Цадаса гамзат стихи


Мудрость. Стихотворения (Гамзат Цадаса, 2007)

Милые дочери! Слово я взять хочу.

Славить сегодняшний добрый день хочу.

Ненарушимые – вольных людей права

Радостным женщинам нашей страны даны.

Юные и свободные внучки мои!

Что это значит – можете ли понять?

Новое по достоинству оценить?

Прошлое и теперешнее оглядеть?

Встретил меня Магома давным-давно —

Три десятилетия с лишним прошли…

Белое и черное узнать довелось…

Что осталось неведомым? – Смерть одна.

Мне в ту пору исполнилось десять лет…

Выдали за хозяина баранты.

Ясно помнится – мой отец говорит:

«Он из рода хорошего, он богат».

Разве юношей мало у нас в роду?

Часто взглядами провожали меня.

Разве не было сверстников молодых?

Разве друга сердца не выбрать из них?

Был уже стар супруг нареченный мой,

Не подружилась его судьба с моей.

Всюду богатому привет и почет, —

Неимущая – разве пара ему?30

Если где-нибудь встречному улыбнусь —

Будь он родственник, – улыбаться нельзя!

Если по воду шла, он и то следил,

Всех и каждого заподозрить готов.

Если вышла я воздухом подышать,

Он терзал меня по ночам в тишине,

Он словами позорящими хлестал.

Люди добрые крепко спали кругом…

Если жаловаться бежала к отцу,

Тот кричал: «Ты – замужняя! Хоть умри».

Соберешься ли с жалобами в Хунзах —

Прав останется, кто имеет стада.

Надрываясь, работала я, как мул, —

Не похвалит, не пожалеет старик.

Были тяжести не под силу ослу,

Что таскала я, только брань заслужив.

Оборвашкою он меня обзывал…

Разве бросишь приданое? Убежишь?..

Взял со временем он вторую жену, —

Вдвое стало мне тяжелее тогда.

В теплой комнате зимовали они —

Ветер хозяйничал в сарае моем,

Выше кровли у них поленница дров,

Мне и детям моим – саманный огонь.

Туши вяленые баранов у них —

Хоть бы косточку мне и детям моим!

Поедали чуреки мешками они —

Хоть лепешку мне и детям моим!

Чаю с сахаром сколько хочешь у них —

Слезы горькие с горьким хлебом у нас…

Как забиты и тощи дети мои, —

Он смеялся язвительно с той женой…

Сколько так провела я зимних ночей

С плачущими на соломе детьми!

Сколько так провела я долгих ночей,

К люльке сонную голову приклонив!

Он кунацких ко мне посылал коней —

Чистить, выходить их приказывал мне…

Он захожих ко мне отсылал бродяг,

В саклю чистую не пускал меня.

Привезут ли друзья корзины плодов, —

Шли корзины к нему, а ослы – ко мне.

Со свежинкой придут ли с гор пастухи, —

Значит, мясо – к нему, пастухи – ко мне.

Если сам приезжал откуда-нибудь, —

Поглядели бы, как подарки делил!

Поснимает хурджины с коня: «Бери!»

Но хурджины-то ей, а седло-то – мне.

Что, не нравится мне расседлать коня?

Добавлял охотно удар камчой.

Всякий раз привозил башмаки жене, —

Как была, босиком осталась я.

Сколько шелковых подарил ей платков!

Шею не во что мне закутать зимой…

Я служанкой бесплатной ему была,

Как служанку, выгнал меня наконец.

Он развода страшное слово сказал, —

Невозвратное при мулле произнес.

Я невестой приданое ему принесла, —

Мне он к старости ничего не вернул.

Понапрасну я жаловалась мулле.

Топорище, шутит, испачкал бычок.

Все я думала, как покончить с собой,

Смертью дикой, безумною умереть?

Вниз бы ринуться головой со скалы.

Да расколется ли еще голова?

Не железная ли она, говорю,

Сколько палок он об нее изломал!

Сколько палок он об меня обломал,

О согбенную спину мою, – спроси.

Не под бременем ноши согнулась я, —

Это сгорбило бремя горя меня.

Рано волосы побелели мои, —

Думы тяжкие пали снегом на них…

Так прославим же тех, кто сбросил ярмо, —

Славен класс пролетариев – наш класс!

И да здравствует наш весенний день,

Женщины свободной страны!

kartaslov.ru

Стихотворения. «Мудрость» | Цадаса Гамзат

 

Письмо из Москвы

Дорогие мои!

Спешу по почте

Отправить вам

подобие письма,

Пока еще

собой владею,

Пока сохранил

остатки ума.

Увидеть Москву

после дальней дороги –

Это значит забыть

прежнюю жизнь свою.

Теперь я не только

своих не узнаю,

Я просто сам себя

с трудом узнаю.

За пять дней в Москве

много увидел я –

Дважды мне не пришлось

видеть одно и то же.

Катались мы туда,

катались сюда,

До края-конца

доехать не можем!

Люди строят дома

на пустом месте,

Здесь застроено все,

нету мест пустых!

Если кто любит блеск —

зеркало заводит, –

Здесь город целиком

зеркалом блестит!

Лампы здесь висят

светящимся виноградом

И одолевают

полночную тьму.

По улицам людным

носятся самокаты,

Как бешеные коровы,—

только слышно:

му-у-у!

Словно пчелы из улья

на цветы весной,

Вылетают трамваи

чинно и стройно…

И странное дело:

миллионы людей,

А никто не кричит,

говорят спокойно!

Ругани я здесь

ни от кого не слыхал,

Пьяных не встретилась

ни одна ватага,

И сплетен наших

я здесь не слыхал, –

Тех, что не стерпит

даже бумага!

Все, что видел, надо

собрать в одно.

Перо утомилось,

за труд не берется!

Боюсь, что бедная

моя голова

В конце концов

на куски распадется!

А глазам говорю:

«Смотрите, глаза!»

А глаза отвечают:

«Мы устали».

Я ушам кричу:

«Слушайте!»

Уши в ответ:

«Мы оглушены,

отдохнуть нельзя ли?»

Иду я по улице,

куда ни глянь –

Слева – я!

Справа – я!

Спереди – я же!

Все эти трое,

конечно, это я,

Но я-то сам, я сам

девался куда же?

Так в городе живу —

он очень красивый,

Но слишком шумный,

могу вам поклясться в том,

Что, если неделю

еще здесь пробуду,

Шлите мне письма в здешний

сумасшедший дом.

Первое впечатление —

что мне запало в уши,

Что поразить успело

мой растерянный взгляд.

Остальное подробно

расскажу по приезде

Всем, кому интересно,

ваш муж и отец

Гамзат.

litra.pro

Читать онлайн Мудрость

Книга стихов Гамзата Цадасы (1877-1951), народного поэта Дагестана, талантливого мастера сатиры и юмора, баснописца и драматурга, автора эпических поэм, лирических стихов, сказок для детей. Первые публикации поэта относится к 20-м годам прошлого столетия. В 1934 году вышла в свет первая книга сатирических стихов "Метла адатов". В годы Великой Отечественной войны были опубликованы книги "К мести!", "За победу!". В последующие годы кроме отдельных сборников были изданы собрания сочинений в 2-х, 3-х и 4-х томах. В переводе на русский язык в Москве, Ленинграде, Махачкале вышли сборники избранных произведений поэта. Г.Цадаса известен как поэт-переводчик. В его переводах вошли в дом аварского читателя избранные стихи А.С.Пушкина, его поэма "Руслан и Людмила".

Содержание:

  • Неутомимый пахарь 1

  • Стихотворения 2

  • Военное лихолетье 12

  • Лирика 13

  • Из книги "метла адатов" 14

  • Из книги "Уроки жизни" 17

  • Примечания 18

Гамзат Цадаса
Мудрость

Неутомимый пахарь

Поседелый, как сказанье,
И, как песня, молодой.

Н. Тихонов

Эпиграфом к рассказу о Цадасе можно было бы взять и другие слова Николая Тихонова – не стихи, а прозу: "Это был самый острый ум современной Аварии, поэт, убивавший словом врагов нового, мудрец, искушенный во всех тонкостях народного быта, беспощадный ко всему ложному, смелый борец с невежеством, глупостью, корыстью…" . Я не знаю характеристики более емкой и точной. Тихонов познакомился с Гамзатом в 1933 году в Хунзахе близ Цада. Имя поэта было уже тогда знаменито на его родине. Но ни одно его стихотворение еще не было переведено на русский язык. Первые переводы его стихов: "Радиомачта на сакле соседа", "Наставление" и "Кинжал" – увидели свет годом позже в "Дагестанской антологии".

Цадаса означает "цадинский". По-русски – "огненный". Ныне название маленького аварского аула Цада известно едва ли не каждому любителю поэзии. Цада воспет во многих стихах Расула Гамзатова. Небольшое это селенье дало большой советской отчизне двух замечательных поэтов. И первым из них был отец Расула, народный поэт Дагестана Гамзат Цадаса. Здесь и сейчас стоит каменная сакля, построенная руками Гамзата и его жены Хандулай. Она прилепилась к лобастому взгорью и окружена гладкими глыбами валунов, бог весть когда упавших оттуда, сверху. Теперь в ней мемориальный музей Цадасы.

2007 год – год 130-летия со дня рождения Гамзата. Далеко за туманными перевалами времени лежит его юность, та, почти уже легендарная пора, когда он, четырнадцатилетний аульный мальчик, написал первые свои сатирические стихи… Но так ярка, так крупна его личность, что – удивительно – чем дальше уходят годы, тем все больше и больше находят в горах живых значительных сведений о его детстве, юности, начале творческой деятельности. Не совсем верно присловье: "память забывчива". Людская память отзывчива на доброе… Она сохранила ранние, не знавшие печатного станка стихи Цадасы и дала возможность их воскресить. Она вызвала к жизни многочисленные воспоминания современников, редкий образец единодушия в оценке личности поэта, его места в общественной жизни народа.

При жизни, познав успех и славу, Цадаса скупо оделял своих биографов сведениями о себе. Стремление быть таким, как все, едва ли не самая заметная черта его облика. Впрочем, стремление – не то слово. Тут сама человеческая суть… Время сторицей воздало Гамзату Цадасе за эту скромность.

Цадаса прожил 74 года, умер в 1951-м. Но у всего, что он начинал, что делал, счастливое продолжение. Он заложил основы современного аварского литературного языка. Первым в Аварии заговорил с народом через газету агитационным стихом, продиктованным революцией. Его сатира и сегодня в строю. Ему обязана зарождением национального репертуара аварская драматургия.

А началось с озорных стихов неунывающего муталима, ученика мечетской школы. Гамзат рано осиротел. Опекун отдал его в науку, и обучение это длилось ни много ни мало двадцать лет. Два десятилетия скитаний из аула в аул, от наставника к наставнику в поисках науки истинной, не затемненной чадом фанатизма.

Однако двадцатилетний курс наук дал Гамзату совершенное знание арабского языка, с помощью которого ему раскрылись философия, история, юриспруденция, географическое познание мира. Труды восточных литературоведов познакомили его с крупнейшими именами и явлениями европейской литературы: Вольтером, Гете, Гюго. Что же касается классической поэзии Востока – она на всю жизнь одарила его многими сокровищами.

Долгий искус учения был для Цадасы суровой школой бесценного познания жизни. Народной жизни. Муталим, неимущее дитя аула… В урожайный год сыт горсткой муки, полученной от сердобольной крестьянки. В неурожайный – голоден, как всякий бедняк. Все беды и радости крестьянства были переплетены с долей мечетского сироты-школяра.

Волей судеб Гамзат несколько лет был муллою, дибиром. Потом от духовного звания добровольно отказался. Об этом поэт обстоятельно рассказывает в поэме "Моя жизнь", словно оправдываясь перед кем… Уж больно долго допекали его злопыхатели и "ортодоксы" от литературы этим "мулльством". Но главным в его судьбе всегда оставалась песня. Песня, говоря словами его земляка и друга, Сулеймана Стальского, горячая, как обжигающая рот пища.

… Правдивое стихотворное слово издавна ценилось в Аварии высоко. Здесь любили и почитали поэтов. Хотя в то же время званию стихотворца сопутствовало что-то вроде иронического пренебрежения: "Не солидное, мол, занятие!" В Аварии редкостью была тогда печатная книга на родном языке. Но уже сложилась, имела богатую историческую почву литература письменная. Стихи писались, а не только пелись.

Профессор А. Жирков рассказывал о "картине деятельной литературной жизни", увиденной им в Аварии в 1923 году: "Песни появляются, можно сказать, почти еженедельно. Песни не анонимные, относящиеся не к коллективному творчеству, но имеющие определенного автора, всем известного, откликающегося зачастую на злобу дня… песню эту можно не только петь, можно ее и читать. Ее на самом деле читают, обсуждают, критикуют, а если признают за великое произведение искусства, то и комментируют. Словом, мы наблюдаем полную и развитую аналогию с тем, что мы видим в нашей европейской литературной жизни" .

В эту деятельную литературную жизнь Цадаса внес новую ноту. Придал, как он говорил, "древней аварской пандуре третью струну". До него в аварской поэзии преобладала любовная лирика. "Третьей струной" стало реалистическое изображение повседневной жизни, обличительный пафос стихов.

…В 20-е годы складывается знаменитая книга Цадасы "Метла адатов" (1934). Народное начало определило содержание и форму его сатиры, восходящей к истокам фольклорного юмора, к традиционным аварским жанрам посланий, монологов, "споров", обращений. Своим стихом поэт боролся против заплесневелых обычаев-адатов: кровной мести, униженности женщины, невежества. Он говорил: "Я применил жанр сатиры к воспеванию новой, советской жизни". Порицая и клеймя дурное наследие прошлого, он воспитывал человеческие души для перемен, рождаемых революцией.

Мне впервые пришлось встретить Цадасу в год выхода "Метлы адатов", когда он из Цада приехал в Махачкалу на Первый съезд писателей Дагестана. Каким он запомнился? Лицо его, крупной лепки, прокаленное горным солнцем, не было красиво. Но оно было необычайно привлекательно выражением сосредоточенной мысли, доброты, спокойной силы. При коренастой, плотной фигуре – легкая, неслышная поступь. Одет Цадаса был, как обычно одеваются почтенные горцы: в папахе, суконная рубаха до колен перетянута по талии ремешком с серебряными украшениями (костюму этому Гамзат не изменил до конца жизни).

В его немногословии, сдержанности жестов, манере внимательно слушать собеседника, прищуривая зоркие улыбчивые глаза, была высокая интеллигентность. Он никого не подавлял своим авторитетом, был ровен со всеми. Людей отличал не по рангам и должностям – по внутренним достоинствам.

Он был добрым другом и заботливым наставником для многих литераторов Дагестана. Он верил в молодых. Многим его нравственный облик, пример его твердости в убеждениях служил путеводной звездой. В нем была полная мера благожелательности и ни капли самомнения. В шестьдесят лет, окруженный почетом, награжденный высокими званиями, он мог сказать молодому поэту:

О юноша, сумевший вызвать смело
К стихам своим живейший интерес,
Мое перо состарилось, как тело,
Его ты зря возносишь до небес.

Не воздавай почета мне, не надо.
Я о былом, о прошлом вел рассказ.
И нынче дар мой гаснет, как лампада,
В которой масла кончился запас.

Хозяин оскудевшего амбара,
Я на хромом уже плетусь коне,
А твой – горяч, он моему не пара,
Скачи вперед и не завидуй мне.

dom-knig.com

Гамзат Цадаса - Мудрость читать онлайн

Гамзат Цадаса

Мудрость

Неутомимый пахарь

Поседелый, как сказанье,
И, как песня, молодой.

Н. Тихонов

Эпиграфом к рассказу о Цадасе можно было бы взять и другие слова Николая Тихонова – не стихи, а прозу: «Это был самый острый ум современной Аварии, поэт, убивавший словом врагов нового, мудрец, искушенный во всех тонкостях народного быта, беспощадный ко всему ложному, смелый борец с невежеством, глупостью, корыстью…»[1]. Я не знаю характеристики более емкой и точной. Тихонов познакомился с Гамзатом в 1933 году в Хунзахе близ Цада. Имя поэта было уже тогда знаменито на его родине. Но ни одно его стихотворение еще не было переведено на русский язык. Первые переводы его стихов: «Радиомачта на сакле соседа», «Наставление» и «Кинжал» – увидели свет годом позже в «Дагестанской антологии».

Цадаса означает «цадинский». По-русски – «огненный». Ныне название маленького аварского аула Цада известно едва ли не каждому любителю поэзии. Цада воспет во многих стихах Расула Гамзатова. Небольшое это селенье дало большой советской отчизне двух замечательных поэтов. И первым из них был отец Расула, народный поэт Дагестана Гамзат Цадаса. Здесь и сейчас стоит каменная сакля, построенная руками Гамзата и его жены Хандулай. Она прилепилась к лобастому взгорью и окружена гладкими глыбами валунов, бог весть когда упавших оттуда, сверху. Теперь в ней мемориальный музей Цадасы.

