великой олимпийскою царицей.

20. Но мстила Гера мужу за обиды.

Однажды стребовала в дар себе корову,

То Ио, превращенная для виду

Была на самом деле. Если слово

Давал Зевес, то он его держал,

Хотя любовью к Ио воспылал.

21. Девицу охранял стоокий Аргус-бог

Веленьем Геры. Сжалился Зевес

Над Ио. Сын его Гермес

Ветров начальник в аргусов чертог

Примчался. Стража речью усыпил

И голову его мечом срубил.

22. Но Геры месть продолжили страданья

Невинной Ио. Гнал ужасным жалом

Огромный овод, но она бежала,

Измученная чередой изгнаний,

Из страны в страну, но не нашлось такой,

В которой обрела б она покой.

23. Достигнув северной страны вольнолюбивых скифов,

Скалу нашла к которой, если верить мифу,

Прикован был ослушник Прометей.

Она нашла его, и он поведал ей

О том, что лишь на побережье Нила

Вернется образ и отступит злая сила.

Даны страданья, видно, не бывают зря –

Родит Египту Ио первого царя.

24. Любимец греков златокудрый Аполлон

Увидел свет на Делосе, Латона

Мать его, гонима Герой посланным драконом

На острове укрылась. Здесь со всех сторон

Одни лишь скалы на ландшафте диком,

Да чайки со своим унылым криком.

25. Потоки света разливались точно утром,

Когда родился Аполлон и всюду

Всё зацвело и засверкало, будто

С природой боги радовались чуду.

Когда плыл по небу с кифарою в руках,

Тогда всё злое погружалось в прах.

За мать же отомстил сын Зевса Аполлон –

Дождем из стрел был поражен Пифон.

26. Чтоб Аполлон стал чистым от греха,

Велел быть Зевс ему слугой на восемь лет

Царя Фессалии по имени Адмет

И исполнять работу пастуха.

Адмет был счастлив. Златокудрый бог

Алкесту в жены взять ему помог.

27. Весной и летом на лесистом Геликоне

Таинственно журчат Гиппокерены воды,

И девять муз-сестер при Аполлоне

Здесь величаво водят хороводы.

Гремит торжественно их хор по небосводу,

И зачарованная внемлет им природа.

28. Бывало, мстительным являлся Аполлон,

Сатир фригийский Марсий-музыкант

Наказан был за дерзость и талант

На состязанье Аполлона вызвал он.

В своем тщеславии раскаялся, возможно,

Когда ему багром сдирали кожу.

29. Сын Аполлона, бог врачей Асклепий,

Воспитанник кентавра мудрого Хирона,

Искусству врачеванья в высшей степени

Обучен был, но всё ж потомков Крона

Разгневал. Громовержец запрещал,

Чтоб тот умерших к жизни возвращал,

И молнией метнул Олимпа повелитель –

Сраженным пал искуснейший целитель.

30. Однажды принц фиванский Актеон

Отправился с друзьями на охоту,

Ручей, журчащий среди гор завидев, он

Пошел к нему, случайно выйдя к гроту,

Увидел там прекрасных дев полунагих,

И Артемида возвышалась среди них.

31. Купания свидетель Актеон

Навлек тем на себя сильнейший гнев,

И изумленный, даже не успев

Пощады попросить, был Артемидой превращен

В оленя стройного – ветвистые рога.

Беги, олень, коль шкура дорога.

32. И слова молвить не способен Актеон,

Почуяли собаки след его.

Представить вряд ли можно смерть ужасней –

Псы рвали тело бедного на части.

Друзей улов обрадовал на день –

Они не знали кто этот олень…

33. Предупредили Мойры Зевса о судьбе:

Богиня разума Метис родит тебе

Двоих божественных детей одновременно,

Один из них отнимет над вселенной

Власть твою. Зевс размышлять не стал:

Богиню речью усыпив, сожрал.

34. Прошло немного времени и вот

Покоя громовержцу не дает

Боль в голове, да и откуда взявшись?

Зевс приказал Гефесту, тот, примчавшись

Ударом череп расколол отца,

Чтоб не томили муки без конца.

35. И выяснилась боли той причина.

Из головы владыки в полном вооружении

Предстала пред очами поколений

Богов Олимпа мудрая Афина.