2007 год – год 130-летия со дня рождения Гамзата. Далеко за туманными перевалами времени лежит его юность, та, почти уже легендарная пора, когда он, четырнадцатилетний аульный мальчик, написал первые свои сатирические стихи… Но так ярка, так крупна его личность, что – удивительно – чем дальше уходят годы, тем все больше и больше находят в горах живых значительных сведений о его детстве, юности, начале творческой деятельности. Не совсем верно присловье: «память забывчива». Людская память отзывчива на доброе… Она сохранила ранние, не знавшие печатного станка стихи Цадасы и дала возможность их воскресить. Она вызвала к жизни многочисленные воспоминания современников, редкий образец единодушия в оценке личности поэта, его места в общественной жизни народа.

При жизни, познав успех и славу, Цадаса скупо оделял своих биографов сведениями о себе. Стремление быть таким, как все, едва ли не самая заметная черта его облика. Впрочем, стремление – не то слово. Тут сама человеческая суть… Время сторицей воздало Гамзату Цадасе за эту скромность.

Цадаса прожил 74 года, умер в 1951-м. Но у всего, что он начинал, что делал, счастливое продолжение. Он заложил основы современного аварского литературного языка. Первым в Аварии заговорил с народом через газету агитационным стихом, продиктованным революцией. Его сатира и сегодня в строю. Ему обязана зарождением национального репертуара аварская драматургия.

А началось с озорных стихов неунывающего муталима, ученика мечетской школы. Гамзат рано осиротел. Опекун отдал его в науку, и обучение это длилось ни много ни мало двадцать лет. Два десятилетия скитаний из аула в аул, от наставника к наставнику в поисках науки истинной, не затемненной чадом фанатизма.

Однако двадцатилетний курс наук дал Гамзату совершенное знание арабского языка, с помощью которого ему раскрылись философия, история, юриспруденция, географическое познание мира. Труды восточных литературоведов познакомили его с крупнейшими именами и явлениями европейской литературы: Вольтером, Гете, Гюго. Что же касается классической поэзии Востока – она на всю жизнь одарила его многими сокровищами.

Долгий искус учения был для Цадасы суровой школой бесценного познания жизни. Народной жизни. Муталим, неимущее дитя аула… В урожайный год сыт горсткой муки, полученной от сердобольной крестьянки. В неурожайный – голоден, как всякий бедняк. Все беды и радости крестьянства были переплетены с долей мечетского сироты-школяра.

Волей судеб Гамзат несколько лет был муллою, дибиром. Потом от духовного звания добровольно отказался. Об этом поэт обстоятельно рассказывает в поэме «Моя жизнь», словно оправдываясь перед кем… Уж больно долго допекали его злопыхатели и «ортодоксы» от литературы этим «мулльством». Но главным в его судьбе всегда оставалась песня. Песня, говоря словами его земляка и друга, Сулеймана Стальского, горячая, как обжигающая рот пища.

… Правдивое стихотворное слово издавна ценилось в Аварии высоко. Здесь любили и почитали поэтов. Хотя в то же время званию стихотворца сопутствовало что-то вроде иронического пренебрежения: «Не солидное, мол, занятие!» В Аварии редкостью была тогда печатная книга на родном языке. Но уже сложилась, имела богатую историческую почву литература письменная. Стихи писались, а не только пелись.

Профессор А. Жирков рассказывал о «картине деятельной литературной жизни», увиденной им в Аварии в 1923 году: «Песни появляются, можно сказать, почти еженедельно. Песни не анонимные, относящиеся не к коллективному творчеству, но имеющие определенного автора, всем известного, откликающегося зачастую на злобу дня… песню эту можно не только петь, можно ее и читать. Ее на самом деле читают, обсуждают, критикуют, а если признают за великое произведение искусства, то и комментируют. Словом, мы наблюдаем полную и развитую аналогию с тем, что мы видим в нашей европейской литературной жизни»[2].

В эту деятельную литературную жизнь Цадаса внес новую ноту. Придал, как он говорил, «древней аварской пандуре третью струну». До него в аварской поэзии преобладала любовная лирика. «Третьей струной» стало реалистическое изображение повседневной жизни, обличительный пафос стихов.

…В 20-е годы складывается знаменитая книга Цадасы «Метла адатов» (1934). Народное начало определило содержание и форму его сатиры, восходящей к истокам фольклорного юмора, к традиционным аварским жанрам посланий, монологов, «споров», обращений. Своим стихом поэт боролся против заплесневелых обычаев-адатов: кровной мести, униженности женщины, невежества. Он говорил: «Я применил жанр сатиры к воспеванию новой, советской жизни». Порицая и клеймя дурное наследие прошлого, он воспитывал человеческие души для перемен, рождаемых революцией.

Мне впервые пришлось встретить Цадасу в год выхода «Метлы адатов», когда он из Цада приехал в Махачкалу на Первый съезд писателей Дагестана. Каким он запомнился? Лицо его, крупной лепки, прокаленное горным солнцем, не было красиво. Но оно было необычайно привлекательно выражением сосредоточенной мысли, доброты, спокойной силы. При коренастой, плотной фигуре – легкая, неслышная поступь. Одет Цадаса был, как обычно одеваются почтенные горцы: в папахе, суконная рубаха до колен перетянута по талии ремешком с серебряными украшениями (костюму этому Гамзат не изменил до конца жизни).


Конец ознакомительного отрывка
Вы можете купить книгу и

Прочитать полностью

Хотите узнать цену?
ДА, ХОЧУ

libking.ru

Гамзат Цадаса

ПОЭМА

 

1

 

Щибаб жо гIемерлъанагIан

ГIадат буго учузлъулеб,

ГIажаиблъи, адаб кинаб,

ГIемерлъидал хиралъулеб?

 

ГIадан ракьа-гьаналъ гуро

Панзидаса ватIалъулев,

ЛъикIаб-квешалда гIуж балеб

ГIакълу-тадбир къваригIуна.

 

Эбел-инсул адаб цIуне,

ЦIикIкIарасул хъатир гьабе,

Хъизан-лъимал, тарбия кьун,

Тадбиралда ругьун гьаре.

 

Мадугьалихъ гьуин вукIа,

Гьалбадерилъ недегь вукIа,

Мискин-пакъир рази гьаве,

Язихъасда гурхIел гьабе.

 

ГIагаразулъ тамах вукIа,

ГIадангун мун хIерен вукIа,

ХIажатасе кумек гьабе,

Квачакъазул хIурмат гьабе.

 

Рекъал, бецал, загIипазде

Зияратал гIемер гьаре,

 

Заманаялъ мугъ рехарал

Харабазда гурхIел гьабе.

 

Мунагьалда ракI бухIарал

ХIелмуялда жанир раче,

ХIалуцараб ццинги къулчIун,

Къураздаса тIаса лъугьа.

 

Дургун ракI сукIарав гьалмагъ,

Салам кьун, нечезе гьаве,

Ццин бахъун, дулъ ригъаразда

Гъоркье-тIаде ваккун кIалъай.

 

Дурго рагIи битIухъ гьабун,

ГIадамалгун къацандуге,

Бергьарав чи къураб рагъде

Къоно ричIизе лъугьунге.

 

РетIунеб ратIлидаса дур

ТIабигIат берцинаб букIа,

Бицунеб рагIиялдаса

Гьабулеб жо лъикIаб букIа.

 

Живго гIодовгIан гьавурав

ГIадамаз кIодо гьавула,

Гьумер битIун кIалъалезде

Кинавго чи мутIигIлъула.

 

ГьитIинал кIодо гьарулев

КIудиязеги вокьула,

Гьесул хIурмат гьабулаго,

ГьитIиналги гIун рачIуна.

 

 

Адаб буго гIадамасул

ГIумру берцин гьабулеб жо,

Живго вахчун вукIаниги,

Халкъалда гьев вихьулеб жо.

 

Хазина дур гьелъул букIа,

Бикъиялда хIинкъи гьечIеб,

БикъанагIан гIемерлъулеб,

ЛъунагIан бакI гIатIилъулеб.

 

Босе адаб – дурго ярагъ,

Адаб цIуне – дурго гьалмагъ,

Мех баниги херлъулареб,

Мун хваниги кIочонареб.

 

2

 

Воре, чIухIи гIодоб рехе,

ГIадамазул къимат гьабе,

ГIамал гьитIинавлъун вукIа,

Гьалмагъзабазе рухIги кье.

 

Дулъ гьечIеб рецц гьабунилан

Гьелдаса, воре, вохуге,

Бугеб гIайиб рехсонилан

Вихха-хочунги лъугьунге.

 

Живго жиндие гIурав чи 

ГIадамазе басралъула, 

Бохараб гьумер бугесул

Гьалмагъзаби гIемерлъула.

 

Гьуинаб рагIи бицани,

ГIадамасул ракI батула,

РакIги кверги гIатIидасул.

ГIумру берцинаб букIуна.

 

КигIан уяб букIаниги

Мунго дуцаго веццуге,

"Дун", "дие", "дир", "дица" – йилан,

ЦIекIал рагIаби рицунге.

 

Халкъалдаса тIадегIанлъи

ТIалаб гьабизе лъугьунге,

Вортани, бохдул унтулеб

Борхалъиялде вахунге.

 

Бараб ахIулъ яхI рехуге,  

ВиххичIого цо хIал ккун чIа

ХIамабагьадурлъи гьабун,

Балагьазде данде унге.

 

Дуда бацизе кIолареб

КIалтIуги рагьуге дуца, –

КIалалъ бичизе кIолареб

ГарацIги бухьунге дуца.

 

Мун лъаларев чи гурилан

Кутак бихьизе гьабуге,

Бихьилин, рагIилин абун,

ГIадамазе хIинкъи кьоге.

 

Чияца къанцIцIвилеб хIалалъ

ЦIакъго виччунги вукIунге,

Къокъидго векилеб куцалъ

Квешго вакъванги вукIунге.

 

 

ГIадамасул тIадегIанлъи

РагIад гIадаб жойин бугеб, –

Мун вортанагIан лъутулеб,

Мун лъутанагIан бортулеб.

 

РекIел гьава чIарбида лъе,

Гьагаб гIамал хIатIикь тIаме,

Рецц къваригIараб напсалда

Босун гъванщилъ бакIаб зар лъе.

 

Воре, дуца гьалмагъасе

Щибниги зарал гьабуге, –

Зулмуялъ дур гIумруялъул

ГIурхъаби рукIкIинарулеб.

 

Мазлумасул рекIел унти –

Тушман чIвалеб чIор букIин лъай,

Ятимасул берзул магIу –

Загьру букIин кIочон тоге.

 

3

 

Воре, дуца цого кIалдиб

КIигIаркьелаб мацI хьихьуге,

МацIалда ракьа гьечIилан,

Бокьанщинабги бицунге.

 

Бицунеб дур рагIиялда

ГIакълу цебе ккезе гьабе.

Ца таралъ мегIер толелъул:

ГIантаб хабар хулжиниб лъе.

 

Воре, дурго балъгояб иш

Чияхъе цIунизе кьоге,

Дуца къватIиб гъураб рагIи

ГIадамаз жаниб толаро.

 

ГIиналъ къабул гьабулареб

Гьодораб рагIи бицунге,

Бицунаго цадахъ велъун,     

ЛъикIаб хабар хвезабуге.

 

Дурго пикруялда мугъ чIван,

Мушавара рехун тоге,

Нахъе боссе кколеб рагIи

ГIадада кьвагьун биччаге.

 

Ахир дурго ракI бухIулел

ХIорал къотIаби гьаруге,

ХIал кIоларел бакIал ишал

РакIалда раччизаруге.

 

Чияр рокъоб бихьараб жо

КъватIиб бицине лъугьунге,

Лъалеб бугилан кинабго

Кинасего бикьун кьоге.

 

Воре, рагIанщинаб хабар

ГIадамазеги гьурщуге,

ГIемерисеб аслу гьечIеб

Гьабихъа хабар батулин.

 

ГIадамаца бицунелде

Данде чIун къецги гьабуге,

Дадил ургъел, аби буго,

ГIоркь ккураца гьабилилан.

 

 

Воре, гIадамал ругелъуб

ГIинтIе къулун щурщудуге,

Щибниги цо макруялъе

Батилилан ккезе гурин.

 

ГIундул кIи-кIи рижун руго,

КIалъалеб мацI цохIо буго, –

Бицен гIемер гьабичIого,

ГIенеккизе ругьун гьаве.

 

Дурго гъванща бухулеб мацI,

Рахасги бан, жаниб хьихье,

Халкъалдехун бугеб жахIда

Жулица къватIибе лъухье.

 

Гаргади гIарац батани,

ГIинтIамун чIей месед ккола,

КIалдиса араб рагIиялъ

Ахирги мун лагълъун ккола.

 

Напсалда квелъ базе кIвани,

МунгIан гучав герой гьечIо,

МацIалда кверщел гьабуни,

Дуде щварав хIаким гьечIо.

 

Гуллил ругъун гIемерисеб

МоцIидасан сахлъун уна,

МацIалдасан щвараб ругьун

Щибуниги лъилъуларо.

4

 

ГIакълу буго гIадамасул

ГIаданлъи жинда бараб жо,

БитIарабги тIекъабги жо

Жанисан бихьулеб матIу.

 

Гьеб жаниб гьечIеб бетIералъ

ХIатIал сваказе гьарула,

ХIакъабги батIулабги иш

БатIа гьабизе кIоларо.

 

Воре, гали босилалде

Цин чIолеб бакI хIадур гьабе,

Рукъ ккун вахъиналде цебе

Мадугьаллъи лъазе гьабе.

 

Жидерго ургъел бикьулеб

Агьлуялде тIаде унге,

Эз бицунеб хабаралде

Хъаравуллъиги гьабуге.

 

АхIичIого чияр кванде

Кету гIадин ваккаруге,

Дур ихтияр гьечIеб рокъоб

Хважаинлъиги гьабуге.

 

Дуда лъалеб хабар бицун

Цогидав чи кIалъалелъул,

Лъалареб ххвел гьабун дуца

Хабаралде лъикI гIинтIаме.

 

Мекъса рагIи бицунев чи

РитIухъ гьавун тIад рекъоге,

ТIекъаб хIалтIи гьабулевги,

Гьумер бухIун, нечезаве.

 

 

ГIадамазде рохел щвани,

Щибго хIалхъублъи гьабуге;

ХIусуд буго гIадан чIвалеб

ЧIегIераб гьве, гьеб нахъе гъе.

 

Чияде балагь бачIани,

Гьесда хIалхьун, ракI бохуге;

БадибчIвай хехго бихьулин,

Хъубаб гIамал гIодоб рехе.

 

Воре, гьурмал лъимги бичун,

Лъиданиги жо гьаруге,

РощногохIда батаниги,

ХIикмат босичIого тоге.

 

ВакъичIого квен кванаге,

Кеп щвечIого велъанхъуге;

Кинасдаго хIалги рекъон,

ХIелхIелчилъунги вукIунге.

 

Бечедав чилъун вукIине

Нахърателалги гьаруге;

Бугелда ракI рази гьабе,

Гьебин бечелъи букIунеб.

 

Воре, дурго ресги бахчун,

Чиядаги чIунчIудуге,

Чарал маргьабиги рицун,

Гьалмагъзабиги хIулуге.

 

Дур агъаз гьабуларезде

Ургъалабиги рикьуге;

Рокьукъав тушманасдасан

Кумакалде хьулги лъоге.

ГIакъиласе вижараб ракь

РухIалдаса хиралъула,

ВатIан цIунулаго хварав

Хабалъги чIаго вукIуна.

 

5

 

Воре, гьудул-гьалмагълъун дур

Гьагав гъалайчи вукIунге,

КIиго гьумер бугесдехун

Хурхен-рухьенги гьабуге.

 

Цо сагIаталъ мацIихъанас

МоцIил питна тIаде цIала,

ГьитIинаб цо рагIуда тIад

КIудиял рагъал рижула.

 

ГIадамазул хасиятал

Сахал рихьун гъорлъа хъирще;

РакI рекъарал тIабигIатал,

ТIад квер чIва-чIван, чIаран росе.

 

ХIажат гьечIел хабаразда

Хадув лъугьун цIехолдуге,

ЦIогьол гьалмагъзабаздехун

РекIелгъеялги гьаруге.

 

Дургин бакъан рекъоларев

Къайицадахълъун гьавуге,

КъваригIиндал дуй ватулев

Тушманлъиялъеги ккоге.

 

Воре, чадил гьудуллъиги

Гьанал вацлъиги лъан букIа;

КIал бахьинаб, махьа хъубаб

Борхьил мурад бичIчIун букIа.

 

Балагьазде дандчIвачIого,

Гьалмагъасе къимат кьоге;

Къали цIамул чIикIичIого,

Гьудуласдаги божуге.

 

Воре, дуца гьалмагъасе

Гьев рехизе гвенд бухъуге,

Бухъаралъув мунго ккола, –

Кици гьедин бачIун буго.

 

КIиго гьудуласда гьоркьоб

Гьел барщизе рищни хъваге,

Ахир, кIиявгоги рекъон,

Дур мукъулукъ кквезе буго.

 

Воре, гурел багьназдалъун

Гьудул-гьалмагълъи биххуге! –

Цо-цониги мунагь гьечIев

Гьалмагъ дуда ватиларо.

 

ГьацIулъ хIеги хIанилъ расги

Камуларилан абула,

Кинабго рахъ рекъарав чи

КъанагIатги вукIунаро.

 

Бищун рикIкIадаб сапаралъ

Унев чи щиван гьикъани,

Ункъабго бокIон битIарав

Гьалмагъ цIехолев чи вуго.

 

 

ГIагарлъиги къотIун уна,

Къайицадахъал риххула,

РакI жубарав гьудул-гьалмагъ

Дур кваранаб кверлъун чIола.

 

ЯхI бергьарас жиндасаго

Гьалмагъзаби цере ккола,

Гьезул мурад цIунулаго,

ЦIадав жанивги кIанцIула.

 

Цо тушманги гIемерилан,

Азарго гьалмагъ дагьилан,

ЦIакъ гъваридаб рагIи бугин,

Гьелъул магIна лъазе ккела.

 

6

 

ХIикмат буго гIадамасул

ГIинда базе рекъараб жо,

ГIакълуялъул бетIергьабаз

Хазинаде цIунараб жо.

 

Заманаялъ гIадамазе

ГIемерал дарсал цIалула;

ГIакълаби данде рехани,

Бахчарабги загьирлъула.

 

ЛъикIаб гIамал гьабулесул

ГIумруялда баркат лъола;

ГIетI баккичIеб бетIер ахир

БатIаргьиналъ къазе ккола.

 

Макьу гьуинал беразда

Сардил халалъи лъаларо,

Зодихъ цIваби рикIкIинчIезда

Раглил бусен чIалгIунаро.

 

Дурго малъаца гIадинан

Дур мугъзал гьод хъасуларо,

Хъизаналда аскIоб гIадин

РекIел чIоло битIуларо.

 

РечIчIунилан панкъидаса

Гьаби нахье лъутуларо,

Ришват босун ругьуназда

Гьелъул хъубаб махI лъаларо.

 

Мискинлъиялъ гIадамазул

ГIузраби загьир гьарула;

ГIарцул мугьазул звархиялъ

Гьезул мунагьал "чурула".

 

ХIакъаб рагIи къабулав чи

Къацандизе лъугьунаро;

Лъаларев чи вуцIцIун чIани,

Жаниб хилапги кколаро.

 

Тушманлъиялде лъугьине

ЦIакъ бигьаяб амру ккола,

Амма элдаса вахъизе

Нахъа гIемер захIмалъула.

 

Ццин бахъун абураб рагIи

ГIузрабаца бацIцIунаро,

ГIодов виччан хIалтIарасул

ЗахIмат нухда хутIуларо.

 

 

Халатаб къотIиялдаса

Къокъидго нахъчIвай беццула.

Цо рагIи баччун чIечIесда

ГIемер рагIаби рагIула.

 

Жидерго гIайибал лъазе

ГIадамазе захIмалъула,

ХIажат гьечIеб рагIудаса

МацI цIунизе цIакъ бакIлъула.

 

Бегун гIураб гъалбацIалде

ГIиял гьве тIаса бищула;

Балагьазда данде чIвайдал

Чадил гьудул ватIалъула.

 

Рокъов кьолохъан лъугьани,

Лъимал кьурдухъаби ккола;

Кьурса гIодоб цIцIе кIанцIани,

Хадуб бурутIги кIанцIула.

 

Сардал-къоял къинал жалин,

Жаниб бугеб тIинчI лъаларел,

ТIатIала кверлъун чIечIого,

КIвараб жигар бахъун хIалтIе.

 

РукIа-рахъиналда жанив

КIвар гьабичIого вукIунге, –

Гьабизе лъани, квасги гьеб,

Кваназе лъани, нахги гьеб.

 

Гьабулеб хIалтIиялде мун

ХIелекогун цадахъ вахъа, –

Радал вахъарасул кьегIер

ЦIуяб абун аби бугин.

Аманатал хвезарулел

Хиянатазда рекIунге,

Халкъалъулго божи хварал

Божуда рекIкIал гьаруге.

 

Воре, мекъаб кверги бегьун,

ГьитIинаб жоги босуге, –

Цебе хоно бикъарасин

Хадуб гIанкIуги бикъулеб.

 

Хъизаналъул гIунгутIаби

ГIадамазеги гьурщуге, –

Дуца квер кIобокIунилан

Килищ гIодоб бортулареб.

 

Воре, дурго бадиб унеб

ЧIалуги бихьичIого, мун

Чияр бадиб унеб расул

Ургъел гьабизе лъугьунге.

 

Дурго бахьи бугеб гIумру

Хьулаз лагълъун кквезе тоге,

Бугелда ракI рази гьабун,

Уздензабазда гъорлъ вукIа.

 

Воре, цIакъго кутакалда

КвенчIчIел чIехьезе лъугьунге;

Квер букIкIарав, кIал гьакIкIарав

Гьоролчулъунги вукIунге.

 

Рукъ бакъараб садакъаялъ

Сахаватаб цIар босуге;

Сабру гьабизе захIматаб

РукIа-рахъин рикIкIад гьабе.

Сапаралде вахъаралъуб

Хъизан-лъимал кIочон тоге,

Бакъвараб гамачI босунги,

Сайгъат камун нахъвуссунге.

 

Воре, цIакъго рачел чучун,

Чохьой хъулухъги гьабуге, –

Гажаца бессаралдаса

Квераз бессараб лъикI ретIел.

 

Воре, рияъ рикIкIад гьабе,

КIвараб кумек балъго гьабе,

Гьабураб жо бадиб чIваге,

Чияр лъикIлъи кIочон тоге.

 

БоцIудаса тIокIлъи бикье,

МацIалдаса тIокIлъи бахче;

БокьичIони, кьечIого те,

Кьураб жо нахъе босуге.

 

Воре, дарманалда божун,

Дуца загьруги гьекъоге.

Къаникь бетIер щапизегIан

Тушманасдаги божуге.

 

Адабиял дарсаздасан

Данде гьабун хъвараб назму

Гьаб бакIалда лъугIараблъун

Бегьула гьанже рикIкIине.

 

1948

www.fatiha.ru

Читать книгу Мудрость Гамзата Цадасы : онлайн чтение

Гамзат Цадаса
Мудрость

Неутомимый пахарь

 
Поседелый, как сказанье,
И, как песня, молодой.
 

Н. Тихонов

Эпиграфом к рассказу о Цадасе можно было бы взять и другие слова Николая Тихонова – не стихи, а прозу: «Это был самый острый ум современной Аварии, поэт, убивавший словом врагов нового, мудрец, искушенный во всех тонкостях народного быта, беспощадный ко всему ложному, смелый борец с невежеством, глупостью, корыстью…»1
  Тихонов Н. Двойная радуга. – М.: Изд-во «Советский писатель», 1964. – С. 305–306.

[Закрыть]. Я не знаю характеристики более емкой и точной. Тихонов познакомился с Гамзатом в 1933 году в Хунзахе близ Цада. Имя поэта было уже тогда знаменито на его родине. Но ни одно его стихотворение еще не было переведено на русский язык. Первые переводы его стихов: «Радиомачта на сакле соседа», «Наставление» и «Кинжал» – увидели свет годом позже в «Дагестанской антологии».

Цадаса означает «цадинский». По-русски – «огненный». Ныне название маленького аварского аула Цада известно едва ли не каждому любителю поэзии. Цада воспет во многих стихах Расула Гамзатова. Небольшое это селенье дало большой советской отчизне двух замечательных поэтов. И первым из них был отец Расула, народный поэт Дагестана Гамзат Цадаса. Здесь и сейчас стоит каменная сакля, построенная руками Гамзата и его жены Хандулай. Она прилепилась к лобастому взгорью и окружена гладкими глыбами валунов, бог весть когда упавших оттуда, сверху. Теперь в ней мемориальный музей Цадасы.

2007 год – год 130-летия со дня рождения Гамзата. Далеко за туманными перевалами времени лежит его юность, та, почти уже легендарная пора, когда он, четырнадцатилетний аульный мальчик, написал первые свои сатирические стихи… Но так ярка, так крупна его личность, что – удивительно – чем дальше уходят годы, тем все больше и больше находят в горах живых значительных сведений о его детстве, юности, начале творческой деятельности. Не совсем верно присловье: «память забывчива». Людская память отзывчива на доброе… Она сохранила ранние, не знавшие печатного станка стихи Цадасы и дала возможность их воскресить. Она вызвала к жизни многочисленные воспоминания современников, редкий образец единодушия в оценке личности поэта, его места в общественной жизни народа.

При жизни, познав успех и славу, Цадаса скупо оделял своих биографов сведениями о себе. Стремление быть таким, как все, едва ли не самая заметная черта его облика. Впрочем, стремление – не то слово. Тут сама человеческая суть… Время сторицей воздало Гамзату Цадасе за эту скромность.

Цадаса прожил 74 года, умер в 1951-м. Но у всего, что он начинал, что делал, счастливое продолжение. Он заложил основы современного аварского литературного языка. Первым в Аварии заговорил с народом через газету агитационным стихом, продиктованным революцией. Его сатира и сегодня в строю. Ему обязана зарождением национального репертуара аварская драматургия.

А началось с озорных стихов неунывающего муталима, ученика мечетской школы. Гамзат рано осиротел. Опекун отдал его в науку, и обучение это длилось ни много ни мало двадцать лет. Два десятилетия скитаний из аула в аул, от наставника к наставнику в поисках науки истинной, не затемненной чадом фанатизма.

Однако двадцатилетний курс наук дал Гамзату совершенное знание арабского языка, с помощью которого ему раскрылись философия, история, юриспруденция, географическое познание мира. Труды восточных литературоведов познакомили его с крупнейшими именами и явлениями европейской литературы: Вольтером, Гете, Гюго. Что же касается классической поэзии Востока – она на всю жизнь одарила его многими сокровищами.

Долгий искус учения был для Цадасы суровой школой бесценного познания жизни. Народной жизни. Муталим, неимущее дитя аула… В урожайный год сыт горсткой муки, полученной от сердобольной крестьянки. В неурожайный – голоден, как всякий бедняк. Все беды и радости крестьянства были переплетены с долей мечетского сироты-школяра.

Волей судеб Гамзат несколько лет был муллою, дибиром. Потом от духовного звания добровольно отказался. Об этом поэт обстоятельно рассказывает в поэме «Моя жизнь», словно оправдываясь перед кем… Уж больно долго допекали его злопыхатели и «ортодоксы» от литературы этим «мулльством». Но главным в его судьбе всегда оставалась песня. Песня, говоря словами его земляка и друга, Сулеймана Стальского, горячая, как обжигающая рот пища.

… Правдивое стихотворное слово издавна ценилось в Аварии высоко. Здесь любили и почитали поэтов. Хотя в то же время званию стихотворца сопутствовало что-то вроде иронического пренебрежения: «Не солидное, мол, занятие!» В Аварии редкостью была тогда печатная книга на родном языке. Но уже сложилась, имела богатую историческую почву литература письменная. Стихи писались, а не только пелись.

Профессор А. Жирков рассказывал о «картине деятельной литературной жизни», увиденной им в Аварии в 1923 году: «Песни появляются, можно сказать, почти еженедельно. Песни не анонимные, относящиеся не к коллективному творчеству, но имеющие определенного автора, всем известного, откликающегося зачастую на злобу дня… песню эту можно не только петь, можно ее и читать. Ее на самом деле читают, обсуждают, критикуют, а если признают за великое произведение искусства, то и комментируют. Словом, мы наблюдаем полную и развитую аналогию с тем, что мы видим в нашей европейской литературной жизни»2
  Жирков А. Старая и новая аварская песня. – Махачкала, 1927. – С. 6.

[Закрыть].

В эту деятельную литературную жизнь Цадаса внес новую ноту. Придал, как он говорил, «древней аварской пандуре третью струну». До него в аварской поэзии преобладала любовная лирика. «Третьей струной» стало реалистическое изображение повседневной жизни, обличительный пафос стихов.

…В 20-е годы складывается знаменитая книга Цадасы «Метла адатов» (1934). Народное начало определило содержание и форму его сатиры, восходящей к истокам фольклорного юмора, к традиционным аварским жанрам посланий, монологов, «споров», обращений. Своим стихом поэт боролся против заплесневелых обычаев-адатов: кровной мести, униженности женщины, невежества. Он говорил: «Я применил жанр сатиры к воспеванию новой, советской жизни». Порицая и клеймя дурное наследие прошлого, он воспитывал человеческие души для перемен, рождаемых революцией.

Мне впервые пришлось встретить Цадасу в год выхода «Метлы адатов», когда он из Цада приехал в Махачкалу на Первый съезд писателей Дагестана. Каким он запомнился? Лицо его, крупной лепки, прокаленное горным солнцем, не было красиво. Но оно было необычайно привлекательно выражением сосредоточенной мысли, доброты, спокойной силы. При коренастой, плотной фигуре – легкая, неслышная поступь. Одет Цадаса был, как обычно одеваются почтенные горцы: в папахе, суконная рубаха до колен перетянута по талии ремешком с серебряными украшениями (костюму этому Гамзат не изменил до конца жизни).

В его немногословии, сдержанности жестов, манере внимательно слушать собеседника, прищуривая зоркие улыбчивые глаза, была высокая интеллигентность. Он никого не подавлял своим авторитетом, был ровен со всеми. Людей отличал не по рангам и должностям – по внутренним достоинствам.

Он был добрым другом и заботливым наставником для многих литераторов Дагестана. Он верил в молодых. Многим его нравственный облик, пример его твердости в убеждениях служил путеводной звездой. В нем была полная мера благожелательности и ни капли самомнения. В шестьдесят лет, окруженный почетом, награжденный высокими званиями, он мог сказать молодому поэту:

 
О юноша, сумевший вызвать смело
К стихам своим живейший интерес,
Мое перо состарилось, как тело,
Его ты зря возносишь до небес.
 
 
Не воздавай почета мне, не надо.
Я о былом, о прошлом вел рассказ.
И нынче дар мой гаснет, как лампада,
В которой масла кончился запас.
 
 
Хозяин оскудевшего амбара,
Я на хромом уже плетусь коне,
А твой – горяч, он моему не пара,
Скачи вперед и не завидуй мне.
 

(«Ответ молодому поэту». Перевод Я. Козловского)

Каким с первой встречи запомнился Гамзат, таким и представляется он мне на протяжении следующих лет. Он менялся мало. Старость его, казалось, обходила… Тяжело ударила его в пору Великой Отечественной войны потеря двух старших сыновей. Может, с этого времени и начали утекать его силы? Внешне это не сказывалось. Никогда он не был столь деятелен, как именно в те годы. Для того чтобы ближе быть к общественной жизни республики, он переехал в Махачкалу. П. Павленко вспоминал, как Цадаса, будучи в Москве, рассказывал ему и Н. Тихонову: «Работаю много… Иной раз по неделям с коня не слезаю. Тут нужна песня о смельчаках-детях аула, там – приветствие молодым, уходящим на фронт, или стихи о женщинах-труженицах, – и все зовут, все торопят, и нельзя отказать, и надо ездить, и читать, и слушать, и видеть…»3
  Павленко П. Дружба. – «Литературная газета», 1947. № 31.

[Закрыть]. Он успевал все.

В 40–50-е годы поэтические «амбары» Цадасы были богаты, как никогда. Это было для него время напряженной общественной деятельности – депутат Верховного Совета, борец за мир. И время все длящегося творческого вдохновения, подвижнического и радостного труда в полном обладании мастерством.

Как одну из самых дорогих книг моей «кавказской» библиотеки я храню «Три поэмы» Цадасы с его надписью арабскими буквами: «…от старого автора Гамзата из Цада – небольшую книжку». Дата 1950 год. Последнее на русском языке прижизненное издание. И рядом – одновременно вышедший маленький сборник стихов Пушкина в переводах Цадасы, предмет творческой гордости поэта. Его я берегу не только потому, что и это – память: издание стало большой редкостью. Всякий раз, взяв сборник в руки, я дивлюсь ему, как чуду. Пушкин пришел в горскую саклю после Октября, и Гамзат не расставался с ним до конца дней.