Герои Греции богиню будут чтить –

Она их от опасностей хранить.

36. В одном из гротов гор Киллены

Гермес родился Зевсов сын.

Быстрее бога во вселенной

Не было. Он стал один

Торговли покровитель и путей,

Обмана, стад, прекраснейших речей.

Людей он азбуке и счету научал,

И души умерших к Аиду провожал.

37. Гермес был изворотлив и хитер,

С младенчества явил себя как вор.

Трезубец Посейдона, меч Ареса,

Похитил в шутку даже скипетр Зевеса,

У Аполлона похищал коров стада,

Изобличен же не был никогда.

38. Арес, Зевесов сын и бог сражений

Любимцем не был он за кровожадность,

Раздор в сердца людей и беспощадность

Он сеял, тем приводя в движение

Войну. Любимейшим из дел

Ареса было любованье грудой тел.

39. Деймос и Фобос верные сыны

Аресовы его сопровождают,

У смертных страх и ужас вызывая,

Решивших следовать тропой лихой войны.

И битва близится, и стынет в жилах кровь –

Сердца людей покинула любовь.

Аресом же любовь не позабыта:

Его жена – богиня Афродита.

40. Стройна, нежна и в блеске красоты,

В благоухающих одеждах по лесам

Идет она, цветут пышней цветы,

И ярче светит солнце в небесах.

Спокойно шествует среди лесных зверей,

И дикий зверь бежит ласкаться к ней.

41. Понятно, что среди других напастей

Любовь взаимная приносит людям счастье.

Поёт Пигмалионова душа –

Любимой статуе позволено дышать,

Но от любви божественный Нарцисс

Неразделенной в отраженье скис.

Богиню почитал премудрый грек,

Поскольку хочет счастья человек.

42. Посланник есть у Афродиты – Эрот сын,

Весёлый, шаловливый стреловержец.

Коварен он порой, неумолим.

Кого стрела коснется, тот подвержен

Окажется любви, но вот беда,

Взаимной та бывает не всегда.

43. Бог Гименей, бог брака, молодых

Спешит поздравить с бракосочетаньем,

По просьбе исполняет их желанья.

Хор девушек поет на все лады

Ему на свадьбах. Гименей не виноват,

Что после свадеб может быть разлад.

44. Гефест – еще один сын Зевса, бог-кузнец,

Хромым родился, некрасивым, хилым.

Мать Гера, в гнев придя, его схватила

И сбросила с Олимпа. Тот исчез

В потоках воздуха, и, падая, кричал,

Пока в морские волны не упал.

45. Младенец не погиб, он был спасен

Фетидой и богиней Эвриномой,

А далее - история знакома –

Младенец скрыт и тайно был взращен

В подводном гроте, в океанской мгле,

Искуснейший в кузнечном ремесле.

46. Гнев затаил на мать Гефест широкоплечий,

И золотое кресло ей в подарок выковал,

И на Олимп послал. Доверчивая

Гера в кресло села и тут же вскрикнула:

Оковы, путы встать не дали ей,

Чтоб знала, как выбрасывать детей.

47. Никто не мог освободить из плена

Богиню. Поняли бессмертные – один

Гефест над креслом господин.

Опять Гермес летит на край вселенной

На поиски, но в том ему везло

Кузнечный бог, однако, помнил зло.

48 Гефеста долго умолял Гермес

Обители Олимпа посетить

Богиню от оков освободить,

Но тот не соглашался на отрез.

Дионис, бог вина, другой подход имел:

Гефест, забыв обиды, охмелел.

49. Посажен на осла и едет куда надо

Под звон тимпанов и под бубнов гром.

Вокруг сатиры пляшут и менады,

Сопровождая бога в отчий дом.

Гефест остался на Олимпе жить.

Конечно, мать пришлось освободить.

50. И вот живет Гефест с женой Харитой,

Богиней грации. Все ссоры позабыты.

Одни мехи, да молот с наковальней,

В углу стоящий горн огнеопальный.

Теперь судьба Гефеста радости полна,

Ведь есть любимая работа и жена.

51. Деметра, плодородия богиня и к тому же

Еще одна Зевесова забава,

Конечно, громовержец в том не правый,

Что часто был по принужденью мужем,

Сама быть может, очарована была –

Деметра Персефону родила.