Великое обогащение души принесла Цадасе русская литература! К тому, чем поэт владел с юности – народная песня, поэзия Востока, – она прибавила «Евгения Онегина», лермонтовских «Демона» и «Мцыри», басни Крылова, прозу Толстого, Чехова, Горького… Все это пришло к Цадасе уже в зрелые годы, и было тем значительней для него, чем глубже воспринималось.

На склоне лет Гамзат обнародовал переводы пушкинских шедевров: «Деревня», «Во глубине сибирских руд», «Памятник». Он перевел «Руслана и Людмилу». Разве не чудо, что наше время подарило ему счастье познания Пушкина, любви к Пушкину?! Это он о себе сказал:

 
– России светоч и отрада!
Сыны Кавказа тем горды,
Что им дано вкушать плоды
Густого пушкинского сада.
 

(«Пушкину». Перевод С. Липкина)

Родное и русское сплелись неразъединимо. Русское стало родным.

Именно в предвоенную и послевоенную пору Цадаса открыл для себя новые жанры: комедия и драма, басня, сказка для детей и, наконец, венчающая жизнь сюжетная поэма, в которой впервые во весь рост встал перед дагестанским читателем человек современности, герой трудового и ратного подвига. Не угас обличительный пафос, но изменились объекты сатиры Гамзата Цадасы. Теперь она была направлена против тунеядцев, хапуг, нравственной нечистоплотности. Изящней, тоньше, сложнее духовно зазвучала лирика Цадасы…

Трудно, да и вряд ли необходимо, перечислять все, написанное Гамзатом. Цадаса поднимался и рос вместе со своей страной… Подобно неутомимому пахарю, Цадаса поднимал самые глубинные пласты жизни. Слово его и сегодня в общественной жизни Дагестана занимает особое место. Творчество его воплотило и выразило лучшие качества горского характера.

* * *

Как бы ни был значителен художник слова, творчество его непременно проходит беспощадное испытание временем. Выживает лишь высокое. К книгам мастера обращаются новые поколения читателей. Каждое прочитывает и принимает их по-своему. В 30-е годы превыше всего ставили сатиру Цадасы. В Великую Отечественную

сильнее воспринималась его патриотическая лирика и песни. Читатель 70-х годов оценит в поэзии Цадасы мудрость, нравственную чистоту, требовательность…

Остается, не меркнет эстетическая ценность, художественная красота стиха.

Шедеврами горской поэзии были и продолжают оставаться стихотворения Цадасы «Письмо семье из Москвы», «Застольная песня», «Уроки жизни», «Старость и болезнь», «Поэту Махмуду». Неувядаемо свежи дышащие любовью к жизни поэмы, сатиры, басни и сказки Гамзата Цадасы…

Человек редкостного таланта, неповторимого, как всякий истинный талант, Цадаса остался жить в памяти своего народа. Создатель нового реалистического языка, новых литературных жанров, классик, чьи строки бытуют в пословицах. Живо благодарное воспоминание о его личности, о примере его жизни, ставшей как бы мерилом нравственной требовательности, душевного благородства, доброты и честности. Так было с Ованесом Туманяном в Армении, Дмитрием Гулиа в Абхазии, Кязимом Мечиевым в Балкарии. Так бывает только тогда, когда поэт истинно народен. Наверное, это высшая форма признания художника, самый прекрасный ему памятник.

Н. Капиева

Стихотворения
Муталимская песня
 
Аульчане, земляки,
В ночь, когда вы из муки
Приготовили хинкалы,
Что размерами не малы,
В ночь, когда вы животы
Довели до маяты,
Хоть бы каждому десяток
Вы яиц из-под хохлаток,
Хоть бы тоненький кусок
Сала каждому с вершок,
Хоть бы сыр по скромным мерам
С колесо арбы размером,
Хоть бы всем ишачьи уши,
Хоть бы малость бычьей туши
От хвоста и до рогов,
Хоть бы гору пирогов,
Да по кругу колбасы,
Да вина – смочить усы,
Да бузы по целой бочке,
Да по белой ханской дочке,
Под луной в краю родимом
Поднесли вы муталимам!4
  Эта песня сложена поэтом в ту пору, когда он сам был муталимом. Она обрела в те годы широкую известность среди горской молодежи.

[Закрыть]


 
Стихи о харчевне

 
Что правда, то правда: любую затею
Исполнит богач, ибо деньги в чести.
Пословицу знаем: легко богатею
Заставить цветы и на скалах цвести.
 
 
Взгляните-ка: те, кто набили карманы,
Внушив обездоленным зависть и страх,
Открыли гостиницы и рестораны,
Желая прославиться в наших горах.
 
 
Продать бы участок и домик мой древний,
Открыть бы лавчонку и бедность убить!
О, если б, назло богачам, для харчевни
Я мог бы немного грошей раздобыть!
 
 
Завистником стал я, признаюсь вам, братья,
С тех пор как харчевню завел Хаджияв.
Упорно богатством хочу обладать я,
На кухне его наслажденье познав.
 
 
С чего началось? На воротах лачуги
Увидел фанеру и надпись на ней:
«Есть деньги, приятель? Зайди на досуге, —
Большой интерес ожидает гостей».
 
 
«Ну, – думаю, – лес надо сплавить весною!»
Душа загорелась, как надпись прочел.
«Я чрево пожалую пищей мясною!»
С папахой под мышкой в харчевню вошел.
 
 
Ко мне подскочили слуга с кашеваром,
На камне щербатом велели мне сесть.
«Немного терпенья, – воскликнули
с жаром, —
У нас хорошо ты сумеешь поесть!»
 
 
Приносят мне суп – вы послушайте,
люди! —
Соленый, как море, холодный, как лед.
Без сахара чай в деревянной посуде
С поломанной ложкой слуга подает.
 
 
Покрытое пылью и плесенью тесто
Подкинули мне вместо хлеба на стол.
Отличная пища! Прекрасное место!
Не надо жалеть, что сюда я зашел!
 
 
Хозяин харчевни, да будь ты неладен,
Твой чай – это солью посыпанный мед!
А суп? До чего же твой суп непригляден,
Болотной водой от него отдает!
 
 
Навис потолок, словно своды пещеры.
Трепещешь: а вдруг на тебя упадут!
А стены из глины убоги и серы…
И это – порядок? И это – уют?
 
 
Откажется лошадь, сгорая от жажды,
От этого супа: в нем столько червей!
Прокисшего хлеба отведав однажды,
Заплачет осел о судьбине своей.
 
 
Пусть лучше в тюрьму меня бросит
чиновник,
Чем в этом хлеву мне пиры пировать,
Пусть лучше в меня злобный выстрелит
кровник,
Чем в этом хлеву мне чаи распивать!
 
 
Как только я встал, подбежал ко мне сразу
Хозяин: «Скажи мне, хорош ли прием?»
«В глаза не хвалю, чтобы не было сглазу,
Но соли – обилие в супе твоем.
 
 
Я жил в городах, посещал я деревни,
Меня и на празднества звали не раз, —
Нигде я не видел подобной харчевни,
Нигде так живот не набил, как сейчас.
 
 
Мне чай подавали в стаканах стеклянных,
А ты, молодец, подаешь в деревянных.
В тарелке друзья подавали мне суп,
Ты – в глиняной кружке: не так ты уж глуп!
 
 
Бывает и мясо в тарелке, я знаю, —
Увы, позвонками твой суп знаменит!
Везде предлагали мне сахару к чаю, —
Ты думаешь: сладость мне вред причинит.
 
 
И правильно: разве на праздник пришли
мы?
Не любо – не ешь, возвращайся назад!
Не свадьбу же сын твой справляет
любимый, —
Кому не по нраву, пусть дома едят!»
 
 
Я выйти решил, но хозяин и слуги
Вскричали: «Плати нам за суп и за чай!»
Едва только двери открыл я в испуге —
Схватили за шиворот: «Деньги давай!»
 
 
Затылок тогда почесал я, признаться,
Хотя не чесалось в затылке ничуть.
С последней копейкой пришлось мне
расстаться…
Эх, брюхо вспороть бы и пищу вернуть!
 
 
Не денег мне жаль, – мне обидно и горько,
Что в горле застряла хозяйская корка;
Не злюсь я на бедность – давно к ней
привык, —
Мне жаль, что от супа – в ожогах язык!
 
 
К чему мне богатство, добытое всюду,
Где подлость царит, где неволя тяжка?
Завидовать мелкой душонке не буду,
Что нагло жиреет за счет бедняка.
 

Дибир и хомяк

 
Жена говорит: «Мне обидно до боли, —
Хомяк обглодал наше скудное поле.
Как стал ты дибиром, прошел целый год,
А что ты имеешь?.. Погиб твой доход!»
 
 
Мой волос поднялся под старой папахой,
Но выйти на поле решил я без страха.
Схватился за палку, достал я кинжал,
На случай – хозяйство семье завещал.
 
 
Сказал я жене: «Жди большого событья.
Хочу с хомяком в поединок вступить я.
Он мне надоел. Отплачу я с лихвой.
«Иль смерть, иль победа!» – мой клич боевой».
 
 
Пришел на участок – и стало мне больно.
Едва я взглянул, засвистел я невольно:
Ни зернышка не было, ни колоска —
Все стало добычей врага-хомяка.
 

Д и б и р

 
Меня аульчане избрали дибиром,
Меня почитать поклялись целым миром,
Тебя ли кормить обязался народ, —
Зачем же себе ты присвоил доход?
 
 
Не ты мусульман просвещаешь молитвой,
Зачем же ты срезал колосья, как бритвой?
Не ты с минарета вопил и орал, —
Зачем же посевы мои ты пожрал?
 
 
Меня обобрал ты и справа и слева,
Как будто трудился во время посева.
Меня не жалея, урон мне нанес,
Как будто на поле таскал ты навоз.
 
 
Найдется управа на всякого вора.
Отныне с меня не возьмешь ты побора.
Ослу надоест непосильная кладь, —
Терпел я, но должен тебя наказать.
 
 
К тебе не однажды взывал я с тревогой:
«Я бедный аварец, меня ты не трогай».
Но знают кругом: не сношу я обид,
Я в гневе ужасен, я зол и сердит.
 
 
Грешить не хочу я, но, страшен злодею,
Поставлю капкан перед норкой твоею;
Чтоб знал ты, какой пред тобой человек,
Свяжу я твой рот, – не разинешь вовек.
 
 
Для слабых – булыжник, для сильных
ты – вата,
Но будет суровой с тобою расплата.
Для нищих – репье, для богатых ты – мед,
Но мести моей наступает черед.
 
 
Со мной повстречавшись, глядишь
забиякой,
А сам ты дрожишь перед каждой собакой.
Тебя не пугает моя нищета,
Но разум теряешь, завидев кота.
 

Х о м я к

 
«Законы судьбы никогда не осилим», —
Зачем же насильем ты споришь с насильем?
«Веленьям творца покоряется мир», —
Зачем же на мир ты сердит, о дибир?
 
 
Пудами с людей собирая поборы,
Зачем же с судьбою желаешь ты ссоры?
Молитвы читаешь, Коран возлюбя,
Но злишься, едва лишь заденут тебя.
 
 
Народ, если станешь ты злиться, быть может,
Не только меня – и тебя уничтожит.
С тобою мы участь избрали одну, —
Зачем же свалил на меня ты вину?
 
 
Супруга твоя, рассердившись напрасно,
Серпом обожгла мою спину ужасно.
И ты перед норкой сидишь у межи,
Грозишь мне… но где твоя совесть, скажи?
 
 
Таким же, как ты, я родился животным,
Жующим и пьющим, совсем не бесплотным, —
Иль должен я с палкой, как нищий, ходить,
С младенцами в поисках пищи бродить?
 
 
Едва просыпаюсь в рассветной прохладе,
Кота нахожу перед норкой в засаде;
Когда же заката горит полоса,
Вокруг меня жадная ходит лиса.
 
 
Иной человек, как и ты, бессердечный,
Ловушку поставит, – я гибну, беспечный,
Иные с лопатой придут поутру,
Разграбят запасы, разрушат нору.
 
 
Иные нору заливают водою,
И тонут детишки, – знаком я с бедою!
Порою со всех закрывают сторон, —
Без выхода я голодать обречен.
 
 
О люди, как тяжко мне жить с вами рядом!
Даете мне ватные шарики с ядом,
Камнями и палками бьете меня, —
Ни разу не знал я спокойного дня.
 
 
Ты сам посуди: если б не был я нищим,
Избрал бы я эту землянку жилищем?
Я сплю на колючках, мне жить невтерпеж…
Дибир, ты мучений моих не поймешь!
 
 
На поле твоем я кормился пшеницей, —
Людей обобрав, ты получишь сторицей;
Не то я погибну в норе через год,
И новый дибир будет грабить народ.
 

Аулы, жаждущие воды

 
Гиничутль, и Батлаич,
И Цада – не из счастливых.
Нам воды напиться всласть
Не случалось никогда.
 
 
От аула до ключа —
Две версты, а то и боле.
Сами можете судить,
Какова у нас беда!
 
 
И хотя б струя текла
Щедро и без перебоев!
Да гляди – иссякнет вдруг, —
Вовсе мы без родника.
 
 
Наших жен во цвете лет
Убивают злые хвори.
Редко встретите у нас
Женщин старше сорока.
 
 
Жены, матери зимой
По воду бредут без жалоб.
Простужаются в горах.
Частый гость у них – плеврит.
 
 
Летом, как пойдут дожди, —
Бочки ставим мы под желоб,
Каждой каплей дорожа,
Той, что с крыши набежит.
 
 
Снег, валящийся с небес,
Собираем неустанно.
Снег – и тот у нас в цене.
Разве это не смешно?!
 
 
Труд нелегкий в Тляроте
Стал для нас мечтой желанной:
По реке сплавляют лес,
Там воды – полным-полно!..
 
 
Мы завидуем подчас
Морякам: и днем и ночью
Едут люди по воде,
Есть воды у них запас.
 
 
Мы же сказки создаем
О воде студеной, горной…
Но какая польза в том,
Если жажда мучит нас?!
 
 
Мы напиться не вольны,
Хоть живем в горах привольных.
С детства нам не повезло,
Горький жребий нам сужден.
 
 
Кто спасет нас от беды?!
Мы кричим: «Воды! Воды!»
Не тревожит никого
Жаждущей овечки стон…
 
 
К губернаторам с мольбой
Мы ходили не однажды. 2
Были лишь большевики
Нашей тронуты нуждой.
 
 
Столько жалобных бумаг
Слали мы, томясь от жажды!
Революция одна
Напоила нас водой.
 
 
По ущельям, по горам
Воду к нам пригнать в аулы
Ныне было решено,
И подписан план такой.
 
 
Навсегда ушли напасти.
С помощью народной власти
Сокрушая скал твердыни,
Мы по камням бьем киркой.
 

iknigi.net

Гамзат Цадаса


Поседелый, как сказанье,
И, как песня, молодой.

Н. Тихонов

 

Эпиграфом к рассказу о Цадасе можно было бы взять и другие слова Николая Тихонова – не стихи, а прозу: «Это был самый острый ум современной Аварии, поэт, убивавший словом врагов нового, мудрец, искушенный во всех тонкостях народного быта, беспощадный ко всему ложному, смелый борец с невежеством, глупостью, корыстью…»1
  Тихонов Н. Двойная радуга. – М.: Изд-во «Советский писатель», 1964. – С. 305–306.

[Закрыть]. Я не знаю характеристики более емкой и точной. Тихонов познакомился с Гамзатом в 1933 году в Хунзахе близ Цада. Имя поэта было уже тогда знаменито на его родине. Но ни одно его стихотворение еще не было переведено на русский язык. Первые переводы его стихов: «Радиомачта на сакле соседа», «Наставление» и «Кинжал» – увидели свет годом позже в «Дагестанской антологии».

Цадаса означает «цадинский». По-русски – «огненный». Ныне название маленького аварского аула Цада известно едва ли не каждому любителю поэзии. Цада воспет во многих стихах Расула Гамзатова. Небольшое это селенье дало большой советской отчизне двух замечательных поэтов. И первым из них был отец Расула, народный поэт Дагестана Гамзат Цадаса. Здесь и сейчас стоит каменная сакля, построенная руками Гамзата и его жены Хандулай. Она прилепилась к лобастому взгорью и окружена гладкими глыбами валунов, бог весть когда упавших оттуда, сверху. Теперь в ней мемориальный музей Цадасы.

2007 год – год 130-летия со дня рождения Гамзата. Далеко за туманными перевалами времени лежит его юность, та, почти уже легендарная пора, когда он, четырнадцатилетний аульный мальчик, написал первые свои сатирические стихи… Но так ярка, так крупна его личность, что – удивительно – чем дальше уходят годы, тем все больше и больше находят в горах живых значительных сведений о его детстве, юности, начале творческой деятельности. Не совсем верно присловье: «память забывчива». Людская память отзывчива на доброе… Она сохранила ранние, не знавшие печатного станка стихи Цадасы и дала возможность их воскресить. Она вызвала к жизни многочисленные воспоминания современников, редкий образец единодушия в оценке личности поэта, его места в общественной жизни народа.

При жизни, познав успех и славу, Цадаса скупо оделял своих биографов сведениями о себе. Стремление быть таким, как все, едва ли не самая заметная черта его облика. Впрочем, стремление – не то слово. Тут сама человеческая суть… Время сторицей воздало Гамзату Цадасе за эту скромность.

Цадаса прожил 74 года, умер в 1951-м.

Но у всего, что он начинал, что делал, счастливое продолжение. Он заложил основы современного аварского литературного языка. Первым в Аварии заговорил с народом через газету агитационным стихом, продиктованным революцией. Его сатира и сегодня в строю. Ему обязана зарождением национального репертуара аварская драматургия.

А началось с озорных стихов неунывающего муталима, ученика мечетской школы. Гамзат рано осиротел. Опекун отдал его в науку, и обучение это длилось ни много ни мало двадцать лет. Два десятилетия скитаний из аула в аул, от наставника к наставнику в поисках науки истинной, не затемненной чадом фанатизма.

Однако двадцатилетний курс наук дал Гамзату совершенное знание арабского языка, с помощью которого ему раскрылись философия, история, юриспруденция, географическое познание мира. Труды восточных литературоведов познакомили его с крупнейшими именами и явлениями европейской литературы: Вольтером, Гете, Гюго. Что же касается классической поэзии Востока – она на всю жизнь одарила его многими сокровищами.

Долгий искус учения был для Цадасы суровой школой бесценного познания жизни. Народной жизни. Муталим, неимущее дитя аула… В урожайный год сыт горсткой муки, полученной от сердобольной крестьянки. В неурожайный – голоден, как всякий бедняк. Все беды и радости крестьянства были переплетены с долей мечетского сироты-школяра.

Волей судеб Гамзат несколько лет был муллою, дибиром. Потом от духовного звания добровольно отказался. Об этом поэт обстоятельно рассказывает в поэме «Моя жизнь», словно оправдываясь перед кем… Уж больно долго допекали его злопыхатели и «ортодоксы» от литературы этим «мулльством». Но главным в его судьбе всегда оставалась песня. Песня, говоря словами его земляка и друга, Сулеймана Стальского, горячая, как обжигающая рот пища.

… Правдивое стихотворное слово издавна ценилось в Аварии высоко. Здесь любили и почитали поэтов. Хотя в то же время званию стихотворца сопутствовало что-то вроде иронического пренебрежения: «Не солидное, мол, занятие!» В Аварии редкостью была тогда печатная книга на родном языке. Но уже сложилась, имела богатую историческую почву литература письменная. Стихи писались, а не только пелись.

Профессор А. Жирков рассказывал о «картине деятельной литературной жизни», увиденной им в Аварии в 1923 году: «Песни появляются, можно сказать, почти еженедельно. Песни не анонимные, относящиеся не к коллективному творчеству, но имеющие определенного автора, всем известного, откликающегося зачастую на злобу дня… песню эту можно не только петь, можно ее и читать. Ее на самом деле читают, обсуждают, критикуют, а если признают за великое произведение искусства, то и комментируют. Словом, мы наблюдаем полную и развитую аналогию с тем, что мы видим в нашей европейской литературной жизни»2
  Жирков А. Старая и новая аварская песня. – Махачкала, 1927. – С. 6.

[Закрыть].

В эту деятельную литературную жизнь Цадаса внес новую ноту. Придал, как он говорил, «древней аварской пандуре третью струну». До него в аварской поэзии преобладала любовная лирика. «Третьей струной» стало реалистическое изображение повседневной жизни, обличительный пафос стихов.

…В 20-е годы складывается знаменитая книга Цадасы «Метла адатов» (1934). Народное начало определило содержание и форму его сатиры, восходящей к истокам фольклорного юмора, к традиционным аварским жанрам посланий, монологов, «споров», обращений. Своим стихом поэт боролся против заплесневелых обычаев-адатов: кровной мести, униженности женщины, невежества. Он говорил: «Я применил жанр сатиры к воспеванию новой, советской жизни». Порицая и клеймя дурное наследие прошлого, он воспитывал человеческие души для перемен, рождаемых революцией.

Мне впервые пришлось встретить Цадасу в год выхода «Метлы адатов», когда он из Цада приехал в Махачкалу на Первый съезд писателей Дагестана. Каким он запомнился? Лицо его, крупной лепки, прокаленное горным солнцем, не было красиво. Но оно было необычайно привлекательно выражением сосредоточенной мысли, доброты, спокойной силы. При коренастой, плотной фигуре – легкая, неслышная поступь. Одет Цадаса был, как обычно одеваются почтенные горцы: в папахе, суконная рубаха до колен перетянута по талии ремешком с серебряными украшениями (костюму этому Гамзат не изменил до конца жизни).

В его немногословии, сдержанности жестов, манере внимательно слушать собеседника, прищуривая зоркие улыбчивые глаза, была высокая интеллигентность. Он никого не подавлял своим авторитетом, был ровен со всеми. Людей отличал не по рангам и должностям – по внутренним достоинствам.

Он был добрым другом и заботливым наставником для многих литераторов Дагестана. Он верил в молодых. Многим его нравственный облик, пример его твердости в убеждениях служил путеводной звездой. В нем была полная мера благожелательности и ни капли самомнения. В шестьдесят лет, окруженный почетом, награжденный высокими званиями, он мог сказать молодому поэту:

 
О юноша, сумевший вызвать смело
К стихам своим живейший интерес,
Мое перо состарилось, как тело,
Его ты зря возносишь до небес.
 
 
Не воздавай почета мне, не надо.
Я о былом, о прошлом вел рассказ.
И нынче дар мой гаснет, как лампада,
В которой масла кончился запас.
 
 
Хозяин оскудевшего амбара,
Я на хромом уже плетусь коне,
А твой – горяч, он моему не пара,
Скачи вперед и не завидуй мне.

(«Ответ молодому поэту». Перевод Я. Козловского)

Каким с первой встречи запомнился Гамзат, таким и представляется он мне на протяжении следующих лет. Он менялся мало. Старость его, казалось, обходила… Тяжело ударила его в пору Великой Отечественной войны потеря двух старших сыновей. Может, с этого времени и начали утекать его силы? Внешне это не сказывалось. Никогда он не был столь деятелен, как именно в те годы. Для того чтобы ближе быть к общественной жизни республики, он переехал в Махачкалу. П. Павленко вспоминал, как Цадаса, будучи в Москве, рассказывал ему и Н. Тихонову: «Работаю много… Иной раз по неделям с коня не слезаю. Тут нужна песня о смельчаках-детях аула, там – приветствие молодым, уходящим на фронт, или стихи о женщинах-труженицах, – и все зовут, все торопят, и нельзя отказать, и надо ездить, и читать, и слушать, и видеть…»3
  Павленко П. Дружба. – «Литературная газета», 1947. № 31.

[Закрыть]. Он успевал все.

В 40–50-е годы поэтические «амбары» Цадасы были богаты, как никогда. Это было для него время напряженной общественной деятельности – депутат Верховного Совета, борец за мир. И время все длящегося творческого вдохновения, подвижнического и радостного труда в полном обладании мастерством.

Как одну из самых дорогих книг моей «кавказской» библиотеки я храню «Три поэмы» Цадасы с его надписью арабскими буквами: «…от старого автора Гамзата из Цада – небольшую книжку». Дата 1950 год. Последнее на русском языке прижизненное издание. И рядом – одновременно вышедший маленький сборник стихов Пушкина в переводах Цадасы, предмет творческой гордости поэта. Его я берегу не только потому, что и это – память: издание стало большой редкостью. Всякий раз, взяв сборник в руки, я дивлюсь ему, как чуду. Пушкин пришел в горскую саклю после Октября, и Гамзат не расставался с ним до конца дней.

Великое обогащение души принесла Цадасе русская литература! К тому, чем поэт владел с юности – народная песня, поэзия Востока, – она прибавила «Евгения Онегина», лермонтовских «Демона» и «Мцыри», басни Крылова, прозу Толстого, Чехова, Горького… Все это пришло к Цадасе уже в зрелые годы, и было тем значительней для него, чем глубже воспринималось.

На склоне лет Гамзат обнародовал переводы пушкинских шедевров: «Деревня», «Во глубине сибирских руд», «Памятник». Он перевел «Руслана и Людмилу». Разве не чудо, что наше время подарило ему счастье познания Пушкина, любви к Пушкину?! Это он о себе сказал:

 
– России светоч и отрада!
Сыны Кавказа тем горды,
Что им дано вкушать плоды
Густого пушкинского сада.

(«Пушкину». Перевод С. Липкина)

Родное и русское сплелись неразъединимо. Русское стало родным.

Именно в предвоенную и послевоенную пору Цадаса открыл для себя новые жанры: комедия и драма, басня, сказка для детей и, наконец, венчающая жизнь сюжетная поэма, в которой впервые во весь рост встал перед дагестанским читателем человек современности, герой трудового и ратного подвига. Не угас обличительный пафос, но изменились объекты сатиры Гамзата Цадасы. Теперь она была направлена против тунеядцев, хапуг, нравственной нечистоплотности. Изящней, тоньше, сложнее духовно зазвучала лирика Цадасы…

Трудно, да и вряд ли необходимо, перечислять все, написанное Гамзатом. Цадаса поднимался и рос вместе со своей страной… Подобно неутомимому пахарю, Цадаса поднимал самые глубинные пласты жизни. Слово его и сегодня в общественной жизни Дагестана занимает особое место. Творчество его воплотило и выразило лучшие качества горского характера.

* * *

Как бы ни был значителен художник слова, творчество его непременно проходит беспощадное испытание временем. Выживает лишь высокое. К книгам мастера обращаются новые поколения читателей. Каждое прочитывает и принимает их по-своему. В 30-е годы превыше всего ставили сатиру Цадасы. В Великую Отечественную

сильнее воспринималась его патриотическая лирика и песни. Читатель 70-х годов оценит в поэзии Цадасы мудрость, нравственную чистоту, требовательность…

Остается, не меркнет эстетическая ценность, художественная красота стиха.

Шедеврами горской поэзии были и продолжают оставаться стихотворения Цадасы «Письмо семье из Москвы», «Застольная песня», «Уроки жизни», «Старость и болезнь», «Поэту Махмуду». Неувядаемо свежи дышащие любовью к жизни поэмы, сатиры, басни и сказки Гамзата Цадасы…

Человек редкостного таланта, неповторимого, как всякий истинный талант, Цадаса остался жить в памяти своего народа. Создатель нового реалистического языка, новых литературных жанров, классик, чьи строки бытуют в пословицах. Живо благодарное воспоминание о его личности, о примере его жизни, ставшей как бы мерилом нравственной требовательности, душевного благородства, доброты и честности. Так было с Ованесом Туманяном в Армении, Дмитрием Гулиа в Абхазии, Кязимом Мечиевым в Балкарии. Так бывает только тогда, когда поэт истинно народен. Наверное, это высшая форма признания художника, самый прекрасный ему памятник.

Н. Капиева

ОСНОВНЫЕ ДАТЫ ЖИЗНИ

1877, 21 августа  – Родился в селении Цада Хунзахского участка Аварского округа Дагестанской области.

1887  – Начало обучения в примечетской школе в ауле Гиничутль.

1887–1907– Муталимские годы Г. Цадасы.

1891   – Начало литературной деятельности: стихотворение «Собака Алибека».

1892 – 1898  – Создание цикла сатирических произведений «Песня о собаке Исина», «Осел Кинхва», «Стихи о харчевне» и др., получившего большую популярность среди горцев.

1903–1905   – Написаны лирические стихи «Любовный спор», «Парень и девушка».

1906–1907– «Стихи про козла».

1908 –Женитьба на Хандулай Гайдарбековой (1888–1965).

1908–1910– Дибир[1] в родном ауле Цада.

1909 – Написано стихотворение «На смерть Алгинал Магомеда-Хаджиява из Ахалчи» (на арабском языке).

1910–1912Дибир в с. Хариколо.

1911   – Написано сатирическое стихотворение «Алил-Магоме Дибиру».

1912  – Арест за участие в «тревожном походе»[2], который отражен в стихотворении «Поход по тревоге», написанном в тюремном заключении. Создание стихотворения «Возмездие».

1913  – Дибир в с. Гимры Аварского округа. Написание стихотворения «Песня о корове Али».

1914   – Стихотворение «Ответ на послание Хаджи-Али» (на арабском языке). Участие в дагестанском антиписарском[3] движении. Стихотворение «Красавице Бите» (на арабском языке).

1914–1915– Дибир в Манас-ауле Темир-Хан-Шуринского округа.

1915 – Написана басня «Дибир и хомяк».

1915–1916   – Участие в дискуссии на страницах газеты «Джаридату Дагестан» (на арабском языке) по вопросу о бумажных деньгах и уплате заката с них.

1916 -  Мударис (учитель) в с. Хариколо.

1916–1917– Мударис в родном ауле Цада.

1917  – Написано сатирическое стихотворение «Посевная милостыня». Избран членом Аварского окружного шариатского суда. Первая встреча с известными революционерами М. Дахадаевым и М.-М. Хизроевым.

1918, январь   – Вторая встреча с М. Дахадаевым.

1919, июнь  – Председатель Аварского окружного шариатского суда.

1920, апрель – Член Аварского окружного Совета. Председатель Хунзахского участкового продовольственного комитета («комиссар народного хозяйства»).

1921, 30 мая– Начало работы в качестве секретаря областной аварской газеты «БагIарал мугIрул» – «Красные горы» (г. Темир-Хан-Шура).

1921– В газете «Красные горы» впервые публикуются стихи Г. Цадасы «К горской бедноте», «Кого выбирают в Советы», «О, благодать Свобода!»

1922–1923  –  Дибир в с. Арадрих Аварского округа.

1923–1925  – Председатель Хунзахского шариатского суда.  

1923, 8 сентября  –  В семье Г. Цадасы родился сын Расул (1923–2003).

1925–1932 – Депутат Хунзахского районного Совета. Делопроизводитель Хунзахского райисполкома.

1929 – В сборнике стихов аварских поэтов впервые опубликован большой цикл сатирических произведений Г. Цадасы.

1933, 27 апреля– Первый литературный вечер Г. Цадасы, организованный аварской секцией оргкомитета ДССП в Махачкале.

1933, лето  –  Встреча с приехавшими в Дагестан писателями Н. Тихоновым, П. Павленко, В. Луговским, которые побывали в гостях у поэта в с. Цада.

1934, 15 июня  – Присвоение Г. Цадасе почетного звания «Народный поэт ДАССР». Участие в работе Первого Вседагестанского съезда советских писателей в качестве члена оргкомитета

.

1934  – Принятие в члены Союза советских писателей СССР.

1934, август– Участие в работе Первого Всесоюзного съезда писателей в качестве делегата (Москва).

1934– На родном аварском языке вышла первая книга стихов Г. Цадасы «ГIадатазул жул» – «Метла адатов» (Махачкала: Даггосиздат, 1934.–166 с.). Появление первых переводов стихов Г. Цадасы на русский язык.

1935, январь– Избрание Г. Цадасы членом ДагЦИКа.

1935– 2-е издание книги «Метла адатов» (Махачкала: Даггосиздат, 1935. – 220 с.). Для впервые созданного Аварского театра написана пьеса «Дети Хирача».

1935, февраль– В газете «Молодой ленинец» опубликована статья Э. Капиева «Гамзат Цадаса».

1935, сентябрь– Избрание в члены правления ССП Дагестана.

1937– Выход в свет на аварском языке сборника «Избранные произведения» (Махачкала: Даггиз, 1937. – 176 с). Написана пьеса «Сундук бедствий».

1939, январь – Награждение орденом Трудового Красного Знамени. Выход в свет на аварском языке «Сборника избранных произведений» (Махачкала: Даггосиздат, 1939. – 327 с.).

1939– Участие в юбилейных торжествах, посвященных 80-летию со дня рождения великого осетинского поэта Коста Хетагурова.

1940, осень– Г. Цадаса отправляет на службу в Красную Армию двух сыновей – Магомеда (1917–1943) и Ахильчи (1920–1942).

1940  –  Творческая встреча с коллективом Аварского театра.

1941   –  Написана пьеса «Айдемир и Умайганат».