52. Но Персефоне от рожденья был уготован

Отцом родным аидовой женой

Во мраке царства мертвых жить, иной

Не ведая судьбы кошмарный жребий. Снова

Беда приблизилась вмешательством тирана –

Знакомо нам всё это как ни странно.

53. По соглашенью с Зевсом мрачный бог Аид,

Задумав похищенье, Геру упросил

Цветок взрастить, чтоб дивен был на вид,

И ароматом девицу пленил.

Произошло всё похищенье вмиг,

Был слышен только приглушенный крик.

54. Деметра всюду дочь свою искала,

По всей земле блуждая 9 дней,

Но все, кого она б не повстречала

О Персефоне не могли поведать ей.

Слезами умоляла ей помочь

Найти хотя бы мертвой свою дочь.

55. С тяжелой скорбью слезы проливая,

Блуждала без надежды по земле,

И траур у богини на челе –

Земля не производит урожая.

И если дочь богиня не найдет,

То вскоре голод на людей грядет.

Когда же Гелиос о том поведал ей,

Как стала дочь ее женой царя теней,

Тогда Деметра вид приняв людской,

Богов решила не смущать тоской.

56. Прошло немало лет и приключения

Случались разные с Деметрой средь людей.

Тоска о дочери не позволяла ей

Заботиться о всех земных растениях.

Царил измор, и гибли племена –

Зевс понял, в этом есть его вина.

57. Гермес слетал в обитель мёртвых душ,

Поведал волю Зевса и Аид

Пообещал, что дочь освободит

Деметры при условии, что мужем

Персефоне станет, та – женой,

Чтоб не искала участи иной.

58. Забывшись в радости, Деметра заключила

В объятья Персефону свою дочь,

Вернувшись на Олимп, освободила

Всю Землю от бесплодия, помочь

Деметре с Персефоной Зевс решил –

Порядок встреч для них установил.

59. С тех пор они живут вдвоем две трети года –

Ликует и цветет тогда природа,

На треть же года матерь покидает

Дочь, тогда природа словно засыпает.

Конечно, не виновна Персефона

В явлениях природного закона.

60. Деметра как богиня величава

Тем, что людей возделывать поля

Рукою Триптолема научала,

И хлебородной стала вся Земля.

Царь скифов, Линх желал его убить –

Убийство удалось предотвратить.

Неправ был также царь Эрисихтон –

В голодных муках сам себя съел он.

61. По небу едет в колеснице Нюкта – Ночь,

И тьма застила землю точно одеялом,

И льется звездный свет мерцаньем вялым.

Так много звезд, что пересчесть невмочь

И высшим олимпийским божествам,

С которыми куда ж тягаться нам!

62. На небо всходит величавая Луна.

Селеною у эллинов она

Зовется. Льёт печальный свет,

И спит земля под серебристый цвет.

Ее слова любви Эндимион

Не слышит, погруженный в сладкий сон.

63. Спускается Селена с небосвода,

И ярко загорел вдали восток

Звездою Форос. Легкий ветерок

Подул, и приложением закона

Взошел опять на небо Гелиос,

И льет Земля благоуханье рос.

64. С четверкой золотых коней крылатых

И в колеснице той, что выковал Гефест,

Он мчит по небу, будто виноватые

Спешат укрыться звезды. Весь проезд

Сопровождается теплом и ярким светом –

Земля благодарит его за это.

65. Случилось так – сын бога Солнца и Климены

Фаэтон спросил, однажды подтверждение

Родства сыновьего, чтобы предположения

И домыслы иные прекратить. Мгновенно

Чтоб убедиться каждый мог с порога,

Что Фаэтон – сын Гелиоса-бога.

66. Спросил сперва свою полубогиню-мать:

«Скажи, ведь не простого смертного я сын?».

Климена молвила: «Тебе необходимо

Убедиться если в том, то путь держать

В дворец отца – недалеко от нас –

Развеются сомнения тотчас».

67. И Фаэтон достиг того дворца.

Он серебром и золотом сиял

С камнями драгоценными, отца,

Что в пурпурной одежде восседал

На троне, испросил: «Не будет преступленьем

Отцом назвать тебя – развей сомненья».

68. Тогда обнял, сняв огненный венец,

Бог Гелиос родного сына, и в ответ

Поклялся, что исполнит как отец

Любую просьбу. Фаэтона бред

В отчаянье повергло божество:

На колеснице тот просил его

Проехать по небу – бессмертным ровней стать,

Чтоб стали смертные за бога почитать.

69. «Безумный, - вскрикнул Гелиос-отец –

О, если б только я нарушить клятву мог!

Ведь это разве дело смертного, сынок,

Божеств бессмертных примерять венец!

Дорога так крута, так страшен путь,

Что даже Зевс не пробовал рискнуть».

70. «Ты думаешь, прекрасными полями

Ты насладишься, глядя на простор

Земной, поверь, всё это вздор.

Чудовищами, дикими зверями

Созвездий полон поднебесный мрак –

Телец, кентавр, скорпион и рак

Несут в себе погибель и страданье.

Ты не награду просишь – наказанье».

71. Но не хотел и слушать Фаэтон,

Лишь умолял отца, обняв руками.

«О смертные, зачем себя вы сами

Раньше срока губите, притом

Что можете за подвиги свои богами стать.

Тебя устал я переубеждать» -

Так Гелиос с печалью отвечал,

Жалея, что поспешно клятву дал.

72. Но делать нечего: подвел он Фаэтона

К колеснице золотой, что запряжёна

Была крылатою четверкою коней.

Чтоб не сжигало пламя солнечных лучей,

Священной мазью сыну бог натер лицо,

Сверкающим почтил его венцом,

И, сетуя, благословил в дорогу –

Нарушить клятву невозможно богу.

73. «Пусть будет путь прямым и осторожным,

Не уклоняйся, будь на колее.

Ретивы лошади – держи потвёрже вожжи,

Не дай им близко подлететь к земле,

Иначе ей грозит опустошенье.

Пока не поздно измени решенье».

Но Эос розоперстая взошла на небосвод,

И колесница сквозь туман уже летит вперед.

74. Взглянул с небесной высоты сын бога

И ужаснулся, вожжи ослабели,

И кони, слабину почуяв, осмелели,

И неизвестно, где уже дорога,

И далеко земля, и словно звери звезды,

И изменить решенье слишком поздно.

75. Несчастный юноша, отчаявшись от страха,

Вожжи выронил, и кони понеслись,

Стремительно взвиваясь к звездам ввысь,

Откуда, чудом избегая краха,

Стремглав несутся вниз. В огне земля:

Горят леса и горы, и поля,

Народы гибнут, полыхают города.

Такой беды не знали никогда.

76. Кипит Евфрат, горят Кавказ и Пелион,

Парнас двуглавый, Геликон и Ида.

В густом дыму не видит Фаэтон,

Что луч проник уже в обители Аида,

От зноя страждут даже божества.

Богиня Гея, подобрав слова,

Взмолилась Громовержцу со всех сил,

Чтоб тот весь этот ужас прекратил.

77. Услышал Зевс мольбу богини Геи.

Взмахнув десницей, молнию метнул.

Разбилась колесница, четверо коней

По небу разбежались. Утонул,

Упав, звезде подобно, Фаэтон,

В реке, что называлась Эридан,

Несущей воды прямо в Океан,

Вдали от родины и был там погребен.

Климена горько плакала, старик-

Отец в глубокой скорби закрывал свой лик.

78. Зевс полюбил прекрасную Селену,

Принцессу, дочь фиванского царя,

Узнав об этом, Гера захотела

Сгубить ее, но так, чтоб мужа зря

Не гневать, то решила не спешить –

Руками мужа злодеяние свершить.

79. Когда же Громовержец обещал

Любимой просьбу выполнить любую,

Тогда и Гера, став ее подругою

В земном обличии такому наущала:

Пусть в полном явится величии своем

Зевс-Громовержец прямо пред дворцом.

80. Не мог Зевес любимой отказать,

Предстал во всем величии своем.

Сверкали молнии, всё стало грохотать,

Дворец с округой полыхал огнем.

Семелу пламя жгло, съедала сера,

Расправилась с соперницею Гера.

Семела же беременна была –

И, умирая, сына родила.