1941, июнь– Выступление по дагестанскому радио с обращением Цадасы «К горцам Дагестана» в связи с нападением фашистской Германии на СССР и публикация в «Дагестанской правде».

1941, июнь–  Переезд в Махачкалу на постоянное место жительства.

1941, август–ноябрь– Участие в антифашистских митингах в Махачкале и Орджоникидзе.

1941 – 1942  –  Создание и публикация поэмы «Шамиль».

1943, июль  – Начало издания письма-газеты «Дагестан – своим фронтовикам», созданной по инициативе Г. Цадасы.

1942, 1943– Гибель на фронте сыновей Ахильчи (в Севастополе) и Магомеда (под Сталинградом).

1943 – Выход в свет книги басен на аварском языке «Голубка с лазоревой шейкой» (Махачкала, 1943).

1944, февраль– Награждение орденом Ленина в связи с 50-летием литературной деятельности.

1944, июль  – Творческий вечер Г. Цадасы в московском клубе писателей.

1944 – Выход на русском языке книги: Назаревич А. Ф. Гамзат из аула Цада. – Махачкала,

1944 -Выход на аварском языке книги М.-С. Саидова, посвященной жизни и творчеству Г. Цадасы.

1945, июнь – Творческий вечер Г. Цадасы в Республиканской библиотеке им. А. С. Пушкина.

1947, сентябрь– Торжественное заседание общественности республики в Махачкале, посвященное 70-летию Гамзата Цадасы.

1947 – Выход в свет в переводе на русский язык книги «Горные вершины», (М.: Сов. Писатель, 1947. – 166 с.) и «Избранное: Поэзия, драматургия, проза» (Махачкала, 1947. – 303 с.).

1948, ноябрь– Выступление на общем собрании СП Дагестана, посвященном постановлению бюро Дагестанского обкома ВКП(б) «О состоянии и мерах улучшения дагестанской литературы».

1948– Выступление на торжественном заседании, посвященном 500-летию Алишера Навои, г. Ташкент.

1949– По сказкам Г. Цадасы «Лев и заяц» и «Слон и муравей» сняты мультипликационные фильмы.

1949, июль– Избрание членом правления СП Дагестана.

1949, август– Участие в качестве делегата от Союза писателей СССР в работе Первой Всесоюзной конференции сторонников мира в Москве.

1950, март  – Публикация поэмы «Сказание о чабане» в журнале «Дружба народов» – 1950. – № 3.

1950, ноябрь– Выход в свет в Москве сборника: Цадаса Г. Избранное. – М.: Сов. писатель, 1950. – 264 с. В. Махачкале изданы: Цадаса Г. Слон и муравей: Басня. – Махачкала: Даггиз, 1950. – 36 с.; Цадаса Г. Три поэмы. – Махачкала: Даггиз, 1950– 107 с.

1951, март– Присуждение Государственной премии за книгу стихов «Избранное» (М., 1950) за 1950 год.

1951, 11 июня – Г. Цадаса скончался.

1951, 10 августа– Указ Президиума Верховного Совета ДАССР об увековечении памяти народного поэта Дагестана Г. Цадасы.


[1] Дибир – духовное лицо в старом дагестанском ауле, одновременно исполнявшее функции сельского письмоводителя и судьи.

[2] «Тревожный поход» – столкновение жителей ряда аулов летом 1912 г. в районе горы Чара-меэр из-за летних пастбищ.

[3] Антиписарское движение было направлено против насильственного введения в Дагестане в апреле 1913 г. русского письмоводства. Под давлением трудящихся масс указ был отменен в 1914 г.

www.fatiha.ru

Мудрость. Неутомимый пахарь (Гамзат Цадаса, 2007)

Неутомимый пахарь

Поседелый, как сказанье,

И, как песня, молодой.

Н. Тихонов

Эпиграфом к рассказу о Цадасе можно было бы взять и другие слова Николая Тихонова – не стихи, а прозу: «Это был самый острый ум современной Аварии, поэт, убивавший словом врагов нового, мудрец, искушенный во всех тонкостях народного быта, беспощадный ко всему ложному, смелый борец с невежеством, глупостью, корыстью…»[1]. Я не знаю характеристики более емкой и точной. Тихонов познакомился с Гамзатом в 1933 году в Хунзахе близ Цада. Имя поэта было уже тогда знаменито на его родине. Но ни одно его стихотворение еще не было переведено на русский язык. Первые переводы его стихов: «Радиомачта на сакле соседа», «Наставление» и «Кинжал» – увидели свет годом позже в «Дагестанской антологии».

Цадаса означает «цадинский». По-русски – «огненный». Ныне название маленького аварского аула Цада известно едва ли не каждому любителю поэзии. Цада воспет во многих стихах Расула Гамзатова. Небольшое это селенье дало большой советской отчизне двух замечательных поэтов. И первым из них был отец Расула, народный поэт Дагестана Гамзат Цадаса. Здесь и сейчас стоит каменная сакля, построенная руками Гамзата и его жены Хандулай. Она прилепилась к лобастому взгорью и окружена гладкими глыбами валунов, бог весть когда упавших оттуда, сверху. Теперь в ней мемориальный музей Цадасы.

2007 год – год 130-летия со дня рождения Гамзата. Далеко за туманными перевалами времени лежит его юность, та, почти уже легендарная пора, когда он, четырнадцатилетний аульный мальчик, написал первые свои сатирические стихи… Но так ярка, так крупна его личность, что – удивительно – чем дальше уходят годы, тем все больше и больше находят в горах живых значительных сведений о его детстве, юности, начале творческой деятельности. Не совсем верно присловье: «память забывчива». Людская память отзывчива на доброе… Она сохранила ранние, не знавшие печатного станка стихи Цадасы и дала возможность их воскресить. Она вызвала к жизни многочисленные воспоминания современников, редкий образец единодушия в оценке личности поэта, его места в общественной жизни народа.

При жизни, познав успех и славу, Цадаса скупо оделял своих биографов сведениями о себе. Стремление быть таким, как все, едва ли не самая заметная черта его облика. Впрочем, стремление – не то слово. Тут сама человеческая суть… Время сторицей воздало Гамзату Цадасе за эту скромность.

Цадаса прожил 74 года, умер в 1951-м. Но у всего, что он начинал, что делал, счастливое продолжение. Он заложил основы современного аварского литературного языка. Первым в Аварии заговорил с народом через газету агитационным стихом, продиктованным революцией. Его сатира и сегодня в строю. Ему обязана зарождением национального репертуара аварская драматургия.

А началось с озорных стихов неунывающего муталима, ученика мечетской школы. Гамзат рано осиротел. Опекун отдал его в науку, и обучение это длилось ни много ни мало двадцать лет. Два десятилетия скитаний из аула в аул, от наставника к наставнику в поисках науки истинной, не затемненной чадом фанатизма.

Однако двадцатилетний курс наук дал Гамзату совершенное знание арабского языка, с помощью которого ему раскрылись философия, история, юриспруденция, географическое познание мира. Труды восточных литературоведов познакомили его с крупнейшими именами и явлениями европейской литературы: Вольтером, Гете, Гюго. Что же касается классической поэзии Востока – она на всю жизнь одарила его многими сокровищами.

Долгий искус учения был для Цадасы суровой школой бесценного познания жизни. Народной жизни. Муталим, неимущее дитя аула… В урожайный год сыт горсткой муки, полученной от сердобольной крестьянки. В неурожайный – голоден, как всякий бедняк. Все беды и радости крестьянства были переплетены с долей мечетского сироты-школяра.

Волей судеб Гамзат несколько лет был муллою, дибиром. Потом от духовного звания добровольно отказался. Об этом поэт обстоятельно рассказывает в поэме «Моя жизнь», словно оправдываясь перед кем… Уж больно долго допекали его злопыхатели и «ортодоксы» от литературы этим «мулльством». Но главным в его судьбе всегда оставалась песня. Песня, говоря словами его земляка и друга, Сулеймана Стальского, горячая, как обжигающая рот пища.

… Правдивое стихотворное слово издавна ценилось в Аварии высоко. Здесь любили и почитали поэтов. Хотя в то же время званию стихотворца сопутствовало что-то вроде иронического пренебрежения: «Не солидное, мол, занятие!» В Аварии редкостью была тогда печатная книга на родном языке. Но уже сложилась, имела богатую историческую почву литература письменная. Стихи писались, а не только пелись.

Профессор А. Жирков рассказывал о «картине деятельной литературной жизни», увиденной им в Аварии в 1923 году: «Песни появляются, можно сказать, почти еженедельно. Песни не анонимные, относящиеся не к коллективному творчеству, но имеющие определенного автора, всем известного, откликающегося зачастую на злобу дня… песню эту можно не только петь, можно ее и читать. Ее на самом деле читают, обсуждают, критикуют, а если признают за великое произведение искусства, то и комментируют. Словом, мы наблюдаем полную и развитую аналогию с тем, что мы видим в нашей европейской литературной жизни»[2].

В эту деятельную литературную жизнь Цадаса внес новую ноту. Придал, как он говорил, «древней аварской пандуре третью струну». До него в аварской поэзии преобладала любовная лирика. «Третьей струной» стало реалистическое изображение повседневной жизни, обличительный пафос стихов.

…В 20-е годы складывается знаменитая книга Цадасы «Метла адатов» (1934). Народное начало определило содержание и форму его сатиры, восходящей к истокам фольклорного юмора, к традиционным аварским жанрам посланий, монологов, «споров», обращений. Своим стихом поэт боролся против заплесневелых обычаев-адатов: кровной мести, униженности женщины, невежества. Он говорил: «Я применил жанр сатиры к воспеванию новой, советской жизни». Порицая и клеймя дурное наследие прошлого, он воспитывал человеческие души для перемен, рождаемых революцией.

Мне впервые пришлось встретить Цадасу в год выхода «Метлы адатов», когда он из Цада приехал в Махачкалу на Первый съезд писателей Дагестана. Каким он запомнился? Лицо его, крупной лепки, прокаленное горным солнцем, не было красиво. Но оно было необычайно привлекательно выражением сосредоточенной мысли, доброты, спокойной силы. При коренастой, плотной фигуре – легкая, неслышная поступь. Одет Цадаса был, как обычно одеваются почтенные горцы: в папахе, суконная рубаха до колен перетянута по талии ремешком с серебряными украшениями (костюму этому Гамзат не изменил до конца жизни).

В его немногословии, сдержанности жестов, манере внимательно слушать собеседника, прищуривая зоркие улыбчивые глаза, была высокая интеллигентность. Он никого не подавлял своим авторитетом, был ровен со всеми. Людей отличал не по рангам и должностям – по внутренним достоинствам.

Он был добрым другом и заботливым наставником для многих литераторов Дагестана. Он верил в молодых. Многим его нравственный облик, пример его твердости в убеждениях служил путеводной звездой. В нем была полная мера благожелательности и ни капли самомнения. В шестьдесят лет, окруженный почетом, награжденный высокими званиями, он мог сказать молодому поэту:

О юноша, сумевший вызвать смело

К стихам своим живейший интерес,

Мое перо состарилось, как тело,

Его ты зря возносишь до небес.

Не воздавай почета мне, не надо.

Я о былом, о прошлом вел рассказ.

И нынче дар мой гаснет, как лампада,

В которой масла кончился запас.

Хозяин оскудевшего амбара,

Я на хромом уже плетусь коне,

А твой – горяч, он моему не пара,

Скачи вперед и не завидуй мне.

(«Ответ молодому поэту». Перевод Я. Козловского)

Каким с первой встречи запомнился Гамзат, таким и представляется он мне на протяжении следующих лет. Он менялся мало. Старость его, казалось, обходила… Тяжело ударила его в пору Великой Отечественной войны потеря двух старших сыновей. Может, с этого времени и начали утекать его силы? Внешне это не сказывалось. Никогда он не был столь деятелен, как именно в те годы. Для того чтобы ближе быть к общественной жизни республики, он переехал в Махачкалу. П. Павленко вспоминал, как Цадаса, будучи в Москве, рассказывал ему и Н. Тихонову: «Работаю много… Иной раз по неделям с коня не слезаю. Тут нужна песня о смельчаках-детях аула, там – приветствие молодым, уходящим на фронт, или стихи о женщинах-труженицах, – и все зовут, все торопят, и нельзя отказать, и надо ездить, и читать, и слушать, и видеть…»[3]. Он успевал все.

В 40–50-е годы поэтические «амбары» Цадасы были богаты, как никогда. Это было для него время напряженной общественной деятельности – депутат Верховного Совета, борец за мир. И время все длящегося творческого вдохновения, подвижнического и радостного труда в полном обладании мастерством.

Как одну из самых дорогих книг моей «кавказской» библиотеки я храню «Три поэмы» Цадасы с его надписью арабскими буквами: «…от старого автора Гамзата из Цада – небольшую книжку». Дата 1950 год. Последнее на русском языке прижизненное издание. И рядом – одновременно вышедший маленький сборник стихов Пушкина в переводах Цадасы, предмет творческой гордости поэта. Его я берегу не только потому, что и это – память: издание стало большой редкостью. Всякий раз, взяв сборник в руки, я дивлюсь ему, как чуду. Пушкин пришел в горскую саклю после Октября, и Гамзат не расставался с ним до конца дней.

Великое обогащение души принесла Цадасе русская литература! К тому, чем поэт владел с юности – народная песня, поэзия Востока, – она прибавила «Евгения Онегина», лермонтовских «Демона» и «Мцыри», басни Крылова, прозу Толстого, Чехова, Горького… Все это пришло к Цадасе уже в зрелые годы, и было тем значительней для него, чем глубже воспринималось.

На склоне лет Гамзат обнародовал переводы пушкинских шедевров: «Деревня», «Во глубине сибирских руд», «Памятник». Он перевел «Руслана и Людмилу». Разве не чудо, что наше время подарило ему счастье познания Пушкина, любви к Пушкину?! Это он о себе сказал:

– России светоч и отрада!

Сыны Кавказа тем горды,

Что им дано вкушать плоды

Густого пушкинского сада.

(«Пушкину». Перевод С. Липкина)

Родное и русское сплелись неразъединимо. Русское стало родным.

Именно в предвоенную и послевоенную пору Цадаса открыл для себя новые жанры: комедия и драма, басня, сказка для детей и, наконец, венчающая жизнь сюжетная поэма, в которой впервые во весь рост встал перед дагестанским читателем человек современности, герой трудового и ратного подвига. Не угас обличительный пафос, но изменились объекты сатиры Гамзата Цадасы. Теперь она была направлена против тунеядцев, хапуг, нравственной нечистоплотности. Изящней, тоньше, сложнее духовно зазвучала лирика Цадасы…

Трудно, да и вряд ли необходимо, перечислять все, написанное Гамзатом. Цадаса поднимался и рос вместе со своей страной… Подобно неутомимому пахарю, Цадаса поднимал самые глубинные пласты жизни. Слово его и сегодня в общественной жизни Дагестана занимает особое место. Творчество его воплотило и выразило лучшие качества горского характера.

* * *

Как бы ни был значителен художник слова, творчество его непременно проходит беспощадное испытание временем. Выживает лишь высокое. К книгам мастера обращаются новые поколения читателей. Каждое прочитывает и принимает их по-своему. В 30-е годы превыше всего ставили сатиру Цадасы. В Великую Отечественную

сильнее воспринималась его патриотическая лирика и песни. Читатель 70-х годов оценит в поэзии Цадасы мудрость, нравственную чистоту, требовательность…

Остается, не меркнет эстетическая ценность, художественная красота стиха.

Шедеврами горской поэзии были и продолжают оставаться стихотворения Цадасы «Письмо семье из Москвы», «Застольная песня», «Уроки жизни», «Старость и болезнь», «Поэту Махмуду». Неувядаемо свежи дышащие любовью к жизни поэмы, сатиры, басни и сказки Гамзата Цадасы…

Человек редкостного таланта, неповторимого, как всякий истинный талант, Цадаса остался жить в памяти своего народа. Создатель нового реалистического языка, новых литературных жанров, классик, чьи строки бытуют в пословицах. Живо благодарное воспоминание о его личности, о примере его жизни, ставшей как бы мерилом нравственной требовательности, душевного благородства, доброты и честности. Так было с Ованесом Туманяном в Армении, Дмитрием Гулиа в Абхазии, Кязимом Мечиевым в Балкарии. Так бывает только тогда, когда поэт истинно народен. Наверное, это высшая форма признания художника, самый прекрасный ему памятник.

Н. Капиева

kartaslov.ru

Гамзат Цадаса. Открытый урок

учитель русского языка и литературы, гимназия 2, Дагестан

Ссылка на статью, при указании в списке литературы (по ГОСТ Р 7.0.5–2008):

Мамедова А.М. Гамзат Цадаса. Открытый урок // Совушка. 2018. N1(11). URL: https://kssovushka.ru/zhurnal/11/ (дата обращения: 26.03.2020).