81. Услышал Зевс младенца слабый крик.

Зеленый плющ густой пророс и вмиг

Обвив, прикрыл младенца, защитил.

Увидев же, что слишком мал он был,

Решил могучий бог в бедро закрыть его,

Чтоб не грозило больше ничего.

82. Окрепнув, Дионис родился из бедра

Уже вполне бессмертным божеством,

А далее – история стара –

Отдали мальчика на воспитанье в дом

Ино – тёти, где он возрастал

Тем гнева Геры чудом избежал.

83. Бог виноделия, вина и песнопений.

Устройством театральных представлений

Когда-то эллин Диониса почитал

И гимны-дифирамбы распевал.

Актеры в козьих шкурах выступали,

Что современники трагедией назвали.

84. С толпой веселою сатиров и менад

Обходит Дионис весь белый свет.

На голове его венец из винограда,

Ему в хмельном веселье равных нет.

И смертным утешение дано –

Он учит их производить вино.

85. Власть Диониса не везде полна –

Не всем по нраву сладкий вкус вина.

Однажды бог со свитой пировал,

И царь жестокий Фракии напал,

Ликург и свиту в бегство обратил,

Но Зевс Ликурга вскоре ослепил.

86. В Орхомене, в Беотии-стране

Ни разу не слыхали о вине,

И Диониса-Вакха не признали

За бога, три принцессы отказались

Прийти по приглашению жреца

На праздник Вакха, видя в нем лжеца.

Чего в итоге три сестры добились? –

Летучими мышами обратились.

87. Стоял однажды юный Дионис

Один на берегу морском лазурном.

Играл кудрями и плащом пурпурным

Ветерок, волна врезалась в мыс.

И вот вдали корабль показался

Разбойников морских, он приближался

Довольно быстро к берегу, решили,

Что юноша богат, его схватили

И утащили на корабль свой –

Они не знали кто это такой!

 

88. Пытались пленника цепями заковать,

Но те спадали, он сидел с улыбкой

И ждал, а кормчий начал звать

Товарищей, чтоб убедить в ошибке

И отпустить: «Быть может это славный Аполлон,

Поскольку не похож на смертных он».

Но капитан со злобой речь прервал:

«Презренный, поворачивай штурвал,

Попутный ветер и легка волна,

Твоим же суеверьям грош цена».

89. Но вот, когда корабль вышел в море,

Покрылся вдруг он весь плющом и виноградом,

А пленник обернулся львом громадным,

Тогда все поняли, что их постигло горе,

И в море бросились, отчаявшись в спасении.

Лев капитана растерзал в одно мгновенье.

Но кормчего бог юный пощадил:

«За доброту тебя я полюбил!».

90. Созвездьем небо вдохновляет нас,

Вот Дева, Пёс Большой и Волопас,

Все были смертными когда-то, и сейчас

О них пришла пора начать рассказ.

Икарий чтил богов и всех людей,

Гостеприимно принимал гостей,

Всех без разбора: нищ тот, иль богат –

Оказывал всем равное почтенье.

И щедрое готовил угощенье:

Свинина, рыба, мед и виноград.

Однажды Дионис вошел под видом бедняка

К Икарию. Богам шутить не привыкать.

91. Икарий бедняка приветствовал как брата,

Хотя не знал, что перед ним не нищий,

И, предложив одежду, вдоволь пищи,

Упрашивал остаться до заката.

Когда же предложил ночлег ему,

Тот вдруг отбросил посох и суму,

Предстал перед Икарием в сиянии,

Божественном своем очаровании.

92. «Я – бог, сын Зевса и Семелы

Дионис», - сказал чудесный гость, -

«Нелицемерно ты добро мне сделал,

За это я тебе в подарок гроздь

Дарю с лозою винограда своего –

Его вино не просто опьянит,

Оно всегда настолько веселит,

Что не захочешь больше ничего,

Но пить его прилично мудрецам –

Веселья истинного не понять глупцам».

93. И жил Икарий, жизнью наслаждаясь,

И добродетели своей не потерял,

Гостей вином чудесным угощал,

И каждого за мудреца считая,

Ни разу он не ошибался в том,

Пока беда не посетила дом.