Заказ № 63539


 

Цели: побудить интерес учащихся к изучению творчества поэта, помочь учащимся глубже осмыслить нравственную проблематику произведений Гамзата Цадасы и привить интерес к чтению национальной литературы.

Мой отец, Вижу я тебя издалека.

Добрый взгляд и мягкая рука.

Вижу, как на крыше утром ранним

Ты сидишь, к себе прижав меня;

Под твоею шубою бараньей

Я пригрелся, словно у огня.

Вижу я: сидишь ты хмурый в доме,

Вспомнив вновь историю одну,

Как в ауле горец незнакомый

Больно оскорбил свою жену.

Вижу, как седой и смуглокожий,

Сгорблен чуть, но всё ещё красив,

Ты, за пояс руки заложив,

Балагуришь вместе с молодёжью.

Вижу я тебя на склоне лет,

Вижу с молодым, горящим взором,

Вижу я тебя смотрящим вслед

Солнцу, уходящему за горы.

Вижу удручённым, огорчённым,

Вижу радостным и увлечённым,

Вижу на каспийском берегу

И в родных горах, где даль туманна.

Вижу всюду, вижу непрестанно...

Но тебя в могиле, бездыханным,

Я себе представить не могу

 

- Что, Расул? Ты, вижу, шибко загрустил.

- Да, Мудрец, вы правы, тяжело мне без отца любимого, родного.

- Ну, чего же ты? Ты ж не без него.

- Не хватает мне его тепла.

- И тепло он не забрал с собою.

- Не хватает мне его советов.

- Да советов валом он оставил. Не грусти, мы с гордостью помянем имя твоего отца, Расул.

(учитель со свечкой в руке) Пусть услышит каждый и, навек запомнив, передаст богатство аксакала детям, внукам, правнукам своим. Ведь оно тепло несёт с собою, учит мудрости, любви и пониманью. И свеча, зажженная Цадой, навсегда пусть светит Дагестану.

- Дорогой, Расул, понимаю грусть твою, родной наш.

Но о твоём отце великом говорят и тут, и там.

Он присутствует в родных горах, где даль туманна, и на Каспие Седом.

Знай, Расул, твой отец всегда перед тобою.

И что бы ни было с тобою каждый раз,

Ты, как и прежде, сын великого Гамзата.

К тебе и к нам в безлюдный и безмолвный час

Придет стихами тешить до рассвета.

- Ты прав, Мудрец! Он здесь отец мой!

Он учит нас смотреть на жизнь ясными глазами.

Клянусь, отец мой, сыном быть твоим,

Что значит быть хорошим человеком.

Клянусь я быть с народом в час любой,

Чтоб нас одна судьба соединила…

И да не высохнут, отец, чернила,

В чернилицу налитые тобою

(учитель) Как вы уже поняли, этот литературный вечер мы посвящаем юбилею великого народного поэта Дагестана, Гамзату Цадасе. В этом году страна отмечает его 140летие.

- Великий поэт Дагестана Цадаса родился 21 августа 1877года в с. Цада Хунзахского района в семье крестьянина – бедняка. Его фамилия «Цадаса» является псевдонимом и происходит от названия аула «Цада». Родители будущего поэта из рода неимущих узденЕй. Однако сам Гамзат на этот счёт совершенно другого мнения: какой же он бедняк, если в наследство от отца достался ему кинжал, у которого была разбита лишь рукоять, и ружьё, у которого не хватало только приклада?

- О Гамзате Цадасе можно узнать, прочитав его произведения. «Моя жизнь – в моих книгах», - говорил Гамзат Цадаса.

 1. Видеоролик. «Я рожден от Магомы».

- Многие вспоминают, что Гамзат был весьма прилежным мальчиком, уважавшим и почитавшим своих родителей; прямо-таки опасались, как бы его не сглазили…

- Как вы уже поняли, когда Гамзату было лет семь-восемь, он лишился отца и попал в руки своего двоюродного дяди. Тот, как только мальчику исполнилось десять лет, отдал его дибиру, мусульманскому священнику. Немало лет провёл Гамзат в этом ауле. Дибиров сменилось много, одни приходили, другие уходили, а Гамзат так и оставался в учениках.

- Двадцать лет скитался Гамзат из аула в аул, "охотясь за наукой", и накопил обширные знания по богословию, логике, этике, мусульманскому праву, по некоторым дисциплинам естествознания. Поэт преуспел в области грамматики, лексики, стилистики арабского языка, освоил законы восточного стихосложения, получил доступ к богатейшим литературным, историческим и философским сочинениям мусульманского Востока.

- Что же касается учения, то и здесь оказывали ему содействие: особенно не утруждали науками. Пусть, мол, лучше работает…Стихи сочинять Гамзат начал в четырнадцать лет в том же ауле. Первое стихотворение он посвятил собаке соседа – «Собака Алибека». Его стихи, шутки были направлены против различных норм адата, мулл, богачей, торгашей.

- Ему не нравились устарелые в горах законы. Он считал их унизительными для народа. И всю свою жизнь боролся против этих адатов.

2. Сценка «Мать, дочь и барышник».

- В течение трёх лет был мусульманским священником и судьёй в родном ауле Цада. Позднее отказался от этого звания. Некоторое время работал на железной дороге и на лесосплаве, далее занимался сельским хозяйством. В 1917—1919 годах Гамзат Цадаса был членом Хунзахского шариатского суда. В 1921—1922 годах работал редактором газеты «Красные горы», где печатал свои первые стихи.

- Большое предпочтение в его поэзии отдаётся дружбе, товариществу, добрососедству, а ещё главнее для него – учение.

3. Стихотворение «С кем дружить».

4. Стихотворение «О дружбе с оглядкой».

- Гамзат Цадаса — первый автор аварских басен, стихов и сказок для детей. Его песни эпохи Великой Отечественной войны, а также сборник патриотических стихов «За Родину» обрели популярность в Дагестане.

- Нравственные начала гамзатовской поэзии, и особенно ярко они проявились в творчестве военных лет. Как говорится, сухим держал Цадаса свой поэтический порох. А когда настал час, поэт приравнял перо к штыку. И сражался поэт не только стихом. Ездил по воинским частям, побывал на передовой, выступал на антифашистских митингах...

- Цадаса отправил на фронт двух своих сыновей, и они пали смертью храбрых - один в Севастополе, другой - под Сталинградом. Поэт вел обширную переписку с фронтовиками. Он стал инициатором создания периодического печатного органа для общения фронта с тылом. "Дагестан – своим фронтовикам" – так называлась газета, ставшая в те незабываемые годы явлением неповторимым, уникальным.

5. Сценка «Жизнь и Родина».

 

- Гамзат Цадаса — автор драм и комедий «Сапожник», «Встреча в бою», «Женитьба Кадалава». Значительное место в творчестве поэта занимают стихотворные сказки «Слон и муравей», «Сказка о зайце и льве», басни «Мечтатель пастух», «Язык мой — враг мой» и др. В

последние годы жизни он написал пьесы «Сундук бедствий», «Встреча в бою». Творчество поэта связано с аварским фольклором. Цадаса переводил на аварский язык произведения А. С. Пушкина.

- Гамзат Цадаса - один из крупнейших деятелей национальной художественной культуры. Огромно его творческое наследие, бесценен вклад в сокровищницу родной литературы. Цадаса вошел в жизнь и сознание своего народа как носитель его богатого духовно-нравственного опыта и лучших эстетических традиций.

- Семьдесят четыре года прожил Цадаса и шестьдесят из них отдал делу становления и развития родной аварской поэзии и всей дагестанской литературы, В общественное сознание поэт вошел как непревзойденный мастер сатиры и юмора, талантливый баснописец и драматург, создатель эпических поэм и лирических стихов, незаурядный переводчик и исследователь национальной словесности.

- В поэзии Цадасы создавался своего рода совокупный сатирический образ новоявленного советского мещанина и приспособленца, подхалима и карьериста. Смех Цадасы всегда был очистительным и по сей день остается таким. Не случайно Цадаса называл себя лекарем. В самые переломные периоды жизни родного края национальный поэт сумел чутко прислушаться к биению пульса своего народа. Он становится не просто сторонним сочувствующим, а поэтическим глашатаем обновления в горах.

- Незаурядной была личность Гамзата Цадасы, незаурядным был его талант. Они и принесли поэту всенародное признание. В 1934г. Цадасе, "как старейшему поэту», присваивается почетное звание народного поэта Дагестана. В 1939 г. он удостаивается ордена Трудового Красного знамени, в 1944 и 1947 гг. - орденов Ленина. В 1950 народному поэту присуждается Сталинская премия.

- Он был народным поэтом в самом глубоком, широком и истинном смысле этого понятия. "Я поэт, рожденный народом, и оружие у меня, отточенное народом. И библиотекой у меня был народ, и аудиторией у меня был народ. У народа брал, народу отдавал", - говорил поэт в 1950 г., выступая перед избирателями.

- С народом он встречался практически каждый день на годекане. Очень часто близкие, знакомые приходили к Гамзату Цадасе за советом и

поддержкой.

- На годекан аксакалы старались брать и внуков, потому что, по словам Гамзата Цадасы, настоящего мужчину можно воспитать рядом, обучая, помогая, объясняя.

6. «На годекане»

В каждом дагестанском селе есть место, где ежедневно собираются мужчины, и называется это место «годекан». С одной стороны, кажется, что люди приходят туда от нечего делать. Но с другой стороны это не так. Годекан считается своеобразной школой, и каждый мужчина дагестанского села считал своим долгом его посетить. На годекане обсуждались и обсуждаются все сельские новости, проблемы и дела. Любой человек, впервые попавший в какое-нибудь знакомое или незнакомое село, обязательно шел туда.

На годекане иногда появлялись и мальчишки, которые со временем усваивали нормы поведения в обществе. Те, кто постарше, могли дать им любое поручение, и выполнять его должны были немедля и без обсуждения. Нередко у годекана устраивали игры для детей, учили их борьбе и бросанию камней. Приходя на годекан, молодое поколение училось уважать старших и слушаться традициям предков.

7. Викторина (учитель)

А сейчас вы прослушаете басни Гамзата Цадасы. И над этими баснями вам надо будет поработать в группах.

ü  Обратите внимание на четверостишия. Прочитайте их внимательно. Какую из них можно соотнести к этой басне?

Себя не уважает тот,

Кто в понедельник, вторник, среду

Без приглашенья, словно кот,

К чужому явится обеду.

 

ü  Я думаю, смысл этой басни вам уже понятен. Поэтому предлагаю вам прослушать другую басню. Самая внимательная и активная команда в маленькой викторине станет победителем.

ü  (ЗАДАНИЯ ГРУППАМ)

 

«Мечтатель – пастух».

Славился в старом Хунзахе пастух:

Беден, как мышь, но мечтами богат.

Спал бобылём на соломе старик,

Глупой надежде, как юноша, рад.

 

В сакле пустой лишь болтался кувшин,

Низко подвешенный им к потолку,-

Маслом платили за труд, и кувшин

Маслохранилищем был пастуху.

 

Перед кувшином мечтатель вставал,

Есть он хотел, а еду знал одну:

В масло лишь палец обмакивал он,

С чёрствой лепёшкой глотая слюну.

 

В сакле задымленной тесно мечте –

Грёзил пастух возле горных вершин,

Шел по горам за богатством бедняк,

Прибыль считал и смотрел на кувшин:

 

«С маслом кувшин я отдам за овцу,

Трижды в годину она даст мне ягнят,

Каждая матка двоих принесёт,

Целое стадо ягнят наплодят…»

 

Палкой кувшин горемыка задел,

Глиняная зашуршала труха,

Масло, что каплю за каплей копил,

Лужей у ног разлилось пастуха.

 

Праздные мигом пропали мечты,

В сакле, как прежде, живёт он один.

Палку сломал он и выбросил вон,

Ту, что разбила мечту и кувшин.

  1. Найти эпитеты.
  2. Найти метафоры.
  3. Найти сравнения.
  4. Что такое мораль басни? Найдите на доске четверостишие, которое можно назвать моралью этой басни
  5. Вспомните пословицы, которые очень схожи с содержанием басни.

Ленивый сидя спит, лежа работает

Где работают — там густо, а в ленивом доме — пусто

Леность наводит на бедность.

  1. Соотнести стрелками названия басен

А пока наши ребята работают, мы с вами скучать не будем. Нам тоже есть, чем заняться.

Если вы были внимательны, то сможете ответить на мои вопросы.

  1. Какую дату мы сегодня отмечаем? (140-летие Гамзата Цадасы)
  2. Где родился Г.Цадаса? (в с. Цада Хунзахского района)
  3. Почему он воспитывался у дяди? (рано лишился родителей)
  4. Сколько лет было ему, когда он потерял родителей? (7-8)
  5. Почему дядя отдал его дибиру? (чтоб его обучили грамоте)
  6.  В каком возрасте он начал сочинять стихи? (14)
  7. О чем были его стихи? (против норм адата, мулл, богачей, торгашей)
  8. Какой вклад он внес в Дагестан и даг. литературу в годы В.О.в?

- он отправил на войну двух сыновей.

-писал патриотические стихи

- ездил по воинским частям

- выступал на антифашистских митингах.

9. Назовите основные мотивы лирики Г.Цадасы

(Дружба, товарищество, любовь к учению, к труду, уважение к старшим, любовь к Родине, к родителям, добрососедство, гостеприимство).

10. Что он порицал в своих произведениях?

Подхалимство, ложь, сплетников, завистников, жадность.

11. Как вы уже поняли, помимо сказок, стихов, он писал сатирические басни. Каких баснописцев русской литературы вы знаете? (Иван Андреевич Крылов, Александр Петрович Сумароков, Иван Иванович Дмитриев)

11 июня 1951 г. после тяжелой и продолжительной болезни Гамзата Цадасы не стало. С той поры истекло более 66 лет. Но жива память о нем. Имя Цадасы носят Институт языка, литературы и искусства Российской Академии Наук, Аварский государственный музыкально-драматический театр, художественный комбинат, колхозы, школы, улицы. Бескрайние просторы мирового океана многие десятилетия бороздит теплоход, на борту которого начертано "Гамзат Цадаса".

- В маленьком аварском ауле Цада, расположенном у подножия скалистых обрывов, в скромной горской сакле, сложенной из простого местного камня, там, где родился и провел многие десятилетия жизни Гамзат Цадаса, функционирует Государственный литературно-мемориальный музей дагестанского поэта. А у главной площади столицы Республики Дагестан на вечном гранитном основании высится бронзовый бюст поэта.

 - Гамзат Цадаса с нами всегда, он нам нужен и сегодня, и завтра. Он современник каждому новому поколению. И сегодняшний читатель находит в его наследии опору в борьбе за правду, справедливость, достойную жизнь.

- Двери этого дома в Махачкале были всегда открыты для гостей. B нём была комната, которая по-горски именовалась кунакской. Она никогда не пустовала. Здесь обычно останавливались земляки хозяина дома – цадинцы, гордившиеся тем, что Гамзат, сделав своим псевдонимом имя родного аула Цада, прославил его на всю страну. Пользовались гостеприимством Гамзата и уроженцы других аулов. Часто наезжали русские писатели – Николай Тихонов, Владимир Луговской, Пётр Павленко, Семён Липкин.

- О столе и удобствах для гостей заботилась жена поэта – Хандулай. Женщина необыкновенной доброты, трудолюбия, выдержки и такта, Хандулай хорошо понимала своего мужа и была достойна его. После гибели двух старших сыновей, павших на войне, она ходила в трауре, но рук не опускала. Гамзат c любовью писал о ней, что если бы не она, то вряд ли бы он достиг того, что сделал.

- Когда на заре он садился за работу и до слуха домочадцев доносилось его бормотание, похожее на молитву, Хандулай снимала башмаки, чтоб не нарушать тишины в доме.

- Как-то, вернувшись из Москвы, Расул, видя, как много забот ложится на плечи матери из-за того, что двери дома всегда открыты, осторожно посетовал на это в присутствии отца. Тогда Гамзат спросил его:

«Что ты хранишь в шкафу, мой сын?»

«Книги, отец».

«У каждого своя библиотека, Расул. Люди – это мои книги…

Мы все умрем, людей бессмертных нет,

И это все известно и не ново.

Но мы живем, чтобы оставить след:

Дом иль тропинку, дерево иль слово.

Не все пересыхают ручейки,

Не все напевы время уничтожит,

И ручейки умножат мощь реки,

И нашу славу песня приумножит (кредо Расула)

8. Песня «Дагестан»

- На этом литературный вечер, посвященный 140летию Гамзата Цадасы, подошел к концу. Спасибо за внимание. 

kssovushka.ru

Гамзат Цадаса


На русском языке

 

Цадаса Г. Басни / Пер. и лит. обраб. Р. Фатуева. – Махачкала: Дагкнигоиздат, 1944.

Цадаса Г. Горные вершины: Стихотворения / Под ред. С. Обрадовича. – М.: Сов. писатель, 1947.

Цадаса Г. Избранное: Поэзия, драматургия, проза / Вступ. ст. и примеч. А. Ф. Назаревича. – Махачкала, 1947.

Цадаса Г. Три поэмы / Пер. с авар. С. Липкина. – Махачкала: Даггиз, 1950.

Цадаса Г. Избранное. – М.: Сов. писатель, 1951.

Цадаса Г. Избранное. – М.: Правда, 1951.

Цадаса Г. Стихи, сказки, басни / Предисл. С. Липкина. – М.;Л: Детгиз, 1952.

Цадаса Г. Избранное / Ред. и примеч. С. Обрадовича; Вступ. ст. Г. Корабельникова. – М.: Гослитиздат, 1955.

Цадаса Г. Стихотворения и поэмы / Вступ. ст. и примеч. Н. Капиевой; Подгот. текста Г. Гамзатова. – Л.: Сов. писатель, 1958.

Цадаса Г. Сказка о зайце и льве / Пер. С. Липкина. – Махачкала: Дагкнигоиздат, 1958.

Цадаса Г. Моя жизнь: Поэма. Стихи. Басни. Сказки / Сост. и предисл. Н. Капиевой. – М.: Детгиз, 1958.

Цадаса Г. Стихотворения. Басни и сказки. Поэма / Предисл. Г. Корабельникова. – М.: Гослитиздат, 1959.

Цадаса Г. Стихи. Басни. Сказки. – М.: Худож. лит., 1966.

Цадаса Г. Сказание о чабане: Поэма. – Махачкала: Дагучпедгиз, 1967.

Цадаса Г. Уроки жизни: Стихи. – М.: Дет. лит., 1968.

Цадаса Г. Избранное / Вступ. ст., примеч., подгот. текста и сост. Г. Гамзатова. – М.: Сов. Россия, 1973.

Цадаса Г. Уроки жизни: Стихи. – 2-е изд., доп. – М.: Дет. лит., 1976.

Цадаса Г. Избранное: Стихи, басни, сказки и поэмы / Сост. Г. Гамзатов; Вступ. ст. Н. Капиевой. – М.: Худож. лит., 1977.

Цадаса Г. Жизнь и Родина: Поэма. Стихотворения. Басни. – М.: Мол. гвардия, 1977.

Цадаса Г. Лирика: Стихи и поэмы / Предисл. Г. Гамзатова. – М.: Современник, 1977.

Цадаса Г. Уроки жизни / Сост. М. Абасов. – Махачкала: Дагкнигоиздат, 1977. – Рус.  и авар. яз.

Цадаса Г. Стихотворения и поэмы / Вступ. ст., сост. и примеч. Г. Г. Гамзатова. – Л.: Сов. писатель, 1978.

Цадаса Г. Стихи / Вступ. сл. Р. Гамзатова; Послесл. В. Дементьева. – М.: Худож. лит., 1986.

Цадаса Г. Душевное слово: Стихи и басни. – М.: Дет. лит., 1987.

Цадаса Г. Стихотворения / Вступ. ст., сост. и примеч. Г. Г. Гамзатова. – Махачкала, 1997.

Цадаса Г. Избранное / Вступ. ст., сост. и примеч. Г. Г. Гамзатова. – Махачкала, 2007.

 

На даргинском языке

 

Цадаса Г. Избранные произведения / Пер. С. Абдуллаев. – Махачкала: Даггиз, 1947.

Цадаса Г. Махмуд из Кахаб-Росо. – Махачкала, 1950.

Цадаса Г. Сказание о чабане: Поэма / Пер. С. Абдуллаев. – Махачкала: Даггиз, 1952

Цадаса Г. Сказка о зайце и льве: Для мл. школ. возраста / Пер. Х. Сулейманов. – Махачкала: Дагкнигоиздат, 1958.

 

На кумыкском языке

 

Цадаса Г. Избранные произведения / Пер.: Аткай, Б. Атаев, И. Керимов. – Махачкала: Даггиз, 1945.

Цадаса Г. Махмуд из Кахаб-Росо. – Махачкала, 1949.

Цадаса Г. Сказание о чабане: Поэма / Пер. А. Аджиев; Вступ. Ст. К. Султанова. – Махачкала: Даггиз, 1951

Цадаса Г. Сказка о зайце и льве: Для мл. школ. возраста. – Махачкала: Дагкнигоиздат, 1958.

Цадаса Г. Моя жизнь: (Поэмы, стихи, басни, сказки) / Предисл. К. Султанова; Пер.: А. Аджиев, К. Султанов. – Махачкала: Дагкнигоиздат, 1963.

 

На лакском языке

 

Цадаса Г. Избранные произведения / Пер. Ш. Кашкаев. – Махачкала: Даггиз, 1947.

Цадаса Г. Махмуд из Кахаб-Росо. – Махачкала, 1950.

Цадаса Г. Сказание о чабане: Поэма / Пер. Ю. Хаппалаев. – Махачкала: Даггиз, 1952

Цадаса Г. Сказка о зайце и льве: Для мл. школ. возраста / Пер. Н. Юсупов. – Махачкала: Дагкнигоиздат, 1958.

Цадаса Г. Стихи и поэмы / Пер. Ю. Хаппалаев. – Махачкала: Дагкнигоиздат, 1958.

На лезгинском языке

 

Цадаса Г. Избранные произведения / Пер. С. Шихалиев. – Махачкала: Даггиз, 1947.

Цадаса Г. Махмуд из Кахаб-Росо. – Махачкала, 1949.

Цадаса Г. Сказание о чабане: Поэма / Пер. Ш.-Э. Мурадов. – Махачкала: Даггиз, 1951

Цадаса Г. Сказка о зайце и льве: Для мл. школ. возраста / Пер. Н. Юсупов. – Махачкала: Дагкнигоиздат, 1958.

 

На табасаранском языке

 

Цадаса Г. Избранные произведения / Пер. Б. Ханмагомедов. – Махачкала: Дагкнигоиздат, 1947.

www.fatiha.ru

Цадаса, Гамзат — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Гамзат Цадаса
Хӏамзат Цӏадаса

Гамзат Цадаса и Расул Гамзатов
Дата рождения 9 августа 1877(1877-08-09)
Место рождения аул Цада, Аварский округ, Дагестанская область, Российская империя
Дата смерти 11 июня 1951(1951-06-11)[1](73 года)
Место смерти
Гражданство (подданство)
Род деятельности поэт, драматург, переводчик, редактор
Направление социалистический реализм
Жанр стихотворение, поэма, пьеса
Язык произведений аварский
Дебют стихотворение «Собака Алибека» (1891)
Премии
Награды

Гамзат Цадаса́ (9 (21) августа 1877 — 11 июня 1951) — аварский советский поэт и драматург, переводчик, государственный деятель. Народный поэт Дагестанской АССР (1934). Лауреат Сталинской премии второй степени (1951). Отец Расула Гамзатова и Гаджи Гамзатова.

Родился 9 (21) августа 1877 года в ауле Цада (ныне Хунзахский район Дагестана) в семье крестьянина-бедняка. Его фамилия «Цадаса» является псевдонимом и происходит от названия аула «Цада» (в переводе с аварского — «из Цада»). Рано стал сиротой, его отец Юсупил Магома умер, когда ему было 7 лет.

Учился в медресе. В течение трёх лет был имамом и судьёй в родном ауле Цада. Позднее отказался от этого звания. Некоторое время работал на железной дороге и на лесосплаве. В 1908—1917 годах занимался сельским хозяйством (хлебороб). В 1917—1919 годах Гамзат Цадаса был членом Хунзахского шариатского суда. В 1921—1922 годах работал редактором газеты «Красные горы», где печатал свои первые стихи.

В 1923—1925 годах был председателем шариатского суда. В 1925—1932 годах работал делопроизводителем Хунзахского райисполкома. В 1932—1933 годах работал секретарём редакции районной газеты «Горец». С 1925 года Гамзат Цадаса был бессменным депутатом Хунзахского районного Совета депутатов трудящихся. Член СП СССР с 1934 года. Делегат I съезда советских писателей с правом совещательного голоса[2]. С 1950 года был избран депутатом ВС СССР 3-го созыва, а также вторично избран депутатом ВС Дагестанской АССР.

Гамзат Цадаса умер 11 июня 1951 года в Махачкале. Похоронен в центре города (Проспект Расула Гамзатова)[3].

Дом в котором жил Гамзат Цадаса

Начало творческого пути относится к 1891 году, его первое стихотворение — «Собака Алибека». Создавал произведения социально-обличительного характера, его стихи, шутки были направлены против различных норм адата, мулл, богачей, торгашей. После Октябрьской революции Гамзат Цадаса выступил как певец новой жизни трудящихся горцев («Октябрь», «Слово старухи в день 8 марта», «Старое и новое», «Сталину», «К мести», «Горные вершины», «Метла адатов» и др.). Первый сборник стихов «Метла адатов» вышел в 1934 году. В том же году «как старейший поэт, любимый широкими массами трудящихся горцев» он стал первым народным поэтом Дагестана.

Гамзат Цадаса — первый автор аварских басен, стихов и сказок для детей. Его песни военных лет, а также сборник патриотических стихов «За Родину» обрели популярность в Дагестане. Гамзат Цадаса — автор драм и комедий «Сапожник», «Встреча в бою», «Женитьба Кадалава». Значительное место в творчестве поэта занимают стихотворные сказки («Слон и муравей», «Сказка о зайце и льве» и др.) и басни («Мечтатель пастух», «Язык мой — враг мой» и др.). В последние годы жизни он написал пьесы «Сундук бедствий», «Встреча в бою», «Хазина» и др., исторические поэмы «Поздравление товарищу Сталину в день его семидесятилетия», «Моя жизнь», «Сказание о чабане». Творчество поэта связано с аварским фольклором. Цадаса переводил на аварский язык произведения А. С. Пушкина.

В 1967 году в ауле Цада открыт музей Гамзата Цадасы.

По сказкам Гамзата Цадаса сняты мультипликационные фильмы[4]:

Памятник Гамзату Цадасе в Махачкале
  • Гамзат Цадаса. Стихи. Сказки. Басни. Перевод с аварского Н. Гребнева, Я. Козловского, Семёна Липкина, В. Потаповой, Демьяна Бедного, С.Обрадовича. Художник Н.Каплан. Государственное издательство детской литературы, М., 1952. - 96 с.
  • Гамзат Цадаса. Избранное. Перевод с аварского Н. Гребнева, Д. Голубкова, А. Глобы, Я. Козловского, Семёна Липкина, Ю. М. Нейман, Т. Стрешневой, Л. Пеньковского, В. Казина, Н. С. Тихонова. — М., Художественная литература, 1977. — 404 с.
I созыв (1938—1946)
  • Абдуллаев, Абдулла Ельмерданович
  • Байдуков, Георгий Филиппович
  • Гарифулин, Гайфулла
  • Кадиева, Шахрозат
  • Кунтуганов, Исмаил
  • Ломоносов, Василий Георгиевич
  • Малучиев, Гаджи Магометович
  • Мардахаев, Захар Мардахаевич
  • Тахтаров, Адильгирей
  • Файзуллаев, Багаутдин
  • Шапиева, Сабият Шапиевна
II созыв (1946—1950)
  • Багишева, Марият
  • Гаджиев, Магамед
  • Ишков, Александр Акимович
  • Карабудагов, Ибрагим
  • Меджидов, Магомед Меджидович
  • Нурмагомедова, Патимат
  • Сулейманов, Ризван Баширович
  • Султан-Ахмедов, Ахмед
  • Тахтаров, Адильгирей
  • Шейхова, Джамилат Шейховна
  • Шейхова, Салимат
III созыв (1950—1954)
  • Алиев, Гаджи-Касум Шихмурзаевич
  • Астафьева, Любовь Владимировна
  • Батырмурзаев, Абдулгамид Нухаевич
  • Гугучия, Александр Илларионович
  • Джафарова, Зарбаф
  • Исаев, Магомед
  • Карачев, Багомед
  • Курбанова, Муминат
  • Магомедова, Айшат Магомедовна
  • Умаров, Гасан Ягиявич
  • Цадаса, Гамзат
IV созыв (1954—1958)
  • Алиев, Гаджи-Касум Шихмурзаевич
  • Дагиров, Наби Садыкович
  • Ибрагимов, Давуд
  • Исаев, Магомед Исаевич
  • Магомедов, Джамалудин Махмудович
  • Магомедова, Айшат Гамзатовна
  • Махулов, Магомед Махулович
  • Нурмагомедова, Патимат
  • Подварко, Алексей Григорьевич
  • Фомичёва, Ефросинья Алексеевна
  • Шарифов, Нажмутдин Шарифович
V созыв (1958—1962)
  • Амирханов, Хабибулла Ибрагимович
  • Афанасенко, Евгений Иванович
  • Давудова, Зулхижат
  • Исаев, Шапигаджи Абдулаевич
  • Казакбиев, Хожабагавдин Исаевич
  • Карасёва, Анна Дмитриевна
  • Курбанова, Галима Курбановна
  • Магомедов, Магомед Исейханович
  • Мурадова, Барият Солтан Меджидовна
  • Умаханов, Магомед-Салам Ильясович
  • Фролкова, Федосья Никаноровна
VI созыв (1962—1966)
  • Абраменко, Мария Степановна
  • Алимханов, Рашидбек Алимханович
  • Афанасенко, Евгений Иванович
  • Касимова, Узлипат Магомедалиевна
  • Магомаева, Зайнаб Шахрудиновна
  • Нурбагандова, Зубай Нурбагандовна
  • Ризаев, Межмедин Челебович
  • Сунгуров, Сунгур Омарович
  • Умаханов, Магомед-Салам Ильясович
  • Хайдакова, Салигат Гази-Магомедовна
  • Халилов, Омар
VII созыв (1966—1970)
  • Алиханов, Расул Алиханович
  • Висаидов, Ахмед Мациевич
  • Курбанов, Тинамагомед Алиевич
  • Насрутдинов, Ильмутдин Насрутдинович
  • Сагитов, Расул Юсупович
  • Саламов, Казали
  • Султанова, Гюльханум Юсуфовна
  • Умаханов, Магомед-Салам Ильясович
  • Хренников, Тихон Николаевич
  • Чавтараева, Миси Ахмедовна
  • Шевченко, Мария Фёдоровна
VIII созыв (1970—1974)
  • Алиханов, Алихан Атаевич
  • Багомедов, Алибек
  • Гришин, Константин Николаевич
  • Дамаев, Курбан Мугутиновнч
  • Ибрагимов, Магомед Магомедович
  • Казиева, Хамис Абдусаламовна
  • Курбаналиева, Руза Яралиевна
  • Магомедова, Париза
  • Савзиева, Нигар
  • Умалатов, Алипаша Джалалович
  • Хренников, Тихон Николаевич
IX созыв (1974—1979)
  • Багандова, Сузун
  • Ермаш, Филипп Тимофеевич
  • Закуева, Патимат Сулеймановна
  • Макатова, Майинат Агаризаевна
  • Набиев, Руслан Мирзоевич
  • Плешаков, Пётр Степанович
  • Раджабов, Дудар Алиевич
  • Салаватов, Нурутдин Алиевич
  • Умалатов, Алипаша Джалалович
  • Умалатова, Перибика Нуровна
  • Хренников, Тихон Николаевич
X созыв (1979—1984)
  • Блатов, Анатолий Иванович
  • Гаджиева, Бурлият Ахмедпашаевна
  • Джарулаев, Муртазали Аяевич
  • Ермаш, Филипп Тимофеевич
  • Омарова, Беневше Казиматомедовна
  • Плешаков, Пётр Степанович
  • Рагимханова, Абидат Кезимхановна
  • Сулейманов, Яков Магомед-Алиевич
  • Умарова, Маржанат Атаевна
  • Хренников, Тихон Николаевич
  • Юсупов, Магомед Юсупович
XI созыв (1984—1989)
  • Абдулкеримова, Углангерек Махмудовна
  • Абдулмаджидова, Булул Меджидовна
  • Гасанов, Саид Юсупович
  • Ермаш, Филипп Тимофеевич
  • Магомедов, Магомедали Магомедович
  • Магомедова, Гулузар Алимагомедовна
  • Магомедрагимов, Загидин Шафидинович
  • Плешаков, Пётр Степанович
  • Саидова, Байзат Бамматовна
  • Хренников, Тихон Николаевич
  • Яковлев, Александр Николаевич

ru.wikipedia.org


Смотрите также



© 2011-
www.mirstiha.ru
Карта сайта, XML.