94. Однажды дал вина он пастухам испить,

Но было их таким ума строенье,

Что буйным стало это опьяненье,

И, думая, что это отравленье,

Икария решили погубить.

Когда злодейство покрывала ночь,

Убили и в горах зарыли тело,

Икарий же не понимал в чем дело,

Когда в глазах от боли потемнело.

И долго бы искала тело дочь,

Коль не собака Мойра, что насилу

Нашла любимого хозяина могилу.

95. От горя обезумев Эригона,

Задумала себе худой венец,

И по велению аидова закона,

Отправилась туда, где был отец.

На древе, под которым находилось тело

Петлю повесила, веревка знала дело,

Но Дионис узнал об этом слишком поздно,

Взял души их и сопричислил звездам.

96. Однажды с шумною компанией своей

Шел Дионисий по лесистым скалам,

Селен – учитель, от вина усталый

Шел, спотыкаясь посреди полей.

Крестьяне, видя старого мужчину,

Конечно, поняли шатания причину,

Подняв, связали старца – седовласа

И отвели его к царю Мидасу.

Увидев старца, царь узнал его,

И принял, точно бога самого.

97. Гостил с почетом во дворце царя Селен,

И девять дней роскошными пирами,

Царь старца услаждал, богатыми дарами

Наградив, сопровождал, покинув лично стены

Дворца Мидас и Дионису возвратил

Учителя, чем бога вдохновил

Дать обещанье просьбу выполнить царя,

За доброту его благодаря.

98. Царь Фракии с мольбою обращался:

«Великий бог, прошу тебя о том,

Чтоб всё тотчас же обращалось золотом,

К чему бы я не прикасался».

«Исполню просьбу я твою», - ответил бог, -

«Но, право, лучшего ты попросить бы мог!».

99. Царь ликовал, его сбылась мечта:

Одежда, обувь, след – из золота,

Сорвет он ветвь – та станет золотой,

Омоет руки золотой водой,

Устроил пир, вернувшись во дворец,

И ликованью наступил конец.

100. Все яства обращались в золото:

Вино, и хлеб, и мяса, и плоды,

И понял, что погибнет он от голода,

И не желая для себя такой беды,

Взмолился он, рыдая и стеня:

«Могучий Дионис, спаси меня!».

101. Явился Дионисий и царю сказал:

«О том, что к золоту пристрастие

Губительно, ты, наконец, познал,

Но я тебя избавлю от несчастья

За доброту сердечную твою –

В водах Пактола смой вину свою».

Царь понял, что окончился кошмар,

Когда Пактола воды смыли дар.

102. Бог леса, пастухов, хранитель стад

И величайший в свите Диониса, Пан,

Родился с бородою и рогат,

С козлиными ногами. Очень рад

Младенцу-сыну был отец Гермес. Не дан

Пусть грозный вид, зато менад

Превосходил впоследствии во всем.

Веселый нрав все восхваляли в нем.

 

103. Пан не остался на Олимпе жить,

Он высоко в горах пасет стада,

Он любит нимф свирелью веселить,

Но добродушен вовсе не всегда,

Не даром же на путников в горах

Панический порой находит страх.

104. Гордился Пан игрою на свирели,

Однажды вызвал даже Аполлона

На состязанье, тот пришел. На склонах

Тмола выбор места для дуэли

Пал. Пан начал состязанье.

Простые звуки растекались нежно

По склонам Тмола, просто, безмятежно,

Но Аполлон игрой очарованье

Такое произвел на всех вокруг,

Что и не верилось, что это просто звук.

105. Кифара золотой струной звучала

В руках у бога, музыка лилась

Предивной красоты, благоговейно замолчала

Природа, божественную почитая власть

Искуснейшего Аполлона-Феба,

Чья музыкальность услаждала небо.

106. Победу Аполлону присудили,

Но царь Мидас, уже знакомый нам,

Игру свирели Пана похвалил и

Получил от Феба по ушам,

Что сделались ослиными тотчас,

Его потомки прячут их от нас,

Старательно и под большим тюрбаном,

Но это мелочи, а что случилось с Паном?

Он, побежденный удалился в лес глубокий,

Веселых песен сочинять не стал,

И, кроме нимф, мелодиям внимал

Лишь одинокий Аргус бог стоокий.

poembook.ru


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.